Режим чтения
Скачать книгу

Год козла отпущения читать онлайн - Татьяна Луганцева

Год козла отпущения

Татьяна Игоревна Луганцева

Уходя из морга, не забывайте выключать свет и закрывать дверь, а то, не дай бог, покойники разбегутся. Яна Цветкова, случайно оказавшаяся в столь печальном месте, этого не знала, и после ее посещения один из «клиентов» пропал. Теперь у Яны два выхода – либо найти пропавший труп, либо оказаться на его месте. Жить госпоже Цветковой ой как хотелось, тем более что замаячила перспектива выйти замуж… в пятый раз. А потому Яна Карловна сломя голову пустилась на поиски «беглеца»…

Татьяна Луганцева

Год козла отпущения

© Т. И. Луганцева, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

* * *

Глава 1

– Я сейчас лопну от смеха, Янка! – фыркнула Ася. – Только с тобой могло такое случиться! Вот ей-богу! Только с тобой!

Яна Цветкова хранила угрюмое молчание.

Подружки всю жизнь были вместе, их дружба не прекращалась ни на минуту, ни на секунду, несмотря на то, что они были очень разные. Ася Кудина – стройная шатенка, со вздернутым носиком, пухлыми губками и умными проницательными глазами, выглядывающими из-под густой челки, – с детства отличалась серьезностью и уравновешенным спокойным характером. Ася работала адвокатом и частенько шутила по этому поводу, будто заранее знала, что ее бедовая подружка то и дело будет влипать в бог знает какие истории и без адвоката ей не обойтись. А тут – раз! – подруга и адвокат в одном флаконе. Повезло! Ася носила строгие деловые костюмы, дорогие сумки и классическую обувь, предпочитала минимум украшений, и, естественно, никакой бижутерии. Яна критиковала подругу, что той не хватает цвета, яркости и самобытности.

– Выглядишь, как серая мышь! – морщилась госпожа Цветкова.

– Заметь, дорогая мышь, со вкусом, – поправляла ее Ася. – Зато ты у нас – словно новогодняя елка!

И Ася была недалека от истины. Выглядела Яна Карловна Цветкова весьма экзотично. Она была очень высокой, чрезмерно худой и сама над собой смеялась:

– Есть несколько типов женских фигур: «груша», «яблоко», «песочные часы». А почему нет «палки» или «оглобли»?

– Уж скорее, «метлы»! – отмечала Ася, намекая на длинные, почти до талии, белые волосы подруги, которые Яна любила носить распущенными. Следила она за ними плохо, неровные пряди торчали во все стороны и действительно напоминали растрепанную метелку.

Из-за худобы Яна выглядела несколько угловато: острые локти, острые коленки, правда, ножки были стройные, длинные. Одевалась госпожа Цветкова весьма своеобразно: короткие платьица и юбчонки сногсшибательных расцветок – ярко-красные, карамельно-розовые, золотые с люрексом. Словно весь этот китайский ширпотреб был специально придуман для Яны Карловны. А еще она предпочитала туфли на высоченных шпильках и огромные, устрашающего вида украшения – браслеты, перстни по килограмму каждый и длинные, чуть не до плеч блестящие серьги. И все это богатство при каждом шаге задорно звенело и сияло.

Да уж, действительно елка! Но та хоть стоит смирно! От Яны же всегда было слишком много шума. Она громко говорила, размахивая руками, стучала каблучками, одуряюще пахла тяжелым парфюмом и вообще занимала как-то слишком много пространства. Вулканический темперамент, как говорится, бил ключом. Прямо по голове. Он ли был тому причиной, или Яна была наделена каким-то сверхъестественным талантом, но всю жизнь госпожа Цветкова как магнит притягивала к себе всевозможные неприятности.

Во что она только не ввязывалась, в какие происшествия не попадала! Если где-то происходило что-то странное и необычное, можно было не сомневаться – Яна Карловна обязательно окажется в это замешана. Похоже, что и сама Яна привыкла к такому повороту событий и старалась относиться к бедам, сыпавшимся на ее бедную головушку, философски. В любом случае, изменить что-либо она не могла, а уж изменить себя тем более.

Личная жизнь у Яны тоже протекала как на вулкане. Она была замужем четыре раза. Сама госпожа Цветкова называла эти браки «ошибка молодости», «ошибка молодости – два» и «две ошибки подряд, или танец на граблях». Потому что два последних раза Цветкова выходила замуж за одного и того же человека – бизнесмена Ричарда Алисова, мужчину с колоссальной выдержкой и крепкой нервной системой.

Именно его Яна добивалась со страшной силой, просто не давая проходу. Именно от него родила единственного сына Вову, а потом влюбилась в чешского князя Карла Штольберга и честно призналась в этом душевном порыве мужу. Для Ричарда такое известие стало настоящим ударом, но в этом была вся Яна. Будучи честным человеком, она не хотела обманывать мужа.

Жить с одним, а думать о другом Яна не могла. Она даже посчитала, что это будет не только несправедливо, но и унизительно для отца ее ребенка. Уход от мужа и для Яны был весьма болезненным, но ради ребенка они сохранили теплые отношения, да и Ричард продолжал ее любить.

Очень долго он не мог прийти в себя, может, даже питал какие-то надежды, что Яна вернется. Госпожа Цветкова переживала, что близкий ей человек из-за нее несчастен. Но прошло время, а оно, как известно, лечит, и Ричард встретил хорошую женщину, и Яна очень надеялась, что с ней он обретет свое счастье.

Отношения же Яны с Карлом развивались бурно и страстно. Они действительно не ошиблись в своих чувствах, и этот роман стоило пережить, даже если заранее знать, что все закончится крахом. Долгое время Яна и Карл встречались и не могли надышаться друг на друга, но однажды Карл понял, что устал от такой неустроенной жизни. По статусу ему положено было жениться, а Яна от такой перспективы пришла в страшное смятение, ведь ее имидж никак не соответствовал образу добропорядочной дамы высшего света.

Жизнь по регламенту, соблюдение этикета, строгий внешний вид и определенная манера поведения претили ей и наводили неизбывную тоску. А ведь еще требовалось дружить с нужными людьми, принимать важных гостей, мило улыбаться всяким подонкам, – нет, со всем этим Яна смириться не могла. Конечно, ради пламенной любви, ради того, чтобы быть рядом с любимым человеком, можно было наступить на горло собственной песне, но так мог поступить кто угодно, только не Цветкова. Она была другого поля ягода и не принимала чужой порядок.

Карл после смерти отца унаследовал замок в Чехии, и ей предстояло бы жить в родовом поместье. Может, кого-нибудь другого это обстоятельство и обрадовало бы, но Яна даже мысли такой не допускала.

Карл был готов отказаться от титула и остаться в Москве, но такой жертвы от него Яна не приняла. Карл Штольберг – последний потомок древнего княжеского рода и должен был жить на родине. Ему нужно было жениться и иметь наследников.

В общем, они любили друг друга, но, как говорится, их развели обстоятельства. Судьба виновата.

– Дура ты, конечно, – констатировала тогда Ася. – Все мечтают о прекрасном принце на белом коне, а у тебя он, можно сказать, в руках был. Сама отпустила! Даже прогнала!

– Я сделала все правильно, – не согласилась Яна. – Не всегда в жизни все происходит так, как нам хотелось бы. Но я очень рада, что у меня в жизни было это чувство. Я испытала мощные эмоции
Страница 2 из 11

и любила до умопомрачения.

– А Ричард? Ты любила Ричарда? – поинтересовалась Ася.

– Я опытная женщина, мне много лет. Я многое испытала в жизни, – имитируя старческий голос, ответила Яна. – И вот на закате дней я тебе точно могу сказать, что любила только Карла.

– Ты издеваешься? Какой закат дней? – не поняла Ася. – Мы еще красивы и молоды!

– Это когда нам за сороковник? – уточнила Яна. – Хорошего же ты мнения о нас… – задумалась она. – Вот, глянь, волосы седеют…

– Ты их все равно с шестнадцати лет красишь. Какая разница?

– Значит, редеют, – не сдавалась Цветкова.

– Что-то я не заметила пока, – огрызнулась Ася. Ей не нравился разговор о старости.

– Суставы болят…

– Ври больше!

– Жир откладывается… – не унималась Яна, трогая себя за бока.

– Давно пора! Хоть на человека будешь похожа.

– Откладывается, да все не в тех местах, где надо бы, – замогильным голосом вещала Цветкова. – И на моих увядающих губах уже не так привлекательно смотрится красная помада.

– Так смени на розовую. Какие проблемы-то?

– Да?! – взвилась Яна. – Проблемы, говоришь? Красную помаду заменить на гигиеническую, высокие каблуки на кеды, постричь волосы под горшок в эконом-парикмахерской и начать ходить в районную поликлинику, как на работу? – разозлилась она.

Ася прыснула от смеха.

– Ишь, ты, чего захотела! Этим будешь заниматься на пенсии, а ее еще заслужить надо!

– Так скоро уже! «А годы летят, наши годы, как птицы, летят…» – пропела Цветкова, в такт мелодии покачивая ногой.

– Я знаю, почему у тебя такое настроение. – Ася легонько дотронулась до руки Яны. – И хочу, чтобы ты знала: что бы с тобой ни происходило, я всегда буду рядом, я всегда поддержу тебя.

– Я знаю, мужики приходят и уходят, а ты, дорогая моя подруга, всегда останешься со мной, – вздохнула Яна. – Куда уж мы друг без друга?

– Хорошо еще, что не назвала меня боевой подругой, – усмехнулась Ася. – В твоих словах звучит такой трагизм, словно ты сожалеешь, что будешь лицезреть меня до скончания дней.

– Ну что ты, дорогая, я очень рада, что у меня такая подруга.

– Янка, Карл – нормальный мужчина, от которого родные ждут не дождутся наследника… – начала Ася.

– Я знаю.

– А ты даже не попыталась вписаться в его образ жизни.

– И это правда, – кивнула Цветкова.

– Так что же ты так реагируешь на известие, что он женился и через несколько месяцев у него появится ребенок? – наконец вслух произнесла Ася.

