Режим чтения
Скачать книгу

Файролл. Край холодных ветров читать онлайн - Андрей Васильев

Файролл. Край холодных ветров

Андрей Васильев

Файролл #3

Нет покоя журналисту, которого судьба занесла в игру под названием «Файролл». На этот раз его дорога пролегает по Северу – древней и мрачной земле, где в курганах спит древнее зло, в Железном лесу плетет свои интриги бессмертная ведьма и где так сильна власть таинственного Великого Фомора. Сможет ли наш герой собрать все рати Севера, чтобы победить зло на этих землях? И что в результате его ждет в конце пути как в игре, так и в реальной жизни?

Андрей Васильев

Файролл. Край холодных ветров

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru (http://www.litres.ru/))

* * *

Глава 1,

в которой речь пойдет о сведении счетов

– Ну что поделаешь, солнышко, так оно всегда и бывает. – Я чмокнул Вику в щеку. – Умирают всегда молодые, талантливые и умные, а старые, бездарные и глупые коптят небо до ста лет. Таковы законы жизни.

– Я не хочу, чтобы ты умирал, – надула губы Вика. – Мне с тобой хорошо.

– Ну кабы меня кто спрашивал. Придет гражданка с косой, стукнет в дверь: «Кто тут Никифоров, выходи». И все. И привет. Но – спасибо за комплимент.

– Дурак. – Вика убрала подбородок с моего плеча. – Не накаркай. Некролог на администратора сам писать будешь?

– А у тебя есть желание помочь родной газете?

– Ни малейшего. Я вообще таких вещей боюсь. – Вика передернула плечиками. – Напиши сам, а?

– Напишу. Только сначала надо съездить кое-куда.

– Куда? – нахмурилась Вика и уперла руки в бока. – Куда это ты намылился, а?

– Эй-эй-эй! Все только для тебя. Посмотри в окно, видишь машинку у входа? – Я ткнул пальцем в «Импалу».

– Ага, прикольная. Ретро.

– Ретро. Эх ты, дитя джипов. Это «Шевроле-Импала», легенда на четырех колесах. И с сегодняшнего дня – наш верный спутник, от дома до работы и обратно. Ну и если еще куда ехать придется.

– А-а-а! – завизжала Вика негромко. – Ты купил машинку!

– Ну как купил? – потупился я. – Подарили. За верную и беспорочную службу!

– Эти? – Вика ткнула указательным пальцем в потолок.

Я кивнул.

– Круто. И сколько такая стоит?

– Чертову тучу нулей. Ручная сборка, индивидуальный заказ. Точно даже не представляю.

– Ты чего такое сделал для них? – вытаращила глаза Вика. – Убил, что ли, кого?

– А то, – сказал я, иронизируя над самим собой. – Конечно. Тыщу людей!

– Шеф, – бесцеремонно влез в наш разговор Юшков. Столь тесное общение меня и Вики парней уже не смущало, они уже поняли суть наших отношений, смирились с тем, что Вика теперь уж точно мой зам до скончания веков, и перестали по этому поводу загоняться. – С передовицей что-то будем делать? Первую полосу теперь, я так понимаю, займет некролог?

– Перенесем в следующий номер. Сейчас фотки придут, отберите такую, где он повеселее. Все, я ушел, буду через пару часов, – распорядился я, накинул куртку и направился вниз.

Человек у машины оказался бойким пареньком из породы «те, что всех знают». Он экспрессом провел меня по всем необходимым инстанциям – от ГИБДД до страховой, время от времени задавая вопросы типа:

– Номерок желаем какой? Пафосный или попроще? Страховочку у кого делать будем, предпочтения есть?

Я вяло ему отвечал, что номерок мне по барабану, какой дадут – такой дадут, но, конечно, такой, чтобы было ясно, что с владельцем этой машины лучше не шутить, только это, поди, дорого. А, это входит в стоимость? Страховая? Страховая мне тоже по барабану, какая – если такая машина бьется, то ни одна страховка не возместит ее стоимости в полном размере.

Пройдя все круги постановки машины на учет, мы отправились обратно в редакцию. По пути я предавался размышлениям.

Мысли мои конечно же в основном крутились возле сегодняшней новости о кончине бедолаги Ставроса. Ну как бедолаги… Он явно был крысой, царствие ему небесное, а потому понес хоть и очень суровое, но явно заслуженное наказание. Не думаю, что он получал так уж мало, чтобы еще и приторговывать секретами «Радеона» на сторону. Если я, малая, по сути, сошка, получаю такие деньги, то он, сильно не последняя фигура в корпорации, наверняка имел доход, сопоставимый с годовым бюджетом средней африканской республики. А может, и какой из республик бывшего СССР.

Если честно, я не испытывал совершенно никаких нравственных мучений по поводу того, что был одной из причин подписания ему смертного приговора. Да и причиной я в общем-то не был, так, небольшим катализатором. Не считайте меня совсем уж нравственным уродом, которому абсолютно безразлична человеческая жизнь, просто род моих занятий не предполагает излишней рефлексии, к тому же я точно знаю, что платить надо за все свои поступки. Вот он и рассчитался в полной мере за содеянное.

Что же до подаренной машины – мне четко указали мое место. Вот ты, Никифоров, честно нам служишь – и ты имеешь все: деньги, должность и новую машинку. Ах тебе еще и красивая девочка нравится? Так пусть будет твоим замом, не вопрос. (Я так думаю, если я скажу, что мне шале нужно где-нибудь в предгорьях Альп, так мне и его подарят.) А если ты, Никифоров, начнешь с нами крутить, то получишь сердечный приступ, а то и чего попроще. Как вариант – пулю в затылок. Выбирать тебе.

И я особо не собираюсь думать о том, что выберу. Потому что быть сытым и здоровым – это всегда лучше, чем бедным и больным. Тем более, от меня не требуется заниматься чем-то противозаконным. От меня требуется исключительно честность во всем ее многообразии. Честно делать свою работу, честно докладывать о ее результатах и так далее.

В редакцию я прибыл, почти полностью убедив себя в том, что все нормально и идет так, как и должно идти.

На работе был очередной сюрприз – дама из «Радеона», которая терпеливо ждала меня почти час. Оказывается, грянул день зарплаты, и она привезла нам причитающееся жалованье. Ощутив и оценив плотность врученного мне конверта, я окончательно уверился в правильности сделанного выбора.

– А чего в конвертах дают зарплату? Чего не на пластик кидают? – удивился Самошников.

Я было открыл рот, но меня опередила Вика:

– Самошников, ты странный человек. Мы где официально числимся?

– В «Столичном вестнике», – ответил ей Самошников.

– Правильно. И зарплату мы получаем тут, в ведомости расписываемся. Так с какого тогда «Радеон» будет нам что-то куда-то перечислять? Нет, если ты недоволен, что тебе дают денежку в конверте, позвони в «Радеон»…

– И будет еще один некролог, – закончил ее фразу Юшков.

– Думай, что говоришь, – тут же пресек его я. – Ты знаешь, что слово – оно не воробей. Оно если выскочит, то сильно нагадить может.

– А я чего? – струхнул Юшков. – Я пошутил не подумав.

– Думай, с кем и о чем шутишь, – веско сказала Вика и посмотрела на меня.

– Правильно, – подтвердил я. – Вообще мозги включай иногда. И это ко всем относится. Работать идите, хорош языками молоть.

Я быстренько набросал некролог, доработав присланный текст и разбавив его стандартными
Страница 2 из 20

штампами, просмотрел статьи моих человекоподобных, отметив, что от стадии «головоногие» они плавно приближаются к стадии «прямоходящие», и отправился домой на новой машине.

Ну что сказать про «Шевроле-Импала»? Это «Шевроле-Импала». Боюсь, точно так же будут рассуждать и лихие угонщики, которых не остановит ни навороченная сигнализация, ни блатной номер, ни страх перед уголовным наказанием. Поэтому, выбросив Вику у своего дома, я рванул в сторону недавно открывшейся парковки, где, уплатив по прейскуранту, получил место за номером сто один и, чрезвычайно довольный, отправился домой. Понимаю, что не самый козырный вариант, но за неимением гербовой пишут на простой.

Осень уже вступила в свои права, а коммунальные службы – еще нет, поэтому, хотя давным-давно стемнело и наступила ночь, фонари так и не зажглись. Может, по этой причине я заметил трех парней, стоящих у моего подъезда, только тогда, когда подошел к нему.

– Ты Никифоров? – спросил один из них.

– Ну и? – ответил ему я и тут же получил удар в солнечное сплетение. Я не успел даже хватануть ртом воздух, как в глазах вспыхнули искры – это мне саданули коленом в лицо и снова пробили в живот.

Дальше все было просто и незамысловато – меня били со всем старанием, усердием и прилежанием. Попинали ногами, потом двое подняли меня, и тот, который интересовался, я это или не я, со всей дури саданул мне ногой по причинному месту. И слава богу, что он немного промахнулся. После этого серия коротких ударов по лицу показалась мне легкой щекоткой. Под конец кто-то пару раз пнул меня, снова упавшего, ногой по почкам, и я услышал:

– Это тебе, паскуда, за сестру мою. Я говорил ей – не хороводься ты с ним, но она разве меня слушает?

– Опа, Равиль, гляди, чего у него из кармана выпало!

Мне стало интересно, что же у меня выпало из кармана, но глаза не спешили открываться из-за текущей по лицу крови – у кого-то из этих орлов на пальце был перстень, и украшение сорвало мне кожу со лба.

– Бабки, Равиль. Реально, бабки. И много.

– Берем. Считай, компенсация за сестру. А ты помни – это только начало.

– Слушай, – раздался голос третьего отбойщика. – Одно дело – ему по рогам навешать, а другое – бабки прибрать. Это уже статья, это на фиг надо.

– Да он ведь никому не скажет.

Мою голову приподняли за волосы.

– Ты же никому не скажешь? Ты же все понимаешь, да?

Я предпочел промолчать.

– Ну вот, видите. Он умный и трусливый. Чего сестра в тебе нашла?

Мою многострадальную голову отпустили.

– Ну мы еще встретимся, как эти лавэ кончатся. – Равиль хохотнул. – Пошли, парни.

И, весело обсуждая свою удачно проведенную акцию возмездия, мститель за честь сестры с соратниками удалился.

Я еще немного полежал и предпринял попытку встать. Не сразу, но все-таки получилось. Пачкая кровью все попадающееся мне на пути, на гудящих ногах я добрел до лифта, ввалился в него и нажал кнопку своего этажа.

Вика в очередной раз меня удивила. Увидев меня, всего в кровище и с начинающим синеть лицом, она не стала метаться по квартире, кричать о том, что надо позвонить в полицию, издавать вопли вроде: «Да что же это такое?» или: «Кто же это тебя так?» Она быстро и деловито подперла меня плечом и повела ванную комнату, где открыла холодную воду, сунула под струю мою многострадальную голову и сказала:

– Аккуратно умойся, руками не три ничего особо, чтобы заразу не занести. Где у тебя аптечка?

– В кладовке была старая автомобильная, я особо лекарства дома не держу, – прогнусавил я. Говорить было трудно и больно – рожу мне раскроили по полной.

Вика издала звук, похожий на тот, что производит Мардж Симпсон в момент раздражения, и вышла из ванной.

К ее возвращению я уже умылся и, видимо, перестал производить впечатление человека, который вот-вот откинет коньки.

– Сейчас будет больно, – честно предупредила меня Вика. – Я у тебя перекись водорода нашла, так что терпи. Садись вон на табуретку, мне так удобней будет.

Я честно терпел, пока она обрабатывала мои многочисленные ссадины, и шипел при этом сильнее, чем сам препарат.

– Хорошо тебя отделали, от души, – заметила она в конце процедуры. – Кто хоть, ты запомнил? Надо же ментов вызывать.

– Каких ментов? – спросил у нее я. – И что значит – запомнил? Я прекрасно знаю, кто это, потому и ментов вызывать не буду.

– Я ничего не понимаю, – сказала Вика. – Ты знаешь, кто это, они тебя отмутузили так, что на тебе живого места нет, и ты ничего не будешь делать?

– И еще деньги отобрали, – дополнил я.

– Вдобавок еще и ограбили. Ты прямо какой-то Иисусик всепрощающий. Может, в следующий раз ты на них квартиру перепишешь? – В голосе Вики звучала нескрываемая злоба пополам с сарказмом.

– Да не галди ты. Я сказал тебе, что ментов не надо, но не говорил, что ничего не буду делать. Сейчас оклемаюсь за пару дней, а там посмотрим, чьи в лесу шишки.

Я попытался встать, но только охнул – по телу разлилась боль. К тому же заныли почки.

– Вот гады, по почкам-то зачем было, – схватился я рукой за спину. – И так с ними фигня…

– Какая фигня? – присела передо мной на корточки Вика.

– Обычная для служившего в армии человека. Вода у меня по месту службы паршивая была, а кипятить ее не всякий раз удавалось. Вот и подсадил почки маленько. А эти дебилы по ним еще и раза два-три берцами прошлись.

– Вот твари. Так кто это был-то?

– Да Элькин брат с друзьями своими. Потому я и в ментовку не хочу обращаться. Если я его посажу, в следующий раз пулю разрывную в голову получу, Эльвира может, она КМС по пулевой стрельбе. Хотя, конечно, и просто так это оставлять нельзя. Знаю я этот молодняк – если один раз погрелись на чужом кармане, уже не остановятся, пока им шею не свернешь. Молодые, они все безбашенные, жизнь их еще не обломала. Но это потом, ладно. Пойду лягу.

– Конечно, – ответила Вика, о чем-то задумавшись. – Я сейчас тебе йодовую сетку сделаю. И ночью меня буди, если что. Хотя я теперь вряд ли вообще засну.

Утром у меня болело все, даже то, что болеть не может. Особое опасение накануне вечером мне внушали две части моего тела. Но обошлось – и одна функционировала исправно, и крови при утреннем… кхм… ну, вы поняли, тоже не увидел, что говорило о том, что почки мне не отбили. Хотя из дома мне выходить было противопоказано – с такой физиономией все встречные полицейские мои. Да и народ в редакции пугать (а кого-то и радовать) не стоило. Я себя в зеркало не видел, но был уверен, что похож на морского зверя спрута или даже на покойного Флинта – вся рожа синяя и распухшая.

– Ты не надумал в полицию обратиться? – спросила меня Вика, одеваясь. – А еще лучше – позвонить кое-кому другому. Я тоже таких шакалов видела, они всегда возвращаются. А ты мне стал как-то дорог, не хотелось бы цветочки за твоим гробом нести.

– Ой, Вик, не парь себе мозги, я решу эту проблему, – сказал ей я, морщась от боли в губах.

– Ну да, ну да. Видел бы ты себя со стороны. – Облачко набежало на ее лицо. – Дома сиди, никуда не ходи.

– Смешно. Куда я пойду, в таком-то виде?

– Вот-вот. А если эти твари повадятся тебя так каждую неделю…

– Вик, все, пока. Я баиньки буду.

Вика, нахмурившись, вышла из комнаты, и через секунду хлопнул замок входной двери.

Конечно, я не планировал так просто спускать с рук этим
Страница 3 из 20

поганцам ни мое избиение, ни тиснутые ими у меня деньги. Но надо было понять, с кем мне начинать на них охоту, благо выбор был – и из старых друзей еще по школе, и из новых, благоприобретенных за последние несколько лет. Когда ведешь клубный образ жизни, выполняя профессиональные обязанности, то волей-неволей обрастаешь самыми разными связями. Мечтая о мести и расправе, я незаметно для себя самого заснул.

Разбудил меня телефонный звонок. Телефон, уцелевший при вчерашнем происшествии, лежал на журнальном столике, и я, охая и подстанывая, отправился в нелегкое путешествие к нему. На экране светилось «Зимин».

– Але, Киф, это ты? – услышал я в трубке голос Зимина.

– Да, Максим Андрасович, я.

– Скажи мне, Киф, хорошо ли ты помнишь мой разговор с тобой в кабинете у твоего шефа, ну, когда мы с тобой познакомились? – Голос не предвещал мне ничего хорошего.

– Ну так, более-менее, – промямлил я.

– Может быть, в раздел «Более» отложились мои слова про то, что ты теперь под защитой корпорации?

– Да я не подумал… – Интересно, откуда он узнал. Хотя, чего тут гадать-то…

– А вот мне это ясно, причем ясно предельно. – В голосе Зимина прорезалась явная сталь, и он перешел со мной на «вы», что, наверное, было не самым благоприятным признаком. – Если бы вы подумали, то позвонили бы мне еще вчера. Ну или хотя бы сегодня. Причем, сами позвонили – это было бы проще и быстрее. Хорошо хоть ваша гражданская жена умнее оказалась, в нашу службу безопасности сообщила, а те уже мне доложили, и от них, а не от вас я узнал, что вас избили и ограбили.

– Кто оказался умнее? – Я подумал, что ослышался.

– Ну так она представилась. Мне сказали, что она так представилась.

– Ну да… – Ай да Вика. Хотя… может, и не самый поганый вариант. По крайней мере, умеет решения принимать, а после их реализовывать.

– Все вводные она по этим лиходеям дала, наши люди уже вовсю действуют. Может, заедут к тебе, если что – не пугайся, дверь открывай.

– Конечно. – Ф-ф-фу, снова на «ты» перешел. – Вы простите, что я не позвонил. Мозги совсем набекрень были.

– Да, о мозгах. Через часок приедет наш врач, посмотрит тебя.

– Да нормально все, – начал я свою песню.

– Вот он это мне и подтвердит. Тебе спокойней – и нам спокойней.

– Спасибо. – Я в самом деле был тронут. Нет, понятно, что о барашке тоже заботятся, прежде чем на шашлык пустить, но все равно приятно.

– И помни – ты под защитой. И Вика твоя, кстати, тоже, ты дай ей мой телефон. Чую, в вопросах твоей безопасности и быта ей доверия будет больше, чем тебе. И это… На свадьбу не забудь пригласить.

– Мне смеяться больно, – сказал я Зимину, тот коротко хохотнул и отключился.

Врач приехал, явно непростой врач, а очень знающий, не поликлиничного типа, осмотрел меня и сообщил, что все нормально, ребра целы, все раны и ранки обработаны грамотно, абсцессов не предвидится. Теперь сон нужен, и хорошо бы еще витаминчиков попить, хотя это вообще никогда не лишнее. Отказался от тысячи рублей и покинул меня.

А еще через час пожаловали безопасники. Не одни. С собой они приперли трех порядком измочаленных молодых людей, которых, особо не заморачиваясь, положили на пол в моей прихожей.

– Ну вот они, – кивнул головой крепкий парень, представившийся мне Евгением. – Это они вас вчера отбуцкали.

– Надо же, совсем молодые ребята. Еще моложе, чем я думал, – удивился я. – В темноте-то непонятно было.

На вид им всем было лет восемнадцать – двадцать.

