Режим чтения
Скачать книгу

Дневник русского украинца: Евромайдан, Крымская весна, донбасская бойня читать онлайн - Платон Беседин

Дневник русского украинца: Евромайдан, Крымская весна, донбасская бойня

Платон Беседин

Платон Беседин – известный прозаик, автор романов и сборников рассказов «Учитель», «Книга Греха», «Рёбра», номинированных на премии «Ясная Поляна», «Национальный бестселлер», «Русская премия». Яркий публицист, прославившийся репортажами и статьями, посвященными событиям в Украине и российско-украинским отношениям. «Дневник русского украинца» – избранные записи автора о Евромайдане, Крымской весне и донбасской бойне, изданные без цензуры. В них сбывшиеся пророчества и неуслышанные предупреждения, действенные рецепты и точные диагнозы, интересные параллели и неожиданные экскурсы в историю, но главное – это подлинные живые свидетельства революции и войны, объединённые личностью автора в уникальное цельное произведение. «Дневник русского украинца» – по-настоящему честная книга о событиях, взорвавших прежнее мироустройство.

Платон Беседин

Дневник русского украинца: Евромайдан, Крымская весна, донбасская бойня

© ООО Издательство «Питер», 2016

© Иван Граве, обложка, 2016

* * *

От автора

Эта книга не из тех, что пишутся намеренно, специально. Пришла идея, набросал план, сел за писательский стол. Нет, здесь – всё иначе. Это дневник, рождённый событиями как реакция, как попытка осмыслить происходящее. Дневник русского украинца. Того, кто родился русским, но жил в Украине, с трезубцем на паспорте. Застал революцию, смуту, бойню.

Родился в Севастополе, живу в нём же. Но в 2008 году переехал в Киев. Через пять лет я оказался свидетелем Евромайдана. И тогда, в декабре 2013 года, появилось чувство, что моей родной страны, Украины, в прежнем её виде больше не будет. И другую мою родную страну, Россию, разрушительные события затронут тоже.

Да, у меня две родины. Так бывает. И оттого я вдвойне счастлив. И несчастлив тоже вдвойне.

В Украине я был одним из немногих писателей, публицистов, кто с первого дня открыто выступил против Евромайдана. Трансформировал мысли, эмоции, наблюдения в тексты. Они здесь, они кость этой книги.

Дальше были Крымская весна и донбасская бойня. Я жил в них, видел, чувствовал, слышал. Они плоть этой книги. К записям добавились акции, выступления, гуманитарные миссии. Но в основе всего было, конечно, Слово. И природное желание понять, разобраться в происходящем. Искренне, стараясь сохранять объективность.

Тексты, вошедшие в «Дневник», писались дома, на блокпостах, вокзалах, в самолётах и поездах, в гостиницах и захваченных администрациях. Самый первый датирован 7 ноября 2012 года, последний – 11 мая 2015 года. Большая часть приходится на период с декабря 2013 по май 2015. Они идут в хронологическом порядке – так, как и выходили в печати.

Отдельной строкой хочу поблагодарить тех, кто давал мне площадку для высказывания, публикуя записи из «Дневника»: «Свободная пресса», «Русская iдея», «Известия», «ИА Харьков», «Комсомольская правда», «Украина.ру», «КМ.ру», «Зеркало Крыма», «Перемены», «Православие и мир».

Некоторые материалы выходили в региональной и зарубежной прессе, и вряд ли знакомы широкому читателю в России и Украине. Другие, наоборот, прочли миллионы человек, они обсуждались на федеральных радио– и телеканалах (как, например, открытое письмо Петру Порошенко). Здесь, в книге, я могу публиковать их такими, как они и задумывались, без цензуры.

Редактируя тексты «Дневника» (на предмет повторов и слога), добавляя отдельными предисловиями взгляд сегодняшний, я так же, как и при написании, чувствовал их пульсацию, ритм, вспоминал то, что ощущал тогда. Людей, события, места, эмоции, нервы.

И два основных чувства во мне сейчас. Первое – витальный заряд. Второе – разочарованность от того, что многое в украинских событиях можно и нужно было предотвратить. Они легко предугадывались. И дело тут не в визионерстве, нет, но в здравом смысле.

Главное же, что я вспоминаю, перечитывая «Дневник», – ответную реакцию. Ненависть, злобу, угрозы. И тепло, надежду, произнесённые «спасибо» (слава Богу, их было больше). Благодаря им данная книга и состоялась. Благодаря тем людям, с которыми мы обменивались эмоциями, мыслями относительно происходящего в России и Украине. Тем, кто был с русскими и украинцами.

Их разделяют сейчас. Но когда отгремят взрывы, отшумят безумцы, умолкнут проклятия, тогда русский и украинский народы станут едины. Уже навсегда.

Но прежде будет нелёгкий путь. От Евромайдана через Крымскую весну, донбасскую бойню и дальше. Дойдут не все. Многие уже не дошли.

Вечная им память. Вечная память всем разделённым. «Дневник русского украинца» посвящается им.

Осень 2013 и ранее

«Оранжевый» Майдан 2004 года я встретил на площади Нахимова в Севастополе. Кормили разваренной гречневой кашей, поили приторным чаем. Реяли сине-белые флаги «Партии регионов», и бодрящиеся ораторы голосили замшелые лозунги со сцены, установленной напротив бывшей гостиницы «Кист».

В моей растрёпанной сумке лежали «Севастопольские рассказы». Я с notabene читал их и, как рассказчик, пытался сделать героем своей жизни правду. Тогда – впрочем, как и сейчас – её до обезвоздушивания не хватало.

Спустя почти десять лет, уже в Киеве, я пришёл на Евромайдан 2013–2014 года за другой книгой. Мы должны были встретиться с человеком, который передал бы её. И казалось, что на улицах, площадях – те же, десятилетней выдержки, лица.

Первые часы Евромайдана. Я наблюдал рождение гидры, что изменит жизнь миллионов. Печати сняли.

Начиналось самое странное время в моей жизни. Дома, в Севастополе, меня ждали жена и грудная – ей исполнился ровно месяц в тот день – дочка. Мы вернулись обратно в Крым в начале октября по семейным причинам, а до этого пять лет снимали жильё в Киеве, и я полюбил украинскую столицу: её парки, улочки, набережные, храмы.

Мы думали, что вернёмся. Мир ещё казался упорядоченным, контролируемым. Наверное, люди, что окружали меня тогда, на Площади Независимости, думали примерно так же. В их глазах я видел разное: надежду, безумие, раздражение, усталость – но ненависти, которая со временем заслонит всё, там не было места.

Так она появилась потом? Или уже теснилась внутри?

Человек с книгой, которого я ждал, наконец пришёл: молодой, курносый, с бородкой, похожей на растрепавшуюся паклю. На серое пальто его был нашит прямоугольник украинского флага.

– Приходите вечером, – сказал он, протягивая мне книгу, – здесь будет по-настоящему живо…

Я кивнул. Книга, которую он мне передал, называлась «Миротворец». И теперь мне кажется, что в этом был знак.

Хотя, конечно, в тот момент я не думал об этом. Торопился домой. Начинался мелкий, пульверизирующий дождь. Я включил плеер, сбежал в переход станции метро «Майдан Незалежности». В наушниках зазвучал хрипловатый голос Эксла Роуза: «Cause nothing lasts forever, even cold November rain…»

Ночь украинской крови

О жестоком разгоне Евромайдана

30.11.2014

В ночь с 29 на 30 ноября украинская милиция и спецподразделение «Беркут» ликвидировали Евромайдан в Киеве. Митингующих на Площади Независимости разгоняли дубинками, шумовыми гранатами, слезоточивым газом. По словам очевидцев,
Страница 2 из 21

действия бойцов «Беркута» были настолько жестокими, что некоторые милиционеры помогали активистам бежать. Сотни человек получили травмы. Более полусотни арестовано, заведены уголовные дела.

Сообщение о разгоне демонстрации стали появляться в социальных сетях демонстрантов и лидеров оппозиции утром 30 ноября. Одним из первых о нападении сообщил общественный активист Зорян Шкиряк: «Звери! Били всех без исключения. Дубинками, ногами, травили газом. Всё как в фильме ужасов. Они даже после зачистки разгоняли людей, собиравшихся более трёх».

Часть демонстрантов, около 200 человек, спасаясь от милиции и «Беркута», укрылась в стенах Михайловского собора. Они призывают остальных киевлян присоединиться к акции протеста. Служители собора, а также уцелевшие активисты оказывают пострадавшим помощь.

Милиция и «Беркут» – всего около двух тысяч – появились ночью, приехав со стороны Крещатика на автобусах. После чего оцепили демонстрантов в кольцо и погнали на заградительные щиты, чтобы пустить через живой коридор, подгоняя дубинками и ногами. Как говорят участники демонстрации, били даже женщин.

Тем временем в интернете появляется всё больше материалов, на которых окровавленные люди рассказывают о зверских действиях милиции и «Беркута». Избиение людей зафиксировал на видео и датский журналист Йохан Андерсен. На снятых им кадрах видно, как правоохранители избивают, волоча по асфальту, не сопротивляющихся людей. И, видимо, неслучайно один из бойцов «Беркута» сообщил об отданном им приказе действовать с митингующими максимально жёстко.

В столичной милиции кровавый разгон митингующих объяснили просто: необходимо было очистить Площадь Независимости к празднованию Нового Года и Рождества. Так в эфире «5 канала» заявила начальник пресс-службы управления МВД в Киеве Ольга Билык. В данный момент на Площади Независимости уже ведутся подготовительные работы к празднованию Нового Года. Майдан ограждён забором.

По словам Билык, «зачистка» была проведена из-за обращений представителей киевской госадминистрации, попросивших обеспечить беспрепятственный проезд техники для дальнейших работ на Площади Независимости. Митингующих неоднократно предупреждали о том, что недопуск сотрудников коммунальных служб является нарушением, но они не отреагировали на замечания и «начали бросать в представителей милиции мусором и какими-то горящими предметами».

Сами активисты Евромайдана, чаще всего устами лидеров-оппозиционеров, большинство которых, к слову, на месте событий в ночь с 29 на 30 ноября логично отсутствовало, заявляют, что демонстрация была исключительно мирной, а митингующие при задержании не оказали никакого сопротивления.

До определённого времени акция Евромайдана, и правда носила исключительно миролюбивый характер. На Площадь Независимости приходили с детьми, водили хороводы, пели песни, обменивались книгами, молились, жгли свечи. Происходящее скорее напоминало либо религиозное действо, либо психотерапевтический флэшмоб.

Но ближе к выходным ситуация изменилась. Стали подтягиваться вооружённые люди: в частности, молодчики с металлическими трубами. Появление их связывали с националистическими силами, призывающими сменить вектор Евромайдана на более действенно-радикальный.

Всё чаще звучали призывы к вооружённому восстанию. Стали приносить пиротехнику, камни, арматуру. Появилось всё больше агрессивно настроенных людей.

Потому пятничная Площадь Независимости разительно отличалась от той, что была несколько дней назад. Детей, пенсионеров стало меньше. Вооружённых молодчиков, пьяных – больше.

И в данном контексте заявления киевской милиции об агрессии со стороны участников Евромайдана не выглядят просто фикцией. Это признают и сами митингующие, которым «находиться в центре Киева стало страшно». В частности, один из демонстрантов сообщил, что сопротивление всё-таки оказывалось, и во многом именно оно спровоцировало агрессию со стороны «Беркута». Более десяти правоохранителей получили травмы.

Между тем, украинские оппозиционеры уже успели потребовать отставки правительства, ответственного за жестокий разгон Евромайдана. Им-то он, кровавой ночью оказавшимся дома и в ресторанах, безусловно, на руку.

В любом случае, исторические события с 29 на 30 ноября станут поворотной точкой в новой украинской истории, усилив раскол между оппозиционерами и властью, проевропейцами и антиевропейцами, а главное, между двумя по сути независимыми друг от друга народами Украины, занимающими противоположную точку зрения по большинству системообразующих вопросов. Их продолжают отчаянно сталкивать лбами. Дубинками и гранатами «Беркут» влил свежую кровь в украинскую политику.

* * *

Этот сугубо журналистский, быстро созданный ранним утром 30 ноября текст стал первым из написанных мной о Евромайдане. Точкой отсчёта, после которой уже нельзя было остаться в стороне, вернуться назад.

С активистом Евромайдана и бойцом «Беркута», упомянутыми в тексте, я общался тем утром 30 ноября. Мы говорили в телефонном режиме – скоро, наспех.

То, что они рассказали тогда, со временем подтвердилось. Хотя многие бойцы «Беркута», те, с кем я общался позже, не были уверены в том, что среди них были только «свои». И обе стороны настойчиво твердили о провокаторах.

Ночь с 29 на 30 ноября провела разделительную черту. Не только между оппозицией и властью, Евромайданом и Антимайданом, но и между добром и злом в сердце каждого человека, причастного к Украине. Всё, что случилось дальше – алый ком, катящийся в бездну.

Разделение, безусловно, началось не на Евромайдане. По сути, вся история независимой Украины есть доминирование одной идеи над другой с усердными попытками уничижения последней, и эта сепарация первопричинна.

Перечитывая записи 2013 года, я убеждаюсь в этом всё больше.

Нафталиновая скука

О парламентских выборах–2012

07.11.2012

Парламентские выборы в Украине состоялись. Наконец-то.

Кто победил? «Партия регионов». Никто и не сомневался.

После выборов в офисах, магазинах, транспорте – ленивые попытки завязать политические споры. Не очень успешно. А раньше ведь могли и по морде дать. Сейчас же, в общем-то, всё равно. До размаха прошлых лет эти выборы не дотянули. Низкая явка избирателей (53 %) – тому подтверждение.

Главное ощущение после выборов – народ лишили любимой темы для разговоров. Нет, конечно, журналисты напишут, снимут. Политики обвинят, постараются вывести народ на площади. И, возможно, будет новый Майдан. Но не сейчас.

Противостояние власти и оппозиции оказалось скучной игрой уставших артистов. И вроде бы сюжет был. Да и типажи подобрались хорошие, но на выходе получилось пресно.

Выборы прошли на удивление спокойно. В Первомайске, правда, сотрудники исполнительной службы при помощи бойцов «Беркута» вынесли из 132?го окружкома все оригиналы протоколов участковых избирательных комиссий, но нардеп Геннадий Москаль быстро вернул их на законное место. Один избиратель съел свои бюллетени, другой поджёг их. Председатель избиркома в Одессе избавлялась от журналистов, чтобы «выпить
Страница 3 из 21

50 грамм», а в Крыму её коллега предпочитал более солидные дозы, после чего публично сложил с себя полномочия. Главным же трендом стали забавные надписи на избирательных бюллетенях. Вроде «Я за Дарт Вейдера» или «Кот перепишет на меня корзинку, если я испорчу бюллетень».

Но для страны «оранжевой революции», где политика – развлечение номер один, всё это несерьёзно. И как тут не вспомнить о сакраментальном «затишье перед бурей?».

Предсказуемыми оказались и результаты выборов. Хотя боролись всё те же: «голубые» и «оранжевые». Как в лучшие годы. Чтобы ремейк выдался на славу, даже вернули Ющенко, позиционируя его как «единственного неподвластного Кремлю». Судя по результатам, неподвластность народ не оценил.

На отношениях с Кремлём привычно играли многие. «Регионалы» продолжали убеждать, что они всё-таки станут Путину друзьями, а националисты из партии «Свобода» Тягнибока (контролируемой, по слухам, теми же «регионалами»), наоборот, традиционно предлагали гнать москалей из страны, изменив всё на пользу украинцев.

«Свобода» может занести эти выборы себе в актив (10,4 %). Во многом за счёт высокой явки избирателей в Западной Украине. Отличились и коммунисты, сделавшие ставку на раскулачивание олигархов (13,2 %). Правда, откуда у самих коммунистов деньги на столь массовую агитационную кампанию – вопрос. К «удачникам» выборов можно отнести и партию боксёра Виталия Кличко «Удар» (13,9 %). Кличко шёл на выборы с месседжем конкретного – сильного, волевого – пацана. На женщин, измученных феминностью украинских мужчин, это действовало безотказно. Они стали ударным боксёрским электоратом.

Кроме того, успех Кличко показателен в контексте того, что украинцы голосовали не за реальные программы, а за узнаваемые лица. На парламентские выборы–2012, похоже, рвались все, кто примелькался в телеэкранах. Отпиаренная нечисть выползла в телеэфиры, превращая украинскую политику в «Дом?2». У каждого была своя «фишка». Олег Ляшко, например, не расставался с вилами, а Наталья Королевская настаивала на том, что сексом надо заниматься только в коленно-локтевой позиции.

Неудачник выборов – Арсений Яценюк, возглавивший главную оппозиционную силу. Казалось бы, с «посадкой» Тимошенко карта шла Арсению прямо в руки. Нынешнюю власть народ презирает. Приходи и побеждай. Но «Батькивщина» ухитрилась проиграть (25 %). Во многом из-за того, что, как считают политологи, Арсений боится реальных действий. Возможно, когда-нибудь он наберётся смелости, и уж тогда – все мы поскачем. Но пока – оппозиция, проиграв, стухла.

Бурной реакция на этот счёт оказалась только у Тимошенко. И при таком раскладе, похоже, дальнейшее пребывание Юлии Владимировны в местах не столь отдалённых выгодно, прежде всего, её же соратникам.

С такой оппозицией проиграть действующей власти было так же невозможно, как Путину на президентских выборах в России. И «регионалы» победили (30 %). В своём традиционном нафталиновом стиле. Могли бы победить и увереннее, если бы не суетились.

Силы, способной переломить власти хребет, не нашлось. Найдётся ли? Увидим на президентских выборах. Или раньше. А пока что выборы лишь вновь разделили украинский народ.

…В воскресенье ехал в метро. После матча киевского «Динамо». В вагоне – пять молодчиков в клубной атрибутике, с баклажками пива. С ними – совсем дети. И на весь вагон пьяное: «Киев, Днепр, алкоголь». А следом: «Тилькы Степан, тилькы Бандера». Далее – в том же духе.

Рядом с ними, стоя, – молодчики сидят – едет пожилая пара. У него на груди – орден. На новом витке про Бандеру он не выдерживает, обращается к крикунам:

– Вы не могли бы замолчать?

– А хто ты е? – скалится один. – Морда кацапская…

И вспоминается: есть лишь та власть, которую заслуживаешь. Оно, конечно, хорошо посмеяться над президентом, считающим, что в слове «профессор» две буквы «ф». Или над Азаровым, идущим на войну с очередными «кровосисами». Только вот у самих-то как с грамотностью? Хорошо всё?