Тема эта была запретная, но Ася не сдержалась.

– А как бы ты реагировала? – Яна подняла на подругу большие голубые глаза.

– Я не знаю, – вздохнула Ася. – Умерла бы, наверное. Ты, если честно, еще молодчина, держишься. А какая из вас вышла бы пара! Оба высокие, красивые! Глаз не отвести. И детки у вас были бы красивые. Ой, извини!..

– Да, ты права. Давай, забивай последний гвоздь в крышку моего гроба! Гроба нашей с Карлом любви! Я в свое время не рискнула связать с ним жизнь, а ведь хотела, очень хотела. Знаешь, что меня остановило? Что наш ребенок с первых дней жизни будет обречен жить по определенным правилам. А что, если он будет несчастлив?

– Для начала надо было его родить, а потом уже спрашивать, счастлив он или нет, – не согласилась Ася. – Ты испугалась рожать Карлу наследника, потому что ребенок привязал бы тебя к нему окончательно и тебе пришлось бы в корне менять свою жизнь.

– И моему сыну Вове тоже, – кивнула Яна. – Ты права. Чистой воды эгоизм. Знаешь, мне звонила мать Карла. Она ясно дала понять, что ее сын обожает меня, да и она полюбила меня, как родную. Мой отказ вступать в официальный брак сильно ее огорчил и она с трудом дала согласие на свадьбу сына с другой женщиной. Карл не любит эту женщину, но долг иметь законного наследника превыше всего. Карл – человек чести.

– Бред какой-то, – прокомментировала Ася.

– Так сказала его мать. И я была тронута ее признанием.

– Скорее, сняла камень со своей души.

– Да, может быть и так. А потом позвонил Карл. Я не хотела с ним говорить, но он настаивал. Просил приехать для окончательного разговора. Просто мазохист какой-то. Я наотрез отказалась от всех встреч и искренне пожелала ему счастья.

– Ты увидела их свадьбу в «Новостях»? – осторожно поинтересовалась Ася.

Яна кивнула.

– Я не хотела, но не смогла сдержаться. Ты знаешь, Карл не выглядел измученным и плачущим, и его никто не тащил к алтарю в кандалах. Наоборот, он был улыбчивый, счастливый, нежно держал за талию свою молодую, красивую жену в просторном платье от какого-то там модельера-шишки, скрывающем ее округлившийся живот. Их впору было фотографировать на «валентинки» или на приглашения на свадьбу. А самое главное, что его жена из аристократической семьи, она прекрасно знакома с правилами игры и будет им соответствовать. А судя по тому, как они ладили, они стоят друг друга!

– Ты злишься, – отметила Ася.

– Злюсь? Да я просто раздавлена, – занервничала Яна. – Ну ничего, я, как птица феникс, восстану из пепла. Ну и что такого, что сердце разбито? Можно жить без любви.

– Можно, когда ее нет в твоей жизни, – ответила Ася. – А когда она есть, глупо от нее прятаться.

– Ты о чем? – не поняла Яна.

– Карлу была нужна жена и потомство, и он это получил. Но он не разлюбил тебя, а ты его, и кто вам мешает жить той жизнью, которой вы и жили?

– Ты о чем говоришь?! Я никогда не буду кувыркаться с женатым мужчиной, пока другая рожает и воспитывает его детей. Ты меня знаешь, и Карл знает. Если он согласится на такое предложение, я возненавижу его, он рухнет с пьедестала в моих глазах, а в конечном итоге возненавижу и себя, а это – прямой путь к психиатру…

– Поэтому ты не отвечаешь на его звонки? Прячешься от него? – уточнила Ася.

– Мне больше не о чем с ним говорить, я уже все сказала. Я хорошо знаю, что он скучает по мне, потому что сама испытываю такие же чувства. Но кто-то должен прервать эту пагубную страсть. Если Карл этого не может, испытывая чувство вины, что я одинока, а он женился, то я как человек свободный, гордый и смелый сама это сделаю. Ничего! Попереживает немного и успокоится, а то и забудет. Он так хотел стать отцом!

– Карл был готов усыновить твоего Вову, – напомнила Ася.

– У моего ребенка есть отец. А свои дети – это свои дети. Это твое продолжение, твоя плоть и кровь. Карл невероятно чуткий, нежный и ответственный человек. Любовь к ребенку разбудит в нем и любовь к жене. Он порядочный мужчина и никакая связь с русской престарелой теткой не стоит того, чтобы потерять семью и ребенка. Ася, все кончено!

– Все-таки Карл не должен был так поступать! – покачала головой Ася.

– Ребенок важнее всего на свете! Карл это заслужил. Он поступил очень правильно! – не согласилась Цветкова.

В один из последних деньков уходящего лета Яна и Ася сидели в любимом ресторане, наслаждаясь хорошим вином и уютной обстановкой. Яна в последнее время совершенно не интересовалась мужчинами, закрыв для себя тему любви, страсти и другой подобной чуши. Сердце ее болело, но Яна всячески себя отвлекала. Она работала, занималась ребенком, ходила в кино, общалась с друзьями.

Когда
Страница 3 из 11

подругам принесли десерт, в зале ресторана появился Карл Штольберг. Увидев его, Яна не поверила своим глазам, решив, что спятила от переживаний.

– Твою же дивизию! – прошептала она.

– Что? – не поняла Ася.

– Его величество царь! – выдохнула Яна, медленно опускаясь под стол.

Карл же не спеша осматривал зал, словно искал кого-то.

Ася проследила за взглядом подруги и выругалась словно грузчик.

– Госпожа адвокат, не выражайтесь! – пробормотала Цветкова, выглядывая из-под стола.

– Господи, Яна, он же сейчас увидит нас!

– Не нас, а тебя, – ответила Яна и, обогнув столик, на четвереньках поползла к служебному входу.

– Янка, ты куда? Он же поймет, что ты здесь! Два столовых прибора… – зашипела растерянная Ася.

– Мне все равно! Скажешь, что была, да вся вышла! Я не хочу с ним встречаться! – и Цветкова ускорилась.

Внезапно перед ее глазами возникли мужские ноги в черных ботинках.

– Девушка, вам плохо? – спросил официант, наклоняясь к ней.

– Идите мимо! Не видите, мне очень даже хорошо! – огрызнулась Яна, вытирая вспотевшее лицо краешком скатерти, свисающей с чужого столика.

Мужчины за столиком, забыв об ужине, от удивления вытаращили на нее глаза.

– Что уставились? Дайте воды даме! – приказным тоном изрекла она.

– У нас только коньяк, – сказали мужчины хором.

– Сойдет, – согласилась Яна.

Один из мужчин протянул ей бокал с коньяком, и Цветкова выпила его залпом.

– Ой, я так волнуюсь! – сказала она, пытаясь мило улыбнуться.

При виде чешского князя ее всегда бросало то в жар, то в холод и начиналось учащенное сердцебиение.

Сегодня Карл Штольберг выглядел великолепно, впрочем, как и всегда. Темно-синие брюки и черный бархатный пиджак прекрасно сидели на его высокой, спортивной фигуре. Белоснежная рубашка слегка оттеняла смуглый цвет лица, а карие глаза и светлые кудри просто завораживали.

– Почему у буржуев всегда такой откормленный вид? И загар такой альпийский, не то что наша московская бледность?

– Вы о чем? – спросил мужчина.

– Я это вслух сказала? Ой, что-то повело меня. Хороший у вас коньяк, ребята, – сказала Цветкова.

– Да, плохого не держим, – подтвердил его приятель. – А вы от кого прячетесь? Обидел кто? Так мы это… можем и в рыло дать, – и мужчина разжал и сжал в кулак толстые пальцы, перепачканные чем-то жирным.

– Да нет, что вы! – закачала головой Яна и попыталась принять непринужденную, насколько это было возможно на полу, позу. – Знаете, как бывает, выпила, кровь в голову ударила… А на полу воздух более прохладный, вот я и прихожу в себя.

– Ммм… – промычал первый мужик, все равно ничего не понимающий. – Так вы это… если охладились, можете к нам присоединиться, – и он уставился на обнаженные колени Цветковой.

Яна как могла натянула подол короткого платья.

– О’кей! Только на кухню сгоняю нам за шашлычком, – сказала она и поползла к кухне. Спиной, а точнее задом Яна ощущала на себе недоуменные взгляды мужчин.

Как только госпожа Цветкова подползла к дверям, одна из створок резко распахнулась и что есть силы огрела Яну по голове.

В голове что-то щелкнуло, и Яна подумала о том, что жизнь хрупка, а голова у нее, оказывается, очень твердая. Просто кремень. А самое главное – внутри находятся не мозги, а самые настоящие колокола. Такие чугунные, большие колокола, потому что ничего другое так звенеть не могло бы.

Дверь из кухни открылась, конечно, не сама по себе. Из нее выходил официант, с подносом, полным еды. Официант, естественно, споткнулся о нескладное тело, распластанное на полу, и все содержимое подноса оказалось на госпоже Цветковой. Яна отведала уху вперемешку с супом с фрикадельками, сверху ее припорошило спагетти «Болоньезе» и пиццей «Прошуто-фунги» и все это было сдобрено чашечкой кофе и блинчиками в шоколаде.

Яна не хотела встречаться с безупречным Карлом Штольбергом, а пришлось. Причем в не самом лучшем виде – с лицом, ошпаренным ухой, и со спагетти на ушах. При этом Яну держали под руки, потому что сама она на ногах держаться не могла, ее просто шатало. Уши были заложены, а глаза почему-то съехали к переносице и никак не желали возвращаться на место.

– Господи, Яна! – кинулся к ней князь, но на полпути затормозил и обнять не решился.

Из-за его плеча выглядывала Ася.

– Ты как? – спросила она.

– Могло бы быть и лучше, – ответила Цветкова, сплевывая остатки пиццы.

Карл и официант принялись вытирать ее бумажными салфетками.

– Яна, у тебя прямо на глазах шишка растет, – протянул Штольберг. – Или рог?

– Рога у меня выросли давно, – отрезала она, пытаясь сконцентрироваться на красивом лице Карла.

– Может, присядем? – Князь кивнул в сторону одного из столиков.

