Режим чтения
Скачать книгу

Битва за Ленинград. Неизвестная оборона читать онлайн - Вячеслав Мосунов

Битва за Ленинград. Неизвестная оборона

Вячеслав Мосунов

Война и мы

К 70-ЛЕТИЮ ПОЛНОГО СНЯТИЯ БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА. Вся правда о величайшей трагедии и бессмертном подвиге города-героя в Великой Отечественной войне.

«Ядовитое гнездо – Петербург должен исчезнуть с лица земли!» – заявил Гитлер в сентябре 1941 года, когда от линии фронта до Зимнего дворца и Петропавловской крепости оставалось всего 15 километров. Почему Вермахту удалось замкнуть кольцо Блокады? По чьей вине второй по величине и значимости город СССР с населением более 2,5 миллиона человек, крупнейший культурный центр и важнейший порт страны, оказался в полном окружении? Какой ценой отстояли Ленинград и почему провалились попытки советских войск прорвать Блокаду уже осенью 41-го, что спасло бы миллионы жизней? Какова была роль Г.К. Жукова в ленинградской обороне и можно ли считать его «спасителем» города на Неве?

Впервые восстанавливая подлинную историю битвы за Ленинград по материалам не только отечественных, но и зарубежных архивов, эта книга отвечает на самые сложные, спорные и болезненные вопросы?

Вячеслав Мосунов

Битва за Ленинград. Неизвестная оборона

Предисловие Алексея Исаева

В истории войн одними из самых интересных страниц являются моменты, если можно так выразиться, «фазового перехода». Когда успех одних переходит в неудачу, а череда неудач оборачивается успехом, пусть поначалу еще локального значения. Потом маятник может качнуться в обратную сторону, и мелькнувший было лучик надежды на радикальное изменение ситуации погаснет. Таким «фазовым переходом» стали события с конца августа и до начала октября 1941 года под Ленинградом. Именно им посвящена книга, которую вы держите в руках.

Данный период истории Великой Отечественной войны вызывал и вызывает ожесточенные споры ввиду того, что за ним последовала величайшая человеческая трагедия блокады Ленинграда. Раз за разом историки разных поколений пытались понять, что было и что не было сделано для спасения города на Неве. Именно поэтому довольно сложно высказывать отстраненные суждения в терминах «победа» и «поражение». Победа в одном (удержание позиций на подступах к Ленинграду) соседствовала с поражением в другом (неудача попыток восстановить сообщение с городом).

С одной стороны, достижения советской стороны в целом и командования Ленинградского фронта в частности в срыве планов противника несомненны и не вызывают возражения. Захват Ленинграда изначально закладывался в план «Барбаросса». Более того, захват Кронштадта и Ленинграда обозначался как необходимая предпосылка для наступления на Москву. Соответственно изоляция Ленинграда вместо его захвата уже сама по себе являлась нарушением первоначального замысла германского командования. На первый взгляд она также представляется труднообъяснимой в свете предыдущих успехов группы армий «Север» в Прибалтике, особенно в первые две-три недели войны. Не будем забывать об общем фоне, на котором разворачивались эти события. Сентябрь 1941 года был отмечен страшной катастрофой под Киевом, и Красная Армия в этот период находилась, прямо скажем, не в лучшем положении.

С другой стороны, все действия советского командования с июня по сентябрь 1941-го иногда представляются чередой ошибок и неграмотных действий. Какие решения были ошибочными, а какие нет, установить без сопоставления оценок событий обеими сторонами не представляется возможным. Собственно, одной из проблем отечественной историографии Великой Отечественной войны является слабое использование данных противника. Вскоре после 1945 года грянула новая, на этот раз «холодная война», серьезно затруднившая доступ к документам Вермахта. Также имела место проблема, символом которой было известное высказывание академика П. А. Жилина: «Я вражескими источниками не пользуюсь!». То есть полноценному учету данных немецкой стороны мешали идеологические и политические факторы. Все это приводило к постоянному додумыванию за противника мотивировок его действий и к разнообразным спекуляциям на этой почве. Это утверждение можно с успехом применить к разным периодам войны и практически ко всем крупным сражениям. Нередки случаи, когда космического масштаба выводы делаются на основе высказываний отдельных военнопленных, занимавших низшие ступени в военной иерархии германской армии. Сражение на ближних подступах к Ленинграду здесь не стало исключением.

В итоге по состоянию на сегодняшний день сложилась парадоксальная ситуация, когда фундаментальное (без всякого преувеличения) исследование современного уровня по битве за Ленинград написано иностранцем – известным американским военным историком полковником Дэвидом Гланцем. Имеется в виду его работа начала 2000-х годов «The Battle for Leningrad, 1941–1944», несколько лет назад вышедшая и на русском языке. Предпринятое им сопоставление советских источников с немецкими стало серьезным шагом вперед в изучении сражения за Ленинград. Однако в бо?льшей степени Гланц опирался на истории соединений Вермахта и исследования с немецкой стороны, чем на первичные источники, то есть на оперативные документы группы армий «Север» и подчиненных ей соединений и объединений.

Автор этой книги стал тем исследователем, который решил радикально изменить существующую ситуацию и сопоставить имеющиеся данные о противоборствующих сторонах с привлечением действительно широкого круга немецких источников. Изучение и, главное, сопоставление информации и оценок обеих сторон раз за разом приносят ощутимые результаты и создают целостную картину происходившего под Ленинградом осенью 1941 года. Так автор показывает роль обороны Красногвардейска (нынешней Гатчины) в отражении сентябрьского наступления на город, которая недооценивалась ранее, в том числе в освобожденных от цензуры фронтовых очерках. Советская сторона, в том числе грамотные штабисты, просто была лишена возможности правильно оценивать последствия тех или иных действий войск фронта. Эта возможность у нас есть сейчас благодаря немецким документам, и автор ею воспользовался.

Взгляд с обеих сторон придает описываемым событиям глубину и объем. Здесь самые яркие страницы, на мой взгляд, написаны в книге о действиях 124-й танковой бригады в начале октября 1941 года. Эпизод благодаря многочисленным фотографиям танков КВ этой бригады с недавних пор стал хорошо известным в кругах интересующихся военной историей. Однако драматичная история боев 124-й танковой бригады впервые представлена настолько подробно и по-настоящему берет за живое.

Автор дает достаточно широкую картину происходившего: от действий 8-й армии на подступах к Урицку и Ораниенбауму до попыток 54-й армии прорвать кольцо блокады извне. Причем привлечение данных противника позволяет объективно оценить действия советских войск на внешнем фронте блокады, уйти от поверхностных оценок «топчетесь» со стороны командования в сентябре 1941 года до неожиданного и даже парадоксального вывода «они были в нескольких шагах от успеха». Даже в тех случаях, когда отдельные эпизоды битвы за Ленинград хорошо проработаны другими исследователями (так, совсем недавно, в 2010 году, вышла сильная работа «Петергофский
Страница 2 из 24

десант» Ю.В. Кольцова), автор книги сумел сказать несколько новых слов об этих событиях.

Переоценка происходившего на разных участках фронта под Ленинградом также заставляет автора произвести переоценку личностей, от которых зависела судьба второго по величине и значимости города Советского Союза в тот период войны. С одной стороны, он обрушивается с жесткой критикой на Г.К. Жукова. С этой оценкой я не могу согласиться, но, безусловно, высказанные аргументы заслуживают рассмотрения. Научная дискуссия необходима, и без нее немыслимо движение вперед. Надо сказать, что в книге неоднократно встречается полемика с мнением других исследователей. Это совершенно правильный подход к делу, именно так и надо строить исследование, когда автор далеко не первый, кто обращается к теме. Выстраивание реперных точек с полярными оценками помогает читателю делать свои выводы на основе прочитанного.

С другой стороны, не хотелось бы создавать впечатление исключительно отрицательных оценок, которые даются автором книги ключевым фигурам битвы за Ленинград. Так, он приходит к переоценке личности Климента Ворошилова, роль которого в сражении за город на Неве в отечественной историографии принято оценивать скорее отрицательно, нежели положительно. Автор без обиняков, не оглядываясь на господствующее в исторической науке мнение, пишет: «К.Е. Ворошилов показал себя хорошим организатором». Как и почему был сделан такой неожиданный вывод, вы узнаете, прочитав эту книгу.

Алексей Исаев

кандидат исторических наук

От автора

Данная работа появилась на свет благодаря целому ряду людей и событий. Давний авторский интерес к истории вылился в интерес к истории Великой Отечественной войны как одного из центральных событий всей истории Отечества. Интерес к истории войны в конце концов оформился в профессиональный интерес к битве за Ленинград.

Эта книга является серией очерков эпизодов обороны Ленинграда в конце августа – начале сентября 1941 г. Подобный формат работы был выбран не случайно. Именно он позволяет более-менее подробно рассказать о событиях на отдельных участках фронта. Объединяющая идея этих очерков – это то, что все они посвящены периоду последнего рывка сил группы армий «Север» к Ленинграду, установлению блокады города, выходу противника на ближние подступы к Ленинграду, а также первым попыткам прорыва блокады. Основой послужили в первую очередь документы, и сами очерки являются скорее рассказом о событиях, где, насколько это было возможно, продемонстрирован ход событий с обеих сторон.

Документальная основа для книги – это копии немецких документов, сейчас находящиеся в США. Соответственно в работе использовались документы оперативного отдела группы армий «Север», журналы боевых действий 16-й и 18-й армий, журналы боевых действий и приложения к ним 26, 28, 50-го армейских корпусов, 41-го моторизованного корпуса. Как выяснилось, часть документов оказалась утраченной. Так, утрачен вместе с приложениями журнал боевых действий 38-го армейского корпуса, утрачен журнал боевых действий 39-го корпуса. Это создало ряд серьезных трудностей при работе. Однако эти трудности были успешно преодолены использованием документов дивизионного звена. Были использованы документы 1, 58, 122-й и 291-й пехотных дивизий, 36-й моторизованной, 1, 6, 8, 12-й танковых дивизий. Также были и материалы немецкой дивизионной историографии, хотя по отношению к документам большинство из них являлись вторичными.

К сожалению, настолько же подробно рассказать о действиях защитников Ленинграда не удалось. Зачастую об их удачных действиях, героических поступках приходилось узнавать только из немецких документов. Использовавшиеся в работе документы оперативного отдела штаба Ленинградского фронта и отдельные публикации крайне фрагментарны, зачастую искажают картину, ведь из-за сложной обстановки связь работала плохо, и многие важные события просто остались не освещенными.

Некоторым из них не нашлось места в такой книге, как «Битва за Ленинград», до сих пор являющейся лучшей работой по теме. Это, например, оборона Красногвардейска (Гатчины) в сентября 1941 г., бои у Павловска (Слуцка) и Колпино. Эти события являлись решающими по своему значению для боев под Ленинградом. То же самое относится и к первым попыткам прорыва блокады.

Теперь стоит рассказать, ради чего все это затевалось. В свое время было выпущено немало книг о битве за Ленинград; главы, посвященные ей, есть в общей истории Великой Отечественной и Второй мировой войн. Однако именно сражение, развернувшееся под стенами города в сентябре, окутано таким непроницаемым туманом домыслов, измышлений, настолько хаотично и беспорядочно представлено в литературе, что не совсем становится понятен ход событий, они не складываются в цельную картину.

Вдобавок касательно именно этого периода существует устойчивый миф о спасении Ленинграда А. Гитлером, который отдал приказ об отводе танковых частей из-под города. Запущенный немецкими генералами еще в конце 40-х гг., несмотря ни на что, он живет до сих пор. Также в литературе можно встретить отсутствие критического отношения к деятельности Г.К. Жукова в Ленинграде (автор не имеет в виду «работу» В. Бешанова «Ленинградская бойня. Страшная правда о Блокаде», которая является лишь компиляцией самого низкого качества). Еще одним живучим мифом является утверждение о спасении Ленинграда благодаря действиям именно морской артиллерии.

Поэтому целью данной работы является как можно более подробный рассказ о боевых действиях на сухопутном фронте. Рассматриваемый период включает в себя конец августа 1941 г., время выхода противника на ближние подступы к Ленинграду и само сентябрьское наступление на Ленинград. Отдельный очерк посвящен первой попытке прорыва блокады. Также в отдельной главе будет кратко рассматриваться деятельность войск фронта в начале октября 1941 г. Действия военно-воздушных сил здесь рассматриваться не будут. Что касается действий морской артиллерии, то большую сложность здесь представляет определение результатов артиллерийского огня. Поэтому организация поддержки сухопутных войск с помощью корабельной артиллерии будет рассмотрена более подробно, а далее речь пойдет о наиболее ярких примерах ее использования.

Наступление финских войск и действия войск Ленинградского фронта против финнов на Карельском перешейке в данной работе не освещаются.

Эта работа вряд ли бы состоялась, если бы не помощь отдельных людей, которым хочется выразить свою признательность. В первую очередь хочу выразить глубочайшую признательность Денису Жукову, Николаю Воробьеву, Валерию Дурнову. Своей преподавательнице немецкого языка Татьяне Витальевне Пономаревой, без помощи которой этой работе не суждено было появиться на свет. Отдельное спасибо Алексею Тихонову, который продолжает свой труд по сбору материалов о защитниках Гатчины.

Хочется выразить свою благодарность преподавателям исторического факультета СПбГУ, Евгению Васильевичу Ильину и поисковому отряду «Ингрия» за незабываемый опыт, Андрею Борисовичу Николаеву и участникам «Петербургских чтений по военной истории» за возможность высказывать свою точку зрения,
Страница 3 из 24

Олегу Алексеевичу Суходымцеву, Светлане Леонидовне Новиченко, Андрею Рябкову, Владиславу Гончарову, Одиссею Мамонову, сотрудникам Центрального Военно-морского архива (г. Гатчина) и лично Алле Андреевне Лучко, Мирославу Эдуардовичу Морозову, участникам обсуждения на «Цусимских форумах».

Хочется выразить благодарность своим соавторам по книге «Архипелаг в огне» Вячеславу Никитину и Артему Астафьеву. Отдельное спасибо Александру Томзову, Денису Базуеву и Роману Ивановичу Ларинцеву. За интерес к теме и организацию экскурсий отдельная благодарность Баиру Иринчееву.

Введение. Цели и задачи 4-й танковой группы в сентябре 1945 г

Здесь мы постараемся дать краткий очерк того, как менялись планы немецкого командования летом 1941 г. И к чему противник пришел к началу сентября, уже под стенами Ленинграда.

С самого начала войны расчет немецкого командования при планировании наступления на Ленинград строился на том, что силами подвижных соединений удастся быстро достичь города.

В течение июля – августа 1941 г. наступление на Ленинград вели силы 4-й танковой группы и 16-й армии. 18-я армия из состава Группы армий «Север» вела боевые действия в Прибалтике. Вплоть до середины июля задачей ГА «Север» и ее танковой группы было именно овладение Ленинградом. Но в приказе от 15 июля одной из задач 4-й танковой группы было уже по достижении рубежа Нарва – Луга – Новгород нанести еще один удар с целью окружения Ленинграда[1 - NARA T313 R330 Fr 8 611 831.]. Это потребовало дополнительных усилий и дополнительных сил. При этом наступление на новгородском направлении 56-го моторизованного корпуса потерпело неудачу из-за контрудара под Сольцами.

После визита в группу армий «Север» 21 июля Гитлер согласился на то, чтобы передать усиление из состава 3-й танковой группы. Это было следствием того, что правый фланг ГА «Север» оказался скованным силами Красной Армии, а сектор группы армий был слишком растянутым. Это вызвало столкновение с Ф. Гальдером, который был против переброски дополнительных сил. Однако и он согласился на изменение целей для войск.

22 июля в приказе по группе армий о дальнейшем ведении операций об окружении Ленинграда говорилось уже как о главной цели всей ГА «Север», при этом требовалось перерезать железную дорогу Москва – Ленинград[2 - NARA T313. R330 Fr 8 611 818.]. Таким образом, планы немецкого командования изменились.

С 23 июля ГА «Север» получает от Ф. Гальдера задачу на то, чтобы перерезать железнодорожное сообщение между Москвой и Ленинградом. Это делалось с целью еще и не дать возможности отступления в этом направлении. Главные усилия ГА «Север» должны были прилагаться в направлении озера Ильмень, а потом и Ладожского озера. Здесь предполагалось использовать удар подвижными соединениями.

Однако в этот момент и 41-й моторизованный корпус, и 4-я танковая группа были скованы действиями войск Красной Армии. Сам Эрих Гепнер был против такого использования его 41-го моторизованного корпуса. После визитов генерал-лейтенанта Паулюса было признано, что мнение Э. Гепнера является обоснованным, и было решено, что наступление здесь будет вестись в первую очередь пехотой. В то же время 41-й моторизованный корпус был скован борьбой за плацдармы на Луге. А соединения 56-го моторизованного корпуса вели бои на подступах к самому городу Луге, и успех там пока был под большим вопросом.

После 30 июля было решено, что задачей 4-й танковой группы теперь является главным образом окружение Ленинграда. Но к Ленинграду путь лежал через еще не прорванные укрепленные позиции Лужского рубежа. В конце концов наступление соединений 4-й танковой группы было назначено на 8 августа.

Наступление 41-го моторизованного корпуса с плацдармов на Луге началось 8 августа 1941 г. 16-я армия перешла в наступление позже. Именно 16-й армии предстояло выполнить задачу по окружению Ленинграда с востока. Об этой операции будет сказано отдельно. Далее речь пойдет о том, какие задачи непосредственно ставились перед 4-й танковой группой.

К 19 августа немецкие войска силами 41-го моторизованного корпуса 4-й танковой группы вышли на ближние подступы к УР. Около дер. Большие Борницы их встретили подразделения курсантов Военно-политического училища НКВД и слушателей курсов младших политруков.

В то же время 16-я армия овладела Новгородом и силами 28-го и 1-го армейских корпусов вела бои с отходящими войсками 48-й армии, частично с отступающими с Лужского рубежа войсками. К этому моменту 50-й армейский корпус 4-й танковой группы еще не смог овладеть Лугой. Между 16-й армией и 4-й танковой группой образовывался разрыв в несколько десятков километров.

19 августа в штаб 4-й танковой группы пришла телеграмма из штаба ГА «Север». В ней говорилось, что дальнейшее продвижение к Ленинграду пока следует остановить, бой внутри города и в районах южнее и западнее Ленинграда не вести. Решение о дальнейшей судьбе города лежит на фюрере. 18-я армия прикрывает левый фланг 4-й танковой группы. Одну из дивизий 41-го моторизованного корпуса, 8-ю танковую, развернули для продвижения в направлении на Лугу.

В свою очередь, в августе 1941 г. 18-я армия вела длительные бои в Эстонии. После того как войска Нарвской оперативной группы вынуждены были оставить перешеек у Нарвы и отойти на восток, 18-я армия также включилась в наступление на Ленинград. Ее 26-й и 38-й армейские корпуса подошли к Кингисеппу только к 17 августа и втянулись в тяжелые бои вокруг города.

После овладения Кингисеппом перед армией была поставлена двойственная задача: с одной стороны, прикрыть фланг далеко вырвавшейся вперед танковой группы, с другой – уничтожение сил противника на побережье Лужской губы. Уже с 21 августа пехота стала просить помощи у танкистов, т. к. медленное продвижение 1-й и 58-й пд задерживало быстрые части.

Тем временем под Красногвардейском продолжались бои. 20 августа противник наступал вдоль Лужского шоссе в полосе обороны 1-го полка 2-й гвардейской дно и 267-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона. Контратакой при поддержке танков 1-й танковой дивизии противника удалось отбросить. Через 6 часов последовала еще одна атака, противник действовал с запада и юго-запада. Ему удалось захватить Педлино, Черново, Войсковицы. 21 августа немцы попробовали обойти УР с юго-востока, но и здесь встретили отпор. После этого противник предпринимал только отдельные атаки, т. к. было решено, что с 20 августа 41-й моторизованный корпус переходит к обороне.

22 августа оперотдел штаба 41-го моторизованного корпуса отмечал, что развитие ситуации под Кингисеппом оказывает серьезную задержку на начало наступления на Ленинград. В ходе боев под Красногвардейском 1-й танковой дивизии удалось захватить дер. Пижма восточнее города. В дальнейшем эта деревня могла стать трамплином для дальнейшего наступления.

При этом 8-я танковая дивизия продолжала двигаться на юго-восток, а 50-й армейский корпус пока еще не занял Лугу. 16-я армия вела силами 1-го армейского корпуса тяжелые бои у Чудово. Условия для последнего рывка на Ленинград созданы еще не были.

Приказом по группе армий № 5 от 21 августа 1941 г. был установлен рубеж окружения вокруг Ленинграда. ГА «Север» должна была выйти на следующую линию окружения Ленинграда: Шлиссельбург –
Страница 4 из 24

Ивановское – восточнее и юго-восточнее болот у Колпино – Ижора – Райколово – по течению Ижоры до дер. Скворицы – Бол. Терволово – Проковщина (т. е. село Кипень) – Ропша – Петергоф. Основную задачу по окружению Ленинграда должна была выполнить 4-я танковая группа. При этом возможность дальнейшего продвижения обязательно предполагалось использовать.

Согласно выполненным 24 августа в штабе группы армий «Север» расчетам, основная задача по окружению Ленинграда возлагалась на 4-ю танковую группу. Возможность дальнейшего продвижения к Ленинграду 4-й танковой группы будет зависеть от того, насколько быстро 18-я армия сможет выдвинуться из района Кингисеппа к Кипени и от положения под Лугой. То есть от того, насколько быстро 50-й армейский корпус сможет справиться с войсками отступающей Лужской оперативной группы. Танковые дивизии должны были использоваться для того, чтобы выйти на указанную линию окружения[3 - NARA T313. R330 Fr 8611727-8611731.].