– Да, вот такие молодые – самые опасные и есть, – подключился к беседе второй безопасник, невысокий крепыш, который не представился. – Таким железкой под ребро вам ткнуть – как нечего делать. В голове-то пузырьки, ветер да гадость химическая всякая – коктейли да энергетики.

– Ладно, делать с ними что будем? – спросил у меня Евгений.

– А что с ними делать? – на автомате пожал плечами я, охнув от боли. – В лес, лопаты в зубы, по пуле в затылок – и привет. Только пусть деньги вернут.

– Ага, понятно. А деньги мы у них уже забрали. – Евгений протянул мне мой же конверт, правда, уже порядком замусоленный и не такой плотный, как был. – Те, что были. Ну все, мы пошли?

И он пнул одного из налетчиков:

– Поднимайся давай, у вас выезд за город. Правда, билет только в один конец.

И я понял – елки, они их реально в расход собираются пустить. Я-то пошутил, а вот они – нет. Однако дисциплина в «Радеоне» какая!

– Стоп, – сказал я Евгению. Тот остановился, на лице было написано: «Чего, пожалел?»

– А деньги-то сильно не все, – продолжил я возмущенно. – Тут три раза по столько было.

Этих орлов надо было спасать, а то их и вправду, того и гляди, прибьют. Жалости особой у меня к ним не было, но и три души на свою совесть, и без того не сильно чистую, мне вешать не хотелось.

– Мы отдадим, – вдруг горячо заговорил один из них. – Мы все отдадим, мы больше отдадим, только не убивайте.

– Больше не надо, – сказал я ему. – Мое верните.

– И так их отпустить? – жестко сказал Евгений.

– Ну зачем же так, – ответил ему я и присел на корточки, немного поморщившись, около молодого парня с до боли знакомыми резкими чертами лица. – С чего бы так. Поучим, само собой. Привет, Равиль.

Парень смерил меня взглядом и промолчал.

– Да ты не дури, сам во всем виноват. Если бы ты вчера не коллективом меня метелил, а так, по-людски, один на один предложил помахаться за сеструхину честь, а после не угрожал бы мне, не глумился, не обобрал, то и претензий бы не было. А теперь – отвечать надо. Ты же мужик?

Парень молчал.

– Молчишь? Правильно молчишь, говорить тебе все равно нечего.

– Не убивай пацанов, – сказал Равиль. – Все отдадут, слово даю.

Безопасники засмеялись.

– Само собой, отдадут. Куда им деваться? – сказал крепыш.

«Не совсем парень гнилой. Про ребят сказал, про себя – нет», – подумал я.

– Ну как решим с ними? – спросил Евгений.

– Ну а чего тут решать? – ответил я. – Деньги пусть отдадут – и шабаш.

– А штраф брать будете? – деловито поинтересовался крепыш.

– А как же! – хмыкнул я и мрачным голосом ОЧЕНЬ серьезного злодея, не оставляющим сомнений, что это шутка, добавил: – По конечности каждому сломайте. Конечности на ваш выбор. Только хребтину никому не повредите.

– Понятно, – засмеялся крепыш. – Пошли, клоуны.

Закрыв за ними дверь, я ощутил не страх, нет. Ко мне пришло то неприятное липкое чувство, что я впутался во что-то такое, что выше моего понимания и больше моих возможностей.

Мне стало ясно, что если я сделаю неверный шаг или приму неверное решение, то за мной придет вот такой же Евгений, которому пустить мне пулю в затылок совершенно ничего не стоит. Без каких-либо эмоций, просто это его работа. Да, сейчас я под их защитой, но только потому, что я им нужен. А когда я им стану не нужен, что тогда? Скорее всего наградят и отпустят с миром, а может, и предложат непыльную работенку в корпорации. Вон, дальше газету редактировать. Но это при условии, что я не наделаю ошибок. А значит, надо быть в десять, в двадцать раз внимательней в словах и поступках. Это в моих интересах.

Одно только непонятно – как вообще не допускать ошибок?

Глава 2,

в которой герой наконец отправляется на Север

Спокойно отдохнуть мне не дали. Вслед за ушедшими безопасниками позвонила Вика, явно
Страница 4 из 20

опасавшаяся, что я начну ее ругать за проявленную инициативу. Поняв, что расправы над ней не будет, она доложилась по текущей работе и сбросила мне макет номера, по которому я дал несколько советов.

Потом звонили мои гамадрилы, выражали сочувствие. Они не были в курсе того, что случилось на самом деле, официальная версия, придуманная и изложенная Викой, – растяжение связок на ноге. Растут мальчуки, начинают понимать, с какой стороны масло на бутерброде.

Через пару часов снова появился Евгений, правда, на этот раз в одиночестве, отдал мне пачку денег и попросил, чтобы я все пересчитал, и если там чего не хватает, позвонил ему. Я пообещал, что так и сделаю, и мы распрощались.

Вечером появилась уставшая Вика, долго осматривала меня, цокая языком, успокоенно кивнула, узнав, что приходил врач.

– Слушай, ну ты же не в претензии, что я позвонила в «Радеон»? – Через пару часов она наконец решила выяснить, не злюсь ли я на нее за допущенное самоуправство. Ее это явно тяготило.

– Вик, ты сделала то, что сочла нужным. Почему я должен злиться? – сказал я нейтральным тоном. – Зимин просил тебя поблагодарить за это и дать тебе его прямой номер, чтобы ты позвонила, если я опять чего выкину.

– Прямой номер Зимина? Мне? – удивленно сказала Вика. – Ничего себе.

– Ну да, ты сегодня набрала свои сто очков, – подтвердил я. – Судя по всему, тебе доверяют больше, чем мне. Ты, как и любая женщина, более рассудительна, чем наш брат-мужчина, а значит, и доверия к тебе больше.

– Мне кажется, что ты все-таки меня осуждаешь.

– Золотко, давай не будем говорить фразами из дамских романов. Ты сделала то, что сделала. Я бы решил эту проблему немного по-другому, но что есть, то есть. При этом надо признать, что способы «Радеона» более эффективны, чем те, к которым бы прибегнул я. И все, закрыли эту тему.

Вика успокоенно вздохнула, а я подумал, что надо перевести разговор вообще в другую плоскость.

– Ты мне лучше вот что скажи, прелестное дитя. Тебя твоя сестра не потеряет? Я понимаю, что ты совершеннолетняя и половозрелая особь, но все-таки?

– Сестра? – Вика подняла брови. – Нет, не потеряет. Я ей сказала, что переезжаю жить к своему мужчине.

О как. Она сказала, потому как она это для себя решила. Как всегда, мнение второй стороны не слишком учитывается. Приятное отличие нашего эмансипированного времени – не жди инициативы от сильного пола, проявляй ее сама.

– И что сестра? – поинтересовался я.

– Да ничего. «Вы же практически незнакомы? Надо сначала узнать друг друга», – приложив руки к щекам, Вика, судя по всему, передразнила свою близкую родственницу.

– Ну в этом есть некое рациональное зерно, – лояльно отметил я. – И что ты ей на это ответила?

– Я? Сказала, что в отличие от нее живу и сплю с нормальным и живым мужиком, тогда как все, что у нее есть, это только какие-то цифровые дятлы в ее игре. В тридцать-то лет!

– Н-да, жестко ты с ней…

– Нормально. Она, правда, заявила, что и у нее появился кто-то, я так поняла, из этой ее игры.

– Такое бывает, причем сплошь и рядом. Познакомились в онлайне, перенесли отношения в реал, – отметил я.

– Да кому она нужна! Всю жизнь была такой, сколько ее помню. Тихоня, ботаничка и зануда.

– Высокие у вас отношения, – отметил я.

– А ну ее. Скажи мне лучше…

Тут Вику перебил городской телефонный звонок. Я было стал подниматься, но она остановила меня: мол, сниму трубку сама. Через полминуты она выглянула из прихожей, где еще с дедовых времен стоял дисковый телефон (кому сейчас нужен городской? Я даже аппарат не менял), и с каким-то странным выражением лица сказала:

– Это тебя.

Я подошел, взял трубку и чуть не оглох.

– Никифоров, скотина! Ты знаешь, что я с тобой за Равиля сделаю? Ты пожалеешь, что вообще на свет родился! Ты…

– Эля, ты бы помолчала и меня послушала, – пресек я достаточно громко и жестко ее словоизлияния. Если мягко, она не замолчит никогда.

– Что? Ты мне рот затыкать будешь? Ты, неудачник, рохля…

– Слушай, ты! – Я начал выходить из себя. Ей-ей, семейство Гинматуллиных за последние два дня выпило из меня слишком много крови. – Если ты сейчас не замолчишь, я сделаю так, что ты будешь жалеть о своих словах, причем искренне и долго.

– Что ты сделаешь? – Тон никуда не делся. Но голос стал немного потише. – Натравишь на меня своих бандитов, как на Равиля?

– Я на Равиля кого-то натравил? Эва как. Интересно, что он тебе рассказал? Какую версию происшествия? Ну так, для справки, без протокола?

– Ничего он мне не рассказывал. Но я так думаю, что он пришел с тобой поговорить, по-людски, как положено. Уж не знаю, зачем ему это надо было, я его об этом не просила. Ты не стал с ним даже разговаривать и напустил на него каких-то уголовников, которые сломали ему руку.

– О как. – Я чуть не сел на пол от удивления. Во-первых, меня крайне удивила ее версия – нет, Эля всегда страдала болезненными фантазиями, но чтобы так… Во-вторых, я был уверен, что на этот раз Евгений со товарищи таки поняли, что я шучу. Но, по всему видать, не поняли, на несчастье этих трех обалдуев. Ну вот нет у них чувства юмора, что поделаешь. – Да ты что? Так и было? Серьезно?

– Я в этом уверена, – торжественно сказала Эля. – И тебя я знаю, козла.

– И зря ты своей интуиции веришь, – ответил ей я. – Все было с точностью до наоборот. Он вчера с двумя своими дружками меня у подъезда встретил и разделал, как бог черепаху. Потом они у меня деньги из кармана вытащили и пообещали часто ходить в гости, за данью. Поэтому я и попросил помощи у своего нового работодателя, и его служба безопасности им сегодня объяснила, что чужое брать нехорошо и бить людей – тоже. И поверь: что твой брат, что его друзья еще очень легко отделались. Я вообще не думал, что им что-то сломают, но, видать, нет чувства юмора у наших безопасников.

– Ты врешь, как всегда, – убежденно сказал Эля.

– О, боги. Дорогая, дай мой мобильный телефон, – попросил я Вику.

– О, уже дорогая, – язвительно сказала Эля. – Ты еще на ней не женился?

– Еще нет, – ответил я, глядя на Вику, протягивающую мне мой телефон. – Пока живем гражданским браком. Но, думаю, скоро и до загса доберемся. Ты представляешь, есть женщины, которые не только орут, бесятся и дурят, но еще и готовят, стирают и гладят. Офигеть, да?

В глазах Вики вспыхнули торжествующе-радостные искры – слова сказаны, да еще и бывшую унизили. День-то задался!

Эля ничего не сказала.

– Дорогая, фоткни меня по пояс. Погоди, майку сниму. – Я положил трубку на полочку и стянул майку. Вика щелкнула вспышкой.

– Лови фотку, – сказал я Гинматуллиной, отправляя с телефона сообщение. – Посмотри, как твой брат порезвился.

– Не думаю, что фото твоего тела меня заинтересует.

– Смотри, я говорю, – добавил я в голос холода. – Тебя не заинтересует – полицию заинтересует наверняка.

В трубке установилась тишина, через пару минут в ней раздался голос Эли, снизивший шумы до нормального значения. Она, конечно, тварь, каких поискать, но не дура – это уж я точно знаю.

– Это действительно сделал Равиль?

– Натурально, он. И деньги на самом деле у меня забрал.

– Откуда у тебя деньги? – скептически хмыкнула Эля. – Или я чего-то не знаю?

– Не знаешь, – ответил ей я. – Я с недавнего времени работаю не только в газете. Меня взяла на
Страница 5 из 20

службу одна из крупных корпораций, обойдемся без названий, и потому я получаю довольно солидные деньги. Сама понимаешь – серьезная компания, серьезные зарплаты…

– Не врешь, похоже, – протянула Эля. – Больно Равиля хорошо отделали, и дядя Амир сказал, что тебя лучше не трогать.

– Повторю тебе: твой братец легко отделался, поверь мне.

– Вы теперь думайте, как вам отделаться, – резко заявила Эля. – Я завтра всех на уши поставлю, я…

– Ну да, как же. Правду тебе дядя Амир сказал. А ты в курсе, что я прямо сейчас могу отправить твоего брата на нары за грабеж? Да еще и с отягчающими, поскольку он был с группой лиц, плюс по предварительному сговору, и вдобавок с нанесением тяжких телесных повреждений. И свидетели найдутся, смею тебя заверить. Думаю, что от пяти до семи лет как с куста ему отвесят. Но у меня есть другое предложение. Я не хочу, чтобы кто-то на кого-то держал зло. Я вообще забуду всю эту историю. Но ты должна мне пообещать, что я больше никогда ни тебя, ни твоего брата не увижу и не услышу. У вас своя жизнь, у меня своя. Давай не будем их друг другу портить.

– А ты сволочь, – услышал я в ответ. – Я даже не догадывалась какая.

– Что посеяла, то и сжала. Или пожала, – ответил я ей. – Ты думала, что я так и буду держать язык за зубами, когда на меня орут, меня бьют, меня грабят? Не слышу ответа. Мы договорились?

– Да, – сказала Эля и повесила трубку.

Я выдохнул и прислонился к косяку.

– Сведет меня в гроб это семейство, – пожаловался я Вике.

Та с довольной улыбкой подмигнула мне и спросила:

– Стало быть, в загс скоро пойдем?

Я уклончиво промолчал и сказал:

– Я есть хочу. Давай пиццу закажем, тебе, поди, готовить неохота?

Треволнения начала недели уходили в прошлое, четверг я провел вообще замечательно. Играть я пока не мог – тело все-таки ныло. Зато телевизора насмотрелся за все прошедшие годы. Слушайте, сколько всего интересного по будням днем показывают, куда там вечерним эфирам или эфирам выходного дня! Такое ощущение, что прайм-тайм – это уловка телебоссов.

Вечером я изучил третий выпуск «Вестника Файролла» и остался очень доволен – у газеты появлялось свое лицо, узнаваемый стиль и почерк. Это хорошо, это уже своего рода традиции.

В пятницу, проводив Вику на работу, я с чувством какой-то просто тихой радости направился к капсуле – все-таки в Файролле не так плохо. Там как-то уютней, спокойней. Вроде верчусь там, как уж на сковородке, никогда не знаю, с какой стороны прилетит, а поди ж ты… Или просто там ты больше на себя самого рассчитываешь и от других не зависишь? Поди знай…

В Файролле все было без изменений. Солнышко светило, птички пели, по улицам ходили неписи, изредка встречались игроки.

Как мне кажется, Кройцен не самый популярный город в игре, а тут еще и будний день. Хотя какая мне разница. Мне главное не опоздать к сбору группы. Впрочем, как я опоздаю – за полчаса пришел. Надо бы кое-какие дела поделать.

Первым делом я отправился к почтовому ящику – конвертик на интерфейсе показывал, что мне пришли от кого-то письма. Полагаю, это денежки с аукциона капать начали.

Помимо аукционных писем я с удивлением обнаружил в почтовом ящике два совершенно неожиданных письма. Одно было от Элины, моего любимого кланлидера, второе же – от Милли Ре.

Еще больше меня удивило, что письма практически не отличались по смыслу, который сводился к одному – обе дамы за каким-то лешим непременно хотели видеть меня в ближайшее время для некоего крайне важного разговора. И по этой причине я должен, да что там должен, прямо-таки обязан был им просигнализировать сразу же после своего появления в игре. И непременно терпеливо ждать, пока они ответят. Боги, им-то что от меня надо? Как же хорошо было в самом начале. Никто меня не знает, никому я ничего не должен… Только Эуыыху на дороге не попадайся, а в остальном – живи себе спокойно… Может, плюнуть на все и уйти ко всем чертям в болото, тем более, что у меня там невеста есть.

Однако ответ написать надо было – я все-таки человек воспитанный, культурный. Поэтому я заготовил один шаблон на двоих:

«Дорогая (а вот тут разные имена)!

Я был бы рад встретиться с вами, но не имею такой возможности, поскольку сегодня, в пятницу, в десять часов утра, отбываю с группой товарищей в длительный переход по горам, который приведет меня в северную часть материка. По прибытии на место я непременно свяжусь с вами, и мы договоримся о встрече.

Искренне ваш,

    Хейген».

А что? Вежливо и понятно – не могу, дорогая, бреду по перевалу, уворачиваясь от камнепадов, и думаю о тебе. Романтика.

После эпистолярных забав я посетил торговца, прикупив у него вяленого мяса. В принципе, в Файролле вопрос с питанием обстоял не так остро, как в других играх. Единственный прок от еды – более-менее ускоренная регенерация жизненной энергии. В ряде игр, употребив какого-нибудь, к примеру, жареного поросенка, на определенный отрезок времени можно неплохо поднять статы. У нас такого нет, и даже если ты вовсе не будешь есть, то у тебя не снизятся жизнь и характеристики. Но вот если хочешь поскорее восстановиться после тяжелого боя – съешь чего-нибудь, и будет тебе счастье.

Забежав на секунду в гостиницу и скинув излишек денег, я рысью потрусил к воротам – время выхода из города в составе отряда особого назначения стремительно приближалось.

У ворот уже стояло человек пять, над всеми был значок, ясно дающий понять окружающим, что это члены клана «Гончие Смерти». Видимо, это был тот самый молодняк, который вели на Север. Ну как молодняк – никого с уровнем ниже пятидесяти там не было.

Там же стоял и знакомый мне по кабинету Седой Ведьмы бравый служака Фитц. В данный момент он орал на одного из моих будущих спутников, видимо, в воспитательных целях:

– Ах ты думал? Хочешь сказать, что вот этот кочан капусты, сидящий на твоих плечах, – это то, чем ты думаешь? То есть процесс гниения, который в нем происходит, – это на самом деле мыслительный процесс? Так я тебя расстрою – слово «мыслительный» к тебе вообще не относится.

Я подошел к кричащему Фитцу и громко доложился:

– Хейген, один из участников похода.

Фитц повернулся ко мне, повращал глазами, вспомнил, кто я такой, и прорычал:

– Встать к остальным. Да, вон к тому стаду парнокопытных баранов. Пусть среди них будет хотя бы один человек, для статистики.

– Ох, Фитц, все бы тебе орать, – раздался голос с какими-то барственно-ленивыми нотками.

Я обернулся. Обладателем голоса оказался эльф-воин девяносто восьмого уровня по имени Мюрат. Видимо, все-таки его дали нам в усиление.