– Да мне бы прилечь.

– Пройдите в вип-кабину, – предложил невесть откуда взявшийся администратор.

Он лебезил перед Штольбергом, видимо, чувствуя вину за то, что в его ресторане чуть не угробили женщину. Выяснять, что Яна делала возле служебного входа, да еще на четвереньках, никто не стал. Клиент всегда прав.

Яна разрешила проводить себя в кабинку для особо важных гостей, где и разругалась с Карлом в пух и прах.

Князь пытался с ней поговорить спокойно, но госпожа Цветков находилась не в самом лучшем расположении духа.

– Зачем ты приехал? – спросила она.

– Тебя увидеть, – ответил Карл.

– Что? Увидел?! – прошипела Яна и стряхнула с себя остатки еды.

– Вполне.

– Что еще?! – И она пронзила Штольберга своими ярко-голубыми глазами.

– Яна, не надо, я же с миром…

– И с женой! – закончила за него Цветкова.

Карл опустил голову.

– Я понимаю, но я так не могу. Ты дорога мне.

– Денег не хватит! – рявкнула Яна и принюхалась. От нее зверски воняло рыбой, точнее, ухой.

– Я бы хотел остаться друзьями, – робко произнес Карл Штольберг.

И эта фраза сработала словно зажженная спичка, поднесенная к канистре с бензином.

– Друзьями?! – воскликнула Яна. – Да что ты? Мою любовь ухнуть в дружбу? У тебя жена, дети и дура, то есть, извини, друг! Хорошо ты устроился! Ничего не скажешь. Чистеньким хочешь остаться?

Яна склонилась над Карлом, словно ива над мутной водой. Потом схватила первое, что ей попалось под руку, а этим оказался бокал с шампанским, и выплеснула его содержимое князю в лицо.

– Празднуй! А меня забудь! – Яна вскочила и понеслась в туалетную комнату.

– Яна! – попыталась остановить ее Ася.

– Отстаньте от меня! – гавкнула Яна в ответ.

– Как же мне… – расстроенно произнес Карл, вытираясь салфетками.

– Она нервничает, но смирится, – попыталась сгладить ситуацию Ася.

– Нет, и ты знаешь, что нет. И я это знал, но надежда умирает последней. Может быть, я зря прилетел? Но я так хотел ее увидеть…

– Оставь ее, – вдруг сказала Ася совсем не то, что хотела изначально. – Ты женился. У тебя теперь своя жизнь, у нее – своя.

Карл выглядел подавленно.

– Все так, все так. Я столько ждал ее, я же делал предложение. Я же…

– Я все знаю, Карл. Грустная история у вас вышла. Но сейчас уже все кончено. Ты просто должен ее отпустить, и никогда не жалей о своем выборе. Где-то приобретаешь, где-то теряешь.

Яна словно фурия
Страница 4 из 11

ворвалась в туалет и подлетела к зеркалу. То, что она в нем увидела, поразило ее в самое сердце. Выглядела Цветкова просто ужасно, и это в такой-то день. Карл должен был увидеть ее во всей красе и сто раз пожалеть о том, что женился на другой.

Крутить шашни за спиной его жены, быть всего лишь любовницей для Яны было очень унизительно. А когда Карл заикнулся о том, чтобы остаться друзьями, он словно вонзил Яне нож в спину.

«А что ты хотела? – усмехнулась она, глядя на себя в зеркало. – Красная рожа, сине-багровый рог на лбу, скверный характер, какая я княжна? Карл правильно сделал, что бросил меня. Пра-виль-но! А вот дружбу мне предлагать не следовало… Видеть его не хочу. И Асю тоже. Начнет нести чушь: прости, смирись, не кипятись. Черт! Как же голова болит…»

Яна ни при каких условиях не хотела возвращаться в зал, а уйти незамеченной ей вряд ли удастся. Она огляделась и, увидев небольшое окно, приняла единственное разумное, на ее взгляд, решение. Она открыла створку, не без труда из-за чересчур узкого платья взобралась на окно, вылезла наружу и оказалась среди мусорных контейнеров с остатками еды из ресторана.

Здесь госпожа Цветкова и столкнулась со сворой дворовых собак, явно чувствующих себя на своей территории. Собаки никак не ожидали увидеть ее в самый разгар пиршества, и Яна посчитала за лучшее поскорее убраться из этого места.

Спотыкаясь на высоких каблуках, она поспешила в сторону улицы, но в это время открылась служебная дверь и на Яну выплеснули добрую порцию помоев.

«Что же это за день такой…» – пронеслось у нее в голове, но додумать эту мысль Яна не успела, потому что огромная лохматая псина, видимо, почувствовав в Цветковой конкурента, бросилась на нее и сбила с ног. Падая на спину, Яна сильно ударилась затылком и, уже теряя сознание, ощутила боль в руке, куда эта псина все-таки вцепилась.

Парень, что выносил отходы, кинулся выручать Яну. На его крики выбежал еще один работник ресторана. Но оба были тоже покусаны. В конце концов собак все же удалось отогнать. Пострадавших внесли внутрь, оказали первую медицинскую помощь, вызвали «скорую».

Тут уже и Ася с Карлом стали беспокоиться, куда пропала Яна. Официантка, которая видела, что за ужас творится у них в подсобном помещении, осторожно приблизилась к их столику.

– Там вашу даму собака покусала, крови столько…

– Кого? Что? – оторопела Ася.

– Собака в туалете? – на всякий случай уточнил Карл, хотя после долгого знакомства с Яной привык ничему не удивляться.

– Нет, ваша дама вылезла на улицу через окно, – виновато ответила официантка, словно это она лично не уследила.

В это время приехала «скорая», и Ася со Штольбергом вскочили из-за столика и поспешили к выходу.

Яна сквозь затуманенное сознание переживала свой позор. О, да! Она видела глаза Карла Штольберга, когда ее, облитую помоями, проносили мимо на носилках. Это был апофеоз ее глупости и упрямства. Ася же даже всплакнула.

Работники ресторана по-недоброму смотрели на Яну и еще недовольно прикрывали носы. Цветкова не могла на это не среагировать.

– Ничего, ничего, не умрете. Вы, между прочим, этим людей кормите.

– Это испортилось уже! – пытался кто-то возразить.

– На хорошей кухне ничего не портится. Тем более до такой вони. – Яну было не переубедить.

– У нас в ресторане такое в первый раз. Сначала вы ползали по полу, потом вылезли через окно в туалете. Вот у нас и драки бывали, и кому-то из перепивших плохо бывало, но чтобы устроить такое… – покачал головой один из работников ресторана. – Если вы ненормальная, то чего не лечитесь?

Яна поняла, что ее здесь не поймут. «Черствые люди! Тут жизнь рухнула в пропасть, а они о своем, о бытовом».

В карету «скорой помощи» Асю со Штольбергом не пустили, но Яна слышала громкий голос Карла:

– Мы поедем следом! Не волнуйся, дорогая.

Лежа на жестких носилках, на которых ее мотало из стороны в сторону, в полутемной машине, которая как-то сильно тряслась, гудела и дребезжала, Яна разговаривала сама с собой: «Все-таки Карл – идиот.“Не волнуйся, дорогая”. Вот уж не нашего менталитета человек. Я из-за того, что не хотела его видеть, чуть жизни не лишилась, а он опять за мной едет. Ну вот что человеку надо?»

Яну и еще двух пострадавших привезли в травматологическое отделение. Пока их оформляли, Яна думала только об одном: сейчас ее определят в палату, и там сразу нарисуется Ася с заплаканными глазами и Карл с его предложением дружбы, что унижало ее до глубины души. А потом вернется к своей красавице-жене и наконец-таки почувствует себя абсолютно счастливым и освободившимся от недоразумения по имени Яна Цветкова.

Яна не хотела предоставлять Штольбергу такой шанс и, воспользовавшись общей шумихой и тем, что в коридоре приемного отделения присутствовало много пациентов, быстро слиняла.

Перед ней мелькали люди – врачи и пациенты. Каких пострадавшх тут только не было! С разбитыми лицами, с загипсованными руками-ногами, некоторые лежали на каталках или сидели в креслах. Многие выглядели так же ужасно, как и Цветкова, поэтому на нее никто не обращал внимания.

Она толкнула какую-то железную дверь и оказалась в темном безлюдном коридоре без окон. Яна решила, что в конце этого коридора будет выход на улицу, поэтому, спотыкаясь и держась за стенку, она устремилась вперед. Но коридор заворачивал то в одну сторону, то в другую, а выхода так и не было. Яну мутило и даже подташнивало. Единственное, что она хотела, это выйти на свежий воздух, а коридор все не кончался.

– Господи, куда же я зашла? – начала паниковать Яна.

Поэтому когда она наконец-таки очутилась в каком-то просторном помещении, то очень обрадовалась, несмотря на то, что в помещении весьма дурно пахло какими-то весьма едкими химикатами. Солировал запах формалина, который Яна помнила еще со времен уроков анатомии в мединституте.

По образованию Цветкова была стоматологом, по специальности и работала. Благодаря полученному наследству она смогла открыть частную стоматологическую клинику «Белоснежка». Клиника была небольшой, но приносила стабильный доход. Можно было, конечно, расширить бизнес и открыть сеть клиник, но Яна не стала в это ввязываться. Коллектив подобрался весьма дружный, профессиональный, текучки кадров не было. Правда, был период, когда дела пошли неважно и даже встал вопрос о закрытии любимого детища госпожи Цветковой. Тогда сотрудники очень поддержали Яну, некоторые, правда, ушли, но самые преданные остались и несколько месяцев работали без зарплаты. Когда Яна преодолела кризис и поднялась на ноги, все они были вознаграждены с лихвой. В настоящее время клиника процветала, запись у всех врачей была на неделю вперед, и люди еще больше сплотились вокруг своего руководителя.

Внезапно перед Яной промелькнула чья-то тень и раздался мужской голос с хрипотцой:

– Вам чего здесь?!

И к Яне подошел тучный мужчина с выпученными глазами и добродушной улыбкой.

– Ого! Да вы ранены. Вам в приемную надо.

