Режим чтения
Скачать книгу

Если царевна – жаба читать онлайн - Татьяна Луганцева

Если царевна – жаба

Татьяна Игоревна Луганцева

Красота, как известно, требует жертв. И немалых. Таисия Перова, мечтая о большой и чистой любви, попала в западню, ловко подготовленную ее лучшей подружкой Надеждой. Та принесла подругу в жертву, записав ее на курсы обольщения, где из простушек и дурнушек делали роковых обольстительниц, сражающих импозантных мужчин одной лишь силой взгляда. Тася, как примерная ученица, стала прилежно посещать занятия и даже выбрала «объект» для тренировки. Вот только применить на практике полученные навыки оказалось затруднительно…

Татьяна Луганцева

Если царевна – жаба

© Т. Луганцева

© ООО «Издательство АСТ»

* * *

Глава 1

Таисия пребывала словно в тумане. Она никак не ожидала, что ее лучшая подруга Надежда Рогова, с которой они дружили еще со школы, может так с ней поступить! А ведь она, наивная, доверялась подруженьке во всем.

А началось все месяц назад, когда Надежда познакомила Тасю со своей новой приятельницей Аллой Владленовной Шторм. Да-да, именно так и никак иначе звали новую знакомую.

Тася не любила новые знакомства, она вообще была весьма нелюдима и замкнута. Общалась только с немногочисленными родственниками да с лучшей подругой. Ну, может, была еще парочка знакомых, вот, пожалуй, и всё.

Таисия пришла в кафе на встречу с подругой. Она надеялась расслабиться и приятно провести время, но рядом с Надеждой за столиком сидела совершенно незнакомая женщина. Жестокое разочарование отразилось на лице Таси, но уже через полчаса она уже спокойно общалась с этой улыбчивой женщиной, рассказывая всё о себе и своей жизни.

А рассказать было что.

Детство Таисии ничем не отличалось от детства большинства советских детей. Если бы не одно «но». Почему-то с самого рождения ее невзлюбил родной отец. Он не ходил с Тасей гулять, не баловал игрушками, не покупал мороженое и вообще не общался с ней и всячески игнорировал.

Сначала девочка пыталась понравиться отцу, заслужить его внимание и похвалу, но шли годы, и ничем не подкрепленное ее желание постепенно угасло. А когда Тася училась в старших классах школы, отец и вовсе ушел к другой женщине, хотя казалось, что с мамой Таисии у него были более-менее нормальные отношения. Для Валентины Михайловны уход любимого мужчины стал как гром среди ясного неба, и даже по прошествии двадцати лет она так и не оправилась от удара и сильно переживала предательство мужа.

Когда мать и дочь остались одни, им пришлось очень тяжело. Еда заканчивалась раньше, чем Валентине Михайловне выдавали небольшую зарплату, и Тася надолго запомнила ужасное чувство голода и ожидание момента, когда можно будет что-то купить и поесть.

А отец про них больше не вспоминал и даже ни разу не поинтересовался, живы ли они вообще.

Таисия была не по годам серьезной, собранной и ответственной. И профессию выбрала серьезную – она стала врачом. В те времена образование еще было бесплатным, и умные талантливые люди могли поступить в институт исключительно благодаря знаниям, а не кругленькой сумме в кармане.

Получив диплом психотерапевта, Тася устроилась в городской психдиспансер. Работа с психически неуравновешенными людьми, алкоголиками, наркоманами была тяжелая и, к сожалению, в советские времена плохо оплачиваемая.

Правда, за вредность полагалось молоко каждый день и сорок дней отпуска. А потом настали другие времена, зарплаты стало не хватать, и молоко уже не полагалось, хотя увеличенный отпуск остался.

Помимо работы в больнице, Таисия Романовна вела прием пациентов в частной клинике. Впрочем, пациенты были не всегда, и нередко приходилось просиживать в пустом кабинете и заниматься психоанализом собственной личности. А этим Таисия не любила заниматься ни при каких обстоятельствах. Многим людям она помогла вернуться к нормальной жизни, а вот сама была глубоко несчастлива.

Еще будучи студенткой, Тася вышла замуж за мужчину вдвое старше себя. Павел Петрович виделся ей таким надежным, солидным и умным, что все сверстники на его фоне казались просто мартышками в зоопарке. Но по прошествии нескольких лет Тася поняла, что жизнь с мужчиной намного старше не такая уж и радостная. Павел Петрович, как ни крути, был человеком другого поколения, чего-то уже «не догоняющий» по жизни и вечно ворчащий на молодежь.

Вечера он предпочитал проводить с газетой или перед телевизором, а отпуска – на даче. Тасе редко когда удавалось вытащить его в компанию своих друзей, но ее сверстники не находили с ним общего языка и смотрели на Павла Петровича как на питекантропа.

Очень разочаровалась она и в сексуальных отношениях с мужем. Павел Петрович, естественно, был у нее первым мужчиной, поэтому оценить его по достоинству она не могла. Впрочем, достоинств и не было. Уже после пяти лет совместной жизни их контакты стали редкими, а затем и вовсе сошли на нет.

Нельзя было сбрасывать со счетов и то, что Таисия взрослела, а Павел Петрович, как бы печально это ни звучало, – старел.

Вообще, отношения между юной девушкой и взрослым мужчиной всегда развиваются по принципу учитель – ученица. Поначалу обоим это приятно. Но потом ученица вырастает, становится взрослой, уважаемой женщиной, а дома ее продолжают воспитывать: мол, я старше, а значит, умнее, и ты должна меня во всем слушаться и подчиняться. Мужчина уже не замечает, как впадает в старческий маразм, в то время как его супруга, наоборот, пребывает в самом расцвете физических и духовных сил.

Кстати, женщины в таких браках выглядят старше. И даже не столько из-за того, что стилем в одежде пытаются соответствовать солидному мужу, а потому, что меняют свое поведение на более спокойное, степенное. Они даже меньше улыбаются, хотя должны бы хохотать как молодые девчонки. А вот мужчина, наоборот, выглядит хорошо, молодится, видно, питается энергетикой жены.

К тому же девушки, выходящие замуж за мужчин в возрасте, должны понимать особенности их психологии. Не все, но большинство из них страдают чем-то вроде педофилии, иначе бы они не стали связываться с теми, кто годится им в дочери. Но стоит юной фее превратиться в женщину, как у пожилого мужа начинает угасать к ней интерес.

Сейчас Таисия это прекрасно понимала, но двадцать лет назад не было рядом никого, кто мог бы ее вразумить.

Так и жила она с пожилым мужем, пока в ее жизнь не ворвался молодой, энергичный и зажигательный мужчина. Слава, вернее, Вячеслав Игоревич Лаврушкин, новый врач их больницы, сразу влюбил в себя всех женщин. Не мужчина, а праздник! Он всегда улыбался, дарил девочкам конфеты, шутил, поднимал всем настроение…

У Таисии просто снесло крышу, и не успела она опомниться, как они стали любовниками. Тася словно попала в эпицентр вулкана. Страсть, так долго дремавшая в ней, наконец вырвалась наружу. Скрыть ее было невозможно, и Таисия во всем призналась мужу. Она понимала, что делает ему очень больно, но остановиться уже не могла. Слава ее просто приворожил и разбудил в ней что-то очень сильное и доселе невиданное.

Но счастье Таси оказалось недолговечным. Она узнала, что Слава женат, более того, он переспал еще с несколькими женщинами их отделения, но самое главное – украл из больницы дорогие лекарства и исчез.

Сказать, что Тася впала в шоковое
Страница 2 из 10

состояние, – ничего не сказать. Она вообще не понимала, как могла связаться с элементарным мошенником, прожигателем жизни и просто подонком! Впрочем, на лице у него это написано не было. Если бы он подошел к Тасе и сразу заявил:

– Здравствуй, я подонок! Я решил с тобой отвлечься от размеренной семейной жизни. Кроме того, ты будешь не одна, с кем я решил отвлечься. Если хочешь сыграть в эту слезливо-сопливую историю о чувствах, симпатиях и – о боже! – любви, то я могу подыграть! Так как? Согласна?

Так нет, навешал лапши на уши… Впрочем, у мужчин всегда один ответ: «Я ни в чем не виноват. Я ей ничего не обещал».

Немного придя в себя, Тася попыталась возобновить отношения с мужем. Вроде как он ее простил, но жить дальше они не смогли.

Павел Петрович проявил малодушие. Если мужчина говорит, что прощает, то должен прощать. Его слова не должны расходиться с делом. А если он говорит, что простил, а сам изо дня в день, при каждом удобном случае припоминает жене ее измену, обзывает, унижает… Это он не простил, это он сломался.

В итоге брак Павла Петровича и Таисии распался окончательно. В одночасье она осталась и без мужа, и без любовника. Конечно, Таисия винила исключительно только себя. А вот ее подруга так не считала.

