Режим чтения
Скачать книгу

Ходок читать онлайн - Василий Сахаров

Ходок

Василий Иванович Сахаров

Кромка #2

Учитель погиб, и молодой ведьмак-недоучка Олег Курбатов оказался на Земле. Опасный мир под названием Кромка далеко, но на руке Олега древний браслет, при помощи которого можно открывать врата между мирами. Он оказывается на распутье. Отныне Курбатов сам по себе и может самостоятельно выбирать свой путь. Ну и что же он выберет? Обеспеченную разгульную жизнь без тревог и опасностей или продолжит борьбу с демонами и сектантами? Для него все просто. И вскоре Олег возвращается на Кромку… но не один, а с наемниками, бронетранспортерами, орудиями и самолетами.

Война продолжается!

Василий Сахаров

Ходок

1

Как прошел переход из одного мира в другой, не помню. Едва рука коснулась рунного камня, меня ударило током. Тело содрогнулось и забилось в сильнейших судорогах. Меня колотило так, что казалось, будто сейчас вылетят зубы, а волосы встали дыбом. От нестерпимой боли я попытался закричать и отдернуть ладонь. Однако ничего не вышло. Рука прилипла к камню, а затем я потерял сознание и провалился в благословенную тьму, где не было горя, бед, опасностей и тревог…

Пришел в себя резко, без раскачки. Открыл глаза, и в них ударил яркий солнечный свет. Больно.

Вновь зажмурился, смахнул рукавом выступившие слезы и перевернулся на живот. В лицо уткнулась сухая колкая трава, и я чихнул. Около минуты пролежал без движения и сделал новую попытку осмотреться. На этот раз глаза уже не слезились, и я поднялся.

Что сказать? Нахожусь в овраге. Кругом кусты, и под ногами, слегка прикрытый травой, рунный камень. Точно такой же, как в храмовом комплексе Кирты, только повален набок и врос в землю. Где-то неподалеку журчит ручей, и слышен шум автомобилей. Вроде бы норма, я на Земле. Однако возникают резонные вопросы. Где именно я нахожусь и что делать?

В хрониках ведьмака написано, что портал Кирты выходил на территорию современной Донецкой области, точной локализации нет. Значит, я на Украине. На этот вопрос ответ есть. А вот что делать дальше, непонятно. Учитель погиб. Яросвет, если демон не солгал, тоже. Тела других учеников ведьмака доедают падальщики или живые мертвецы. Отряд Вадима, точнее, что от него осталось, движется по лесам на соединение с основными силами Перуновых гор. А наша армия под предводительством Дорошенко и двух ведьмаков, Боромира и Велимира, пробивается к Барху. Вернуться обратно я не могу. Можно попробовать, ведь рунный камень рядом, только руку протяни, но я опять попаду в Кирту. Мне туда не надо. Следовательно, придется искать иной портал. Разумеется, если мне нужно на Кромку. И как ни крути, надо выходить к людям.

Решение принято. Но в каком виде я выйду? На голове ссадина. Спина болит. Лицо в крови. Сосредоточиться трудно, и пользоваться своими ведовскими способностями в полном объеме я не могу. Рюкзак сохранился, а в нем паспорт, деньги, серебряные монеты и мобильный телефон. Уже хорошо. Но одежда военная, потрепанная, и при мне оружие, боеприпасы и гранаты. Следовательно, прежде чем выходить к людям, необходимо зарыть все лишнее прямо в овраге. А потом предстоит добраться до ближайшего населенного пункта, обменять рубли на гривны, купить билет на автобус, переодеться и выехать в сторону России.

«Жаль оружие зарывать, – подумал я. – Но придется».

Неожиданно где-то справа от меня, в районе дороги, шум взрывов. Это не шутихи и не петарды. Нет. На дорогу падали снаряды. Один за другим, несколько взрывов. Что-то серьезное, похоже на гаубицы.

Все стихло, и в голове новые мысли:

«Судя по всему, оружие прятать рано. Я ведь на Украине? Да. Здесь бардак и неразбериха? Так. И очень может быть, что в этих краях идет войнушка. По крайней мере, в новостных блоках, которые присылали с Земли, такой вариант рассматривался. Вот и получается, что автомат, гранаты и пистолет могут еще пригодиться».

Достав мобильный телефон, я включил его и поймал сеть. Денег на счету, естественно, давно нет. Но автоматически обновилась дата, и я узнал, что сегодня пятое июля две тысячи четырнадцатого года. Точное время – 11.47. На Кромке счет дням не вел, а на Земле придется.

Итак, пора выходить к людям.

Взвалив на плечи рюкзак, подтянул разгрузку, проверил оружие и покинул овраг.

Я вышел из низины и оказался в небольшой роще. Деревья густо облепили широкий мутный ручей, и, встав на колени, я умылся. Вода грязная, но она освежила меня, и я двинулся по направлению к дороге.

Шел недолго. Через десять минут выбрался на обочину, затаился под деревьями и стал наблюдать.

По дороге двигалось много автомобилей. Даже непривычно. Причем практически все в одну сторону. Автобусы, грузовики, легковушки. И во многих находились вооруженные люди в разномастном камуфляже, не только мужчины, но и женщины. Тут и там мелькали надписи: «Ополчение Донбасса», «НОД» и «ДНР». А еще у всех пассажиров и водителей имелся опознавательный знак – георгиевская ленточка. Кто носит такие ленты, я знал, и появилась мысль выйти на дорогу. Свои ведь. Однако это глупость. Торопиться не надо. Шмальнет какой-нибудь нервный боец – и нет меня. Поэтому, прикрываясь зеленкой, я пошел вдоль дороги туда, куда ехали автомобили.