– Да? Ты, как известно, из любой переделки вылезешь, а мне этих звероящеров доставить на ту сторону гор надо, причем желательно всех, – проорал Фитц. Сдается мне, что он так все время разговаривает, на повышенных.

– Ну что значит, что я из любой переделки вылезу? – вальяжно ответил ему Мюрат. – Я иду с вами, я разделяю с тобой ответственность за этих ребят, и если что-то пойдет не так, как и ты, буду решать, что нам делать.

– Ну да, как тогда, в Мирроне? – рявкнул Фитц.

– Ты говори-говори, да не заговаривайся, – довольно зло, моментально сбросив с себя некую жантильность, сказал Мюрат. – Тебя там не было, ты не можешь судить о произошедшем.

– Ладно, согласен, занесло, –
Страница 6 из 20

быстро проговорил Фитц. – Так, все тут?

– Все, пятеро, – ответила девушка-лучник с труднопроизносимым именем Тирнувинуэль, обладательница пятьдесят первого уровня.

– Все верно, – подтвердил Мюрат. – С нашим другом из клана «Буревестники» – шестеро. С нами – восемь. По идее, должны пройти.

– А чего это с нами «Буревестник» идет? – поинтересовался воин-гном Фраг.

– Потому что потому, – нахмурил брови Фитц. – Потому что «Буревестники» – наши союзники, друзья нашего клана. Вы все зелены еще, не видели, как они недавно под стенами цитадели «Диких сердец» воевали. А этот хотя внешне вроде и хлюпик… – Фитц ткнул своей рукой в мою сторону. – Так он на среднем «Мышонке» был, на верхней площадке. И выжил, между прочим, один из немногих. Так-то.

– Да ты что? – поднял брови Мюрат. – Так это ты? Мне про тебя Валент рассказывал, ты вроде даже ему жизнь спас.

Спутники посмотрели на меня с уважением, Фитц и Мюрат сделали мне хорошую рекламу.

– Да прям, спас. Так, подстраховал немного, – скромно заметил я.

– Ну потом пообщаемся. На привале, – сказал мне эльф и встал рядом с Фитцем.

– Так, бойцы, – заревел во всю ивановскую Фитц. – Все ли взяли то, что следует, проверьте в последний раз. Зелья, еда, оружие. У всех ли починено снаряжение? На все про все у вас есть десять минут – и выходим. Кто не уложится в срок, может дальше ковыряться в носу.

Черт! Снаряжение! Я его лет сто не чинил. Вот позорище-то.

Я завертел головой в поисках кузнеца. На мое счастье, он был совсем недалеко, и я, соблюдая неспешность (ну не портить же созданную репутацию), подошел к нему.

Слава богу, вещи в Файролле ремонтируют довольно быстро, хотя, конечно, дороговато. Я уложился в отведенное время, и в результате вскоре после криков: «Ну, все?» и «Да чтоб вас!» – мы покинули спокойный и тихий Кройцен. Впереди были горы.

Выходя из города, я почувствовал легкий мандраж. Я, похоже, ввязывался в одно из своих самых рискованных приключений в Файролле. Нельзя сказать, что моя жизнь в этой игре хоть когда-то была спокойной, но раньше я орудовал в пределах своего уровня или за моей спиной было надежное прикрытие. Тут же – локация, для прохождения которой требуется уровней на семь больше, чем у меня есть, при этом еще и обладающая какой-то нехорошей славой; группа таких же, как я, игроков с несильно высокими уровнями; бравый вояка-сержант с ухватками строевика и звучным голосом и довольно мутный пижон-эльф. Не расклад – сказка.

Погруженный в свои мысли, я как-то незаметно переместился в конец отряда и стал его замыкающим. А нет, вот нас еще Мюрат догоняет.

– Не волнуйся, – сказал он, поравнявшись со мной. – Не так страшен черт. Шахты, конечно, место паршивое, но я, например, их проходил три раза – и туда, и оттуда. Да и Фитц там бывал. Ну и потом – неужели мы не прикроем личного друга Седой Ведьмы, а?

Он подмигнул мне и двинулся вперед, догонять Фитца.

Из третьего номера газеты «Вестник Файролла».

«…по уверениям коллег, был прекрасным человеком и отличным профессионалом. Файролл в том виде, в котором мы его знаем, – во многом его детище. И даже не верится, что с его уходом не исчезнет жизнь в этом мире, мире, который он прошел из края в край».

Из рубрики «Классы – кого выбрать. Маги, часть третья». «…и иные заклинания. Также для мага на начальных уровнях крайне важен выбор школы, которую он будет практиковать, – воздуха, огня, воды или земли. Именно это будет определять, насколько действенными станут заклинания в той или иной сфере применения…»

Из рубрики «История мира от его сотворения». «Приход богов в пределы Файролла был неожиданностью для всех. Драконы восприняли их появление, как вызов своему могуществу, светлые расы – как защитников и покровителей, темные – как тех, перед кем можно и нужно преклоняться. Истинной же целью прихода богов было абсолютное владычество над миром Файролла».

Из рубрики «Объявления для всех». «Дорогие читатели. Как вы понимаете, мы не в состоянии, как бы мы того ни хотели, отслеживать все, что происходит в пределах Файролла. Поэтому предлагаем вам присылать нам краткие отзывы о тех событиях, которые, по вашему разумению, достойны того, чтобы о них рассказали».

Из рубрики «Хроники Файролла. Новостная лента». «В Пограничье был проведен ежегодный турнир «Серебряная стрела». Сотни лучших лучников со всех концов света съехались в Ноттсбург, где в течение двух дней состязались в меткой стрельбе из лука. Победителем стал Эллан с Равнины, стрелок из клана «Левиафаны». Ему была вручена традиционная серебряная стрела и двадцать тысяч золотых призового фонда».

«Клан «Глаза зверя» отправился в пещеру Оук в рейд на эпического монстра Клаторнаха. В пещеру зашел весь клан, из пещеры не вышел никто. И так бывает…»

«Смертью отважного экстремала закончилась попытка спуска с водопада Набия, что в Южных пределах. Гном ТурДал, известный путешественник, решил покорить огромный и практически вертикальный водопад Набия, для чего распорядился засунуть себя в бочку и кинуть ее в реку, неподалеку от водопада. Когда бочка закончила падение и ее выловили из воды, в ней обнаружили только вещи смелого гнома. ТурДал не теряет оптимизма и раздумывает над другими способами обуздания водной стихии».

Из рубрики «Забавное в Файролле». «Сегодня мы еще раз убедились, что в мире Файролла возможно многое. Недавно в городке Ансельм на южном побережье трое игроков-алхимиков заключили пари. Каждый из них в течение недели попробует создать из алхимических ингредиентов самую настоящую гранату. Результаты спора ошеломительны – одно сгоревшее здание, частично растворенная мостовая и десять ошпаренных жителей тихого до спора городка. Администрация города эвакуировала часть населения. Мы будем следить за дальнейшим развитием событий».

«Читайте в следующем номере интервью с Гарри Глазом, главой самого сильного клана Равенхольма. Вы узнаете о том, как стать лидером и что, по словам Гарри, помогает ему удерживать первую строчку в рейтинге Файролла».

Глава 3,

в которой герой в очередной раз лезет под землю

Горы вблизи были огромны. Я, признаться, таких серьезных гор в жизни не видел – ну не считать же Пиренеи или Аю-Даг серьезными горами по сравнению вот с этими. Стоя у подножия таких гор, как Ринейские, понимаешь свою незначительность и сиюминутность. Они как бы тебе говорят:

– А, букашка. Сейчас под нами поползешь? Ну ползи, ползи. Вся твоя жизнь – для нас только миг, лишь небольшое дуновение ветерка над нашими вершинами…

Но ветеранов «Гончих» такие эмоции, похоже, не переполняли, поскольку эти горы для них были не в новинку, и поэтому, дав нам пару минут поглазеть на всю эту величественную красоту, а также оценить мрачность входа в пресловутые шахты (ощерившийся обломками камней темный и страшный проем), они начали свой первый и, надо думать, последний инструктаж.

– Так, молодежь, – Фитц был крайне лаконичен, – нас ждут Ринейские заброшенные шахты – место неприятное и нехорошее.

Я зашевелился, собираясь задать вопрос, мое движение уловил Мюрат и успокаивающе махнул мне ладонью: мол, все вопросы потом. Тем временем Фитц продолжал:

– Ваша задача проста – выжить. И чтобы выжить в шахтах, надо действовать как один
Страница 7 из 20

организм – слаженно, четко и уверенно. Если этого не будет, то с той стороны гор выйдут только двое – я и Мюрат. А может, и вообще только я. Вывод в таком случае напрашивается сам собой: ваши амбиции ни к чему, ничего вы собой не представляете и на Севере вам делать пока нечего. Вопросы?

Фитц встопорщил усы, откашлялся, сплюнул и обвел всех грозным взглядом, как бы уведомляя нас, что если будут вопросы, то с огромной долей вероятности он затолкает их нам же в глотку. У молодого поколения «Гончих» вопросы явно были, но они так испуганно смотрели на Фитца, что мне стало ясно – эти не спросят. Мне же с Фитцем детей было не крестить, по этой причине я не стал слишком скромничать.

– У меня парочка имеется, – поднял я руку.

– Ну? – грозно сдвинул брови вояка.

– Что значит нехорошее место? Такое, как, не к ночи будь помянут, Снэйквилль? Или что-то другое?

– Ну что там, в Снэйквилле, – этого никто не знает, а кто знает – тот не рассказывает, – ответил мне вместо Фитца Мюрат. – Тут же все просто. Эти шахты – альтернативный путь на север. Короткий, быстрый, удобный. И не холодно там, в шахтах, не то что на перевале. Но за удобство надо платить. Поэтому предстоящий нам путь еще и очень опасный и ментально усложненный.

– Ментально? – недопонял я.

– Ну да. Там, под землей, в шахтах, всем, даже, представь себе, гномам, жутко неуютно. Все время ты находишься под неустанным психологическим прессингом. Тебе мерещатся души сгоревших рудокопов, ты слышишь шаги, стоны, крики, темнота что-то в уши нашептывает. Даже иногда фрагменты битвы видишь. Да и недавно упокоенные тоже не прочь тебя постращать. Один мой приятель там свою знакомую по клану встретил. Сильное впечатление на него эта встреча произвела, особенно с учетом того, что за час до того он ее живую видел.

– А что за сгоревшие рудокопы? – с любопытством спросил я.

– А, это интересная история, – оживился Мюрат. – Дело было…

– В Пенькове! – рявкнул Фитц. Его усы встали дыбом. – Потом лясы точить будете. Нам сегодня хорошо бы дойти до девятого зала, это часов восемь пути, да с привалами, да еще и мечами придется помахать наверняка.

– Ладно, – негромко сказал мне Мюрат. – По дороге расскажу. И вообще – держись поблизости. Ты как, к героизму склонен вообще?

– В каком смысле? – не понял его я.

– В прямом. Ну вот эти дела вроде: «Один за всех, все за одного», «На миру и смерть красна», «Сам погибай, а товарища выручай». Ты как, герой по жизни?

– Я-то? Нет, это не из моей сказки, – честно ответил я. – Конечно, я не сбегу от опасности, группу не брошу и буду честно драться, но и на рожон сам не полезу.

– Ну и славно, – сказал Мюрат. – В общем, повторю: ты давай меня в шахтах держись.

– Хорошо, – кивнул я.

– Так, бойцы, еще раз напоминаю, – заливался соловьем Фитц. – Самое главное в шахтах – дисциплина. Расслабился, оторвался от группы – все, считай пропал. Одиночка там не выживет, это проверено неоднократно, причем игроками куда выше уровнем, чем вы. И еще. Коли тут сгинул – простись со своими вещичками, свитки порталов здесь не действуют. Да что свитки порталов – здесь даже почта не работает. Это понятно?

– Понятно, – нестройно ответили мы.

– Идем таким порядком. Впереди я, за мной Фраг и Морис.

Гном и человек, оба воины, кивнули. Фитц увидел их кивки и продолжил:

– Потом Тринувинуэль, – Фитц мотнул головой, будто отгоняя муху. – Язык сломаешь, будешь Трина. С тобой в паре идет Флорес.

Эльфийка-лучница и девушка-маг также кивнули, принимая информацию к исполнению.

– Так, потом ты, Хейген, и Энгис (стоящий рядом со мной парень-хилер коротко глянул на меня). Ну и замыкающий Мюрат. Вопросы?

На этот раз вопросов не было даже у меня.

– Вот и славно. Давай, Флорес, бафни нас чем можешь и пошли. Мы уже час как в шахтах должны быть.

Флорес махнула посохом, выпалила что-то неразборчивое, и у меня появилась ускоренная двадцатипятипроцентная регенерация жизненной энергии сроком на два часа.

– Ага, – удовлетворенно порычал Фитц. – Вот и славно. И еще, чуть не забыл. Там часто бывают заманухи в виде валяющихся доспехов, оружия и всего такого. Не дай вам бог к ним прикоснуться. Даже на выручку не пойду, шансов уцелеть – ноль. Или и того меньше.

– Жа-а-аль, – протянул Фраг. Гномья жадная душа, еще даже не увидев валяющихся бесхозных предметов, уже по ним плакала.

Фитц свирепо на него глянул и скомандовал:

– Все, двинулись.

И мы проследовали в наводящий уныние провал, служащий входом.

«Вы вошли в заброшенные шахты Ринейских гор. Когда-то именно здесь трудолюбивые гномы разрабатывали жилы, богатые золотом и драгоценными камнями, пока в Последнюю войну не произошло столкновение между…»

Мне было бы очень интересно почитать, что же там случилось, но Фитц подгонял нас, и я закрыл сообщение.

Внутри было мрачно. Вообще в подземельях, на мой взгляд, редко бывает весело – что тут, что в реальной жизни – простора нет, воздух спертый, чего же в этом забавного? Здесь же на душу давили не только стены и потолок, но сама атмосфера. Создавалось впечатление, что из нас по каплям, по крохам высасывают жизнь.

– Что, пробирать начало? – не слишком громко спросил Фитц.

Мы синхронно кивнули. Все, кроме Мюрата.

– То ли еще будет. И молитесь богам, чтобы маршевый отряд темных дварфов не встретить, вот где жуть-то будет. Все, не стоим, пошли.

Отряд двинулся вперед, в тусклом свете, озарявшем дорогу, мы, наверное, выглядели достаточно инфернально.

Свет давали грибы, обильно покрывавшие стены. По всей видимости, они успешно заменяли осветительную плесень, которую я видел в подземельях разрушенной цитадели.

– А что за отряд темных дварфов? – негромко поинтересовался я у Мюрата, идущего за мной.

– Темные дварфы? О, брат, долго рассказывать.

И эльф поведал мне историю шахт. К ней прислушивался и идущий рядом со мной Энгис, судя по всему, полностью он ее раньше не слышал.

Оказывается, эти шахты были крупнейшим поставщиком золота и бриллиантов для целого континента. Ну и прочими драгоценными камнями они Раттермарк тоже снабжали. И жили тут мастеровые-гномы, жили не тужили, махали кайлом, шуровали иным инструментом, гранили добытые камушки и вставляли их в разные украшения, которые сами и делали. Благополучно переждали здесь почти все войны, не ввязываясь в них, поскольку в отличие от многих иных своих сородичей были абсолютно неагрессивны, но вот с Последней войной вышла неудача. Именно в эти шахты нагрянули остатки темной армии, которую гнали по пятам не сдержавшие данного ими слова отдельные представители светлой стороны, исповедующие принцип: «Чтобы победить Зло, надо всем хорошим расам собраться вместе и поубивать все плохие».

Группа, завалившаяся в шахты, состояла из двух полков темных дварфов – немногочисленной расы невероятно сильных и фанатично преданных темной стороне коротышек. В отличие от гномов, в промежутках между войнами, в которые они ввязывались по необходимости, обычно мастерившими что-нибудь высокохудожественное, темные дварфы всегда были готовы воевать, частенько наемничали, а ковали исключительно оружие или доспехи. Тьме они были верны всей душой, поскольку, по слухам, были созданы самим Чемошем, богом мрака.

Именно этих славных парней занесло
Страница 8 из 20

в шахты, по которым сейчас мы идем. Тут они быстренько перебили большинство местных представителей, заняли оборону, с немалым мастерством понастроили защитных сооружений и приготовились отражать нападение светлых.

Тем временем какие-то гномы, умудрившиеся слинять из шахт через тайные ходы, добрались до ставки этих самых светлых и наябедничали, что дварфы занимаются под горами убийствами и насилием, в связи с чем их, конечно, надо уничтожить.

Светлым очень не хотелось лезть в узкие и тесные подземные ходы, где все преимущества были на стороне защищающихся, находящихся к тому же в родной природной среде. Немного посовещавшись, они не стали мудрить и приняли простое в общем-то решение. Они запустили в шахты Огненного Червя – порождение светлой магии, требующее безумного количества магической энергии, но зато и безотказное, как винтовка Мосина, – этот гигантский червь, пока не выжжет все живое, из помещения, в которое его запустили, не уйдет.

Для ускорения же процесса и в гуманных целях (сжигать заживо – это же так жестоко, так больно, не правда ли?) светлые маги подпустили в шахты еще и пару «Ядовитых цветков». Тоже то еще заклинание, типичное оружие массового поражения – иприт, зато с приятным запахом.

В результате кто не сгорел, тот отравился. Причем это коснулось не только темных дварфов, но и оставшихся гномов и еще кучи разумных и неразумных существ, обитающих в шахтах, – ледяных чертей, феллингов, йети. Сгинули в никуда и остатки племени прелестников-загадочников – странного народца, живущего на берегах подземных озер, тихих, миролюбивых рыбоедов, мухи сроду не обижающих, у которых в жизни было только две безобидных страсти – коллекционирование колец да загадывание загадок.

Кто из погибших кинул посмертное проклятие – доподлинно неизвестно. Но кто-то его шандарахнул. И души всех, кто принял в шахтах смерть от руки светлых рас, тут и остались, не получив упокоения. Миролюбия им это не добавило, хотя, по большому счету, прямо уж все заниматься смертоубийством не стремились, они больше жуть нагоняли. Впрочем, отдельные представители сгинувших в шахтах стали еще теми кровопускателями.

Гномы много раз пытались снова закрепиться здесь, организовывали отряды и упорно спускались под землю, при этом уходили тысячами, а возвращались десятками. Те, кто выживал, в большинстве своем не слишком любили вспоминать и тем более рассказывать о том, что здесь видели.

Со временем гномы махнули на шахты рукой, сказав, что такого добра им больше не надо – нерентабельно выходит.