– Это виноваты мужчины, что тебя окружали! Поверь моему опыту! Папаша лишил тебя детства, муж юности и секса, а последний, вообще недоразумение, лишил и секса, и семьи, и стабильности, и уверенности в себе! Плюнь на них на всех! Обидно только то, что ты – самая честная и порядочная женщина на свете – прожила свои лучшие годы, так и не став счастливой. – И Надя состроила самое несчастное лицо на свете.

Тася не смогла сдержать улыбку:

– А ты умеешь поддержать, утешить.

– И поднять настроение, – добавила Надежда.

– Точно! – согласилась Таисия.

– Ты же знаешь, что я оптимистка, – продолжала Надежда с лицом Пьеро, потерявшим свою Мальвину.

– Ты самая оптимистичная оптимистка в мире. Тебе только надо было добавить, что я и матерью не стала и уже не стану, так как вхожу в климактерический возраст.

– Это боль о тебе вывела меня на такие невеселые эмоции, – вздохнула Надя.

– Ничего. Пройдет, – ответила Тася и покривила душой. Потому что ее психика не выдержала таких ударов, и с Таисией что-то случилось.

Она перестала верить в чудеса, надеяться на что-то хорошее, замечать доброе вокруг и получать положительные эмоции. Словно на красочный и яркий мир вокруг вылили ведро с серой краской. Конечно, мир не стал совсем черным, кое-где проступали краски, но они изрядно поблекли и потускнели.

Тася не сразу обратила на это внимание, она пыталась не утонуть в своих обидах и хмурых мыслях, она думала, что это пройдет, потому что такое состояние не возникло ни из чего, а имело под собой весомые аргументы.

И Тася ждала, когда это пройдет, но становилось еще хуже. Таисию словно затягивало в черную воронку. Она угасала.

– Как ты могла?! – воскликнула Таисия, когда узнала, что женщина, которая пришла с Надеждой в кафе, – врач-психотерапевт. – Ты наняла для меня психотерапевта?! – Она с укором посмотрела на подругу. – Ты что делаешь?! Я сама психотерапевт!

– Человек сам за собой никогда не может замечать перемен, – возразила знакомая Надежды, Алла Владленовна.

– Я в порядке! Я могу объективно оценить свое состояние! – возмущалась Таисия.

– А ваши близкие так не считают, – не согласилась с ней Алла Владленовна. – Да не волнуйтесь вы так, коллега. Надежда очень переживает за вас, она бы не обратилась ко мне по пустякам. Вы и сами чувствуете, что что-то не так. Вы пережили стресс, большой стресс. Мы охотно помогаем другим людям, а на себя часто машем рукой…

– Ты смотри! – перебила ее Тася. – А я-то думала, какая приятная женщина! Подруга моей подруги! Обманули!

– А я что, не приятная женщина? – криво улыбнулась Алла Владленовна.

– Вы слушали про мою жизнь, про то, что у меня произошло, как врач, а я-то думала – как сочувствующая женщина! Коллега, а вам известно, что вы даже под статью попадаете? Любое психологическое воздействие, любой психотерапевтический анализ поведения человека может быть только с его согласия. А вы занималась изучением моей психики, не взяв с меня подписи!

– Тася, прекрати! Это – моя идея и моя вина! – заступилась за психотерапевта Надежда. – Аллу Владленовну мне рекомендовали как очень тонко чувствующего и интеллигентного человека. Как раз для таких случаев, как твой, – когда человек в здравом уме считает, что с ним все хорошо, и никогда не обратится за помощью. Для этого и существует «Тактическая психотерапия»…

– Как-как? – прервала ее Тася.

– Так фирма называется, где я работаю. Позвольте, я поясню, – поджала тонкие губы Алла Владленовна. – У нас в стране всегда что-то было не так с психиатрической помощью.

– Да что вы говорите? – забеспокоилась Тася.

Алла Владленовна не обратила на это внимание и продолжила:

– Во-первых, фактически сто процентов людей уверены, что если человек обращается к психотерапевту, то он ненормальный. А связи-то нет! Многие психические расстройства, поддающиеся коррекции, не делают человека недееспособным.

– Вы мне еще лекцию прочтите! – фыркнула Тася.

Но Алла Владленовна упорно ее не замечала, видимо, понимая ее «болезненное состояние».

– Во-вторых, психические расстройства тем и отличаются от других болезней, что человек их не замечает. Если болит сердце, он идет к врачу-кардиологу, сломал ногу – идет в травмпункт… то есть едет на «скорой». А вот если с психикой что-то не так, сидит дома.

– И что же у меня с психикой? – поинтересовалась Таисия.

– Вас интересует диагноз, коллега? – уточнила Алла Владленовна.

– Именно так, коллега, – ответила Тася, у которой внутри все кипело.

– Тревожно-депрессивный синдром, – ответила Алла Владленовна.

– Твою ж дивизию! – всплеснула руками Тася. – Вот я и докатилась до депрессии.

– Да, я знаю, депрессия очень привлекательное слово для простого обывателя и очень страшное для нас, врачей-психотерапевтов. Потому что если лечение будет неэффективным, то конечным результатом этого диагноза является полная апатия, абсолютное нежелание жить дальше, потому что это не приносит никакой радости, и как следствие – самоубийство, – развела руками Алла Владленовна под нервный вздох Надежды.

– Думаю, до этого еще далеко. Вы ошибаетесь, коллега! – сказала Тася.

– Зовите меня просто Алла, – предложила Алла Владленовна. – И вообще, давайте перейдем на «ты».

– Я думала, мы общаемся на равных, а оказывается, я была подопытным кроликом, причем без моего согласия, – возразила Таисия. – Или это концепция вашей «шарашки»?

– Ненавязчивая психиатрическая помощь – это наш конек!

– О, да! И все, видимо, рады! – засмеялась Тася, больше всего злясь не на эту импозантную даму, а на свою подругу.

– Не буду лукавить. Не все. Но такая острая негативная реакция – это тоже признак того, что ты нуждаешься в помощи. Ты же сама все понимаешь! В нашей стране раньше за любое инакомыслие, за нетрадиционную сексуальную ориентацию заключали в закрытые психиатрические лечебницы и там вводили в невменяемое состояние.

– Слава богу, сейчас не те времена! – отрезала Таисия.

– Алла, что ты
Страница 3 из 10

такое говоришь? Не ругай ее! – вступилась Надежда, но осеклась под строгим взглядом подруги, который красноречиво говорил: «раньше надо было думать».

– Сейчас другое время, но не лучше, – вздохнула Алла Владленовна. – У нас из крайности в крайность. Теперь действует такое законодательство, что без согласия пациента его нельзя ни осматривать, ни госпитализировать, как ты совершенно верно подметила. Только кому от этого стало хорошо? Какое согласие даст человек, находящийся в депрессии? Он только и может сказать, чтобы от него все отстали и оставили в покое. Разве какой-нибудь психопат согласится на то, чтобы лечиться, и даже признать, что он болен. И тогда начинаются проблемы у окружающих их людей. А сделать они ничего не могут, если только заболевший не будет нести реальную угрозу жизни себе или другим людям. Но это еще надо доказать. То есть он сначала должен кого-то прирезать в припадке или вскрыть себе вены.

– И тогда приходите на помощь вы, люди, прикидывающиеся друзьями, знакомыми? – поняла Таисия. – И лечите, влезаете в душу. А потом – упс! И у человека еще одно разочарование и нервный стресс от того, что он болен, – раз, от того, что его знакомый оказался врачом, – два, и, конечно, от предательства близкого окружения – три. Еще вопросы?

– А ты считаешь, что у тебя нет депрессии? – спросила Алла Владленовна.

– У меня трудный период в жизни, – ответила Таисия.

– Это как раз понятно, – качнула головой Алла.

– Нет, ты меня послушай! – прервала наконец-таки их диалог Надежда. – Таисия, ты на себя посмотри!

– Что? – не поняла Тася.

– Что-что? Ты же всегда была красавица! Стройная, высокая блондинка! Мечта любого мужчины! Следила за собой, красила волосы, пользовалась косметикой.

– Я? Я – да. Я такая! – не очень уверенно ответила Таисия.

– Ну! И что с тобой стало? Бледная моль с перепуганными глазами и грустным лицом. Ты когда последний раз волосы красила? У тебя уже полголовы седых волос! Выглядишь старше лет на десять. Ты пугаешь меня!

– Просто я больше ничего не хочу. Не хочу встречаться с мужчинами, не могу смотреть на счастливые семьи… Не верю я в это счастье, и вообще я больше никому не верю, – с тоской ответила Таисия.

– Ну и скажешь, что это не депрессия? – спросила Надя. – Ты сдулась, как проколотый воздушный шарик! А я, между прочим, за тебя переживаю. Ты подурнела, опустила руки, плюнула на себя! И все это из-за этого паразита, мелкого пакостника. Неужели ты думаешь, что это ты не женщина?! Да это он не мужик! Да и муженек твой тоже хорош! Ты мужчин-то настоящих не видела!

Таисия сидела абсолютно ошарашенная и уничтоженная такой «правдой жизни».

– И не воспринимай нас как врагов, – добавила Алла Владленовна.

– Вы хотите меня лечить? – спросила Таисия.