Примерно через полчаса вновь остановка. Рядом люди, я чувствовал их присутствие. Десятка полтора.

Раздвинув густую листву, выглянул и обнаружил блокпост. На дороге дорожный указатель «Дружкiвка» и несколько бетонных блоков, а в стороне пара окопов. Но главное – это люди. Они стояли в две шеренги на обочине, по виду ополченцы. Бо?льшая часть в гражданской одежде, у некоторых камуфляж. Из оружия – карабины СКС, и то у половины. Разгрузок нет. Подсумков три или четыре. Гранат не видно. Пулеметов и гранатометов не наблюдаю. Возраст бойцов – от семнадцати до пятидесяти. Короче, ополчение.

Вдоль неровного строя ходил командир, толстый мужик в потертой горке, с АКСУ на плече. Он нервничал и что-то говорил. Меня никто не замечал, и я прислушался.

– Ребята, – командир махнул рукой, – поступил приказ на отступление. Предварительно – уходим в сторону российской границы. Это ненадолго. Мы еще вернемся. Но всякое может случиться. Поэтому те, у кого рядом семьи, можете навестить родных. Предупредите близких, кто в состоянии уехать, пусть покинет город. Сами понимаете, нам приказали стоять на блокпостах без балаклав, и наши лица видели все. Так что возможны репрессии. Сейчас собираете пожитки, грузите в машины – и отправляемся в исполком. Оттуда – в составе колонны выдвижение. Времени немного, всего один час. Опоздавших ждать не станем. У кого есть вопросы?

Ополченцы, перебивая друг друга, загалдели, и командир их остановил:

– Тихо! По одному!

Руку поднял молодой боец:

– Как же так, командир?! Стрелок в храме перед иконами клялся, что не оставит города. Люди нам поверили. А теперь мы уходим?

– Да, уходим. А я при чем? Не хочу покидать родной город, но придется. Понимаешь? Придется! Приказ есть приказ!

– А может, останемся? – Этот вопрос задал пожилой дядька с густой сединой в волосах.

– Нет, – командир покачал головой. – Нельзя. Нас мало, и оружия нет. На весь блокпост семь
Страница 2 из 21

карабинов и патронов сотня. Есть еще охотничьи ружья и бутылки с горючей смесью. Но ведь этого недостаточно. Танки и артиллерию точно не остановим. Только погибнем без всякой пользы. Поэтому давайте без споров. Начинайте погрузку. Разойдись!

Ополченцы стали расходиться, а я нырнул обратно в зеленку и спрятался. Нужно подождать пару часов. Потом выйти на блокпост и под видом ополченца сесть в машину. Все равно неразбериха. Так что прокатит. А если нет, мое чутье сообщит про опасность, и всегда можно отступить. Зеленка вокруг густая, ловить меня не станут. Ополченцам сейчас не до того, насколько я понимал ситуацию.

Над головой шумели деревья. Тень. Не жарко и не холодно. Подложив под голову рюкзак, я лежал в густой траве и размышлял.

Странная штука жизнь. Катишься по ней, движешься по колее, и все обычно. Дом, семья, работа, кредиты и планы на пару лет вперед. Ни о чем особо не мечтаешь. После трудовой недели отдых, футбол, пиво, рыбалка, машина. И тут на тебе, все меняется. В колее камень. Ты наскакиваешь на него, вылетаешь в чистое поле и выбираешь свой путь, прокладываешь собственную колею и не знаешь, куда она тебя заведет.

Вот так и у меня. Был самым обычным человеком, без особых фантазий и заскоков. А потом раз! И уже на Кромке! Раз! И повольник. Раз! И ученик ведьмака. Только все устоялось и утряслось, стал получать какие-то знания и ведовские навыки. И снова раз! Учитель погибает, а я оказываюсь владельцем чрезвычайно редкого артефакта и нахожусь на Земле. И опять вопрос – что дальше?

С тактической задачей определился, тут все просто. Выход к людям, инфильтрация и возвращение в Россию. Ну а потом что? Не ясно.

Я стал перебирать варианты.

Во-первых, вернуться на Кромку. Координаты некоторых порталов известны, и, оказавшись в России, можно легко добраться до нужной точки, локализовать портал и перейти сразу в Перуновы горы. А там дождусь Боромира и Велимира, если они не погибнут в походе, и спрошу у них совета. Глядишь, обучение продолжится, и когда-нибудь я стану полноценным ведьмаком.

Во-вторых, сделать вид, что ничего со мной не происходило, и попробовать вернуться к «нормальной» жизни. Используя навыки, полученные от ведьмака, в современном обществе пристроиться легко. Или по бизнесу, или по военной части, или в государственной структуре. А можно вообще создать свою секту, имени себя любимого. Это смешно, но реально. Мало ли сейчас экстрасенсов, целителей, ведунов, магов, колдунов, шаманов и прочих людей с необычными способностями? Хватает. Кто-то реально что-то умеет и помогает людям, но большинство самые обычные жулики и шарлатаны. Так что вклиниться в эту тему при желании не так трудно.