С тех пор прошли века. Зло из шахт не исчезло, но и внимания на него особо не обращают – наружу оно не лезет ни днем ни ночью. Стоит сделать только шаг от входа или выхода из шахт – и оно не причинит тебе вреда. Но вот внутри…

Чего здесь только за это время не добавилось. Появились новые тоннели, невесть когда и кем пробитые, море ловушек, кровожадные призраки, поселившиеся в пещерах представители местной фауны – те же ледяные черти, зловредные и клыкастые твари, абсолютно не страшные поодиночке и неимоверно опасные в стае, случаются частые обвалы, происходящие в самый неподходящий момент. Но самое неприятное – это страх, постоянно вытягивающий душу и ослабляющий внимание, без которого тут не выжить.

Поэтому большинство путников предпочитает несколько дней карабкаться по перевалу, в снег и мороз, только бы не соваться сюда и не идти короткой, но жуткой дорогой заброшенных шахт.

– Вот так, – закончил свой рассказ Мюрат.

– Однако. Стивен Кинг и сыновья, по-другому и не скажешь, – уважительно покачал я головой.

– А ты как думал? – согласился со мной Мюрат. – Опа. А вот и началось. Первый зал.

Идущий впереди Фитц поднял правую руку, давая недвусмысленное указание остановиться. В тусклом свете было видно, что он стоит у выхода из тоннеля, по которому мы все шли.

Я не особо видел, что там происходит, в этом самом первом зале, – из-за спин впередистоящих обзор был невелик. Но там явно творилось что-то нехорошее.

Фитц помахал ладонью, подзывая нас. Мы подошли к нему и осторожно стали выглядывать из проема. Не знаю, как остальным, а мне было сильно не по себе, и если бы не осознание того, что отсюда по-другому не смоешься, и не жаба, связанная с вещами, я бы точно теперь предпочел прогулку с контрабандистами.

Увиденное не добавило мне оптимизма. В не слишком большом, но и не маленьком зале, в самом его центре, активно махали инструментами с полдюжины гномов, по-видимому, разрабатывая золотую жилу. Бороды топорщились, мастера друг с другом переговаривались, время от времени нагибались и складывали что-то в напоясные кошели. Нормальная такая картина, с работающими коротышками. Портило ее только одно. Все эти бородачи были призраками. Синими, полупрозрачными и отвратными донельзя. Причем если одежда была визуально целая, то сами гномы имели такой вид, в котором, судя по всему, и скончались. Черные обгоревшие лица, опаленные бороды, изъеденные ожогами руки. Сказать, что картина мерзопакостная, – это вообще ничего не сказать.

– Так, – шепотом проговорил Фитц, – идем по правой стене, один за другим, к следующему проходу. Что значит – к какому? Вон, видите, с той стороны зала?

Мы кивнули. Мы видели.

– Не громыхаем, смотрим, куда ноги ставим. Если пройти тихо, есть шанс, что они не нападут, даже если и заметят. Если громыхнем сильно, то придется драться. Вы не смотрите, что соотношение у нас больше, чем один к одному, они очень сильные, да еще и дебафы могут вешать.

– И на помощь своих позвать могут, – добавил Мюрат.

– Я иду первым, дальше в установленном порядке. Расстояние – пять шагов друг от друга. Дойдем до того прохода – все, уже не страшно.

И Фитц скользящим, невесомым шагом двинулся вперед. Было странно видеть, что этот гигант обладает какой-то просто кошачьей пластикой.

Мюрат толкнул засмотревшегося на призраков Фрага.

– Давай, не спи. И – тихо.

Так потихоньку настала и моя очередь. Я двинулся в путь по стеночке, внимательно смотря под ноги и опасаясь задеть какой-нибудь камушек. На призраков я не глядел – уж больно они были страхолюдные.

В это время Трина, почти уже достигшая желанного прохода в следующий тоннель, задела луком стену. Раздался негромкий скрежет и одновременно с ним шепот Фитца:

– Стоять всем!

Мы застыли. Против своей воли я посмотрел в центр зала. Гномы-призраки отвлеклись от своих праведных трудов и глядели в нашу сторону.

Клянусь небесами, один из них уставился на меня. На секунду мы встретились глазами, и я понял, как это, когда на тебя глядит бездна. В этих глазах было бушующее безумие.

Время застыло, я был готов к тому, что сейчас эти шестеро кинутся на нас. Если бы кто-нибудь из нас пошевелился, наверное, так и было бы, но мы не двигались. Еще раз посмотрев на нас, один из гномов, видимо, старший, погрозил нам пальцем и махнул своим коллегам: мол, давайте работайте, чего встали?

– Вперед, – снова раздался шепот Фитца, и мы двинулись.

Если до этого мы старались идти тихо, потому что выполняли приказ, то теперь мы буквально пробирались, как мыши, понимая, что второй раз они нам не пальцем грозить будут, а просто-напросто на лоскуты порвут.

Когда Мюрат вошел в проход, Фитц уже минуты три как
Страница 9 из 20

шепотом орал на Трину. Та стояла ни жива ни мертва, опустив глаза в пол и шмыгая носом. Прооравшись, Фитц скомандовал:

– Вперед, тем же порядком. И смотрите у меня!

Мы были готовы смотреть, лишь бы выбраться отсюда.

Надо отметить, что шахты не отличались разнообразием. Одинаковые стены, тоннели, время от времени открывавшиеся по сторонам, грибы на стенах, похожие друг на друга залы, которые мы то и дело проходили, слава богу, без местных жителей. Через час мы впервые позвенели оружием, наткнувшись в одном из тоннелей на двух йети – здоровенных и агрессивных, но крайне тупых животин. В одиночку и даже вдвоем мы вряд ли уделали бы их, а вот коллективом – запросто.

Часа через три пути наш командир снова поднял руку.

– Ну что, дошли до первой достопримечательности – пятого зала. Смотрим по сторонам, зал большой, неожиданности возможны всякие. Бывает, группа пройдет и никого не встретит, а другим каждый сантиметр клинками брать приходится. Сейчас проверим, какая у вас удача и насколько она сильна. Держитесь близко друг к другу, но не мешаясь.

Мы с опасением вошли в огромный зал, противоположная стена которого терялась где-то во тьме. Я ожидал колонн и иного антуража в стиле Мории, но нет. Ничего такого не было. Просто зал с разбросанными там и сям кучами мусора. На одной из этих куч я увидел кокон, видимо, оставшийся после какого-то бедолаги, и толкнул в бок Энгиса:

– Смотри, хабар лежит.

– Ага, – кивнул тот. – А прикинь, сколько тут всего?

– Много, – сказал Мюрат, вертящий головой так, что создавалось ощущение, будто она у него на шарнирах. – И все это только и ждет, чтобы вы за ним нагнулись.

Мы с Энгисом переглянулись и поняли друг друга без слов. Ну его на фиг. Как бы себе дороже не вышло.

Зал был очень велик. Мы шли мимо темных пятен, какие бывают на местах кострищ, нас до жути перепугали языки пламени, вырвавшиеся из-под пола в тот момент, когда мы миновали какой-то провал в стене. Казалось, что темнота у стен движется и вот-вот бросится на нас.

Тут и там лежали коконы наших предшественников. Фраг даже зацокал, когда увидел торчавшую из пола алебарду с изукрашенной рукоятью.

– Почти пришли, – шепнул Мюрат. Я обрадовался – тесный тоннель мне был приятнее и уютнее этого огромного зала, в котором я чувствовал себя незащищенным.

– Ё! – услышал я голос Фрага в тот момент, когда Фитц миновал проход, отделяющий пятый зал от тоннеля. – Да это же сетовый молот!

Фигурка гнома метнулась от прохода, не реагируя на окрик Фитца:

– Стой, балбес!

Я увидел, как рука бородача сомкнулась на рукояти молота и потянула его из кучи мусора, в которой он лежал.

«Может, обойдется», – подумал я.

Не обошлось. Рукоять молота растаяла у нас на глазах, а после ниоткуда появилась белесая пелена, которая начала окутывать Фрага. Она делала это настолько быстро, что фигура нашего брата по оружию скрылась под ней за секунды.

– А-а-а! – раздался его вопль.

Больше мы ничего не услышали, кроме рыка Фитца:

– Всем стоять. Ни шагу!

Мог бы и не говорить. Мы бы и сами не пошли, и так было понятно, что гному конец.

Белая пелена несколько раз содрогнулась, как будто сделала пару вдохов-выдохов, повисела еще с минуту и опала.

Перед нами была все та же рукоять молота, рядом с ней лежал кокон. Все, что осталось от Фрага.

– Сам виноват, – констатировал стоящий за нами Мюрат. – Жадность фраера сгубила. Ну что встали, двинулись помаленьку.

Дальше все было одинаково – тоннели, залы, тоннели. Мы брели по этим однообразным местам, все сильнее ощущая их безнадежность и понимая, что мы тут чужие и, наверное, теперь обречены скитаться здесь, пока сами не станем частью местного пейзажа, найдя в нем упокоение. Казалось, кто-то шепчет:

– Ты не выберешься отсюда. Не мучь себя, умри. Так проще. Так легче.

Но мы шли. Боковых тоннелей стало больше, а вот свет от грибов все тускнел.

– Я узнаю эти места, и это очень хорошо, – сказал мне Мюрат и, ускорив шаг, ушел к Фитцу, что-то говоря ему на ходу. Вояка кивнул и показал нам рукой: мол, поворачиваем направо, что мы и сделали. Потом мы снова и снова поворачивали, пока не увидели какие-то яркие отблески. Через пять минут мы вышли в небольшой зал с холмиком посередине. В центре холмика ярко горел костер.

– Место ночевки, – сказал Мюрат в полный голос. – В этих шахтах таких пять. И в каждом большом подземелье они имеются. Сюда не придут монстры и призраки, тут не действует ментальное давление и нет ловушек. Тут остановимся.

И впрямь – с души спал гнет последних часов и стало легче дышать.

– Энгис, – окликнул я своего напарника. Тот не ответил. Я завертел головой. Энгиса в зале не было.

– Фитц, – тихо обратился я к нашему вожаку, предчувствуя неладное. – Энгиса нет.

– Когда ты его видел в последний раз? – спросил меня Фитц.

– Когда ты рукой махал. Потом я за тобой шел, по сторонам не глядел.

– Сколько было поворотов, не меньше пяти? – спросил Фитц у Мюрата.

Эльф кивнул.

– Все, нет больше с нами Энгиса, – спокойно констатировал Фитц. – Ну что, надо спать ложиться.

Я посмотрел в темноту тоннеля, из которого мы вышли, и пошел устраиваться на боковую.

Глава 4,

в которой герой выходит из тоннелей на свет

Когда все вскарабкались на холм в центре зала, Фитц сообщил:

– Так, воинство, на сегодня все, разбегаемся. Завтра в девять утра все должны быть здесь, опаздывать не в ваших интересах, поскольку всех, кто проспал, ждать мы точно не будем. Так и будете здесь куковать до конца времен.

Воинство сообщением прониклось, поскольку после сегодняшнего дня все отчетливо понимали, что в этом заповедном месте шутить никто не будет – не располагает оно к шуткам.

Я устроился рядом с костром, с минуту задумчиво посмотрел на языки пламени и вышел из игры.

Было довольно странно ощущать себя вне подземелья. Пробыл я там всего ничего, но, видно, голова не могла перестроиться быстро, поскольку контраст между привычным мне домом в реальной жизни и синевато-мрачным подземельем в игре был уж слишком силен. Как у резко всплывающего с глубины аквалангиста начинает кипеть в жилах кровь, так и у меня начал закипать мозг.

Для снятия напряжения я принял рюмочку текилы, без всяких этих кинематографических приблуд вроде соли и лимона, и поймал слегка укоризненный взгляд Вики, видимо, давно уже пришедшей из редакции.

– Чего? – немного раздраженно спросил я.

– Ничего, – спокойно ответила она. – Так-то текилу хлестать зачем? Я вон борщ сварила, под него бы и выпил. С горячей закуской крепкое всегда лучше идет. И экзотично получится – текила с борщом.

Мне стало немного совестно – она ведь как лучше хотела, а я на нее чуть собак не спустил. Нехорошо.

– Ну да, – улыбнулся я. – Хотя профессор Преображенский супом закусывать не рекомендовал.

– Ой, надо тебе всяких профессоров слушать, – махнула рукой Вика. – Ты не думай, я не обижаюсь. Эльмирка иногда из игры еще не такая выходит. Они недавно какую-то крепость брали, так она вылезла из капсулы среди ночи, злая, как черт, ругалась так, что меня разбудила, и еще к какой-то мелочи прицепилась и наорала. Уж не знаю, что там произошло, но я даже отвечать ей не стала, она вообще неадекватная была.

– Кто вылез из капсулы? – уточнил я.

– Сестра моя, Эльмира. Ну я тебе
Страница 10 из 20

про нее говорила, она тоже в «Файролл» играет.

Забавно. Эльмира. Сестра. Крепость и недавно. Я ее, часом, не знаю?

Впрочем, я все эти вещи быстро выкинул из головы и начал поглощать борщ – организм восстанавливался и требовал своего: душистого, горячего, круто перченого и с картошечкой. Ну и еще пару… А-а-а… тройку рюмочек. И в люлю.

Вика еще спала, когда я, выкурив пару сигарет (да, пару. Думаете, так охота снова лезть в эти шахты? Мне после них такая чушь всю ночь снилась, что просто хоть святых выноси) и повздыхав, снова расположился в капсуле. Что делать, назвался груздем, полезай в кузов.

Как выяснилось, я пришел одним из первых. Фитц и Мюрат уже были здесь и, стоя у костра, о чем-то спорили. Увидев меня, Фитц улыбнулся в усы и помахал рукой:

– Молодец, парень. Вот у «Буревестников» дисциплина, я понимаю. Не то что у наших.

На своих он наговаривал почти зря – в последующие пять минут пришли все, кроме Трины. Не появилась она и еще через пять минут.

– Все, время. Отряд, готовиться к выходу, – рявкнул Фитц.

– Точно ждать не будем? – тихо спросил у него Мюрат.

– Нет, я всех предупреждал – опоздавших не ждем, пусть выбираются сами.

Мюрат хотел сказать что-то еще, но только покачал головой. Понятное дело, отсюда в одиночку – только вперед ногами.

– Поскольку нас стало почти вдвое меньше, порядок следования такой. – Фитц окинул нас взглядом. – Впереди я, за мной Флорес, за ней Хейген и Морис, и замыкающим Мюрат. Если придется драться – строим кольцо вокруг Флорес. Вопросы?

– Да какие тут вопросы, – уныло сказала магичка. – Есть шансы, что сегодня дойдем до выхода?

– Не знаю, – честно ответил ей Фитц. – Как получится. По идее, должны. А уж что там будет – это одни боги знают. Давай, бафни нас, как вчера, и пошли.

Выходя из пещеры, я оглянулся. У костра так никто и не появился. Трина, как я полагаю, допустила серьезную ошибку, это опоздание ей, скорее всего, дорого обойдется – и сейчас, и потом. Но это ее проблемы, тут самому бы до выхода дойти.

И снова тоннели, ответвления и все то, что мне надоело еще вчера. И снова это чувство безнадежности и беспросветного отчаяния, выматывающее и обессиливающее. Ко многим вещам в этой жизни можно привыкнуть, но вот к этому, наверное, привыкнуть невозможно. Кажется, проще умереть, чем терпеть такое. Кстати, недурственная идея, может, это выход? Взять да и ткнуть в себя железкой – и все, и на волю. «Правильно, – раздался голос у меня в голове. – Не мучь себя. Смерть – это всего лишь миг, так же, как и жизнь».

Моя рука стиснула рукоять меча, и это движение уловил Мюрат.

– Ты давай это брось, – сказал он мне и скинул мою ладонь с навершия рукояти. – Фитц, мы с тобой все гадали, кто суицидальником будет, – так вон, нашему союзнику карта выпала.

– А я думал, что Флорес достанется, – прогудел в усы Фитц.

– Не понял? – посмотрел я на Мюрата.

– Шахты всегда выбирают кого-то одного из группы, кому начинают внушать желание убить себя. Вот такие у них забавы. Если не успеть этого самоубийцу остановить, то рано или поздно он себя прикончит. Хорошо, что ты мечник, я твое движение заметил. А вот с ворами да магами беда – успевают кинжал достать и себе его в горло сунуть.

– Зато такой поступок очень небесполезен для остальных, – отметил Фитц. – Потом два часа можно вообще не бояться – ничего с группой не произойдет, проверено. Такой вот вариант жертвоприношения.

– Ну да, – со скрытой иронией отозвалась на это сообщение Флорес. – Кровь одного спасет всех.

– Что поделаешь, – грустно развел руками Мюрат. – Ну ты как, передумал суицидничать?

Пока они вели свой диалог, к гнусавенькому голосу, который советовал мне незамедлительно отправиться в страну вечной охоты, прибавился второй, суровый и хриплый, который сразу же начал на меня орать.

– Что такое? – вопил второй голос. – Ты воин или тряпка? Что это за мысли о легкой смерти? Суть воина – смерть на поле боя от вражеского клинка, только так и никак иначе должны умирать бойцы!

Мюрат посмотрел на меня.

– Ну да, – буркнул я. – Больше не хочу, отпустило.

Голоса в голове и впрямь исчезли, оба, как и желание пустить себе кровь. Рассказывать о внутренней перебранке я, понятное дело, никому не стал, поэтому просто посмотрел на нашего старшего взглядом человека, который явно не стремится на тот свет.

– Ну коли отпустило, тогда идем дальше, – скомандовал Фитц. – До девятого зала рукой подать, минуем его – полдороги, считай, позади. Да и вообще дальше будет проще.

– А что там, в девятом зале? – тихо спросил я у Мюрата.

– Да как и везде тут – неизвестность. В этих шахтах рассчитывать на какую-то предсказуемость – самое глупое дело. А если в частностях – я лично в девятом зале был два раза. В первый мы прошли его за десять минут из края в край и не встретили никого и ничего. Тишина, пыль и полумрак.

– А во второй?

– А во второй раз я в нем и остался. И еще половина группы вместе со мной. Ближе к середине на нас из ниоткуда, как они это умеют, навалилась стая ледяных чертей и ополовинила наш отряд. Вылетели и покрошили нас на мелкий ливер.

– Тихо, – шикнул на нас Фитц. – Пришли.

Мы встали у входа в огромный зал. Что он огромен, можно было понять даже по тому виду, который открывался из проема.

– Так, идем, как всегда: тихо и по возможности незаметно, – скомандовал Фитц. – И помните – все неприятности в шахтах происходят с теми, кто шумит и кто приказы начальства не выполняет.

Он вышел из проема, держа наготове секиру. Повертел головой, видимо, не обнаружил прямой и явной угрозы и мотнул подбородком, показывая, что нужно идти.

«Вами открыто деяние «В глубинах». Для его получения вам необходимо побывать в 10 огромных пещерах, которые находятся в различных подземельях Файролла. Награды: титул «Прошедший сквозь тьму»; + 2 единицы к мудрости. Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

Ух ты. Хоть какая-то польза от этих подземелий. Правда, вероятность закрыть деяние стремится к нулю. Я после этих шахт еще долго от любой дыры в земле шарахаться буду.