Ехал в поезде. Попутчики – интеллигентные мужчина и женщина. Он педиатр, она преподаватель в вузе. У него зарплата полторы тысячи гривен, у неё – две триста. Живи как хочешь. Выживай.

Для сравнения: у мерчендайзера в моей конторе зарплата три тысячи гривен. А у директора по маркетингу Иры – двенадцать. И пишет Ира слово «впредь» с двумя ошибками. Зато именно она определяет маркетинговую политику.

С такими Ирами я наработался, вспоминая Генри Миллера, который, приходя в редакцию, старался выглядеть глупее, чем есть, но его выдавала книга. Так почему бы Проффесору не быть тем, кто он есть? Или ему украинцам о борьбе с энтропией рассказывать? Не поймут.

И Табачника с его министерством культуры ругать, конечно, приятно. Мол, одурманивают народ, молодёжь портят. Но пока пресловутой молодёжи хватает шмоток, айфонов и пива, демонстрировать им что-то другое бесполезно. Не Табачник их воспитывает.

Но это так, к слову. Чтобы разобраться, кто и в чём виноват. Ведь не мы, простые украинцы, виноваты. Виновато правительство, потому что жить не даёт. Виноваты хапуги-гаишники, футболисты-мазилы, соседи-бизнесмены, зомбоящик и газеты, из-за которых жить страшно. Страна виновата, а мы не страна; наша хата, как известно, с краю.

Поэтому выборы в Украине – это поиск виноватых. Тем, кому рано или поздно за всё придётся отвечать. Чтобы жить было лучше, жить было веселее. Ведь нет ничего веселее украинской демократии. А горы мусора, покосившиеся колокольни, редеющие леса, полуразвалившиеся дома, кривые и грязные улицы – это всё, собственно, компенсация веселья.

А пока одни веселятся, другие окучивают Поле Чудес. Благо золотые деревья в Украине спилили ещё не все. Главное, дабы получить результат, предварительно закопать в предвыборные кампании деньги и произнести магическое заклинание, чтобы ЦИК посчитал правильно. На радость дуракам. Ведь коль живы они, жива и Украина.

Поруганные святыни

О состоянии священных мест в Украине

29.11.12

Хмельницкая область, городок Сатанив. Приехал сюда в санаторий «Товтры», находящийся по соседству. Решил прогуляться, предварительно поинтересовавшись у местных: «Что интересного в Сатаниве?» Сказали – таможенные ворота и синагога начала XVI века. Удивительная синагога, сказали они мне. Люди, кстати, в Хмельницкой области тоже удивительные – добродушные, отзывчивые. Хотя зарплаты почти у всех мизерные (700–1000 гривен); спасаются огородами.

Синагога снаружи – крошащееся квадратное здание. Чем-то похоже на заброшенный замок. Местность вокруг поросла сухим бурьяном и колючим кустарником. Стены сложены из камней, верх кирпичный, с остатками арок. Окна и двери заколочены.

Верчусь рядом, расстроенный, что не могу попасть внутрь. Вдруг голос:

– Хотите зайти?

Поворачиваюсь. Передо мной – седой жилистый мужик в спортивных штанах и майке Lotto. Улыбается. Зубы в золотых коронках. Зовут мужика Борис Андреевич.

– Хочу зайти, да…

Борис Андреевич живёт в доме напротив синагоги. Приносит ключ, отпирает навесной замок на заколоченной двери.

Внутри синагоги атмосфера иная – магическая. Стены – потрескавшиеся, в зелёной
Страница 4 из 21

плесени. И потолок – высоко, высоко.

– Вот это место, где священник читает Тору, – показывает Борис Андреевич, – можете сюда встать, попросить что-нибудь. Я так делаю.

– Я не еврей.

– Ничего, я тоже…

В центре синагоги – три плоских камня. Встаю на один из них. То ли мерещится, то ли правда – от пяток до «родничка» идут покалывающие вибрации. Стоя на камнях, замечаю небольшую выемку в стене; по бокам две колонны, сверху львы, держащие корону.

– Это Арон а-Кодеш, синагогальный ковчег, – замечает мой взгляд Борис Андреевич, – место, где евреи хранили Тору. Что-то вроде нашего алтаря. Он не такой древний, как сама синагога; Арон а-Кодеш восемнадцатого века.

Рассматриваю. Удивительно, но Арон а-Кодеш почти полностью сохранился. Хорошо видно львов с короной, буквы на книге. Даже бирюзовая и золотая краска не выцвели. А ведь три века прошло. Только углубления, как следы пальцев пекаря в тесте, портят общий вид.

– Фашистские пули, – поясняет мой новоиспечённый гид, – они стреляли, когда захватили Сатанив и синагогу. Странно, почему не взорвали…

Прошу рассказать подробнее. Синагога построена в начале XVI века, одна из самых древних в Восточной Европе. По легенде, здесь есть подземный ход, который ведёт в Иерусалим. Борис Андреевич показывает мне его начало. Здесь фашисты заживо замуровали триста евреев.

Когда Украина получила независимость, синагогу сначала пробовали растащить на камни, а потом использовали как городскую свалку. Свозили мусор со всего Сатанива. Здесь же кололись наркоманы, испражнялись, занимались сексом.

Выше моего роста стена мусора встала, показывает Борис Андреевич. И всё росла. В какой-то момент даже к Арон а-Кодешу подобралась. Вонь стояла чудовищная.

Тут Борис Андреевич становится эмоциональнее. Возмущается, как, живя рядом, пытался объяснить людям, что нести мусор в святое место – тяжкий грех, да и вообще не по-человечески это. Но всем наплевать было.

Тогда он пошёл к местным властям – ноль реакции. Писал в областной совет – тщетно. Наконец, Борис Андреевич, плюнув на окружающее равнодушие, сам заколотил окна, двери и стал вывозить мусор на своём «жигулёнке». Три года боролся он, пока народ не успокоился, не отстал от синагоги. За это время, говорит, много пришлось вынести: и угрожали, и проклинали, и били. До сих пор жидом кличут.

«Приезжали раввины. Осматривали синагогу, вздыхали, а сделать, говорят, ничего не можем. Не нам принадлежит – бюрократия. Вот теперь поддерживаю здесь чистоту», – заключает Борис Андреевич.

Таких загаженных кладбищ, храмов – православных, еврейских, католических, языческих – в Украине множество. Костёл в Соколивци, Василияновский монастырь, Храм Богородицы Влахернской и сотни других. Заваленные мусором, изуродованные, заброшенные, они стоят как напоминания о человеческом бесстыдстве и лени.

В древние времена за осквернение святого места проклинался не только тот, кто его осквернил, но и весь род. Было бы неплохо, если бы порой мы вспоминали об этом. Прежде чем вопрошать, почему же так погано живём. Не по-божески.

Засланная казачка

Российско-украинская семья как подвиг

20.01.2013

С Наташей мы встретились на дне рождения общего друга. Разговорились, вышли на балкон. Узнав, что я писатель, публицист, она с чувством проговорила:

– Слушай, напиши про меня, россиянку в Украине, потому что, – тут она сделала характерный жест, – достали…

И я написал.

От первого мужа, российского военного, служащего в Украине, Наташа ушла в апреле. Сосредоточилась на работе, дабы легче было пережить расставание. Задумалась о карьере.

Но вскоре ей позвонили из отдела кадров, намекнули на увольнение: россиянка не имеет права официально работать в Украине. Закончилась временная регистрация, которую Наташе давали раньше как жене военного. Посоветовали обратиться в паспортный стол.

Со встречей помогла секретарша. За умеренную плату, конечно.

Начальник паспортного стола встретил Наташу вальяжно, по-барски. Она рассказала ему про мужа, развод, окончание срока регистрации. И заключила:

– Хочу остаться в Украине.

Начальник взглянул как-то странно, будто сердце у него прихватило:

– На каком основании? Приехали, развелись – езжайте в Россию.

– Мне здесь нравится. Да и работа…

Тут начальник едва ли не в первый раз заинтересовался:

– А скажите-ка название фирмы?

Перестраховываясь, Наташа сделала глаза, как у кота из «Шрека». Этот безотказный приём работал всегда – вот и тогда начальник подобрел, вскрылся:

– Украинские компании не могут брать граждан Российской Федерации на работу без разрешения. У вашего работодателя есть разрешение?

Тут Наташа сильно засомневалась и ретировалась из паспортного стола. А позже, когда она заикнулась о разрешении, её ретировали с работы. Пришлось искать новую.

Собеседования шли успешно – опыт у Наташи был дельный – ровно до тех пор, пока интервьюеры не узнавали, что она россиянка. Тут они кривились и для чего-то переходили на мову. Хуже всего реагировали в госучреждениях. Одна блондинка, побледнев, испугавшись, забормотала о каких-то врагах.

Мытарства с работой продолжались около месяца. Наконец, друзья помогли Наташе устроиться в логистическую компанию, где, видимо, не наигравшийся в КВН и «Противостояние» гендиректор наградил её кличкой «Кацапюра».

А чуть позже Наташа познакомилась с Андреем. Начали встречаться, съехались. Всё устроилось.

Надоедали разве что стенания родителей Наташи о том, что работает она неофициально. Пенсионные отчисления, забота о будущем, ну и тому подобные вещи волновали их. И тут знакомый рассказал, что вышел новый закон о россиянах в Украине. Мол, стоит попробовать.

Наташе пришлось вновь сразиться с украинской бюрократией. И вновь проиграть. Битва закончилось, когда девушка из госслужб, словно чек из супермаркета, развернула перед Наташей список необходимых для официального трудоустройства документов, резюмировав:

– И главное, чтобы работник доказал свою профессиональную исключительность.

– В смысле?

– Ну, например, если компания подтвердит, что вы знаете пять языков…

Наташа продолжила работать неофициально. Тем временем Андрей сделал ей предложение.

Иностранцев расписывали только в центральном загсе, за тройную плату. Туда Наташа, вооруженная опытом, пришла заранее, без жениха. Навести справки. Выслушав несколько саркастических замечаний относительно того, почему в Украине хлопцы добри, а в России, видимо, их не хватает, получила список необходимых для росписи документов.

Паспорт, свидетельство о разводе и другие документы нужно было перевести с русского на украинский язык и заверить у нотариуса. А ещё, несмотря на штампы в паспорте, получить за симпатишную сумму в евро справку из российского посольства о том, что Наташа не состоит в браке. Справку, переведённую на украинский язык.

И тут выяснилось, что нотариальные конторы с языками дружат, как ИРА с британской армией. Деньги брались – ошибки в переводах делались. Раз за разом. Всё это продолжалось порядка двух-трёх недель. Нервничала Наташа, нервничал Андрей.
Страница 5 из 21

К стандартным свадебным проблемам добавились трудности перевода.

Наконец, лингвистически-юридические звёзды сошлись как надо, и нотариус сделал правильные документы. Наташа с Андреем пошли в загс согласовывать время и план росписи. Через шесть часов вспаренного, нервного ожидания они сдали документы, услышав в ответ едкое:

– Извините, но у вас в переводе ошибка. Написано «Наталiя». В украинском нет такого имени, только – «Наталя». Делайте правильные документы и приходите снова…

Андрей орал, Наташа рыдала.

Расписывались они на месяц позже назначенного срока. А после им сообщили, что Наташа может получить вид на жительство в Украине по программе «Воссоединение семьи». Но необходимо было выписаться из России.

Когда Наташа сообщила об этом в паспортном столе Калининграда, к которому, собственно, была приписана, её осторожно переспросили:

– Что-что, простите?

– Хочу выписаться из России и прописаться на территории Украины. У меня там муж…

– Выписать вас на территорию врага?

– Врага?! – обалдела Наташа.

Неделю, наверное, она разъясняла, почему так хочет на «территорию врага». После чего начался обратный процесс перевода – с украинского на русский. И, конечно, трудности перевода повторились: отчество мужа трансформировалось из «Сергеевич» в «Сергевич». Снова волокита, опять нервы. Больше же всего удивляло то, что в кабинетах Наташа, и правда, воспринималась едва ли не как враг родины.

Впрочем, самое забавное случилось после её триумфального – так казалось – возвращения в Украину. Ей сказали, как в ледяную воду швырнули:

– Извините, но вы что-то неправильно поняли. У нас, видите ли, не совсем простые отношения с Россией…

Теперь остаться в Украине для Наташи – дело принципа. Получить вид на жительство, прожив два года в браке с украинцем, официально устроиться на работу. Родить ребенка. И тем самым разрушить баррикады между Россией и Украиной. Баррикады, находящиеся, прежде всего, в кабинетах и головах.

Ведь если раньше выражение «мой папа – украинец, мама – русская» было объективной реальностью, то теперь эта данность сродни подвигу.

Fascism-week по-украински

О моде на фашизм в Европе и Украине

24.03.2013

Город-герой Севастополь, Сапун-гора. Здесь всё залито кровью павших солдат. Штамп, конечно, но в данном случае иначе не скажешь. Месяцы немецкие дивизии брали Сапун-гору. Советские войска отвоевали её за девять часов.

Прогуливаемся по ней с друзьями. Вдруг, что тот партизан, из зарослей появляется рыжий парень:

– Сфотографироваться не желаете, а? Можно в эсесовский форме…

Каска и шмайсер прилагаются.

Можно сфотографироваться в форме эсэсовца и в Керчи, и в Ялте, и в Алуште. Крымские набережные полны такого добра. Только плати.

Ещё настойчивее, чем фотографы, ведут себя украинские торговцы на рынке. Предлагают широкий – некоторые знатоки утверждают, что самый большой в Европе, – выбор нацистских товаров. Здесь можно прикупить как трофеи, так и умелую имитацию. Раритетные перстни и окислившиеся каски соседствуют с гипсовыми бюстами Гитлера и новенькими блестящими свастиками на цепочках. Торговля идёт бойко.

Экипировался как следует, и езжай в Винницу, в ставку Гитлера «Верфольф», открытую местными властями для туристов, от которых, говорят, нет отбоя.

Фашизм сегодня – в тренде. Хотя он, собственно, всегда был модным. Разъезжали нацисты на «Мерседесах», а форму им шил сам Хьюго Босс.

До сих пор лакированный стиль и садистский эротизм Третьего рейха пленяют людей искусства: на протяжении всех послевоенных десятилетий кино неизменно обращается к нацистской эстетике. Главная европейская книга прошедшего десятилетия – «Благоволительницы» Джонатана Литтела – жуткие воспоминания офицера СС Максимилиана Ауэ. Селебрити ака Леди Гага или Мадонна включают в свой гардероб рейховскую деталь, а персонажи вроде Мэрилина Мэнсона вообще выглядят аки огламуренный фюрер. Модельерам и производителям одежды, судя по fashion-weeks, явно не дают покоя лавры Геббельса или Геринга. Некоторые одеждой не ограничиваются: Джон Гальяно, например, признался в антисемитизме и любви к Гитлеру.

Украинские дизайнеры к такому поступку отнеслись оправдательно. Мол, творцу можно всё. Ведь они, если исходить из каталогов, и сами не против.

Киев, кафе Дома кино. У входа сидят маргинального вида парни. Большинство упаковано в берцы и штаны с подтяжками, руки выше локтя перетянуты красно-чёрными повязками, пестреют соответствующими татуировками. У самых рисковых в ботинки вдеты белые шнурки. Вместе с парнями – разукрашенные, с отпущенными по бокам локонами девушки в чёрной коже. На стене компания растянула красно-чёрный флаг с черепами и свастикой.

Официантки – в работе. Посетители – в разговорах. На фашистскую компанию никто не обращает внимания.

Так же, как не обращают внимания на нацистскую литературу, разложенную на центральной площади страны Майдане. «Майн кампф», конечно, запрещён, но – чудеса! – вот он лежит на книжных развалах. Здесь же книги об ОУН-УПА, Бандере, «СС-Галичина». Беру, наугад открываю: «Поливаем грязью фашистов, убивавших русских, но они лишь исполнили за нас работу, которую мы должны были сделать сами…»

Автор лукавит. Ругать нацистов сегодня не слишком модно. Наоборот, всё больше статей, передач – в копилку того, какими, оказывается, нормальными ребятами были эсесовцы. А Гитлер? Душка. И животных любил, и детей.

Видимо, не зря в Европе всё чаще слышны разговоры о моде на «гламурный фашизм». Когда вместо Губки Боба или Эминема на майке – Адольф Гитлер. Правда, в Украине выглядит фашизм совсем не гламурно.

Свастиками и нацистскими письменами здесь клеймят не заборы и подворотни, а кладбища, церкви и памятники павшим воинам и жертвам Холокоста в Севастополе, Павлограде, Сумах, Киеве (Бабьем Яру) и других украинских городах. Отмывать их никто не спешит. Зато всерьёз обсуждают открытие нацистских памятников, мемориалов и проведение демонстраций с целью пропаганды фашистского прошлого и неонацизма.

Память у людей, похоже, короткая. Когда-то Наполеон был агрессором, но это не помешало появлению в Париже улиц Ваграм и Фридлянд. Интересно, сколько надо времени, чтобы где-нибудь появились Гитлер-плаза или Гиммлер-штрассе?

В Украине эту «проблему» решили давно. Здесь есть улицы, названные в честь героев «СС-Галичина» или «Нахтигаль».

И никакой ООН, выражающий серьёзную обеспокоенность относительно героизации нацистов, тут не указ. Украина относится к тем европейским странам, в которых нацистские военные преступники до сих пор не привлечены к уголовной ответственности.

Привычное дело: сотни человек в фашистской форме идут строем по улицам Львова. Справедливости ради, «Хайль Гитлер» из них кричат немногие. Большинство к фюреру относится ровно («плохой, конечно, но его любви к родине нам бы поучиться»). И добавляют: никакая это не фашистская свастика, а наш родненький коловрат.

Славянское язычество как разновидность нацизма сегодня в моде. И в России, и в Украине. Многие славяне вдруг стали язычниками. У меня самого пара-тройка таких
Страница 6 из 21

знакомых найдётся. Захожу к одному в гости. Его трёхлетний сын вскидывает руку в характерном приветствии.

– Это что – гитлерюгенд?

Приятель обиделся:

– Нет, – говорит, – это вообще-то древний славянский жест. Означает «Слава Руси!».

И правда, не придерёшься. Не только к жестам, но и к идеологии. Такие патриоты ведь страну, семью, людей искренне любят. Правда, только одну страну, одну семью и людей одного сорта.