В-третьих, выйти на поставщиков, которые снабжают анклавы на Кромке. Понаблюдаю за ними, войду в структуру и постараюсь помочь. А то ведь у них одна нажива на уме, мотивации не хватает, и они не до конца понимают, что происходит на Кромке. Вот я им и помогу, хоть таким людям советчики и не нужны. Даже наоборот, деляги в них не нуждаются, и человек с Кромки для этих бизнесменов скорее помеха, чем подмога. Времена не те, на патриотизм и общечеловеческие ценности люди ведутся плохо. Большинству деньги подавай. И бизнесмены, имеющие с анклавов триста – четыреста процентов прибыли, ничем не хуже и не лучше других. Они думают о собственном благополучии, проблемы соседнего мира их не волнуют. По этой причине, если я с ними столкнусь, придется быть настороже и постоянно ожидать подвоха. Например, снайперской пули или ножа в спину.

Ну и в-четвертых, не торопиться. Как ни странно и как бы плохо это ни звучало, но смерть учителя освободила меня. Его нет, и отныне я не связан клятвами, невидимыми нитями контроля и обязательствами. Поэтому волен поступать как угодно. Надо мной нет ничьей воли, не давит непререкаемый авторитет Вадима, и знания, которых я недополучил, можно осваивать самостоятельно. Есть книги. Есть методики. Есть понимание того, к чему я должен стремиться. И есть доступ на Кромку, которая не до конца изучена. Помимо Перуновых гор, ведьмаки могут проживать и в других местах, куда Вадим никогда не добирался. А где-то наверняка существует полноценный религиозный культ древних богов. И в этом культе будут учителя. Так что торопиться не стоит. Следует осмотреться, понять, чего я хочу от жизни, погулять по мирам и только потом принимать решение.

– Да, торопиться не стоит, – сам себе сказал я и поднялся.

Пока размышлял и гонял мыслишки, ополченцы оставили блокпост и уехали, а колонны с отступающими бойцами продолжали движение. И, подождав немного, я вышел на дорогу и подошел к бетонному блоку с надписями «Смерть бандеровцам!» и «Отомстим за Одессу!». Чего ужасного произошло в Одессе, я не знал и только пожал плечами. На арматуре, которая выпирала из бетона, висели привязанные георгиевские ленты, и я снял две. Одну привязал на маскхалат, а вторую на автомат. Теперь я практически ничем не отличался от ополченцев и, увидев приближающуюся одинокую «ниву», поднял автомат и махнул свободной рукой.

2

Автомобиль остановился, и я разглядел в салоне двоих. Крепкие русоволосые мужчины средних лет, постарше меня. По внешнему виду спокойные, но готовые к любым неожиданностям. Оба в одинаковых горках и разгрузках, вооружены АКС с подствольниками.

«Разведка или спецназ», – подумал я.

– Чего надо? – через открытое окно меня окликнул водитель, а пассажир вышел из машины, как бы невзначай направил автомат на меня и постоянно бросал косые взгляды на зеленку.

– Мужики, подкиньте до Донецка. – Я добродушно улыбнулся и добавил: – От своих отстал.

– Ты из какого отряда?

– Дружковский гарнизон.

– Ранили здесь?

– Ага. На дороге обстрел был, и меня слегка зацепило.

– Сам откуда?

– Из России. Подмосковье.

– Земляк, значит. Паспорт есть?

– Да.

– Давно здесь?

– Пятый день.

– Немного. Позывной какой?

– Нет у меня позывного. Зовут Олег. Фамилия Курбатов.

– Здесь что делал?

– С местными на блокпосту стоял. Они свалили, а я остался. Ночью у девки зависал. Вот и проспал.

– Бывает. – Водитель посмотрел на второго воина и спросил: – Челбас, возьмем парня?

Пассажир смерил меня оценивающим взглядом и кивнул:

– Возьмем. Только сначала паспорт пусть покажет.

Я отдал ему документ, он пролистнул пару страниц и кивнул на машину:

– Прыгай на заднее сиденье. Там рюкзаки и РПГ, в сторону отодвинь. В Донецк с нами не попадешь, но до Горловки тебя подкинем.

– Понял.

Через пару минут мы покинули блокпост и проехали притихшую в ожидании карателей Дружковку. В дороге поближе познакомились, и я узнал, что Челбас и Ворон (так звали водителя) добровольцы из России. Они давние друзья и профессиональные воины. Один служил в ВДВ, другой в спецназе, и здесь товарищи второй месяц. Нелегально перешли границу и добрались до Донецка, где вступили в один из многочисленных отрядов ополчения. Там не прижились, не поладили с командиром, но обзавелись машиной и оружием, которое купили за свои деньги у продажных украинских тыловиков. Пару дней назад отправились в Краматорск, чтобы реально
Страница 3 из 21

повоевать и поквитаться с бандеровцами за Одессу, где в Доме профсоюзов сожгли пророссийских активистов. Однако местный главнокомандующий с позывным Стрелок принял решение отступать и оставляет укровермахту пять городов: Славянск, Краматорск, Дружковку, Константиновку и Артемовск.

Что делать дальше, добровольцы особо не задумывались. За полтора месяца они ни разу не были в реальном бою, а в Донецке им не нравилось. Слишком много хаоса и неразберихи, анархии и дурости. Поэтому друзья-экстремалы, которым по большому счету все равно кого валить, главное – за Россию, решили на время остановиться в Горловке, а потом двигаться в сторону Луганска. Пока планы такие. А я их слушал, запоминал названия отрядов, позывные и фамилии лидеров, а когда меня спрашивали, отвечал уклончиво. Да, стоял на блокпосту. Да, оружие получил здесь. Да, по особому блату и за отдельную плату, потому что у местных с огнестрелами туго. Да, приехал защищать Новороссию. Да, большого боевого опыта нет, но горю желанием биться за правое дело. Этих ответов хватало, и все бы ничего, но у нас начались неприятности.