Зал и впрямь был огромен. Причем синеватое грибное освещение здесь перемешивалось с солнечным светом, мелкими пучками сочащимся из трещин в своде пещеры, – видимо, над нами был один из склонов Ринейских гор. Это световое смешение создавало причудливую и забавную игру теней, которая просто завораживала. Было видно, что гномы не стали трогать природную красоту этого зала, и их инструменты не касались его стен.

Мы шли тихо и молча. Уж не знаю, какие чувства возникали у моих спутников, лично я, как и у входа в шахты, осознавал свою ничтожность в сравнении с этим великолепием и величественностью.

Кроме нас и теней в зале больше никого не было, и, похоже, это не на шутку встревожило Фитца, который все сильнее и сильнее ускорял шаг.

Дневной свет по мере приближения к выходу начал меркнуть, уступая дорогу привычной синеве, и наконец пропал вовсе. Зато синий свет становился все ярче, а за выходом из зала, к которому мы подошли, было просто какое-то буйство ультрафиолета.

– А чего это… – открыл я рот, чтобы задать вопрос, но Фитц, вытаращив глаза, шепотом проорал (надо же, никогда не предполагал, что шепотом можно орать):

– В угол! Все в угол!
Страница 11 из 20

Живо!

– Так вроде ты сам говорил… – начал возражать ему Морис, но Фитц, вообще его не слушая, рванул в угол зала, прочь от выхода.

Я не понял, что случилось, но, рассудив, что понапрасну Фитц, не склонный к рефлексии и нервозности, паниковать не будет, потрусил за ним.

В углу наш лидер уже подыскал место за какими-то кучами мусора, залег на пол и теперь махал нам рукой, приказывая сделать то же самое. Мы рухнули рядом с ним, и, похоже, вовремя.

Ультрафиолетовое сияние из коридора переместилось в девятый зал, и вслед за ним из прохода стали выходить призраки гномов, только каких-то странных. Отличие этих гномов от обычных было не в том, что они были чуть выше и не с такими длинными бородами, а в выражении их призрачных лиц. Даже лица тех обгоревших гномов, которые перепугали меня насмерть, сохраняли остатки свойственной этой расе миролюбивости. Эти же существа были полны ненависти и злобы ко всему живому. Они шли рядами, образуя колонну и чеканя шаг, одетые в одинаковые доспехи и с секирами на плечах.

Ряд за рядом они выходили из прохода. Окружающее их сияние разгоняло мрак по обе стороны зала и нагоняло на нас очередную порцию страха. Я вообще не знаю, есть ли тут, в этих шахтах, существа, которые не источают эти эманации ужаса? Давешние йети показались мне близкими и родными, они, по крайней мере, хотя бы были теплокровные.

Колонна темных дварфов – а кто бы это еще мог быть? – наконец полностью вышла из тоннеля и стала удаляться в глубину девятого зала. Фитц приподнял голову и проводил их внимательным взглядом, чтобы удостовериться, что все они точно ушли и не оставили дозора.

Когда сияние, источаемое темными дварфами, окончательно погасло, вояка встал, отряхнулся и сообщил нам:

– Фартовые вы, однако. Куча народу ни разу парада не видала, а вам прямо в первый раз его посмотреть удалось.

– Парада? – удивился Морис.

– Ну так говорят, – объяснил Фитц. – Это ж призраки темных дварфов маршировали, тех, которых тут сожгли и потравили. Они все здесь и остались, вышагивают вот. Не дай бог попадешься им на дороге – тут тебе и конец. И не убежишь – догонят. А самое паршивое – они единственные в этом подземелье, а может, и в целом Файролле, кто не убивает нашего брата игрока сразу. Сначала мучают.

– Да ладно? – не поверил я. – А игровые ограничения? А цензура?

– Не знаю, так говорят бывалые люди, – нахмурился Фитц.

– Я тоже про это слышал, – подключился к беседе Мюрат. – Мне рассказывали. Еще говорят, что темные дварфы тут, в шахтах, ждут возрождения Темного властелина, и когда он займет свой трон, займут место в гвардии. Именно поэтому они убивают всех встречных на своем пути – чтобы те не выдали тайну их местонахождения.

– А вот это точно байки, – хмыкнул Фитц. – Откуда вообще взяться Темному властелину? Чушь все это, как и всякие драконьи квесты. Ладно, пошли. После прохода дварфов все пути еще с час пустые будут, а то и поболе. Их даже местная нечисть и нежить боится.

Мы подошли к выходу, отряхиваясь от мусора, – пол был ну совершенно нестерилен. Идущая рядом со мной Флорес бурчала:

– Я дома-то полы не подметаю, а тут…

Я даже не успел сказать о том, что бардак дома – это явно не повод для гордости, как с противоположной от нас стороны зала метнулась черная большая тень и нанесла Флорес ужасный удар когтистыми лапами, выбивая из нее жизнь. Девушка с воплем упала, я выхватил меч, а Фитц заорал:

– Пещерник, чтоб его! Что ж за день-то такой! От дварфов тут прятался!

Выхватив свою секиру, он попытался в прыжке нанести этой тени быстрый удар, но не преуспел.

В это время все оставшиеся попытались достать этого самого пещерника своими клинками, но он вывернулся из-под ударов и длинными прыжками убежал вслед за отрядом дварфов.

Когда мы повернулись в сторону лежащей на земле Флорес, то увидели лишь кокон с вещами, которые Фитц забрал себе, сказав:

– Передам ей, само собой. Все, в колонну по двое, Морис со мной, пошли отсюда.

Шагая рядом с Мюратом, я спросил у него:

– А это что было?

– Пещерник-то? О, брат, это та еще тварь. Он условно разумен, невероятно силен, очень ловок и вдобавок обладает великолепным слухом и зрением, поэтому драться с ним один на один в Файролле рискнут, может, всего человек двадцать из самых сильных игроков или даже меньше. Пещерники прекрасно ориентируются в ситуации и умело рассчитывают баланс сил. Поверь, если бы с нами не было Фитца, он бы не сбежал. И с огромной долей вероятности лежать бы нам там всем.

– Ну ничего себе. И много тут таких?

– Один, от силы два. Это его подземелье, они не делятся с себе подобными ни едой, ни территорией. И слава богу, что их, таких, мало. Надеюсь, он за нами не увяжется.

Мы двигались дальше, вперед и вперед, час за часом. Были залы и переходы, в одном месте нам пришлось преодолевать завал, причем совсем свежий, что очень напрягло Фитца. Мы без происшествий миновали десятый и одиннадцатый залы, и перед последним, двенадцатым, Фитц сказал нам:

– Ну что, парни. Почти дошли, за залом – тоннель, потом еще один, потом совсем маленький зальчик, небольшой проход, поворот – и все, мы на свежем воздухе. Морис, ты молодец, хорошо себя показал. О тебе, Хейген, напишу твоей лидерше.

– Фитц, не торопись награды раздавать, плохая примета, – осадил его Мюрат.

– Ой, да ладно, я в приметы не верю, – коротко хохотнул Фитц. – Ну что, двинули.

Мы вошли в зал, который был велик, но не чрезмерно, а на фоне девятого, можно сказать, так и совсем не выделялся размерами. Двигались, как обычно, по центру, по едва заметной дороге, прошли примерно половину, все было как всегда, и в первый момент я даже не понял, что случилось. Мелькнуло что-то белое, и Морис с криком исчез из моего поля зрения, а через секунду я услышал его удаляющийся вопль.

– Бегом! – раздался рев Фитца – вояка, похоже, оставил всякую маскировку. – Бегом в тоннель, это ледяные черти!

Мюрат толкнул меня, ускоряясь, и я помчался за ним, обернувшись на ходу. Все, что я увидел, – это какую-то черную дыру посреди дороги, в которую то ли свалился бедолага Морис, то ли его столкнули, и непонятную белую массу на дороге, находящуюся еще далеко, но очень быстро движущуюся в нашу сторону. Я понял, что никакая это не масса, а попросту ледяные черти, мчащиеся в виде однородной толпы, и это совершенно не добавило мне оптимизма, но весьма помогло набрать скорость, поскольку быть растерзанным недалеко от выхода, после всего того, что я пережил в этих чертовых шахтах, – это даже не обидно, это просто невероятнейшее невезение какое-то.

Все новые и новые ледяные черти, издавая протяжные вопли, выскакивали из трещин в стенах, из дыр в потолках и присоединялись к толпе, мчащейся за нами и жаждущей нашей крови. Пол сотрясался от топота огромного количества лап.

Мы влетели в тоннель под вопль Мюрата:

– Фитц, это ты, сволочь, накаркал!

Я врезался в остановившегося Фитца и заорал:

– Чего тормозишь?

– Беги давай, – быстро скомандовал он мне. – Я накаркал, есть такое дело. Минуту-другую я их придержу, уходите. И ждите меня на площадке!

Он встал у входа в зал и занял оборонительную стойку. Что было дальше, я не видел, поскольку Мюрат потащил меня по тоннелю, приговаривая:

– Давай-давай, время не ждет.

Мы пробежали этот тоннель и
Страница 12 из 20

почти весь следующий, когда совсем рядом, за спиной, снова послышался топот.

– Не успели, – охнул Мюрат. – Вот гады!

Мы влетели в зал, действительно совсем небольшой, шагов двадцать в поперечнике.

– Дальше сам, – скомандовал мне эльф, обнажая клинок. – Тут всего ничего осталось, давай. Встретимся снаружи.

– Я тебя дождусь, – крикнул я, вбегая в проход.

Не знаю, услышал меня Мюрат или нет, поскольку последний переход погасил все звуки. «Переход и поворот», – вспомнились мне услышанные всего несколько минут назад слова Фитца. Я проскочил переход, повернул и увидел выход, до которого было шагов двадцать и из которого лился мягкий свет. Там, снаружи, похоже, уже был вечер, и судя по всему садилось солнце.

И в это время меня сбили с ног, я покатился по каменному полу, вскочил и развернулся, обнажая меч.

В узком проходе, шагах в трех от меня, стояло десятка два мерзких тварей, покрытых белой свалявшейся шерстью, с витыми рогами на голове (за которые они и получили название «ледяные черти») и с зубастыми пастями. За счет узости прохода они могли меня атаковать только по трое, но с учетом их количества шансов выжить у меня не было. Я никак не успел бы преодолеть эти оставшиеся несчастные шаги, даже побежав очень быстро, – они бы просто свалили меня. Все, что мне оставалось, – это героически погибнуть в бою, а потом попросить Мюрата забрать мои вещи и отдать их мне. И идти через перевал с контрабандистами, если Фитц с Мюратом уже смылись из Кройцена. Эх, чего ж я зелий не прикупил, как Фитц советовал, чего пожадничал…

Черт, стоявший чуть впереди остальных, довольно рокотнул и приготовился к прыжку, я выставил меч перед собой и прикрылся щитом. И в это время вспомнил про ту штукенцию, что дал мне Странник. Как он сказал? Разломи, когда будет совсем худо? Куда уж хуже, чем сейчас?

Я сдал влево и, мгновенно перекинув щит за спину, сунул руку в сумку и достал хрустальный предмет, который так и лежал там с того момента, как Странник мне его отдал, и сжал его в руке. Он хрустнул, и в это время черт сиганул на меня. Я поймал его на меч, сбросил с клинка, встретил второго прямым ударом, рубанул и не устоял на ногах – по инерции меня крутануло на противоположную стену, и спина открылась для удара.

Я сжался, ожидая его, но вместо этого услышал хрусткие звуки, которые издают топоры, рубящие плоть.

Обернувшись, я был готов увидеть что угодно, но только не то, что увидел.

Ледяных чертей рубили в капусту призрачные темные дварфы. Пять дварфов, пользуясь тем, что они меньше чертей, перегородили проход и лихо орудовали одноручными секирами. За их спинами стояли еще две пятерки, готовые к бою, и даже командир. У меня возникло ощущение, что я схожу с ума. Самые жуткие из обитающих в шахтах существ защищают меня! Ледяные черти явно тоже почувствовали некий дискомфорт, поскольку часть из них потихоньку начала убегать в темноту перехода.

В это время командир дварфов повернулся, посмотрел на меня и сделал рукой жест, который можно было трактовать однозначно: «Вали отсюда». Дав мне это указание, он снова повернулся к своим бойцам.

Я решил не испытывать судьбу и подумать обо всем этом уже там, на воздухе, и очень быстро выбежал из прохода на волю. Я оказался на небольшой каменной площадке, вырубленной в горе, с каменной же узкой тропинкой, ведущей вниз.

Меня встретило огромное красное солнце, садящееся в небольшую тучку и озарявшее бескрайнюю зеленую равнину с башенками какого-то городка, теряющегося вдали.

Господи, я все-таки выбрался! Я прошел эти чертовы шахты и скорее разругаюсь со всеми работодателями на свете, чем снова туда вернусь!

Я сел на край площадки и стал смотреть на солнце и размышлять. Мне есть над чем подумать, пока я буду ждать Мюрата и Фитца.

Глава 5,

в которой действие происходит на маленькой каменной площадке

Вопросов у меня в голове было пока явно больше, чем ответов. Что это за ерунда с темными дварфами, откуда они вообще взялись? В смысле, откуда они взялись, я более-менее представляю – должно быть, из стены вылезли, но с какого перепугу они меня спасать надумали? Насколько я помню, даже сам отчаюга Фитц в кучу мусора залег, лишь бы с ними не встречаться, и любой представитель светлых рас для них – это как красная тряпка для быка. Кто вообще этот Странник? Нет, я прекрасно понимаю, что он невероятно подозрительный тип, но не настолько же? И самое главное – как он заставил темных дварфов прийти мне на помощь? Почему Мюрат так явно спровоцировал прямодушного Фитца на то, чтобы он нас прикрыл, ради чего? Ради какой-то своей цели или чтобы вывести меня из-под удара? Потом-то, как ни крути, этот хитрюга пожертвовал и собой…

Поломав над подобными вопросами голову еще пару минут, я забросил это дело – все равно ничего путного не придумаю, а мозги окончательно взорвутся. «Всему свое время», – сказал я себе и выбросил все это из головы. До поры до времени, естественно.

Я сидел на краешке площадки и болтал ногами над пустотой – расстояние до земли здесь было порядочное, но это меня не пугало, после шахт было бы странно бояться таких пустяков. По моим прикидкам, Фитц с Мюратом должны были появиться довольно скоро: что там делов-то – дойти до гостиницы, приодеться да портануть сюда. Кстати, интересно: можно использовать свиток прямо здесь, на этой площадке, или все-таки только у подножия? Попробовать, конечно, можно, но уж больно свиток жалко.

Я было собрался занять себя чем-нибудь полезным, а именно – разобрать накопившиеся у меня квесты и отказаться от выполнения некоторых из них, как снизу, с лестницы, раздались голоса. Я встал, полагая, что это пришли мои спутники, но с удивлением увидел, что это два совершенно незнакомых мне игрока, люди-воины Дэмиан и Моро. Интересно, что они тут забыли? Впрочем, вроде на вид нормальные ребята, по крайней мере, значков агров над ними нет.

– Привет! – Я поднял руку и помахал воинам.

– Привет, – ответил мне Моро, а Дэмиан просто помахал в ответ. – Ты никак оттуда? – И Моро кивнул подбородком на темный зев шахты.

– Ага, – подтвердил я. – Оттуда. Ну и натерпелся страху, если честно. Очень нехорошее место. И вдвоем там делать нечего, поверьте, парни, мы вон ввосьмером не прошли, я один выбрался.

– Стало быть, везучий, – поддержал разговор Дэмиан. – Если один из восьмерых выжил. Остальные-то, поди, еще в середине пути полегли?

Вопрос был задан нейтрально-сочувственным тоном, но мне это как-то не понравилось.

– Да по-разному, – уклончиво ответил я. – А что?

– Да просто интересно. А ты чего тут-то сидишь, чего в бург не идешь? – поинтересовался Моро.

– Ну значит, надо так. Нервы вот успокаиваю после похождений.

– А. Нервы – это да. Все болезни от нервов. Кроме потешных – те от удовольствия, – покивал головой Моро. – Да еще, поди, и спутников своих ждешь, а?

– Ну а если и так? – Эти ребята нравились мне все меньше и меньше. – Может, и жду, это дело такое, личное.

– Стало быть, недалеко от входа полегли-то, – нехорошо улыбнулся Дэмиан. – Высокого уровня были?

– Ну это уж вам совсем ни к чему знать, – добавил стали в голос я. – Какого были – такого и были. Вы, парни, с какой целью интересуетесь?

– Да цель простая, – продолжал улыбаться Дэмиан. – Бизнес у нас тут. Мы время
Страница 13 из 20

от времени сюда наведываемся и проверяем местность в шахтах недалеко от входа. Частенько всякие хорошие вещички находим, бесхозные – там ведь, в основном серьезные игроки ходят. И смерть часто именно у входа их застает – вроде всего ничего до конца осталось, они расслабляются, тут хоп – и нечисть на них нападает. И как прибьет игроков, так обратно вглубь шахт и уходит, нечисть да нежить – они света не любят. А мы тут как тут.

Надо отметить, что свой резон в этом был, хотя вряд ли наша компания полегла из-за расслабухи – ледяные черти нас прищучили бы в любом случае. Но вообще-то Фитц, конечно, расслабился – это было. И Морис тоже.

– Ну, парни, не в этот раз, – решил я попробовать все-таки не обострять ситуацию. – Скоро придут мои друзья и сами заберут свои вещи, так что бесхозными их никак не назовешь.

– Ну почему не назовешь? – хмыкнул Моро. – Они же не твои? Если твои – так иди и возьми. А если ты не пойдешь, так мы пойдем. Кто успел – тот и съел.

– Ребята, зачем вам эта головная боль? – драться мне не хотелось, причем сильно. Оба эти черта – шестьдесят плюс. Если с одним я, может, и справился бы, что, конечно, не факт, то с двумя не совладаю наверняка. – Это были бойцы из «Гончих Смерти», ветераны, ближники Седой Ведьмы. Оно вам надо?

– Ой, ладно гнать, – фыркнул Моро, окончательно сбрасывая личину воспитанного человека. – На фига «Гончим» брать с собой середняка из зачуханных «Буревестников»? Сам себя послушай – ветераны топ-клана в шахтах слились, а какой-то заморыш из них вышел. Ну не бред? Скажи еще, что они полегли, тебя прикрывая! Самому не смешно?

Я невольно улыбнулся – рейдер был прав. И впрямь – правда, истинная правда, звучала как откровенный бред.

– Ну верить или не верить – это ваше дело. Я сказал, как оно есть на самом деле. И так, для информации, – я достал меч, перекинул на спину щит и встал спиной к выходу из шахт, – пока я жив и пока не придут мои друзья, я вас туда не пущу. А уж нужен вам подарочный комплект, состоящий из значка агра и места в черном списке сразу двух кланов, или нет – это уж решайте сами.