– Нет, мне сюда, – пролепетала Яна. Силы покинули ее, и она чуть не упала.

Мужчина подхватил ее под руки и помог присесть.

– Сюда
Страница 5 из 11

точно рановато! Это – морг! Как вы сюда попали-то?

– Я заблудилась. Пожалуйста, помогите мне выйти отсюда, – с мольбой посмотрела на него Яна.

– А почему нет криков? «О боже! Это морг! Тут же мертвяки!» – спросил мужчина.

– Я не боюсь моргов и трупов тоже, – ответила Яна.

– Впервые такое слышу от женщины.

– Жизнь научила. Так как выйти?

– Ну, не знаю. У вас рука повреждена. Об этом сообщить надо, а вы сбежать хотите.

– Я же не с ножевым или огнестрельным ранением, – возразила Яна.

– А чего с рукой-то? – поинтересовался мужчина и внимательно осмотрел рану. – Ух ты! Рваная рана.

– Так собака покусала.

– Собака? Ну теперь можно с хозяина денежку слупить.

– Бездомная собака, – отмахнулась Яна и поежилась: – Холодно у вас тут.

– Так морг, – здраво рассудил мужчина. – Меня, кстати, Анатолий Павлович зовут. Можно просто Толя.

– Яна, – ответила Цветкова.

– А все-таки чего из приемного отделения-то убежали? – поинтересовался он.

– Там тип один, что меня привез… В общем видеть его не хочу, – сквозь зубы процедила Яна.

– Понятно, – кивнул Анатолий. – Страсти-мордасти!

– Да какая вам разница! – занервничала Яна. – Лучше перевяжите!

– Давай на «ты»?

– Давай, – махнула рукой Яна, уже согласная на все, лишь бы отсюда поскорее выбраться.

– Присядь ближе к столу, вот так, – засуетился Анатолий. – Руку сюда положи, сейчас обработаем… – И вдруг остановился как вкопанный. Вся его фигура вдруг как-то сникла и стала напоминать большой знак вопроса.

– Что?! – Яна даже испугалась.

– Так это… ты живая. Значит, тебе будет больно, если я прямо сейчас анестетик спиртовой в рану налью, – ответил Анатолий. – А с анестезией я не дружу… то есть я ее не делал никогда. А зачем? Моим клиентам она не нужна.

– Я терпеливая, – ответила Цветкова и по привычке мотнула головой, чтобы изящно убрать челку с лица. Но челка в засохшейся крови намертво прилипла ко лбу. Яна дернула головой еще пару раз, но челка осталась на месте, а вот головокружение и шум в ушах только усилились.

– А если сильно щипать будет? – все еще сомневался Анатолий и вдруг, хлопнув себя по лбу, исчез из поля зрения Цветковой.

Явился он через пару минут с бутылкой водки и двумя чашками с отколотыми ручками. Одна из них была красная в белый горошек, другая белая в красный горошек.

– Сейчас примешь, и со всем будет покончено.

– С чем покончено? – содрогнулась Яна и уставилась на запотевшую бутылку. Она могла выпить, иногда даже любила это делать, но предпочитала шампанское, сухое вино, а из крепких напитков – дорогой коньяк. Водка в этот список не входила.

– Анестезия – раз, расслабление – два, согреешься – три, – пояснил Анатолий.

– Просто волшебное средство, – усмехнулась она. – А жизнь случайно не продлевает?

– Эх, продлевала бы, если бы не эта капризная печень, – вздохнул патологоанатом. – Она в разрезе знаешь как выглядит? У непьющих людей такая розовая, словно губка для мытья здоровеньких, розовощеких карапузов. А печень пьющего человека похожа на уголек, который достали из печи, – плотная, темная, так сурово смотрит на тебя и словно спрашивает: «Ну, понял, что мне довелось пережить и как адски поработать?»

Яна от неожиданности чуть не открыла рот.

– Ничего себе мысли у тебя… – протянула она.

– Нет, ты не думай, с ума я не сошел. Просто работа такая – поговорить не с кем, вот и лезут всякие мысли в голову. Развлекаюсь, так сказать, как могу. – И Анатолий, улыбаясь, разлил водку.

– И алкоголь помогает?

– А как же? Конечно! Смотри, какая холодненькая, прямо из холодильничка нашего.

Яна подавила приступ тошноты, стараясь не думать, что, а точнее, кто еще может находиться в этом холодильнике.

– Я не могу без закуски, – сказала она.

– Сейчас принесу из холодильника.

– Нет! – закричала Яна.

Анатолий остановился.

– Постой! Ты о чем подумала? Да это холодильники для нас, для сотрудников…

Но Яна продолжала с недоверием смотреть на него.

– Ну, хорошо! Там еще некоторые медикаменты лежат, и все. Трупов нет. Может, хочешь проверить? – спросил патологоанатом.

– Нет-нет, – поспешно ответила Яна. – Я лучше здесь подожду.

В душе она злорадствовала, представляя, как Карл сейчас ищет ее и переживает, что она так категорично не хочет его больше видеть. И мысль, что ему это неприятно и он, может быть, даже страдает, доставила ей несказанное удовольствие.

Анатолий вернулся, неся на тарелке бутерброды с колбасой и творожные сырки.

– Так сказать, чем богаты…

После этого они выпили, Яна еще долго ощущала обжигающий вкус спирта во рту и горле.

– А я недавно коньяк пила, – вдруг вспомнила она про ресторан.

– Везет тебе, – по-своему отреагировал патологоанатом.

Они выпили еще, а затем Анатолий обработал ей рану антисептиком.

– Хорошо бы несколько шовчиков наложить, – сказал он, внимательно рассматривая рану. – Но этого я не сделаю.

– А если не накладывать?

– Тоже заживет, но будет заметнее. А ты же женщина видная, руки нежные.

– Ой, вот только этого не надо! – поморщилась Яна. – Пусть будет заметно, мне все равно! Не лицо же! – отмахнулась она, и патологоанатом перевязал руку стерильным бинтом.

После этого они снова выпили, и Яна впервые улыбнулась.

– Еще одно замечательное действие твоего лекарства – я перестала переживать о своем парне, – сказала она.

– Вот только увлекаться не надо, особенно если парень хорош и быстро его не забыть, – отметил патологоанатом.

Яна задумалась.

– Да, столько точно не выпить, – согласилась она.

– Что, сильно хорош? Прямо принц на белом коне? – засмеялся Анатолий.

– Ага! Только не принц, а князь, – поправила его Цветкова.

– Точно! Все мы тут князья, – хохотнул патологоанатом.

Яна не стала его разубеждать, за годы общения со Штольбергом она привыкла к такой реакции.

Посиделки продолжались. Когда бутерброды и сырки закончились, Яна дала денег, и Анатолий снарядил в магазин какого-то молоденького санитара.

Вскоре в морге развернулось настоящее пиршество. Молоденький санитар тоже остался с ними. У Яны от вида мясных деликатесов разыгрался зверский аппетит, а Анатолий все подливал и подливал. Они уже потеряли счет времени, когда в морге появилась тучная женщина в трещащем по всем швам халате и испортила всю вечеринку.

– Что ты творишь, Толя?! Чего тут опять происходит? – разразилась она гневной речью. – Сколько раз говорила, что пьянкам на работе не место!

– Аркадия Ивановна, ну что вы, в самом деле? Мы совсем по чуть-чуть, вот человеку помощь оказал!

– Ты точно не в своем уме! Помощь людям в больнице оказывают, а не здесь!

– Не ругайтесь, я сама к нему пришла, – попыталась заступиться за патологоанатома Яна. – Вы лучше к нам присоединяйтесь!

– Ты что, это заведующая, – зашипел на нее Анатолий.

– Подумаешь, заведующая! Ты так говоришь, словно она крокодил! Я тоже заведующая! – с вызовом произнесла Яна.

– Вы заведующая? – усмехнулась Аркадия Ивановна. – И чем же вы заведуете? Складом карнавальных костюмов?

– Стоматологической клиникой, – ответила Яна. – Мы, между прочим, почти
Страница 6 из 11

коллеги, так что можно бы и повежливей быть.

– А шишки у вас на лбу и на затылке – это, видимо, для симметрии? – спросила заведующая.

– Нет, это чтобы научиться спать на боку, – парировала Цветкова.

– Уберите тут все, да побыстрее, – приказала Аркадия Ивановна и повернулась к Анатолию: – И скажи спасибо, что на вид не поставлю.

– Работы сейчас все равно нет, – недовольно буркнул патологоанатом.

– Работа тебе поступила! Ты думаешь, я просто так пришла?! Или на запах колбасы? Пациент из вип-палаты умер, он твой!

– Вот что у меня за работа такая? У всех врачей пациенты выздоравливают и уходят счастливые, отблагодарив своих врачей, а у меня одни покойники, и никто доброго слова не скажет! – возмутился патологоанатом.

– Толя, ты меня понял? – стальным голосом произнесла Аркадия Ивановна и скосила глаза на обильный стол. – Чтобы к утру был готов отчет о причине смерти. Это приказ руководства!

– Чтобы богатые родственнички не вытрясли из них душу из-за того, что он умер у них в больнице? – хихикнул уже весьма пьяный Анатолий и вальяжно развалился на стуле, закинув ногу на ногу.

– Не юродствуй, ты меня понял? – строго произнесла заведующая, потом взяла со стола бутерброд, посмотрела на Анатолия, потом на Яну с санитаром и удалилась с победоносным видом, громко стуча каблуками.

– Фу! Ушла! Продолжим, друзья! – вздохнул патологоанатом.

– А работать тебе не надо? – спросила Яна.

– Ах, да, вновь поступивший. Ладно, сейчас пойду. Хочешь со мной?

Анатолий навалил себе целую тарелку еды и пошел в секционный зал, где его уже заждался пациент. Влекомая любопытством, Яна пошла следом.

На холодном столе лежал обнаженный труп крупного мужчины. Представив, как Анатолий препарирует труп и при этом с аппетитом уплетает содержимое тарелки, Яна передернула плечами и поспешила удалиться.

Анатолий хохмил не переставая.