– Мы хотим помочь. И все будем согласовывать с тобой, – заверила ее психотерапевт.

– Таблетки? – вздрогнула Тася.

– Чем плох антидепрессант в минимальной дозе? – подняла брови Алла Владленовна. – Можно подобрать.

А Тася уже рыдала на плече у подруги:

– Неужели все так плохо?

– Дорогая моя, неужели ты думаешь, что, будь по-другому, я бы обратилась к Алле? Конечно, плохо! Но ты не отчаивайся! Мы обязательно все наладим.

Глава 2

После встречи с Надей и Аллой Владленовной Тася решила принять теплую ванну с ароматной пеной. Раньше это ее всегда успокаивало. Но не в этот раз.

«И руки-то, ноги у меня худые, длинные и нескладные… И вроде как живот наметился… И талия уже не та, и грудь маленькая, и сутулость… – всматривалась Тася в свое отражение в зеркале. – А чего я хочу? Возраст-то какой уже! Да, раньше я так не думала. Слава просто душу из меня вытащил! Раньше я ощущала, что жива как женщина, а теперь чувствую, что никому не нужна, – вела она сама с собой диалог. – Почему моя самооценка так зависит от того, есть у меня мужик или нет? Я сама по себе ничего не значу, что ли? Неполноценная? Может, это потому, что раньше я жила с мужем, плохо или хорошо – это другой вопрос. А теперь осталась одна и потерялась?» – Таисия уже поверила, что на самом деле больна и должна постараться сама вытащить себя из этого состояния.

На работу Тася явилась в хреновом настроении. Она даже хотела зайти к заведующему Василию Николаевичу Копылову и попросить отпуск. Разве могла она нести «доброе и полезное» пациентам, если сама была больна?

В ординаторской она снова уставилась на себя в зеркало. Такой страшной Таисия себя никогда раньше не видела.

– Ну и рожа у меня! – не сдержавшись, вслух произнесла она.

– Как всегда! – отреагировал ее коллега Олег Игоревич, высокий, худой мужчина в очках с толстыми линзами.

– Нет. Мне кажется, много хуже, – не согласилась Таисия, проходя за свой стол.

– Что за настроение? – спросил он.

– И ты заметил?

– Что именно?

– Что я стала страшная, – закусила губу Тася.

– Я заметил, что у тебя плохое настроение, – ответил Олег Игоревич и добавил: – Тебя заведующий для чего-то вызывал. Я по палатам. – И он покинул ординаторскую.

Таисия осталась одна.

Она обвела взглядом кабинет. Только сейчас заметила, насколько убогая у них обстановка.

Дешевые стеллажи из фанеры, заваленные документами и папками, выполняли еще и роль перегородок между столами врачей. Сами столы тоже выглядели не ахти – с обгрызенными углами, словно в них в приступе ярости вонзали свои зубы пациенты. На двух столах столешницы покосились, под ножки были засунуты старые газеты, сложенные в несколько слоев.

На подоконниках пластмассовые горшки с завядшими растениями. А вокруг зеркала без рамы, криво прикрученного к стене, и вовсе висел пластиковый вьюнок. Естественно, весь в пыли.

Вспомнив свое бледное лицо с темными кругами под глазами, дрожащие, обиженные губы, уныло висящие щеки, Таисия вздрогнула. Ну, точь-в-точь как на керамической фотографии на могильной плите!

Она вздохнула, стянула волосы в унылый хвостик и поспешила к заведующему отделением Василию Николаевичу, который ее зачем-то вызывал.

Пока Тася шла длинным больничным коридором, она окрепла в мысли, что необходимо попроситься в отпуск, пусть даже и за свой счет. Но заведующий встретил ее с распростертыми объятиями.

– Тасечка, проходи, садись! Только на тебя и могу положиться!

– В чем? – растерялась Таисия.

– В работе, конечно! Ты же у меня лучший психотерапевт. – Василий Николаевич сразу же взял быка за рога.

– Я? Не смущайте меня! Я пришла попросить отпуск, – промямлила Таисия.

– В отпуск? Только не сейчас! Дорогая моя, ты режешь меня без ножа!

– А что случилось-то? – поинтересовалась Тася. – Почему сейчас я так нужна?

– Я же говорю, ты мой лучший врач!

– Да ладно… – засмущалась Таисия.

– Ты ответственная, серьезная, порядочная! Нет, Таисия, серьезное дело я могу доверить только тебе!

– Какое дело? – спросила она.

– Присядь и послушай! Обратились ко мне люди прямо оттуда! – округлил глаза Василий Николаевич, указывая пальцем вверх.

Тася подняла глаза и тупо уставилась на дешевый пыльный плафон с тусклой лампочкой.

– Масштабнее бери! – словно прочитал ее мысли заведующий.

– А-а, выше!

– Прямо оттуда обратились! – заговорщически произнес Василий Николаевич, делая ударение на слове «оттуда».

– С того света,
Страница 4 из 10

что ли? – не поняла Таисия.

– Юморишь? Тася, ты что? С какого «того света»? Из определенных органов ко мне обратились! – Поднятый вверх палец не менял направления.

– От президента? – Таисия сделала понимающее лицо.

– Уже теплее! – обрадовался Василий Николаевич, приглаживая топорщащиеся усы. – Из Следственного комитета, из ФСБ, из разведки, до конца не знаю, да и не скажет мне никто правду! Но откуда-то оттуда, сверху, это точно! К нам в больницу доставили человека, который им очень нужен. Кто он и откуда – всё покрыто мраком, всё засекречено, понимаешь? Может, разведчик какой? Гипноз к нему, мне сразу же сказали, применять нельзя. Это будет приравнено к разглашению государственной тайны. Короче, это нельзя, то нельзя… Но дали понять, что человек важности первостепенной. Вот как!

– А он, случайно, не того? – покрутила пальцем у виска Таисия.

– Да ты что! Я так понял, что его надо снять с героиновой наркозависимости.

Тася даже присвистнула:

– Ничего себе, разведчик. Я думала, что таких на почетную пенсию провожают или с позором выгоняют, а не лечат в отдельной палате.

– Ну, это не наше дело, – туманно завел глаза к потолку Василий Николаевич. – Наше дело врачебное, помочь, чем сможем.

– А если он не слезет? Вы же понимаете, сколь невелик процент успеха. Как таким людям можно доверять? – поежилась Таисия.

– Еще раз говорю, это не наше дело. Меня попросили выделить ему лучшего врача, я его и выделяю. Это – ты. А там уж по схеме, как со всеми. Понятно, что очень многое будет зависеть и от него самого. Но это очень важная птица, поверь мне.

– А почему я? – раздраженно нахмурилась Таисия.

– Ну а кто? Я ж говорю, такое «счастье» на нас свалилось.

– Учтите, я не буду перед ним заискивать, несмотря на то, что он блатной, – сразу же предупредила Таисия.

– Да и не надо! Ты же прекрасный врач! Общайся с ним так же, как и со всеми, это устроит всех, – заверил ее заведующий. – Назначь ему всё, что посчитаешь нужным, самое лучшее, и, естественно, все услуги платного отделения им тоже будут оплачены. С деньгами у него полный порядок.

– Я рада за него, – буркнула Таисия, засунув руки в карманы халата.

Василий Николаевич, заметив ее настроение, интерпретировал его по своему.

– Да нет же, Тася! Ты не напрягайся! Может, он и важный тип, но я имел честь с ним познакомиться, мужчина весьма приятный, абсолютно без звездной болезни. Уверен, что у тебя не возникнет с ним никаких проблем.

– Я тоже на это надеюсь, мне только проблем на работе еще не хватало, – вздохнула Таисия и вышла из кабинета.

Она шла по знакомому до боли больничному коридору и думала, что же ей делать с так неожиданно свалившимся на нее пациентом.

В своем воображении она нарисовала почему-то тучного мрачного мужчину со следами всевозможных пороков на лице, озлобленного на весь мир. Дай этому блатному всё самое лучшее и сразу, словно по мановению волшебной палочки… Знала Таисия таких виповских пациентов, занимающих индивидуальные палаты, и терпеть их не могла.

Вот и нужная палата. Таисия распахнула дверь и просто остолбенела.

На больничной койке страстно целовались мужчина и яркая лохматая блондинка. Застуканные на месте преступления, они резко отпрянули друг от друга. Девушка одной рукой пыталась одернуть короткую юбчонку, второй застегивала блузку нежно-персикового цвета.

– Стучаться надо, – недовольно буркнула она, приглаживая длинные светлые волосы.

– Мне? – удивилась Тася. – Я вообще-то врач и пришла к своему пациенту в больничную палату, а не в бордель.

Девушка смерила ее презрительным взглядом и обернулась к мужчине:

– Ну, пока! Лечись как следует! Докторша у тебя строгая, не приведи господи! – Она криво ухмыльнулась пухлыми губами с размазанной красной губной помадой и, виляя бедрами, выплыла из больничной палаты, обдав Таисию ударной волной китайского парфюма.