По этим расчетам перед наступлением на Ленинград следует восстановить ситуацию южнее озера Ильмень (т. е. справиться с войсками Северо-Западного фронта) и обеспечить оборону фронта по р. Волхов.

Дальнейшее продвижение [к Ленинграду] соединений 4-й танковой групппы зависит от того, как быстро 18-я армия сможет выдвинуться из района Кингисеппа и от положения под Лугой (которая будет захвачена только 24 августа). С одной стороны, после высвобождения сил 18-й и 16-й армий, предполагается быстро продвинуться вперед, с другой – обеспечить выход подвижных соединений к Лодейному Полю.

Судя по этим расчетам, противник уже не ожидал сильного сопротивления на ближних подступах к Ленинграду, концентрируя свое внимание на действиях Красной Армии на своих флангах.

По достижении назначенных целей 4-я танковая группа и подвижные части передавали свой участок фронта у Ленинграда войскам 18-й армии и сосредоточивались в районе Чудово для пополнения и ведения наступления с целью соединения с финнами.

Корректировка планов немецкого командования произошла в связи с тем, что ОКХ 28 августа отдает приказ № 40996/41 на окружение Ленинграда[4 - Verbrechen die Wehrmacht. S. 309.]. В этом приказе ОКХ так определяло задачи группы армий «Север»: как можно более плотное окружение Ленинграда, при этом капитуляцию города предполагалось не принимать.

В приказе также значилось, что по достижении города центр сопротивления на Балтийском море будет сломлен. Это произойдет без большого кровопролития со стороны немецких войск. Наступления на город силами пехоты вести не предполагалось. Вместо этого город следовало подвергнуть бомбардировкам и артиллерийским обстрелам с целью уничтожения инфраструктуры. Выход населения из города требовалось пресекать силой оружия. Приказ также требовал соединения с финскими войсками.

На основе этого приказа штаб группы армий «Север» отдал 29 августа приказ на окружение Ленинграда. Этот приказ был опубликован Н.А. Ломагиным на русском языке еще в 2005 г., но ни один отечественный историк так и не понял значения этого документа для понимания хода боевых действий под Ленинградом[5 - Ломагин Н.А. Немецкие документы о боях на подступах к городу и блокаде Ленинграда // Нестор. № 8. СПб., 2005. С. 130.].

В приказе говорилось следующее:

«При достижении границы Ленинграда <…> продолжить наступление с целью окружения города. Следующей целью наступления является по-прежнему рубеж между Шлиссельбургом и Ивановским с форсированием Невы и выходом на рубеж Ижора – Детское Село – Пулково – Урицк. В дальнейшем, если будет позволять ситуация, сузить кольцо до рубежа близ Пороховых – Александровское – Купчино – Урицк».

Как видно, вышеприведенные линии окружения сохранялись, но добавлялось то, что при возможности следовало выйти на линию окружения Пороховые (пригород Ленинграда) – Александровское (южнее Ленинграда) – Купчино – Урицк. К моменту, когда этот приказ был отдан, на ближние подступы к городу на участке у р. Ижора и у Колпино вышла и 16-я армия силами 28-го армейского и 39-го моторизованного корпусов.

В приказе имелась определенная двойственность – с одной стороны, противник должен был использовать все возможности для продвижения, с другой – в случае если будет оказываться сопротивление, то тогда вести наступление на Ленинград силами пехотных частей не предполагалось[6 - NARA T313. R330 Fr 8611720-8611723.].

Однако начать наступление в ближайшие дни 4-я танковая группа была не в состоянии. Во-первых, часть ее сил вынуждена была вести бои с окруженными у Луги частями Красной Армии. Левый фланг 41-го моторизованного корпуса у Красногвардейска был не прикрыт, 18-я армия пока вела бои в районе Копорья.

Тем временем наибольших успехов в продвижении к Ленинграду добились соединения 16-й армии. Речь о действиях ее корпусов далее пойдет отдельно. В оценке ситуации, сделанной штабом 18-й армии 27 августа, было сказано, что 26-й и 38-й корпуса армии ведут тяжелые бои, противник отстаивает каждый метр. Поэтому, т. к. этого противника не обойти, было решено сначала приложить максимум усилий для его разгрома[7 - NARA T312 R 782 8432139.]. Однако это затрудняло продвижение на восток, т. к. в буквальном смысле дивизии армии вынуждены были двигаться зигзагом.

В соответствии с этим приказом 4-я танковая группа должна была выйти на ближний рубеж окружения. Собственно, о том, что ее соединения имели ограниченные задачи, из всех участников войны сообщает в своей работе лишь Шарль де Болье, бывший начальник штаба 4-й танковой группы[8 - Charles de Beaulieu W. Der Vorstoss der Panzergruppe 4 auf Leningrad. Neckargemund, 1961 S. 110.]. Остальные немецкие авторы тщательно игнорируют эти факты.

Для того чтобы максимально приблизить срок окончательного наступления на Ленинград, 18-я армия должна была приложить все усилия для продвижения на восток для выхода на исходные позиции для последнего рывка. При этом с 8-й армией Ленинградского фронта, занимавшей оборону на побережье Финского залива, и с береговыми укреплениями предполагалось поступить следующим образом: их решили захватить ударом с востока, из района Петергоф, Ораниенбаум[9 - NARA T312 R 782. 8 432 184.].

Тем временем штабом танковой группы после изучения данных разведки были определены участки, наступление на которых могло быстро привести к прорыву обороны противника. У Красногвардейска, на участке, который передавался штабом 41-го моторизованного корпуса 50-му армейскому корпусу, это был район у деревень Лукаши и Бор. В полосе наступления 41-го корпуса слабо укрепленные позиции разведка обнаружила у деревни Скворицы, находящейся у дороги, которая ведет от Красногвардейска вдоль берега Ижоры на северо-запад.

На обоих участках складывались хорошие условия для наблюдения за обороной противника. Участок, захваченный немцами у Пижмы, давал возможность наблюдать за позициями ополченцев. Тем самым он имел большое значение для будущего наступления. Вдобавок на этом участке характер местности позволял использовать ее для сближения пехоты с обороной противника, а также применять технику.

На основе этих данных был предложен следующий план наступления. На участке 41-го моторизованного корпуса предполагалось силами 36-й моторизованной дивизии при поддержке корпусной артиллерии нанести удар на левом фланге и овладеть высотами у деревни
Страница 5 из 24

Аропакози. За 36-й дивизией, для использования ее успеха, в бой должна была вводиться 1-я танковая дивизия. Ее наступление должно было проходить в направлении Александровской у Пушкина или в северном направлении на участке западнее Красного Села.

Далее, на правом фланге 36-й моторизованной дивизии предполагалось ввести в бой 6-ю танковую дивизию с целью прорыва линии укреплений у села Пудость и дальнейшего продвижения вплоть до высот восточнее деревни Истинка (у села Тайцы). Далее предполагалось развернуть дивизию фронтом на восток, тем самым охватив Красногвардейск с запада. Участие в овладении Красногвардейском было следующей задачей для дивизии.

8-ю танковую дивизию предполагалось использовать для развития успеха 50-го армейского корпуса или на других участках[10 - NARA T313. R332 Fr8 613 646–649, 411-412].

Так как предстояло вновь штурмовать укрепления, штаб 41-го моторизованного корпуса 2 сентября указывал, что теперь потребуются новые способы ведения боя: «В ходе предстоящего наступления идет речь о борьбе против крепких, заблаговременно подготовленных укрепленных позиций с многочисленными обособленными сооружениями, в том числе современнейшими, как то: бетонные долговременные огневые точки с амбразурами, а также бронеколпаки».

«Бой здесь следует вести не сконцентрированными сильными наступательными группами, а специально для этого оснащенными и подобранными штурмовыми группами, прежде всего ударными группами. Во избежание излишних потерь в людях следует наделить ударные группы всеми наступательными средствами, необходимыми для борьбы против долговременных огневых точек».

Штаб 4-й танковой группы 2 сентября 1941 г. отдает приказ по танковой группе № 28[11 - NARA T313. R331. Fr 8612193-198.], где говорится, что ее соединения готовятся к нанесению решающего удара. При этом в состав предполагалось включить 39-й моторизованный и 28-й армейский корпуса. Что касается 39-го моторизованного, то этого так и не произошло, корпус остался в составе 16-й армии. 28-й армейский корпус вошел в состав 4-й танковой группы с 7 сентября 1941 г.

Немецкое командование столкнулось с несколькими трудностями. Во-первых, это была борьба с окруженными под Лугой частями 41-го стрелкового корпуса. Это отвлекало силы и время. Следующая проблема была в том, что 18-я армия смогла выйти на рубеж внешнего обвода обороны Ленинграда и сомкнуть фланги с 41-м моторизованным корпусом только к 7 сентября. За два дня до этого, 5 сентября, было принято решение, что 4-ю танковую группу должны были не просто отвести из-под Ленинграда. Теперь ее предполагалось использовать для наступления на Москву. Таким образом, любое промедление с началом наступления было для немецкого командования крайне не выгодно.

В состав 4-й танковой группы к этому моменту входили: 41-й моторизованный корпус (1-я, 6-я танковые дивизии, 36-я моторизованная дивизия); 50-й армейский корпус (Полицейская дивизия СС, 269-я пехотная дивизия). С 7 сентября в состав 4-й танковой группы был передан 28-й армейский корпус (96, 121, 122-я пехотные дивизии). В резерве 4-й танковой группы оставалась 8-я танковая дивизия. Также 4-я танковая группа получила усиление в виде артиллерийских частей. На левом фланге 4-й танковой группы в направлении на Красное Село действовал 38-й корпус 18-й армии. На правом фланге – 39-й моторизованный корпус 16-й армии, граница между 4-й танковой группой и 16-й армией проходила по течению р. Тосно.

Задачи для корпусов, входивших в состав 4-й танковой группы, были следующими: 41-й моторизованный корпус должен был прорвать оборону южнее Таллинского шоссе и овладеть Дудергофскими высотами.

Первой, на участке у дер. Скворицы, должна была перейти в наступление 36-я моторизованная дивизия, затем в прорыв предполагалось ввести 1-ю танковую дивизию, которая после захвата Дудергофских высот должна была продвинуться в направлении Александровки (западнее Пушкина).

6-я танковая дивизия 41-го моторизованного корпуса должна была вести наступление у Красногвардейска, прорвать оборону северо-западнее города и выйти в район поселка Тайцы.

Таким образом, перед дивизиями корпуса были поставлены ограниченные задачи по сжатию кольца окружения до определенного рубежа в соответствии с расчетами штаба ГА «Север» в августе 1941 г. Неудивительно, что большинство немецких авторов старательно обходили этот вопрос стороной, т. к. он не вписывался в концепцию ошибочных решений А. Гитлера в ходе войны.

50-й корпус должен был силами Полицейской дивизии СС и 269-й пехотной дивизии овладеть Красногвардейском и далее вести наступление на север, для того чтобы овладеть Пулковскими высотами. Корпус должен был выполнить ответственную задачу, в случае успеха и быстрого падения города его предполагалось уже в составе 18-й армии использовать для занятия Ленинграда.

28-й корпус должен был с рубежа р. Ижора вести наступление силами 96-й и 121-й пехотных дивизий на Слуцк (Павловск), овладеть им и далее продвигаться на Пушкин. Еще одна дивизия корпуса, 122-я пехотная, должна была начать наступление позже. Ее задача состояла в овладении Колпино. Если 41-й моторизованный и 50-й армейский корпуса должны были начать наступление 9 сентября, то 28-й армейский корпус переходил в наступление через два дня.

В целом, судя по приказу по танковой группе № 29, противник оценивал возможности войск Ленинградского фронта к сопротивлению как слабые. Противник считал, что части Красной Армии у Ленинграда неспособны к оборонительным боям. Настроение жителей города определялось как низкое из-за проблем со снабжением.

6 сентября на свет появилась Директива № 35. Согласно этой директиве, все силы должны были быть сосредоточены для наступления на Москву. При этом предполагалось усилить группу армий «Центр» за счет флангов. Из состава группы армий «Север» в состав группы армий «Центр» возвращался 57-й моторизованный корпус. Помимо этого было принято решение, что 4-ю танковую группу должны были не просто отвести с фронта окружения Ленинграда. Теперь ее предполагалось использовать для наступления на Москву. И отвод 41-го моторизованного корпуса, а также 4-й танковой группы планировалось осуществить уже к 15 сентября[12 - Дашичев В.И. «Банкротство стратегии германского фашизма». Т. 1. С. 214–242.].

Таким образом, любое промедление с началом наступления было для немецкого командования крайне не выгодно. Однако срок начала наступления несколько раз переносился. Тем более, теряя три дивизии, у противника уже могло не остаться сил даже для достижения ближнего рубежа окружения.

Тем временем продвижение 18-й армии к Ленинграду все еще было достаточно медленным. В течение 2–6 сентября она с большим трудом силами 26-го и 38-го армейских корпусов продвинулась к Ленинграду, выйдя на исходные позиции для последнего рывка. Этим последним рывком стало наступление на село Кипень 1-й пехотной дивизии 38-го армейского корпуса. К описанию боевых действий юго-западнее Ленинграда мы еще вернемся.

Итак, противник производил подготовку к началу общего наступления. Наступление должно было начаться без оперативной паузы, частично с ходу немецкие войска должны были прорвать оборону войск Ленинградского фронта. Надо отметить, что уже сам план был малореальным для исполнения. Ведь в обороне войск
Страница 6 из 24

Красной Армии были не только слабые участки, которые удалось вскрыть немецкой разведке. Были и участки, достаточно хорошо подготовленные к обороне. Тем более что вся 4-й танковая группа на момент 7 сентября была фактически лишена более-менее сильных резервов для развития успеха. Провал наступления на участке любого из корпусов мог серьезно задержать всю операцию или вовсе привести к тому, что придется отказаться от выполнения задач. А это грозило тем, что конечная цель – окружение Ленинграда, овладение им путем уничтожения войск Красной Армии и населения с помощью голода – могла быть не выполнена противником. Теперь все зависело и от стойкости защитников Ленинграда.

Здесь же надо сказать, кто командовал немецкими войсками. 26-й армейский корпус возглавлял генерал от артиллерии Альберт Водриг. Он родился в Берлине в 1883 г., на военной службе состоял с 1901 г. 26-й корпус под его руководством участвовал в Польской кампании, после которой Водриг и был произведен в генералы от артиллерии. За боевые действия во Франции Водриг был награжден Рыцарским знаком Железного креста. Однако под Ленинградом его корпусу была отведена довольно скромная роль.

28-й армейский корпус возглавлял Мауритц фон Викторин. Он был ровесником Водрига, в 1904 г. ему было присвоено звание лейтенанта. За участие в Первой мировой войне был награжден Железным крестом 2-го класса. После Первой мировой войны служил в австрийской армии, с 1938 г. перешел в Вермахт. Командовал 20-й моторизованной дивизией, в ноябре 1940 г. был произведен в генералы от пехоты и назначен командиром 28-го армейского корпуса на побережье Ла-Манша.

Командиром 38-го армейского корпуса был Фридрих-Вильгельм фон Хаппиус. Он родился в 1886 г., на военной службе с 1906 г. Участник Первой мировой войны, имел ряд наград. После войны служил в Рейхсвере. Командиром корпуса он был назначен только с апреля 1941 г., после того как 1 апреля ему было присвоено звание генерала от пехоты.

50-й корпус возглавил Георг фон Линдеманн. Родившийся в 1884 г., в армии он служил с 1903 г. Во время Французской кампании командовал 36-й пехотной дивизией. Был награжден, с осени 1940 г. – генерал от кавалерии и теперь возглавлял 50-й армейский корпус.

Командир 41-го моторизованного корпуса Георг-Ханс Рейнхардт родился в 1887 г., в Бауцене. С 1907 г. – на военной службе. Службу в танковых войсках проходил еще в 30-е гг., когда возглавил 4-ю танковую дивизию. Вместе с ней участвовал в нападении на Польшу, после чего получил очередную награду, был произведен в генерал-лейтенанты и с февраля 1940 г. возглавил 41-й моторизованный корпус. С июня 1940 г. – генерал танковых войск.

39-й моторизованный корпус возглавлял Рудольф Шмидт. Родился в 1886 г., на военной службе с 1906 г., имел ряд наград за участие в Первой мировой войне. Участвовал в нападении на Польшу, с февраля 1940 г. возглавил 39-й корпус, с 1 июня был произведен в генералы танковых войск.

Можно сказать, что основные вехи биографий наших противников повторяли друг друга. Это были профессионалы. Исходя из вышеизложенного, в первую очередь предстоит рассказать о том, как противник вышел к Ленинграду и установил сухопутную блокаду города. В дальнейшем действиям каждого корпуса 4-й танковой группы и 18-й армии будет посвящен отдельный очерк. Теперь же пора сказать несколько слов о том, как Ленинград готовился к обороне.

Глава 1. Организация обороны на ближних подступах к Ленинграду

Вплоть до начала Великой Отечественной войны оборона Ленинграда строилась в первую очередь с условием того, что враг будет наступать с севера и запада. Однако укрепленные позиции на западе строились вдоль линии государственной границы, и когда эту границу в 1940 г. передвинули, они были частично законсервированы. В то же время возникла определенная двойственность: в Прибалтике были расквартированы войска Прибалтийского военного округа, а Ленинградский военный округ, имевший самую обширную территорию, с самого начала боевых действий был ориентирован на оборону северных подступов к городу. Это было следствием предвоенных планов. Однако из-за неудачного развития оборонительной операции в Прибалтике непосредственная угроза Ленинграду была создана противником уже в начале июля 1941 г.

Сам Северный фронт, созданный на основе Ленинградского военного округа, возглавил Маркиан Маркианович Попов, а его начальником штаба в июле 1941 г. был назначен Н.В. Городецкий, переведенный сюда с должности с начальника штаба 23-й армии.

С самого начала войны как партийная организация Ленинграда, так и штаб преобразованного в Северный фронт Ленинградского военного округа начинают предпринимать меры для укрепления обороны города именно с южного направления.

Значительный объем организационной работы по подготовке обороны Ленинграда был выполнен аппаратом главнокомандующего Северо-Западным направлением. Это управление было образовано постановлением Государственного Комитета Обороны 10 июля 1941 г. Во главе его стоял К.Е. Ворошилов, членом Военного совета направления был назначен А.А. Жданов.

Решение о строительстве рубежей обороны на ближних подступах к Ленинграду и в самом городе было принято Военным советом 25 июня 1941 г. Сам процесс строительства должен был начаться с 27 июня.

28 июня было сформировано Управление строительства тыловых оборонительных рубежей фронта, которое возглавил будущий командир 13-й стрелковой дивизии (5-й дивизии народного ополчения) генерал-майор П.А. Зайцев. Предполагалось возвести два основных рубежа обороны, одним из которых станет будущий Красногвардейский укрепленный район, линия обороны которого проходила от Петергофа до Красногвардейска и далее по левому берегу р. Ижора до Невы.

8 июля для осуществления руководства работами в Красногвардейском укрепленном районе было создано управление начальника строительства № 3 под руководством военного инженера А.С. Савельева. К непосредственному руководству строительством на местах был привлечен постоянный и переменный состав Высшего инженерно-технического училища ВМФ. В будущем Красносельском секторе строительством руководили военинженер 2 ранга Л.И. Васильев, военинженеры 3 ранга Л.И. Порадня и И.А. Баславский. Петергофский укрепленный узел строился под руководством воентехника 1 ранга П.С. Громова, укрепленный узел в районе Туйпо, Пеллеля, Баболова, Рехколово – под руководством капитана А.Л. Рядова. После занятия укрепрайона армейскими частями к руководству был привлечен командный и инженерный состав пулеметно-артиллерийских батальонов. В районе Русско-Высоцкого работами руководил военинженер 3 ранга М.А. Краминский, в районе Красного Села – военинженер 3 ранга М.Р. Бауман[13 - Жуков Д.В. Создание Красносельского сектора Красногвардейского укрепленного района летом 1941 г.// Пусть не прервется связь времен. СПб., 2009. С. 22.]. Красногвардейский укрепленный район приказом главнокомандующего войсками Северо-Западного направления маршала К.Е. Ворошилова в составе трех секторов обороны был сформирован 23 июля 1941 г. На строительстве укрепленного района работало 87 тыс. человек[14 - На защите невской твердыни. С. 83.]. Надо сказать, что аппарат главнокомандующего Северо-Западным направлением сделал для обороны Ленинграда
Страница 7 из 24

больше, чем кто-либо летом 1941 г.

Приказом от 16 августа укрепрайон был приведен в боевую готовность. Кроме этого, вся координация действий между Северным, Северо-Западным фронтами и Балтийским флотом осуществлялась именно с помощью управления.

Теперь настало время рассказать о том, какие силы, средства имелись в распоряжении командования Ленинградского фронта под началом М.М. Попова и К.Е. Ворошилова к концу августа 1941 г., когда борьба развернется непосредственно на ближних подступах к городу.