От Константиновки, по совету местного жителя, мы свернули не туда, куда нужно. Проскочили Часов Яр и оказались в какой-то глуши. Связь работала с перебоями, и запустить навигатор не получилось. С трудом нашли, у кого спросить дорогу, и почти выбрались к Артемовску, но тут сломалась машина.

Ворон пытался починить «ниву». Безрезультатно. Только время потратил. И в итоге машину пришлось бросить.

Челбас облил авто бензином и поджег, чтобы не досталось врагу. «Нива» загорелась сразу, и мы с рюкзаками на плечах, с оружием и двумя РПГ-26 пошли вдоль дороги и стали ловить попутку.

Однако к этому моменту стемнело. Автомобилей на дороге резко поубавилось, и никто не торопился останавливаться. Водители, завидев трех вооруженных мужчин, резко прибавляли газу или разворачивались. Время неспокойное, начинается гражданская война, и на кого напорешься, неизвестно. Ополченцы в большинстве ребята правильные, идейные и честные, так говорили мои новые знакомые, и я им верил. Но рядом национальные гвардейцы, агрессивное быдло с Киевского майдана и потомки бандеровцев. Местные бандиты, которые могут менять личину – хоть ополченцами притвориться, хоть украинскими солдатами. РДГ (разведывательно-диверсионные группы) ВСУ. Плюс к этому менты, тоже не самые законопослушные граждане. Поэтому для простого обывателя опасность могла исходить от любого. Вот они и боялись, кстати, правильно делали. Будь я гражданским человеком без боевого опыта и оружия – заперся бы дома на десять запоров и никуда не выходил, пока не появится какая-нибудь власть.

– Короче, – сказал Челбас, когда наступила ночь, – предлагаю добраться до Артемовска, отобрать у первого встречного водилы тачку и валить, пока укропы в город не вошли.

– Не согласен с тобой, братан, – возразил Ворон. – Неправильно это. Мы ведь не бандиты и не воры. За Русь приехали воевать.

– Тогда предлагай свои варианты.

– Давай купим машину.

– Кто ее тебе сейчас продаст?

– Попробуем хотя бы.

– Ладно. Убедил. Но учти: если попадем в мясорубку, виноват будешь ты.

– Как всегда. – Ворон пожал плечами, усмехнулся и добавил: – В первый раз, что ли?

Ночь относительно светлая. Мы шли по направлению к Артемовску, до которого оставалось всего три километра. Однако впереди, разрывая тишину, зазвучали выстрелы. Кто-то бил одиночными из автомата. А затем зазвучал тяжелый пулемет, и заревел движок.

– Это из КПВТ бьют, – сказал Челбас и кивнул на обочину. – Прячемся.

Зеленка вдоль дороги оказалась не слишком густой – акация и кустарник. Но нам этого достаточно, ведь уже темно. Мы спрятались за деревьями, и Челбас с Вороном стали готовиться к бою. Молча, без лишних разговоров, понимая друг друга без слов, они скинули рюкзаки и подготовили «Аглени». Ну а я… Что я? Это не моя война, но выбора нет. Один тот факт, что я из России и на одежде георгиевская лента, делал меня врагом укропов. Поэтому, сбросив с плеча верный АКМС, я выдвинул приклад, снял автомат с предохранителя и занял позицию.

– БТР идет, – прислушиваясь к приближающемуся шуму движков, сказал Ворон. – Наверняка вражеский.

– Верно, – добавил Челбас, пристраивая на плече РПГ. – У стрелковцев после выхода из Славянска бронетехники почти не осталось, да и та с основной колонной ушла. Значит, это каратели, и они кого-то гонят.

Ворон кивнул и спросил:

– Кто первым стреляет?

– Давай я, у меня к «Агленям» особая любовь.

– Принимаю. – Ворон посмотрел на меня и спросил: – Ты как?

– Нормально, – отозвался я.

– Смотри. Если не готов, сразу уходи.

– Я готов.

– Тогда жди сигнала. БТР один, сопровождения нет, так что шансы у нас хорошие.

– Принял.

Затихли. Ждем. В шум перестрелки и тяжелого движка вклинился двигатель легковушки. По дороге в нашу сторону мчалась машина, которая почему-то не могла оторваться от бронетранспортера. Из нее бил автоматчик, а стрелок бэтра пытался расстрелять беглецов из пулемета. Только он почему-то мазал – то ли неопытный, то ли пьяный, то ли с пулеметом непорядок.

Легковой автомобиль, белая «ауди», пронесся мимо. БТР следом. Он в прицеле на несколько секунд, попасть сложно. Однако Челбас в самом деле оказался профессионалом.

Выстрел! Из трубы РПГ вырвался огонь. Назад струя. Вперед – огненный комок гранаты, которая пролетела десять метров и ворвалась в борт бронетранспортера.

Взрыв! Грохот! Ударная волна, сбивая с деревьев листву и пригибая кусты, пронеслась по придорожной лесополосе, и мы слегка присели. А БТР, получив в борт заряд, слегка подпрыгнул, перевернулся и загорелся.

Все кончено. БТР горит, и стрелять не в кого. Экипаж выбраться не успел, и скоро, когда огонь доберется до боезапаса, будет еще один взрыв.

– Уходим! – закричал Челбас, и под прикрытием зеленки со стороны поля мы обошли бронетранспортер и опять выскочили на дорогу.