Сама обстановка в нынешней Украине сильно похожа на ту, что царила в Германии перед приходом нацистов: пораженческие настроения, безработица, нищета, власть олигархов, коррупция, правительственная чехарда и резкий крен национального самосознания.

На этом фоне, когда «оранжевые» запутались в велеречивой полемике, а обещанная «регионалами» стабильность больше смахивает на кладбищенскую, как никогда громко звучат национальные разговоры о том, кому и как жить нельзя, а кому и как нужно. И таких условиях десять процентов голосов избирателей за партию «Свобода» – лишь начало.

Украинцы только вошли во вкус. Когда нет хлеба, они требуют зрелищ. И этот процесс особенно выгоден тем, кому терять, собственно, нечего. Всем этим пригнанным из хиреющих городов и сёл новым украинским патриотам.

Они выучили уроки истории: только через преступление (а нацизм – всегда преступление) из грязи можно выбиться в князи. Из никого превратиться в творца истории. Такой шанс грех упускать. Особенно, когда у тебя есть оправдание. Оправдание закоханностью в Украину и великой национальной идеей.

Мода ведь, как и дурной пример, заразительна. Fascism-week по-украински стартовал.

Типичная Малороссия

О сходстве России и Украины

31.03.2013

Десять лет назад вышла книга Леонида Даниловича Кучмы «Украина – не Россия». Несмотря на критику, второму президенту Украины, пожалуй, удалось сделать главное – в одной строчке отразить всю политику и концепцию украинской независимости. А именно – во что бы то ни стало не походить на Россию. Как заявил депутат Верховной Рады: «Искоренить всё русское, что мешает нам жить». И вместе с тем – подчеркнуть, доведя до гротеска, всё украинское.

За дело принялись рьяно. То искали украинизмы в древности: от чубов-оселедцев на египетских фресках до трезубцев Атлантиды. То историю переписывали, делая акцент на главном враге – России. То флот и церковь делили. То памятники сносили и взрывали, а вместо них новые ставили.

И главное – что бы ни делали, делали в пику России. Вы, северные соседи, с Чечнёй воюете? А мы улицу в честь Джахара Дудаева назовём. Или того лучше – за чеченцев воевать станем.

Русофобские истерики продолжаются и поныне. То писатель Юрий Андрухович предложит русским женщинам не давать, то депутат Ирина Фарион потребует исключить из употребления буквы «й» и «ё».

У меня тоже есть такой приятель, который, где бы ни участвовала Россия – в спорте или «Евровидении», – принципиально болеет против «клятых москалей». Вообще таких в Украине хватает. Любящих антирусскую желчь изливать. Неважно, что произошло – виновата Россия.

Под стать гражданам – депутаты с извечным раболепием перед Америкой и стремлением в Евросоюз, готовые дружить с кем угодно, лишь бы против России.

Впору на гербе выбить или в Конституции начертать, что «Украина – не Россия». И повторять эти слова аки священную мантру, тем самым всё больше – по принципу вытеснения – подчёркивая свой комплекс неполноценности.

Казалось бы, Украина – независимое государство, интегрированное в мировую рыночную экономику. Но откуда столько претензий к России? То газ продавайте дешевле, то газопроводы в обход нас не стройте, то товары украинских производителей приобретайте. Евросоюз о таком не попросишь. Они не свои – чужие.

Как едет украинский представитель в Россию, так не упускает случая ввернуть словосочетание «братский народ»: вы нам, мол, как братьям, скидочку сделайте. А только вышел казак за ворота – и опять давай козырять тем, что Украина не есть Россия, и хата наша с краю. У нас независимость, а вы тут своим флотом Крым оккупировали.

Между тем пресловутый Черноморский флот приносит в украинский бюджет миллиарды гривен. Но Раде не нравится – забирайте и уходите. Есть ведь и украинский флот. Корабли, правда, сосчитать можно по пальцам (большая часть тех, что остались после развала, продана), ну и недвижное «Запорожье» – до кучи. Неудивительно, если учесть, что украинская армия финансируется в сорок раз хуже, чем российская.

К слову, политика Украины в Крыму относительно россиян напоминает карандышевское «так не доставайся ж ты никому». Ведь не секрет, что именно российский капитал в Крыму является системообразующим. И речь не только о туристах, но и о солидных компаниях. Только на стройках объектов, кажется, занята половина населения Западной Украины. Однако это не мешает украинским властям вести планомерное вытеснение россиян (самого разного калибра) из Крыма, при этом ничего не предлагая взамен. Стоит ли тогда удивляться пророссийским настроениям на полуострове?

Собственно, не надо быть финансовым аналитиком, чтобы понимать влияние российского капитала на украинскую экономику. Достаточно пройтись по городским улицам, увидеть множество вывесок российских банков. Или перечислить список украинских предприятий, которыми владеют российские бизнесмены и компании.

Ну а зависимость Украины от российских энергоресурсов – уже притча. Газовый вопрос – собственно, излюбленный конёк кандидатов в народные избранники перед выборами. Кто убедительнее пообещает оседлать газовую трубу – того и Украина. Неслучайно бывший глава «Газпрома» Рем Вяхирев заявил: «Главная советская глупость: все трубы повернули через Украину. Они вообще не платили, да ещё и газ воровали».

Факты упрямо твердят, что Украина, как и на протяжении многих веков, по-прежнему остаётся зависимой от России. Перемен ждать не приходится, несмотря на все громогласные заявления.

Что та повзрослевшая дочь, у которой ослабился родительский авторитет, Украина рвётся на свободу, на гульки, но средств отчаянно не хватает. Приходится занимать у матери. Кредитов набрано предостаточно. Потому и раздражается Украина: хочется быть независимой (как заявлено), но не можется.

Раздражение усиливается, когда становится очевидным, что при всей декларируемой разнице сходство двух государств несомненно. Дочь остаётся плотью от плоти. Хуже ведь говорить по-русски в Украине не стали, зато украинский язык так и не выучили.

Беды в России и Украине по большой части одни и те же: власть олигархов, кризис спроса, высокая безработица и смертность, низкая рождаемость, вымершие города и сёла, коррупция, криминализация, засилье импорта, нацменьшинства, дороги и дураки. На этот счёт есть забавный афоризм: «Россия и Украина похожи, как две бутылки минералки. Только одна без газа».

У одних – Керимов, у других – Ахметов. Выборы депутатов и президента напоминают выбор бойца в компьютерной игре: знаешь всех и возьмёшь самого сильного, того, кем привык играть. Да и чувство, которое испытываешь, внимая украиномовным спичам
Страница 7 из 21

Николая Яновича Азарова, из категории «дежавю»: помните, был такой Виктор Степанович Черномырдин?

Суть одна, разнятся лишь качественно-количественные характеристики. Это, собственно, подтверждается и статистическими данными. В списке стран с высоким уровнем человеческого развития Россия и Украина занимают соответственно 55?е и 78?е место. По уровню ВВП на душу населения – 55?е и 83?е. Индекс развития человеческого потенциала – 0,795 и 0,766. Даже с украинской демократией, которой так восторгались российские оппозиционеры, оказалось всё не так хорошо: как считают наблюдатели ПАСЕ, Украина по тенденциям демократического развития сегодня хуже, чем Россия.

Интересны показатели и удовлетворённости жизнью. У россиян она составляет 51 %. Украинцы же на постсоветском пространстве довольны жизнью меньше всего – 35 %. Логично, если у одних есть трубы и скважины, как скрепляющий державный элемент, а у других нет.

Похоже, что Украина в принципе срабатывает с отставанием от России, проходя те же этапы и совершая те же ошибки. В экономике, политике, культуре. Предприимчивые люди давно поняли: то, что актуально в России, через три года поглотит Украину. И чаще всего это совсем не позитивные вещи.

Потому украинцы едут в Россию, а не наоборот. Статистика говорит о пяти миллионах трудовых эмигрантов в год. Вполне логично, если учесть, что зарплаты в России в среднем в два с половиной раза больше, чем в Украине, оказавшейся в пятёрке стран с самыми бедными гражданами (по сообщению немецкой компании Allianz).

Россия же, наоборот, поставляет в Украину «отработанный материал». Украинские телеканалы полнятся российскими героями, которые, не добившись успеха в России или потеряв там статус, перебрались в Украину, где их быстро нарекли примами.

Политические и социальные процессы представляют изгнанники Савик Шустер и Евгений Киселёв, в телепередачах которых одни и те же персонажи, будто стараясь переубедить самих себя и всех украинцев, продолжают повторять «Украина – не Россия», пунцовея от оскорбительного «Малороссия». И тем самым добиваться обратного.

Ведь Малороссия, похоже, вечна. Не социально-политически даже, а прежде всего ментально.

Бандеровец, что ли?

Об оппозиционной акции «Вставай, Украина!» и факторе разделения украинских граждан

13.04.2013

Многие голливудские боевики из «лихих девяностых» начинались одинаково: открывается дверь тюрьмы, на свободу выходит серьёзный парень с решительным волевым лицом. Выходит, чтобы отомстить для начала тем, кто его засадил, а после – восстановить всеобщую справедливость, разобравшись с бандой, контролирующей город.

По такому же сценарию – правда, лицо подкачало – начался новый виток оппозиционных волнений в Украине.

Седьмого апреля помилованный Юрий Луценко вышел за ворота Менской тюрьмы и отбыл на подкатившем авто. Чуть позже он заявил, что планирует стать четвёртым лидером оппозиции, объединившись с Олегом Тягнибоком, Арсением Яценюком и Виталием Кличко.

Не хватает разве что Юлии Владимировны, но, глядишь, и её скоро помилуют. Пока, правда, она вдохновляет соратников из-за решётки, напоминая розового мозга Кренга из мультфильма про черепашек-ниндзя.

Судя по тому, как рьяно принялись за дело оппозиционеры, вдохновляет неплохо. В украинских городах прошли митинги в рамках акции «Вставай, Украина!», а радикально настроенные депутаты попытались создать альтернативную Раду. Посыл оппозиционеров – пора создавать другую Украину.

На пикете в Черкассах особо старались ребята в майках с недвусмысленными надписями «Бей жидов!», в частности, крепко досталось правозащитнику, сделавшему замечание об антисемитизме. Ну а самый масштабный протест состоялся в Киеве.

Организаторы зачитали резолюцию, в которой логично потребовали отставки правительства Азарова, президента Януковича, ну и киевского мэра до кучи. Правда, какой именно, не сообщили. В общем, покричали – разошлись.

Да и кричали, честно сказать, пока ещё не особо бурно. То, что митинг провалился, признали, собственно, и сами оппозиционеры. Так же, как и признали провал пикета под стенами Верховной Рады. Народ не повёлся. То ли не поверил, то ли просто устал от революций.

Оправдываясь, представитель «Свободы» Александр Аронец не нашёл ничего лучшего, как обвинить в провале администрацию Фейсбука: «За несколько дней мы решили дать рекламу акции в Фейсбук. И до сегодняшнего дня никакой рекламы нет, нам даже не рассказали, в чём же дело, и отказано ли в рекламе, и почему? Эти “удивительные” проделки, а также то, что неоднократно аккаунты оппозиционных журналистов, политиков, в частности мой, были заблокированы Facebook, тоже без всяких пояснений, ещё больше наталкивают на мысль о необходимости украинской администрации Facebook».

Проблема, по мнению Аронца, заключается в том, что украинским Facebook руководит московское отделение. Именно оно, видимо, строит козни бравым украинским оппозиционерам в борьбе за другую Украину. В общем, кто бы сомневался, что во всём окажутся виноваты россияне?

Так, собственно, всегда и бывает. То россияне газ перекроют, то дельфинов-диверсантов натренируют, то, переманивая граждан, паспорта раздадут. Список, на самом деле, можно продолжать долго. Случись что, украинские политики тут же апеллируют к версии про «руку Москвы», переходя на языковую и национальную проблему.

Других сложностей, видимо, нет. Всё хорошо с экономикой, с медициной, с образованием, с культурой – плохо лишь с национальным самосознанием. Не ощущают себя украинцы украинцами, а всё к России ютятся. То в девяностых автономная республика Крым собиралась присоединяться к России, теперь вот к ней добавилась и вся Восточная Украина; им, мол, с Россией комфортнее. Западенцам и центральным областям, понятное дело, такой ход мысли не нравится, так как от всего русского у них начинаются рвотные судороги.

Помните, как в фильме «Брат?2»? Когда герой Виктора Сухорукова спрашивает крепкого хлопца в кожаной кутке:

– Слышишь, земляк, а где здесь русские живут?

– Москаль мне не земляк, – отвечает хлопец.

Герой Сухорокова пристально так на него смотрит и говорит:

– Бандеровец, что ли?

Собственно, вся национальная и внутренняя политика Украины свелась именно к этому, основополагающему, вопросу. Страна сегодня как никогда чётко разделена на две половины: первая категорически против России, вторая – в принципе, за. Именно эта – а не расовая, политическая, религиозная – принадлежность является главным критерием дифференциации украинского народа. Заговори с украинцем о России, пусть на самые общие темы, и сразу поймёшь, за «наших» он или за «ваших». Одни скажут о братском народе, другие, наоборот, начнут плеваться, точно сглазить боятся. Вот только равнодушных однозначно не будет.

Украинские политики чётко осознают это. Потому и вставляют по поводу и без магически концентрирующие на себе внимание маркеры вроде «бандеровцев» и «москалей», действуя по отработанному веками принципу «разделяй и властвуй».

Как говорит мой знакомый из Луганска: «Да, я понимаю, что Проффесор – не святой,
Страница 8 из 21

всё понимаю, но голосовать буду всё равно за него и за “регионы”. Лишь бы они бандеровцам “прикурить” дали». Даже в том, как изъясняется на украинской мове премьер-министр Азаров, многие неравнодушные видят особый шарм: «Наш, видать, раз украинского не знает…».

Языковой вопрос в Украине – ширма. Когда правящему режиму нечем оправдываться, а оппозиции нечего предложить, обе стороны неизбежно начинают заговаривать о русском и украинских языках. Действует безотказно. Одни тут же мечтают говорить на родном языке, другие видят в придании русскому официального статуса едва ли ни угрозу госбезопасности («потеряем язык – потерям страну») и требуют продолжения украинизации.

Потому, собственно, власть в ответ на оппозиционные акции сделала главное – пусть судорожное, но эмоционально верное – заявление, назвав оппонентов фашистами, бандеровцами.

Никто ведь не хочет реальной, а не популистской политики. И пока украинцы заняты расчётом на первый-второй, на главные вопросы никто не обращает внимания. Ширма работает идеально.

Украинцы, терзаемые национальными страстями, не замечают, что проблемы на Западе и Востоке одни и те же. И решать их придётся вместе для того, чтобы, и правда, была другая Украина. Решать вопреки оппозиции и власти, которые, похоже, больше всего боятся, что украинцы наконец-то начнут задавать правильные вопросы, стирая мифические отличия и делая первый шаг к объединению. Боятся, потому что единый народ уже так просто не разведёшь. Но будет ли он – единый народ?

Украинский фронт наших дней

Как празднуют День Победы в регионах Украины

09.05.2013

Девятое мая в Севастополе – день ретроспективы. По улицам едут автомобили советской эпохи, идут люди в форме времён Второй мировой войны, реют красные флаги. Благо, что в этом году впервые после развала СССР Россия и Украина празднуют девятое мая в Севастополе вместе. Российские и украинские флаги соседствуют друг с другом, точно спаянные. В комплекте с ними – георгиевская ленточка.

Стартует День Победы с возложения цветов и венков к Обелиску Славы на Сапун-горе, а также к мемориальной стене в честь героической обороны Севастополя 1941–1942 годов. В церемониях принимают участие представители руководства города, командования Военно-морских сил Украины и Черноморского флота России, ветераны, специальные делегации. Ведь девятое мая для севастопольцев – праздник двойной: это не только собственно День Победы, но и дата освобождения города от немецко-фашистских захватчиков.

Гостей как никогда много. Особенно это чувствуется на Параде победителей, где ветераны шествуют рядом с военными и гражданскими под марши, исполняемые духовыми оркестрами. Парад принимают командующий ВМС Украины вице-адмирал Юрий Ильин и командующий ЧФ РФ вице-адмирал Александр Федотенков. Впервые в День Победы по севастопольским улицам идёт боевая техника: БТРы, реактивные системы залпового огня, гаубицы и зенитно-ракетные комплексы.

Впрочем, главное внимание, конечно же, ветеранам. Поздравлять их начинают с первого мая: дарят цветы, продукты, подарки. Автолюбители организовали акцию «Подвези ветерана», в рамках которой вызвались довезти их на Парад и обратно.

В общем, как выразился мой дед, прошедший Сталинград: «Заботятся о нас, недобитых, чувствуешь себя нужным стране…»

Правда, какой стране – он не уточнил. Ведь если речь идёт об Украине, то в целом здесь празднуют День Победы по-разному. Будто и не в одной стране всё происходит.

В Киеве ситуация отчасти напоминает севастопольскую. Но российского представительства, безусловно, значительно меньше. Нет военных, флагов, символики. Хотя есть слова о дружбе братских народов, победивших общего врага. Есть и марш военных оркестров, и прохождение военной техники, и уважение ветеранам. В столичном парке Славы, например, открыли памятники дважды героям Советского Союза – Георгию Береговому и Амет-Хану Султану.

Восточная Украина традиционно празднует День Победы с размахом. Обязательны Парад победителей, чествование ветеранов. В частности, харьковский губернатор Михаил Добкин пригласил жителей и гостей города на площадь Свободы, чтобы «сказать спасибо деду за победу».

Вообще харьковская программа празднования Девятого Мая кажется наиболее творческой. Помимо классических мероприятий есть такие любопытные сюрпризы, как театрально-музыкальный фестиваль кино, снятого детьми о ветеранах. Самих же детей в специально организованном госпитале учат надевать противогазы, создавать письма-треугольники и накладывать повязки. В парке Горького открыт тир «Ворошиловский стрелок», где победителям, выполнившим нормативы, действовавшие во время войны, выдали соответствующие удостоверения.

А вот на Западной Украине – всё иначе. Яснее всего позицию западенцев по Дню Победы сформулировала депутат Ирина Фарион: «Никогда их победа не станет нашей перемогою. Империя, которая называлась СССР, и её колония УССР не были нашими государствами, следовательно, не было кого защищать и за что воевать. Но была родная земля и была единственная армия, Украинская Повстанческая, которая это защищала. Называть это победой – значит быть фальшивым, примитивным и просто садомазо».

При этом госпожа Фарион логично умолчала о садизме на Западной Украине в отношении самих ветеранов.