– Яна, плесните мне колдовства в хрустальный мрак бокала! – кричал он из зала. – Ну что же вы бросили меня? Эй! Слабаки! Идите сюда, я анекдот расскажу!

– Сам иди! – крикнула ему в ответ Цветкова.

– Чего же не прийти к красивой женщине? Тебе, кстати, прививку надо бы сделать, – сказал патологоанатом.

«Все-таки странно это слышать от патологоанатома», – подумала Яна, но вслух произнесла:

– Обойдусь!

Глава 2

Яна всегда думала, что саванна – это такое место, где земля не имеет границ, много зелени и соответственно чистый воздух, ну и, конечно, стада мирно пасущихся животных. Именно такие картинки рисовало ее воображение при слове «саванна». Но на самом деле все оказалось почему-то совсем по-другому.

Зелени мало, при каждом дуновении ветра поднимались клубы пыли, из-за которых было тяжело дышать, да и небо оказалось вовсе не пронзительно голубым и безоблачным, а серым, хмурым и тяжелым.

Яна огляделась по сторонам. «Боже, животные! Почему они такие дикие и злые? И какие откормленные! Видимо, это они и съели всю растительность вокруг. Слоны, бегемоты, жирафы, какие-то чудища…» И почему-то все они с дикими воплями, топоча копытами, бежали по ней? По ее рукам, ногам, туловищу, лицу…

– Вставай! Да вставай же! Помоги!

«Какое там – вставай?!» – удивилась Цветкова, прижимая к груди коленки, чтобы смягчить удары.

А тут еще набежали тучи и разродились ливнем, который хлестал ее бедное, истоптанное тело.

Яна судорожно глотнула воздух и открыла глаза. Над ней нависло огромное, ярко-бордовое лицо с толстыми щеками и выпученными глазами. К лицу прилагались мощная шея, круглые плечи и огромные ручищи, которыми это чудище трясло ее как грушу.

Яна лежала на спине на какой-то твердой поверхности, видимо, на скамье, и при тряске каждый раз ее голова приподнималась на пару сантиметров и тут же падала обратно, стукаясь о скамью одним и тем же местом, а именно и так уже покалеченным затылком. А монстру, в котором Яна все же признала патологоанатома Анатолия, казалось, этого было мало, и он принялся поливать ей в лицо ледяным шампанским. Пузырьки, попадая в нос, мешали дышать, и Яна думала, что вот-вот задохнется.

– Ты с ума сошел?! – оттолкнула она наконец Анатолия.

– Так я просто не знал, как тебя разбудить! – развел руками патологоанатом.

– Стадо слонов, – прошептала Яна, дотрагиваясь до шишки на лбу.

– Какое стадо?

– Которое бежало по мне! И пахло так нехорошо… навозом.

– Еще бы, целое стало… – согласился Анатолий и тряхнул головой. – Что ты меня путаешь?! Какие слоны? Тут жизнь моя рушится!

– Как же мне плохо! – поморщилась Яна. – А ведь я в больнице, и мне вроде как легче должно быть.

– Ты не совсем в больнице, ты в морге, – засмеялся Анатолий и тут же поморщился: – Голова такая тяжелая. Стадо слонов, говоришь? Похоже, что один из них застрял у меня в голове. Чего мы вчера перебрали?

– Похоже, что всего, – ответила Яна. – А который час?

– Семь утра!

– Так я что, здесь всю ночь провела? – ужаснулась она.

– Все заснули, – сокрушенно вздохнул патологоанатом. – Ты прямо на каталке, я на столе рядом с телом, в смысле не вместе с ним, а на соседнем столе, хотя… какая разница! Заснули как сурки, и холодно не было!

– Все твое чудо-средство, – скривилась Яна.

– Зато расслабились. Рука болит? – вдруг участливо спросил Анатолий.

– Рука? – переспросила Яна. – Издеваешься? У меня все болит! А-а, я поняла твой метод лечения с помощью водки! Утром человек забывает про боль в пострадавшем органе, потому что у него болит все! – поморщилась она.

– Такое случается. Извини. – Анатолий выглядел очень растерянным. – Яна, тут такое дело… Помоги мне!

Сон покинул Цветкову очень быстро, зато вернулись боль и тоска по ушедшей любви, и чтобы заглушить их, Яна была готова пуститься во все тяжкие.

– Помочь? Ну конечно. Но только чем? – спросила она. – Тем более сегодня, когда я в таком разобранном состоянии.

– Да я и сам не знаю, что делать. – Анатолий заметался по комнате как раненый зверь.

Яна потрогала свое лицо, липкое от пролитого на него полусладкого шампанского, стараясь не обращать внимания на пульсирующую шишку на лбу. Понятно, что за ночь она не зажила.

– Толя, что случилось? У тебя, может, это… как ее? Горячка?

– Какая горячка! Ты Аркадию Ивановну помнишь?!

– Полную и агрессивную даму с какашкой на голове? – уточнила Яна.

– Какой какашкой? – не понял патологоанатом.

– Ну у нее волосы такого цвета, как… И сложены на голове таким… рогаликом, – спокойно пояснила Яна. – Старомодный стиль. Куча на голове. Такие прически нравятся заведующим, буфетчицам, ну всем, кто любит показать свою хамоватую власть в данную минуту над данным человеком. Мол, ты что, не видишь, кто я?

– Какие у вас, женщин, однако, тонкости, – отметил Анатолий.

– Да, я помню ее! Чуть весь праздник не испортила. А при чем здесь она? – спросила Яна.

– Она что сказала? Что на мое дежурство работа важная выпала. Вип-клиент умер, надо было вскрытие произвести…

– Ну и? – Яна непонимающе уставилась на Анатолия.

– А ты помнишь, что я пошел работать? – спросил он, всматриваясь в ее лицо с таким выражением, будто речь шла о жизни и смерти, и Яна его последняя
Страница 7 из 11

надежда.

– Да, ты ушел, – подтвердила Цветкова. – Правда, с едой и выпивкой, но ушел. Правда, чем конкретно ты занимался, я не знаю, предпочла удалиться и не смотреть на это, и слава богу.

– Понятно, – выдохнул Анатолий. – Значит, он был, и Аркадия Ивановна была не плодом воображения? – задумался патологоанатом.

– А что случилось-то? – не понимала Яна.

– Труп пропал! – выпалил Анатолий.

– Какой труп? – переспросила Яна и захлопала глазами.

– Виповский! Тот, по которому я с утра полный отчет должен дать! – заявил патологоанатом, выглядевший сейчас как ребенок, который потерял самую любимую игрушку.

– Как пропал? – не поняла Яна. – Что значит пропал?

– То и значит! Нет его, и все! – И Анатолий в порыве чувств вздыбил пятерней последние волосы на затылке. – Я его на столе оставил, а сейчас стол пустой.

– Так, может, ты его в ячейку какую положил? Так напился, что и не помнишь. – Яна оставалась совершенно спокойной.

– Ты думаешь, я совсем дурак? – снова завелся Анатолий. – Я каждую ячейку проверил! Каж?ду?ю! Мало того, я все соседние помещения проверил. Даже туалет… так, на всякий случай. Его нигде нет, – развел он руками.

– К-как н-нет? – заикаясь, спросила Цветкова, и по спине у нее пробежал холодок.

– Совсем нет! Понимаешь? Я уж подумал, что с ума сошел, что трупа и не было, а меня посетила «белочка». Но вот и ты подтверждаешь, что труп был.

– Был, точно был! Сама его видела, – кивнула Яна. – Как же так? В смысле, что же делать?

– Я не знаю! У меня сутки, чтобы его найти!

– Но это бред полный! Кому нужен труп? – спросила Яна.

– Я не знаю!

– А я-то чем помочь могу? Искать труп? – уточнила она. – Но я в этом не специалист!

– Искать я и сам могу, – облизал пересохшие губы Анатолий. – Каждое утро сюда заходит Аркадия Ивановна и интересуется, как я работаю, то есть, если честно… – Анатолий стушевался и почесал затылок. – Следит она за мной. Вышел я на работу или не вышел? Пил я, пью я…

– И буду пить, – закончила за него Яна. – Извини! Так что?

– Ну, контролирует она меня. Не сплю ли, особенно на дежурстве. А уж после того, что она вчера увидела наш сабантуйчик, точно зайдет. Спросит, готов ли у меня отчет? А я ей что в ответ?

– А ты ей что в ответ? – как эхо повторила заинтригованная Цветкова.

– Я ей скажу: нет, не готов, но работаю над этим. Главное, чтобы она увидела, что я на ногах, что я работаю.

– А дальше-то что? – не поняла Яна. – Все равно же ты должен будешь сказать, что тело исчезло.

– Ой, молчи, Яна! Ты не представляешь, что будет! Ведь во всем же обвинят меня. Во всем! Она расскажет, что я пил на рабочем месте, что я его сам куда-то по пьяни и дел. Я в тюрьму не хочу! – в отчаянии воскликнул патологоанатом.

– Я тоже! – поддержала его в этом стремлении Яна.

– Мне нужны хотя бы сутки! – крикнул патологоанатом.

– А что изменится за сутки? – не понимала Яна.

– Я не знаю! Но это хоть малейший шанс, что я выкручусь, что найду этот труп. Даже если это один шанс из тысячи, я должен его использовать! Помоги мне!

– Да, что же это такое?! – всплеснула руками Яна. – Ну чем я-то помогу?!

– Изобрази труп, – сказал Анатолий.

Яна на минуту замолчала, а потом попробовала принять непринужденную позу. Не получилось.

– Нет, ну я, конечно, выгляжу сейчас не ахти. Прямо скажем, хреново выгляжу, но такого предложения мне еще никто не делал. Я сейчас даже не знаю, как и реагировать. Стукнуть тебя, что ли?

– Не надо. Но здесь больше никого нет, кого бы я мог попросить лечь на секционный стол, – оправдывался Анатолий.

– Ты хочешь, чтобы я подменила мужика?! – ахнула Цветкова. – Два – ноль! Мне еще никто не говорил, что я похожа на мужчину.

– Да Аркадия Ивановна близко не подходит! Я тебя простыней накрою, издалека она и не заметит. Ляжешь так ровненько, грудь у тебя не выражена…

– Три – ноль! – прокомментировала Яна.