Таисия перевела взгляд на своего пациента, и щеки у нее загорелись, словно от пожара. На кровати сидел мужчина лет тридцати пяти – сорока, с приятным курносым лицом и веселыми темно-карими глазами. Пижамные брюки небрежно висели на узких бедрах, а задравшаяся футболка темно-синего цвета открывала миру накачанный волосатый живот. Почему-то Таисия поймала себя на мысли, что это зрелище ей кажется невероятно сексуальным.

«Что может быть сексуального в мужском мохнатом животе?» – сама себя спросила Таисия, но ответа не нашла.

Мужчина, словно проследив за ее взглядом, одернул футболку. Тася вздрогнула и подняла глаза. Пациент улыбнулся, а она с ужасом отметила, что у него привлекательная белозубая улыбка и ямочки на щеках. Тася почему-то снова впала в ступор. То есть, выходило, ей на мужчину нельзя было смотреть ни снизу, ни сверху. Любой взгляд ввергал ее в смущение.

«Точно старая стала», – подумала Таисия.

– Да нет, еще ничего, – сказала мужчина.

– Что? – не поняла Тася.

– Не очень еще старая, говорю, – пояснил он.

– Я вслух это сказала? – испугалась она. – Не обращайте внимания! Это я так.

– Так вы мой доктор? – Мужчина улыбнулся и встал с кровати. – Мне сказали, что дадут лучшего, но я не знал, что это будет женщина. Разрешите представиться – Максим Юрьевич Балагуров, можно просто Максим, лучше Макс. – И мужчина, против всех правил приличия, первым протянул ей свою широкую и теплую ладонь.

Таисия не была маленького роста и хрупкой, но когда пациент приблизился, почувствовала себя именно такой. Мужчина казался и высоким, и широкоплечим. Она тупо уставилась ему куда-то в область кадыка, считая на его накачанной шее сине-багровые пятна неизвестного происхождения.

– Ну, так как вас зовут, прекрасная незнакомка? – спросил он.

– А… Тася… Таисия Романовна, я ваш лечащий врач, – наконец пришла она в себя.

– Очень приятно.

– И не превращайте палату черт знает во что, – буркнула Таисия.

– Я обязательно исправлюсь, – пообещал он, всё так же лучезарно улыбаясь. – По крайней мере, постараюсь.

Таисия прошла к столу и положила на него тонометр.

– Присаживайтесь, я измерю вам давление, – пригласила она пациента.

Максим положил руку на стол, Таисия стала надевать ему манжету и невольно обратила внимание на его вены. Она часто работала с наркозависимыми людьми и видела многое, но с такими изуродованными венами сталкивалась впервые. По всей руке были синюшно-багровые следы и рваные раны с засохшейся кровью.

– Господи, вы что, шилом кололись, что ли? – невольно вырвалось у нее.

Пациент промолчал. Таисии даже страшно было затягивать манжету на таких ранах, но пришлось это сделать.

– Давление слегка повышенное. Голова болит, кружится? Двоение в глазах, шум в ушах? – спросила она.

– Голова иногда болит, а больше ничего, – ответил он, закидывая ногу на ногу.

Таисия профессиональным взглядом внимательно посмотрела на Максима. Ни о каком унынии, депрессии и склонности к суициду не могло быть и речи. Она отметила лишь непонятные пятна на шее да легкий тремор кончиков пальцев.

– Что вас беспокоит? – спросила она.

– Вы не поверите, Таисия, ничего, – засмеялся Максим. – Я вполне доволен жизнью.

– Я вижу. А здоровье? – уточнила она.

– И со здоровьем у меня все в норме. Единственное, очень хочется курить, – ответил
Страница 5 из 10

он.

– Я не могу это приветствовать, но курение у нас в стране не запрещено, поэтому в курилке в конце коридора на лестнице можете предаваться этому пагубному занятию. Что еще? – Таисия чувствовала себя учительницей шаловливого ученика.

– А еще мне хочется выпить, – вдруг выдал он и рассмеялся. – Шучу! Видели бы вы свое лицо! Вы всегда такая серьезная?

– С рождения, – ответила Тася.

– Так это очень печально, – вздохнул Максим.

– Это с какой стороны посмотреть. Далеко бы мы ушли, если бы все были такими шутниками, как вы, – не согласилась она. – Мне нужны от вас честные ответы на мои вопросы.

– А я честен как никогда! – округлил он глаза. – Пивка бы холодного.

– Какие наркотики принимали? – строго спросила Таисия.

– Героин.

– Как долго?

– Месяца два, точно не скажу.

– Какие еще наркотики пробовали? Курили что-нибудь?

– Нет. Только героин, – ответил Максим. – Это честно. А в обычной жизни я много курил и иногда выпивал.

– Вот бы и дальше продолжали в том же духе. Чего вас потянуло на подвиги? – вздохнула она. – Я вам назначу все анализы на завтрашнее утро, кровь, электрокардиограмму, флюорографию, электроэнцефалограмму.

– Сомневаетесь в работе моего мозга? – уточнил Максим.

– Надо удостовериться, что он есть, прежде чем мы его начнем лечить. – Таисия решила разговаривать на его же языке.

– Вот это вы хорошо сказали! – отметил Максим.

– А еще каждый день у вас будут брать кровь на анализ, на наличие наркотических веществ. И если только хоть раз эти вещества появятся, вы покинете больницу. У нас койко-место занимают те, кто хочет действительно вылечиться. Случайные люди здесь не нужны.

– Чего занимают? Койко-место? – уточнил Максим. – Сурово! Но я не собираюсь в ближайшем будущем принимать наркотики!

– Вот и хорошо! – без всяких эмоций сказала Таисия. – Но мой лозунг – «Доверяй, но проверяй!». Если вы не согласны, то нам не по пути!

– Чего же вы меня так в штыки принимаете?! Мне всегда по пути с красивой женщиной.

Таисия решила не обращать внимания на выходки нового пациента.

«И к такому я тоже привыкла! Видно же, что форменный бабник! Фигура, горящие глаза, эти улыбочки, ямочки. Но он четко должен понимать, что всё это не у меня в отделении».

– Вы о чем задумались? – спросил Максим, заглядывая Таисии в глаза.

– О вашем лечении. Ломка есть?

– А вы сами не видите? – усмехнулся он.

– Ведете вы себя не как наши обычные пациенты, но по некоторым признакам я могу предположить, что есть.

– Если вы хотите спросить, хреново я себя чувствую или нет, то скорее первое, но я справляюсь, – ответил он.

– Я не сомневаюсь, но лечиться придется. Я назначу вам антидепрессант раз в сутки, транквилизатор на ночь и еще пару лекарств, которые помогут пережить вам неприятные ощущения в организме. Некоторые витамины и добавки для нервной системы я скорректирую после того, как получу ваши анализы.

– Спасибо, доктор, – козырнул Максим.

Она пыталась сделать серьезно-неприступное лицо, но почему-то не смогла – просто растерялась, и всё.

– Я свободен? – спросил Максим.

– В смысле? – встрепенулась Таисия.

– Курить хочу.

– А, это… Идите. Только территорию больницы покидать нельзя, – сказала она.

– Конечно, нет! – и Максим прошел мимо нее, слегка прихрамывая на одну ногу.

Тася вслед за ним вышла из палаты, но направилась в противоположную сторону.

В коридоре ее окликнула худенькая пожилая женщина во фланелевом халате мрачноватой расцветки. Тася сразу же узнала свою пациентку, которую наблюдала уже много лет.

– Таисия Романовна, здравствуйте! – мяла старушка носовой платок в сухоньких рученьках.

– Лидия Васильевна! Здравствуйте! – улыбнулась Таисия. – Вы ко мне?

– Если бы. В этот раз уж как я просилась к вам, к своему лечащему врачу, но все палаты оказались заняты, и меня положили к Олегу Игоревичу, – пояснила она.

– Хороший доктор, – успокоила ее Тася.

– Таисия Романовна, вы же знаете, я только к вам хочу! Я ж к вам из другого города… А тут… А у меня такой кризис, такое обострение…

– Хорошо, успокойтесь. Я что-нибудь придумаю. Я поговорю с Олегом Игоревичем. Даже если вы останетесь в его палате, я могу проводить с вами сеансы психотерапии. А если у меня освободится место, я вас переведу.

– Вот это было бы замечательно! – просияла Лидия Васильевна. – Я ж так к вам привыкла, ехала к вам! Да я бы не легла никогда к другому врачу, но сейчас мне так плохо…

– Хорошо, что вы меня нашли, – сказала Тася. – Я всё поняла и буду вас иметь в виду.

– Если что, у меня есть жилье, – хихикнула старушка.

– Какое жилье? – не поняла Тася.

Пациентка вытащила носовой платочек и вытерла слезящиеся глаза.

– Симпатичный молодой человек, с которым вы вышли из палаты, мне понравился. Я успела с ним поговорить, – озорно сказала Лидия Васильевна, аккуратно складывая платочек и пряча его в карман халата.

– Где вы успели пересечься? – удивилась Таисия.