Парочка переглянулась и тоже потянула мечи из ножен: Дэмиан – гладиус с вычурно отделанной рукоятью, а Моро – здоровенный двуручник, что меня немного успокоило. Драться двуручником – это серьезная наука, и для такого боя нужен простор, которого тут толком и не было – площадка невелика, и нас на ней трое теснится.

– Уверен, что мы как-нибудь переживем сию печаль, – витиевато ответил мне Дэмиан. – Да ты и сам подумай – ну кто ты такой, чтобы из-за тебя двух человек в черный список включали? А даже если и включат – тоже переживем. Да и клан наш посильнее твоих «Буревестников» будет, так что ваш кланлидер еще десять раз подумает, стоит ей с нами связываться или нет.

Над рейдерами был значок «Сынов Тараниса». Я слышал о них, это был сильный и амбициозный клан, собиравший под свои знамена в первую очередь физовиков. Я так понимаю, их лозунгом было высказывание одного киногероя, утверждавшего, что на любого доктора приходится всего девять граммов свинца, будь он даже доктором философии. Так что да, если бы все обстояло так, как говорили они, вероятность того, что Элина за меня впряжется, была бы невелика. Но вряд ли то же можно будет сказать о Седой Ведьме. А что будет, когда Мюрат узнает, что его обнесли… А уж когда об этом узнает Фитц!

Поэтому я не слишком волновался. Даже если они меня тут положат и оберут (а уж в этом-то я не сомневался), быстро продать они все не смогут – такие вещи вендору не сдают, их на аукцион ставят, и это еще при условии, что они вообще успеют отсюда уйти. Кавалерия-то будет с минуты на минуту, и так уж припаздывает. Вот опыта благоприобретенного маленько жаль…

– По-хорошему, в последний раз предлагаем: уйди с дороги, – медленно и с угрозой процедил Моро.

– По-хорошему, в последний раз предлагаю: шли бы вы с миром, – в тон ему ответил я.

– Ты сам выбрал, – лениво сказал Дэмиан и двинулся ко мне.

Не удалось мне уйти от боя и скорее всего от смерти. Досадно. А если сюда все-таки нельзя телепортировать?

– «Душа волка», – выкрикнул я. Вот и подвернулся повод проверить, что же это за соратника я могу вызвать.

Из ниоткуда, буквально из воздуха, выскочил серый волчище приличных размеров и встал передо мной, оскалившись на подходящих противников.

«Интересно, а как им руководить?» – подумал я и крикнул:

– Куси вон того, с коротким мечом, – и указал своим клинком на Дэмиана.

Волк немедленно прыгнул на воина, огласив площадку рычанием. «Жаль только, что надолго его не хватит», – расстроился я. Этот Дэмиан – тертый калач, его таким зверем не испугаешь. Впрочем, полминуты, а то и минуту я себе отвоевал. А там видно будет, в бою минута – это просто бездна времени.

Моро, против моих ожиданий, несмотря на тесноту, довольно лихо вертел двуручником, и если бы я имел глупость попасть под меч, то скорее всего одного-двух ударов мне бы для перерождения хватило, да и на щит такие удары принимать не рекомендовалось. Но я под них попадать не стремился, поэтому при третьем его замахе попросту присел и плавно перетек рейдеру за спину, в которую и ударил, не забыв сопроводить свои действия «Памятью о боге». Этим ударом я выбил из него процентов двадцать жизни.

Жалобный визг волка сообщил мне, что, похоже, пришло время умирать, и урон, нанесенный Моро, – моя единственная удача в этом поединке. Я поднял меч и…

– Ого, да здесь убивают! – раздался веселый голос Мюрата. – Вы кто, ребята? Вроде вы не с нашего двора?

– Да они даже не с нашей улицы, – в тон ему отозвался еще один, незнакомый мне голос.

– Ты тут как? Жив более-менее? А то мне ведь обидно будет, что я за просто так помер. – Мюрат, растолкав плечами «Сынов Тараниса», подошел ко мне. – Что у тебя с этими орлами за разборки?

Я убрал меч в ножны и закинул щит за спину.

– Да ничего. Они испытывали желание прибрать к рукам вещички, твои и Фитца, – без зазрения совести заложил я этих двух гавриков. – Я сказал им, что это плохая идея, что это вещи серьезных людей из клана «Гончие Смерти», что они могут рассердиться и наказать их за такие дела. Эти двое мне не поверили и ответили, что им чихать на владельцев вещей, потому как их бизнес – обирать трупы, и мешать им в этом никому не стоит. Ну а дальше мы махаться начали.

– Ну вообще-то все было не совсем так, – хмуро начал оправдываться Моро.

– Мюрат, разбираться, выяснять и наказывать – это по твоей части, – рявкнул появившийся на площадке следом за эльфом и одним из ветеранов клана Фитц. – Вещи мои они не тиснули, на свое счастье, а потому я за ними сам сейчас пойду. Но ты эту погань взгрей как следует, от души, чтобы до них дошло, до всего их ливера чтобы дошло, что крысятничать – это плохо. Твои вещички я тоже захвачу. Ты в зале ведь полег?

Мюрат кивнул.

– Вперед, – скомандовал Фитц и первым нырнул в темноту проема, за ним последовали человек восемь ветеранов, обвешанных железом. Один из них мне показался знакомым, тем более, заходя в шахту, он махнул мне рукой. По-моему, это был Турок. Хотя, может, и Нокс. Под шлемом поди разбери, кто это.

– Ну-с… – Мюрат потянулся как кот и вкрадчивым голосом продолжил: – Так в чем же врет мой друг? Он вам говорил, что у вещей хозяева есть?
Страница 14 из 20

Отвечать! – Эльф резко сменил тон на агрессивный.

Дэмиан и Моро синхронно кивнули.

– Так. Говорил. А что эти вещи принадлежат ветеранам из серьезного клана – говорил?

Они снова кивнули.

– Вы его послушали? Нет. По лицам вижу, что нет, и по мечам, что не в ножнах лежат, тоже вижу.

Неудачливые грабители стали, суетясь, убирать клинки в ножны.

– Да теперь-то уж чего, – сочувственно сказал Мюрат. – Вы уже в этом практически по ноздри. Нападение на союзника клана «Гончие Смерти», более того – на личного друга его лидера, крысятничество, грабеж… Беда. Что с вами Глен сделает, я вообще боюсь представить. Чтобы в его клане да крысы… А с учетом его принципов нам, «Гончим», вообще можно отдыхать.

– Может, без него обойдемся, может, договоримся? – неуверенно сказал Моро.

– Без кого – без него? – непонимающе-издевательски поинтересовался Мюрат.

– Без Глена, – ответил Моро.

– Ну были бы тут только я да Хейген – может, и обошлись бы. Заплатили бы вы отступные – да и все. Но вот Фитц не успокоится, пока вы кровавыми соплями не умоетесь. Он очень упорный человек, просто до невозможности упорный. Да? – Мюрат посмотрел на меня.

Я поджал губы и потряс головой вверх-вниз: мол, таки да, это такой упорный человек, прямо не человек даже, а просто какой-то жук-древоточец. Пока своего не добьется – не успокоится.

Зачем им знать, что дядюшка Фитц скорее всего про них уже вообще забыл? Думаю, это лишнее.

Парочка стояла, понурившись, и когда на лестнице раздались шаги, а потом и голос, они ощутимо вздрогнули.

– Мюрат, старый ты черт. Не дай бог ты меня дернул не по делу, я тебя тогда на британский флаг порву. И сразу говорю – я в твоих аферах не участвую.

На площадку вышел мужчина в зеленом плаще, с шотландским мечом у пояса (страшно представить, сколько денег он в него вложил, поскольку это была точная копия горского меча, явно купленная за живые деньги) и с аккуратной бородкой. Судя по нику, к нам на огонек заглянул сам Глен, глава клана «Сыны Тараниса».

Он по-дружески обнялся с Мюратом – похоже, они были старые знакомые, приветливо кивнул мне и с легким недоумением посмотрел на своих сокланов.

– Мюрат, дружище, – произнес он задумчиво. – Я чего-то не знаю, что мне надо знать?

– Думаю, что да, – дружелюбно ответил ему эльф. – Позволь, я расскажу тебе о небольшом доходном предприятии, которое основали твои подопечные.

И Мюрат поведал Глену всю историю, которая была довольно далека от той, что ему рассказал я, и уж совсем не была похожа на то, что случилось на самом деле. Зато это было остроумно, я пару раз еле удержался от того, чтобы не захохотать: рассказчиком эльф был чудо каким, я это еще в шахтах подметил.

– Ну что… – констатировал Глен. – Половину ты, конечно, придумал, это само собой, зато вторая половина – правда. И этой правды вполне достаточно для того, чтобы вас, твари, гонять по всему Раттермарку с полгода. Так гонять, чтобы у вас под сапогами земля горела.

Он свирепо посмотрел на Дэмиана и Моро:

– Ну погодите, мы сейчас в клановый замок отправимся, там большой совет решит, что с вами делать.

Глен еще раз смерил их горящим взглядом и подошел ко мне:

– А ты молодец. Один против двух. И по делу, не с куража или с психа. Уважаю. – Он протянул мне руку. – Глен.

– Хейген, – протянул я ему свою. – Воин клана «Буревестники».

– Повезло Элине, хорошего бойца к себе заманила. А чего с этим делаешь? – Глен кивнул подбородком в сторону Мюрата. – Ты от него держись подальше, тот еще жук.

Эльф скрестил руки на груди и принял обиженный вид.

– Ладно, говори, какую контрибуцию за этих дуралеев хочешь. Если золотом – то сколько.

– Да никакой не хочу, – пожал я плечами. – Все закончилось нормально – и слава богу. А день рождения ежа вы им и без меня устроите!

– День рождения ежа? – поднял брови Глен.

– Ну я так полагаю, что они его сегодня против шерсти точно родят, – подмигнул я ему.

Глен захохотал.

– А мне по душе этот парень, – сказал он Мюрату. – Наш человек.

– А то, – кивнул Мюрат.

– Ну все равно, не по мне это, без извинений такой косяк моего клана оставить, – обратился снова ко мне Глен. – О, придумал!

И он скинул свой плащ и протянул мне:

– Держи. По-братски, не в обиду, не с барского плеча.

Я взял его в руки и рассмотрел.

«Плащ сэра Бержа. Принадлежал великому воину, пожертвовавшему всем ради счастья своей возлюбленной. Защита – 280–346 единиц. + 22 к силе; + 16 % к возможности парировать удар; + 12 % к шансу увернуться от удара; + 7 % к защите от холода; + 3 % к шансу получить скрытое задание. Поднимает пассивное умение «Достойная награда» до 2-го уровня (действует при наличии данного умения 1-го уровня. Использование способности – разовое, эффект умения – постоянный). Ограничения к классовому использованию предмета – только воины. Прочность – 378 из 440. Минимальный уровень для использования – 45».

– Ух ты, – только и сказал я. – Это очень дорогой подарок.

– По делам и награда, – пожал плечами Глен. – Все справедливо. И вот еще до кучи.

Он вынул из сумки кольцо и протянул его мне.

«Перстень друга клана «Сыны Тараниса». + 22 к выносливости; + 18 к ловкости; + 18 % к защите от огня; + 9 % к защите от урона любым видом оружия. Прочность – 232 из 260. Минимальный уровень для использования – 45. Украсть, потерять, передать, продать – невозможно. При смерти владельца не остается на месте его смерти».

– Я всегда ношу такое кольцо с собой, но очень редко его кто-либо получает. В данном случае я считаю, что награда нашла героя. Полагаю, что между тобой и моим кланом не осталось вражды?

– Да ее и не было, – абсолютно искренне сказал я, убирая плащ в сумку и надевая кольцо. – С чего бы? Идиотов, думаю, везде хватает, их не сеют и не пашут, они сами на земле произрастают.

Глен улыбнулся:

– Это да. Крепость нашего клана находится тут, на Севере, недалеко от бурга Хольфстриг. Если что – заходи, будешь желанным гостем. На воротах покажешь перстень, этого достаточно.

– Обязательно загляну, похоже, я тут надолго, – заверил его я.

Глен пожал мне руку, кивнул и повернулся к Дэмиану и Моро, молча стоящим в сторонке и смотрящим себе под ноги.

– Ну что, паразиты, пошли на разбор полетов. Мюрат, бывай.

В это время из шахт вышел довольный Фитц в своем привычном для меня доспехе.

– Эй, Мюрат, забирай свои манатки, – проревел он. – О, Глен, здорово. За своими гаденышами пожаловал? Мало ты их гоняешь, мало. Вон они чего творят, честных воинов обирают, по могилам их шарятся.

– Привет, старый медведь. – Глен махнул Фитцу рукой. – Да уж в курсе, вот думаю, что с ними делать. А ты все молодняк по шахтам таскаешь? Ох, смотри, изведешь молодую поросль клана напрочь. Ты бы что-нибудь попроще придумал.

– А нечего! – рявкнул Фитц. – Пусть сразу знают, что у «Гончих Смерти» не в бирюльки играют, а выживают. Пусть готовы ко всему будут. Тем более, после шахт им любой бой за рай сойдет. А, Хейген, разве не так?

– Так точно! – вытянувшись, рявкнул я.

– Вот! – ткнул латной дланью в мою сторону Фитц. – Видишь, каких молодцов растим!

Глен кашлянул, скрывая улыбку.

– Вообще-то он Элинин молодец, – медовым голосом сказал Мюрат.

– Ы-ы-эмм, – прокашлялся Фитц. – Сегодня Элинин, завтра наш! Все, бери свое тряпье.

Мюрат подошел к Фитцу,
Страница 15 из 20

Глен помахал всем рукой и повел друзей-грабителей вниз, причем Дэмиан, обернувшись, обжег меня взглядом, полным ненависти. Все понятно: я заполучил очередного врага.

– Ну вот и славно. – Мюрат облачился в свои доспехи и стал еще веселее. – Все хорошо, что хорошо кончается.

– Здоров, Хейген. – В плечо мне прилетел удар, снесший у меня с ходу процентов пять жизни. Это был Нокс.

– Привет, Нокс. – Я боднул рукой в плечо башню, закованную в железо. – Как там, внутри, черти разбежались?

Черти меня интересовали мало. Мне было интересно другое – остались ли там темные дварфы? Мимо такой темы этот недалекий гигант не пройдет.

– Да нет, они же после того как перебьют всех или не догонят, всегда в глубину уходят. Пещерника мы завалили, он около вещей Фитца ошивался. Крепкий был, черт такой. Сам посуди – нас восемь рыл, все здоровые, как сарай у бабки, и все равно – минут пять его метелили. Как он вас не пришиб, почему – не знаю. Фитц сказал, что вы его встречали при переходе, он у вас вроде магичку убил.

– Ага, – немного погрустнел я, вспомнив глупую смерть Флорес. – Убил, паскуда.

– Ну и что? – захохотал гигант. – Отомстили же! И вещи ее целы, это мне тоже Фитц сказал.

– Ну все равно. Она почти до конца дошла. Жалко.

– Да ладно тебе!

– А вы когда познакомились? – подошел к нам Мюрат. – Я-то думал, что ты у нас кроме руководства и не знаешь никого. А у тебя знакомых полклана!

Я на секунду задумался, поскольку уж очень Мюрат был любознателен, но простодушный Нокс сразу вывалил всю правду:

– Так мы недавно с Хейгеном, Милли и еще парой парней Свисса выносили. По «экстре».

– Да ты что! – удивился Мюрат. – По «экстре»? А квест на ком был?

– Так на нем, – ткнул в меня Нокс. – Красавец!

– Ну да, – качнул головой Мюрат и быстро спросил у меня: – А чего со своими не пошел?

– Да не успел даже предложить, – немедленно ответил ему я. – Только квест получил – и Милли Ре тут как тут. Ну от добра добра не ищут же. И потом – красивая она.

– Это да, – причмокнул Нокс.

– Не то слово, – протянул Мюрат. – Ну и хорошо. Дружба между кланами – великое дело!

– Вы там не наговорились еще? – раздался рык Фитца. – Мы в замок. Ты с нами?

– Фитц, ты иди, – сказал ему Мюрат. – А я Хейгена в бург отведу, а то у него есть великолепная особенность – он мастер находить неприятности на свое мягкое место. И Нокса оставь на всякий случай.

– На кой тебе Нокс? – грозно спросил Фитц.

– Ты не забыл, что тут полно разбойников? Нокс их разгонит одним своим внешним видом, а если его не будет, то нам драться придется. А мне сегодня драться уже неохота.

– Лентяй, – припечатал Фитц. – Нокс, проводишь их – и в замок, понятно? Хейген, поди сюда.

Я подошел к усатому вояке.

– Ты молодец, воин. Из тебя будет толк. Если надумаешь – приходи к нам, всегда тебе место в своей сотне найду.

Он похлопал меня по плечу, неожиданно нагнулся и гулко прошептал мне прямо в ухо:

– Ты особо Мюрату не верь, у нас про него всякое говорят. Понял?

Я кивнул. Фитц развернулся и пошел вниз по лестнице, за ним, громыхая, проследовали его воины.

Мюрат подошел ко мне, посмотрел на удаляющихся бойцов, на почти севшее солнце и сказал мне:

– И нам пора. Скоро стемнеет совсем, а нам еще с час идти, а то и больше. Нокс, догоняй.

Я еще раз кинул взгляд на вход в шахты и пошел вниз по лестнице.

Глава 6,

в которой герой понимает, что на Севере не все так просто

Солнце уже совсем село, когда мы спустились вниз. С лестницы мы видели, как сверкнули два портала: один отправил в замок «Гончих Смерти» Фитца с его группой быстрого реагирования, второй перенес Глена с неудачливыми любителями чужого добра.

– Нокс, иди вперед, – скомандовал эльф, и закованный в броню великан двинулся в заданном направлении. – Если что – обозначь голосом.

Мы последовали за ним, на расстоянии шагов эдак десяти.

– Мюрат, – решил я задать несколько интересующих меня вопросов идущему рядом и благодушно насвистывающему что-то ветерану. – Можно, я спрошу кое-что?

– Валяй, – разрешил Мюрат. – Я даже знаю приблизительно, что ты спросишь. Первый вопрос: что будет с теми, кто отсеялся по дороге, угадал?

– Ага, – соврал я. Вообще-то меня больше интересовало мироустройство Севера, а вот судьба моих спутников не волновала вовсе. Чего мне о них думать? И так все понятно. Но если человеку приятно считать, что он знает про все, что творится в моей голове, то зачем его разочаровывать?

– Прежде чем объяснить, что с ними будет, надо рассказать, зачем все это делалось – поход в шахты, экстрим и так далее. Догадки есть?

Простодушным выглядеть можно, а вот тупым не следует. Это может выйти боком.