Но Анатолий даже не замечал, что оскорбляет женщину, и продолжал:

– Высокая ты. Значит, и нога у тебя большая, размер сорок первый – вполне за мужскую сойдет.

– Четыре – ноль. Смею тебя разочаровать. У меня тридцать девятый – почти дюймовочка, и красный педикюр.

– Это не важно! Ты же накрытая будешь. Все равно это лучше, чем пустой стол, так сразу все откроется.

– Постой! А что, нельзя вместо меня труп какой-нибудь положить? Под простыней же не видно, – совершенно справедливо заметила Яна.

– Нет, ты точно меня за дурака держишь! Нет других трупов! Нет! Позавчера забрали бабульку хоронить, и все. Этот мужик, поступивший вчера, был единственным.

– Тогда ладно! Я согласна, – вздохнула Яна.

– Опохмелиться хочешь? – внезапно спросил патологоанатом более спокойно.

– Нет. Мне бы помыться, – попросила она.

– Душевой нет, но в секционном зале есть шланг, я трупы обмываю, можешь им воспользоваться. Я не войду.

– И на этом спасибо! – фыркнула Цветкова.

Прежде чем приступить к водным процедурам, она проверила телефон: тридцать пропущенных вызовов от Аси и еще больше от Карла. Еще парочка от Агриппины Павловны, домоправительницы, много лет помогавшей ей по хозяйству.

После того, как Яна облилась холодной водой из непослушного шланга, так и норовившего выскользнуть из замерзших пальцев, она обтерлась чистой, но застиранной простыней и надела нижнее белье.

– Я готова, – клацая зубами сказала Яна. – Куда ложиться?

– На стол, – ответил Анатолий.

– Он холодный, – плаксиво протянула Цветкова.

– Яна, ну, пожалуйста.

– Ну подстели хоть простынку! – попросила она.

– Хорошо! – смилостивился Анатолий.

Яна легла, вытянувшись в струнку.

– Волосы подбери! Свисают до пола! – недовольно отметил патологоанатом, накрыл ее простыней и, отойдя на пару шагов, бросил на стол критический взгляд. – Нет, ну так не годится!

– Чего опять не так? – заныла Яна. – Я подобрала волосы.

– Ты дрожишь вся, и это видно! – пояснил суть претензии патологоанатом.

– Так что я могу сделать-то?

– Трупы не трясутся! Может, тебе шерстяные носочки принести? – съязвил Анатолий и понял, что пропал.

– Но я не труп! – взвилась Яна, проклиная все на свете. Снова она влипла в какую-то историю, и как всегда неприятную.

– Или, может, ты чайку хочешь? Зайдет Аркадия Ивановна, а у меня труп чаи гоняет! Вот ведь чудо! – продолжал Анатолий. – Давай я тебе водки налью?

– С утра пораньше? – ужаснулась Яна.

– Ты хоть трястись перестанешь.

– Ладно, давай!

Выпив, Цветкова поняла, что ей стало еще хуже, но трястись она и правда перестала.

– Тихо! – замер Анатолий. – Слышишь? Идет!

Не успел он накрыть Яну простыней, хлопнула дверь и послышался все тот же невыносимо громкий стук каблуков.

– Надо же! Уже на ногах? Вот уж не ожидала, – раздался властный голос заведующей.

– Доброе утро, Аркадия Ивановна. К чему все эти проверки? Трудился всю ночь, как и обещал.

– Да уж, видок у тебя тот еще.

– От усталости.

– Конечно! – засмеялась заведующая. – А где твоя дама, с которой ты веселился вчера?

– Дама давно ушла, в отделении царит покой и порядок, – ответил патологоанатом.

«Ну и нервы у него! Крепкие такие!» – удивилась Яна, которую
Страница 8 из 11

сильно затошнило, и она боялась, что ее прямо сейчас вырвет.

– Как работа? Провел вскрытие? Покажи! – скомандовала заведующая.

«Фиг тебе!» – подумала Яна.

– Еще не закончил, интересный случай, – ответил Анатолий. – Да вы не волнуйтесь, я работаю.

– Да? – подозрительно спросила Аркадия Ивановна. – Ладно, чтобы к вечеру был полный отчет.

– Можно к утру? – спросил патологоанатом.

«Что он делает? – с ужасом подумала Яна. – Сейчас она рассердится и вообще все откроется! Еще и меня припаяют к делу об исчезновении трупа».

– Толя! Завтра его родственники забирают тело!

– Все будет тип-топ! Они же не в восемь утра забирать его будут?

– Часов в десять, – ответила Аркадия Ивановна.

– Вот, а у меня к восьми будет все готово! – ответил патологоанатом.

Яна из-под слегка поднятого края простыни видела, как дрожат его руки – то ли от нервов, то ли от того, что он был алкоголиком.

– Да, у тебя же второе дежурство подряд. Дима-то заболел, – вспомнила заведующая. – Ладно, работай! И проветри тут все! Невозможно! Пахнет женским парфюмом на весь морг. Это неприлично! Ты мне честно признайся, это проститутка вчера с тобой была? – внезапно спросила она.

Анатолий закашлялся.

– Аркадия Ивановна, с чего вы взяли? – спросил он.

«Да, многоуважаемая Аркадия Ивановна, с чего ты взяла?!» – рассердилась Яна.

– Ну, видно же, дорогие шмотки, ноги три метра, макияж вызывающий… И избитая. Дело рук или клиента, или сутенера. – Заведующая задумалась. – Да, сами выбирают себе такое опасное ремесло.

«Я сейчас запла?чу», – подумала Яна.

– Придет же вам в голову такое! – удивился Анатолий. – Да она из нашего приемного отделения ко мне забрела, не в себе была, собака ее покусала.

– А чего к тебе-то? – не сдавалась Аркадия Ивановна.

– Так с парнем она каким-то не хотела там видеться, – пояснил патологоанатом.

– Вот-вот! Так она тебе правду и сказала! Точно от сутенера убегала! Такие духи едкие! Ее нет давно, а запах до сих пор стоит!

«Интересный поворот. Теперь и князя Карла Штольберга превратили в сутенера», – думала между тем Цветкова.

– Проветри все! – повторила Аркадия Ивановна, и Яна услышала стук ее удаляющихся каблуков.

Она резко скинула простыню и начала дышать полной грудью.

– Все! С меня хватит! На такое я не подписывалась! Мало того, что за труп заставили поработать, так еще и проституткой обозвали! Хорошо у меня день начался!

– Яна, Яна, успокойся! Пожалуйста, не обращай на нее внимания, она всегда такая! Не обижайся! – засуетился Анатолий, пока Яна натягивала на себя грязную одежду и пыталась хоть как-то скрутить нерасчесанные волосы в узел.

– Доброе утро, – раздался в это время голос у них за спиной. – Ой, извините, я не вовремя?

– Денис, чего ты так подкрадываешься? Напугал до смерти. Заходи! Чего у тебя? – спросил Анатолий у молоденького санитара, который при ближайшем рассмотрении оказался не таким уж и молоденьким. Просто был чрезвычайно худым и невысоким.

– Да вот зашел сказать… А кстати, где труп, над которым ты вчера работал? – вдруг спросил Денис.

Анатолий с Яной невольно переглянулись.

– Что значит где? Тебе какое дело? Убрал в ячейку! – ответил патологоанатом.

– Да! – подтвердила Цветкова. – Стол был нам нужен для любовных утех!

Анатолий покачнулся на ногах.

– А что? – махнула Яна рукой. – Все равно уже обозвали…

– Ну вы даете! – покачал головой Денис.

– Так чего зашел-то? – сурово спросил Анатолий, принимая непринужденную позу донжуана.

– Так предупредить тебя. Ты поаккуратней с тем жмуриком вчерашним.

– А что такое? – поинтересовался патологоанатом.

– По больнице слухи ходят нехорошие. Мужик этот вроде как или сам бандит был, или связан с бандитами. Там такие лбы в золоте, цепях, такие взгляды, точно живьем закопают. В смысле, эти люди интересовались по его душу. Так-то вот. Ладно, ухожу, а то наша злюка увидит, что болтаю, и опять что-нибудь начнется. «Лишу премии! Уволю!» Насмешила! Премия – пятьсот рублей! – рассмеялся Денис и ушел.

Яна с Анатолием остались вдвоем.

– Ну что? Я тоже пойду? – осторожно спросила Яна.

– Да-да, конечно. Иди. Я больше не задерживаю. Спасибо, большое спасибо.

Анатолий выглядел настолько растерянно, что у Яны подступил комок к горлу.

Она уже дошла до двери, но, раздосадованно пнув ее ногой, развернулась.

– Нет, ну что со мной не так?! Не могу я просто так уйти! Вот ведь не мое дело! Совсем не мое! Но не могу я тебя бросить. Если нужна помощь, то я должна и готова помочь.

– Спасибо! – обрадовался патологоанатом.

– Правда, не знаю чем, – всполошилась Яна. – Я никогда не занималась поиском трупов!

– Ты знаешь, у меня они тоже не пропадали ни разу! И я тоже ничего не знаю! Но сама мысль, что я не один, греет мне душу! – разрумянился Анатолий.

– Ага, и зароют нас потом вместе, чтобы веселее было, – мрачно согласилась Цветкова.

– Яночка…

– У тебя есть кофе? Чтобы голову включить. Я без него не просыпаюсь и не живу.

– Обычный растворимый недорогой наскребу. Сахара сколько? Правда, молока нет… – Анатолий смотрел на Цветкову, словно преданный пес на хозяина.

– Я пью без сахара и без молока. Иди уже, наскреби. Я пока подумаю.

Глава 3

Цветкова добралась до дома, не на шутку напугав своим видом Агриппину Павловну, которая по идее должна была уже ко всему привыкнуть, и наконец-таки погрузилась в теплую ванну с ванильной пеной.

– А то, знаешь, шлангом для омывки трупов что-то неудобно мыться, да и вода холодная, – крикнула она Агриппине Павловне, чем окончательно шокировала домоправительницу.

– Яна, может, тебе пирожков? – икнула Агриппина Павловна.