– В курилке, вот там и разговорились. Я ему сказала, что хотела лечь к доктору Перовой, а мест нет. Что буду проситься к ней, потому что хочу лечиться только у нее. А этот молодой мужчина ответил, что он лежит в палате как раз у вас. У него большая одноместная палата, и, если что, он потеснится и пустит меня к себе. Таисия Романовна, а можно так сделать? Человек сам предложил, он не против.

– Дорогая Лидия Васильевна, боюсь, вряд ли получится. У нас никогда в жизни не практиковались совместные мужские и женские палаты, – ответила Таисия.

– Ой! Да чего вы такое удумали?! Какие у нас мужчины – женщины? Я ему в бабушки гожусь! Но очень привлекательный мужчина! Просто очень! Молодежь бы сказала – сексуальный, – пояснила Лидия Васильевна.

«Значит, не одной мне показалось, – подумала Таисия. – Даже Лидия Васильевна почувствовала от Максима какую-то энергетику».

– Так мне к вам не перебраться? – гнула свою линию пожилая женщина.

– Я обязательно подумаю над этим вопросом, – пообещала ей Таисия.

Старушка зашмурыгала по коридору по своим делам.

Таисия Романовна прошлась по своим палатам, поговорила с больными, чтобы скорректировать назначенное лечение.

Чем была хороша работа врача в больнице, так это тем, что работаешь до двух-трех часов дня – и свободна. В больнице остается один дежурный врач на отделение, и всё. Таисии тоже выпадало по несколько дежурств в месяц, но это было не страшно.

Подходя к своему кабинету, она лоб в лоб столкнулась с хирургом Иваном Александровичем, которого они иногда вызывали к ним в больницу.

– А я к вам, – заулыбался он.

– Ко мне? Я не вызывала, – сразу же ответила Таисия.

– Максим Юрьевич Балагуров ваш пациент? – уточнил Иван Александрович.

– Мой, – ответила Тася.

– Значит, я к вам.

– Ну что ж, проходите, – пожала плечами Таисия. Пока она ничего не понимала.

Она вошла в кабинет и села за стол, предложив Ивану Александровичу стул для посетителей.

– Я вас слушаю.

– А это не вы отправили его ко мне в Институт Вишневского? – спросил хирург. – Сегодня утром?

– Нет, не я. Я только недавно с ним познакомилась. Его принимал заведующий, наверное, он и отправил к вам. А зачем? – поинтересовалась она.

– Вы шутите, Тася? Его привезли без сознания. Я вот принес
Страница 6 из 10

результаты. Сотрясение головного мозга, перелом двух ребер, ушиб селезенки, гематома печени, ножевое ранение в бедро… Выдраны два ногтя с пальцев ног. Еще его душили, от чего он получил травму кадыка…

Таисия не проронила ни слова, только глазами хлопала. А Иван Александрович продолжал:

– Торс покрыт синяками, гематомами, много следов от прижигания сигаретами… Но угрозы жизни нет, а это главное. Так что лечите ему психику. Плохо, что у вас нет перевязочной, потому что Максиму Юрьевичу нужно обрабатывать ожоги и ушибы.

– Вы напишите всё, что нужно, – прервала его Таисия, подвигая коллеге раскрытый блокнот.

Хирург взял с ее стола шариковую ручку и принялся строчить.

– А вы не знаете, кто он? – робко поинтересовалась Таисия.

– В смысле? А-а, кто он… – усмехнулся Иван Александрович. – Это же ваш пациент, я не знаю, но по телефону его называли «товарищ полковник».

Иван Александрович придвинул блокнот Таисии и поднялся.

– На сегодня всё? Я могу откланяться?

Таисия тоже встала и проводила его до двери.

– Спасибо, Иван Александрович. Если что, я позвоню…

После ухода хирурга Таисия почувствовала себя словно оплеванной. Слова «это же ваш пациент» звучали у нее в ушах. Таисия была максималисткой и всегда считалась хорошим знающим врачом. А тут просто провалилась в какую-то яму самоуничижения. Она укрепилась в мысли, что на самом деле больна и что ее на пушечный выстрел нельзя подпускать к пациентам, которые ждут от нее помощи, заряда энергии, позитива, каких-то внутренних чудодейственных сил. А какой заряд может дать сдохший аккумулятор?

«Передо мной был избитый и кем-то замученный человек. Эти синие пятна на шее от того, что Максима душили. А я даже не подумала об этом, стояла дура дурой, самодовольной и эгоистичной. Тоже мне врач! Я даже не послушала своего пациента. Мысли, видите ли, у старой дуры возникли эротического толка! Идиотка! Не хотела его обнажать… А вот если бы мой пациент разделся, то я бы увидела и ссадины, и гематомы, и ожоги от сигарет. Только увидела ли бы я это? Меня же волнует только собственное самочувствие и ощущения. Да еще эта улыбка Максима, просто сбивающая с ног. Человека били, пытали, а он даже не пожаловался, ни разу не обратил мое внимание на свои увечья. Вырвали ногти на ногах… – содрогнулась Таисия. – Господи, как это, наверное, больно, а Максим ничего не сказал, когда имел честь любоваться на мое унылое лицо…»

Договорившись с коллегой о временной отлучке, она вышла с работы и отправилась по аптекам с листочком, который оставил ей Иван Александрович. Тут-то и началась расплата за невнимательное отношение к пациенту.

В трех аптеках ей сказали, что таких медикаментов нет, в четвертой она купила только одно лекарство, но Тася не сдавалась. Стоило ей это стертых ног, колоссальной усталости и шести часов времени. Но она купила все необходимые лекарства. Таисию мучила совесть, что она невнимательно отнеслась к своему пациенту. Надо же! Она отметила, что он целовался с какой-то лахудрой, а что на нем места живого нет, не заметила. И это обстоятельство Таисию раздражало больше всего. Поэтому она решила исправить свое упущение и позаботиться о здоровье Максима, а заодно поинтересоваться, что же на самом деле с ним произошло.

Глава 3

В больнице жизнь шла своим чередом. Закончились процедуры, прошел ужин. Больные, готовясь ко сну, разбрелись по палатам, некоторые общались друг с другом в холле, удобно устроившись в мягких креслах.

Таисия простучала каблучками по больничному коридору к палате Балагурова, распахнула дверь и почувствовала себя, как в фильме «День сурка».

В палате был приглушен свет, тихо играла музыка, а на кровати в страстных объятиях сплелись две тени. Таисия застыла на пороге, прижимая к груди пакетик с лекарствами. Говорить она не могла. Да и что она могла сказать? Ее рабочий день уже давно закончился, и объяснить, что она делает в палате пациента в такое время, она не смогла бы.

Максим сам заметил ее и отстранился от своей девушки.

– Вот и мой доктор, следящий за мной двадцать четыре часа в сутки, – громко произнес он.

– Извините, – попыталась сделать хорошую мину при плохой игре Таисия.

– Я пойду? – робко пискнула черноволосая коротко стриженная девица с нахально вздернутым носиком, засовывая выбившуюся кофточку в клетчатую юбку.

– Пожалуй, пора, – поддержал ее Максим, не дав Таисии разразиться очередной тирадой типа: «Я же предупреждала, что здесь не публичный дом, не дом свиданий, поэтому прекратите миловаться. Если вы легли в одноместную палату, это не дает вам право ночевать тут вдвоем!»

Девушка быстренько сунула ноги в туфли, встала, махнула своему любезному рукой и легкой тенью выскользнула из палаты. Максим облокотился на подушку и подпер голову рукой.

Возникла пауза. Оба молчали, не зная, что сказать.

Наконец, Максим улыбнулся:

– Ночной обход?

– Процедуры, – коротко бросила Таисия и положила пакетик с лекарствами на ночную тумбочку.

Она смутилась, так как такая быстрая смена подружек Максима привела ее в недоумение. Такого она еще не встречала! Из задумчивости о нелегкой женской судьбе и о кобелиных наклонностях своего пациента ее вывел веселый голос Максима:

– И какие меня ждут процедуры?

Тася вздрогнула. Голос у него был невероятно красив и сексуален. Такой вкрадчивый, бархатистый баритон с хрипотцой.

– Раздевайтесь! – строго приказала она.

– Совсем? – спросил Максим абсолютно спокойно.

– Можно по пояс. – Таисия строго посмотрела ему в глаза.

– Извините, мне снимать низ или верх? – спросил вежливо Максим.

– О господи! Ну, конечно, верх! – смутилась Тася.

– Почему вы так возмущаетесь, Таисия? Это очевидно для вас, а не для меня. Может, вы укол пришли мне поставить? – Максим приблизился к ней, стянув через голову футболку.

– Я не медсестра, – огрызнулась Тася и заткнулась, уткнувшись взглядом в его обнаженный торс.

У Максима были широкие плечи, мощные руки, волосатая грудь, но все это великолепие было покрыто жуткими ссадинами. Пауза с ее стороны затягивалась.

– Что это? – спросила она наконец.

– Где? Вернее, что вы имеете в виду?

– Это побои?

– Нет, это поцелуи, – усмехнулся Максим. – И что?