– Тоже мне, бином Ньютона, – сообщил я Мюрату. – Аттестат боевой зрелости, я такое уже видел. Ну не такое, конечно, но что-то вроде того. Хотя там все было попроще, что и говорить.

– Ну да, многие кланы проводят подобные отсевы молодняка, но не у всех есть Фитц, точнее, Фитца нет ни у кого, кроме как у нас. Он всегда самых перспективных тащит в шахты.

– А они все были перспективные? – удивился я вполне искренне. Вот не подумал бы, что кто-то из нашей группы блистал талантами.

– Ну раз их поперли в шахты, стало быть, какие-то способности были. Поверь мне, что из всего нашего молодняка до середины шахт едва ли добрались бы четверо из пяти, а ведь тут двое перевалили аж за девятый зал. А уж как ты меня удивил!

– Это чем же?

– Стойкостью к ментальному воздействию, притом, что у тебя нет вещей на защиту от него. Как ты смог суициду не только сопротивляться, но еще и очень быстро его сбросить? До сих пор гадаю.

– Сам не в курсе, – развел руками я. – Знал бы, честное слово, рассказал.

Впереди раздался рев Нокса, звон стали и какие-то крики. Я было кинулся ему на помощь, но Мюрат поймал меня за рукав.

– Да ладно тебе, – мягко успокоил он меня. – Нокс мальчик большой, лоб и кулаки у него стальные, он их сам всех поубивает, поверь мне. Да, кстати, уже и поубивал. Нокс, дружище, что там было? Или кто?

Топая ножищами, к нам подошел танк.

– Так это, разбойники, в количестве пять штук. Я их того, перебил всех, – довольно проревел Нокс.

– Ну и зря. Зря так быстро перебил! – сообщил ему Мюрат. – Они же на тебя не агрились?

– Нет, – растерянно потер Нокс затылок, прикрытый шлемом. – А что не так-то?

– Ты бы подошел к нам да группу вон Хейгену кинул. Ты бы их всех штабелями уложил, а нашему общему другу экспы бы капнуло. И тебе развлечение, и человеку польза.

– А-а-а, – протянул Нокс. – А я и не сообразил! И верно ведь!

«Игрок Нокс предлагает вам присоединиться к группе. Принять?»

Я, не думая, согласился – уж свезло так свезло. Халявная экспа – это всегда прекрасно.

– На чем мы остановились? – спросил меня Мюрат.

– На том, что я тебя удивил, – ответил я честно, хотя эта тема меня не грела. Ментальную защиту я получил бонусом, в виде умения за вступление в легион Света, но рассказывать об этом Мюрату, которому я не доверял все больше и больше, причем скорее интуитивно, чем опираясь на какие-то факты, было бы верхом глупости. Об этом вообще никто знать не должен.

– Ну да, ну да, – согласился Мюрат. – Вот и остальные имели какие-то способности, отличающие их от других новичков в клане. Какие – не скажу. Не потому что не
Страница 16 из 20

хочу, а потому что сам не знаю. Но ты прав – шахты были тестом, определяющим их дальнейшую судьбу в клане. Могу предположить, что Флорес и Морис этот тест сдали успешно, несмотря на смерть, а вот трое других – точно нет. Гном – из-за несдержанности и жадности, да и еще, пожалуй, до кучи, из-за невыполнения приказа. Фитц ему говорил не зариться на халяву, а он полез. И вот теперь быть ему рядовым членом клана до скончания веков.

– А двое остальных?

– Ну того, что заблудился, может, к повторному заходу в шахты допустят, если, конечно, он сам захочет. А лучницу пожалуй что и выгонят.

– Да ладно? – не поверил я.

– А ты сам подумай, – посмотрел на меня Мюрат. – Она не просто не явилась на место сбора. Она сознательно ослабила группу, находящуюся в боевом поиске. Это, знаешь ли, такое дело, у нас с подобными вещами строго. Подводить клан – ни-ни, за это сразу разжалование, изгнание, а то и черный список. Вот недавно был случай – один игрок получил скрытый квест и утаил это от кланлидера и от совета. Знал бы ты, как мы его по всему Файроллу гоняли.

Мюрат мечтательно прикрыл глаза, видимо, вспоминая.

– Он аж в самые джунгли на Юге залез, чуть ли не к Обезьяньему храму, а шахты по сравнению с этим храмом и прилегающими к нему территориями – санаторий или пансионат. Хотя там по-разному бывает, я, по крайней мере, много чего слышал. Кто никак добраться не может, а кто по дороге к храму как по городскому проспекту гуляет, совершенно без проблем. Мутное место, в общем. Все одно нашли его и там. Ну и, соответственно…

Эльф сделал движение руками, из которого следовало, что моему коллеге по сокрытию тайн от родного клана, похоже, свернули шею.

– Так что, если есть, что рассказать клану, это всегда лучше рассказывать сразу и самому. Это так, совет на будущее. А лучнице теперь точно изгнание.

– Да и правильно, – согласился я с ним. – За дело!

Впереди снова раздались какие-то звуки, чье-то повизгивание и ругань Нокса:

– Я тебе покусаюсь, поганка хвостатая!

«Вами открыто деяние «Человек волку – волк» 1-го уровня. Для его получения вам необходимо уничтожить еще 99 матерых северных волков. Награды: + 4 % к ориентированию в лесу; титул «Волчья погибель». Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

– Ты чего? – Мюрат заметил, что я застыл на месте.

– Деяние открылось, – радостно сообщил ему я.

– А, волки, – кивнул головой эльф. – Ну да. Там третья часть хороший бонус дает. Не забег с эпиком, но хороший. Умение волка призывать. Его только по этому деянию получить можно, больше его в игре нигде нет. Правда, для этого тысячу волков придется перебить, а на такое не любой способен.

Я чуть было не ляпнул, что у меня такое деяние уже есть, но остановил себя, а после второй части фразы Мюрата за эту остановку мысленно погладил себя по голове.

– Вещь! – сказал я. – Надо будет этот деяние до ума довести, волк мне нужен.

Проходя мимо мертвых зверей, я обобрал их тушки, обогатившись на три шкуры и пару клыков.

– Нокс, тебе с этих трупов чего надо? – окликнул я нашего танка.

– Не, на фиг не надо, – донеслось до нас.

– Ну ты получил ответ на первый вопрос? – спросил у меня Мюрат.

– Абсолютно. И еще вдобавок и на второй.

– Ну и славно. Я так понимаю, есть и третий? – прищурился мой спутник.

– И четвертый тоже.

– Ну валяй, спрашивай. Только давай так. Я отвечу на все твои вопросы, а потом ты на один мой, только честно. Идет?

– Да само собой, хоть на два, – жизнерадостно сказал ему я, а сам подумал о том, что вряд ли этот хитрец поинтересуется у меня, как пройти в библиотеку. Тем более, уже почти час ночи…

– Ну что тебе еще рассказать? – Мюрат наклонился, сорвал травинку, которую невесть как разглядел в сгустившейся темноте, и засунул ее в рот.

Кстати, темнота упала на землю, как мешок на голову, едва скрылось солнце. Вообще такие вещи обычно происходят на Юге, на Севере я такого не видал, но тут ведь не наш мир, может, так и надо. Нет, темноты класса «хоть глаз коли» тоже не было – вскарабкавшаяся на небо луна давала достаточно света для того, чтобы видеть Нокса, темной глыбой вышагивающего впереди, но вот чтобы травинку углядеть…

Мне очень хотелось спросить, с каких это кренделей эльф проявлял и проявляет ко мне такую трогательную заботу, но спросил я другое:

– Мюрат, а расскажи мне о Севере. Как оно тут, что надо знать, куда стоит сходить.

– А гайд почитать? – хмыкнул Мюрат. – Экая ты ленища!

– Ну гайд – это гайд, а ветеран-профи – это таки ветеран-профи, – польстил я немного Мюрату.

– Ну ладно, слушай, – и эльф начал мне рассказывать, что тут, на Севере, происходит.

Север, как выяснилось, – это совершенно обособленная локация. Если остальные три стороны света Раттермарка худо-бедно похожи какими-то общими принципами существования, то Север предъявляет к игроку свои собственные, индивидуальные требования.

На Востоке, Западе и Юге понятие зарабатывания игроком репутации у неигровых персонажей является весьма относительным, она, репутация, там толком ни на что не влияет, так, по мелочам. Иногда, правда, для некоторых квестов жизненно нужна, но это уже совсем другая история.

– Ну не скажи. Не только для квестов, – перебил я Мюрата в этом месте. – А плавание по Крисне? Без репутации такие деньжищи надо выкладывать!

– И что? – возразил Мюрат. – Деньги можно заработать, или, на худой конец, пешком пойти. А тут без репутации ты в иной бург даже и не войдешь – стража тебя не пустит и все. Не нужен ты в бурге – и шабаш. И ты это, давай не перебивай меня. Слушай да мотай на ус. Нет усов? Тогда мотай на уши, вырастут усы – перемотаешь.

Нокс тем временем впереди пришиб еще трех волков, Мюрат крикнул ему:

– Экий ты живодер, Гринписа на тебя нет, – и продолжил свой рассказ.

Репутацию у северян заработать было непросто, но вполне реально. Можно было идти обычным классическим путем – выполняя квесты и овладевая ремеслами. А еще выбрать более сложный и очень затратный по времени способ – вступить в армию одного из риксов.

Тут Мюрат приостановил свой рассказ о репутации и поведал мне о социальном укладе и геополитике северян.

На всей немалой территории Севера, оказывается, имелось всего восемь городов (или, по-местному, бургов) плюс столица – Хольмстаг. Формально она вроде как руководила всеми бургами. Вот только правители городов – риксы – не сильно задумывались о том, что они подчиняются федеральному центру, и все больше управляли своими территориями без оглядки на него, не заморачиваясь с уплатой налогов.

Все это очень не нравилось восседавшему в Хольмстаге кенигу (так назывался представитель высшей власти на Севере), и именно по этой причине он периодически предпринимал небольшие походы, устраивал под стенами особо зарвавшихся бургов миниатюрные осады, грозился вырезать все население, но слово свое не держал, поскольку риксы, для вида пару-тройку дней продемонстрировав сопротивление, раскрывали городские ворота и сдавались на милость победителя.

Кениг, убедившись в том, что он силен и могуч, и немного пограбив бург, отправлялся в столицу, приговаривая: «То-то, сукины дети, запомните этот день! И глядите у меня!»

Риксы, плюнув кенигу вслед, бормотали себе под нос: «Запомним,
Страница 17 из 20

запомним, умоешься ты еще кровавыми слезами, самодержец чертов».

На то, чтобы объединиться всем вместе и насыпать соли кенигу под хвост коллективно, у восьми риксов то ли ума не хватало, то ли амбиции им не позволяли. А может, и вовсе программа такого не предусматривала – тут остается только гадать.

Такова была власть на суше. Но Север – это не только земная твердь, но и вода. Причем соленая.

Берега Севера омывали Северное море и Студеный океан. Как это так получилось, что море и океан соседствовали вместе, а не сливались в определенной географической точке, было никому не ясно. Но факт остается фактом.

На Северном море владычествовали морские короли. Это были веселые и слегка сумасшедшие ребята, в блестящих кольчугах и рогатых шлемах, они не имели своего дома на суше, его им заменяла палуба их кораблей класса «драккар», как водится, украшенных деревянными драконьими и змеиными головами. Экипаж такого корабля называл себя «хирд».

Они таскались по морям, по волнам и вели обычный для бродяг образ жизни – когда грабили, когда нанимались на воинскую службу к риксам и иным платежеспособным гражданам, и, говорят, время от времени даже оказывали какие-то услуги кенигу.

Власти над собой морские короли не признавали никакой, единственной управой на них был выбранный ими самими вожак, которого они называли ярлом. Выборы ярла обычно носили стихийный характер, причиной перевыборов могло быть что угодно – смерть прежнего ярла, совершенный им неблаговидный поступок, а то и просто отсутствие пива.

При этом морские короли всегда держали данное ими слово, нанимаясь, весь срок службы они честно выполняли свои обязанности, даже если при этом погибал весь хирд, их невозможно было перекупить или переманить. Впрочем, когда заканчивался срок службы, они незамедлительно покидали бывшего нанимателя, если тот, конечно, не продлевал контракт, и запросто могли пойти к его врагу, если тот предлагал выгодные условия.

Еще по Северу была разбросана масса мелких селений. Но они обычно находились под юрисдикцией того или иного бурга.

Кроме этих представителей власти человеческой имелось здесь еще одно существо, также обладавшее властью, и даже очень большой.

На самом краю Севера, там, где кончалась земля и начинался Студеный океан, там, куда никогда не заплывали даже драккары безбашенных морских королей, возвышалась огромная Ледяная стена и находился дворец Великого Фомора, существа непонятного и крайне опасного. Расу, к которой относился этот Фомор, определить не мог никто, откуда он пришел на земли Севера – неизвестно, и убивать его никто и никогда не пытался по одной простой причине – не было смысла. Дело в том, что Великий Фомор не являлся ни эпическим монстром, ни просто даже противником – он был НПС. А убийство НПС, как известно, пользы игрокам не приносит, а очень даже наоборот – сильно вредит. Нет, находились горячие головы, которые просто из любопытства, в поисках скрытых квестов, добирались до его дворца. Чаще всего, таких выносила охрана Фомора. Правда, поговаривают, что пара-тройка игроков умудрилась-таки добраться до тронного зала этого персонажа и с ним пообщаться. Квестов тот никаких не дал и посоветовал к нему больше не таскаться, поскольку род людской он не любит, дел с ним не имеет и вообще лелеет планы по порабощению всего Севера, а они, приключенцы, мешают его, Фоморовой, умственной деятельности и в зале вон как натоптали. После чего везунчиков стража под белы рученьки вывела из Ледяного дворца, дала им сопроводительный пендель и отправила головой в сугроб.

После таких рассказов игровой народ убедился, что Великий Фомор в плане каких-либо плюшек бесперспективен, и больше туда никто не ходит.

При этом определенное влияние на расклады власти на Севере у товарища Фомора есть, и, по слухам, даже некоторые риксы находятся под его рукой.

Тут Мюрат остановил свои речи и посмотрел на Нокса, подошедшего к нам.

– Что такое? – спросил он у великана.

– Это, мне спать надо. Режим, – смущенно, как ребенок, пробасил воин.

– Н-да, – почесал затылок Мюрат. – Да ладно тебе, идти минут двадцать осталось. Доведешь до стен – и иди себе баиньки. Вон, бург уже виден.

Нокс согласно качнул головой и снова проследовал вперед. Мюрат же продолжил свой рассказ.

– Итак, репутация. Квестами, конечно, поднять ее можно, и даже очень, тем более почти в каждом бурге есть задания-цепочки, за которые отсыпают конфеты в обе руки, но раскачать до предела только на них не получится. Этого мало. И вот тут есть путь службы риксам. А позднее, если будешь трудолюбив – то и кенигу.

– А если сразу кенигу?

Мюрат ухмыльнулся и поведал мне следующее.

Оказывается, в землях Севера репутация – это очень тонкая материя. Изначально в ней нет разных «дружелюбие» или «почитание». Имеется четкая шкала, от нуля до ста единиц. Если ты для конкретного бурга никто, то, значит, и репутации у тебя ноль. Если доберешься до ста единиц репутации, то можешь открывать с пинка дверь в дом рикса, и тебе еще там нальют чарку и на закуску подадут что-нибудь солененькое.

Но следует учитывать, что полностью прокачанная репутация в одном бурге совершенно ничего не значит в другом, все, что она тебе дает, – это возможность войти в город и шанс на то, что с тобой соизволят поговорить местные жители, но не более. И там ты снова начнешь с нуля и будешь бегать, как подорванный, выполняя задания, или демонстрировать упражнения с мечом в качестве хирдманна на воинском дворе около дома рикса.

При этом вся твоя репутация среди восьми бургов не слишком много значит для кенига, это так, семечки. И говорить он с тобой будет только после того, как ты минимум в четырех городах своим станешь. Но в саму столицу вход изначально свободный. Оно и понятно, там аукцион и все такое.

А кениг – он куда как непрост. У него своя шкала для твоей оценки, и там сотней баллов не обойдешься, там надо все двести набрать. Шкала называется «Уважение народов Севера» и складывается понемножку из всех твоих поступков. Стал своим в одном бурге – пара единиц пойдет на твой общий счет. Выполнил цепочку квестов – получи какие-то сотые балла. Но вот если ты ее доведешь до абсолюта, то будет тебе почет и уважение по всей территории Северных пределов, есть шанс, что откроются скрытые и даже эпические квесты, – но с этим вариативно. Тем не менее такие прецеденты были. Хотя прокачать эту шкалу очень тяжело и очень долго.

В общем, моя задача как игрока – набирать первичную репутацию, без этого здесь никуда.

– А вон в тот бург-то хоть пустят? – опасливо посмотрел я на городские стены, до которых оставалось идти совсем чуть-чуть.

– В Хексбург? Конечно, он же первый от перевала, считай, стартовый на этих землях, тут все просто. А вот в следующий – уже не факт, если, конечно, тут репутацию не наберешь.

– Как все запутанно здесь, – покачал я головой. – То ли дело на Западе – ходи где хочешь, твори что хочешь…

– Ну а ты как думал? Потому там и ошивается в основном народ, который напрягаться не любит. А тут игроки посерьезней. Ролеплейщиков много, у меня знакомец на викингах помешан, так он на все забил и полгода уже кормчим на каком-то драккаре ходит с морскими королями. Бороду отпустил, эль бочонками пьет
Страница 18 из 20

и ругается по-шведски. Потеха!

– Прикольно, – оценил и я подвижничество этого человека.

– Солидные хаи есть – здесь с полдюжины инстансов серьезных присутствует. Мировой Змей, пещера йотунов, еще какие-то… Там такая жесть, что я даже и лезть не пытался, вон, Нокс небось ходил. Но тебе это без разницы должно быть – там сто плюс, так что…

– Согласен, хотя на Мирового Змея я бы посмотрел, – протянул я.

– Ролик в сети глянь, – посоветовал Мюрат. – Ну что, я на все твои вопросы ответил?

– Да вроде как, – кивнул я. – Спрашивай.

– Седая Ведьма дала тебе билеты на флагманский корабль, идущий до Равенхольма? – Мюрат опять прищурился.

– Дала, – ответил ему я, поразившись нелепости вопроса. Я-то думал…

В это время Мюрат кинул в меня горсть порошка, от которого я расчихался. Запах был мне знаком. Порошок правды.

– Елки, ну зачем? – разнылся я. – У меня на него аллергия! Чего мне тебе врать?

– Ну знаешь. Доверяй да проверяй, – ответил мне Мюрат. – Не буду извиняться, ты взрослый мальчик, сам все понимаешь.

Насчет взрослого я, конечно, согласен, а вот насчет «все понимаешь» – это нет. Это сомнительно. Уж очень странный вопрос, к чему бы?