– Ага, и кофе свари – свой самый лучший на свете, а то меня после того, чем напоили в морге, изжога мучает, – дала указание Цветкова.

Агриппина Павловна схватилась за сердце и пошла на кухню.

Яна появилась перед домоправительницей в черной узкой юбке не свойственной ей длины – чуть ниже колена, в узком, сильно приталенном жакете с баской, в черных колготках и в черных же туфлях на высоченных шпильках Волосы она собрала в пучок, а на лицо нацепила печальную маску.

– Господи, Яна! Что случилось? Кто-то умер?

– Йес! – обрадовалась Яна. – Это именно тот эффект, который я и хотела произвести! Очень хорошо!

– Яна, ты опять во что-то ввязалась? – ахнула Агриппина Павловна.

– Не опять, а снова! Шучу я. Ничего страшного, просто одному человеку помочь надо!

– И ты, как всегда, на подхвате? – прищурилась домоправительница.

– Так получилось, я не хотела, честное слово.

– А у тебя всегда так! – всплеснула руками Агриппина Павловна. – Ты только нам с Вовочкой скажи, когда нам из страны эмигрировать, если что!

– Ой, ну не утрируйте, Агриппина Павловна! Хорошо, что у моего ребенка хоть один из родителей нормальный. Я, конечно, имею в виду не себя, а твоего любимого Ричарда.

– Кто-то из знакомых умер? – спросила домоправительница.

– Нет. Совсем незнакомый, – покачала головой Яна и успокоила, добавив: – Но если я не найду тело, скоро могут состояться мои похороны.

Для начала Яна с Анатолием навели справки о погибшем
Страница 9 из 11

в самой больнице. Им оказался Александр Владимирович Луценко, сорока пяти лет. Занимался он каким-то бизнесом, связанным с цветными металлами. Был не женат, жил в загородном доме недалеко от Москвы.

После этого Яна позвонила Ричарду (он как-никак был тоже бизнесменом) и попросила его по своим каналам добыть кое-какую информацию о погибшем. Игнорируя вопросы, зачем ей это надо, Цветкова узнала от бывшего мужа кое-что интересное.

Бизнес Луценко не был прозрачным. Ему принадлежали пункты сбора, где за копейки принимали – в основном от асоциальных личностей – металлолом, как правило, добытый нечестным путем. После переработки он продавался уже за большие деньги. Также господин Луценко имел свою долю в «мусорном» бизнесе и был замечен в разного рода криминальных разборках. Однако, имея хорошего адвоката, по всем уголовным делам проходил всегда свидетелем.

По молодости, правда, привлекался за разбой, приобрел нужные связи в криминальном мире. После этого поднялся в бизнесе, и приводов в полицию в качестве обвиняемого больше не было. Но вряд ли завязал, просто перешел на другой уровень. Ричард так и сказал:

– Не знаю, что тебе от него надо, но он нехороший человек. Держись от него подальше. Ходили слухи, что несколько человек бесследно пропали на обширных полях его помоек.

Яна нахмурилась.

– Ничего он мне не сделает, он умер. У меня к тебе одна просьба. Узнай, в каком похоронном бюро его семья заказала похороны?

– А у тебя какой интерес? Ты была с ним знакома?

– Нет, при жизни я не видела его ни разу! Только мертвым, – честно ответила Цветкова.

– Понятно.

– Да ничего тебе непонятно! Мне надо, чтобы ты любыми способами нашел эту похоронную фирму и устроил меня туда.

– Куда? – переспросил Ричард.

– Ричард, не тупи! Ты же умный! В похоронное бюро.

– Ты ищешь работу? Но…

– Да нет же! Мне надо попасть в дом к этому Александру Владимировичу. А как мне это сделать? Только под видом похоронного агента! И, ради бога, Ричард, не задавай мне глупых и ненужных вопросов. Мы только потеряем время, а оно сейчас – на вес золота! И не говори мне, что ты не связан с похоронным бизнесом, я сама это знаю! – воскликнула Яна.

– Да я вообще молчу! Ты сама все за меня сказала! – возмутился Ричард.

– Умоляю, найди каналы! Знакомых, знакомых знакомых, я не знаю! Кого-нибудь! Найди! За взятку! За обещание! Я отработаю!

– Яна, я все понял. Дай мне два часа, – хмыкнул Ричард.

– У тебя час! – ответила она и повесила трубку.

Глядя на себя в зеркало, Цветкова прекрасно понимала, что как бы она ни одевалась, даже во все черное и строгое, серьезно ее все равно не воспримут – и все из-за проклятой шишки на лбу. Если шишку на затылке еще можно было спрятать под волосами, то этот рог светился как северное сияние и портил всю картину.

– Чем бы это прикрыть? – размышляла она вслух.

– Ничем! Дурную голову видно издалека, – смеялась домоправительница.

– Ничего! Сейчас что-нибудь придумаю…

Яна открыла гардероб и долго изучала его содержимое, наконец на глаза попалась нужная вещь – соломенная шляпка черного цвета, с которой, правда, не удалось убрать игривую ленточку – черную в белый горошек.

Шляпка на лоб лезла с трудом, но Яна не сдавалась.

– Ничего, соломку примну по голове, так удобнее будет… Ну, вот! Приладила. А еще черные очки! Теперь и глаза мои опухшие никто не увидит. Не выспалась я. – И Яна, довольная, полюбовалась своим отражением в зеркале.

Агриппина Павловна зачем-то перекрестилась.

Ричард перезвонил через пятьдесят минут. Он сказал, что в таком-то месте, в такое-то время ее будет ждать человек из агентства, которое занимается похоронами Луценко. Зная характер Яны и то, что она обязательно откажется, Ричард тем не менее предложил ей помощь.

– Не волнуйся! Я справлюсь. Ерунда, честное слово! Найду только Александра Владимировича.

– Постой! Он же умер!

– Вот именно, – загадочно ответила Яна и отключила связь. Она уже опаздывала на встречу с похоронным агентом.

Им оказался высокий, какой-то нескладный молодой человек с длинными руками и ногами, в черном, естественно, костюме. Они сразу узнали друг друга, наверное, по странному виду.

– Яна? – уточнил парень.

Глаза его бегали, руки дрожали, мало того, он еще озирался по сторонам.

– А вы?

– Костик. Ой! Константин, – смешался парень. – Сразу скажу, я очень рискую, да что там говорить! Вы тоже очень сильно рискуете!

– Ничего, рискнем один раз, – вздохнула Яна.

– Руководитель фирмы «Элитные похороны», то есть мой непосредственный руководитель, не в курсе, что я еду в дом Луценко и тем более с вами. Об этом никто не должен узнать. На меня вышел один человек с этой странной просьбой, его я тоже не знаю, но я согласился, – тараторил Костя.

Яна поняла, что больше не намерена слушать этот лепет, и прервала его:

– Послушай меня, мальчик! Этого не знаю, того не знаю. Неплохо ты устроился. Хочешь остаться чистеньким? Тогда не надо связываться с сомнительными заданиями и реагировать на странные просьбы. А почему ты согласился? Смею предположить, тебе заплатили за мою экскурсию в этот дом огромные деньги.

Парень часто-часто заморгал.

– Ну, хорошо. Да, это правда. Я просто не совсем понимаю, зачем вам это надо?

– Ты не поверишь, но я сама до конца этого не знаю. Хочу выяснить, кто окружал Луценко, посмотреть на них, понять, можно с ними договориться или нет…

– Я все равно останусь при своем мнении: чем больше я знаю, тем хуже, поэтому не надо меня сильно посвящать во что-либо. И не советую вам совать нос во что-либо, люди там серьезные, – нервничал похоронный агент. – Поехали!

Константин на служебном черном катафалке ехал первым, Яна на своем ярко-красном «Пежо» следовала за ним.

«Странная процессия, – подумала Яна, – да и миссия у меня непростая. А уж выгляжу – как смерть, у которой отобрали косу в заточку. Затупилась она от работы».

Дом господина Луценко потряс Яну. Это был огромный особняк с претензией на дворец, но построен и декорирован он был настолько безвкусно, что наводил на мысли о навороченном свинарнике.

Здесь присутствовало все – и дешевая лепнина, и самоварное золото, и колонны с каменными головами то ли медуз, то ли сатиров. Где-то проступал красный кирпич, где-то штукатурка, словно хозяин этим говорил, что способен скупить все известные человечеству материалы и применить их в строительстве.

– Да, – протянула Яна, – Дали умер бы от зависти. Он всю жизнь положил, чтобы создавать сюрреалистичные вещи, а тут человек взял и так вот играючи превратил свой дом черт знает во что.

– У богатых свои причуды, – нервно дернул плечом Константин и нажал на кнопку звонка у ажурных кованых ворот.

– Слушаю вас, – ответил бесстрастный женский голос.

– Это Константин, похоронный агент фирмы «Элитные похороны».

– А женщина? – спросил голос.

– Я оттуда же, – завертела головой Яна, пытаясь найти скрытую камеру.

Ворота щелкнули и медленно поползли в стороны.

– Что я делаю? – вздохнул агент.

– Отрабатываешь свой гонорар! – похлопалала его по спине Яна, словно выколачивала пыль из прикроватного
Страница 10 из 11

коврика.

Их с Костей провели в большую, заставленную всяким хламом гостиную, где было полно народа с печальными лицами. Видимо, родственники и друзья Луценко.

– Константин, – нервно представился агент.

– Яна Карловна, – представилась Цветкова.

– Класс! – вдруг засмеялся один из мужчин с большой головой, плавно переходящей сразу в мощное туловище. – Яна Карловна! У вас какое-то горе? Вы в трауре.

Яна покраснела, поняв, что переборщила с черным цветом.

– У Яны Карловны тяжелая работа, очень грустная, – вторил ему другой мужчина, с лысым черепом.

– Да я… чтобы не выделяться из общества скорбящих людей, – ответила Яна, понимая, что в этом обществе в таком глубоком трауре находилась только она. Хотела не выделяться, а получилось совсем наоборот.