Навстречу свет фар, и мы схватились за оружие. Но это оказалась «ауди», которая спасалась от бэтра. Резко взвизгнув тормозами, она остановилась, из салона выскочила молодая полная девушка, которая бросилась к нам и закричала:

– Ребята! Спасибо! Спасли! Родненькие!

Выяснилось, что девушку зовут Олеся и она из Артемовска. Жених у нее ополченец, зовут его Костя, и он находится на заднем сиденье. Под Славянском получил ранение и лечился у невесты, которая, кстати, оказалась беременна. Про отступление ему никто не сообщил, и только вечером они узнали, что в городе каратели. Украинские войска и так там были. В Артемовске находилась база хранения боевой техники, которую ополченцы за три месяца не удосужились взять под свой контроль. Но теперь расклад иной. Нацики в городе, и про раненого ополченца знают многие соседи. День-два – и за ним придут, к гадалке не ходи.

Ждать расправы молодые люди не стали и попытались выбраться из Артемовска. Проехать удалось только в сторону Богдановки. Но на дороге оказался мобильный блокпост из двух бронетранспортеров и десятка пьяных солдат.

Олеся, не самый опытный водитель, да еще и беременная,
Страница 4 из 21

перепугалась, дала по газам и попыталась оторваться. Костя, видимо от нервов, стрелял из АКСУ, раны открылись, и он потерял сознание. А дальше понятно. Счастливый билет для девушки и ее жениха, а для карателей черная метка. Олеся сообразила, что БТР подбили свои, и вернулась, подумала, что одна далеко не уедет и лучше довериться тому, кто возьмет на себя ответственность.

За руль «ауди» сел Ворон, который перед этим сообщил, что вытащил из своего «Агленя» предохранительную чеку и выбросил, а потом перевязал спуск изолентой. Челбас расположился рядом с ним. Мы с Олесей, зажав Костю между собой, сели сзади. Груз – в багажник и под ноги.

– Готовы? – спросил Ворон.

– Да, – за всех отозвался я и покосился на раненного в грудь ополченца, которому невеста на ходу начала делать перевязку.

Тронулись и направились подальше от Артемовска, в Богдановку. Однако сработало мое чутье. Впереди была опасность, и я толкнул Челбаса в плечо.

– Что? – Он слегка повернул голову.

– Не надо ехать по этой дороге.

Он не спрашивал, почему и отчего. Только кивнул и сказал Ворону:

– Парень прав. Надо полями уходить.

«Ауди» не самая лучшая машина для езды по сельским грунтовкам, но грязи не было. Поэтому мы проехали. Проскочили Красное. Благополучно добрались до Часова Яра, в который входили передовые группы ВСУ, а оттуда повернули на Дзержинск и Горловку. Повезло? Наверное. Но в неразберихе, которая царила кругом, это закономерно.

В Горловке Костя и Олеся сразу отправились в госпиталь, а мы остались на исполкоме. Челбас и Ворон встретили знакомых, и, пока они разговаривали, я осматривался.

Кругом люди. Сотни. Веселых и злых. Молодых и старых. Мужчин и женщин. Постоянное движение и суета, тихие разговоры и громкий смех. Кто-то проклинал Стрелка, который сдал родные города ополченцев. Кто-то, наоборот, хвалил и радовался, что удалось вырваться из Славянска. Кто-то шутил, а кто-то плакал.

На мгновение промелькнула мысль, что не надо ничего искать и не стоит возвращаться в Россию. Зачем? Ведь можно остаться в городе, записаться в любой отряд ополчения и сражаться против зла. Каратели бьют по городам из гаубиц и «градов». Они убивают не только ополченцев, но и мирных жителей, женщин и детей. Разве это не зло? Самое настоящее. И я мог найти себе применение здесь.

Однако, встряхнув головой, я прогнал эту мысль. Нет. Моя борьба в иной плоскости. Люди дрались всегда. За золото, земли или великие идеи. Они убивали друг друга, а между ними, собирая кровавую жатву, ходили пособники и собиратели, агенты демонов, аккумулирующие энергию смерти, горя и утрат. Конечно, они неподалеку. Где война или бедствие, там и они. Причем эти твари повсюду. Как в рядах карателей, так и среди ополченцев. Уверен, если поискать, я найду их и смогу уничтожить. Да только смерть нескольких продавших душу предателей не решит главной проблемы. В первую очередь необходимо убивать хозяев, а предатели рода человеческого – мусор, который сметается попутно. Так говорил Вадим Рысь, и он был прав. Нужно искать корень зла, а не рубить ветки…

– Олег, – ко мне подошел Ворон, – я узнал, где дружковцы. Вместе с Краматорским гарнизоном они возле российской границы. Сейчас туда колонна пойдет, место для тебя будет, я договорился. Ты как, поедешь или с нами останешься?

– Поеду.

– Жаль. Ты парень правильный. Но агитировать тебя не стану. Прощай. Может, еще свидимся.

– Земля круглая. Обязательно свидимся.

Спустя полчаса, простившись с Челбасом и Вороном, которые оставались в Горловке, я запрыгнул в кузов КамАЗа и отправился к российской границе.

3

На кладбище царила тишина. Не пели птицы. Не шумели деревья. Не слышалось людских голосов. День будний, и, кроме сторожа, никого не было. Над головой летнее солнце, и жарко. По лицу катились капли пота, но я не обращал на это никакого внимания. За неполный год, пока могила моей матери была без присмотра, все заросло сорняками, деревянный крест слегка покосился, а фотография самого дорогого для меня человека выцвела. Непорядок. И первое, что я сделал, оказавшись на кладбище, взялся за уборку. Вырвал траву и поправил крест. Что смог, сделал. После чего присел на скамейку.