К этому моменту Ленинградский фронт почти не получал подкреплений. Фронт сдерживал противника теми силами, которые входили в состав округа (как, например, 191-я стрелковая дивизия) или были сформированы уже в ходе боевых действий. Уже в июле 1941 г. на Балтийском флоте начался процесс передачи личного состава в формируемые бригады морской пехоты. Кроме этого, крупнейшим источником для пополнения и формирования новых частей был сам Ленинград. Еще 27 июня 1941 г. Военный совет Северного фронта рассмотрел вопрос формирования добровольческих частей. Первоначально их предполагали создавать как резервные, для занятия тыловых рубежей. 28 июня Ставка ВГК утвердила представленный на ее рассмотрение план формирования 7 добровольческих дивизий. К сожалению, их пришлось использовать как обычные части Красной Армии. К августу 1941 г. на фронте действовали 1, 2, 3, 4-я дивизии народного ополчения. Также в июле было сформировано 14 пулеметно-артиллерийских батальонов для занятия укрепленных рубежей к югу от Ленинграда и новые дивизии, часть которых получили наименование «гвардейские» в память о событиях Гражданской войны.

В связи с резким ухудшением обстановки из-за немецкого наступления 14 августа командующий Северным фронтом отдал приказ о приведении укрепрайона в боевую готовность.

Организационная работа продолжалась и в дальнейшем. 20 августа было принято решение «Об организации обороны города Ленина», в результате чего был создан Военный совет обороны Ленинграда. Также был создан Штаб обороны города. В то же время Ставка потребовала от главного командования Северо-Западного направления представить соображения об обороне города. 22 августа был составлен план обороны города. Планировалось, удерживая Красногвардейский укрепленный район, оказывать сопротивление противнику, который стремится окружить Ленинград. Также предусматривалось создание ряда новых оборонительных рубежей. Кроме этого, был поставлен вопрос о разделении Северного фронта на Ленинградский и Карельский фронты.

Предложения Главкома Северо-Западного направления были одобрены. Ставка также потребовала надежно прикрыть железнодорожные пути с востока на Ленинград и Неву от села Ивановское (устье р. Тосно) до Шлиссельбурга[15 - На защите невской твердыни. С. 139.]. К сожалению, эти меры запоздали как минимум на неделю.

К концу августа к востоку от Ленинграда сложилась критическая обстановка. Более подробно об этом будет рассказано ниже. В то же время сформированный Военный совет обороны Ленинграда вызвал ряд вопросов в Ставке и лично у И. Сталина. Последний обрушился с жесткой критикой на ленинградских руководителей. В Ленинград прибыла комиссия, в ходе ее работы были приняты меры по укреплению обороны Ленинграда, в частности, создан план Внутренней обороны города.

Что касается сил, которые непосредственно осуществляли оборону Ленинграда, то с юга и запада ее осуществляли 8-я армия Ленинградского фронта, сформированная 24 августа на основе управления 50-го стрелкового корпуса, 42-я армия и Красногвардейский укрепленный район. Краткая характеристика этих сил будет дана далее.

8-я армия помимо Копорской оперативной группы насчитывала шесть стрелковых дивизий (11, 48, 118, 125, 191, 268-я). Среди всех армий Ленинградского фронта она дольше всех участвовала в боях и понесла самые большие потери. К 1 сентября армия потеряла более 40 тыс. человек только пропавшими без вести. Командующим армией был назначен В.И. Щербаков. Ранее он возглавлял только что сформированную 42-ю армию. В.И. Щербаков родился в 1901 г. Участвовал в Гражданской войне, в отличие от ряда офицеров, ему удалось окончить курс Академии им. Фрунзе. Участвовал в советско-финской войне. С начала 1941 г. он возглавлял 50-й стрелковый корпус 23-й армии.

К концу августа дивизии армии имели не более 30–35 % личного состава от штатной численности. В состав армии также вошли 1-я гвардейская дивизия народного ополчения, 2-я дивизия народного ополчения, 281-я стрелковая дивизия из состава Копорской оперативной группы. Точных данных по всем дивизиям армии в нашем распоряжении не имеется. Однако есть возможность проиллюстрировать картину данными хотя бы по отдельным дивизиям.

Одной из самых сильных дивизий армии оставалась 191-я стрелковая дивизия. На 1 сентября в ее составе было 9435 человек личного состава (по другим данным, 8834 чел.), 105 орудий.

Однако количество орудий не отражало боевые возможности артиллерии, так как обеспеченность боеприпасами была очень низкой, так как нормы расхода снарядов были установлены очень низкие. На 76-мм пушки – не более 10 снарядов, на орудия более крупных калибров еще более низкие. Таким образом, ни о каком огневом превосходстве речи не было. Из-за недостатка оружия в частях армии в течение 7–8 сентября оружие изымалось из тыловых учреждений.

В 1-й гвардейской дивизии народного ополчения на начало сентября числилось 2409 человек с тремя орудиями и без зенитной артиллерии. Отмечались низкая боевая подготовка и то, что дивизия требует тщательной работы. 281-я стрелковая дивизия насчитывала 3893 человека, и в ней отмечались случаи паники. Одной из лучших дивизий армии считалась 268-я стрелковая дивизия (всего 4576 человек). В составе 118-й стрелковой дивизии было два полка и 3025 человек личного состава. В 125-й стрелковой дивизии – около 2,5 тыс. человек.

48-я стрелковая дивизия к 9 сентября насчитывала чуть более 3 тыс. человек. Дивизия неплохо была обеспечена винтовками, в т. ч. автоматическими, но пулеметов на всю дивизию было всего 22 штуки. Вся артиллерия дивизии состояла из четырех 76-мм и восьми 107-мм пушек.

Состояние 118-й стрелковой дивизии и 1-й гвардейской дивизии народного ополчения было таково, что их к 9 сентября вообще хотели свести в один полк каждую. Во 2-й дивизии народного ополчения и 191-й хотели расформировать по одному полку, чтобы потом за счет пополнения сформировать еще один.

2-я дивизия народного ополчения единственная насчитывала до 10 тыс. человек и считалась лучшей еще в составе Копорской оперативной группы. Дополнительным резервом для 8-й армии могли стать заключенные – всего до 500 человек. Наличие в армии двух бригад морской пехоты, 2-й и 5-й, давало возможность использовать другие части с боевым опытом на более важных участках. Моряки же прикрывали позицию по р. Воронка на правом фланге 8-й армии. В целом состояние дивизий армии не сильно улучшилось к началу немецкого наступления на Ленинград.

Также с юга Ленинград прикрывали 42-я и 55-я армии. 55-ю армию сформировали из состава Слуцко-Колпинской оперативной группы. Речь о ней пойдет ниже.

С 1 сентября 42-ю армию возглавил генерал-лейтенант Федор Сергеевич Иванов, членом Военного
Страница 8 из 24

совета армии был председатель Леноблсовета Николай Васильевич Соловьев, начальником штаба – генерал-майор Георгий Андреевич Ларионов. Командующий армией Ф.С. Иванов родился в 1897 г., имел опыт службы в Российской императорской армии, в Красной Армии состоял с 1918 г. Академического военного образования Иванов не имел. До войны службу проходил в основном в Киевском особом военном округе. В войне с Финляндией не участвовал. С июля 1941 г. командовал 8-й армией. Таким образом, с командующими армиями была произведена рокировка.

Участок от берега Финского залива до деревни Скворицы вдоль линии оборонительного пояса Красногвардейского укрепрайона занимала 3-я гвардейская дивизия народного ополчения численностью 7694 человека. Западнее линии укрепрайона в районе Ропши находился стык 8-й и 42-й армий Ленинградского фронта. Сам район Ропши занимали ополченцы 1-й гвардейской дивизии народного ополчения, рядом с ними занимали оборону бойцы 118-й стрелковой дивизии, западнее была расположена 191-я стрелковая дивизия. Сюда же могла быть переброшена и 11-я стрелковая дивизия, находившаяся западнее.

Гвардейские дивизии народного ополчения Ленинграда формировались уже в конце июля – начале августа 1941 г. Название «гвардейские» должно было свидетельствовать о преемственности традиций ленинградских рабочих, которые, как и их предшественники в годы Гражданской войны взяли в руки оружие. Они отличались от своих предшественников (1, 2 и 3-й дивизий) тем, что количество кадровых военных на командных должностях сильно уменьшилось. Во 2-й и 3-й гвардейских дивизиях народного ополчения ощущался сильный некомплект вооружения. Во 2-м стрелковом полку 3-й гвардейской дивизии 25 % бойцов не имело винтовок. Дивизия имела только 39 орудий, 65 минометов, 135 ручных и станковых пулеметов. Еще в августе 2-й полк передал свой участок обороны 3-му полку и убыл в расположение 55-й армии, и таким образом, ни о какой плотности обороны и резервах на одном из направлений, где мог вести свое наступление противник, говорить не приходилось.

2-я гвардейская дивизия занимала оборону в центральном секторе Красногвардейского укрепрайона. Ее полоса обороны проходила по линии Репузи, Салези, Корпиково, Большие Колпаны, Пижма, восточные скаты высоты 73,7 общей протяженностью до 20 км. 3-я гвардейская дивизия народного ополчения занимала оборону по линии Старый Петергоф – Сибилево – Русско-Высоцкое – Скворицы протяженностью по фронту до 30 км.

2 сентября была установлена следующая разграничительная линия между 42-й и 55-й армиями: Купчино, Пулково, Кюльмя, Комолово, Лукаши, Пустошка. К моменту перехода противника в наступление 42-я армия силами 3-й гвардейской дивизии народного ополчения и шести пулеметно-артиллерийских батальонов занимала оборону по рубежу Петергоф, Троицкое, Пелля, Скворицы, Красное Село. О пулеметно-артиллерийских батальонах речь пойдет ниже.

Участок обороны 2-й гвардейской дивизии народного ополчения (11 326 чел., по другим данным, 10 840 чел., 58 орудий, 108 минометов, 152 станковых и 223 ручных пулемета) теперь проходил по рубежу Скворицы, Покизен-Пурская, Корпиково, Химози, Пустошка. 1-й полк дивизии находился на левом фланге и занимал оборону в узлах сопротивления Химози – Пижма – Красный хутор. 2-й полк занимал рубеж Большая Пудость – Корпиково – Парицы. 3-й полк занимал предполье укрепрайона.

После неудачных боев конца августа командиром 2-й гвардейской дивизии был назначен один из первых Героев Советского Союза на Северном фронте полковник В.А. Трубачев. Оборона Красногвардейска была усилена танками 1-го танкового полка, который был вооружен танками КВ. В это же время из состава уже 42-й армии убыла 291-я сд, на ее участок прибыл 2-й полк 1-й дивизии народного ополчения.

Части, занимающие укрепленный район, насчитывали в общей сложности 22 133 человека, 290 орудий, 70 минометов, 202 станковых и 153 ручных пулемета. Для вооружения сооружений укрепрайона сняли 100 пулеметов с участка на Карельском перешейке. Помимо 14 255 человек в пулеметно-артиллерийских батальонах, которые формировались в июле 1941 г., за август и сентябрь было сформировано еще 18.

Основная боевая единица секторов – отдельный пулеметно-артиллерийский батальон – имела следующую структуру: по численности от 1052 человека по штату (хотя могло быть и меньше) до 2300 человек, которые сводились в 4 роты численностью по 160–180 человек.

Вооружение батальона должно было состоять из:

орудия 76-мм – 16;

орудия 45-мм – 20;

пулеметы станковые – 68;

пулеметы ручные – 49;

радиостанции – 10;

прожекторные станции – 4.

Каждая рота включала в свой состав 14–16 артиллерийских и пулеметных взводов. Каждый взвод (10–13 человек) являлся гарнизоном одной или двух огневых точек.

По принятому плану обороны Ленинграда Красногвардейский УР должен был удерживаться во что бы то ни стало, любые вклинения в оборону должны были ликвидироваться сильными контратаками. Задачей Красногвардейского УР была активная оборона рубежа Петергоф – Пелля – Юля-Пурсково – Салези – Пижма – Лукаши – Старая мыза – Колпино, т. е. не пропустить противника в Ленинград. Однако при планировании строительства и в его ходе не успели разработать план взаимодействия с полевыми войсками. Кроме этого, предполагалось приступить к созданию ряда отсечных и промежуточных позиций.

Одной из них была возводившаяся в тылу 8-й армии позиция на рубеже Ст. Калище – Н.Калище – Коваши и далее по реке Коваши, Черная, Гостилицы, Дятлино и Витино. Ее предполагалось обеспечить и поддержкой со стороны артиллерии береговой обороны. Также предполагалось создать позицию по линии Калище – Коваши – колхоз Кипень. Для борьбы с танками преполагалось использовать морские орудия.

К 17 августа следовало отработать план артиллерийского и минометного огня на переднем крае УР. Кроме этого, для использования в борьбе с танками было решено выделить из состава 2-го корпуса ПВО 100 76,2-мм орудий обр. 1931 г., которые в составе корпуса заменялись 85-мм зенитками. Однако эти орудия могли рассчитывать на успех только при большой удаче. Ведь по танкам им предстояло вести огонь шрапнелью из-за отсутствия достаточного количества бронебойных снарядов. При этом их располагали почти поорудийно на путях вероятного движения танков.

От Финского залива на юго-восток тянулась граница Красносельского сектора. Его граница проходила по линии Финский залив – Горская – Арропакози-Скворицы, всего 35 км по фронту. Здесь было построено 87 км противотанковых рвов, 56 км проволочных препятствий, 1 км железобетонных надолбов, 286 артиллерийских дзотов, 36 пулеметных дзотов, 28 артиллерийских железобетонных огневых точек, 63 бронированных артиллерийских и 39 пулеметных огневых точек, 51 скрывающаяся огневая точка, 325 открытых артиллерийских и 304 пулеметных площадок, 89 км окопов и ходов сообщения, 54 КП. Установка укрепленных сооружений продолжалась вплоть до начала немецкого наступления. Помимо бетонных сооружений возводились сооружения из корабельной брони. Всего, по донесению группы офицеров Научно-технического отдела ВМФ, было смонтировано 20 пулеметных дотов с 50-мм броней и 8 орудийных дотов под 76-мм пушку с 150—180-мм броней. Среди артиллерии сектора было и 16 76,2-мм зениток у Красного Села
Страница 9 из 24

и 16 орудий у Дудергофских высот.

Оборону в секторе занимали 264, 277 и 265-й отдельные пулеметно-артиллерийские батальоны. 264-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон был сформирован из судостроителей-адмиралтейцев, студентов Кораблестроительного института и рабочих завода по обработке цветных металлов. Командир – старший лейтенант М.С. Бондаренко, комиссар – М.А. Крысов. Так получилось, что историю этого батальона удалось восстановить наиболее подробно. И так же подробно была восстановлена история строительства оборонительных сооружений на его рубеже. Всего на участке батальона находилось 104 огневых точки. Их заняли бойцы 1, 2 и 4-й рот, 3-ю роту оставили в резерве. На рубеже деревень Мишино – Олино – Марьино, во втором эшелоне, располагалась лишь 3-я рота и отсутствовала стройная система инженерных сооружений с долговременными огневыми точками.

Отведенный батальону участок обороны являлся частью Петергофского укрепленного узла, начинавшегося в районе Гранильной фабрики (ныне Часового завода) в Старом Петергофе и кончавшегося у деревень Настолово, Райкузи, Пиудузи. Участки противотанковых рвов прикрывались огнем дотов и дзотов, соединявшихся между собой ходами сообщения для пехоты, в которых предусматривались стрелковые ячейки и пулеметные гнезда.

Южнее, у деревни Разбегай, находился участок обороны 277-го батальона, сформированного из сотрудников института Академии наук СССР, Академии художеств, Государственного юридического института, студентов Ленинградского университета. О вооружении и о том, как оборудовался участок обороны батальона, известно немного. Из воспоминаний ясно, что батальон помимо орудий, установленных в долговременные и деревоземляные сооружения, имел также две 76-мм пушки. Вполне возможно, что и на его участке имелись вкопанные в землю танки.

Фронт обороны 265-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона (командир – старший лейтенант К.И. Рождественский, военный комиссар – И.С. Нестеров) простирался почти на 15 км от участка севернее деревни Русско-Высоцкое у Ропшинского шоссе до участка южнее дер. Скворицы. Батальон, таким образом, занимал участок, преграждавший противнику выход к Красному Селу вдоль Нарвского (Таллинского) шоссе и вдоль шоссе на Ропшу.

Батальон имел в своем составе около 1400 человек и состоял из рабочих судоремонтных заводов, а также учащейся и трудящейся молодежи Ленинграда, в т. ч. учащихся ремесленных училищ, студентов консерватории и т. д. Как и почти все пулеметно-артиллерийские батальоны, занимавшие оборону на ближних подступах к Ленинграду, он состоял из ополченцев.

В глубине обороны был создан крупный опорный пункт в районе Красного Села. Этот район занимали 282-й и 284-й пулеметно-артиллерийские батальоны. Южнее находился Красногвардейский укрепленный сектор, восточнее – Слуцко-Колпинский сектор. Огневую поддержку им могли оказать установленные на пространстве от Дудергофских высот до Киевского шоссе девять 130-мм орудий, входивших в батарею «А» («Аврора»). Ее основной задачей как раз и будет являться борьба с танками, несмотря на то что это были стационарные орудия.

Красногвардейский сектор (граница слева – Александровка, Онтолово, Новая, Горки) имел протяженность 20 км по фронту. В его составе было 9 батальонных узлов обороны. Всего было возведено 96 км противотанковых рвов и эскарпов, 3,7 км надолбов и ежей, 10,3 км завалов, 14,7 км других препятствий, 59 артиллерийских дотов, 4 пулеметных дота, 10 артиллерийских броневых огневых точек, 9 пулеметных броневых огневых точек, 121 артиллерийский дзот, 58 пулеметных дзотов, 675 различных окопов, 24 км ходов сообщения, 10 КП, 94 убежища. В районе станции Тайцы было смонтировано семь броневых дотов под 76-мм пушку с 100—120-мм броней. Части, занимавшие Красногвардейский УР, имели численность 11 тыс. человек. Здесь отмечалась наиболее высокая концентрация зенитных орудий, всего 68 единиц, вокруг Красногвардейска.

После того как 31 августа по приказу Военного совета Ленинградского фронта произошло разукрупнение Красногвардейского УР, справа находились силы Красносельского УР, слева – Слуцко-Колпинского.

Красногвардейский УР занимали следующие пулеметно-артиллерийские батальоны: 267-й батальон (командир – Н.И. Демьянов, комиссар – Ф.И. Казначеев), в составе которого к 9 сентября было более чем 2000 человек.

О расположении его рот в обороне можно сказать на данный момент наиболее подробно. На правом фланге батальона, у деревень Большие и Малые Колпаны, находилась третья рота, перекрывая шоссе из Луги и Кингисеппа. Эта рота также прикрывала дорогу в деревню Химози. Сама деревня находилась на высоте рядом с Варшавской железной дорогой. В деревне находились командный и наблюдательный пункты. Здесь, по данным Н.А. Прохорова, находилось не менее 10 дотов с 45-мм пушками, а также большое количество дзотов и пулеметных точек, в т. ч. скрывающихся.

Саму Варшавскую дорогу прикрывала 1-я рота, в районе деревень Большая и Малая Загвоздка находилась 2-я рота. Позиции 3-й роты батальона располагались у деревень Малые Колпаны и Химози. С востока Гатчину прикрывала 4-я рота, ее позиции находились у деревень Коргози, Большое и Малое Замостье. Штаб батальона находился в церкви на кладбище на восточной окраине города.

Справа находились подразделения 276-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона. Численность 276-го опаб, который сформировали из рабочих ряда заводов Ленинграда, а также студентов и преподавателей ряда учебных заведений, была около 1200 человек[16 - Цитадель под Ленинградом. С. 112.]. Подразделения батальона были расположены в районе дер. Салези, по восточному берегу реки Сал, в районе аэродрома, в поселке Мариенбург. Уже в ходе боев часть батальона была переброшена в район Пудости, вдоль северного берега р. Ижора, от деревни Новая Пудость до Варшавской железной дороги. В район деревни Салези остались только рота и два взвода и батарея 76-мм пушек. К тому же батальон имел еще один рубеж – оборону по южной окраине поселка Тайцы.

Район поселка Тайцы также прикрывал 268-й пулеметно-артиллерийский батальон. Рядом с его участком оборону с начала сентября занимал 2-й стрелковый полк 1-й дивизии народного ополчения, который был сформирован из остатков 1-го и 2-го стрелковых полков этой дивизии. В полку насчитывалось 1730 человек. На вооружении полка имелось всего 12 ручных и 4 станковых пулемета, а также четыре 120-мм миномета и восемнадцать 50-мм минометов. Также его успели довооружить некоторым количеством артиллерийских орудий. Полк обеспечивал стык 2-й и 3-й гвардейских дивизий народного ополчения.

Про 126-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон сейчас известно, что он являлся кадровым и прибыл под Гатчину из состава Карельского укрепрайона вместе с вооружением[17 - Корж Г. Карельский укрепленный район (//http://www.kaur.ru/articles/korzh.php).]. Он прикрывал позиции 267-го батальона с запада. Более никаких данных об этом батальоне нам не известно, как и его дальнейшая судьба.

Севернее Гатчины, на берегу Ижоры, находился 270-й пулеметно-артиллерийский батальон. Он своими огневыми точками прикрывал подступы к переправам через реку, а также дороги на Пушкин и Павловск.

На стыке между Красногвардейским и Слуцко-Колпинским
Страница 10 из 24

секторами действовала 90-я стрелковая дивизия, которая вышла в этот район после августовского окружения. Ее действия были направлены на то, чтобы пробить коридор к окруженным войскам Лужской (или Южной) оперативной группы. Ее действия и агония окруженных остаются за кадром нашего повествования.