Например, о том, что в прошлом году в Ровно неизвестные до смерти избили 86?летнего ветерана. Во Львове около тысячи членов партии «Свобода» напали на людей с георгиевскими ленточками. Избили, забросали дымовыми шашками и растоптали венок, возложение которого планировалось на Холме Славы. В Ивано-Франковске, где запретили советскую символику как «несуществующих и непризнанных государств», националисты остановили пенсионеров с нагрудными знаками, оплевали их и назвали «позором Украины».

В этом году ветеранам вновь не дали достойно отметить День Победы. Для начала депутаты Львовского горсовета запретили использовать «оккупационную символику», а после наложили вето на проведение девятого мая митингов и других массовых мероприятий. Любопытно, что ранее 28 апреля во Львове у памятника герою Украины Степану Бандере состоялся «Марш величия духа» в честь дивизии «Галичина».

Комментируя решение депутатов, председатель львовской облорганизации антифашистского комитета Украины Александр Калинюк был категоричен: «Фактически во Львове суд запретил ветеранам праздновать День Победы», отметив, что ветераны в индивидуальном порядке придут возлагать цветы на места захоронений советских воинов.

Беда, правда, в том, что «прийти в индивидуальном порядке» означает подвергнуть себя реальному риску, учитывая то, что местные националисты настроены как никогда решительно. Представители «Свободы» заранее пообещали сорвать «сталинско-гитлеровский шабаш».

И от слов перешли к делу. Для начала подготовили соответствующие плакаты «Прочь, московские оккупанты!», а после на многострадальном Холме Славы, объединившись с милицией, вырвали у женщины красный флаг с криками: «Забери красную тряпку!», устроили потасовку.

По окончании же торжеств
Страница 9 из 21

развернули плакаты с надписями: «Москали, гоу хоум!», «Прочь, убийцы!» с изображениями свастики, серпа и молота и черепа с костями, скандируя: «Слава нации – смерть врагам» и «Москаляку на гиляку».

В Ивано-Франковске ветеранам также не дали спокойно почтить память погибших. Всё те же «свободовцы» устроили митинг с плакатами: «Нет флагу оккупантов» и «Прочь красные тряпки». Несколько ветеранов были избиты.

«День Победы – не наш праздник, мы не можем радоваться вместе с врагами», – заявил один из националистов.

Между тем за годы Второй мировой войны Украина потеряла более десяти миллионов граждан. Полностью или частично были уничтожены 714 украинских городов, 29 тысяч сел, более 16 тысяч промышленных объектов. Судя по тому, что происходит сегодня, когда одна часть Украины чтит своих ветеранов, а другая, поддерживаемая так называемой европейской общественностью и националистическими силами, измывается над ними, война, рождённая инакомыслием, продолжается. И для многих украинских ветеранов эта новая война оказывается ещё более чудовищной.

Дядя Стёпа – враг народа

О ненависти украинцев к милиции

04.08.2013

Главными поставщиками новостей этого лета в Украине стала милиция. То гаишники, вылетев на встречную, устроили ДТП в центре Киева. То их пьяный коллега из Харькова повторил «подвиг», но с ещё большим размахом. То в громком деле об убийстве мэра Феодосии Александра Бартенева обнаружился милицейский след: обрез, из которого застрелили городского голову, по документам был утилизирован в Тернопольской области.

И это, собственно, лишь малая толика происшествий, в которых поучаствовала украинская милиция.

Апогеем же стала печально известная Врадиевка, где два сотрудника райотдела вывезли в лесополосу двадцатидевятилетнюю девушку, изнасиловали её, избили и оставили умирать. Жертва вопреки расчёту преступников выжила, но на её обращения никто не отреагировал – наоборот, всячески скрывали. Тогда местные жители, устав от милицейского беспредела, подняли настоящий бунт.

После этого украинцы организовали ещё два массовых штурма РОВД – фастовского и святошинского. Ну а на одном из киевских мостов неизвестные повесили куклу-милиционера.

Градус недовольства украинской милицией, похоже, возрос так, что кипение не остановить. Это подтверждают и цифры. Социологические исследования показывают, что лишь 4 % украинцев выразили доверие милиции. 57 % ответили, что в принципе не поддерживают действия этой структуры. 43 % заявили, что, обратившись в милицию, не получили ни помощи, ни ответной реакции. И наконец, 45 % опрошенных полностью не доверяют правоохранительным органам.

Центр Разумкова, проводивший данное исследование, попросил также респондентов оценить по пятибалльной системе уровень милиционеров в различных сферах, например в таких, как борьба с нарушениями правил дорожного движения, обеспечение безопасности граждан и другие. Украинская милиция ни по одному из этих критериев не получила даже удовлетворительной оценки.

Образ дяди Стёпы умер. Не воскресить. Человек в форме воспринимается не как помощник или защитник, а как враг, объект, который может создать дополнительные проблемы.

Всё те же настойчивые социологи утверждают, что только 20 % украинцев обращаются за помощью в милицию. При этом около 17 % опрошенных заявили, что ни при каких обстоятельствах не сделали бы этого. Как говорится, себе дороже…

Цифры лишь подтверждают тот факт, что примерно с середины девяностых годов за украинской, как и за всей постсоветской, милицией закрепился статус бандитов в форме.

И несмотря на все громкие заявления президентов, непрекращающуюся, будто в карточной колоде, чехарду министров внутренних дел, косметические и капитальные реформы, ситуация не меняется. Украинская милиция по-прежнему воспринимается как обитель зла, а её представители – как инфернальные создания, которые обязательно создадут проблемы. При встрече с доблестным милиционером только каждый пятый украинец чувствует себя в безопасности, зато одна треть, наоборот, испытывает острое чувство опасности.

Если раньше происходящее между населением и милицией воспринималось как пусть злая, но шутка, то сейчас настроения всё более агрессивны. Форумы и социальные сети наполнились брутальными призывами убивать милиционеров. На стенах и в транспорте всё чаще можно встретить надписи вроде «Хороший мусор – мёртвый мусор».

Недоверие переросло в ненависть и отвращение. Пожалуй, больше милиционеров не любят только политиков, хотя конкуренция между ними, что называется, на тоненького.

Украинцы даже готовы встать на сторону преступника. Как, например, в селе Семиполки, где односельчане поддержали убийцу, расстрелявшего милиционера.

При этом наблюдается тенденция того, что милицию перестают бояться. Всё больше нападений на сотрудников. Всё больше призывов разобраться.

По другую же сторону баррикад, наоборот, активно предлагают расширить полномочия и ужесточить меры. В частности, открывать огонь на поражение.

В таких условиях врадиевский, святошинский, фастовский бунты, судя по всему, лишь начало. Для Украины грядёт большой взрыв, в центре которого наверняка окажутся люди в форме.

Во многом подобное отношение к милиции вызвано теми проблемами, которые никак не могут решить в правоохранительной структуре.

Растянутый аппарат с бесчисленным количеством «свадебных генералов», точно старый больничный матрас, прогибается под своей тяжестью. Однако несмотря на то, что сегодня в украинской милиции насчитывается 325 тысяч человек (на 44 миллиона населения), профессионалов в ней – единицы. Ведь те, кто крепче, умнее, ловчее, ушли на «вольные хлеба», открывая или пополняя многочисленные охранные фирмы, выполняя тот же функционал, что и на госслужбе, но на коммерческой основе.

Логично, если учесть, что средняя зарплата украинского сержанта милиции – 1500–2000 гривен (около 6000–8000 рублей). За такие деньги служить в правоохранительных органах хотят либо мазохисты, либо те, кого никуда не берут.

Потому и вымещают милиционеры на тех, кого удалось доставить в решётчатое помещение, комплексы своего несчастного детства. Потому и действуют они не как бравые защитники из американских фильмов, а как просители, пришедшие к спонсору за финансовой поддержкой.

Кушать-то очень хочется. Дубинку, наручники, форму, удостоверение выдали – иди, вертись, как хочешь! А вместо зарплаты – власть над людьми.

Отсюда, упрощая, и торговля оружием, наркотиками, взяточничество и прочие милицейские радости. Моральные принципы отброшены за неактуальностью. Да и на кого сегодня равняться? На генералов и полковников, не помещающихся в своих «мерседесах» и «ауди»?

Одна из главных нелепостей Украины, как и многих других стран постсоветского пространства, заключается в том, что государство изначально поставило милиционеров, пожарных, медиков, педагогов в чудовищные условия труда. Мало где в мире милиционер получает столько, сколько на Украине. При этом он нещадно, подчас до физической расправы, критикуем и попрекаем.

Негативное
Страница 10 из 21

отношение украинцев к милиции умело использует и провоцирует оппозиция, которая тем самым разжигает ненависть граждан к власти. В частности, говорится о провокациях на Святошинском рынке, где вспыхнул один из антимилицейских бунтов. Разного рода «активисты» играют роль мишеней или моделей, которые провоцируют милицию. А уже в разгар событий или постфактум появляется оппозиция с гневными комментариями.

Сами оппозиционеры своих антигосударственных действий не скрывают и открыто надеются, что из локальных бунтов разгорится настоящая революция. «Напряжение в обществе настолько выросло, что людей можно легко поднять на любую акцию. Где вспыхнет, предугадать сложно», – с гордостью рассказывает народный депутат от партии «Свобода» Андрей Мохник, при этом не сообщая, кто будет отвечать за «вспыхнувшее».

Украинская же власть использует милицию в качестве барьера, заградительного щита между собой и народом. Любой протест, недовольство граждане Украины выплёскивают не на власть имеющих – ведь до президента или премьера не доберёшься, – а на тех, кто по долгу службы их охраняет, при этом, правда, не гнушаясь превышать полномочия.

Поднявшаяся в Украине волна ненависти к милиции – это прежде всего ярость, отвращение к существующей системе, погрязшей в кумовстве, лжи и коррупции. Поэтому для многих украинцев сегодня бить милиционера – значит, мордовать сытое лицо власти. И в такой ситуации реформой одной лишь милиции не обойтись.

Реквием по империи

Как Россия оттолкнула от себя Украину

13.10.2013

Чуть больше недели назад я принимал участие в опросе одного издания, в котором размышлял, почему всё-таки Украина решила идти в Европу и тем самым фактически постулировала свой отход от России. Среди ответов встречались и такие: «Украина действует, как ребёнок, поссорившийся с родителями… жаль только, что этот локальный не подростковый даже, а детский бунт…» Пожалуй, именно это мнение во многом характеризует то отношение к Украине, которое если не наличествует у большинства россиян, то активно муссируется в СМИ.

Пресловутый курс Киева на братание с Евросоюзом и США воспринимается на российских просторах именно как бунт, мятеж; «капитан ушёл – верховодит матросня». Бунт ещё более бессмысленный и беспощадный, чем русский.

Бессмысленный, потому что Украина, безусловно, сама плохо представляет, на что соглашается и куда идёт. Хотя заморский рай по-прежнему видится в исключительно радужных красках, а над форточкой в Европу сияет манящая надпись «Эльдорадо». Но пусть даже так, если бы не шатания и метания: и нашим, и вашим – всем милы хотим оказаться.

Между тем Виктор Янукович шёл на выборы с доведённым до китча позиционированием себя как пророссийского кандидата. И голосовавший за будущего президента народ (его большая часть) мыслил именно так, с мечтами о русском языке и едином русском пространстве.

Начинал Виктор Фёдорович в данном контексте за здравие: Харьковские соглашения, братания с Владимиром Путиным, решения по Севастополю и роковым ценам на газ. Но фокус в том, что и Евросоюзу украинский президент отлуп решил не давать. В таких вот попытках усидеть на двух стульях и прошли последние три года под шефством Виктора Януковича.

В результате – курс на Европу. Не благодаря, но вопреки. В тот момент, когда сам конструкт Евросоюза чувствует себя, в общем-то, так себе. Что уж говорить, не лучшее время избрала Украина для европейской интеграции.

Но вмешалась беспощадность. Прежде всего, с российской стороны. Расстреляли украинских моряков в Азовском море. Перекрыли границу: сказали «прощай» сыру, шоколаду, водке. Пугнули остановкой сотрудничества в военной сфере, заробитчан пообещали выгнать. Объявили торговую блокаду. С ценами на газ тоже решили не церемониться: для братьев-украинцев – самая большая в Европе.

Кремль продемонстрировал интеграционное бессилие, проиграв в игре, в которой, казалось бы, у него были все козыри. Объединяющие механизмы, используемые на территории самой Российской Федерации, не сработали. Точнее – их решили не срабатывать, предпочтя действовать в избранном ломовом стиле преемника сверхдержавы (синтеза Советского Союза и Российской империи).

Иностранцы же, наоборот, всегда умели пустить звёздную пыль в очи. Кроме того, эффективно лили деньги на украинскую мельницу агитпропа.

Что Россия могла предложить взамен? Остатки советского наследия? Или новые символы: Чечню, гексоген, Беслан? Изъеденные молью разговоры-мантры о том, что родила, выкормила, вырастила?

Во-первых, в Украине и в лучшие, дружественные, годы так считали далеко не все. Потому что, на самом деле, есть много разных Украин. И помимо той, где за единение с Россией выступает более 60 %, есть другая, где «украинец москалю не брат и не земляк».

Во-вторых, русофилов всё меньше. Пришло новое поколение, воспитанное в принципиально иной системе координат, впитавшее принципиально иные ценности и ориентиры. Они выросли на другом кино. На том, где, с одной стороны, москали вешают бандеровцев, а с другой – за виселицами и перестрелками манит и зовёт чудный град роскоши и достатка, где все чтут так называемые европейские ценности, пусть толком и не понимая, что это такое. Там хорошо, там любят и ждут.

Должна ли была Россия предлагать что-то взамен, если у неё самой дела большую часть времени шли не ахти? Безусловно, должна была. Если не хотела получить у себя под боком полигон для натовских войск и очаг воинствующей русофобии.

Я помню американские мультфильмы и передачи – в основном протестантского толка, – транслировавшиеся по государственным украинским телеканалам. Помню визиты многочисленных американских засланцев в школы, где одни рассказывали о боге, похожем на Санта-Клауса, а другие – о том, как хорошо жить в США. Помню многотонные гуманитарные грузы из Америки с соответствующими книгами, брошюрами, дисками. Фильмы со Шварценеггером и Сталлоне, как и мультфильмы Диснея по выходным.

И при этом я помню закрытые русские центры, их бездействие, их пустоты. Попытки русских патриотов получить хоть какое-то финансирование из Москвы. Русские газеты, что печатались мизерными тиражами на ужасной бумаге, а тем временем на съездах украинских писателей раздавали образцовое издание «Бандеровец». Хождения русских писателей Украины с просьбой помочь. Всё это я помню.

Активность – с одной стороны, и абсолютное бездействие, пассивность – с другой.

Русские люди в Украине жили с ощущением того, что их сдали. Оставили на растерзание. Так было в Прибалтике, Казахстане, большинстве постсоветских стран. И так произошло с Украиной.

Добавьте сюда поведение некоторых россиян в Украине, напоминающее приезд барина в малоросское поместье с целью горилки попить да девок пощупать, и причины – не доминантные, но весомые – настороженного отношения украинцев к Российской Федерации станут очевидны.

Да, Украина действует, как ребёнок, поссорившийся с родителями, но бунтует она не просто так, не от хорошей жизни, а оттого что родители, в том числе, ведут себя странно,
Страница 11 из 21

не по-родительски. А скорее как только что дембельнувшийся старший брат, попавший в новое информационное, социальное пространство, но мысленно находящийся ещё там, в армии, привыкший общаться командами вроде «Упал – отжался!». И вопрос в данном случае в двух вещах: когда у младшего кончится терпение и когда старший, социализировавшись, наконец сообразит, что так он ничего не добьётся.

Раскол всея Украины

О волнениях и бунте в Украинской Православной Церкви

20.10.2013

История христианства в Украине знает немало боёв и сражений. Похоже, сейчас образуется трещина нового раскола, который может стать реквиемом по всему русскому православному миру: главная монастырская обитель востока Украины взбунтовалась против митрополита всея Украины Владимира (Сабодана).

Ещё в 1991 году новоиспечённый украинский патриарх Филарет (Денисенко) пожелал отделиться от единой Русской Православной Церкви, создав Киевский Патриархат. Захват храмов, передел имущества, переманивание шантажом и угрозами духовенства и паствы – всё это скорее напоминало бандитские разборки, нежели поиск Божьей правды. Да и самого Филарета не раз обвиняли в финансовых махинациях, блуде, взяточничестве и жестоком обращении с духовенством. Годами митрополиты не здоровались друг с другом.

Но в сентябре Владимир подписал «Обращение Церквей и религиозных организаций к украинскому народу». В оригинале его подпись стоит после подписи раскольника Филарета. Пришлось делать второй вариант, дабы исправить недоразумение, по которому выходило, что преданные анафеме верховодят Церковью. Написан документ преимущественно светским языком; к духовному лексикону относятся лишь слова «молиться», «Всевышний», «мудрость» и «верующие».

Выходит, два, казалось бы, заклятых конкурента всё-таки могут сойтись при условии наличия третьего, ещё более ненавистного врага, коим в данном случае оказалась Россия. Именно её подписавшиеся просят не мешать украинскому народу быть частью европейского цивилизационного пространства, а Украине – независимым государством в кругу свободных европейских народов.

Вместе с православными митрополитами документ, призывающий церковную паству поддержать инициированное Виктором Януковичем слияние с Европой, подписали члены Совета Церквей, созданного ещё Леонидом Кучмой: баптисты, евангелисты, лютеране, римокатолики и представители других религиозных течений. С данным «Обращением» Украина и отправила в Брюссель на встречу с президентом Европейского совета Германом ван Ромпеем делегацию подписавшихся, возглавляемую Филаретом.

Мотивы последнего в данном случае ясны: желание объединиться с Европой и порвать с Россией, которая, по словам раскольнического митрополита, издавна жаждет уничтожить украинское государство. Но что вынудило подписать «Обращение» Владимира, который тем самым во многом отрекается от идей святых отцов и истинности Византийской Церкви?

Ответить на данный вопрос можно лишь в контексте слияния государства и церкви, о котором дискутируют как в России, так и в Украине. Ведь и сам Владимир, ещё в июле служивший в Киево-Печерской Лавре совместный молебен с Патриархом Кириллом в честь 1025?летия Крещения Руси, и представители Украинской Православной Церкви неоднократно подчёркивали тесную связь с Москвой.

Подчёркивали так же часто, как и Виктор Янукович. Собственно, единение с Россией – политическое, экономическое, религиозное – и было главным китом его президентской кампании. Кит этот, фыркая обещаниями, раздражал украинских патриотов и воодушевлял пророссийский электорат.