По-хорошему, нужно установить на могиле надгробие, а вокруг ограду. Но когда этим заниматься? Вроде бы время есть. А с другой стороны, его нет. Как и денег. Хотя меня это не напрягало. Сейчас в кармане пятьсот рублей. На сегодня хватит, а дальше видно будет. Достану. Заработаю. Украду. Воспользуюсь ведовским талантом и выиграю в карты. Ученичество у ведьмака приучило меня не думать о мелочах. Есть цель. Это главное. Остальное решается в процессе, не суть важно какими средствами.

Наверное, мать бы этого не одобрила. Она всегда была простой, честной и работящей женщиной, которая после смерти мужа одна растила двоих детей и гробила свое здоровье на тяжелых производствах. Всю жизнь она работала и надрывалась, а в итоге потеряла дочь, не перенесла утраты и умерла. И если есть где-то христианский Рай или языческий Ирей, сейчас она там. Смотрит на своего непутевого сына сверху и осуждающе качает головой. Хотя, возможно, все наоборот и она бы мной гордилась.

Прищурившись, я посмотрел на солнце, встал и кивнул в сторону могилы:

– Прости, мама. Я не уберег сестру и не оправдал твоих надежд. До сих пор не остепенился и не обрел своего счастья. Когда вновь приду, не знаю.

Отвернувшись, вышел на дорожку между могилами и медленно направился к выходу…

Наконец я дома, на родине, в городке Электросталь. Из Горловки благополучно добрался до Краснодона и узнал, что Дружковский гарнизон обороняет Изварино. Мне туда не надо, ведь я собирался вернуться в Россию. Поэтому вместе с беженцами доехал до поселка Северный, в нескольких километрах от российского города Донецк Ростовской области, и прошелся вдоль границы.

Что сказать? Граница дырявая. Настолько, что местные контрабандисты и ополченцы с оружием ездили в Россию за бензином и водкой. В нескольких точках сидели российские пограничники, но они держали под контролем лишь небольшие куски территории и основные дороги, а бойцы ДНР стояли на КПП с украинской стороны и никого не проверяли. Не до того всем, когда каратели долбят по поселкам и городам из гаубиц, а снаряды периодически залетают на российскую территорию. Поэтому при желании пройти в Россию можно без всяких проблем. Слишком много вокруг садов, полей, лесополос, оврагов и построек. А раз так, то зачем проходить контроль? Незачем. И при таком раскладе не надо закапывать оружие, которое мне еще пригодится.

В магазине купил одежду для лета: майку, легкие брюки и сандалии. Переоделся, побрился и преобразился. Был воином, а стал обывателем.

Наступила ночь. Я упаковал оружие и снаряжение в рюкзак, а затем пересек границу. Обогнул дозор погранцов, которые наблюдали, как украинские «грады» засыпают Изварино и Краснодон ракетами, прошел пару километров и оказался в городе.

Деньги на кармане были, двадцать тысяч, взятые из квартиры Каюмова. Поэтому взял такси до Ростова. Отдал четыре тысячи – и через три часа был на месте. А дальше
Страница 5 из 21

просто. Купил объемную сумку и перекинул в нее снаряжение и оружие. Осмотрелся и просканировал пространство вокруг себя, слежки не заметил, взял пару сим-карт и начал путешествие к родному городу. На автовокзалах, где есть металлоискатели и наряды полиции, старался не появляться. Ехал от одного небольшого городка к другому, без предъявления документов – так дольше, но спокойней.

На родине меня, разумеется, никто не ждал и не искал. Прежний Олег Курбатов интереса для полиции, общественности и спецслужб не представлял. Отлично. И вот я на кладбище, автомат и гранаты спрятаны за городом, а пистолет при мне, в небольшой сумке, которая висит на плече. Я иду к остановке автобуса, абсолютно спокоен и намерен в самое ближайшее время отправиться к ближайшему порталу. А где у нас ближайшая точка перехода на Кромку? Правильно, на заброшенной турбазе, где Каюмов со своими подельниками-сектантами приносил в жертву демонам и бесам людей.

С недавних пор я заметил, что татуировка на левой руке, впитавшийся в тело индивидуальный ключ, реагирует на порталы. Ключ, словно магнитный компас, который указывает на Северный полюс, выдавал мозгу пеленг на порталы и отсчитывал время открытия. Как это происходит? Понятия не имею. Но мне это нравится. Древние создатели артефакта явно существами были неглупыми. Они позаботились об удобстве носителя. И, хотя благодаря ключу я могу проходить сквозь порталы в любое время, знать о самопроизвольном открытии точек перехода нужно. Например, для того чтобы отловить сектантов, перестрелять этих ублюдков и экспроприировать неправедно нажитые ими богатства. Жить на что-то надо, а еще нужно оплачивать жилье, транспортные расходы и многое другое. А поскольку открытие портала на заброшенной турбазе состоится сегодня ночью, мне это только на руку. Медлить не стану, отработаю гадов сразу. Как учил незабвенный учитель Вадим Рысь. Без жалости. Без пощады. Без сомнений. Пришел, увидел и убил…

Добравшись до остановки, достал телефон и узнал время. До появления автобуса еще пять минут. Можно отдохнуть, хоть я и не устал.