Слуцко-Колпинский сектор, который в начале сентября был выделен в отдельный укрепленный район, протяженность по фронту составляла 38 км. Он делился на 4 дивизионных сектора. На его участке было возведено 28 км рвов и 42 км эскарпов, 30 км проволочных препятствий, 126 артиллерийских дзотов, 63 пулеметных, 14 дотов артиллерийских, 11 пулеметных, 6 бронированных артиллерийских огневых точек, 14 пулеметных точек. По другим данным, только на подступах к Колпино было возведено 290 огневых точек. В районе Антропшино было смонтировано 10 дотов под 76-мм пушку с 130—200-мм броней. Также имелось два дота в Федоровском посаде, где были установлены 76-мм полковые пушки.

От берега Невы до Московского шоссе проходили два противотанковых рва глубиной 3 м и шириной 8 м. Первый ров проходил от Ижоры в районе Третьей колонии до берега Невы между поселками Корчмино и Саперный. Второй ров начинался южнее поселка Ям-Ижора и выходил к Неве восточнее завода «Ленспиртстрой».

Плотность огневых точек на километр фронта составляла 5,7 пушек и 1,6 пулемета. Противотанковых орудий на один километр было 7,4, полевых орудий – 2, минометов – 1,8, станковых пулеметов – 2,2, ручных пулеметов – 7. На весь укрепленный район насчитывалось 36 зенитных орудий.

На участке обороны от берега Невы до Путролово оборону должны были занимать три пулеметно-артиллерийских батальона. Это были 261, 283, 289-й батальоны. 283-й батальон занял оборону восточнее Третьей колонии у Колпино, 261-й батальон – южнее Колпино, 289-й батальон занял оборону у Путролово. На вооружении всех трех батальонов насчитывалось до 25 пушек калибра 76 мм, около 45 орудий 45-мм орудий, была и экзотика вроде автоматических пушек фирмы «Бофорс». К моменту прибытия батальонов на участок обороны оборонительные сооружения готовы не были.

При этом на всем протяжении фронта укрепленного района ширина главной полосы обороны в среднем не превышала 2–4 км. Полевые укрепления начали возводить только в конце августа.

В соответствии с планом обороны Ленинграда так называемый Пулковский рубеж считался промежуточным участком обороны между укреплениями Красногвардейского УР и обороной уже самого города. Он рассматривался и как последний опорный пункт. Его строительство началось с 26 августа. Как отмечает В. Соколов в своей работе, посвященной истории 42-й армии, к 9 сентября 1941 г. Пулковский рубеж (Стрельна, Финское Койрово, Верхнее Койрово, Верхнее Кузьмино по р. Кузьминка) состоял из земляных противотанковых препятствий, отдельных огневых точек и минных полей[18 - Соколов В.А. Пулковский рубеж. СПб., 2002. С. 60.].

Однако в капитальной работе В.Н. Малярова приводятся несколько иные данные, касающиеся Пулковского рубежа. Так, согласно В.Н. Малярову, рубеж проходил по линии Урицк – Пулково – Колпино[19 - Маляров В.Н. Строительный фронт Великой Отечественной войны. СПб., 2000. С. 42.]. Работы по созданию укрепленного рубежа велись при участии 48 тыс. человек. Всего было построено 22 батальонных опорных пункта, 60 км противотанковых препятствий и проволочных заграждений, 520 огневых точек, в том числе 300 броневых. Но войсками к моменту сентябрьского наступления немцев, рубеж по большей части занят не был.

Помимо полевых укреплений на высотах 66,6 и 74,9 находились 130-мм орудия Б-13 батареи «Б» в количестве 10 единиц. Четыре орудия были расположены на высоте 66,6, остальные – на высоте 74,9.

Типы возводившихся огневых сооружений были совершенно различными. Среди них были и бетонные сооружения, как пулеметные, так и артиллерийские, предназначавшиеся для установки 45-мм и 76-мм пушек. При установке 45-мм пушки с ней также монтировался пулемет ДТ. Также строились сооружения из камня и дерева, как пулеметные, так и артиллерийские. Уникальными были броневые сооружения, возводившиеся строительными командами судостроительных заводов из брони недостроенных кораблей. Кроме того, было возведено большое количество отдельных огневых точек, в том числе скрывающихся.

Чрезвычайно существенным было то, что войска, занимавшие укрепрайон, почти не имели гаубичной артиллерии, подавляющее большинство орудий было калибром от 45 до 76 мм. В какой-то мере это можно было компенсировать наличием батарей «А» и «Б» из морских 130-мм орудий и поддержкой морской артиллерией, но значительная часть линии фронта в районе Гатчины находилась вне пределов действия морской артиллерии. Защитники Гатчины могли рассчитывать на огневую поддержку 704-го артиллерийского полка, оснащенного 107-мм пушками обр. 1910/30 г. Эти орудия могли вести контрбатарейную борьбу, но для плотной и мощной поддержки обороняющихся их явно не хватало. Также огневые позиции к западу от города занимал 28-й корпусной артиллерийский полк, на вооружении которого находились 122-мм корпусные пушки А-19.

В конце августа 1941 г. состоялась инспекционная поездка по укрепрайону, которая выявила ряд существенных недостатков. В первую очередь чрезвычайно низкую плотность обороны и недостаток огневых точек, их плотность редко превышала 3–4 на 1 км фронта. Глубина обороны была недостаточной – всего около 3 км. Отмечался острый недостаток резервов, для контрударов сил не было. На одном и том же участке действовали и комендант укрепрайона, и пехотные начальники, их взаимодействие было не отработано. Сами огневые точки были предназначены для фронтального огня, и система огня не была увязана с расположением препятствий. В конце концов с 5 сентября части укрепленного района были переданы в оперативное подчинение местным сухопутным начальникам, но т. к. это было сделано незадолго до начала наступления, вряд ли это успело дать серьезный эффект.

Кроме этого, отмечалась и низкая обученность войск. Из числа новосформированных частей и соединений только бойцы 267-го пулеметно-артиллерийского батальона и 2-й гвардейской дивизии народного ополчения успели получить некоторый опыт и обстреляться за две недели. Более того, в составе 2-й гвардейской дивизии было много тех, кто имел опыт военной службы и боевых действий[20 - На защите. С. 91.].

У остальных такой возможности не было. Ряд недостатков организации удалось устранить. Но самые существенные из них ликвидировать так и не удалось. При этом разведсводки предупреждали о том, что противник может в ближайшее время перейти в общее наступление[21 - ЦАМО. Ф. 217. Оп. 1221. Д. 62. Л. 36—39]. Для занятия укрепленного района имеющихся войск было явно недостаточно, но принять необходимые меры уже просто не успели.

В самом Ленинграде развернули 21-ю стрелковую дивизию войск НКВД[22 - Внутренние войска в Великой Отечественной войне. С. 144]. 6 сентября дивизия получает боевой приказ № 2. Дивизия должна была оборонять полосу Лигово-Мурзинка, Новая, парк 1-й пятилетки, с задачей прикрыть южное и юго-восточное направления города, не допустить противника в город и уничтожить на подступах к г. Ленинграду. Дивизия готовила районы обороны в черте города. В соответствии с планом обороны ее численность составляла 8328
Страница 11 из 24

человек в составе четырех стрелковых полков.

3 сентября К.Е. Ворошилову и А.А. Жданову была представлена докладная записка об организации обороны города. В ней уже прямо говорилось, что следует готовиться к борьбе в условиях окружения. Оборона должна быть активной и решительной. Главные направления ударов врага с юга определялись следующим образом: Колпино – Пулково, Красное Село – Урицк[23 - Нестор. № 8. С. 17–19.].

Что касается помощи со стороны Ставки, то августе фронт получил 90 100 человек пополнения[24 - Мохоров Г.А., Сычев К.В. Обеспечение фронтов войсковыми резервами в период битвы за Ленинград // 65 лет полного освобождения Ленинграда от фашистской (вражеской) блокады (14–27 января 1944 года): Материалы работы научно-практической конференции 22 января 2009 г. СПб., 2009. С. 204.]. В сентябре было получено еще более 30 тыс. человек. Однако из числа новых, только что сформированных соединений, Северный фронт летом 1941 г. получил от Ставки только 268, 265 и 291-ю стрелковые дивизии. 268-я стрелковая дивизия была сформирована из бойцов аппарата НКВД и отлично показала себя в боях. Все остальные резервы, которые бросались в бой южнее Ленинграда, фронт изыскивал сам. Это были и бригады морской пехоты, и дивизии народного ополчения, и пулеметно-артиллерийские батальоны.

Организация морской обороны Ленинграда началась еще в июле 1941 г. с создания штаба Морской обороны Ленинграда и озерного района (МОЛиОР)[25 - Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. М., 2005. С. 9.]. С 16 июля Морская оборона Ленинграда была в оперативном отношении подчинена Северному фронту[26 - Боевая летопись ВМФ. 1941–1942 гг. М., 1992. С. 180.]. В составе штаба Морской обороны 31 июля 1941 г. было сформировано Управление начальника артиллерии Морской обороны Ленинграда под руководством контр-адмирала И.И. Грена[27 - Там же. С. 181.].

К моменту развертывания сил и средств морской артиллерии ее использование на подступах к Ленинграду уже началось. Помимо установки морских орудий на сухопутном фронте строились железнодорожные транспортеры, но одной из главных задач Морской обороны стало включение кораблей КБФ в систему обороны города.

По заданию начальника Управления артиллерии Морской обороны Ленинграда была разработана документация и осуществлялось включение боевых кораблей в план обороны города. Первоначально план обороны Ленинграда предусматривал артиллерийскую поддержку кораблями приморского фланга 8-й армии[28 - ЦАМО. Ф. 249. Оп. 1544. Д. 90а. Л. 74–75.]. Всего для поддержки фланга 8-й армии предполагалось выделить два эскадренных миноносца, канонерскую лодку, береговые батареи и линейный корабль. В действительности поддержку осуществляли в основном канонерские лодки («Ока», «Сестрорецк», «Красное знамя», «Зея», «Волга») и эсминец «Суровый». Участок только что сформированной 42-й армии и Красногвардейского укрепленного района первоначально усиливали двумя 130-мм стационарными батареями «А» и «Б», расположенными на Дудергофских и Пулковских высотах. Главной задачей для этих батарей была борьба с вражескими танками. Однако, учитывая крайний недостаток тяжелой артиллерии (из 460 орудий сухопутной артиллерии только 46 калибра выше 100 мм), подобное усиление обороны было просто необходимым. Предполагалось соорудить еще несколько подобных стационарных батарей, но в большинстве своем, эта работа так и не была выполнена.

Приказом командующего Морской обороной Ленинграда создавалась группа кораблей, базирующихся на Ленинград, которая своим огнем должна была поддерживать части, занимавшие оборону в Красногвардейском УР и на Карельском перешейке[29 - ЦВМА. Ф. 240. Оп. 0824. Д. 3. Л. 188.]. В нее были включены линкоры «Октябрьская революция» (в дальнейшем базировалась на Кронштадт) и «Марат», крейсера «Максим Горький» и «Петропавловск», эсминцы «Строгий», «Стройный» и «Опытный», а также артиллерия Научно-исследовательского морского артиллерийского полигона на Ржевке (НИМАП). Для каждого корабля и артиллерии НИМАП были определены сектора на южном и северном побережьях Финского залива.

Сектора на южном побережье включали:

– линкор «Марат», крейсер «Максим Горький»:

Коркули, Гостилицы – поселок Ленина, Нидлино и дополнительный сектор по южному берегу Финского залива вправо;

– линкор «Октябрьская революция»:

Кронштадтская колония – Славянка, колхоз Ильича; Мартышкино – Ропша, влево – южный берег Финского залива;

– крейсер «Петропавловск»:

Стрельна (искл.) – совхоз «Брантовка», слева – Урицк – Б. Пудость;

– эсминцы «Стройный» и «Строгий»:

Московская Славянка справа (искл.) – Ладога, слева – Корчминово – Козловка;

дополнительный сектор – Славянка Петроградская – сев. Окраина г. Пушкин;

– эсминец «Опытный»:

Микколово-Порволово – Новоселье – Рюдемюлля.

Выбор и оборудование позиций для кораблей осуществлялись специалистами Гидрографической службы ВМФ. На передовых позициях создавалась сеть корректировочных постов, с каждого корабля создавалось два поста (один был основным, второй – запасным).

Посты Ленинградской группы кораблей имели следующее расположение:

– линкор «Марат» – Хюттеля, Эртелево;

– линкор «Октябрьская революция» – Рапполово;

– крейсер «Максим Горький» – Воронья Гора;

– крейсер «Петропавловск» – Канцелово;

– эсминец «Опытный» – Настолово;

– эсминец «Строгий» – Ям-Ижора;

– эсминец «Стройный» – Колпино;

– НИМАП – Славянка, Пулково, Колпино.

Огонь кораблей из Кронштадта мог корректироваться с корректировочных постов в Петергофе, Коновалово и выносных постов с каждого корабля, которые придавались сухопутным частям, но на участке Ропша – Гостилицы установившейся системы связи создано не было[30 - ЦВМА. Ф. 164. Оп. 4. Д. 3. Л. 11.]. Не было собственного поста и у крейсера «Петропавловск», однако, судя по его документам, он мог пользоваться постами в районе села Русско-Высоцкое[31 - Там же. Ф. 240. Оп. 0824. Д.3. Л. 165.].

Огонь открывался после разрешения или начальника артиллерии КБФ, или флагманского артиллериста. В дальнейшем корабли Кронштадтской группы также подчинили Морской обороне Ленинграда, но это вызвало еще больший хаос и большое число задержек. Корабли Ленинградской группы, действовавшие в интересах сухопутных войск, выполняли заявки на открытие огня, поступавшие через офицеров связи при начальниках артиллерии 42-й, 55-й армий и Красногвардейского укрепленного района[32 - ЦВМА. Ф. 410. Оп. 1. Д. 9. Л. 112.].

Каждый корабль получил список целей в своем секторе, при этом цели были как на переднем крае обороны, так и обязательно выбирались в глубине собственной обороны. К 23 августа корабли уже заняли свои позиции. Линейный корабль «Марат» занял позицию у входа в Морской канал, «Октябрьская революция» – в гавани Кронштадта, в Ленинградском торговом порту находились крейсера «Максим Горький», «Петропавловск» и эсминец «Опытный». В район Рыбацкого на позицию на Неве были выдвинуты эсминцы «Строгий» и Стройный».

Задачами морской артиллерии являлись: дальнее огневое нападение, подвижный заградительный огонь по рубежам, стрельба по целям, появляющимся внезапно, стрельба прямой наводкой. Вести стрельбу по целям ближе 1,5 км от наших войск (исключение составляла стрельба по танкам) запрещалось. Максимальную
Страница 12 из 24

скорострельность разрешалось развивать в течение не более двух минут, делая не более 20 выстрелов на орудие. Этот запрет не действовал в том случае, если огонь ведется по танкам и по целям, видимым с корабля.

Документация включала схему организации командования и вызова огня, схему связи, таблицу условных сигналов для связи и корректировки, наставление по стрельбе, наставление по связи. Для целеуказания артиллеристы пользовались картами масштаба 1:50 000. Для корректировки огня на каждом корабле формировались группы корректировщиков, каждый корабль выставлял два корректировочных поста.

Параллельно с работой Морского штаба в Ленинграде аналогичная работа велась и в Кронштадте, но к началу сентября там успели разработать только таблицу условных сигналов и список целей. Других документов подготовить не успели. Существовало и серьезное отличие, ведь для целеуказания в Кронштадте пользовались картами масштаба 1: 100 000.

К 9 сентября корабли эскадры КБФ имели следующее расположение: линкор «Марат» находился на позиции в Морском канале Ленинграда, линкор «Октябрьская революция» занимал позицию на Кронштадтском рейде, там же находился и крейсер «Киров», крейсер «Максим Горький» занимал позицию в акватории Ленинградского порта, лидер «Ленинград» – на Ораниенбаумском рейде, эсминец «Опытный» занял позицию в Угольной гавани Ленинградского порта 10 сентября. Там же находился эсминец «Свирепый». Поддержку сухопутным войскам в ходе штурма Ленинграда оказывали эсминцы «Сильный», «Сметливый» и «Стойкий». В Ленинградском порту, у стенки Угольной гавани, находился крейсер «Петропавловск». Кроме этого, для артиллерийской поддержки сухопутных войск были подготовлены канонерские лодки «Красное знамя», «Москва», «Волга», «Зея», «Кама», «Сестрорецк», «Селенга», «Амгунь» и береговая артиллерия.

Стационарные батареи «А» из девяти 130-мм орудий и батарея «Б» из десяти 130-мм орудий были переданы в оперативное подчинение командиру 3-й гвардейской дивизии народного ополчения. Кроме этого, в оперативном подчинении командования 42-й армии находились и железнодорожные артиллерийские установки (пять 130-мм двухорудийных батарей). В составе 55-й армии было четыре 130-мм двухорудийных батареи. Остается добавить, что на участке 42-й армии еще действовали железнодорожные транспортеры 12-й и 19-й батарей.

После того как был получен первый опыт использования морской артиллерии для поддержки сухопутных войск, в целях экономии боезапаса главнокомандующий Северо-Западным направлением К.Е. Ворошилов отдал приказ о норме расхода боеприпасов морской артиллерии. Были установлены жесткие нормы, так, орудия калибра 305-мм могли делать не более одного залпа в 10 минут. Также запрещалось использовать морскую артиллерию крупного калибра по отдельным, точечным, целям[33 - Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. С. 180–181.].

По Плану обороны Ленинграда для уничтожения противника на ближних подступах к Ленинграду предполагалось привлечь морскую артиллерию в количестве 115 орудий (сюда не был включен крейсер «Петропавловск»), что, по расчетам, давало плотность около 50 орудий на километр фронта[34 - Там же. С. 187–188.]. Откуда взялась такая плотность, трудно сказать, учитывая протяженность линии фронта.

Таким образом, к началу немецкого наступления подготовка к использованию морской артиллерии для поддержки сухопутных войск была завершена в Ленинграде. В Кронштадте большое количество вопросов еще не было отработано, и на участке вдоль Гостилицкого шоссе огонь морской артиллерии не мог использоваться с большой эффективностью. Оборудованные корректировочные посты здесь отсутствовали.

Главной проблемой была громоздкая схема связи, включавшая большое количество промежуточных звеньев. Большое количество проблем вызывали и сами радиостанции. Но самым существенным было то, что подобный вариант развития событий не отрабатывался перед войной, руководящие документы пришлось создавать практически с нуля. Со стороны флотского руководства много нареканий вызывали действия сухопутных начальников, с трудом представлявших себе возможности морской артиллерии. Тем более что сами корректировщики не прикреплялись к конкретным частям в секторе своего корабля, а действовали в их полосе независимо, получая указания только от своих офицеров связи. Никаких дополнительных документов об организации взаимодействия обнаружить пока не удалось, не упоминаются они и в отчетах. Таким образом, ни о какой оперативности выполнения заявок на открытие огня и речи быть не могло.

Таким образом, за июль – август 1941 г. была проведена гигантская работа по строительству укрепленных рубежей южнее Ленинграда. Как проявили себя войска в сентябрьских боях и какую роль сыграли укрепления в крайне напряженной и жестокой борьбе, мы с вами увидим дальше.

В нашей работе действиям авиации будет уделяться минимальное внимание. Действиям советской и немецкой авиации посвящен ряд работ, и в данной работе будут рассматриваться в основном, именно боевые действия сухопутных войск. Однако стоит отметить, что противник имел значительное численное превосходство именно в количестве ударных самолетов, особенно пикирующих бомбардировщиков.[35 - См.: Хазанов Д.Б. Битва за небо 1941 г. От Днепра до Финского залива. М., 2007. С. 325.]

Теперь пора вернуться немного назад, для того чтобы рассказать о том, как была установлена сухопутная блокада Ленинграда.

Глава 2. Установление сухопутной блокады Ленинграда

Одним из самых важных эпизодов битвы за Ленинград является непосредственно само установление блокадного кольца. Начало блокады ознаменовало собой совершенно новый этапа борьбы на Северо-Западном направлении. Все последующие события битвы за Ленинград определялись именно этим фактом.

Итак, одним из существенных моментов для понимания ситуации вокруг Ленинграда к началу установления сухопутной блокады является наше знание тех конкретных задач, которые ставили перед собой немецкое командование и штаб Ленинградского фронта. Вплоть до нашего времени исследователи использовали достаточно ограниченный круг источников бывшего противника. Поэтому точная формулировка целей, которые преследовало немецкое командование, оставалась практически неизвестной. Знание этих целей и того, что в конце концов немцам удалось выполнить, а также что командованию Красной Армии удалось сорвать с помощью контрмер, позволяет заново пересмотреть ряд эпизодов. Также это позволяет ответить на вопрос, можно ли было в тех условиях не допустить блокады Ленинграда и собирались ли немцы форсировать Неву.

Источниками для данной работы в первую очередь стали немецкие оперативные документы, в частности, журнал боевых действий 122-й пехотной дивизии и приложения к нему, а также военно-историческая литература.

Вопрос, собирался ли противник форсировать Неву, обсуждается уже довольно давно. В отечественной исследовательской и мемуарной литературе можно найти массу упоминаний о попытках переправы.