При таких исходных данных президент взялся за решение непростой системообразующей задачи – усидеть на двух стульях. Пока премьер-министр Николай Азаров рассказывал о братании с Россией, украинский представитель в Евросоюзе Константин Елисеев просил депутатов ПАСЕ не бросать Украину, утверждал, что мечтает строить будущее на основе европейских ценностей и демократических стандартов.

Кремль с его жёсткой имперской политикой такое поведение не устроило. «Усидеть Украине на двух стульях не получится. Не нужно обманывать людей», – был категоричен Дмитрий Медведев. Усидеть и правда не получилось: вышла современная полтавская история, результатом которой стал раскол российско-украинского партнёрства. Главному предвыборному обещанию Януковича помахали вслед жовто-блакитным платочком, а индекс доверия президенту рухнул.

Спасая положение, Виктор Янукович решился на объединение с Европой, пообещавшей улучшить качество жизни украинцев уже через год. Договорились с Евросоюзом в рекордно короткие сроки благодаря тому, что, по словам Николая Азарова, «Украина пошла на определённые компромиссы и взяла на себя чрезвычайно серьёзные обязательства; соглашений такого типа у Украины нет ни с кем, даже с Россией».

Для окончательного успеха Виктору Януковичу не хватало лишь одного, ключевого – доверия граждан. Тем, кто голосовал за него, европейские ценности чужды, а те, кому они близки, не доверяют кандидатуре рулевого.

Тогда Виктор Фёдорович и достал припасённый козырь – Церковь. Ведь несмотря на все обвинения в её адрес, именно она по-прежнему, согласно опросам, остаётся главным авторитетом для украинцев. Похожий фокус, когда хотел распустить Раду, проделал Виктор Ющенко, организовав соответствующее обращение «глав и представителей церквей». Тогда Блаженнейший Владимир ничего подписывать не стал.

Видимо, на этот раз Янукович обратился за помощью – назовём это так – к митрополиту, хотя перед этим утверждал следующее: «Мы не допустим использования Церквей некоторыми политическими силами в своих узких интересах». Завизировал Владимир «Обращение» по своей личной инициативе или это была манипуляция со стороны – не суть важно.

В приватных беседах монахи Киево-Печерской лавры говорят, что без влияния со стороны государства, безусловно, не обошлось. К тому же митрополит тяжело болен.

Озвучивалась и версия, что подписание «Обращения» – благодарность Януковичу за пышную организацию празднования 1025?летия со Дня Крещения Руси. Хотя ещё в начале марта Предстоятель УПЦ подписал заявление, где сообщалось: «Как представители украинских Церквей и религиозных организаций и как часть украинского общества мы поддерживаем усилия нашего государства и Евросоюза, направленные на заключение Соглашения об ассоциации между Украиной и Евросоюзом».

Так или иначе, подобные действия не могли не возмутить православное духовенство и паству.

Правда, открыто своё негодование решились выразить лишь в Свято-Успенском монастыре, находящемся в селе Никольское Донецкой епархии, основанной иеромонахом Савватием (будущий схиархимандрит Зосима), сосланным сюда под давлением КГБ. Любопытно, что в своё время Зосима (Сокур), которого уже сейчас называют «пятой колонной» украинского духовенства, учился вместе с будущим Патриархом Кириллом.

В Обитель приезжал и сам Виктор Янукович. Считается даже, что Зосима был его духовником. Эта информация, по словам насельников монастыря, не соответствует действительности:
Страница 12 из 21

Виктор Фёдорович был в Никольском несколько раз, здесь он венчался. Как считают в монастыре, украинский президент открыто идёт против предсмертного завещания Зосимы, которое можно свести к следующему: «Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси».

Именно согласно данному завету и действует братия Свято-Успенского монастыря, решившаяся выразить свою позицию – и тем самым рискующая быть отлучённой от Церкви, – в «Заявлении», которое противоречит подписанному митрополитом Владимиром «Обращению».

В частности, насельники и прихожане Свято-Успенского монастыря, апеллируя к истории русского и украинского народов, отвергают «европейское цивилизационное пространство с его отказом от христианской идентичности, ювенальным киднеппингом и воинственной пропагандой половых извращений, которое являет собой печальную картину скатывания в пропасть содомских мерзостей и нравственного одичания». В пику Владимиру предлагается «строить общественную и государственную жизнь в неразрывном братском единстве с русским и белорусским народами». Подпись же митрополита в Обители считают ни в коей мере не выражением позиции Украинской Православной Церкви, а его личной гражданской позицией, выраженной под воздействием украинской власти, и сравнивают с поцелуем Иуды и предательством Ивана Мазепы.

От официальных комментариев к сделанному «Заявлению» представители Свято-Успенского монастыря воздерживаются, но в приватной беседе один из иеромонахов подчеркнул, что братия уверена в том, что «Обращение» – это плацдарм для выхода Украинской Православной Церкви из-под Московского Патриархата и создания украинской автокефалии, которую государству легче контролировать. Ведь именно Церковь является скрепой, объединяющей русский и украинский народы. И, по словам иеромонаха, её хотят уничтожить. В данном контексте Владимир и Филарет будут сотрудничать, образовав тандем, главным в котором станет раскольнический митрополит.

По словам насельников Свято-Успенского монастыря, «Заявлением» они прежде всего призывают Украину к общественной дискуссии, в результате которой народ при Божьей помощи сделает правильный выбор, противостоя вступлению в Евросоюз как неминуемому отделению от России. Тем самым братия монастыря хочет отмежеваться от политического обращения раскольников и Владимира, пытающегося говорить от лица всей Украинской Православной Церкви. В этом её поддерживают большинство членов Церкви, не связанных с украинской властью.

Четвёртого октября, спустя три дня после скандального заявления, преставился настоятель Свято-Успенской Обители. Присутствующие двумя днями позже на архиерейской службе епископы не осудили действия насельников монастыря.

Между тем официальной позиции ни Москвы, ни Киева по данному вопросу нет, но возмущение внутри православного духовенства и паствы нарастает, усугубляя раскол не только между Россией и Украиной, но и внутри самой Украины.

Зима 2013–2014

Тем декабрём я открыто выступил против Евромайдана. В статьях, интервью, социальных сетях. И вдруг оказалось, что таких, как я, публично не поддержавших Евромайдан, в Украине не так уж и много. А среди моих коллег-писателей, публицистов, людей творческих – вообще единицы. Вдруг оказалось, что подавляющее большинство было как бы за и как бы согласно. А тот, кто не хотел поддержать их, тут же маркировался предателем.

В то время я жил в Киеве и Севастополе. И каждый раз по дороге из одного города в другой думал, насколько же полярны настроения, мнения их жителей. Люди всё крепче привязывались к идеям и лозунгам, всё глубже погружались в нечто грозовое, сгущающееся, предвещающее колоссальные потрясения.

Вспоминая те мысли, перечитывая те статьи, я вновь и вновь убеждаюсь в очевидности будущего кровопролития. Но молчали, не возражали. Неужели не видели? Не могли, не хотели видеть тогда? Молчание людей – преступление, но ещё хуже – когда они заставляют молчать других.

Мне говорили тогда, в декабре 2013?го: что ты делаешь, против кого идёшь? Ведь вся страна за Евромайдан, и все твои коллеги либо молчат, либо взбираются на баррикады. Почему ты другой? Не можешь поддержать Евромайдан, то хотя бы не выступай против – молчи. Но разве, когда насилуют, можно ли не попытаться защитить жертву?

Да, в тот декабрь я потерял много знакомых. Со временем их число увеличилось. Люди обрывали связи, переставали отвечать на звонки, письма. Порой, правда, они обращались сами – с оскорблениями. Это не так легко – получить резкое, оскорбительное письмо от английского джентльмена украинского происхождения, который ещё недавно благодарил тебя за рецензии на его книги.

Всё началось с моего послания сторонникам Евромайдана, написанного после первых погромов в центре украинской столицы. Помню, я шёл в холостяцкую квартирку своего друга, где обычно останавливался, будучи в Киеве, и увиденные картинки погромов, драк лезли в сознание, отвоёвывая себе центральное место. На кухне однокомнатной, переделанной из чердака квартирки я сублимировал эмоции в текст. Легче не стало, но появилось нечто вроде чувства исполненного долга.

Сначала был живой отклик, а после – угрозы. Был ли я готов к тому, чтобы стать объектом ненависти, злобы? Скорее, нет. Но происходящее тогда требовало моей реакции. Как писателя, как гражданина. Потому дальнейшие действия для меня были однозначны.

Это ваша кровь, много и зря

Открытое письмо сторонникам Евромайдана

01.12.2013

Я русский украинец. И я хочу жить в Европе. Мне нравятся чистые подъезды и отремонтированные дороги. Я хочу, чтобы учителя и врачи получали больше, чем грузчики и мерчендайзеры. Этого, в общем-то, достаточно, чтобы хотеть жить в нормальной Европе.

Поэтому я понимаю тех, кто вышел на Евромайдан. Вышел выразить своё мнение и свой протест. Когда я стоял на Площади Независимости, среди людей с зажжёнными свечами, мне казалось, что у народа, страны есть мечта, отнять которую не смогут ни Азаров, ни «Беркут», ни Янукович.

Но так было до определённого периода. Пока Евромайдан не стал превращаться из места, куда приходят с детьми, в точку сбора гопников и фашистов, маргиналов и провокаторов.

Так начался другой Евромайдан. И он был обречён. Потому что зло всегда несёт в себе зародыш саморазложения. Вопрос был лишь в том, как приговорят новый Евромайдан.

Приговорили жутким, нелепым образом. Власть расписалась в измене своему народу. И тем отвратительнее выглядит их перекладывание вины друг на друга.

Но я не о них. С ними и так всё понятно.

Я о вас. Я к вам. К тем, кто вышел на новый Евромайдан.

Да, не вы начали эту войну. Но вы, уставшие, разозлённые, превратили её в ад.

Усталость и гнев – чудовищное сочетание. Логические процессы нарушены. Адекватность реакций снижена. Особенно, если всё это приправлено местью.

Вы швыряете в милицию кирпичами, арматурой, гранатами. Тараните бульдозером машины. Бьёте окна ведомственных зданий. Вламываетесь в администрацию. Избиваете людей.

Попадись вам Янукович или Азаров – вы вздёрнете их
Страница 13 из 21

на дыбе. Но они вам не попадутся. И вы вздёрнете кого-нибудь другого.

Ради чего? Ради чести, свобод, справедливости. Ради победы над этим гнусным коррупционным режимом. Вы ведь верите, что победите?

Но, поверьте, всё против вас. Никто по-настоящему не поддержит. Ни Европа, ни США, ни западенцы и татары из тренировочных лагерей. А главное – вас не поддержат все украинцы.

Я, наверное, удивлю вас, но есть те, кто не хочет Европы. Не хочет Майдана. Не хочет революций. Их много таких. Хуже того (для вас хуже) – они, как и вы, украинцы.

Вы, наверное, думаете, что всё дело в Януковиче. В том, что он не захотел подписывать Соглашение с Евросоюзом. Он хотел, больше вашего хотел. Он не мог не хотеть больших денег.

Но вопросы надо задавать не ему, а вашему любимому Евросоюзу. Это он кинул вас. Не лично Януковича, а вас, украинцев. Где обещанные 610 миллионов? Почему Евросоюз не выполнил ни одного обещания? Что помешало?

Еврокомиссары лишь требовали. И ничего больше. Увеличить тарифы ЖКХ, заморозить зарплату, перестать развивать сельское хозяйство – вот чего они хотели. Лишить вас зарплаты и оставить без электричества, воды и газа. Нет, так не поступают с друзьями.

Визы не отменяют. Пособий не платят. Рабочих мест не дают. И за своих никогда не примут. Спросите у украинских проституток, наводнивших Европу, – они подтвердят.

Вы ещё помните, что я хочу в Европу? Хочу, но не в эту. Такая Европа мне не нужна.

Так что реально изменится после вступления в Евросоюз? Отвечая на этот вопрос, попросите совета у греков или болгар. Может, они вам подскажут. Да и пример революционной Грузии у вас под боком. Может, стоит хоть иногда поучиться?

Согласен, Европа звучит гордо. Как бренд. Как идея. Как обещание рая. Я понимаю. Более того, могу допустить, что вы победили в этой войне. Свергли режим, оторвали голову донецкой гидре. Янукович – в тюрьме. Азаров – в тюрьме. Представим.

Что дальше? Что вы будете делать дальше?

Ну, отпразднуете. Ну, устроите шествие. Ну, помашете флагами.

А дальше?

Я скажу вам, что будет дальше. Вы пойдёте на работу. Утомительную, муторную, но к которой вы, в общем-то, привыкли. Но отныне всё будет по-новому: новый начальник, новый курс, новая зарплата, новые условия труда. Это же украинская традиция – менять после выборов всё на новое. И такое новое будет везде.

Да, звучит приятно – «новое», так бы и раскатал, как желейную конфету, на языке. Но скажите, когда «новое» в Украине было лучше старого? И «кто поручится, что наше послезавтра не будет хуже нашего позавчера?»

Или вы забыли историю? Вспомните, не поленитесь.

Кто освобождал Малороссию от царского империализма? Кто устроил кровавую жатву семнадцатого года? Кто вырезал людей в украинских городах и сёлах? Отвечайте.

Двадцать шесть евреев-агитаторов, поднявших революцию? Сто двадцать матросов, присланных из Петрограда? Или вы, украинцы? Такие, как вы.

Им жаждалось свобод, благополучия, справедливости – алкалось рая на грешной земле. Они его получили. Чтобы ненавидеть оставшиеся семьдесят четыре года.

А потом вновь идти на Майдан, обвиняя проклятый Советский Союз, требуя независимости. И двадцать два года не знать, что с ней делать. С независимостью, в которую вляпались.

У вас был интеллигентный (я отчасти утрирую, конечно) Кравчук – вы погнали его взашей. Дипломатичный Кучма – послали далеко и надолго. Патриот Ющенко – вы прокляли его как предателя. Вы – не Путин, не Янукович, а вы – избирали и выгоняли, каждый раз подтверждая, что лоханулись. Сколько можно тасовать людей, точно карты в колоде? Научитесь сначала играть.

Пришло время Януковича, да? Пора убирать? Так кого вы поставите вместо него?

Только не надо излюбленного: «Кого угодно, хуже не будет». Давайте конкретнее, серьёзнее. Так всё же – кого? Яценюка? Кличко? Тимошенко? Тягнибока? Порошенко? Они лучше? Вы верите им? Гарантируете, что наша жизнь реально изменится? Уверены, что она станет лучше? Или опять, как в семнадцатом, как в девяносто первом, как с Кравчуком-Кучмой-Ющенко, вас что-то в избранниках, в стране не устроит?

Хоть раз вы можете поручиться за результат? Здесь и сейчас. Не снимая ответственности. Больше нет прав на ошибку.

Ответьте. Себе, мне, Украине. Ответьте в перерывах между тем, как будете лить кровь, свою и чужую. Лить много и зря.

Тролль гнёт ель

Кто такой Виктор Янукович

04.12.2013

С интеграцией Украины в Евросоюз развели многих, если не всех. Украинцев, голосовавших за Виктора Януковича, вдохновлённых его пламенными обещаниями трепетной дружбы с Россией. Украинцев, десятилетиями мечтавших о европейском рае и вроде бы, наконец, его дождавшихся, но не тут-то было. Еврокомиссаров, надеявшихся получить украинские ресурсы. Российских граждан, сочувствующих и сопричастных. Российскую власть, чей подопечный, засуетившись, наделал ошибок. Но то ли ещё будет.

Украина зашагала в Евросоюз. Пока дойти не удалось. Либо ноги устали, либо указатели сбились, либо в пункте назначения не особо ждали – причин много. Но есть одна, не слишком явная, но весомая. Она заключается в том, что Виктор Фёдорович – «тролль».

Он и внешне несколько напоминает это сказочное существо – неповоротливый, здоровенный увалень с землистым лицом. При этом тролль он, несмотря на внешнюю неуклюжесть, весьма хитрый и ловкий. Мало того – владеющий приёмами боевого политического троллинга.

Троллинг – вид общения с нарушением этики взаимодействия с целью нагнетания конфликтов. Выражается в форме агрессивного, издевательского и оскорбительного поведения.

Конфликты Виктор Фёдорович действительно создавал один за другим, сталкивая не только Европу с Россией, но и два извечных лагеря Украины. Создавал, чтобы отвлечь от реальных проблем, пуская, что называется, жовто-блакитную пыль в глаза.

С Ялтинской конференции европейцы уехали довольные: казалось, Украина у них на поводке. Вот только мало кто обратил внимание на то, что беседовал Виктор Фёдорович с президентом Литвы Грибаускайте на украинской мове, хотя та обращалась к нему на его родном русском. Иначе как нарушающим морально-эстетические рамки данное поведение Виктора Фёдоровича не назовёшь, а учитывая уровень его знания мовы, и вполне издевательским посчитать можно.

Вообще на протяжении всех переговоров с Евросоюзом Виктор Фёдорович, используя термин НЛП, «разрывал шаблоны». Обещал одно – делал другое.

Позвольте, возмущались еврокомиссары, мы же с вами договаривались, как же так? На что Виктор Фёдорович отвечал либо туманно, рассказывая о путешествиях по Украине Геракла, либо агрессивно, требуя денег, причём в такой форме, что и свои не совсем понимали: «Три года конфетку в красивой обёртке (деньги) нам показывали и говорили: вы их получите, когда с МВФ подпишете соглашение. Я не хочу грубо выражаться, но не надо нас так унижать. Мы не маленькие дети, на сладкие конфеты мы не идём».

Впрочем, о настоящем отношении Украины к Европе Виктор Фёдорович проговорился раньше, в 2006 году, на встрече с еврокомиссаром Бенитой Ферреро-Вальднер. Уверяя в искренних симпатиях к Евросоюзу, он, между тем, заявил,
Страница 14 из 21

что Украина – неприхильнiй сторонник интеграции в ЕС. По Фрейду, стало быть, оговорочка.

С Россией Виктор Фёдорович тоже особо не церемонился. Троллил. В президенты он выезжал на коне украино-российской дружбы, но, победив, торопиться с дружбой не стал. Хоть и рассказывал, приезжая в Москву или приглашая к себе в Киев, о своей искренней преданности. Зато, попав на европейскую территорию, вываливал целый ворох претензий к России. Подавляющая их часть была всё же по делу; вот только форму Виктор Фёдорович для этого избирал сомнительную, путая Лондон с Эдинбургом, Словакию со Словенией, а Грецию с Палестиной.