– А чего вы пришли, шакалы? – спросил мордатый. – Мы же оговорили все по телефону. Саше – самое лучшее, вот и весь расклад! Завтра забираем из морга.

«Ага, – подумала Цветкова, потея даже под соломенной шляпой. – Если вам выдадут, кого хоронить».

– Да, конечно. Но у нас… вот мы… – замялся Константин.

Можно было предположить, что еще немного, и он потеряет сознание.

– У нас солидное учреждение, – пришла на помощь Яна. – И у нас все самое лучшее, поэтому клиент сам выбирает, какими из наших услуг он хочет воспользоваться.

Она выхватила у Кости каталог ритуальных услуг, который тот нервно мял в руках и разве что в трубочку не заворачивал.

– Что предпочитаете? – спросила Яна. – Гроб сосновый, осиновый, дубовый?

– Серьезно? – оторопел здоровяк. – Осиновый? Александр вроде не был вампиром.

– Это как сказать, – хмыкнула сексуальная брюнетка в темно-фиолетовом платье, с бриллиантовым колье. – Мне он много крови попортил.

– Я думал, что у вас все гробы дубовые, – продолжил мужчина.

– Ну да! – подтвердила Яна. – Вам какой? Красный дуб? Светлый? Мореный? Внутри что? Атлас? Бархат?

– Вы издеваетесь? – рассвирепел мордатый. – Нам солидный, темный дуб с латунными ручками и светлой атласной обивкой внутри.

Он взял протянутый Яной каталог и открыл его. Слабое Костино «не надо» потонуло то ли в кашле, то ли в смехе мордатого.

– И что это? – спросил он.

– Выбирайте! – ответила Яна и сделала широкий жест.

– Клоунов? – уточнил здоровяк. – Ты серьезно считаешь, что это сейчас именно то, что нам нужно?

– Каких клоунов? – не поняла Яна, начиная нервничать.

Мужчина кинул ей раскрытый каталог. На глянцевых страницах красовались веселые клоуны в колпаках с бубенцами, с большими накладными носами и яркими париками ядовитых расцветок. На снимках они улыбались, кривлялись, жонглировали.

У Яны глаза округлились.

– Это мое, – быстро схватил каталог Константин и прижал к себе, словно добычу. – Извините, это я клоуна на праздник своему ребенку пригласить хочу. Вот, выбираю.

– А я думала, что мы с образцами пришли, – покраснела Яна, у которой от духоты в гостиной из-под шляпы потекла струйка пота.

– Образцами гробов? – криво ухмыльнулся здоровяк. – Слушайте, да вы сами клоуны! Что вам надо? Похороны должны пройти по первому разряду. А с вами обсуждать мы ничего не намерены, время – деньги.

«Да, – подумала Яна, – разговаривать с такими людьми очень сложно». Зря она понадеялась, что спокойно проникнет к ним в дом, пообщается, сразу же вычислит того, кто мог быть причастным к исчезновению тела Александра Владимировича или кому это было выгодно. А тут на них смотрели так, как стая волков смотрит на сырое мясо. Ни о каком общении и речи быть не могло.

В это время в комнату вошла молодая женщина с короткой стрижкой и размашистым, уверенным шагом подошла к здоровяку.

– Я позвонила в похоронное бюро, там ни о какой Яне Карловне не слышали. Ты кого в дом пустил? – спросила она у мужчины и посмотрела на Яну полным ненависти взглядом.

Яна почувствовала, как у нее с новой силой запульсировала шишка на лбу, а шишка на затылке подхватила ее инициативу. В глазах у Яны потемнело, и только насмерть перепуганное лицо Константина, белеющее просто «парусом одиноким», удерживало ее от потери сознания.

– Опачки! Вот это новости! – потер руки здоровяк. – Яна Карловна – засланный казачок? А этот хлыщ?

– Он работает, – улыбнулась женщина.

– Я не казачок, – икнула Яна, – я скорее казачка.

– У тебя еще и юмор бурлит? Ну, ничего, мы его выпустим вместе с кишками.

«Радостная перспектива», – подумала Яна, вспоминая все предостережения, которыми ее просто нафаршировал Ричард перед этой встречей. И ведь оказывался прав, как всегда, а она так и не научилась слушаться его.

– Наверное, зря, – вздохнула она.

– Конечно, зря! – согласилась неприятная женщина.

– Я не с ней! Я ничего не знаю! Она заставила! Она чокнутая! – засуетился Константин, чем вызвал презрительный взгляд всех присутствующих в гостиной.

– Заткнись, тряпка! Не удастся тебе выйти сухим из воды. Ты привел эту бабу ко мне в дом, вместе и ответите за все!

– Зря вы так со мной разговариваете, – громко сказала Яна, принимая непринужденную позу.

– Конечно, зря! Я тебя просто сейчас урою на месте! Только предварительно узнаю, что ты здесь вынюхиваешь? На кого работаешь? И чем быстрее ты это расскажешь, тем лучше будет всем!

И один из мужчин, стоящих позади Яны, словно в подтверждение слов босса, отвесил ей подзатыльник. Шляпа слетела с госпожи Цветковой, явив миру огромную шишку, переливающуюся всеми цветами радуги. Народ в гостиной развеселился еще больше.

– Похоже, ее уже успели избить до тебя. Видимо, у нее талант нарываться! – звучало со всех сторон.

– Ну, так что? – наклонился к ней здоровяк. – Зачем пришла, горемычная?

Яна почему-то подумала, что ей повезло, потому что ее убьют сейчас и, в отличие от патологоанатома, она не будет мучиться до завтра.

– Да, я соврала! Ну и что? Может, я хотела попрощаться с любимым! – тряхнула больной головой Цветкова.

В гостиной повисла неприятная пауза.

– Поясни, – коротко бросил здоровяк.

– А что тут пояснять? Мы с Александром Владимировичем любили друг друга. И конечно, я всеми правдами и неправдами захотела попрощаться с ним и проводить его в последний путь, – достаточно убедительно говорила Яна.

– А это ничего… – кашлянул здоровяк, – что здесь находится жена Александра?

Красивая брюнетка с бриллиантовым колье выпятила губы трубочкой, давая понять, что это она.

– Саша не был женат, – ответила Яна.

– Официально не был. Но мы прожили с ним пятнадцать лет, и я родила ему двоих детей, – подбоченившись, сказала гражданская жена Луценко. – Да я знать о тебе не знаю! – визгливо воскликнула она.

– Я о вас тоже не знала, – достаточно искренне ответила Яна и потупила глаза.

– Может, у тебя и дети есть? – спросила брюнетка.

– Нет, с Александром нет. Мы встречались всего несколько месяцев, – пояснила Яна. – Но я его полюбила.

– Господи! – всплеснула руками женщина с короткой стрижкой. – Не понимаю я брата! Чего ему не хватало? Лиза всегда была рядом. Такая женщина! Двое детей. Чего его все несло к каким-то… – стрельнула она глазами в сторону Яны.

Цветкова даже в такой экстремальный
Страница 11 из 11

момент своей жизни задумалась. «Что это со мной в последнее время происходит? Сначала меня принимают за представительницу древнейшей профессии, сейчас опять оскорбляют, мол, я – “какая-то”, с которой изменяют добропорядочной женщине. Что же не так? Может, пора что-то сделать с собой? Подтяжку, например. Или укол красоты. Хотя это мне может и не понадобиться. Семейка-то настоящих монстров».

– Анна, ты брось. Я всегда знала, что Саша мне изменяет, но не вмешивалась, а он хотя бы открыто не делал мне больно. Саша заботился о нас, и я надеялась заслужить его любовь и доверие… Ну что уж теперь об этом говорить… – ответила Лиза и закрыла лицо руками.

– Как ты посмела прийти в наш дом? – с ненавистью обратилась к Яне сестра погибшего. – У него таких, как ты, были тысячи!

– Нет, она не такая, как все, – поправила ее Лиза. – И внешность интересная, и возраст – не двадцатилетняя пустышка, да и характер есть, если уж она осмелилась сюда прийти. Яна Карловна – это настоящее имя?

– Да, – кивнула Цветкова.

– Прикольно. – Лиза ухмыльнулась и обратилась к здоровяку: – Юра, а почему мы должны ей верить? Может, она не то что не была близка с Сашей, а вообще его не знала. Где доказательства? Может, нас просто разводят?

Юрий сдвинул густые брови.

– Действительно. Докажи, что ты знала моего брата? Даю тебе последний шанс. У тебя одна минута. Время пошло.

– Я не с ней, – продолжал «радовать» Константин, но сейчас на него никто не обращал внимания.

– Вам нужны интимные подробности? – с вызовом в голосе спросила Яна, обжигая взглядом гражданскую жену умершего. – У нашего с тобой Саши на правом бедре родимое пятно в форме бабочки.

– У «нашего с тобой»?! – взвилась Лиза. – Да я тебе!.. – бессильно сжала она маленькие кулачки.

– Лиза! – прикрикнул на нее Юрий.

– Да! Да! Да! Есть родимое! – обхватила голову руками Лиза и заплакала.

«Как хорошо, что черт меня дернул тогда взглянуть на труп», – между тем подумала Цветкова, стараясь не обращать внимания на то, какими глазами смотрел на нее Константин.

– Убирайся отсюда! – сквозь зубы процедил Юрий. – Если ты думала принять участие в дележе наследства, то сильно ошиблась. Таких баб у Саши было много, а женщина, родившая ему детей, – одна. Ее и приняла наша семья. А ты… – посмотрел он на Костю, – ты будешь уволен, если, пользуясь служебным положением, играешь на чувствах убитых горем людей и приводишь в дом кого ни попадя.

– Нет, пожалуйста! Мне нужна эта работа! – заныл Костя. – Я ничего не знал! Пожалуйста! – Но здоровяк, не проронив больше ни слова, схватил его за шиворот и потащил к двери.

Обернувшись в сторону Яны, он прохрипел:

– А ты сама пойдешь? Или так же – с ускорением?

Но Яна уже семенила к выходу.

Когда они оказались на улице, Константин принялся во всем обвинять Цветкову. Яна, недолго слушая, влепила ему звонкую пощечину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/tatyana-luganceva/god-kozla-otpuscheniya/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.