Касаясь событий, происходивших в ходе захвата противником Мги и Шлиссельбурга, переводчик Ю.М. Лебедев в своих комментариях к дневнику командующего ГА «Север» фон
Страница 13 из 24

Лееба утверждает, что немцы отказались от переправы через Неву 5 сентября и в дальнейшем к этим планам уже не возвращались[36 - Лебедев Ю.М. Ленинградский блицкриг. М., 2011. С. 238, 245–246.]. Однако несколько лет назад на русском языке наконец-то была издана работа американского исследователя Э. Зимке «Немецкая оккупация Северной Европы», где этому вопросу уделяется внимание в контексте финско-немецких отношений в ходе войны. И автор приходит к другому выводу. Подготовка к форсированию Невы велась, от выполнения этой задачи противник не отказался, но не смог ее осуществить[37 - Зимке Э. Немецкая оккупация Северной Европы. М., 2005. С. 244, 249.]. Частично некоторые детали этой, к счастью, неосуществленной операции были опубликованы в хронике 20-й моторизованной дивизии, впервые увидевшей свет в 1997 г. и переизданной в 2010 г. Это уникальное издание представляет собой подневную хронику боевых действий дивизии в ходе Второй мировой войны. Помимо описания боевых действий там приведены приказы командира дивизии и вышестоящих органов управления. Именно здесь, практически впервые, приведены немецкие приказы, где одним из пунктов было обозначено форсирование Невы у Островков в районе железнодорожного моста[38 - Asmus D. 20. Infanterie Division (mot). Chronik und Geschichte. Teil 1. 2011. S. 174.]. Несколько удивляет то, что Ю.М. Лебедев, обладая первым изданием этой работы, предпочел «не заметить» этого факта в своих комментариях. Хотя несколько лет назад сделал перевод отрывка о захвате Шлиссельбурга из истории дивизии, который был опубликован в сети Интернет[39 - Хроника и история 20-й моторизованной дивизии вермахта (1941 г.) // http://membook.narod.ru/page5.htm].

Причиной появления дивизии под Ленинградом было следствие решения о переброске в состав ГА «Север» дополнительных подвижных соединений из состава 3-й танковой группы. Именно им предстояло завершить окружение города.

Сроки переброски сил из состава 3-й танковой группы несколько раз изменялись. Однако после контрнаступления Северо-Западного фронта в августе 1941 г. было решено ускорить процесс передачи. В состав ГА «Север» для наступления на Ленинград передается 39-й моторизованный корпус. Корпус состоял из двух моторизованных и одной танковой дивизий. Ранее в составе 3-й танковой группы корпус прошел по Северной Белоруссии, вышел на подступы к Минску, участвовал в Смоленском сражении.

Основной ударной силой корпуса была 12-я танковая дивизия. Основу танкового полка дивизии составляли чешские боевые машины. Помимо этого, в дивизии на 21 августа насчитывалось 519 ручных и 70 станковых пулеметов, 75 8-см и 5-см минометов, 66 реактивных минометов, 30 37-мм противотанковых пушек, две 37-мм штурмовые пушки, 18 50-мм пушек, 19 75-мм пехотных орудий, 4 150-мм орудия. Артполк дивизии имел на вооружении 24 105-мм гаубицы и 8 150-мм гаубиц, а также 4 105-мм пушки К18. Личный состав дивизии насчитывал около 13 тыс. человек. Таким образом, уже ввод в бой одной этой дивизии мог обеспечить достижение очень крупного успеха.

Но кроме нее в корпусе насчитывалось еще две пехотные дивизии, оснащенные большим количеством автотранспорта. И если 18-я моторизованная дивизия войдет в состав 1-го армейского корпуса, то 20-я моторизованная дивизия будет участвовать в наступлении на Ленинград. В составе дивизии были два пехотных и артиллерийский полки. В составе артиллерийского полка было 24 105-мм и 12 150-мм гаубиц. Кроме этого, по 6 легких пехотных орудий имелось в роте каждого батальона. Это не считая минометов. Вдобавок каждая моторизованная дивизия была неплохо оснащена и автоматическим оружием, в первую очередь ручными и станковыми пулеметами. У командира каждой немецкой дивизии имелся сильный и мобильный резерв в виде истребительно-противотанкового дивизиона и разведывательного батальона.

Кроме этого, из состава 28-го армейского корпуса в бой вводилась еще и 121-я пехотная дивизия (это еще три пехотных полка и артполк, в котором по штату было уже 36 105-мм гаубиц). Эту дивизию сформировали в конце 1940 г. В ходе войны с Советским Союзом дивизия в составе группы армий «Север» прошла через Прибалтику, участвовала в прорыве Лужской позиции.

Тем временем с нашей стороны предпринимались отчаянные попытки изменить ситуацию. Командование Северо-Западного направления Ставка предупредила о возможности окружения Ленинграда еще 17 августа. Однако в этом документе основная речь идет о том, что необходимо выбить противника из Новгорода[40 - Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. М., 2005. С. 13–14.]. В Плане обороны Ленинграда также говорилось об этом. Однако оценка сил, которые вводились противником в бой, не учитывала появление на ленинградском направлении 39-го корпуса.

В то же время произошло разделение Северного фронта на Карельский и Ленинградский. Командующим Ленинградским фронтом был назначен М.М. Попов, возглавлявший до этого Северный фронт.

После захвата противником Чудова 24 августа Военный совет еще Северного фронта оценивал происходящее следующим образом. Противник, наступая с севера и юга, стремится к окружению Ленинграда и соединению своих войск. Южнее Ленинграда немецкие войска стремятся отрезать Ленинград от Москвы. В связи с этим Военный совет уже Ленинградского фронта поставил задачу прочного прикрытия города с запада, юго-запада и юго-востока.

Юго-восточнее Ленинграда предписывалось перейти к обороне силами Лужского участка, привести в порядок 48-ю армию. Затем овладеть Чудово и перейти в наступление на Новгород или ударить по тылам противника в направлении Волосово, Елизаветино. Предполагалось использовать часть войск, отходящих из района г. Луги.

К моменту передачи в состав Северного фронта на 20 августа 48-я армия состояла из остатков 128, 311, 70-й стрелковых дивизий и остатков 1-й дивизии народного ополчения и 1-й горнострелковой бригады. Армия вела бои в районе Чудово с частями 1-го армейского корпуса 16-й армии ГА «Север». В состав армии были включены части НКВД, часть ее дивизий отходила вдоль р. Волхов, часть была распылена западнее Октябрьской железной дороги. С юго-востока Ленинград прикрывал Слуцко-Колпинский укрепленный сектор.

23 августа была сформирована Слуцко-Колпинская оперативная группа для обороны Ленинграда с юга и юго-запада на вырицком направлении. В ее состав включили 90, 70, 237-ю стрелковые дивизии, остатки 1-й дивизии народного ополчения. Левый фланг опергруппы у пос. Лисино занимали 237-я и 70-я стрелковые дивизии. Все дивизии уже понесли большие потери (в 70-й стрелковой дивизии насчитывалось по списку 6264 человека), прошли через выход из окружения, остались без тяжелого вооружения, но свежих сил пока не было. 24 августа фронт 48-й армии был прорван, армия не смогла закрепиться на рубеже Лисино, Любань, Горка, Чудово и откатывалась на север.

В этот момент соединения 16-й армии вышли к Любани, ее силы были представлены двумя армейскими корпусами. Части 1-го армейского корпуса армии вели бои на широком фронте, основной задачей корпуса было расширение Новгородского плацдарма и захват плацдармов на Волхове. Силы 28-го корпуса действовали западнее, его дивизии вели бои с отходящими от позиций на Лужском рубеже частями Красной Армии. Наличие этих корпусов было вскрыто разведкой фронта, о предполагаемом появлении здесь
Страница 14 из 24

дополнительных сил в штабе Северного, а потом и Ленинградского фронта не догадывались. Новым противником должен был стать 39-й моторизованный корпус. Его соединения разворачивались южнее Любани.

Для наступления на Ленинград 39-й моторизованный корпус и часть сил 28-го армейского корпуса были объединены в так называемую группу Шмидта под общим командованием Рудольфа Шмидта[41 - Перевод текста приказа и дальнейшее описание боевых действий 20-й мд дается по книге: Asmus D. 20. Infanterie Division (mot). Chronik und Geschichte. Teil 1. S. 175–180.].

Приказом по 39-му корпусу № 21 от 25 августа перед его частями были поставлены следующие задачи:

– 27 августа корпус силами 20-й моторизованной и 12-й танковой дивизий наносит удар в направлении Ленинграда и окружает его с востока и юго-востока.

Задачей 20-й моторизованной дивизии было вести наступление с исходного рубежа у Любани, захват Ивановского и Усть-Ижоры и захват Шлиссельбурга.

Дивизия должна была вести наступление силами нескольких боевых групп. Одна группа состояла из разведбата дивизии, 3-го батальона 76-го пехотного полка, двух батарей 1-го дивизиона, 8-й батареи и двух орудий 20-го артполка, 1-й роты истребительно-противотанкового дивизиона, роты саперного батальона.

Вторая боевая группа – из 76-го пехотного полка без третьего батальона, штаба 3-го дивизиона 20-го артполка с 9-й, 1-й и половиной 7-й батареи полка.

Третья – из мотоциклетного батальона, части 20-го батальона связи, 20-го артполка и батареи зениток.

Четвертая боевая группа состояла из 90-го пехотного полка, 2-го дивизиона 20-го артполка, взвода 7-й батареи 20-го артполка, роты истребительно-противотанкового дивизиона и двух 10-см пушек. Этой боевой группе была поставлена задача: захватить Шлиссельбург.

12-я танковая дивизия получила следующий приказ: вести наступление в направление Ленинграда вдоль шоссе Чудово – Ленинград с целью создания линии окружения по рубежу Ижора – по течению Ижоры до перекрестка железной дороги Дно – Ленинград, используя возможность прорыва и продвижения вдоль по течению р. Славянка до Липицы (в приказе названа как Дипицы)[42 - Описание действий 12-й тд дается по журналу боевых действий дивизии. NARA T315 R626 Fr 165–182.].

Прикрывать действия 39-го корпуса на левом фланге должен был 28-й армейский корпус. Из дивизий корпуса первой перешла в наступление в направлении Ленинграда 121-я пехотная дивизия. Задача дивизии состояла в продвижение на север и захвате поселка Лисино. В течение последующих дней полки дивизии прикрывали продвижение 12-й танковой дивизии с запада и юго-запада. 1-й армейский корпус 16-й армии должен был обеспечивать восточный фронт окружения и прикрывать правый фланг 39-го моторизованного корпуса.

Начавшееся 27 августа наступление 20-й моторизованной дивизии проходило почти без серьезного сопротивления Красной Армии. 12-я танковая дивизия к 27 августа подошла к железнодорожной станции Тосно, ее разведбат достиг поселка Ушаки. Но взять с ходу ни тот, ни другой населенный пункт немцам не удалось. Поселком Ушаки немцы овладели к вечеру.

Организовать сопротивление на пути противника командованию Красной Армии не удалось. 27 августа штаб ЛФ подготовил директиву № 002 на переход армии к обороне севернее Любани. К 27 августа слуцко-колпинская группа занимала район Лисино – Вырица – Тосно. 48-я армия не смогла выполнить приказ на переход к обороне и продолжала отступать на север и восток. Слуцко-Колпинская группа пыталась освободить пути отхода Лужской оперативной группы, так как ее дивизии пытались пробиться к Вырице. Забегая немного вперед, надо отметить, что это отвлекло значительную часть сил 28-го армейского корпуса от операции по окружению Ленинграда.

К этому моменту Ленинград был обеспечен мукой на 17 дней, крупой – на 29 дней[43 - На защите невской твердыни. С. 144.]. Времени на то, чтобы обеспечить подвоз продовольствия в город, уже не оставалось. Быстрое выполнение противником целей своего наступления грозило катастрофой.

28 августа 12-я танковая дивизия частью сил продолжала движение в направлении поселка Шапки. Сопротивление частей Красной Армии продолжало оставаться довольно слабым, и к вечеру противник захватил Шапки. Утром 28 августа подразделениям 12-й танковой дивизии удалось взять Тосно. Вслед за этим 29-й танковый полк начал продвижение дальше на север и к середине дня захватил Саблино. На северной окраине Саблино немцы вынуждены были перейти к обороне, т. к. последовала неожиданная контратака. Она была отбита, но дивизия приостановила свое продвижение до утра следующего дня.

Около Саблино 28 августа немцев пыталась задержать маршевая рота, всего около 200 бойцов и 5 танков Т-26, под командованием генерал-майора П.А. Зайцева. Там же производил завалы на дороге 2-й запасной понтонный батальон, и через некоторое время подошли КВ 86-го отдельного танкового батальона. После падения Тосно К.Е. Ворошилов и М.М. Попов вызвали раздражение Сталина казавшейся ему бездеятельностью.

На пути движения 12-й танковой и 121-й пехотной дивизий начал образовываться заслон из частей Красной Армии, хотя сам замысел был гораздо более масштабным. В штабе Ленфронта продолжали всерьез рассчитывать на выполнение задачи по уничтожению тосненско-саблинской группы. О планах по ее разгрому уже упоминалось выше. Теперь настало время поговорить об этом подробнее. В целом задача была еще более масштабной – разгром любаньской группировки и овладение Чудово. Штаб фронта все еще полагал, что здесь действуют слабые силы противника, не обнаружив присутствия ни 20-й моторизованной дивизии, ни 12-й танковой дивизии. Вплоть до начала сентября наличие сил 39-го моторизованного корпуса оставалось для нашего командования неизвестным.

Всю операцию по плану штаба делили на три этапа:

1-й этап – уничтожение тосненско-саблинской группы. Задача – разгромить 21-ю пехотную дивизию противника, овладеть Тосно. Силы – 70-я и 168-я стрелковые дивизии, батальон танков КВ, поддержка наступления всеми силами ВВС фронта.

Направление главного удара – Слуцк, Лисино, Тосно. Продолжительность операции – 29–31 августа 1941 г. – три дня. Обеспечение рубежа Колпино, Слуцк до 31 августа – полк 3-й гвардейской рабочей дивизии. После 31 августа 1941 г. – 10-й стрелковый корпус.

2-й этап – овладение Любанью.

Задача – совместно с 48-й армией разгромить любаньскую группировку противника и овладеть Любанью.

Силы – те же и резерв, прибывающий из состава 10-го стрелкового корпуса, и создается резерв танков за счет поступления из промышленности.

Направление главного удара – через Тарасово, Каракино на Померанье. Продолжительность – 2–4 сентября – три дня.

3-й этап – овладение Чудово.

Конечно, надо отметить, что этот план был просто нереальным. Уже отмечалось, что сил у противника здесь было больше, чем считалось. 10-й стрелковый корпус после перехода из Таллина не существовал как боевое соединение. С нашей стороны сосредоточение ударной группировки шло крайне медленно, и противник упреждал наши действия. И 48-я армия уже не существовала как соединение, способное решать боевые задачи.

Единственная дивизия, которую в этот момент можно было назвать полноценной, – 168-я стрелковая дивизия. Этой дивизии была первоначально поставлена следующая задача:
Страница 15 из 24

одним полком дивизия должна была к 28 августа прикрыть Московское шоссе у пос. Ям-Ижора (по западному берегу р. Ижора), два полка, расположенные в районе Слуцка и Московской Славянки, готовить к обороне и контратаке. Дивизии предписывалось вести активные боевые действия в предполье Слуцко-Колпинского укрепленного сектора и уничтожить танки и пехоту противника, прорвавшиеся от Тосно на Саблино.

Дальнейшая задача для дивизии звучала так: наступать на район Ульяновка – Саблино, уничтожить там прорвавшиеся танки противника, выйти на Московское шоссе в районе Саблино, перерезать коммуникации противника, организовать круговую оборону, вести активную разведку с фронта Колпино – Федоровская. Упорно оборонять рубеж Колпинская колония – Самсоновка. Дивизия вошла в состав сформированной позже Слуцко-Колпинской оперативной группы, которую возглавил И.Г. Лазарев. Генерал-майор И.Г. Лазарев родился в 1898 г., в Красной Армии служил с 1918 г. Академию Фрунзе он окончил еще в 1929 г. Начало войны встретил командиром 10-го механизированного корпуса, а до назначения на пост командира Слуцко-Колпинской опергруппы возглавлял Нарвскую оперативную группу.

Тем временем в течение 29 августа разведывательный батальон 20-й моторизованной дивизии перешел в наступление вдоль дороги Любань – Шапки в направлении Сологубовки. Но, продвинувшись на несколько километров, был остановлен. С помощью батальонов 76-го пехотного полка это сопротивление было сломлено. Боевая группа «Гусман» вместе с 30-м мотоциклетным батальоном вела разведку подходов к Сологубовке, занятой противником. К концу дня Сологубовка была захвачена. В то же время подразделения дивизии вышли к пос. Турышкино. Дивизия оказалась на самых ближних подступах к железнодорожной станции Мга. Разведка уже начала предупреждать о концентрации командованием Красной Армии сил для защиты Шлиссельбурга. В район станции Мга по приказу командования ЛФ перебрасывались подкрепления. Остатки 1-й горнострелковой бригады были усилены, общая численность гарнизона поселка была доведена до двух тысяч человек.

Утром 29 августа подразделения 12-й танковой дивизии обошли поселок Красный Бор с востока, захватили его и закрепились на рубеже Красный Бор – Поповка. Западнее подразделения 12-й танковой дивизии достигли деревни Старая Мыза на р. Ижора. Дивизия уже готовилась к тому, что на следующий день удастся переправиться через Ижору, тем самым выполнив одну из основных задач. Этим же вечером в ходе атак советских ударных самолетов командир дивизии получил ранение осколком бомбы в голову. К этому времени пехота 121-й пехотной дивизии 28-го армейского корпуса продвигалась в северо-западном направлении, захватив к вечеру 28 августа Усадище, Тырково, Андрианово, и оказалась на ближних подступах к поселку Лисино. К 29 августа ее полки заняли Ульяновку, Большое Лисино и Поповку. Здесь 121-я пехотная дивизия втянулась в ожесточенные бои.

Группа Шмидта получила дополнительные указания к приказу на окружение Ленинграда. Главным для группы являлся захват Шлиссельбурга. Сжатие кольца, окружение с востока на запад силами 12-й тд должно было последовать после этого. С 2 сентября для переправы через Неву должны были прибывать понтонные парки. Их должны были забрать из состава 28-го армейского корпуса[44 - NARA T312. R545 Fr 8152637.].

В течение 30 августа 20-я моторизованная дивизия силами 76-го пехотного полка вела бои на подступах к поселку Мга и продолжала движение на север к Неве, у Ивановского. Днем 30 августа 90-й пехотный полк дивизии вышел на берег Невы у Ивановского, переправился через р. Тосно и захватил плацдарм на ее западном берегу. Мга к концу дня была охвачена с востока, немцы проникли в сам поселок, но сопротивление частей 48-й армии там еще продолжалось.

К середине дня 31 августа противник овладел поселком. К Мге подходили подразделения артиллерийского полка дивизии. Однако соединиться 76-му и 90-му полкам не удалось. В районе разъезда Горы западнее Мги продвижение противника на север было остановлено. 20-я моторизованная дивизия выполнила часть своей задачи, но оказалась в весьма невыгодном положении. Ее подразделения были растянуты на широком фронта от Невы до Турышкино и Сологубовки. При этом между двумя полками дивизии не было локтевой связи. Они занимали следующее положение: 3-й батальон 76-го полка – в поселке Мга, 2-й батальон – у разъезда Горы, 1-й батальон продвинулся вдоль линии железной дороги Келково – Анненское. Батальоны 90-го полка оказались растянуты на участке от линии железной дороги в нескольких километрах западнее разъезда Горы, район Петрушино, на севере и северо-востоке вдоль берега Невы и до плацдарма на левом берегу р. Тосно.

Перед дивизией была уже поставлена следующая задача. Она должна была передать свой участок частям 28-го армейского корпуса, создать плацдарм на правом берегу Невы и вести наступление вместе с 18-й моторизованной дивизией в направлении Волховстроя. Особое внимание предполагалось уделить захвату железнодорожного моста через Неву у дер. Кузьминки. Немецкая разведка установила переброску укреплений через Неву по мосту.

На других участках ситуация развивалась следующим образом. Штаб 12-й танковой дивизии немцев 30 августа ждал очень неприятный сюрприз в виде укрепленных позиций вдоль берега р. Ижора, из которых велся точный огонь. В результате штаб дивизии решил перейти к обороне. Попытки переправы через Ижору теперь считались трудновыполнимыми. Однако попытка 168-й стрелковой дивизии отбить Красный Бор была сорвана.

И на участке 121-й пехотной дивизии противника ожидали задержки. Несмотря на сильное сопротивление, дивизия должна была продолжать наступление в западном направлении на поселок Поги и на юг в сторону Аннолово. Историограф дивизии, описывая события 30 августа, сделал следующие замечания. 407-й полк дивизии смог ворваться в дер. Кунеголово. На участке 408-го пехотного полка сложилось тяжелое положение, перейдя в наступление на «звезду Мерседес» (так немцы называли перекресток дорог, ведущих на север, восток и запад западнее Новолисино) силами двух батальонов, он был встречен контратакой. Бойцам Красной Армии при поддержке артиллерии удалось прорваться вплоть до позиций немецкой артиллерии.

Контратакой их отбросили, но точность огня советской артиллерии удивила противника. Немцы посчитали, что огонь корректируют партизаны. Наступление 405-го полка в этот день столкнулось с ожесточенным сопротивлением в районе разъезда Стекольный. Его 3-й батальон, наступавший вдоль железнодорожной насыпи в направлении Новолисино, наткнулся на укрепленные позиции противника, обойти которые не было никакой возможности.

Сильные контратаки подразделений 168-й стрелковой дивизии заставили 407-й пехотный полк отойти к Поповке. Немцы сами перешли в контратаку, и теперь 402-й стрелковый полк 168-й стрелковой дивизии было отброшен. Истребительно-противотанковый дивизион 121-й дивизии, поддерживавший 407-й полк, потеряв командира 3-й роты в этом бою, подбил три танка, в т. ч. один КВ.