Облокотившись на бетонную стенку, замер и почувствовал на себя взгляд. Он был направлен в спину. Не враждебный и не злой, а изучающий.

«Кто бы это может быть такой глазастый?» – промелькнула мысль, и я обернулся.

На лавочке сидела бабуля, божий одуванчик. Одета бедно, и рядом коляска с пожитками. Наверное, бомжиха, которая бродила по кладбищу и собирала с могил то, что оставили родственники покойных. Самый обычный персонаж. Однако взгляд был на удивление сильным, умным и незамутненным – такой бывает у ведунов, ведьмаков или командиров крупных отрядов, которые привыкли руководить суровыми бойцами. Бомжи, как правило, люди морально сломленные и опустившиеся, но тут случай иной.

– Что-то не так, бабушка? – спросил я ее.

– Все не так, милок, – улыбнувшись, спокойно отозвалась она и сама спросила: – Почему ты здесь?

– Мать у меня на этом кладбище похоронена. – Я пожал плечами.

– Не о том речь. Почему ты в этом мире?

– Это мой дом.

– А как же Кромка?

Сказать, что я удивился, значит, не сказать ничего. Но я быстро оклемался и спросил бабулю:

– Откуда ты знаешь про Кромку?

– Кхе-кхе! – Она усмехнулась. – О соседнем мире многие ведают, но никто оттуда не возвращался… Кроме тебя… А на тебе печать сильная, зарок сложный и непростой… И запах от тебя с Кромки… Еще не выветрился…

– Что за печать? Какой запах?

– Знак ведьмака… Он отметил тебя… А запах… Объяснить не смогу… Чуять надо…

– А-а-а…

Я хотел задать еще вопросы. Слишком все неожиданно, и встреча эта странная. Но старуха оборвала меня взмахом руки:

– Молчи. Знаю, о чем желаешь узнать. Только всего сказать не могу, не время еще. Ты, наверное, думал, что на Земле людей с ведовскими талантами совсем не осталось. Однако они есть. Мы общаемся со своими братьями и сестрами на Кромке. Не через порталы, как ты думаешь. И если голову не сложишь, мы еще встретимся…

В этот момент подъехал автобус, и старуха поднялась. Как ни в чем не бывало она ловко вкатила свою коляску в салон, а я замер в ступоре. Следовало ее остановить, но я этого не сделал. Лишь окликнул старуху:

– Как звать тебя, бабушка?

– Валентиной люди кличут.

– А как найти тебя?

– На этом кладбище я каждую среду. Захочешь встречи – приходи.

Двери автобуса закрылись, и он уехал. А я остался на месте и попытался переосмыслить услышанное.

Что имеем? Непростая старуха, которая использует образ бомжихи, словно камуфляж, и каждую среду бывает на городском кладбище, смогла понять, кто перед ней, и определить, что я бывал на Кромке. Ну и кто же она? Ответ на поверхности. Сильная ведунья, волхва, жрица старого культа или колдунья. При этом она пошла на контакт. Но не стала продолжать разговор. И первое впечатление, что ей было любопытно посмотреть на меня, но всерьез она моей персоной не заинтересовалась или сделала вид.

Что из этого следует? Люди с сильными ведовскими талантами на Земле есть. В этом я не ошибся. И если Валентина держалась нейтрально, в следующий раз могут возникнуть неприятности. Раз она меня почуяла, то и сильные пособники демонов смогут. А я недоучка, который может прозевать удар в спину. Пособники и собиратели, когда мы встретимся, а это рано или поздно произойдет, разговаривать не станут. Для них я непримиримый враг, которого необходимо уничтожить, а лучше захватить и отправить в подарок демону.

Что теперь? А ничего. Надо быть осторожнее и научиться маскироваться. Покойный Сыч, светлого ему Ирея, многое умел и прятался так, что не всякий следопыт или ведун отыщет. Только поделиться всеми своими знаниями он не успел, я ухватил лишь крохи. Хотя, если грамотно использовать эти крохи, можно защититься, поставить щит и прикрыть себя от докучливых взглядов.

Закрыв глаза, я расслабился и попытался увидеть свою ауру. Получилось. Вдоль тела, повторяя его контуры, – цветовые линии, в основном зеленые и желтые. Прорех не было. Значит, ментально я не атакован и тело здорово. После чего представил, что линии уплотняются и преобразуются в металл. Желаемого результата достиг не сразу, но в итоге получилось, что я закован в невидимый стальной доспех золотистого цвета.

Поможет это или нет, неизвестно. Должно, если Сыч все правильно объяснил, а я его правильно понял. Теперь увидеть мою внутреннюю суть будет труднее. Человек как человек. Однако печати ведьмака, которую упомянула старуха, я так и не разглядел. А про запах вообще молчу. Как можно учуять запах Кромки? Это только зверю под силу, а Валентина на волка или лису не похожа.

Впрочем, встреча с Валентиной моих планов не меняла, и, когда подошел следующий автобус, я отправился в общагу, где снял комнату и оставил вещи. До вечера время было, и, посмотрев новости, я завалился спать.

Проснулся вечером, свежий и бодрый. Размялся, поужинал и отправился за город.

На месте, где зарыл оружие, оказался уже ночью. Откопал разгрузку с БК и автомат, переоделся в камуфляж и бегом направился к заброшенной турбазе. Расстояние всего десять километров. Для меня сейчас это
Страница 6 из 21

немного. Поэтому я оказался на знакомой поляне, где прошлой осенью собирался разделаться с Каюмовым, через час.