– Вот их я сейчас и обработаю этими мазями. – Таисия развязала аптечный пакетик, радуясь, что в палате полумрак и не видно, что она красная как помидор. – Почему мне о побоях не сказали?

– Вы спрашивали только о наркотиках, я не думал, что это важно, – нервно дернул он плечом.

– Я ваш лечащий врач и должна знать всё. Для меня каждая мелочь важна! – сказала она, откручивая колпачок у одного из тюбиков с мазью. – Повернитесь спиной! – несколько резковато скомандовала Тася, чтобы скрыть свое смущение.

– Слушаюсь!

Максим повернулся. Таисия с ужасом уставилась на следы ожогов на его спине, их было столько, словно рота солдат тушила об него свои окурки.

– Что с вами делали? – спросила она вдруг севшим голосом.

– Ничего особенного, не переживай, милое создание… – Максим попытался обернуться к ней, но был остановлен ее холодными и крепкими ладошками.

– Стоять, не двигаться! Мы с вами на «ты» не переходили вроде. Или я что-то путаю? И я не «милое создание».

– Да-да, я помню. Вы –
Страница 7 из 10

строгий доктор!

– Именно так! – подтвердила Таисия и начала яростно втирать мазь.

Она чувствовала, что ему больно, но Максим молчал, а она втирала и втирала, пока он всё-таки не спросил:

– Извините, а у вас миссия меня вылечить или стереть в порошок?

Таисия не выдержала и рассмеялась. Впервые за долгое время.

– Вообще, я пришла вам помочь…

– Похвально! – В голосе Максима звучала улыбка.

– Вот входишь с желанием мира и добра, а тут…

– И что? – Максим обернулся к Тасе, демонстрируя привлекательную ямочку на щеке.

– И желание пропадает само собой, потому что видишь явное нарушение больничного режима!

– Так жизнь ведь продолжается! – воскликнул он.

– У вас она бьёт ключом! – ответила Таисия, старательно втирая мазь.

– А у вас, видимо, нет?

– А вот это вас не касается, – отрезала она.

– Давно замужем? Без страстей? – не сдавался Максим.

– Давно не замужем. И при чем тут страсти?

– Чего так? Или вы из тех гордых женщин с тоскливым взглядом, которые говорят, что лучше будут одни, чем с кем попало?

– А вы знаток, я смотрю, женщин? – хмыкнула Таисия, заворачивая колпачок на тюбике мази.

– Кое-что понимаю, – ответил Максим, поворачиваясь к Тасе лицом.

– Которая из сегодняшних ваших посетительниц ваша жена? – задала Таисия наиглупейший вопрос. – С кем мне говорить о вашем здоровье?

Она стала свидетельницей наипротивнейших сцен лобзания Максима с женой и любовницей, только не знала, в какой последовательности.

– Ты про девушек? – засмеялся Максим, опять срываясь на «ты». – Я не женат. И вряд ли они будут справляться о моем самочувствии у доктора.

– Чего так? Им все равно? – с самым серьезным видом подняла брови Таисия. – Я имею в виду не ваше, извините, кобелиное здоровье.

– С кобелиным здоровьем у меня все нормально, а другое здоровье – ерунда! – отмахнулся Максим.

– Ну, кто чем живет, тот о том и заботится, – Таисия принялась шарить в пакетике, вытаскивая лекарства.

Максим усмехнулся и вдруг попытался ее обнять. Таисия отшатнулась, как от надвигающегося паровоза, влепила ему пощечину и зашипела как гремучая змея:

– Руки прочь! Я лучше сдохну, чем еще хоть раз доверюсь какой-нибудь похотливой твари, как ты! Я вас ненавижу!

– Да ты больная, что ли? Тебе самой лечиться надо! Ты не женщина… – отступил Максим.

– Очень хорошо! Так и запиши: НЕ БАБА, не приставать! – красная и разгоряченная, Таисия была вне себя.

– Я и не собираюсь.

– То-то руки распускаешь! Мало тебе баб? – прищурилась она. – Все равно с кем?

– Как это «всё равно»? Ты же видела, какие девчонки у меня красивые да ладные.

– И счастливые, – добавила Таисия.

– С таким мужчиной, как я, все счастливые! Я – праздник! – подтвердил он.

– Фейерверк!

– Да!

– Петарда ты! Причем китайская!

– А этого ты не знаешь, вот попробуй и…

– Сейчас в глаз получишь!

– Понял. Ты ревнуешь, – кивнул Максим.

– Так у тебя еще и мания величия, – покачала головой Таисия, заправляя волосы под шапочку.

– Ты это произнесла как диагноз, – сказал Максим.

– Так это и есть диагноз, – подтвердила она, устало потерев переносицу.

– Я просто люблю женщин, а они любят меня! – воскликнул он.

– Прекрасно, поздравляю! Взаимная любовь – это прекрасно! Ой! Мамочки! – вскрикнула Таисия, хватаясь одной рукой за свое лицо, другой за голый торс Максима.

– Что? Что такое?! – забеспокоился он.

– Ой, мамочки! Помоги! Глаза щиплет! Мазь попала! Мамочки! Как больно! Я без глаз останусь!

Максим среагировал невероятно быстро. Он сгреб Таисию в охапку и потащил в туалет.

– Держись! Только держись! – шептал он.

– Глаза! Я потеряю зрение! Там что-то течет! – кричала Таисия, которую на самом деле раздирала дикая боль.

Максим поставил ее на ноги возле раковины и нагнул. Зажурчала вода, и он начал интенсивно умывать ее, приговаривая:

– Терпи! Потерпи немного! Ну, хорошая моя! Расслабься! Доверься! – И лил и лил воду ей на лицо и тер своими руками. – Ну, меньше щиплет? Скажи! Тебе лучше?!

– Щиплет меньше, но все равно больно, – по-честному ответила Таисия.

Он повернул ее к себе лицом. Она ощущала его теплые ладони на своих мокрых, холодных щеках.

– Открой глаза!

– Нет! – еще больше зажмурилась Тася.

– Открой, говорю, глаза! Доверься мне! Ну, не будь ребенком! Кто из нас доктор – ты или я?

– Я боюсь! Вдруг глаза вытекут?

– Ну, с чего они у тебя вытекут? Успокойся! Я с тобой! Мы все хорошо промыли! Теперь можно открыть! Держи меня за руку! Ну, давай!

– Мне надо вытереться. Тогда я открою, – дрожала она, вцепившись в его голое тело.

Внезапно Максим ее оставил.

– Ты куда? – запаниковала Тася.

– Я сейчас! Черт! Здесь нет никаких полотенец! Ни бумажных, ни простых… Послушай, снимай халат, я помогу!

– Халат?! – Таисия испугалась. – Нет. Я не могу, там белье. – Тася так спешила за лекарствами Максиму, что не стала переодеваться и накинула верхнюю одежду прямо поверх халата.

– Снимай, говорю! – И она почувствовала, как Максим начал расстегивать пуговицы.

– Вытирайся, вот так… – Голос Максима вернул ее на землю. – Ну, открой глазки! Всё хорошо!

Веки Таисии дрогнули.

– Ой, Максим, все расплывчато!

– Ничего-ничего! Проморгайся! – держал ее за плечи Максим.

– Так щиплет… – сказала Тася и посмотрела на Максима.

На его губах играла легкая улыбка.

– Ты похож на чеширского кота.

– Уже хорошо, что не на Дракулу, – ответил Максим, с тревогой всматриваясь в ее лицо.

– Как это ты меня так легко сюда принес? – удивилась Тася. – Такая сила, сразу и не скажешь.

– Я сам удивляюсь! Выброс адреналина, наверное, – развел накачанными руками Максим.

– Все шутишь?

– Напугала ты меня до смерти! Ничего себе доктор! Мазала меня чем-то, мазала… И вдруг как закричишь, что ослепла! Да я чуть премию в миллион долларов не взял! То есть не стал первым мужчиной, который родил. Нет, сначала у меня мелькнула мысль, что ты ослепла от моей красоты, но потом я понял, что всё серьезно. А уж то, что глаза надо промывать, если в них что-то попало, это всем известно, – пояснил Максим.

– Спасибо, ты меня спас, я растерялась, – честно призналась Таисия.

Именно в этот момент хлопнула дверь туалета, Тася с Максимом обернулись, но там уже никого не было, только мелькнул белый халат.

– Черт! – выругалась Тася.

Глаза у нее резало, по щекам текли слезы.

– Тебе словно в лицо прыснули перцовым баллончиком, – отметил Максим.

– Ощущение, что в слизистую глаз втерли мазь, состоящую из сплошного васаби, – ответила она и отвернулась.

И сразу же увидела в зеркале страшную, мокрую, полуголую тетку с красным, опухшим лицом и заплывшими глазами.

– Господи, это я?.. – ахнула Тася.

– Конечно, ты!

– Это катастрофа! А я-то, дура, раньше думала, что страшная! Бога гневила! Вот и доигралась! Теперь-то я на кого похожа? – чуть не плакала Таисия.