В конце концов действия 402-го стрелкового полка заставили 407-й пехотный полк перейти к обороне на рубеже Кунеголово – Кирполово. Если бы у Новолисино и у железной дороги, ведущей к
Страница 16 из 24

Гатчине, нашим частям удалось отбросить противника, то Лужская оперативная группа имела бы шанс на выход из окружения, а противник лишился возможности выхода к Ленинграду через излучину р. Ижора южнее Слуцка.

Чем медленнее дивизия продвигалась к р. Ижора, тем больше шансов было на то, что хотя бы части окруженных удастся вырваться, тем больше времени выигрывалось для организации обороны Ленинграда. В этот же момент сложилось критическое положение севернее Ленинграда. Ведь финны смогли пройти большую часть Карельского перешейка и выйти на северные подступы к городу буквально через несколько дней после катастрофы войск 23-й армии под Выборгом. Казалось, предотвратить катастрофу уже никто не в силах.

31 августа

В ночь с 31 августа на 1 сентября штаб 16-й армии отдал приказ по армии № 19. Задачи левого фланга в ходе наступления севернее озера Ильмень 16-й армии определялись как сжатие кольца окружения продвижением западнее р. Нева и захват плацдармов на правом берегу[45 - NARA T312 R545 Fr 8152629-632.].

Вечером 31 августа в штабе ГА «Север» было решено, что подвижные соединения будут использоваться для соединения с финнами восточнее Ладожского озера. Западнее Ладожского озера вопрос соединения с финнами будет зависеть от того, насколько сильно будут скованы части Красной Армии на финском фронте.

В заметках по положению дел конечной целью оставалось достижение линии окружения Пороховые – Александровское – Урицк. Для создания линии плотного окружении при условии продвижения финнов считалось достаточным 4 дивизий. Для удара в направлении восточнее Ладожского озера считалось достаточно привлечь 1–2 танковые и одну моторизованную дивизии[46 - Ibid Т311.].

12-я танковая дивизия в этот день проводила перегруппировку. В донесении Слуцко-Колпинской оперативной группы отмечено, что противник вел наступление на район западнее Степановки, Путролово, южной окраины Колпино. Противник остановлен, наши части перешли в наступление. Это не соответствует действительности, так как 12-я танковая дивизия пока сидела в глухой обороне, и ее документы перехода подразделений дивизии в наступление не подтверждают.

Также указывалось, что к исходу 31 августа 462-й стрелковый полк 168-й стрелковой дивизии занимал оборону по северо-западному берегу Ижоры от Федоровского до Колпинской колонии. В то же время 260-й стрелковый полк той же дивизии окружил противника, прорвавшегося между р. Ижора у Райколово. Видимо, имеется в виду обоз 12-й танковой дивизии, который упоминается в журнале боевых действий дивизии как разграбленный.

Основные же события разворачивались в этот день около поселка Мга. В связи с отходом 48-й армии и потерей железнодорожной станции Мга положение Ленинграда резко осложнилось. 31 августа Военный совет ЛФ отдает боевой приказ, следуя которому 168-я стрелковая дивизия должна была вести наступление 402-м стрелковым полком в направлении Новолисино, Поповка с задачей уничтожения противника и выхода на Московское шоссе в районе Галашовки. Ударом с севера дивизия должна была овладеть Степановкой и Поповкой. 252-й стрелковый полк 70-й стрелковой дивизии получил приказ овладеть Тосно.

4-я дивизия народного ополчения, после сосредоточения в районе Понтонная – Колпино, должна была вести наступление в направлении Покровская с целью уничтожения противостоящего противника и овладения Ивановское, Покровское к исходу 31 августа. Руководство этой операцией возлагалось на генерал-майора И.Г. Лазарева. С севера на Мгу должна была наступать 1-я стрелковая дивизия НКВД, но она действовала отдельно, без координации своих усилий с силами Лазарева. Вечером 31 августа 1-ю дивизию НКВД передали в состав 48-й армии. Сюда же также собирались дополнительно перебросить 191-ю стрелковую дивизию из состава 8-й армии, но не успели этого сделать.

Сам замысел являлся оригинальным и отвечающим обстановке решением, но только две дивизии могли вести наступление по сходящимся направлениям. Вдобавок немцы опережали своими действиями контрмеры советского командования. И сил явно не хватало. Так, в 4-й дивизии народного ополчения было 3440 человек, 24 орудия, 45 минометов, 12 танков КВ, 20 бронемашин. Численность 1-й дивизии НКВД составляла около 6 тыс. человек. Дивизия почти не имела артиллерии, а к тем орудиям, что имелись в наличии, отсутствовали боеприпасы. Одновременно с этим разрабатывается план по разгрому всей тосненско-любаньской группировки противника.

Задачей войск Ленинградского фронта в этой обстановке будет являться ликвидация этой группировки противника. Предполагалось освободить Октябрьскую железную дорогу, снять угрозу перехвата дороги, чтобы этими мерами обеспечить успешную оборону Ленинграда на всех остальных участках фронта. Задача для 48-й армии по этому плану ставилась следующая: упорно обороняясь, не допускать противника продвигаться на ст. Мга. Если противник станет перебрасывать силы в район Тосно, хотя и ограниченными силами, перейти в наступление. В этом пункте плана уже было несоответствие реальной обстановке. Противник уже занял станцию Мга, и ее необходимо было отбить, о чем говорилось выше.

Полки 1-й стрелковой дивизии НКВД перешли в наступление 1 сентября. 1-й полк дивизии действовал вдоль Невы на Отрадное, 2-й полк наступал непосредственно на Мгу, 3-й полк наступал на разъезд Горы. Дивизию усилили танками, в т. ч. пограничникам было придано 7 танков КВ[47 - Ход боевых действий с советской стороны в основном приводится по материалам статьи О.А. Суходымцева «Десять дней до блокады» (Невский пятачок: от плацдарма к мемориалу. СПб., 2007. С. 14–27)..].

Наступление началось в 6 ч. 30 мин. утра по московскому времени. В хронике 20-й моторизованной дивизии указано, что наиболее сложное положение в течение дня складывалось у разъезда Горы, куда в качестве подкрепления начали подходить танки 12-й танковой дивизии, разведбат 20-й моторизованной дивизии и 5-я рота 90-го полка. Одному батальону 1-й дивизии НКВД в этот раз удалось ворваться в поселок Мга, но развить этот успех не удалось. В исследовательской литературе и документах иногда встречается упоминание, что бойцам дивизии НКВД даже удалось отбить Мгу, но, как видно из материалов противника при более пристальном рассмотрении, это не так[48 - ЦАМО. Ф. 217.Оп. 1221. Д. 221. Л. 222; Внутренние войска в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Документы и материалы. М., 1975. С. 143; Блокада рассекреченная. // Сост. В.И. Демидов. СПб., 1995. С. 58.].

В районе Мги и разъезда Горы немцев поддерживала почти вся артиллерия 20-й мд и часть только что прибывшего артполка 122-й пехотной дивизии. Ее огонь вызвал большие потери среди наступавших, в общей сложности, было выведено из строя до 25 % личного состава 2-го и 3-го полков. Штаб дивизии НКВД переправился на левый берег Невы только к концу дня 1 сентября.

Если один полк 20-й моторизованной дивизии в течение дня отбивал ожесточенные атаки, то ее 90-й пехотный полк попытался перейти в наступление вдоль берега р. Нева на север. Его целью был железнодорожный мост через Неву. Скорее всего, на этом участке произошел встречный бой за поселок Отрадное с 1-м полком дивизии НКВД. Бой шел с большим ожесточением, немцы несли немалые потери. Для борьбы с советскими танками туда были переброшены 88-мм
Страница 17 из 24

зенитки. К концу дня немцы вынуждены были отступить до Отрадного. К сожалению, противнику удалось усилить свой западный фланг подразделениями 122-й пехотной дивизии, которые перебрасывались на участок р. Нева, и тем самым немного выправить сложную ситуацию. Восточнее Мги пыталась наступать 1-я горнострелковая бригада 48-й армии, но эти попытки легко отбивались самокатным батальоном 20-й моторизованной дивизии.

20-я моторизованная дивизия оказалась в трудном положении: три ее боевые группы вели бой, не имея связи друг с другом. Одна – это 90-й пехотный полк – вдоль берега Невы, еще одна – у разъезда Горы, еще одна – у Мги. За день 1 сентября дивизия потеряла более 200 человек.

Выполняя приказ ВС ЛФ, перешла в наступление и 4-я дивизия народного ополчения. Ее атаки на немецкий плацдарм у Усть-Тосно оказались безуспешными. Дивизия наступала почти без поддержки артиллерии, полагаясь только на стрелковое оружие и храбрость бойцов. Таким образом была упущена благоприятная возможность нанести немцам поражение. Сами немцы оценивали свое положение как тяжелое, их силы были распылены на широком фронте, резервы пока не подошли. Те силы, которые имелись в наличии, были скованы боем.

Перешли к активным действиям войска Слуцко-Колпинской оперативной группы. В результате на участке, где действовала 121-я пехотная дивизия, положение для противника складывалось следующим образом: 31 августа, под утро, были предприняты две попытки наступления на левом фланге 407-го полка у Кирполово. Как отмечено в наших донесениях, 70-я стрелковая дивизия и 402-й стрелковый полк вели бой за Лисино, Еглизи. 70-я стрелковая дивизия совершала обход противника у Лисино с северо-запада.

Положение на участке 407-го пехотного полка складывалось для немцев достаточно сложное: гаубицы, приданные ему, не могли бороться с танками.

В свою очередь, 408-й полк, отбросив контратакующих, смог овладеть вокзалом Лисино и перекрестком шоссе и железной дороги. В течение дня на участках 407-го и 408-го пехотных полков шел бой, 4-й дивизион артполка дивизии потерял три гаубицы в боях с танками.

Вечером частям Слуцко-Колпинской оперативной группы удалось у разъезда Стекольный прорваться вдоль шоссе и двинуться в сторону Тосно. Это отмечено в наших донесениях как то, что «237-я с[трелковая] д[ивизия] овладела разъездом Стекольный». Результатом боев этого дня стало решение командира 121-й пехотной дивизии не вести наступление ночью в направлении перекрестка дорог Поги – Аннолово, или «звезды Мерседес».

Только к этому моменту было принято решение о транспортировке грузов для Ленинграда по Ладожскому озеру. Также сократились нормы выдачи хлеба. Это позволяло отсрочить возможную катастрофу, но не устраняло ее опасность.

Тем временем план последнего наступления на Ленинград начинает обретать плоть. Вечером 1 сентября из штаба 4-й танковой группы сообщили о следующих планах по наступлению на Ленинград:

– 28-й армейский корпус наносит удар из района села Федоровский Посад в направлении Детского Села (Пушкин);

– 12-я танковая дивизия должна была использовать успех корпуса и захватить Колпино;

– 20-я моторизованная или 122-я пехотная дивизия должна была участвовать в переправе через Неву.

В этом же в приказе № 10 по 28-му армейскому корпусу определяются три кольца окружения вокруг Ленинграда:

– 1-е – От Шлиссельбурга, Ивановское – Ижора – исток Ижоры – Красногвардейск – Петергоф;

– 2-е кольцо – до Ижоры, как и 1-е, Детское Село – Пулково – Урицк;

– 3-е кольцо – Пороховые – Александровское – Купчино – Урицк[49 - Nara T315. R786 Fr 141–143.].

Исходя из этих планов задачами группы Шмидта являлись:

– создать первое кольцо окружения, в дальнейшем перейти в наступление в направлении Волховстроя. 28-й армейский корпус должен был занять рубеж от Мги до Местелево и создать плацдарм на Неве у Островков и на Ижоре у Аннолово. Для переправы через Неву и смены полка 20-й моторизованной дивизии на берег Невы перебрасывалась 122-я пехотная дивизия.

Эта дивизия еще не была полностью переброшена на участок фронта у Невы. До этого момента дивизия вела бои на реке Оредеж. Ее разведбат достиг 31 августа Любани и был переподчинен 20-й моторизованной дивизии. 410-й пехотный полк был на расстоянии более 80 км от Ленинграда и получил приказ сменить 90-й пехотный полк у Ивановского. Основная часть подразделений дивизии была еще южнее. Только к 1 сентября 410-му полку удалось частично добраться до места назначения восточнее Тосно, и его переподчинили 20-й моторизованной дивизии. К вечеру 1 сентября 410-й полк сменил один из батальонов 90-го полка у Ивановского. Его батальоны заняли следующее положение:1-й батальон западнее р. Тосно на плацдарме у Ивановского, 3-й батальон севернее дер. Перевоз, 2-й батальон севернее рубежа Мишкино – Степановка. Другие полки дивизии в этот момент еще находились в пути: 409-й пехотный полк только подходил к Никольскому, 411-й пехотный полк добрался до Коркино. Но артполк дивизии уже занял позиции и оказывал поддержку противнику в боях за Мгу.

По итогам работы разведотдела, только к 1 сентября штаб Ленинградского фронта смог установить, что под Ленинградом действуют еще одна танковая дивизия, 12-я, и пехота 28-го армейского корпуса. Также была выявлена и 18-я моторизованная дивизия.

В течение 1 сентября соединения Слуцко-Колпинской оперативной группы продолжали вести тяжелые бои. В боевом приказе на наступление для частей, входивших в ее состав, значились следующие задачи: продолжать наступление с целью уничтожения противника в районе Степаново, Красный Бор, Корделево.

В течение 1 сентября штаб 12-й танковой дивизии отмечал, что на левом фланге противник продолжал оказывать давление. Обоз 2-го батальона 5-го мотопехотного полка был атакован противником и, как указывали немцы, разграблен. Это было работой 260-го стрелкового полка. Как сообщалось, полк окружил в районе Черная речка до батальона противника и взял трофеи: 50 лошадей, 15 орудий ПТО, две легковых машины, два 15-см орудия.

Как указывалось, 1 сентября 402-й стрелковый полк занимал положение у отметки 38,3, левый фланг находился у платформы Галашовка. 237-я стрелковая дивизия располагалась у Кунеголова, Кайболово – на подступах к Московскому шоссе фронтом Саблино.

В течение 1 сентября 121-я пехотная дивизия продолжала увязать в тяжелых боях. Для уничтожения прорвавшихся у разъезда Стекольный красноармейцев был брошен 1-й батальон 405-го полка, но он был вынужден под сильным напором противника занять оборону вдоль р. Саблинка фронтом на запад. Наступление 408-го полка в направлении перекрестка дорог Поги – Аннолово не удалось. Немцы не смогли прорвать линию полевых укреплений. Для обороны Ленинграда был выигран еще один день.

Штаб Ленинградского фронта сообщал в Генштаб о событиях этого дня совершенно фантастическую информацию: об отбитом разъезде Горы, отходящем противнике. Это совершенно не соответствовало действительности.

2 сентября

У поселка Мга продолжался ожесточенный бой. Как указывают наши источники, 2-му батальону 1-го полка дивизии НКВД даже удалось в этот день ворваться в Мгу, но он был оттуда выбит.

Один батальон 76-го полка был окружен у разъезда Горы, ударом истребительно-противотанкового дивизиона и 9-й роты
Страница 18 из 24

76-го полка удалось прорваться к окруженным. Но так как положение вокруг поселка Мга складывалось для немцев довольно сложно, батальон у разъезда Горы мог рассчитывать пока только на свои силы. Днем дивизия получила приказ удержать захваченные позиции. Положение в штабе дивизии оценивали как тяжелое и требовали подкреплений. В штабе 20-й моторизованной дивизии отмечали, что наибольшие усилия частей Красной Армии направлены на овладение разъездом Горы. К концу дня части Красной Армии закрепились в районе Отрадного, на северной окраине разъезда Горы и на западной окраине поселка Мга.

90-й пехотный полк со 2 сентября был переподчинен 122-й пехотной дивизии. Он занимал рубеж восточнее Отрадное, восточнее Петрушино фронтом на восток. В свою очередь 122-я дивизия была подчинена 39-му моторизованному корпусу со 2 сентября[50 - Описание действий 122-й пд дается по ее Журналу боевых действий и приложениям к нему. См.: NARA T315 R1314 Fr 500–528; Ibid R1315 Fr 102–157.]. Также стало известно, что дивизия впоследствии должна сменить 12-ю танковую дивизию у Колпино и на Ижоре. Главными задачами для дивизии, согласно приказу штаба группы Шмидта, были:

– уничтожение противника, наступающего вдоль Невы на юг;

– соединение с остальными подразделениями 20-й моторизованной дивизии;

– захват моста у Островков и создание плацдарма на противоположном берегу Невы[51 - NARA T314 R786 Fr 150–151.].

В связи с тем, что к противнику подходили свежие части, им удалось вывести из боя сначала мотоциклетный батальон 20-й дивизии, а потом и создать сводный отряд из подразделений 21-й и 126-й пехотных дивизий, получивший впоследствии название бригады Томашки. Он занял оборону восточнее поселка Мга. Это позволяло противнику иметь оперативный резерв и применять его в нужном месте для прикрытия фланга группировки, ведущей бои за Мгу.

В свою очередь с нашей стороны удачные действия отдельных командиров и их бойцов не использовались из-за отсутствия связи. Противник также имел серьезное превосходство в огневой мощи. В боях за Мгу огневую поддержку обороняющимся оказывали два артиллерийских полка, оперативно выполнявших заявки частей. В воздухе господствовала немецкая авиация.

Штаб Слуцко-Колпинской оперативной группы планировал в течение 2 сентября следующее. Задачей для 168-й стрелковой дивизии согласно приказу № 9 штаба СКОГ было овладеть Степановкой и Красным Бором. 2 сентября 260-му стрелковому полку удалось овладеть пос. Черная речка, и совместно с 462-м стрелковым полком он повел наступление с целью уничтожить противника на Степаново, Красный Бор, Корделево. Тосненская группа (так в документах стали называть группу частей Слуцко-Колпинской ОГ, действующую против 121-й пехотной дивизии) силами 402-го стрелкового полка вышла к Московскому шоссе у дер. Галашовка.

В итоговом донесении штаба 12-й танковой дивизии достаточно спокойно говорится о давлении противника на левый фланг. Одна рота танков из состава дивизии была переброшена в расположение 121-й пехотной дивизии у Новолисино. Перед 70-й стрелковой дивизией из состава тосненской группы стояла задача продолжать удерживать рубеж у Лисино-Корпус. Ее 252-й полк должен был вести наступление в направлении Тосно.

Итоги атак подразделений тосненской группы на участке 121-й пехотной дивизии были следующими. 1-й батальон 405-го полка был окружен, на участке полка складывалось тяжелое положение, пока к 15 ч. на левом фланге полка не удалось отразить атаку. Понесенные полком потери ставили под сомнение возможность полка выполнять боевые задачи и возможность соединиться силами 408-го полка с частями 96-й пехотной дивизии, наступавшей из района Вырицы. К сожалению, уже к этому моменту возможность выхода окруженных частей Лужской оперативной группы на этом участке начала становиться все менее вероятной.

В штаб 4-й танковой группы доложили, что боевая численность пехотных рот не превышает 40 человек. Переправа через Ижору будет осуществляться после подхода 96-й пехотной дивизии. Штаб 28-го корпуса планировал нанести удар с юга силами 96-й пехотной дивизии, а с востока – 121-й пехотной дивизии. Этот план так и не был претворен в жизнь.

3 сентября

Днем бойцы 1-го полка дивизии НКВД смогли потеснить немцев в деревне Петрушино. Немцы перешли в контратаку силами батальона 90-го полка. Прежнее положение было восстановлено.

410-й пехотный полк с утра 3 сентября также был атакован при поддержке танков. Немцы заявили, что 3 машины были уничтожены. Вскоре последовала еще одна атака, и в ночь с 3 на 4 сентября красноармейцам 3-го полка 4-й дивизии удалось переправиться через Тосно севернее Покровское. Попытка выбить их силами 1-го батальона немцам не удалась. К вечеру 4 сентября советский плацдарм за р. Тосно был уже около 3 км шириной. Для того чтобы выбить наших бойцов с восточного берега, из состава 3-го батальона были переброшены рота истребительно-противотанкового дивизиона и рота саперного батальона дивизии.

20-я моторизованная дивизия получила 3 сентября поддержку со стороны бригады Томашки (часть 424-го пехотного полка, три самокатных роты 21-й пехотной дивизии, 2-я батарея 37-го артполка, часть 3-го батальона 3-го пехотного полка 21-й пехотной дивизии и две роты и штаб истребительно-противотанкового дивизиона 126-й пехотной дивизии). Это сборное соединение должно было прикрыть позиции 20-й дивизии у Мги с востока.

Тем временем предпринимались попытки уничтожить окруженных у разъезда Горы немцев, но они оказались неудачными, хотя к вечеру противник там оказался в критическом положении. Несмотря на такое тяжелое положение, 20-я моторизованная дивизия должна была 4 сентября перейти в наступление. В то же время для усиления занимавшего Мгу 76-го пехотного полка перебрасывался 424-й пехотный полк 126-й пехотной дивизии. Подразделения 424-го полка прибыли в район станции Мга вечером 3 сентября.

На участке 12-й танковой дивизии в этот день важных событий не происходило. 121-я пехотная дивизия смогла утром захватить перекресток дорог Поги – Аннолово. Однако дальнейшее продвижение дивизии на север к Ленинграду развития не получило. Части 96-й пехотной дивизии никакого содействия своему соседу не оказали, дивизия действовала в одиночку.

В донесении штаба Слуцко-Колпинской оперативной группы указывалось, что к исходу 3 сентября противник оттеснил части 90-й и 70-й стрелковых дивизий, занял Поги. Части оперативной группы отходили под ударами противника.