Мы подошли к воротам бурга, где уже переминался с ноги на ногу Нокс.

– Ты чего танцуешь? – спросил его Мюрат. – Пи-пи хочешь?

– Я пошел, а? Меня тренер убьет! – жалобно сказал Нокс.

– Да иди, иди, – махнул рукой Мюрат. – Молодец, свой долг выполнил.

– Спасибо, Нокс, – успел сказать я, до того как гигант, помахав нам рукой, исчез.

Мюрат начал долбить рукой по закрытым воротам и орать:

– Сова, открывай, медведь пришел!

Сверху, видимо с площадки над воротами, свесилась голова стражника и сонно спросила:

– Вам чего?

– Нам внутрь, – ответил ему Мюрат. – Нам в общий дом – и спать. Странники мы.

И он глянул на меня. Я кивнул и подтвердил:

– Натурально, калики перехожие.

– Кто там пожаловал? Не гонец? – раздалось из-за стены.

– Нет, – ответил стражник, внимательно смотревший на нас. – Путники, иноземцы видать. Уж больно непонятно говорят.

– Ну так пусти их, не дело даже иноземцев в ночи за воротами держать.

Стражник скрылся за забором, через пару минут скрипнули ворота, и я вошел в Хексбург.

«Вами открыто деяние «Города Севера». Для его получения вам необходимо посетить все 8 бургов Севера (1 посещен) и побывать в Хольмстаге. Награды: титул «Знаток Севера»; + 5 % к защите от холода; + 1 единица к уважению народов Севера. Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

– Деяние на бурги получил? – улыбнулся Мюрат.

– Ага.

– Ну оно несложное, реально выполнимое. Ладно, тебе в общий дом – тут так гостиница называется, вон она, а я пошел. Если что – пиши, звони, будут деньги – высылай, будут новости – вызывай.

«Мюрат хочет добавить вас в друзья. Согласиться?»

– Почту за честь, – ответил ему я.

– И еще, чуть не забыл. Репутация не только зарабатывается. Если ты совершишь что-то, компрометирующее тебя в глазах северян: тебя поймают на воровстве, побьешь женщину, предашь кого-нибудь, ну и так далее, и тому найдутся свидетели, то репутация будет снижаться. Так что думай над каждым словом и каждым делом. Хотя это стоит делать всегда, а не только здесь.

Мюрат шутливо отдал мне честь, прикрыв голову ладонью, и сиганул в открытый им портал.

Я из последних сил добрел до замеченного мной надгробия, от него дотащился до общего дома, где разбудил хмурого мужика по имени Хольм, спящего за стойкой консьержа.

– И чего шатаются? – заворчал Хольм. – Все приличные люди давно уже седьмые сны видят, а этот шляется. Тем более, еще и номер не оплачен.

– Как не оплачен? – удивился я.

– Вот так. Плати или выметайся, – рявкнул Хольм.

Наверное, те деньги, что я тогда отдал той милой девчушке в городке… Как бишь его… Ну, не важно. Видимо, они подошли к концу, обычное дело.

– Вот сотня золотом, давай ключ, – устало сказал я Хольму.

Тот, что-то бурча под нос, сгреб деньги, дал мне ключ такого размера, что любой порядочный Буратино удавился бы от зависти, и снова улегся спать.

Я поднялся в номер, рухнул на кровать и вышел из игры.

В Москве тоже была ночь, Вика безмятежно спала, тихонько сопя. Я лег на диван рядом с ней, пребывая в полной уверенности, что сейчас выключусь, как телевизор.

Глава 7,

в которой герой сначала думает, что ему просто не повезло, но вскоре убеждается, что все совсем уж плохо

Находясь в игре, я думал о том, что как только окажусь дома, то сразу бухнусь на подушку и усну, как бревно. Да вот фигу! Я вертелся, крутился, так и эдак взбивал подушку, разбудил Вику, которая сонно пробормотала:

– Чего ты все вертишься? Спи давай.

Но сон не шел. Виной ли тому было море адреналина, которое сегодня впитала моя кровь, накопившаяся за последние дни усталость (и так бывает. Когда градус усталости преодолевает допустимую планку, то количество утомления переходит в качество, и я уже ни есть, ни спать не хочу) или что-то еще – я не знаю. Но факт есть факт. Сна ни в одном глазу.

Поизводив себя таким образом с полчаса, я еще повертелся, потом собрался идти курить и поковыряться на форуме Файролла. Приняв такое решение, я сразу же благополучно заснул.

Воскресенье я решил сделать разгрузочным днем, поскольку последние дни были слишком плотно забиты похождениями в виртуальном мире, ну, не до такой степени, конечно, чтобы реал и виртуал смешались в моей голове, но все равно всего должно быть в меру. Да и, в конце концов, – сегодня выходной или как?

Осень в Москве уверенно брала права в свои дождливые руки, но сегодня был славный солнечный денек, который оттеняла уже вовсю начавшая желтеть листва. Я вообще люблю осень – дышится легко, и глазам отдохновение. И очень приятно гулять в это время года по каким-нибудь припорошенным листвой дорожкам в каком-нибудь уютном парке.

Именно этим мы и занялись с Викой в воскресенье. Мы отправились в «Кусково», одну из самых симпатичных московских усадьб-музеев, где можно было погулять среди аллей, повосхищаться высотой и толщиной дубов, по слухам, посаженных еще чуть ли не Петром Алексеевичем (как известно, он питал слабость к дубам и даже велел всем вельможам сажать их повсеместно. Возможно, по этой причине у нас такая традиционно дубовая политика?) и посетить музей-экспозицию в доме Шереметева.

Вика раньше здесь не была и, похоже, ей здесь все очень пришлось по душе – и эта тишина, и этот покой, и шелест листвы под ногами, и даже желуди, которых здесь было великое множество. Мы подбирали их, и Вика хихикала над хрестоматийными мультипликационными шутками типа:

– Когда желудь спелый, его любая свинья съест.

Скажу вам честно, у меня не было такого спокойного и умиротворяющего дня очень давно. В принципе, так ли много надо человеку для счастья? Нет, конечно, надо много чего, но я был сегодня счастлив.

Я не знаю, почему это было так – то ли у меня запросы невелики, то ли амбиции малы, то ли я так примитивен в своих желаниях. Хорошая погода, девушка, с которой не хочется бормотать себе под нос: «Когда ж ты уймешься-то» (что само по себе немало, по крайней мере для меня), – и с которой так приятно идти рядом, отсутствие дефицита денег и кое-какая уверенность в будущем. Этого для меня вполне достаточно, чтобы
Страница 19 из 20

ощущать полноту жизни. И видит бог, я очень не хотел, чтобы этот день заканчивался.

Но, как говорится, финал неизбежен, и утром понедельника Вика отбыла в редакцию, а я, часика через два после ее ухода, ближе к полудню, полез в капсулу, совершенно без какого-либо желания, убеждая себя, что, по большому счету, это же не ассенизатором работать или там газетами в переходе торговать. Бывают работы и похуже, и потяжелее, и уж точно куда ниже оплачиваемые…

Надо отметить, что жизнь в бурге ничем не отличалась от той, что была во Фладридже например. Тот же колодец, те же молодки с ведрами, только разве что покрупнее маленько. Крепко сбитые такие молодки, кровь с молоком, и размах плеч будь здоров какой. Северянки, чего уж там. Белокурые бестии, однако.

Кузнец так же, как и в остальных городах Файролла, лупил молотом по железу, и именно к этому мастеру я и направил свои стопы.

– Добрый день, коваль, – обратился я к нему, выбрав момент между ударами по стальной полосе, которой, судя по всему, в ближайшем будущем суждено было стать мечом.

Тот окинул меня взглядом и начал снова лупить по железке, не удостоив даже приветствием.

Нет, я понимаю, репутация на нуле и тому подобное. Но не до такой же степени?

– Кузнец, – снова улучил я момент, когда молот перестал долбить по железке. – Я понимаю, что я тут человек новый, но тем не менее я не делал не только тебе, но и никому в этих землях зла. Почему же ты не хочешь просто выслушать меня? По меньшей мере, это недостойно доброго человека.

Кузнец опустил свой инструмент и уставился на меня, видимо ожидая, что же я такое ему скажу. Ну уже что-то.

– Мне хотелось бы починить мои доспехи, они немного повреждены после путешествия, – ткнул я пальцем себе в грудь.

Здесь я немного кривил душой – не так они и сильно повредились, тем более чинил я их всего три дня назад, в Кройцене. Но это повод зацепиться за разговор с местным жителем. И потом, мне надо начинать прокачивать соответствующее пассивное умение, которое в будущем поможет мне сэкономить немало денег. Курочка, знаете ли, по зернышку клюет.

– Я не выполняю работу невесть для кого, – наконец выдавил из себя кузнец. – Не имею такой привычки.

– В чем же дело? – пожал плечами я. – Меня зовут Хейген, Хейген из Тронье. Я вольный лэрд, искатель приключений.

Вот ведь. За это время у меня появилась и малая родина со звучным названием, вылезшая из моего подсознания сто лет назад, и титул, который невесть почему мне присвоил один старый, но достойный рыцарь. Ну а «вольный» прилепился сейчас черт знает откуда. Но звучит красиво: «Вольный лэрд».

– А мое имя тебе без надобности, – пробурчал кузнец. – Вот что, лэрд. Если тебе надо, чтобы я что-то для тебя сделал, так сначала окажи-ка мне услугу. Такой вариант тебя устроит?

– Почему бы нет? – пожал плечами я. – Чем помочь?

– Добудь мне двадцать обломков могильного железа из старых курганов, – как мне показалось, немного ехидно сказал кузнец.

«Вам предложено принять задание «Могильное железо». Условие – добыть 20 обломков могильного железа, которое встречается у старых могильных курганов. Это могут быть обломки оружия или часть доспехов воинов, умерших в древние времена. Награды: 600 опыта; + 10 % скидки у кузнеца Хексбурга; + 3 единицы к уважению общины Хексбурга. Дополнительная информация – данный квест является повторяемым. Вы сможете выполнить его еще 4 раза, но не более 1 раза в день. При этом возможны изменения в задании и награде. Принять?»

Ага. Значит, некая лазейка все же есть. Если тут таких квестов много, то набирай их каждый день да выполняй. Там единица, сям единица – так и поднимешь репутацию в этом бурге, да и в остальных городах такие задания должны быть. Вот интересно только, какие изменения в них возможны?

– По рукам, кузнец. Будет тебе твое железо, – твердо, как и подобает воину, сказал я.

– Ну вот когда будет, тогда и познакомимся, – хмыкнул он и снова начал долбить своим молотом по полосе стали.

«Ну что, с почином меня. Пойду поброжу по бургу, может, еще чего надыбаю», – решил я.

Увы, но единственным, кто пожелал по доброй воле со мной хоть как-то разговаривать, оказался местный торговец, да и тот за мой товар предложил пару медяков, зато за свой заломил чуть не гору золота. По идее со мной скорее всего еще пообщался бы местный рикс, но он как назло уехал в гости к владетелю соседнего бурга под названием Фьодаль. Это мне неохотно сообщил охранник, стоящий около ворот дома рикса, да и то небось только потому, что это входило в его обязанности.

Я понял, что без хоть какой-то стартовой репутации ловить тут нечего, и пошел к воротам, ведущим на равнину, при этом попутно открыл карту, чтобы посмотреть, где там эти курганы с железом. Надо туда днем наведаться, прямо сейчас, поскольку вечером и ночью там наверняка будь здоров чего творится, это к гадалке не ходи. Плавали, знаем.

На карте неподалеку от бурга были отчетливо видны два красных пятна, обозначающие зоны квестов. Я свернул карту и остановился.

Что за фигня? Почему пятна два? Может, эти курганы не в одном месте находятся, а в разных?

Я снова открыл карту и посмотрел, к каким квестам относятся пятна. Одно обозначало места скопления могильного железа. А второе, которое располагалось немного левее курганов (и вот тут я чуть не сел прямо на землю от удивления), показывало, что совсем поблизости отсюда (ну что такое полдня пути?) квартирует местная дриада. Сказать, что меня это удивило и обрадовало, – это вообще ничего не сказать. Обычно эти зашуганные замарашки обретались где-то на задворках и добраться до них было серьезной проблемой. А тут прямо вот сразу… «Весьма подозрительно, – задумался я. – Как бы какую свинью не подложили разработчики, с них станется… Хотя если гадость и есть, мне ее все равно не избежать, так что какая разница?»

Поскольку решение было принято, я еще разок забежал к торговцу и купил у него пару яблок, поскольку помнил, что замызганные чуды их уважают, а мой запасец фруктов подошел к концу, и маленько вяленого мяса – хоть особого прока в еде и нет, но пусть будет. Фиг его знает, куда меня занесет и что со мной станется?

Выйдя из бурга, я бодро зашагал в избранном направлении. Если карта не врала (а с чего бы ей врать?), то, двигаясь все время прямо, я должен был рано или поздно добраться до заданной точки.

Местный ландшафт не слишком поражал воображение. Небольшие рощицы чередовались с равнинным пейзажем, где-то слева поблескивало озерцо. То и дело из-под ног прыскала какая-то мелкая живность, бить которую я не собирался – прошли времена, когда я охаживал оружием по головам змей и сусликов. Мне за них сейчас экспу не дадут, так чего ради их убивать? Пускай бегает живая природа, себе на пользу, людям на радость. Вот то, что курганы эти могильные в стороне немного остаются, – это жаль. Были бы по дороге – я бы порадовался. Или все-таки заложить петлю? Потом все равно придется идти, еще раз ноги глушить. Ну если я даже дойду к дриаде вечером, то все равно ничего не изменится, их места обитания довольно спокойные, как правило. На край там и заночую. Хотя, конечно, надо было свиток портала захватить, не выкладывать его в сундук. Всегда его с собой иметь надо, обсохатился я тут, конечно. Сгубит меня жадность
Страница 20 из 20

когда-нибудь, точно сгубит.

И я стал забирать вправо, решив все-таки сначала наведаться в места, богатые могильным железом. Если честно, я даже не слишком торопился. После пыльно-песчаного и одноцветного Востока зеленый и свеже-воздушный Север был мне очень по душе. И этот путь не могли испортить неприятности вроде время от времени выскакивающих на дорогу одиноких волков. Поодиночке давить их было несложно, главное, чтобы стаей не набежали. Опять же деяние потихоньку выполняется.

Часа через два пути на горизонте появились некие холмы, которые скорее всего и были теми самыми курганами. Уж не знаю, почему их так назвали, издалека они были похожи на гигантские кучи песка и щебенки, вроде тех, которые у нас так любят насыпать при строительстве дорог, – насыпали и забыли и про них, и про дорогу, поскольку финансирование дошло до своего предсказуемого финала в чьих-то карманах. Только эти побольше были. Хотя… Может, курганы так и выглядят, я их никогда и не видел.

Но что я точно чувствовал – места эти были нехорошие. С шахтами, конечно, не сравнить, но в воздухе витало что-то такое неуловимо-опасное. Плюс под ногами время от времени можно было увидеть то человеческие кости, то обрывки и обломки доспехов, чуть позже на глаза начали попадаться черепа. Причем если некоторые из них были человеческими, то принадлежность других к каким-либо расам идентифицировалась с трудом. Хотя я же не антрополог.

И я совершенно не удивился, услышав знакомый трескучий звук собирающихся в единое целое костей. Повернувшись влево, я увидел скелета. Обычного, восставшего, традиционно агрессивного. Он, по доброй скелетьей традиции, потрясал ржавым мечом и стремился меня уничтожить.

– Здорово, ходячий, – дружелюбно поприветствовал я его. – Ну что, иди сюда. Знакомиться будем.

Скелет, как будто поняв меня, побежал, скрипя суставами и подняв меч, чтобы выбить из меня жизнь. Я был в корне против этого и встретил костлявого косым ударом, нацеленным этому исчадью тьмы в ноги. Меч был хорош, замах тоже, скелет такой подлянки от меня не ожидал, к тому же был он сорок пятого уровня. И после совпадения этих фактов он из прямоходящего превратился в слабо ползающего. Добить его не составило большого труда. Причем его смерть совпала с приятным сюрпризом.

«Вами открыто деяние «Неупокоенные Севера» 1-го уровня. Для его получения вам необходимо уничтожить в Северных землях еще 49 скелетов-воинов, призраков воинов или призраков магов. Награды: + 4 % к ментальной защите; + 1 к уважению народов Севера; титул «Победитель немертвых». Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе «Деяния».

Странно, в свое время вроде на скелетов уже деяние давали, лет сто назад. Надо будет покопаться в разделе и посмотреть, идут ли местные скелеты в общий зачет.

В луте, доставшемся мне от дважды покойного, я без особого удивления увидел могильное железо, о чем меня любезно известила система. Она же сообщила мне следующее.

«Для выполнения задания вам осталось собрать еще 19 обломков могильного железа».

Стало быть, погоняем скелетов. А что, хорошее дело, богоугодное.

Через некоторое время, прибив по дороге еще пару костлявых, я подошел к подножию курганов. Ну да, как я и думал. Обычные насыпные холмы, здоровенные, высотой, наверное, с девятиэтажный дом, в количестве двух штук, изрытые какими-то норами. И с историей.

«Курганы павших воинов. В старые времена на этом месте, в долине Свельтьяттир, произошла великая битва двух племен северян, окончившаяся гибелью одного из них. Победители, похоронив павших, насыпали два кургана – один над телами своих сородичей, другой над телами неприятеля, проявив тем самым свое к ним уважение, поскольку сражались те отважно и бесстрашно, а именно это северяне ценят более всего.

После прихода Тьмы с Запада, во время второй войны Ненависти, тени погибших в битве были потревожены Злом, и с тех пор горе ждет неосторожного путника, забредшего в эти места днем. Того же, кто попал сюда ночью, караулит смерть, а если он встретится с Королем-из-под-Курганов, то и жуткое посмертие».

Вот такая вот фигня. Король-из-под-Курганов, ишь ты. Не пойду сюда ночью, ну его к лешему. Сейчас добью еще семнадцать скелетов и вообще отсюда свалю, тем более день клонится на вторую половину, а мне еще ноги сколько глушить. Да и солнышко скрылось за облаком, вон, даже ноги холодом обдало. О, а вот и знакомый звук. Эхо, что ли, чего так громко-то?

Я глянул влево, и холодом обдало не только ноги, но и все остальное туловище. Матерь божья! Из-под земли, из каких-то нор вылезали десятки скелетов, и все они явно пожаловали по мою душу.

Я человек нетрусливый, даже отважный. И поэтому я смело и отважно припустил от этих мест с такой скоростью, что сам удивился. Остановился я, отбежав от курганов километра на два, и только после этого обернулся, искренне надеясь, что за мной не несется толпа костлявых, жаждущих моей крови.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/andrey-vasilev-4/fayroll-kray-holodnyh-vetrov/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.