– На сеньора Помидора, то есть сеньориту Томат! – ответил Максим. – А я как-то не заметил, что ты страшная. Очень даже ничего себе дамочка!

– Вот именно, «ничего», – вздохнула Тася. – А когда ты меня разглядеть успел? Видел-то один раз, и то другим был занят!

– Мне достаточно один раз посмотреть, чтобы оценить внешность женщины! А сейчас главное, что глаза на месте, все заживет. Меня спасала,
Страница 8 из 10

а сама пострадала! Докторица ты моя, – произнес Максим с нежностью и весьма целомудренно поцеловал ее в лоб.

На этот раз Таисия от него не шарахнулась.

– Дай мне халат.

– Он мокрый весь.

– Ну надо же хоть чем-то прикрыться.

– Держи, – Максим отдал ей халат. – А теперь звони.

– Кому? – удивилась она.

– Окулисту! Глаза-то проверить надо.

– Максим, всё нормально! Болит, но уже не так сильно. Сама врач – разберусь, – выдохнула Тася и посмотрела на Максима.

В глазах ее застыл смех.

– Ты чего? – даже растерялся он.

– Ты на себя посмотри! Ой, не могу! Заплакала бы от смеха, но больно!

– Настолько смешной? – Максим придвинулся к зеркалу и обомлел.

Его пижамные штаны можно было выжимать. Он с таким усердием плескал в лицо Таси водой, что не заметил, как залил все вокруг и себя в том числе. Голый торс был покрыт мало синяками и ожогами, так еще и какими-то зелеными и бордовыми разводами от мази.

– Мамочки мои! – выдохнул Максим. – Чем ты меня раскрасила? Я ведь не ветрянкой болею, чтобы меня так разукрашивали!

– Я не знаю! – захохотала Тася. – Когда намазывала, одна мазь была белой, другая – прозрачной. Видимо, реакция произошла.

– Ничего себе – реакция! Мне теперь только в цирке выступать, причем без костюма! – отметил он.

– А девушки любят клоунов! – успокоила его Таисия. – А вообще-то, мне пора домой! Пациента я вылечила.

– Это да! – с чувством вздохнул Максим. – У меня был прекрасный вечер. Я целовался с симпатичной девушкой, чувствовал себя хорошо, тут врываешься ты, мажешь меня какой-то гадостью с благими намерениями, потом мажешь себе глаза, доводишь меня до нервного состояния, а теперь я еще и выгляжу как матрешка. Слушай, а психотерапевт – это тот, кто из нормального человека делает психа? Тогда ты – лучшая!

– Нет, работа психотерапевта заключается несколько в другом, – уклончиво ответила Таисия.

– А вот с этим проблемы! – покачал головой Максим. – Ты учти, я лег сюда не по собственной воле, это за меня так переживают мои товарищи.

– С наркотической зависимостью справиться в одиночку нереально, – сказала Тася.

– С ней только в одиночку и можно справиться! – Максим стал совершенно серьезным.

– И что? Не тянет?

– Нет. Я бы добровольно свою жизнь «волшебному дракону» не отдал. Я в такие игры не играю. Я работал по одному делу… В общем, внедрился в одну нехорошую компанию. Нехорошие дяди ежемесячно в Москву по несколько килограммов героина доставляли.

– И что? – затаила дыхание Тася.

– Теперь не доставляют, выведены на чистую воду и обезврежены, то есть арестованы.

– Благодаря тебе? – спросила Таисия, часто-часто моргая глазами от рези.

– Не без моего участия, – уклончиво ответил Максим. – Дело в том, что перед этим меня разоблачили, по-глупому так. Девчонку-наркоманку предложили убрать, я, естественно, не смог, ну и прокололся. Так меня подсадили на эту дрянь, чтобы разговорить. Поэтому я себе такую долю не выбирал и соскочить мне легче будет. Если бы я почувствовал, что не смогу, руки на себя наложил бы, но не подчинился тому, что навязывают мне против воли.

Таисия слушала, открыв рот.

«Ну, конечно! Как же я не поняла сразу! Поэтому у него вены в таком состоянии! Он не сам кололся, а, наоборот, сопротивлялся», – дошло до нее.

– А к окулисту тебе все-таки надо! – посоветовал ей Максим. – Слушай, пошли отсюда, что-то у меня голова кружится.

Он подхватил Таисию под руку и вывел в коридор. Тут их пути разошлись – она отправилась в ординаторскую, а он в свою палату.

Глава 4

– Нет, я, конечно, чувствовал, что с тобой что-то не то происходит, но чтобы до такого дошло! – разводил руками заведующий отделением Василий Николаевич.

Дело происходило на следующее утро в его кабинете, куда он вызвал Таисию Романовну.

– А что такого произошло-то? – недоумевала Тася.

– И ты еще спрашиваешь?! – И Копылов всплеснул руками так, что со стола слетели какие-то листки с назначениями, но Василий Николаевич даже не заметил. – Зачем ты на ночь глядя вернулась в больницу? Ведь было не твое дежурство!

– Я врач! А это звание круглосуточное! Я пришла лечить своего пациента, раны которого не увидела в первый раз!

– Угу, и поэтому нанесла ему новые? На него же смотреть страшно! Ты чем его изрисовала? Все отделение ржет!

– Да я не знаю, как так получилось! Видимо, эти мази нельзя было использовать вместе. Реакция какая-то произошла. Химическая, – пояснила Таисия.

– Это в голове твоей реакция произошла… Не знаю, химическая или какая еще! Ты зачем с пациентом занималась любовью в туалете? Тася, ты такая серьезная женщина, уж от кого, от кого, но от тебя я не ожидал такого! Я уже наслышан, конечно, что новый пациент пользуется бешеным успехом у женщин… Наши медсестры аж визжат от радости! А он им – шоколадки, цветы… Не отделение, а цирк какой-то… Вот и ты, мой лучший врач, туда же! А ведь совсем недавно с ним познакомилась. Вот я и спрашиваю, что в нем такого особенного?!

– Мы с Максимом Юрьевичем ничем таким не занимались! – воскликнула Таисия. – Вы за кого меня принимаете?!

– Ты визжала как резаная, а он все приговаривал: «Ниже! Ниже наклоняйся! Терпи! Все будет хорошо!» Бедная постовая медсестра прибежала на ваши крики и увидела вас полуголых, кувыркающихся у раковины! Он что, и правда такой самец?! – блеснул глазами Копылов.

– Прекратите! – вспыхнула Таисия. – Какое вы имеете право меня оскорблять?! А даже если это и правда, это моя личная жизнь!

– Но не в больнице же этим заниматься! – возразил ей Василий Николаевич.

– Мы глаза промывали!

– Какие глаза? – не понял заведующий.

– Мои глаза! Мои! Мне мазь попала в глаза!

– А почему ты кричала?

– Я кричала от боли и испуга, что потеряю зрение! Максим меня спасал!

– Все-таки уже Максим, а не Максим Юрьевич? – усмехнулся Василий Николаевич.

– Да что вы ко мне привязались? – Таисия чуть не плакала.

– Я жалею, что познакомил тебя с этим типчиком! Может, мы освободим его место для другого пациента, более нуждающегося в лечении?

– Делайте что хотите! Вы его положили, навязали мне и теперь говорите черт знает что! – вспылила Таисия. – И вообще, я хороший врач, и это единственное, что вас должно интересовать!

– Ты думаешь, я не переживал, когда ты с мужем разошлась? Связалась с этим мерзавцем… Я же видел, что твоя жизнь летит под откос, я видел, как ты поникла, потерялась.

– И вы туда же! Еще диагноз мне поставьте! – воскликнула Таисия.

– Да тут и ставить нечего. Ясно, что без депрессии не обошлось. Но после таких потрясений в личной жизни это и неудивительно.

– Что же вы раньше мне ничего не говорили?

– А зачем тебя еще больше расстраивать? Самое лучшее средство – чем-то отвлечься, больше работать. Вот я и хотел загрузить тебя работой. Я же не знал, что тебя так прорвет!

– Ничего меня не прорвало! Я работаю! Вы что, не видите, что у меня с глазами?!

– Вижу! Но я-то думал, что это от бессонной ночи с пациентом, да, может, еще и выпили для расслабухи! – хмыкнул Василий Николаевич и принялся подбирать бумаги с пола.

– И что вы хотите? – передернула плечами Таисия.

– Несколько ночных дежурств, так сказать, в отработку!

– Хорошо.

– И чтоб ни-ни! Еще один прокол – уволю!

– Поняла.
Страница 9 из 10

Я могу идти?

– Свободна! – кивнул заведующий.

Но не успела Таисия встать, как открылась дверь и в кабинет вошел красивый, видный мужчина в элегантном темном костюме и белой рубашке, красиво оттеняющей его легкий загар. Таисия даже не сразу узнала в нем Максима, и только по обворожительной улыбке да по пятнам на шее поняла, что перед ней не кто иной, как ее новый пациент собственной персоной.

– Привет, медики! А вот и я! – комично раскланялся Балагуров.