Вообще все эти «проффесорские» курьёзы, которыми так любят попрекать Виктора Фёдоровича, может, и не от безграмотности даже, а от врождённого чувства троллинга. Ведь единственно полезное качество тролля – рубить правду-матку, иногда даже не понимая, что говоришь.

«Мы с самого начала с Дмитрием Анатолиевичем договорились, что не будем говорить о плохом, а лучше сделаем». Ну как тут с троллем поспоришь?

Мощнее всего Виктор Фёдорович дал троллингом по украинцам. Те веками, из поколения в поколение, грезили Европой и европейскими ценностями, которые враз должны были решить все национальные проблемы. Но их мечту не исполнили ни Кравчук, ни Ющенко. А тут простой грубоватый русскоговорящий парень из Енакиево, ждать от которого европейских симпатий могли либо сумасшедшие, либо воинствующие оптимисты, вдруг пообещал рай. И настойчиво постучался в его врата.

Да, Виктор Фёдорович шёл в Европу, таранил Европу. Троллил своих, удивлял чужих. Но оказалось, лишь для того, чтобы, как садист-любовник, в решающий, пиковый момент сказать: «Стоп!» И остановиться.

Ошалела Украина: и те, кто был за, и те, кто был против. Ошалела Европа. Подошалела Россия. Понял ли сам Виктор Фёдорович, что сделал?

Если понял, то должен был осознать и то, что тролля рано или поздно находят. И наказывают. Причём его же методами.

Жёсткий, беспощадный троллинг Виктору Фёдоровичу устроили все. Евросоюз «кинул» на деньги, при этом выдвинув Украине смертоубийственные требования под лозунгом «Да здравствует возвращение в девяностые». Россия на выручку не пришла, предпочитая либо отмалчиваться, либо напоминать про миллиарды долга. Шутка ли сказать, главным российским спикером по отношению к Украине стал Владимир Жириновский с месседжами вроде: «Янукович не знает, кому себя продать подороже. На костях гадает: Москва или Брюссель».

Но главное – Виктора Фёдоровича капитально затроллил украинский народ: вышел на Евромайдан, сначала мирный, а после вооружённый и злой.

Агрессивное, оскорбительное поведение по отношению к Виктору Фёдоровичу стало нормой. «Femen» мочатся на его портреты. Украинские города объявляют о неповиновении. Министры и пресс-секретари уходят в отставку. «Беркут», разгоняя Евромайдан ради установки новогодней ели, устраивает революцию. А «ручные», казалось бы, олигархи активно её поддерживают. Тролля зажали в угол.

Всё идёт по плану?

О том, куда движется Евромайдан

07.12.2013

Последнее время мне часто пишут люди. Очень разные люди, но большинство из них объединяет одно – они прочитали мои статьи о Евромайдане. И многие из них недовольны. Многие из них – в ярости.

О каких погромах ты говоришь, Платон? О каких беспорядках пишешь? Как смеешь лгать? Сколько тебе заплатили? Ведь описанные тобой бесчинства – дело рук провокаторов. Мы же, активисты Евромайдана, за мирный, цивилизованный протест. Потому что мы мирные, добрые люди. Так пишут они. И желают мне сдохнуть.

Когда речь заходит о Евромайдане, я неизменно слышу о провокациях. Бульдозером по милиции – провокация. Драки – провокация. Сотни раненых – провокация. Загаженный Киев – провокация. Захват зданий – провокация.

И памятник Ленину на Бессарабке, в центре Киева, который вчера, восьмого декабря, варварски уничтожили – наверное, тоже провокация.

Приехали 200 человек в чёрных масках. Зажгли фаеры, бросили дымовые шашки. Зацепили памятник тросами. Потащили грузовиком. Повалили. Памятник рухнул, проломив дыру в дорожной плитке. Голова Ленина откололась. После чего на пьедестал под крики «Слава Украине», «Слава нации», «Украина – превыше всего» водрузили красно-чёрное знамя ОУН-УПА.

Если это мирный протест, то это какой-то неправильный мирный протест.

Но я верю вам, мирные, добрые люди, – всё это очередная провокация. Памятник Ленину уничтожили фашисты из националистической партии «Свобода». А так – ситуация под контролем. Всё спокойно и мирно, всё – по плану.

Я буду верить вам ещё трепетнее и сильнее, если вы объясните мне несколько простых вещей. Разве один из трёх лидеров Евромайдана Олег Тягнибок, собственно, не возглавляет партию «Свобода»? Если да, и «свободовцы» это сделали, а вы недовольны, то почему не выразите свой протест и не отправите Тягнибока обратно на родину, во Львов? Неужели, когда в самом центре Киева уничтожали уникальный памятник архитектуры, никого не оказалось рядом? И никого это не возмутило? Или крушить памятники – это нормально, это по-европейски? Я сейчас даже не о политической, а о морально-эстетической позиции граждан Украины.

Впрочем, я вас понимаю. С провокаторами – шутки плохи. И молчание – не всегда знак согласия.

Но то, что происходило после уничтожения памятника Ленину, я всё-таки понять не могу. Или это тоже часть плана? Та радость и эйфория, охватившая многих из вас?

Простите, но я не понимаю тех, кто схватил кувалду и принялся крушить голову Ленина. Тех, кто глумился над памятником. Тех, кто фотографировался с ним и выкладывал фото с издевательскими надписями. Тех, кто хватал обломки и тащил их к Майдану. Тех, кто танцевал и прыгал на отколотой голове. Или это всё те же – провокаторы?

Вы скажете, что памятник того заслужил. Ведь это же Ленин. Дьявол во плоти. Враг и палач украинского народа. Я понимаю.

Но расскажите об этом тем, кто умирал за ленинские идеалы. Тем, кому до сих пор дорог Владимир Ильич. Тем, кто носил к памятнику Ленину цветы. Тем, кто праздновал возле него Первомай. Вот они – не поймут.

Да, такие есть, представляете? Их мало – меньше, чем вас, – но они есть. И, как и вы, как и 200 человек в масках, они граждане Украины. И они имеют право на свою историю.

Вы будете говорить, что они не правы, что они ошибаются, что им промыла мозги советская пропаганда. Допустим, что это так, допустим; но чем их условная неправота отличается от вашей?

Или не в Европе, куда вы так хотите, одной из главных ценностей является человеческое достоинство? Уважать мнение другого человека, уважать свою историю – разве не так учат в мирной, доброй Европе?

В Европе, которая прежде, чем стать раем на экспорт, выглядела всё же несколько иначе. Вспомните историю, не поленитесь.

Германия, тридцатые годы. Там тоже всё начиналось с уничтожения прежней истории. Там тоже писали «Слава нации». Там тоже кричали «Титульная нация превыше всего». И тоже были недовольны тем, что деньги государства расходуются семьёй власти. Даже знамёна были красно-чёрными. Не отличить. А затем начался ад.

Но все эти
Страница 15 из 21

люди не хотели крови. Они не хотели убивать. И быть убитыми. Они лишь критиковали власть и говорили о счастливой, независимой Германии.

Как и на Евромайдане, там тоже действовали провокаторы. С них всё начиналось. И превратилось в чуму.

Это неизбежно в стране, измордованной властью, коррупцией, нищетой, подавлением национального самосознания.

Европа, которую вы так хотите, начиналась с красно-чёрных флагов и уничтожения истории. Начиналась, чтобы переболеть и стать сильнее, но сохранить, как след от прививки, шлейф прошлых трагедий.

Так что, если учесть всё это, то, возможно, вы на верном пути. Грамотно рассчитали силы. Выбрали надёжные ориентиры. Готовые пройти через ад прежде, чем заслужить рай. И не боитесь войны.

Поэтому, допустим, я вам верю. В вас верю. Но верите ли вы друг другу? Или всё чаще видите в рядом стоящем украинце провокатора?

Прежде чем стремиться в Европу, убедитесь, что ситуация под вашим контролем. Исключительно под вашим контролем. И после вы не будете писать, что кровь полилась не по вашей вине, а вы просто стояли рядом. Убедитесь, чтобы под оправдательные крики «Провокация!» не полетели другие головы.

Но всё же идёт по плану, да?

Детектор брехни

Об увиденном на Евромайдане и Антимайдане

12.12.2013

Кто бы что ни писал о Евромайдане в соцсетях или в СМИ, информация выходит по большей части ангажированной. С одной стороны – россияне, в основном представляющие Евромайдан этаким инфернальным сборищем бесов и ведьм. С другой – большинство украинцев, рисующих образ добротолюбивого столпотворения у райских врат. Евромайдан, похоже, оброс таким количеством мифов, что без детектора лжи не обойтись.

Вот и на прошедшие выходные обещали знатное побоище между сторонниками Евромайдана и Януковича. Последних, якобы вооружённых молотками и с символикой ЕС для маскировки, свозили в Киев из восточных и южных регионов Украины.

Я взял молоток (ледоруб где-то затерялся), купил билет на поезд «Севастополь – Киев» и вновь решил посетить Евромайдан.

Людей и правда свозили. О нескольких сотнях севастопольцев с флагами и транспарантами, отправившихся в Киев на дневном поезде, мне рассказал таксист, а о десятке специально арендованных составов из Харькова, Донецка, Днепропетровска – сотрудница железной дороги, с которой мы разместились в купе. Пришлось вызывать всех кривых-хромых проводников, жаловалась она, один человек на два вагона.

Мы оказались не единственными пассажирами, обсуждающими Евромайдан. В соседнем купе дед, копия Фёдора Михайловича, взывая к Божьей правде, держал оборону против трёх евроинтеграторов.

– Вот нам говорят, – ораторствовала худая блондинка с костлявым, как у стерляди, носом, – будет Евросоюз, не будет России, куда украинскую продукцию продавать? Да придумаем что-нибудь…

Ей вторила солидная дама с причёской-скворечником:

– Про Тимошенко писали, что она на свадьбу дочери вырядилась как молодуха. В Европе такого бы никогда не сказали! Потому что свобода – это одеваться, как хочешь…

Тем временем в коридоре знакомились парни и девушки, обсуждая, как сладостно они будут жить в Европе. Девушки лузгали семечки, парни тянули пиво из двухлитровых баклажек…

Севастопольских сторонников власти я увидел только в Киеве, возле станции метро «Арсенальная»; молодёжь до двадцати лет примерно. Выстроились в колонну по трое с флагами Украины и «Партии регионов». Впереди – штандарт «Город-герой Севастополь». Рядом такими же колоннами громоздились Керчь и Симферополь.

Дали команду. Они двинулись в сторону Мариинского парка, где митинговали в поддержку власти.

В парке, если верить украинскому телевидению, должны были царить разруха, ненависть и пьянство. Но, видимо, к моему приходу ребята прибрались. Ни одного пьяного, ни одного агрессивного. Держатся группками по пять-семь человек. Кто-то играет в футбол пластиковой бутылкой. Греются у бочек из-под мазута, в которых жгут разломанные паллеты. Питание скромное – чай и гречневая каша. Милиция – человек двадцать – стоит по краям.

У неработающего фонтана суетится здоровенный парень в спортивных штанах. Ищет «Брызгалова с Раймондом». В кустах высокий парень в дубленке раздаёт деньги на пятерых. Те переваливаются с ноги на ногу; холодно.

Большая часть митингующих собралась у Мариинского дворца, за железной оградой. Там на большом экране транслируют концерт в поддержку действующей власти.

Сам концерт проходит на Европейской площади. Здесь народа больше. Выступают нардепы Вадим Колесниченко и Михаил Чечетов. Колесниченко даёт текст в народ бодро, точно бьёт гвозди, Чечетов сомнительно читает с бумажки. Общий посыл – не холопами в Европу идти, а на равных. Ключевой лозунг: «Европе – да, беспорядкам – нет». Собственно, если отбросить символику «Партии регионов», то может показаться, что попал не на тот митинг.

В толпе – преимущественно две категории людей. Первая – реальные пацаны с окраин: чёрные вязаные шапочки-контрацептивы, грязная обувь, похмельная скука лиц. Вторая – суровые женщины, какие обычно ездят в электричках с безразмерными сумками: золотозубые, краснолицые, тучные. И те и другие ведут себя вяло. На призывы ведущего поддержать власть – «чтобы услышала вся Украина» – не реагируют. Оживляются лишь тогда, когда на сцену выходят «Песняры».

Поднимаюсь от площади к Владимирской горке. Здесь – милицейское оцепление. Металлическими щитами вперёд. Оставлен узкий проход: только на выход. Так разделяют тех, кто за и против действующей власти.

Но и на Владимирской горке, и в парке Шевченко пусто. Люди – те, кому на Евромайдан и на власть одинаково чхать, – предпочитают в центр лишний раз не соваться.

Только на Михайловской площади – возле собора, где укрывались от «Беркута» 30 ноября, – угрюмая баррикада с красно-чёрными флагами и лозунгом «Наши телефоны прослушивают».

В туалете собора на двери висит табличка: «Господа-революционеры, ради Бога, пожалуйста, будьте людьми! Писайте в писсуары!». Местная уборщица суетится, ругается: «Чёрт вас побери с вашим Евромайданом, обосрали всё, свиньи…»

Буйный Киев из новостей начинается с разрушенного памятника Ленину, от которого остался лишь из карельского кварцита постамент, торчащий, словно культя. Он изрисован нацистскими символами, исписан фразами вроде «Наденька, меня здесь не жди» и обклеен листовками, на которых Ленину-Бланку желают гореть в аду. Наверху реют два флага – красно-чёрный ОУН-УПА и синий Евросоюза.

У изуродованного памятника фоткаются люди. Блондинка в обруче из разноцветных ленточек аля Тимошенко, позируя, принимает предположительно сексуальные позы. Рыжеватый парень предлагает купить осколки Ленина от ста гривен.

Но главная торговля идёт на Крещатике, заваленном мусором. Украинский флажок стоит от 10 до 20 гривен, шарф – 40, большой флаг – 60. Судя по тому, что почти у каждого на Евромайдане есть атрибутика, деньги зарабатываются неплохие.

Возможно, пускают их на еду. Потому что кормят сторонников Евромайдана – в отличие от провластных – прилично: копчёной колбасой, салом, сыром,
Страница 16 из 21

хлебом, конфетами, хреном, тушёнкой. Разливают кофе и чай.

Люди идут толпами, прямо по трассе. Им приходится обходить баррикады, возведённые из мешков, снега, паллет, мусора, шин. У пылающих бочек греются люди. Из укреплений доносится барабанный бой, и казаки – выбритые чубы-оселедцы, усы под Тараса Шевченко – скандируют: «Мы идём в Европу – Янукович идёт в жопу». Ощущение такое, словно попал в украинский Мордор.

Рядом на баррикаде сидит старуха. Требует казнить Януковича, освободить Юлю. Кричит что-то ещё – бессвязное, и вообще производит впечатление юродивой.

Необычных персонажей на Крещатике и Майдане хватает. Здесь и Смерть в маске убийцы из «Крика» с надписью на косе «Власть, я иду за тобой», и лошадь с плакатом «Янукович, отбрось копыта», и жертвы «Беркута», в гипсе и синяках просящие милостыню. У открытого микрофона дёрганый мужик рассказывает диковатую сказку о продажном царе. Чуть дальше, выстроившись в круг, молодые парни с красно-чёрными флагами тянут: «Тече рiчка Тиса, в нiй московська кров, москалiв ми били, будем бити знов…»

Похоже, что националистические и антироссийские настроения на Евромайдане – норма. На выкрики «Слава Украине!» громогласно – даже в общественном туалете – отвечают «Героям слава!».

Лидеры оппозиции такое единодушие используют на ура. И Тягнибок, и Яценюк вставляют «Слава Украине!» едва ли не через каждые два-три предложения, требуя свергнуть нынешнюю власть, объединившуюся с «московским монстром». Того же мнения и священники, читающие со сцены молитвы и призывающие сражаться.

«Московским монстром» стращают повсюду. Кровавый Путин смотрит с плакатов. У него на лбу сатанинские звёзды, изо рта торчат клыки; надпись услужливо сообщает, что так выглядит «Зверь с Востока».

Больше Путина на Майдане ненавидят лишь Януковича. Собственно, многие люди пришли митинговать не за объединение с Европой, а против действующего президента. «Янукович – пидарешт», «Майданемо Януковича» – наклейками с такими лозунгами обклеены метро, улицы, люди. Никакие миллиардные договорённости тут не помогут.

Вершиной креатива смотрится новогодний календарь с Януковичем и Азаровым за решёткой и подписью на украинском «Праздник приближается». Соперничать с подобным творчеством могут лишь пророческие тексты вроде: «Господа-товарищи, ша! Только без паники! Белая дама уже на подходе. Она таки будет с Украиной и станет управлять всей Европой. Клянусь! Миша Нострадамус».

Пока я зачитываюсь, ораторствующий политолог со сцены требует присоединиться к колонне, идущей на министерство внутренних дел. Правда, ей может вновь понадобиться бульдозер. Ведь все подступы к ведомственным зданиям перекрыты. Дороги перегорожены военными «Уралами», пожарными машинами, «ПАЗами», живыми милицейскими кордонами.

Это злит проходящих. У входа на Институтскую улицу группа молодчиков снимает милиционеров на камеры.

– Вот вы и попали в чёрный список – теперь не отмажетесь! – ухмыляется налысо бритый пацан под одобрительный смех товарищей.

Женщина в интеллигентных очках, фотографируя лица, проклиная стоящих, несколько раз бьёт по щиту. У администрации президента пьяный мужик, обмотанный украинским флагом, оскорбляет милиционеров, рассказывая, как после революции унизит их матерей.

Люди меняются, Евромайдан продолжается. Сильнее распаливают костры – предстоит революционная ночь…

А Мариинский парк зияет пустотами. Сторонники Януковича маршируют назад к метро «Арсенальная». Здоровенный парень в спортивных штанах, искавший Брызгалова с Раймондом, командует: «По тройкам, по тройкам», – но его не слушают. Толпа, пыша перегаром, скандируя «Симферополь», заваливается в метро, пускает по краям эскалатора монеты. Те, грохоча, летят вниз. Люди шарахаются. Субтильная девушка в жёлтых ботинках цедит пухлой подруге:

– Понагнали быдлоты!

Пропускаю симферопольский десант вперёд. Им, скорее всего, на поезд, а мне ещё смотреть другой Киев, без революций и грязи. Тот Киев, который я люблю…

В переходе станции метро «Контрактовая площадь» стоит взлохмаченный дед – массивные валенки, шапка-ушанка, – торгует стельками. Мне они не особо нужны, но хочется как-то помочь ему. Покупаю пару.