4 сентября

Утром 4 сентября 409-й пехотный полк и 90-й полк 20-й моторизованной дивизии перешли в наступление на позиции бойцов дивизии НКВД восточнее Петрушино. 409-му полку удалось продвинуться на 1,5 км в район поворота железной дороги у Отрадного. Наступление было поддержано ротой танков 12-й танковой дивизии. 90-й полк продвигался на восток, наши бойцы оказывали немцам ожесточенное сопротивление. Штабы обоих полков докладывали, что дальнейшее наступление является безнадежным и приведет к тяжелым потерям.

В соответствии с этим докладом наступление было прекращено. Было решено на следующий день продолжить продвижение на восток, чтобы захватить линию укреплений севернее железной дороги на Мгу.

Оба полка получили приказ отойти на исходные позиции. Тем временем немцы пытались ликвидировать советский
Страница 19 из 24

плацдарм на р. Тосно. 410-й полк был усилен 1-м батальоном 411-го пехотного полка. В результате одной из контратак немцам удалось выйти к лесу восточнее Кирпичного завода, но с наступлением ночи боевые действия были приостановлены.

На участке 20-й моторизованной дивизии наступление 76-го пехотного полка также не получило развития, немцы продолжали отбивать наши атаки. Но к вечеру подошедший батальон 424-го пехотного полка, при поддержке всей артиллерии смог прорваться к окруженным у разъезда Горы, потеряв 19 человек убитыми и 33 ранеными. Кризис был преодолен. В этот же район подтягивался 3-й батальон 30-го пехотного полка 18-й моторизованной дивизии. Наши бойцы понесли немалые потери, был убит командир 2-го полка дивизии НКВД. Тем не менее и немцы смогли снова начать активные действия только утром следующего дня. 20-я мд потеряла в этот день боев убитыми и пропавшими без вести 68 человек и еще 166 человек ранеными. Общие потери дивизии НКВД к 5 сентября составили 795 человек.

К 4 сентября планы противника становились все более ясными для советского командования. Показания пленных, трофейные документы позволяли нарисовать реальную картину происходящего. Именно 4 сентября на основе данных о немецкой группировке разведотдел фронта доложил в штаб, что именно с Колпинского участка будет нанесен основной удар на Ленинград [52 - ЦАМО РФ. Ф.217. Оп.1221. Д. 170. Л. 107.]. В дальнейшем это утверждение сыграет свою роковую роль. А пока здесь продолжались ожесточенные бои.

В этот день 168-я стрелковая дивизия продолжала атаковать. В свою очередь в книге С.Н. Борщева приводится рассказ о танковой атаке противника с окраины Красного Бора, но немецкими документами это не подтверждается. Более того, журнал боевых действий 12-й танковой дивизии отмечает, что на левом фланге дивизии противник переходил в атаку. Никаких собственных атак противник не фиксирует. При этом одну из атак на участке 5-го мотопехотного полка немцам пришлось отражать огнем артиллерии на прямой наводке и в гранатном бою. Наступление 121-й пехотной дивизии успеха в этот день не имело.

5 сентября

В течение 5 сентября у пос. Мга противник продолжал прикладывать серьезные усилия, чтобы образовать единый фронт и освободить свои полуокруженные части. 39-й корпус постепенно получал подкрепления. В частности, 20-я моторизованная дивизия была усилена 3-м батальоном 30-го пехотного полка из 18-й моторизованной дивизии. Предполагалось, что после получения подкрепления 122-я пехотная и 20-я моторизованная дивизии соединятся между разъездом Горы и пос. Пелля.

К середине дня из 20-й дивизии сообщили, что введенный в бой 3-й батальон 30-го полка смог выйти к разъезду Горы и теперь должен установить связь с разведбатом 20-й мд. Тогда 409-й полк получил приказ продвигаться на восток и соединиться с разведбатом. Полк начал наступление вдоль железной дороги и через несколько часов соединился с разведывательным батальоном. К 19 часам 409-й полк достиг рубежа разъезд Горы – мост через Неву – 4 км южнее Павлово. Так был преодолен кризис.

Но оставался еще занятый ополченцами участок на правом берегу р. Тосна. Для его уничтожения было выделено два батальона 411-го полка. Этими силами полк должен был вести наступление на север вдоль северного берега р. Тосна. Из района дер. Перевоз в 12 ч. полк перешел в наступление, и к 19 ч. 20 мин. немцам удалось перерезать дорогу из Колпино до р. Тосна и села Покровское. Плацдарм был окончательно отрезан, и его защитники были обречены.

Два батальона 410-го и 411-го полков в течение дня вели ожесточенный бой с красноармейцами восточнее р. Тосна. К вечеру им удалось достичь рубежа восточнее и южнее Кирпичного завода. Дальнейшее продвижение оказалось невозможным.

Постепенно немецкое командование переламывало ход событий в свою пользу. У командования ЛФ в тот момент не было возможности усилить дивизию НКВД. В то же время наши командиры, судя по всему, не всегда использовали выгодные возможности, хотя действия наших бойцов часто ставили противника в критическое положение. В этот день было вскрыто наличие под Ленинградом 39-го моторизованного корпуса. Захваченные документы позволили точно определить его цели в ходе наступления на Ленинград. Это стало очередным подтверждением для того, чтобы ожидать основного немецкого удара именно здесь[53 - ЦАМО РФ. Ф. 217. Оп. 1221. Д. 170. Л.112–113.]. Генеральный штаб Красной Армии на основе всех этих данных делал вывод о том, что готовится удар для обхода Ленинграда с востока.

Тем временем, упрочив свои позиции, немцы на следующий день, 6 сентября, назначили переход в наступление. Задачей для 20-й моторизованной и 122-й пехотной дивизий был прорыв «линии укреплений» у «плацдарма» на берегу Невы (имеется в виду участок у железнодорожного моста, занятый бойцами дивизии НКВД). Далее предполагалось отбросить противника за Неву, уничтожить противника на ее южном берегу и вести наступление силами 20-й моторизованной дивизии на север для овладения Шлиссельбургом.

122-я пехотная дивизия получила приказ после овладения мостом через Неву создать плацдарм на ее правом берегу. На правом фланге 20-й моторизованной дивизии вводилась в бой группа Хоппе (по имени командира 424-го полка) в составе двух батальонов 424-го полка, батальона 76-го полка, батальона 29-го танкового полка (14 танков), роты 20-го саперного батальона и 126-го истребительно-противотанкового дивизиона.

Цели, ставившиеся перед наступающими немецкими войсками, исходили из следующего. В ночь с 5 на 6 сентября в переговорах с Гальдером командующий ГА «Север» получил следующие задачи, несколько подкорректировавшие предыдущие указания:

– силами четырех пехотных дивизий захватить территорию южнее Ладожского озера, осуществить переправу через Неву и соединиться севернее Невы с финнами. 39-й моторизованный корпус, остающийся в составе группы армий «Север», получил задачу соединиться с финнами восточнее Ладожского озера. В течение дня эти задачи были уточнены – 6 сентября 39-й корпус должен был развивать наступление в направлении Волховстроя, после осуществления переправы через Неву[54 - NARA T311 R53 Fr 7,066,117–120.]. То есть теперь предполагалось выполнить задачу силами одного корпуса в составе уже 16-й армии, а не действовать объединенными под командованием 4-й танковой группы моторизованными корпусами, как это предполагалось в приказе на окружение Ленинграда.

Записи этих переговоров, состоявшихся после поездки Гальдера в штаб группы армий «Север», несколько противоречат утверждениям о второстепенном театре военных действий и являются свидетельством противоречий между командующим группой армий и начальником Генерального штаба[55 - Лебедев Ю.М. Указ. соч. С. 235–236.]. Однако заявление о второстепенности действий под Ленинградом можно рассматривать и с точки зрения выполнения задач дополнения к Директиве № 34. Действительно, после того как вокруг Ленинграда уже почти создано первое кольцо окружения и ведется подготовка к выполнению следующих задач, Группа армий «Север» будет способна передать часть сил группе армий «Центр». Однако это касалось еще и дивизий 57-го моторизованного корпуса, действовавшего южнее озера Ильмень.

12-я танковая дивизия получила приказ о передаче своих позиций подразделениям 96-й
Страница 20 из 24

пехотной дивизии. Дивизия продолжала занимать фронт по р. Ижора и активных действий не вела. В то же время 168-я стрелковая дивизия готовилась к тому, чтобы выбить противника из пос. Ям-Ижора.

Наступление 121-й пехотной дивизии продолжалось с большим трудом. 5 сентября дивизия пыталась продвинуться в северном направлении. Особенно трудной для противника оставалась борьба с тяжелыми танками. Так, в бою с танками было потеряно одно тяжелое орудие, сделавшее по танку КВ 10 выстрелов с близкой дистанции. Орудие добилось нескольких прямых попаданий, но вреда особого танку это не нанесло. Сами танки при этом причиняли батальонам дивизии немалые потери. В результате пехота дивизии застряла на подступах к пос. Новолисино. К сожалению, о действиях частей тосненской группы уже в составе сформированной 55-й армии за этот день подробных данных нет.

6 сентября

Исполняя приказ о наступлении, утром 6 сентября 409-й пехотный полк перешел в наступление в направлении изгиба железной дороги южнее Павлово, на само Павлово и моста восточнее Павлово с задачей их захватить. К половине первого дня немцы достигли Павлово, через час деревня была в руках противника, удалось захватить мост через р. Мга неповрежденным. Но из района Петрушино последовала контратака. Немцам удалось отбить ее, но продвинуться дальше им не удалось. Надо отметить, что описывая борьбу за поселок Мга, О.А. Суходымцев утверждает, что 1-й полк 6 сентября не был атакован[56 - Суходымцев О.А. Указ. соч. С. 23.]. Документы противника утверждают обратное: полк дивизии НКВД был атакован, но удержал свои позиции и не дал немцам выполнить приказ о переправе через Неву.

Ранним утром на левом фланге 90-го пехотного полка в качестве заслона западнее Петрушино были оставлены рота истребительно-противотанкового дивизиона и рота саперного батальона. Они сменили 3-й батальон полка, который вошел в состав 409-го полка и должен был овладеть укреплениями севернее изгиба железной дороги восточнее вокзала Пелля. Полку удалось охватить эти позиции с севера, но захватить их он так и не смог. В конце концов, чтобы избежать дальнейших потерь и потому что соседний 409-й полк достиг успеха, батальон отвели на исходные.

Оставленный немцами заслон также подвергался контратакам. Но они были отбиты, так же как и наши попытки выбить 411-й пехотный полк с захваченных позиций западнее и севернее деревни Песчанка. Так, около двух часов дня последовала атака при поддержке тяжелых танков; двум танкам удалось прорваться сквозь позиции немецкой пехоты, но пехота была отсечена от них.

На восточном берегу Тосны 6 сентября продолжался тяжелый бой. Немцы проникли на территорию Кирпичного завода, но батальон 411-го полка в этот день смог продвинуться буквально на несколько метров вперед.

Вследствие того что атака успеха не имела, было решено использовать саперно-штурмовой батальон для атаки ранним утром следующего дня. В числе задач 122-й дивизии на следующий день было и овладение мостом через Неву как исходным плацдармом для переправы через реку.

Подразделения 20-й моторизованной дивизии вместе с переброшенным сюда 424-м пехотным полком перешли в наступление 6 сентября несколько позже, около 11 часов утра по московскому времени. К двум часам дня, наступая в стык сильно потрепанных 2-го и 3-го полков дивизии НКВД, они прорвали оборону и устремились на север вдоль линии железной дороги. Подразделения 20-й моторизованной дивизии в этот день захватили Мустолово, 424-й пехотный полк встретил сильное сопротивление у Келколово, но ко второй половине дня смог им овладеть. Приданные танки действовали в районе Анненское. Связь между подразделениями дивизии НКВД и штабом 48-й армии была потеряна, наши части отступали на север вдоль р. Нева. Противник был уже у Синявино. Во 2-м и 3-м полках дивизии НКВД потери в этот день составили до 50 %, во 2-м полку был ранен командир и убит комиссар.

3-й батальон 18-го полка и мотоциклетный батальон смогли переправиться через р. Мга. Бойцы дивизии НКВД откатывались на север в беспорядке. В оценке событий штаб 20-й моторизованной дивизии говорил о сильном сопротивлении противника и о том, что, скорее всего, более боеспособных частей Красной Армии здесь не осталось. Поэтому 7 сентября без промедления нужно было нанести удар на север и захватить Шлиссельбург.

12-я танковая дивизия в этот день вела бой за поселок Ям-Ижора. Эта позиция для немцев являлась возможным трамплином для броска на Колпино, и противника старались выбить оттуда. 6 сентября 260-й стрелковый полк к 20 часам овладел частью пос. Ям-Ижора и попытался там закрепиться. Однако захватить Ям-Ижора полностью не удалось. Бойцы полка не смогли выбить противника из центра села. Тем временем 121-я пехотная дивизия продолжала вести ожесточенные бои у пос. Новолисино.

7 сентября

Противник снова перешел в наступление с целью захвата моста через Неву в три часа ночи по берлинскому времени. Наступлению предшествовала мощная авиационная подготовка силами 8-го и 1-го воздушных корпусов.

Следует отметить, что в журнале боевых действий 122-й пехотной дивизии слова приказа о захвате плацдарма приведены с формулировкой «если возможно», чего не было в самом приказе, представленном в приложениях к журналу боевых действий и в рукописном, и в печатном экземплярах.

В ходе этого наступления, к 5 ч. 30 мин. утра, 409-й пехотный полк достиг леса и карьера по добыче гравия западнее Павлово. На этом рубеже полк был остановлен и перешел к обороне, отбивая контратаки. Из-за сильного фланкирующего огня от дальнейшего наступления пришлось отказаться.

90-й пехотный полк, который вел наступление силами двух батальонов, смог разгромить противостоящие ему части Красной Армии северо-восточнее поселка Пелля. 1-й батальон продолжил движение на север и к вечеру достиг изгиба железной дороги юго-восточнее Павлово. Таким образом, противник добился некоторого продвижения, но выполнить свою основную задачу не смог. К вечеру из штаба 16-й армии в штаб 39-го моторизованного корпуса пришел приказ в первую очередь перекрыть мост, а так как сопротивление войск Красной Армии сломить не удалось, то и переправа через Неву на время была отменена[57 - NARA T312. R544 Fr 8 151 222.].

Таким образом, 1-й полк дивизии НКВД снова смог остановить противника и сорвать его планы. После очередной немецкой атаки командир полка майор Тарашкевич приказал оставить одну роту прикрытия, а основная часть полка начала движение к мосту через Неву у Кузьминки. Вечером немецкие солдаты могли наблюдать, как через Неву по мосту отступают красноармейцы.

Утром 7 сентября началась операция по уничтожению плацдарма 4-й дивизии народного ополчения на восточном берегу р. Тосна. Немцы начали наступление на плацдарм у Кирпичного завода в 6 ч. 40 мин. утра силами пехотных батальонов 411-го и 410-го полков и части учебного саперного батальона, к 10 ч. восточная часть завода была захвачена. К этому моменту советский плацдарм на р. Тосна уже потерял свое значение, однако отступать бойцам было некуда. Люди сражались до последнего. Весь 3-й полк 4-й дивизии народного ополчения погиб. Но гибель его бойцов и командиров не будет напрасной.

Противник решил использовать момент, поэтому для наступления на
Страница 21 из 24

Шлиссельбург была создан передовый отряд из разведбата, мотоциклетного батальона и батареи артполка 20-й моторизованной дивизии. С утра этот отряд перешел в наступление, но был остановлен у Выборгской Дубровки.

Тем временем остатки 2-го и 3-го полков дивизии НКВД отступали к дер. Арбузово и Рабочим городкам 8-й ГРЭС. В район Синявино спешно перебрасывался батальон 4-й бригады морской пехоты, а из 48-й армии должны были подойти подразделения 128-й стрелковой дивизии.

Сознавая, что дивизия НКВД уже утратила боеспособность и рассечена противником надвое, командующий фронтом обратился в Генеральный штаб Красной Армии с просьбой использовать для удара по немецким войскам только что прибывшую 286-ю стрелковую дивизию. Подразделения этой дивизии должны были находиться в районе Путилово, и их Ворошилов предполагал использовать для удара по немецкой группировке в районе Мги с целью уничтожения противника. Это было верным решением, но осуществить его в этот момент не удалось.

Немецкий передовой отряд встретил сильное сопротивление. Через несколько часов его усилили одним батальоном из 76-го пехотного полка. Однако противнику вплоть до вечера продвинуться так и не удалось. Введя в бой 3-й батальон 18-го полка, который ударил с фланга, противник выбил защитников 8-й ГРЭС (вполне возможно, что этот бой происходил у расположенного рядом бетонного завода) из здания. В истории полка указывается, что перед электростанцией (или заводом) в течение длительного времени лежал целый батальон 76-го пехотного полка. Здание электростанции в дальнейшем станет символом боев на берегу р. Нева.

В течение 7 сентября усиленный 76-й пехотный полк вместе с 424-м пехотным полком продолжил наступление из Мустолово на север – он двигался от разъезда на север в сторону Синявино, к 16 ч. овладев им. Как указывает противник, это удалось сделать после довольно напряженного боя, в котором был убит командир 1-го батальона 76-го пехотного полка.

Затем 1-й батальон 76-го пехотного полка развернулся фронтом на восток, т. к. поступило сообщение о приближении колонны танков. Когда стало известно об ошибке, полк вновь продолжил наступление на север, пытаясь в этот же день достичь Шлиссельбурга. Удалось выйти к Рабочим поселкам № 1 и № 2. Этим же вечером батальоны 424-го пехотного полка вышли на южный берег Ладожского озера в 3 км восточнее Шлиссельбурга. День не принес противнику желаемого успеха. Однако падение Шлиссельбурга было уже лишь вопросом времени.

В этот день 121-я пехотная дивизия смогла добиться успеха. В течение дня 408-й пехотный полк смог захватить вокзал Новолисино. Несмотря на сложное положение, противнику удалось более-менее привести в порядок 407-й полк и найти эффективное средство борьбы с тяжелыми танками. Этим средством оказались трофейные советские 76,2-мм дивизионные пушки. Вопрос выхода к р. Ижора также становился теперь только вопросом времени. Речь об этом пойдет далее, в главе, посвященной действиям 28-го армейского корпуса в ходе наступления на Ленинград.

8 сентября

Наступающие подразделения 20-й моторизованной дивизии попытались прорваться к Шлиссельбургу вдоль берега Невы, но на месте будущего Невского пятачка вступили в бой. К вечеру им удалось сломить сопротивление и дойти до дер. Пильная Мельница, а танки приданного 29-го танкового полка дошли почти до южных пригородов Шлиссельбурга. Остатки дивизии НКВД отступали. Часть дивизии ушла на восток к дер. Липки, остатки 2-го и 3-го полков отступили к Шлиссельбургу. С этой группой отходил и сам командир дивизии, оставшейся без штаба. Эти разрозненные части заняли оборону южнее города. В ночь с 7 на 8 сентября они начали переправу на правый берег Невы.

Подразделения 1-го полка дивизии НКВД под прикрытием ночи довольно успешно, буквально на виду у противника, смогли отойти на правый берег Невы. Командир полка майор Тарашкевич не только смог сохранить большую часть личного состава и вооружения полка, вывезти почти всех раненых и осуществить отход. Он и его люди сковали противника и не дали ему выполнить приказ о создании плацдарма на правом берегу р. Нева. Всего же 1-я сд НКВД потеряла более 4 тыс. человек в ходе боев, в составе 2-го и 3-го полка в строю оставалось около 450 человек. Большая часть людей оказалась в списках пропавших без вести.

Утром 8 сентября 409-й и 90-й полки вновь получили приказ захватить мост через Неву у Кузьминок. Немцев ждал сюрприз. Оказалось, что на левом берегу был оставлен только слабый заслон, а мост взорван и непригоден к использованию. После этого штаб 39-го моторизованного корпуса начал перегруппировку. 409-й пехотный полк 122-й пехотной дивизии должен был сменить 25-й мотопехотный полк 12-й танковой дивизии у Колпино. 122-я пехотная дивизия вновь передавалась в состав 28-го армейского корпуса. Задачу по форсированию Невы никто пока не снимал, но теперь 20-я моторизованная дивизия должна была занять оборону и ждать подхода подразделений 12-й танковой дивизии. Этим дивизиям и предстояло выполнить приказ на наступление в восточном направлении. Но немцы пока и не подозревали, что уже буквально через два дня начнется попытка прорыва только что созданного блокадного кольца.

Наступление 424-го пехотного полка на Шлиссельбург проходило следующим образом. Утром в расположение полка прибыло 8 танков, 3 огневых взвода тяжелых пехотных орудий и взвод противотанковых орудий. Наступление началось в 6 ч. 30 мин. утра по берлинскому времени. 2-й и 3-й батальоны должны были ворваться в южную часть Шлиссельбурга вместе с приданными танками. 1-й батальон должен был ударить с востока, вдоль канала.

В 6 ч. 50 мин. разведгруппа доложила об отсутствии противника, и командир полка приказал в 7 ч. перейти в атаку и захватить Шлиссельбург. Около 7 ч. 25 мин. полк силами трех батальонов ворвался в город и, быстро преодолев сопротивление, захватил мост в городе с переправой на остров на Неве. Около 9 часов утра удалось отменить удар авиации по городу. Так как действия полка опередили общее наступление, то существовала опасность попасть под удар собственной авиации, но благодаря оперативной работе связистов налет был отменен[58 - NARA T314 R46 Fr 571.].