– Здравствуйте, Максим Юрьевич! Как раз про вас говорили, – хмуро посмотрел на него заведующий.

– Про меня? Много чести. Надеюсь, что-то хорошее? – И Балагуров присел прямо напротив Таисии, буравя ее глазами.

– Вы просто сексуальный гигант, – отметил Василий Николаевич.

– Или сексуальный маньяк, – поправила его Таисия.

– У тебя есть шанс узнать, – подмигнул ей Максим.

– Я уже старенькая, – вздохнула Таисия и откинулась на спинку стула.

– Годков на пять еще сгодишься, – ответил Максим и очень ловко увернулся от летящей в его голову пепельницы.

Она стукнулась о стену с диким грохотом, оставив след на обоях.

– Прекратите! – брякнул кулаком по столу Василий Николаевич. – Я, конечно, понимаю, что «милые бранятся – только тешатся», но все-таки попридержите коней. Здесь не любовное гнездышко, а мой кабинет! От ваших флюидов светло все вокруг, вечером приходите, электричество будем экономить! И вы, Таисия Романовна, держите себя в руках, а то вас придется положить в наше же отделение.

– Тем более моя палата освобождается, – не преминул вставить Максим.

– Почему?! – в один голос спросили Василий Николаевич и Таисия.

– Так я ухожу.

– Как уходите? Вы только поступили! – воскликнул заведующий. – Если вам не подошел лечащий врач, так я могу выделить другого.

– Ну что вы! Лечащий врач – это самое лучшее, что случилось со мной в больнице! Моя жизнь оказалась раскрашена всеми цветами радуги, – усмехнулся Максим, поправляя ворот рубашки.

– Да, вижу. До сих пор отмыться не можете, – ответил заведующий. – Так откуда такое рвение покинуть ряды наших пациентов? – уточнил он.

– Смысла не вижу. Чего я здесь буду лежать? Таблетки я и дома могу принимать.

– Но курс реабилитации минимум месяц… – Заведующий задумался. – Что я вашим органам скажу?

– Мои органы в порядке, работают как часы.

– Вы понимаете, о чем я… – занервничал Василий Николаевич.

– А никому ничего говорить не придется. Я не ручная собачонка, и вы не можете меня здесь удерживать силой. Я попытался, но понял, что больничка – это не для меня. К наркотикам я не вернусь, зуб даю, но и здесь не останусь.

– Ломка у него есть? – обратился заведующий к Таисии.

– Незначительная, или держится молодцом, – ответила она под пристальным взглядом Балагурова.

– Ты моя фея! – протянул Максим.

– Хорошо, хоть не ночная бабочка! – фыркнул Василий Николаевич.

– Опять вы начинаете! – покраснела Тася.

– По-моему, тебя ревнуют ко мне, – прищурился Максим.

– Да я… Да что вы себе позволяете! Да… – аж задохнулся от возмущения Василий Николаевич. – Знаете что, Максим Юрьевич, спасибо вам, конечно, за большой материальный вклад в ремонт нашего отделения, но вы невыносимы! Приятно было познакомиться, и если вдруг чего, всегда рады.

– Спасибо! Могу я поговорить с Таисией Романовной?

– Конечно, – разрешил Василий Николаевич.

– Наедине. – Максим встал и направился к выходу.

Тася последовала за ним.

– Хочу поблагодарить моего лечащего врача, – сказал он ей в коридоре.

– Недолго я была твоим лечащим врачом, – ответила Тася и смущенно отвела взгляд.

Она не могла долго смотреть Максиму в глаза и вообще заметила, что как-то тупеет в его присутствии.

– И все-таки ты оставила неизгладимый след от моего пребывания в больнице. Если захочешь продолжить общение, то вот… – И Максим вложил ей в руку визитку.

Тася прочитала то, что там было написано, и на мгновение замерла.

– Ого! Интересная визитка. Не знала, что тебя зовут Бородавкин Борис Борисович. Хотя я бы тоже не афишировала такую фамилию. «Решаю все проблемы». Даже так?

– И сексуальные тоже, – добавил Максим.

– А у меня их нет, – вздернула она нос.

– Потому что нет секса.

– Правильно. Нет секса – нет проблем. И это намного лучше, чем связаться с таким, как ты.

– Чем же я так плох?

– Наоборот, очень хорош, – улыбнулась Тася.

– Вот молодец! Правильная женщина! Странно, что никто не оценил! – хохотнул Максим. – Я не могу тебе дать свой прямой контакт, к большому сожалению, но если когда-нибудь захочешь весело провести время, позвони моему другу Боре, и я буду у твоих ног.

– Всем предлагаешь? – спросила Тася.

– Только избранным, – с улыбкой ответил Максим.

– А почему ты все время улыбаешься? – решила она все-таки уточнить.

– Потому что я жизнерадостный человек.

– А этот твой Боря… на самом деле мастер на все руки? Какие проблемы он решает? Может он повесить люстру, к примеру, или карниз?

– Нет, он не по этому профилю, – рассмеялся Максим. – У него сыскное бюро. Хороший парень, мы служили вместе в горячих точках. Он из тех проверенных людей, к кому можно поворачиваться спиной.

– Я поняла, только лишнее все это. Мне на войну с ним не ходить, да и не позвоню я. Не вижу перспектив, – совершенно серьезно сказала Тася, честно глядя Максиму в глаза.

– Почему-то я тебе верю, – вздохнул Балагуров. – А зря… Мог бы получиться длинный отпуск на Канарских островах.

– Ничего. Обойдешься короткими выходными в психоневрологическом отделении.

– Повышай самооценку, Тася, – сказал Максим и направился к выходу.

«Эх, жаль… – вдруг подумала Таисия, глядя в его удаляющуюся спину. – Но надо смотреть правде в глаза. Я для него была бы так… на один раз, и он никогда обо мне и не вспомнил бы потом. А я бы опять переживала. Нет, все верно я сделала. Понятно, что к отказам он не привык, но сильно не расстроился. Столько молоденьких девочек вокруг! Поэтому надо взять себя в руки и выкинуть Максима из головы как страшный сон».

На грешную землю ее вернул голос Василия Николаевича:

– Ночное дежурство! Хоть оно тебе и не покажется таким сладким, как предыдущее. И не смотри на меня так! Лучше позови санитарку, осколки подмести надо!

Таисия поймала себя на мысли, что все время думает о Максиме. Позвонила Надежда и предложила встретиться в грузинском ресторане. Недолго думая, Таисия согласилась.

Но когда она вошла в зал ресторана, то увидела, что вместе с Надеждой за столиком сидит Алла Владленовна. Тася даже глазам своим не поверила.

– Не может быть! Опять она?!

– Чего ты такая нервная? Присаживайся, – пригласила ее Надя. – Я тебе уж и шашлык из телятины заказала, твой любимый, и хачапури с сыром.

– Спасибо, – буркнула Таисия.

– Это я тебе так не нравлюсь? – захихикала Алла. – Порчу аппетит?

– Да нет. Проехали.

– Мы с Аллой долго думали и решили, что будем выводить тебя из депрессии очень приятными методами, а вовсе не таблетками, – защебетала Надежда.

– Как же вы мне надоели! – вздохнула Таисия. – Делайте что хотите.

– Тебе надо выбрать объект вожделения и влюбиться. Вмиг подсоберешься. Захочешь и хорошо выглядеть, и улыбаться… Так и вернешься к жизни.

– Можно подумать, что только в
Страница 10 из 10

этом и заключена жизнь, – усмехнулась Таисия.

– Нет, конечно, но зацепиться за что-то надо… Детей у тебя нет, вот и… – Надежда захлопнула себе рот ладонью.

– Спасибо, что напомнила.

– Не обижайся, Тася!

– Да я не обидчивая… Ну и кто будет объектом вожделения? – спросила Таисия.

– Потренироваться на любом объекте можно. А когда ты увидишь, что твои чары производят приятное впечатление на мужчин, у тебя начнет расти самооценка. Ты начнешь нравиться не только себе, но и тому, кого выберешь. Умение обольщать – целое искусство, – вещала Надежда.

– Не поздно ли в моем возрасте начинать? – усмехнулась Таисия.

– Вот опять ты о возрасте! Да ты в самом соку!

– Ага! В сорок пять баба ягодка опять, в сорок семь – баба ягодка совсем! – развела руками Тася.

– По совету Аллы я записала тебя на курсы, – начала издалека Надя.

– На какие курсы? – прищурила глаза Таисия, ожидая подвох.

– Так и называются – курсы обольщения. Ты не волнуйся! Это очень хорошие курсы! Отвлечешься, пообщаешься с интересными людьми. Там обучают стилю, макияжу, этикету, походке.

– Еще танцам на месте! – добавила Тася.

– И этому тоже, если потребуется. Главное, что все уже оплачено и ты обязана пойти, – сказала Надя. Она была рада, что подруга не впала в ярость от такого предложения. Но все дело было в том, что Тася просто устала.

– Хорошо, как скажете, – вяло, без эмоций ответила она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/tatyana-luganceva/esli-carevna-zhaba-3/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.