Но дед не только ради торговли вышел. Ему общения надо. Говорит непонятно, долго. О Евромайдане, конечно. Я терпеливо слушаю, но всё-таки не выдерживаю:

– Извините, меня ждут, надо идти!

Дед отпускает лацкан моего пальто:

– Иди, иди, парень, пока страну вконец не развалили! Были уже эти ющенки с лениными – толку? Всё – брехня! Будет война, как пить дать будет!

Я ухожу, иду вдоль Днепра на Подол, а в голове занозой – «брехня». Хорошее слово, ёмкое, смачное.

И правда, детектор лжи здесь не поможет – слишком правильно, чинно. Тут нужен детектор брехни, без права обжаловать приговор.

Крещение глупостью

О кровавом побоище на Евромайдане

20.01.2014

Мои жовто-блакитные недрузья! Устроившие ад на Крещение 2014 года в Киеве. Вышедшие на улицу Грушевского, чтобы рвать, метать, убивать. Взявшие дубины, арматуру, ножи, «коктейли Молотова». Устроившие погромы, залившие улицы кровью. Безвозвратно похоронившие миф о мирном, цивилизованном Евромайдане.

Я предупреждал, что без насилия и вандализма вам не обойтись. Я говорил, что вы будете лить кровь, свою и чужую, много и зря. Вы, если не желали мне сдохнуть, уверяли, что разговоры про кровь, погромы, драки, побоища – ложь. А если что и было – бульдозер, памятник Ленину, люди в реанимации, – то это случайность. На самом деле вы всё контролируете.

Знаете, у русских, которых вы, судя по лозунгам, ненавидите, есть такое выражение: «Было бы смешно, если бы не было так грустно». Это про вас.

Потому что в озверевшей толпе, нацепившей мотоциклетные шлемы, противогазы, маски, каски, вооружившейся ножами, дубинами, трубами, арматурой, взрывающей автобусы, избивающей людей, разговоры о полном контроле и мирном протесте выглядят жуткой нелепицей.

Такой же, как и паникующие вожди этой толпы. Например, очередной представитель партии «Свобода», рассказывающий о том, как «Беркут» избивает мирных граждан Украины. Сваливающий всё на очередных провокаторов. Откуда у мирных граждан столько оружия и ненависти? Где взять и обучить такое количество провокаторов?

Или Кличко, декларирующий победу украинского народа. Какого народа? Того, что крушит столицу? Герр Кличко, вы слишком долго мотались по Германии. Слишком усердно снимались в журналах для геев. Дело в том, что существует ещё один украинский народ. Который не хочет вашей кровавой победы. Прежде всего в Крыму и Донбассе. Представляете? Так бывает.

Или Яценюк, вещающий о том, как Украиной, с восхищением наблюдая, гордится весь мир. Откуда в вас это, Арсений Петрович? Вы же прекрасно знаете, что весь мир следит за нынешней Украиной так же, как он следит за побоищами в очередном «Терминаторе».

Наверное, в том, что такая кровь пролилась в Крещение, есть некий знак. И проклятие. Это, собственно, так же символично, как большевистский броневик «Антихрист», входящий в город.

Конечно, мои жовто-блакитные недрузья, большевиков вы
Страница 17 из 21

не любите. Хотя используете их методы. Подражаете, пародируете. Бездарно, смешно. Потому что они победили. А вы, в рамках страны, обречены. Она распадётся. Уже распалась. И после Крещения ваше поражение ещё более очевидно.

Помните, во время «оранжевой» революции у «Тартака» была песня: «Я не хочу бути героем Украiни, не вважае героiв своя краiна…» После того что вы устроили на Крещение, страна будет уважать своих «героев» – слава Украине! Героям слава! – ещё меньше. Ведь страна всё больше не вы.

Потому так истерит Яценюк. Потому так петушится Тягнибок. Потому машет кулаками Кличко. Они – эти лебедь, рак и щука украинской оппозиции – понимают, что Евромайдан потерял свой главный козырь, на котором так удачно спекулировал эти месяцы. «Мирный протест», – бубнили вы, как аффирмацию. «Беркут» нас бьёт», – твердили вы, аки мантру. Делали глазки кота из «Шрека», плакались, давили на жалость.

И вас жалели. Вам верили. Многие ведь вышли на Евромайдан после действий «Беркута» 30 ноября. Ваша жалостливая «фишка» работала, но теперь всё – баста! Теперь вы, а не они злодеи. Теперь вы в кроваво-чёрном, как ваши флаги.

Что вы там скандируете – «банду геть»? Что вы там малюете – «Янукович бандит»? Чем вы лучше? Взрывающие гранаты, льющие кровь, избивающие ваших украинских братьев. Вы ещё хуже! Потому что хотите всё и сразу. Потому что кайфуете от происходящего.

Нет, конечно, все эти разбитые головы, сломанные руки, отбитые селезёнки – во имя свобод. Во имя тех самых магических европейских ценностей.

Я очень хотел бы, чтобы вы, наконец, их получили. Тогда всё станет просто: вас разгонят водомётами, газом, утрамбуют дубинками и щитами. Как поступают обычно в демократичной Европе. Может быть, шмальнут для верности. В Америке бы точно шмальнули. Они это сделают, если не струсят. И тогда, когда вы начнёте харкать европейскими ценностями, украинский «Беркут» покажется вам клерками из салона массажных услуг.

Но никакой амнистии. Никакой пощады. Всё по-европейски. На пять, десять лет. Как врагов государства.

Отныне все эти ваши волчьи переодевания в ягнят неактуальны. От них, собственно, несло тухлятинкой ещё тогда, когда вы осёдлывали бульдозер и валили памятники, но теперь вонь стала невыносимой. Маски сняты. Вы преступники. Неважно, как вы будете оправдывать свои преступления, осудят вас – не всегда же Януковичу быть добрым – по законам военного времени.

Впрочем, так будет даже милосерднее. Иначе, наигравшись с общим врагом, вы, как бандиты в девяностые, перережете самих себя.

Потому что ваше главное преступление – это глупость. Из-за неё вы похоронили самих себя. Похоронили Евромайдан. Обрекли людей.

Нет, я допускаю, конечно, что вы, как истинные почитатели Европы, цитируете Гёте с Рабле, наслаждаетесь полотнами Брейгеля и Ван Гога, пестуете нравственный закон Канта внутри вас, но есть подозрение, что это не так. Есть подозрение, что вы занимаетесь – под лозунгами Евромайдана делать это легко и приятно – тем, чем баловались во дворах и подворотнях. Есть подозрение, что вам хорошо заплатили.

Конечно, для вас найдут оправдания. Хотя выглядеть они будут очень смешно. Но главная проблема даже не в этом, а в том, что расплачиваться за ваше беззаконие придётся всей Украине. И вот это уже по-настоящему грустно.

Впрочем, не стоит грузиться. Оно вам надо? У вас есть дела поважнее. Идите крушить, бить, взрывать дальше.

Немецкий философ Дитрих Бонхеффер писал: «Глупость – ещё более опасный враг добра, чем злоба. Против глупости мы беззащитны. Глупец абсолютно доволен собой, и становится опасен, если в раздражении, которому легко поддаётся, он переходит в нападение».

Да, самодовольства у вас хватает. Значит, битва за Украину будет долгой, кровавой. И лбов вы, мои жовто-блакитные недрузья, расшибёте ещё немало. Жаль, что не только себе.

Сборная шакалов Украины

Кто виноват в февральских расстрелах на Евромайдане

19.02.2014

В сотнях убитых, раненых, изувеченных в Киеве 18 февраля, конечно же, обвинят Януковича. И «Беркут». И ещё тех, с чьего молчаливого согласия произошла эта бойня, равной которой ещё не было в независимой Украине. Они станут новыми «проклятыми», без которых, похоже, нельзя. Об их зверствах напишут, снимут тысячи материалов. Так что я о других. И о другом.

Прежде всего, об ответственности. Ведь взвали её кто на себя, и не было бы пробитых черепов, сломанных позвоночников. Но все хотели казаться хорошими. Янукович предлагал конфеты и нашим, и вашим. Лидеры оппозиции твердили, что всё под контролем. Евромайдановцы представали агнцами божьими, посланными на заклание. Впрочем, это ещё, что называется, полбеды.

Настоящее горе в том, что даже сейчас, когда Киев залит кровью и разгорается пламя новой гражданской войны, большинство продолжает играть в хороших. И их бездарной игре верят.

Но где были самозваные лидеры оппозиции, когда убивали людей? Почему они не остановили, не скоординировали «Мирну ходу», превратившуюся в буйство и вакханалию? Они ведь знали – обязаны были знать, – что прольётся кровь. Кровь тех людей, от имени которых они вещали. В любви к которым распинались. И которых гнали на заранее проигранную войну.

«Лучше пулю в лоб, чем позор на всю жизнь», – так кричал Яценюк. Где же его личная пуля? Где пуля для того, кто лжёт, говоря, что не они начинали эту войну? Ведь вы призывали бороться против «банды», вы призывали сражаться против «московского монстра». Я не раз стоял на Майдане и слышал это.

Так не ведут себя лидеры нации. Так поступают дорвавшиеся до хозяйских пенатов рабы. Потому что лидеры не лебезят в кабинетах перед американскими баронессами, не упражняются в пустословии в телестудиях – они вместе с народом, они за народ. А главное – они среди народа.

Арсений, Виталий, Олег – без отчеств, чтобы не позорить отцов, – вы бились с «Беркутом»? Или опять болтали попусту? Подстрекали? Считали евро и доллары?

Кличко назвал Евромайдан «островом свободы, который необходимо защищать». Яценюк призвал власть к перемирию. Всё это ложь. Потому что вы сами пошли в атаку, использовав перемирие, дабы перегруппироваться.

Когда Янукович говорит: «Ещё не поздно прислушаться, ещё не поздно остановить конфликт», он, в который раз проявляя слабость, сдаёт Украину. Кто его будет слушать? С кем ему договариваться?

Пока он бездействует, люди и нелюди – данное разграничение не зависит от сторон конфликта – убивают друг друга. Так тоже не ведут себя лидеры нации. Силовики должны были действовать ещё раньше. И ада бы не случилось. Не было бы столько жертв. А теперь, как, в общем-то, и тогда, – молчание, бездействие, ложь.

Репортаж о десятках погибших. И тут же, давая комментарий, нардеп от партии «Удар» вещает о невинных мальчиках, зверски избитых «Беркутом». Об активистах Евромайдана, попавших в больницы. И, конечно же, о том, что власть не хочет мирного решения политического кризиса. А на другом канале истеричная дама, мечущаяся от партии к партии, как проститутка по борделям, обличает грехи бывших соратников.

Плевать на убитых – важнее рассказать, какие негодяи конкуренты
Страница 18 из 21

из «Партии регионов». Плевать на народ, плевать на страну. Понятие правды – атавизм, нелепость.

И такие паразиты, оккупировавшие СМИ, повсюду. Народ, что называется, повёлся.

Иначе как можно верить в миф о невинных мальчиках, «случайно оказавшихся на улице Институтской»? Видимо, захвативших оружие на всякий случай. Это, наверное, те самые мальчики, что избивают музыкантов за отказ агитировать за «Правый сектор». Те мальчики, что швыряют гранаты. Те мальчики, что захватывают заложников. Те мальчики, что жгут людей.

И часть пострадавших оказались в больницах не потому, что вышли за хлебом. А потому, что они преступники, нарушившие закон. У них – огнестрельное и холодное оружие. Они, собственно, не скрывают этого.

И убийства милиционеров не оправдать, сколько бы вы ни старались. И скорбеть о них надо не меньше. Потому что они тоже украинцы. Но главное – они люди. У них есть семьи. Они не заслужили глумления и ненависти, коим вы их подвергли. Даже после смерти.

Но паразитам плевать на очевидное. Ведь они хуже сектантов. От них не дождёшься ни милосердия, ни справедливости.

За время Евромайдана меня забанили в социальных сетях несколько десятков человек. Ещё столько же прокляли. Хотя я не выказывал им ни агрессии, ни неуважения. Тогда за что я был внесён в красно-чёрный список? За инакомыслие. За то, что отказался верить в невинных мальчиков с «коктейлями Молотова» и битами в руках. За то, что хотел дискуссии, в ходе которой и рождается истина, но забыл, что с сектантами диалог невозможен. За то, что говорил непопулярные вещи, руководствуясь не трендами, а логикой и правдой.

И эти люди учат нас пресловутой толерантности? Люди, чьё отношение за время Евромайдана мутировало от «мы за мирный протест» до «бей ментов, не обойтись без гранат».

Хорошая логика, если целы руки и черепа. А они, скорее всего, будут целы, потому что риск у многих идеологов и глашатаев Евромайдана, людей творческих, креативных, минимален. Они, как жуки-навозники, питаются дерьмом. Замешивают на нём статейки, песенки, романы. Им весело, хорошо: кресло мягкое, клавиатура функционирует, виски паршивое, но зато виски – идеальная обстановка, чтобы сражаться с режимом.

Помню такого деятеля, который, прочитав мою статью «Это ваша кровь, много и зря», написанную в начале декабря и предупреждавшую о том, что контроль революции невозможен, а значит, будут жертвы, надменно так ухмылялся в бородёнку и говорил, мол, как же вы надоели, кликуши, отстаньте с вашими дурными пророчествами. У нас всё хорошо, всё мирно, всё под контролем.

Так где ваш контроль? Где пресловутое «хорошо»? И кто будет отвечать за кровь, за убитых? Кого на этот раз вы сделаете виноватым?

Варианты у вас есть, я знаю. Не просто же так выставляете вперёд женщин и детей, хотя за ними – вооружённые боевики.

Но на этот раз отвертеться не выйдет. Потому что, как в семнадцатом году интеллигенцию, поддержавшую «сынков часовых дел мастеров», сынки потом и вздёрнули, расстреляли, так же поступят и с вами. Когда «невинные мальчики» придут к власти.

Ведь вся эта кровь в том числе и по вашей вине. Двадцать с лишним лет вы сеяли ненависть, злобу, а теперь сорняки уничтожили всё живое. Но они лишь орудие, настоящие же убийцы – вы.

Я ведь смотрел ваши передачи. Читал ваши газеты. Там только невинные мальчики и кровавый «Беркут», там только мирное шествие и жестокие действия правоохранителей. Это игра в одни ворота. Так играет сборная шакалов Украины.

И если это по глупости, то она ещё больший, чем зло, враг добра, о котором вы распинаетесь. Если же всё-таки это зло, и зло намеренное, то оно, саморазрушительное по своей природе, обречено. Так что в любом случае вам придётся ответить. Сколько ни ной, сколько ни ищи оправданий.

Проблема в том, что с вами, из-за вас погибнут другие. Те, кто сегодня, работая, учась, из последних сил гонит по остывающей Украине кровь. Пока Киев, Западная Украина застыли в революционном параличе. Закрыты школы, детские сады. Горят административные здания. Переполнены госпитали и больницы. Это агония. Что дальше? Дальше – ваш ад. И, к несчастью, наш тоже.

Таково моё новое вам пророчество, моё «злое ухо». Которое сбудется, как сбылись остальные. И не потому, что я такой умный, нет. Просто быть пророком в Украине легко. Достаточно говорить правду.

Украина: на пути к бардо

Открытое письмо европейским сторонникам Евромайдана

21.01.2014

Господа европейцы, я знаю, что вы думаете относительно происходящего в Украине. Знаю ваши мысли о Евромайдане.

Вышли люди, уставшие от нищеты, лжи, коррупции. Объединились в благом порыве. Продемонстрировали мужество, волю и гражданскую позицию. Доказали, что они единый народ, которым не смогут помыкать прохиндеи, воры и подлецы. Герои вышли на майданы по всей стране, дабы продрать окно в Европу. Своей волей, храбростью и единством. Только так, скажете вы, и могут действовать истинные европейцы, ощущающие себя частью большой прекрасной цивилизации.

Так вы думаете, господа европейцы. Но вы ошибаетесь.

Да, нечто похожее, возможно, и было; на истоптанной варварами, иссушенной глупостью, но всё ещё плодородной украинской земле всходили ростки воли, здравого смысла и национального сознания – они сулили прекрасную рощу там, где ещё недавно раскинулась топь. Вы, как и часть Украины, верили в чудо, но февральские пули оборвали полёт мечты.

И всё же я не уверен, что вы на самом деле понимаете, о чём речь. Не уверен, что вы будете вместе с украинцами до конца, победного или так себе. Что вы, в принципе, с ними.

Да, много красивых, приятных, как рафинад, лозунгов, и моветон – не анонсировать героическую борьбу украинского народа с двуглавым драконом коррупции и тоталитаризма, которого держит на газовом поводке, осыпая нефтедолларами, Властелин Тьмы из Кремля.

Но за этой fine story нет реальной основы, подлинного единства и абсолютной веры. Ведь, по факту, украинцы для вас не свои и, признайте, в ближайшее время никогда своими не станут. Вам не нужны чужие, вы не принимаете и не примете их. Западная Европа и так забита пришлыми: арабами, индусами, турками, поляками, румынами, чехами. Однако пока есть симпатичный миф, пока есть увлекательное развлечение revolution online, вы будете говорить об Украине, как о футболе или кино, дабы не пресытиться, не заскучать.

Поэтому и едете в Киев, тусуетесь на Крещатике и Майдане. Раньше вы приезжали сюда за шлюхами, в красивый бордель с памятниками и соборами, а теперь за ними и ещё за революционным адреналином. Причаститься энергией толпы, разогнать застоявшуюся кровь, очистить семенные каналы – вот чего вы хотите.

Но лишь до определённого момента. Дальше – отстранение, стоп. Как и у многих украинцев, изначально пришедших на Евромайдан главным образом за эмоциями. Ведь сколько бы ни меняли сознание митингующих после, они всё равно оказались не готовы к убийствам. И от своей пули, как и Арсений Яценюк, шарахались, точно мусульманин от свинины. Потому что не хотят, не готовы умирать за такую Украину.

Да, европейский рай нужен, но не на небесах, а здесь и сейчас – на бренной,
Страница 19 из 21

залитой кровью и зажигательной смесью земле. А потому необходимы жертвы. И кровь. Чужая кровь. Ведь своей жалко. Своя нужна для более приятных вещей, для отравления героином или холестерином, к примеру.

Вы, господа европейцы, знаете это. Или ощущаете на бессознательном уровне. Французы с их революцией Марата и Робеспьера. Или немцы с Ночью длинных ножей. Так приходит в мир ребёнок, кричащий, окровавленный, испуганный. Перинатальная травма, по Фрейду, да?