Потери противника в ходе боев за Мгу оказались весьма велики. Подразделения 20-й моторизованной дивизии потеряли с 26 августа по 10 сентября 245 человек убитыми и 791 ранеными. Потери 122-й пехотной дивизии составили за сентябрь 425 человек убитыми и 1461 ранеными. Так как нам известны потери дивизии в ходе боев за большую часть сентября, то мы смогли узнать примерное количество убитых, раненых и пропавших без вести в ходе боев за Мгу. Эти цифры составляют 166 человек убитых и пропавших без вести и 612 раненых. Общие потери 424-го полка составили около 100 человек. Велики были и потери 121-й пехотной дивизии.

Таким образом, бои за установление блокады стоили группе армий «Север» около 400 человек убитыми и более 1300 ранеными. При условии, что вся 16-я армия за первую декаду сентября потеряла 1070 человек убитыми и 3975 ранеными, это составляет около половины всех убитых и значительную часть раненых, что является свидетельством крайне ожесточенной и упорной борьбы. К сожалению, советское командование не смогло использовать реальный шанс нанести поражение занявшим
Страница 22 из 24

станцию Мга частям противника. Однако бойцы 1-й стрелковой дивизии НКВД совершили настоящий подвиг, сделав невозможным выполнение всех планов противника. Трагическая гибель 3-го стрелкового полка 4-й дивизии народного ополчения была не напрасной жертвой. Недостаток сил у войск Ленинградского фронта и возможность противника подтягивать подкрепления и его огневое превосходство решили исход боев за Мгу в пользу немецких войск.

Тем не менее итогом борьбы является и то, что теперь обе стороны начинают уделять большое внимание Южному Приладожью. С одной стороны, будут следовать попытки прорвать блокаду, с другой – попытки сохранить кольцо окружения. Из захваченных документов и показаний пленных командующий штабом Ленинградского фронта знал о немецких планах. Это знание сыграло свою роковую роль, так как по стечению обстоятельств наступление на Ленинград в сентябре началось не с востока, а с запада. Далее мы с вами обратимся к событиям, которые происходили в сентябре 1941 г. на южных и юго-западных подступах к Ленинграду.

Следует отметить и то, что с 7 сентября штаб Ленфронта имел самое смутное представление о происходящем в Шлиссельбурге. В оперсводке Генштаба никаких упоминаний о потере города и о том, что Ленинград окружен, не было.

Глава 3. Наступление 18-й армии и 41-го моторизованного корпуса на Ленинград с 9 по 23 сентября 1941 г. На ближних подступах к городу 13–17 сентября

C 5 сентября стало ясно, что 18-я армия, продвигаясь к Ленинграду, оказалась буквально в двух шагах от двух пунктов, обозначенных в приказе на окружение Ленинграда как участки первого, внешнего, кольца окружения. Армия должна была выйти к Кипени и Ропше. Оба населенных пункта находились на возвышенностях, являясь важнейшими узлами дорог западнее Ленинграда. Через них проходили все основные шоссе в меридиональном и широтном направлениях. Хотя район села Кипень должен был войти в строящуюся укрепленную позицию, скорее всего, укрепить его так и не успели.

В течение 6 сентября 291-я пехотная дивизия 26-го армейского корпуса продвинулась на 3 км юго-западнее Гостилиц и получила приказ до 20 ч. овладеть районом Новая – Гостилицы – Перелесье. К 20 ч. 30 мин. дивизия захватила село Гостилицы.

Тем самым противник выходил на рубеж, с которого он мог вести наступление как в направлении Ленинграда, так и на север, к побережью Финского залива. Это серьезно обеспокоило командование 8-й армии, вынудив вывести из резерва 281-ю стрелковую дивизию для нанесения контрудара. В то же время в штабе фронта произошли серьезные изменения. Штаб фронта вновь возглавил полковник Н.И. Городецкий. Его характеризовали как опытного штабного работника.

7 сентября штаб 26-го корпуса получил приказ штаба 18-й армии, согласно которому он должен был защищать северный фланг армии по линии Порзоловское болото – район Черной – Елизаветино – Воронка. На правый фланг корпуса выдвигалась 93-я пехотная дивизия, которая должна была занять участок 291-й пехотной дивизии, которая, в свою очередь, передавалась в состав соседнего 38-го корпуса для наступления на Ленинград.

Штаб 26-го корпуса выразил свои сожаления по этому поводу, так как он вынужден был занимать чрезвычайно широкий фронт в несколько десятков километров силами всего лишь одной дивизии и приданных ей частей. На это фельдмаршал Лееб заметил, что 38-й корпус и так будет иметь слишком широкую полосу наступления в ходе продвижения на Ленинград. На участке же 26-го корпуса активных действий со стороны противника не ожидается.

В течение 7 сентября 291-я пехотная дивизия вела бой в районе Глядино и к 21 ч. 50 мин. овладела этим селом, далее дивизия должна была вести наступление на дер. Мал. Горки, т. е. выйти к важнейшему перекрестку дорог у Ропши. В штабе 18-й армии надеялись, что 38-й корпус сможет осуществить быстрый прорыв обороны именно на участке Ропша – Кипень. Выход на этот рубеж и дальнейшее с него наступление давали возможность создать единый фронт для продвижения к Ленинграду по достаточно удобной местности вместе с силами 4-й танковой группы.

Южнее еще одна дивизия 38-го корпуса смогла провести удачную операцию. 43-й полк 1-й пехотной дивизии с утра 7 сентября повел наступление и к 6 часам утра овладел перекрестком у деревни Кипень. Таким образом, 1-я пехотная дивизия оказалась перед укреплениями Красносельского сектора Красногвардейского УР.

К 9 ч. 30 мин. утра 7 сентября разведкой 43-го полка было установлено наличие сильных укреплений у села Русско-Высоцкое, для борьбы с ними была подтянута артиллерия. Через примерно два часа все попытки продвинуться дальше привели к крайне неприятному заключению, что впереди противотанковый ров, подступы к которому простреливаются из дотов, в том числе и пушечных. При попытке приблизиться к нему одна из пехотных рот попала под минометный огонь и потеряла около 20 человек[59 - Nara. T312 R782 Fr 8432304.]. В результате был сделан вывод, что без дополнительной разведки надеяться на удачный прорыв невозможно.

Получив известие об этом успехе, 7 сентября штаб 41-го моторизованного корпуса решил использовать его для наступления 36-й моторизованной дивизии. Это противоречило приказу по танковой группе, установившему начало наступления на 9 сентября. Наступление подразделений 36-й моторизованной и 1-й танковой дивизий навстречу 1-й пехотной дивизии встретило лишь очень слабое сопротивление. Однако поддержать успех из-за передислокации 6-й танковой дивизии было пока нечем. В результате 36-й моторизованной дивизии, которая встретила слабое сопротивление, удалось сблизиться с передним краем обороны 265-го пулеметно-артиллерийского батальона на 1,5 км. К вечеру дивизия вышла к участку дороги от Покизен-Пурской на Терволово у дер. Скворицы. С этого рубежа дивизия должна была развить наступление в направлении Ленинграда. О его подготовке речь пойдет ниже.

По итогам боев 7 сентября в штаб ЛФ поступило следующее донесение: «Около Кипени скопление противника, и около 30 танков остановилось на дороге Кипень – Высоцкое перед надолбами, подразделения 3-го батальона 3-го стрелкового полка 3-й гвардейской дивизии ведут бой вместе с 265-м отдельным пулеметно-артиллерийским батальоном. Огнем противника разрушены две огневые точки в районе Ряхмози. Командир 3-й гвардейской дивизии решил совместным с 118-й стрелковой дивизией наступлением отрезать и уничтожить противника в Кипени… 3-я гвардейская дивизия удерживает противника на рубежах, готовится к удару на Кипень».

В конце концов, было доложено, что операция со стороны 3-й гвардейский дивизии народного ополчения успеха не имела, из-за того что в ходе выхода на исходные ее подразделения вышли на собственные минные поля перед фронтом обороны укрепрайона. Также разведкой отмечалась концентрация сил противника. Для усиления обороны участка и для того, чтобы создать подвижный резерв в район дер. Телези, к вечеру прибыли 5 легких и 6 тяжелых танков 1-го танкового полка.

В течение 8 сентября 93-я пехотная дивизия овладела деревней Порожки силами 271-го полка. Задачей корпуса продолжала оставаться оборона фланга 18-й армии, и эту задачу он будет выполнять и в дальнейшем. К его действиям мы вернемся при дальнейшем описании хода событий. Пока отметим,
Страница 23 из 24

что в штабе 8-й армии было решено выбить немцев из деревни Порожки силами 281-й и 11-й стрелковых дивизий. Надо сказать, что опасения в штабе 8-й армии были не напрасны – участок у села Гостилицы и деревни Порожки мог оказаться трамплином для наступления в направлении Финского залива.

Важные события 8 сентября происходили на участке 291-й пехотной дивизии. В течение дня 8 сентября дивизия продвинулась вплоть до деревень на высотах, окружающих Ропшу, к 18 ч. овладела перекрестком у Ропши, около дер. Хабони дивизия вела тяжелый бой. Деревню немцам все-таки пришлось оставить, однако узел дорог у Ропши находился у них в руках, и им удалось переправиться на северный берег р. Стрелка.

Наступление немцев 8 сентября привело к тому, что ударом в стык 1-й гвардейской дивизии народного ополчения и 191-й стрелковой дивизии они смогли заставить отойти 3-й стрелковый полк 1-й гвардейской дивизии народного ополчения. Немцы охватили Ропшу с юга и юго-востока и после продолжительного боя овладели поселком, а также дер. Хабони.

По данным, поступившим в штаб ЛФ вечером 8 сентября, противник, выбив 118-ю стрелковую дивизию, смог овладеть Ропшей к 17 ч. Теперь немцы могли продолжать наступление на север, тем самым оттесняя фланг 8-й армии. Ударом на северо-восток они могли выйти во фланг и затем в тыл линии укреплений внешнего пояса обороны Ленинграда. Оценка ситуации разведотделом штаба ЛФ сводилась к тому, что наступление противника ведется с целью выхода к Финскому заливу. В дальнейшем после захвата Кипени посчитали, что противник стремится выйти к Петергофу. Разведотдел Ленинградского фронта также сделал вывод, что противник готовится к переходу в общее наступление. Однако вскрыть состав его группировки на участке у Ропши и Кипени не удалось.

Подразделения 1-й пехотной дивизии в течение 8 сентября готовились к наступлению. В 15 ч. 30 мин. на командный пункт дивизии приехал сам командующий 18-й армией Кюхлер, обсуждавший с командиром дивизии вопросы будущего наступления. Дивизия заняла не самый удобный рубеж, позиции советских войск находились на возвышенном месте, и оттуда хорошо просматривалась местность, на которой расположился противник.

В этот момент корабельная артиллерия Ленинградской группы кораблей начала практически на предельной дальности вести огонь по противнику у села Кипень. Интересное свидетельство о результатах обстрела содержится в дополнениях к будущей истории 1-й пехотной дивизии, материалы для которой начали собирать еще в ходе войны. Один из снарядов нашей артиллерии поразил место расположения штаба 1-го батальона 43-го пехотного полка около дер. Кипень. В результате было убито 5 и ранено 8 человек. В этот момент здесь находился сам командующий 18-й армией генерал-полковник Кюхлер, автомобиль которого был серьезно поврежден осколком снаряда и выведен из строя.

Решение немецкого командования сводилось к следующему. Противнику предстояло прорвать оборону войск 8-й и 42-й армий Ленинградского фронта в нескольких пунктах.

Дивизии 38-го армейского корпуса должны были выполнить следующие задачи:

– 291-я пехотная дивизия: прилагая основные усилия в наступлении южнее дер. Малые Горки, переправиться через р. Стрелка и прорвать оборону 8-й армии южнее шоссе Ропша – Красное Село в направлении Эртелево. Это делалось с целью обойти Ропшу с тыла и выйти на Ропшинское шоссе.

Дивизия получила усиление в виде 854-го тяжелого артдивизиона (21-см мортиры) без одной батареи, 1-й батареи 185-го дивизиона штурмовых орудий, батареи 2-го дивизиона реактивных минометов, одной батареи 604-го зенитного батальона, одного понтонного батальона.

В соответствии с приказом № 55 штаба 38-го армейского корпуса 1-я пехотная дивизия получила задачу нанести удар у дер. Пелля, преодолеть укрепленный рубеж 42-й армии и захватить Русско-Высоцкое. В дальнейшем дивизия должна была продвигаться в направлении Красного Села. На ее левом фланге вводился полк 58-й пехотной дивизии, для обеспечения стыка флангов между 1-й и 291-й дивизиями. Подразделения 58-й пехотной дивизии ожидали успеха 1-й пехотной дивизии для того, чтобы развить его. Артиллерийский полк дивизии должен был поддержать наступление.

Для проведения наступления 1-я пехотная дивизия получила значительное усиление. Помимо двух артполков (ее и 58-й пехотной дивизии), ее поддерживали несколько артиллерийских дивизионов, объединенных под управлением 2-го артиллерийского командования. В их число входили 846-й тяжелый артиллерийский дивизион (150-мм тяжелые полевые гаубицы), 153-й артиллерийский дивизион (105-мм пушки), 3-я батарея 109-го тяжелого артиллерийского дивизиона (210-мм мортиры), 856-й тяжелый артиллерийский дивизион (210-мм мортиры), 26-й дивизион инструментальной разведки. Дивизия получила 2-ю и 3-ю роты 185-го дивизиона штурмовых орудий, 2-й дивизион реактивных минометов, 604-й зенитный дивизион без 1-й роты и одну тяжелую батарею 2-го дивизиона 36-го зенитно-артиллерийского полка. Авиационная подготовка перед началом наступления на участке 38-го АК не предусматривалась.

Полной картины советской обороны у противника не было. О том, что собой представляла советская оборона на участке прорыва у деревни Пелля, немцы имели довольно смутное представление. Участок у Русско-Высоцкого был им известен гораздо лучше, но все равно недостаточно точно, о чем свидетельствует схема укрепленных позиций, составленная по показаниям перебежчиков. Немцы больше опасались того, что в непосредственной близости находятся резервы, готовые для контрудара.

Боевой порядок 1-й пехотной дивизии строился следующим образом. На правом фланге – 22-й пехотный полк, на левом – 43-й пехотный полк, 1-й пехотный полк оставался в резерве.

Главный удар наносил 22-й полк. В качестве усиления 22-й пехотный полк получил 2-ю роту саперного батальона дивизии, взвод 1-й роты 604-го зенитно-артиллерийского батальона, 3-ю роту 185-го дивизиона штурмовых орудий, взвод 6-й батареи 604-го зенитно-артиллерийского батальона.

43-й пехотный полк был усилен 1-й ротой саперного батальона, взводом 3-й роты, 2-й батареей штурмовых орудий, одной 88-мм зенитной пушкой 6-й батареи 2-го дивизиона 36-го зенитно-артиллерийского полка, взводом 604-го дивизиона.

Артиллерийская группа под командованием 2-го артиллерийского командования поддерживала действия 22-го полка, а группа на основе 158-го артиллерийского полка 58-й пд – действия 43-го полка. Вдобавок к этому 110-й артиллерийский штаб особого назначения осуществлял поддержку обеих групп на острие удара и в зависимости от хода боя. Под его командованием находились 846-й и 153-й тяжелые артиллерийские дивизионы и 26-й дивизион инструментальной разведки с аэростатами наблюдения. Артиллерия должна была занять позиции к 3 часам утра 9 сентября. Особое внимание уделялось ведению огня на уничтожение по отдельным огневым точкам. Особенно интенсивным огонь должен был быть перед переходом пехоты в атаку. Части 110-го артиллерийского полка предназначались для контрбатарейной борьбы. Расход снарядов группы поддержки пехоты на каждый дивизион легких гаубиц составлял 630 снарядов в ходе подготовки наступления, из них 210 снарядов должно было быть выпущено перед тем, как пехота поднимется в атаку. Мортирные дивизионы
Страница 24 из 24

должны были выпустить по 180 снарядов, 60 из них в момент перехода пехоты в наступление. На борьбу с артиллерией отводилось в общей сложности около тысячи снарядов.

Наступление пехоты после артиллерийской подготовки должно было проходить как можно быстрее. На направлении главного удара создавались штурмовые группы. Целью наступления 22-го полка был прорыв линии укреплений и достижение рубежа северо-восточнее окраины дер. Раттала, следующей целью была деревня Кайнелайзи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/vyacheslav-mosunov/bitva-za-leningrad-neizvestnaya-oborona-2/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

NARA T313 R330 Fr 8 611 831.

2

NARA T313. R330 Fr 8 611 818.

3

NARA T313. R330 Fr 8611727-8611731.

4

Verbrechen die Wehrmacht. S. 309.

5

Ломагин Н.А. Немецкие документы о боях на подступах к городу и блокаде Ленинграда // Нестор. № 8. СПб., 2005. С. 130.

6

NARA T313. R330 Fr 8611720-8611723.

7

NARA T312 R 782 8432139.

8

Charles de Beaulieu W. Der Vorstoss der Panzergruppe 4 auf Leningrad. Neckargemund, 1961 S. 110.

9

NARA T312 R 782. 8 432 184.

10

NARA T313. R332 Fr8 613 646–649, 411-412

11

NARA T313. R331. Fr 8612193-198.

12

Дашичев В.И. «Банкротство стратегии германского фашизма». Т. 1. С. 214–242.

13

Жуков Д.В. Создание Красносельского сектора Красногвардейского укрепленного района летом 1941 г.// Пусть не прервется связь времен. СПб., 2009. С. 22.

14

На защите невской твердыни. С. 83.

15

На защите невской твердыни. С. 139.

16

Цитадель под Ленинградом. С. 112.

17

Корж Г. Карельский укрепленный район (//http://www.kaur.ru/articles/korzh.php).

18

Соколов В.А. Пулковский рубеж. СПб., 2002. С. 60.

19

Маляров В.Н. Строительный фронт Великой Отечественной войны. СПб., 2000. С. 42.

20

На защите. С. 91.

21

ЦАМО. Ф. 217. Оп. 1221. Д. 62. Л. 36—39

22

Внутренние войска в Великой Отечественной войне. С. 144

23

Нестор. № 8. С. 17–19.

24

Мохоров Г.А., Сычев К.В. Обеспечение фронтов войсковыми резервами в период битвы за Ленинград // 65 лет полного освобождения Ленинграда от фашистской (вражеской) блокады (14–27 января 1944 года): Материалы работы научно-практической конференции 22 января 2009 г. СПб., 2009. С. 204.

25

Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. М., 2005. С. 9.

26

Боевая летопись ВМФ. 1941–1942 гг. М., 1992. С. 180.

27

Там же. С. 181.

28

ЦАМО. Ф. 249. Оп. 1544. Д. 90а. Л. 74–75.

29

ЦВМА. Ф. 240. Оп. 0824. Д. 3. Л. 188.

30

ЦВМА. Ф. 164. Оп. 4. Д. 3. Л. 11.

31

Там же. Ф. 240. Оп. 0824. Д.3. Л. 165.

32

ЦВМА. Ф. 410. Оп. 1. Д. 9. Л. 112.

33

Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. С. 180–181.

34

Там же. С. 187–188.

35

См.: Хазанов Д.Б. Битва за небо 1941 г. От Днепра до Финского залива. М., 2007. С. 325.

36

Лебедев Ю.М. Ленинградский блицкриг. М., 2011. С. 238, 245–246.

37

Зимке Э. Немецкая оккупация Северной Европы. М., 2005. С. 244, 249.

38

Asmus D. 20. Infanterie Division (mot). Chronik und Geschichte. Teil 1. 2011. S. 174.

39

Хроника и история 20-й моторизованной дивизии вермахта (1941 г.) // http://membook.narod.ru/page5.htm

40

Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов. М., 2005. С. 13–14.

41

Перевод текста приказа и дальнейшее описание боевых действий 20-й мд дается по книге: Asmus D. 20. Infanterie Division (mot). Chronik und Geschichte. Teil 1. S. 175–180.

42

Описание действий 12-й тд дается по журналу боевых действий дивизии. NARA T315 R626 Fr 165–182.

43

На защите невской твердыни. С. 144.

44

NARA T312. R545 Fr 8152637.

45

NARA T312 R545 Fr 8152629-632.

46

Ibid Т311.

47

Ход боевых действий с советской стороны в основном приводится по материалам статьи О.А. Суходымцева «Десять дней до блокады» (Невский пятачок: от плацдарма к мемориалу. СПб., 2007. С. 14–27)..

48

ЦАМО. Ф. 217.Оп. 1221. Д. 221. Л. 222; Внутренние войска в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Документы и материалы. М., 1975. С. 143; Блокада рассекреченная. // Сост. В.И. Демидов. СПб., 1995. С. 58.

49

Nara T315. R786 Fr 141–143.

50

Описание действий 122-й пд дается по ее Журналу боевых действий и приложениям к нему. См.: NARA T315 R1314 Fr 500–528; Ibid R1315 Fr 102–157.

51

NARA T314 R786 Fr 150–151.

52

ЦАМО РФ. Ф.217. Оп.1221. Д. 170. Л. 107.

53

ЦАМО РФ. Ф. 217. Оп. 1221. Д. 170. Л.112–113.

54

NARA T311 R53 Fr 7,066,117–120.

55

Лебедев Ю.М. Указ. соч. С. 235–236.

56

Суходымцев О.А. Указ. соч. С. 23.

57

NARA T312. R544 Fr 8 151 222.

58

NARA T314 R46 Fr 571.

59

Nara. T312 R782 Fr 8432304.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.