Так вот, сейчас с Украиной произошло именно это. Травма и перерождение. Её вырвали из прежнего бытия – несовершенного, во многом ущербного, но безопасного, мирного – и швырнули в новую беспощаднейшую реальность, где расстрелы, сожжения, гибель.

Да, Украина существовала в обрыдлой действительности, но действительности узнаваемой, родной. Теперь всем её гражданам придётся переориентироваться, жить иначе. И это, честно сказать, надоело.

Расстрелянные люди на Евромайдане – не только лишь сакральные жертвы, но и мученики нового порядка, его строительный материал. Ведь смерть – это всегда начало. Жизни или чего-то ещё. А между ними, если верить буддистам, – состояние бардо. Теперь Украина окажется в нём. И образы, которые ей предстоит увидеть, испытания, которые ей предстоит пройти, будут страшнее, чем те, что описаны в «Тибетской книге мёртвых».

Так вы станете ездить к нам, господа европейцы? Будете продолжать смотреть на нас, как на зверюшек в цирке? Забавных, дрессированных, но всё больше истощённых, оголодавших.

Впереди – смутное время. Ведь прежде, чем выпускать демона разрушения, в надежде использовать его силу против врагов, нужно заранее подготовить блокирующее заклинание. Не уверен, что нынешние украинские революционеры его знают.

Впрочем, у меня есть новость и для вас, господа европейцы. Зрительские развлечения кончились. Вам теперь тоже предстоит поучаствовать. Безусловно, не в такой, как украинцам (и, видимо, россиянам), мере, но всё же придётся. Испить чашу если не до дна, то до дискомфорта или болей в желудке. Будьте готовы к мёртвой воде.

Вы не получите европейское государство рядом. И внятного правительства в Украине не будет. Как и не будет единства мнений в народе.

Я из Крыма, знаю, о чём говорю. Здесь по большей части ненавидят то, что происходит на Евромайдане. И, что совсем жутко, не скорбят по расстрелянным протестующим. Гораздо больше они переживают за полицейских. Боюсь, в других регионах Украины людей с подобными настроениями тоже хватает.

Не будет новой части Европы. И вассальной республики здесь не получится. Бандитский островок, европейское Сомали – это более вероятно.

И вы станете отгораживаться. И сделаете вид, что не участвовали. И станете в очередной раз елозить с кредитами. Это будет мрачное время. С разной степенью мрачности, но так или иначе тьма сгустится для всех.

Знаете, в России есть такой бандитский термин – «нагнуть». Буквально это означает – поставить в позу, in doggy-style, а в переносном – утвердиться, доминировать. Так вот, мне кажется, что мы – и вы – «нагнули» себя сами. Правда, пользоваться этим будут другие.

Нам не нужна ваша Украина!

Открытое письмо радикалам Евромайдана

22.02.2014

Друзья, соратники, патриоты, освободители! Как вы ещё себя называете?

Экстремисты, фашисты, преступники! Как вас называют те, кто не называет вас так, как вы себя называете?

Я обращаюсь к вам. С надеждой, простите за эту досадную оплошность, не на понимание, нет – эту глупость ни я, ни вы не можем себе позволить, – с надеждой на то, что выслушаете.

Да, я понимаю, вы заняты сейчас важным, героическим делом. Вам не до меня. Вы скандируете «Слава Украине! Героям слава!». Разбираете брусчатку. Строите баррикады. Поджигаете дома. Взрываете машины. Убиваете людей. Боретесь с режимом.

Вы хорошие, правильные ребята. А мы – «кто не с нами, тот против нас» – предатели, серость, приспешники бандитского режима. Мы – украинцы из другой Украины.

Нас всех купила московская пропаганда. Мы палим жовто-блакитные флаги. Нарядившись в форму «Беркута», стреляем по украинцам. Мы заодно с Януковичем. У нас у всех счета в швейцарских, немецких, американских – каких там ещё, вам виднее? – банках. Мы отвратительные, подлые выродки, предатели, москали.

Продолжайте, продолжайте инфернальный ряд. Ненавидьте всей своей щирой – не в пример нам, моллюскам, – душою.

Помните, как в «Адвокате дьявола» подсудимый, схватив защитника Кевина Ломакса за грудки, вопрошает: «Ты что, чёрт возьми, делаешь? Ведь присяжные возненавидят меня!» А тот отвечает: «Я из кожи вон буду лезть, чтобы это произошло!» Так вот, я тоже очень хочу, чтобы вы нас ненавидели. Может, тогда вы наконец отстанете.

Вы говорите, что не начинали войну? Лукавите! Ведь не мы выходили в центр города, устраивали сортир рядом с кухней, распевали кровожадные песни, скандировали русофобские и антисемитские лозунги, жгли всё, что горит. Не мы осёдлывали бульдозер и швыряли в украинцев «коктейлями Молотова». Это делали вы.

Но если бы я приехал в закарпатское село или городок подо Львовом, вооружённый битой или арматурой, стал бы махать ею, пробивая западенские черепа – допустим, – валя одного, второго, третьего, выкрикивая при этом священные лозунги – не придерёшься, – вы бы, наверное, разозлились.

Вам – можно, а мне – нет.

Конечно, у вас был повод. Наверное, тот же, что давал вам право в 2004 году маршировать по улицам Одессы, Днепропетровска, Севастополя, уродовать памятники, музеи, распевать гимны ненависти, избивать горожан. Но, простите, мы вас приглашали? Просили рассказывать, как нам жить? Не припомню.

А вот оранжевые и красно-чёрные знамёна, портреты Степана Бандеры, скандирования «Русским – смерть!» (кстати, если что, то мы – украинцы), обещания тогдашней фюререссы поставить Севастополь на колени, Одессу утопить в Чёрном море помню. Мы все помним. И часто воспоминания ноют, как переломанные кости. Ноют вот уже двадцать с лишним лет. Такие мы – неподдающиеся дрессировке.

Поэтому – никаких обид. Просто мы – разные. У вас – хата с краю, у нас – соборность. Мы называем улицы в честь Пушкина, а не Дудаева. У нас – фабрики и заводы, у вас – хутора и колыбы. Мы не готовы канонизировать ОУН-УПА и поклоняться Степану Бандере. Мы не презираем, как вы, всё русское. И, в общем-то, настороженно идём в Европу. Мы – другие. Такие уж уродились. И это – наше право. Не значащее, что мы не можем жить вместе.

Но двадцать с лишним лет украинской независимости вы хотите переделать нас, подмять под себя, изменить. Вы переписываете нашу историю. Запрещаете наш язык. Издеваетесь над нашими предками. Унижаете нас. И после этого говорите, что не начинали войну?

Вы же видели этот кадр (а может, участвовали лично): с бойцом «Беркута», которому выбили глаз? Течёт кровь, человек едва дышит, кто-то кричит: «Скорую, вызовите скорую!», но за кадром равнодушным голосом обрывают: «Никакой скорой. Это заложник». И другие снимают, как умирает человек, украинец.

Как и того бойца «Беркута», вы взяли нас в заложники. На двадцать с лишним лет. И назвали это украинизацией. Хотя мы
Страница 20 из 21

были украинцами не меньше вашего. Теперь же начались пытки, замаскированные под битву за свободу. Но нам кажется, простите, что мы и так свободны не меньше, чем вы.

Да, я помню, не забываю: вы сражаетесь за всех нас. В священной войне, разверзшейся в прохановской эстетике: столкновение высших сил, абсолютных идей, Добра и Зла. И вы уверены, что победите. Слава героям!

Но мы не хотим вашей победы. Пусть поступаем мелочно, подло, но не хотим. Неблагодарные людишки с мозгами, промытыми путинской и совдеповской пропагандой. Связанные по рукам и ногам георгиевскими ленточками. Простите нас за ущербность. Но мы не хотим сражаться за вас. И не просим вас делать этого. Хотя мы такие же, как и вы, украинцы. И тоже не хотим жить в дерьме. Просто представления о дерьме и манне, рае и аде у каждого свои.

Нам не нужны ваши жертвы. Ваша кровь. Ваши слёзы. Ваше горе. Они вызывают печаль. И страх. И сострадание. И отвращение. И ненависть. Потому что больше всего мы не хотим новых жертв. Ведь не мы объявляли войну. Она – ваша, так испейте её до дна. Не суйте нам проклятую чашу.

Потому что в нас всё больше зреют раздражение, презрение, ярость. Чем ближе вы к победе, тем всё дальше от нас. И мы всё больше хотим остаться сами, на своей территории. Без вас. И разговоры о том, что пришло время разделиться, звучат всё чаще. Так же часто, как и выстрелы в Киеве. Но это не вопрос территории – это вопрос мозгов, сознания.

Мы против вашей войны. Мы не хотим в ней участвовать. И не стоит прикрываться нами, украинцами, как заложниками. Потому что и заложники из нас, честно сказать, хреновые.

Забудьте нас. Оставьте подыхать от голода и нищеты. Пахать на заводах и фабриках. Да, мы будем строить дома сами. Как-нибудь. Тяжело будет, но куда деваться – обойдёмся без вас. Думаю, и Россия без вас обойдётся: без двух миллионов западных украинцев, что конкурируют с азиатскими мигрантами. Не стоит есть хлеб из рук тех, кого ненавидите.

Всё очень просто, мои красно-чёрные друзья (или не-друзья, как вам больше нравится): вы – сильные, честные, смелые люди. Настоящие украинские герои. А мы – бесполезный, отработанный материал. Не хотим, не умеем швырять «коктейли Молотова», стрелять, жечь шины, идти в атаку, драться. И не надо нас злить, чтобы в один момент мы вдруг не научились это делать.

Так что лучше оставьте нас. Это не наша война. Мы будем учиться, работать, воспитывать детей в нашей стране, которая, поверьте, вам, героям, совсем не нужна. Как и нам не нужна ваша Украина.

Будни третьей обороны

О начале революции в Севастополе

25.02.2014

Севастополь – русский город. Здесь стоят памятники адмиралам Нахимову и Ушакову, а экскурсии водят на Малахов курган, в Панораму и Диораму, представляющие соответственно Первую и Вторую обороны Севастополя. Улицы названы в честь писателей Пушкина и Толстого, генерала Острякова и матроса Голубца.

Главные праздники – День Военно-Морского флота России и День Победы 9 мая. На День же Независимости Украины горожане выходят неохотно, лениво.

Поэтому когда на экранах появляются севастопольцы, слёзно рассказывающие о муках украинизации и любви ко всему русскому, то они не переигрывают и не врут. Есть и такие. Живущие в иной, нежели остальные украинцы, реальности, в иной матрице ценностей. Этакий отряд прикрытия Российской империи, о которой помнят только они.

Кажется, русскость впиталась в Севастополь вместе с морским бризом. Оттого непонятно, для чего этот дважды город-герой нужен Украине. Лазутчик, забравшийся в лагерь противника.

Но Украина держится за Севастополь настойчиво, крепко, как чиновник, задолжавший казино и уцепившийся за свое место. И двадцать с лишним лет власть перекраивает город и его жителей на свой незалежный манер. Шествия украинских националистов по центральному кольцу города с плакатами Бандеры и разбрасыванием проклятий, точно конфет на свадьбу, – лишь видимые уродливые швы непрекращающейся операции по смене национальной стратегии.

Но толку? 1999 год, футбольный матч Украина – Россия. И скандирование Севастополя вместе со стадионом в Москве «Бей хохлов – спасай Россию!». А после – спасибо Филимонову – траур. Странно, но так было.

И потому реакция нового украинского правительства на неповиновение Севастополя удивляет. Ведь предать можно лишь то, чему был верен.

Три месяца Евромайдана я метался между Киевом и Севастополем. Видел разные города, разных людей. Их отличало многое, но прежде всего ощущение причастности. В столице горели событиями в стране всем сердцем, всей душою, а в Севастополе жили так, будто происходящее их не касалось.

Но 23 февраля всё изменилось. На массовом 30?тысячном митинге на центральной городской площади Нахимова я увидел других севастопольцев: решительных, волевых, патриотичных, готовых действовать. Они вышли не только ради протеста против пикирующей экономики и унизительной диктатуры, но прежде всего они вышли, чтобы определиться: кто они, твари дрожащие или право имеющие. Право на жизнь. Право на уважение. Право на бытие самим собой. И отсутствие украинских флагов на площади Нахимова – идентификация скорее культурная, нежели государственная.

В Киеве севастопольские события назвали сепаратизмом. Хотя происходящее отличалось от Евромайдана лишь вывеской. Ведь действовали севастопольцы точно так, как их научили в Киеве.

Для начала выбрали своего мэра. «Вы за Алексея Чалого?» – спросили людей на площади. И те ответили: «Да!». А после начали активизировать организованные ранее отряды самообороны и ставить вокруг города блокпосты.

Характеризуя Алексея Чалого, сына учёного, внука командующего Черноморской эскадрой, одни говорят – «крепкий хозяйственник», другие – «косит под Стива Джобса». Правы все. Происходящее в Раде Алексей Михайлович назвал «флудом», а бизнес создал работающий, эффективный.

Не случайно своё последнее обращение, в котором он призвал севастопольцев трудиться и сохранять спокойствие, Чалый подписал как «начальник управления по вопросам жизнеобеспечения».

Начальник первым делом переподчинил городу «Беркут». И побеседовал с украинским адмиралом Юрием Ильиным, причем так, что того госпитализировали с сердечным приступом.

Работы предстоит много. Для начала необходимо собрать деньги. Ведь на митинге Севастополь отказался платить налоги Киеву, следовательно, обратный поток также невозможен. Открыты счета для помощи городу. На данный момент «удалось мобилизовать денежные средства в размере 100 миллионов гривен». И это главное достижение и задача на сегодня.

Всё это происходит в условиях, когда на один квадратный сантиметр правды давит 16 тонн лжи, и сохранять спокойствие действительно сложно. То говорят о российских войсках, то об активистах «Правого сектора», но больше всего – о русской революции в Севастополе. Мол, гордимся, восхищаемся, верим.

В революционной пропаганде по обыкновению особенно усердствуют российские политики, культурные и общественные деятели. Те, которые преимущественно либо не доехали до Украины, либо заехали всего на час. Раздайте автоматы, введите войска,
Страница 21 из 21

кричат они. И обвиняют севастопольцев в мягкости: почему не идут в атаку? Эти подстрекатели, горлопаны и провокаторы, сбежавшиеся на третью севастопольскую оборону, как пенсионеры на полки с уцененным товаром, собственно, и есть главные враги нормальной жизнедеятельности города.

Своими безответственными, популистскими заявлениями они только дестабилизируют обстановку, усиливают раскол, протягивая алчно трясущиеся, сальные ручонки к Севастополю.

С другой стороны – украинские наблюдатели, патриоты, бьющиеся в истерике, «потеряли город», «утратили целостность Украины», бредящие фразами «севастопольцы – пешки в российской игре». Эти адепты двойных стандартов боятся, что кто-то начнёт действовать их методами, озвучит иную, отличную от их, правду. Ведь им можно – другим нельзя. Убийственная логика титульной нации, на которую нынче ощетинившаяся автоматами, вспыхивающая «коктейлями Молотова» мода.

Никакой революции в Севастополе нет. И отделения от Украины, присоединения к России тоже нет. Пока нет. Это надо понять. Принять. И запомнить. На данный момент. Потому что горячих голов из касты «ломать – не строить», конечно, хватает, но их не большинство. Ведь против экономики и географии, что называется, не попрёшь.

Говорить о революции хорошо, сладко, когда на полках магазинов ещё есть продукты, когда выплачивают пенсии и зарплаты, когда не прессуют москвичи, когда нет угрозы терроризма, когда не перекрыто единственное железнодорожное сообщение города. Тогда можно потешить себя иллюзиями, используя их в качестве приятного стимулятора для подкожных имперских амбиций.

Вопрос в том, насколько долго способен ты говорить. Валуев и Жириновский уедут, а севастопольцы останутся. Один на один со своими проблемами, один на один с Украиной. Вдалеке от России, так и не сделавшей главного официального заявления относительно статуса и претензий Севастополя, в котором цветы носят и к памятнику Пушкину, и к памятнику Шевченко.

Город-то русский, но уважение, гражданскую позицию никто не отменял. И не отменит. Сколько бэтээров и «поездов дружбы» ни снаряжай.

В Севастополе ныне есть здоровый патриотизм и желание работать. Есть силы убедить и российских, и украинских товарищей в том, что город имеет право на свою самоидентификацию, на свою историю, на то, чтобы его (обратное тоже верно) уважали.

И те сотни, тысячи человек, выходящие к зданию администрации на площадь Нахимова, стоят там не ради войны, но ради мира. Ради нормальной жизни. Без страха, диктатуры и разделения. С верой, что город выстоит, и третья оборона Севастополя обойдется без крови и жертв.

Иначе – вся история города тому подтверждение – как говаривал герой Виктора Сухорукова в «Брате?2»: «Вы ещё, суки, за Севастополь ответите!»

По-настоящему. Все.

В ночь с 22 на 23 февраля того года случилось событие, которое, с одной стороны, было закономерно и предопределено, а с другой – само стало тем болезненным, резким движением, что вывернуло сустав украинской истории, украинской нации. Виктор Янукович бежал из Украины. Чтобы окончательно приговорить, расколоть её.

До сих пор ищутся, смакуются детали его бегства. И лепятся статьи, репортажи о том, как Виктор Фёдорович ужаснулся, когда увидел милицию, покидающую, согласно распоряжению Верховной Рады, территорию президентской администрации. О том, как поспешно он собирал вещи в Межигорье. О том, как его транспортная колонна шла в Крым, а по шинам машин стреляли, в том числе и татары, порой точно, порой нет, но бравые члены самообороны прикрывали отход. И культовый режиссёр Оливер Стоун взял четырёхчасовое интервью у беглого украинского президента, дабы снять кино о государственном перевороте в Украине.

Впрочем, главное, особенно сахаристое – то, что озвучил Владимир Путин в фильме «Крым. Путь на родину»: он лично контролировал спасение Виктора Януковича, иначе его бы просто растерзали. Странное, как, собственно, и весь фильм, заявление.

Желать смерти, безусловно, кощунственно, но в некоторых ситуациях, говорили древние, возможно, если не лучше, то честнее быть растерзанным. Иначе – судьба ледяными клещами возьмёт своё, выполняя лежащий в основе бытия закон компенсации.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/platon-besedin/dnevnik-russkogo-ukrainca-evromaydan-krymskaya-vesna-donbasskaya-boynya/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.