Осмотрелся и просканировал местность. Тихо и спокойно. Обошел поляну по кругу и проверил развалины турбазы, в которых можно провести экспресс-допрос пленных. После чего оборудовал лежку, замаскировался и затаился. Портал откроется через три часа. Значит, сектанты скоро появятся.

Время тянулось медленно, но мне было чем заняться. Раз за разом я прокручивал в голове разговор с Валентиной, пытался понять, кто она и почему произошла наша встреча. Случайность или где-то сидит пророк вроде Конева, который смог предугадать мое появление в конкретном месте? Вопрос, конечно, интересный. Однако ответа у меня не было. По крайней мере, пока.

4

Сектанты появились за полчаса до открытия портала. Было их немного, всего четверо, верхушка секты «Светлый путь». Они приехали на двух машинах, которые остались возле развалин, а сами прошли пешком через лес и сошлись на поляне. Жертвы с ними не было. Зато они притащили несколько коробок, которые оставили в точке перехода: дар демонам.

Больше никого не ожидалось. Место глухое и заброшенное, время за полночь, а день, как я уже упоминал, будний. Портал вскоре откроется, и накатит туман, который унесет подарки сектантов на Кромку. Допускать этого не хотелось. Следовательно, нужно действовать, и я покинул свое укрытие.

Конечно, можно было сразу всех расстрелять, сектанты стояли в ряд, дистанция всего сорок метров, мишени практически идеальные. Но мне нужен «язык», который сможет дать информацию и расскажет, где сектанты хранят деньги. Ведь должна быть касса. Обязательно. А иначе какая же это секта? Нет. Каждая тоталитарная структура псевдорелигиозного толка имеет подпольный общак, и «Светлый путь» не исключение. Только знают про казну не все.

– Руки за голову! На колени! – закричал я, останавливаясь в десяти метрах от демонопоклонников и направляя на них автомат.

Серьезной угрозы сектанты не представляли. Мужчины лет по сорок. Одеты в темные балахоны, напоминающие мантии, перетянутые поясами. Оружия с собой нет, только туристические ножи. А у меня автомат и пистолет, так что спорить со мной не стоило. Однако они попытались оказать сопротивление.

– Прикройте меня! – закричал один и отступил за спины своих подельников.

«Наверняка это главарь, значит, правильно я поступил. Вышел, обозначил угрозу и выявил лидера», – промелькнула у меня мысль, и, когда остальные сектанты, выхватив ножи, бросились на меня, открыл огонь.

Опыта у меня хватало. Нервы в порядке. Оружие проверенное. Поэтому шансов у сектантов не было.

Первому пуля попала в грудь. Второму в голову. Третьему в бедро, а затем контрольный выстрел в лоб. Один за другим они падали на землю, а я пошел к главарю, который повел себя странно. Он вскинул руки и закричал:

– Призываю силу Стейкорфа! Услышь меня, повелитель!

Видимо, он хотел применить заемную магию. Сектант считал, что демон поделится с ним своей силой. Однако он ошибался. Стейкорф мертв, его убил мой учитель, и силу ему взять неоткуда. Расслабились демонопоклонники. Не взяли на тайную встречу обычных охранников с серьезным оружием, положились на магию главаря и за это поплатились своими ничтожными жизнями.

Опустив ствол автомата, я выстрелил сектанту в ногу и попал в колено. Вскрикнув, он завалился на бок, и мой ботинок опустился на его голову. После чего он потерял сознание.

Портал вот-вот откроется, и я подскочил к коробкам, которые оттащил в сторону. Что бы сектанты на Кромку ни отсылали, груз туда попасть не должен. Жаль, времени нет, а то бы смастерил мину и отправил бесам, которые ждут с другой стороны. Но сейчас никак.

Коробки оказались на безопасном расстоянии, и появился туман. Он провисел около десяти минут и рассеялся. Портал сработал и вновь отключился. Пора посмотреть, что в коробках, и допросить главаря секты «Светлый путь». Кто он у них – пророк, великий наставник или предтеча новых богов? Не суть важно. Ублюдок он, и точка.

Распечатав коробки, я обнаружил внутри черные пирамидки из обсидиана, в каждой по шесть штук. Назначение предметов неизвестно. Но я мог предположить, что они предназначены для сбора живой энергии. Своего рода батареи, которые впитывают и накапливают чувства людей. Как правило, боль, страдания, обиды, разочарования, предсмертные мучения и прочий негатив. Это логично, и тогда выходит, что сектанты собиратели. Не самого высшего ранга, потому что сопротивления оказать не сумели. Хотя мне повезло: появился неожиданно и почти сразу стал стрелять. А пулям все равно, кто перед ними – обычный человек или предатель рода человеческого.

Закончив осмотр, оставил коробки возле трупов и подошел к подранку. Главарь все еще находился без сознания. Связав ублюдка, я взвалил его на плечо и отволок в развалины. Здесь включил фонарик, наложил на ногу сектанта жгут, обыскал его и кое-что нашел. Права и техпаспорт на автомашину, а также паспорт и удостоверение помощника депутата Государственной Думы РФ. Не слабо. Все на имя Исмаилова Ахмеда Магомедовича, гражданина России и уроженца города Баку. Портмоне, и в нем тридцать тысяч рублей, тысяча семьсот долларов и пара банковских карт. Два комплекта ключей – один от нескольких квартир или помещений, другой – от машины. Авторучка. Нож. Два телефона, один дорогой, за пару тысяч долларов, другому лет пять, не меньше, простой, дешевый и надежный. Крест из четырех черных треугольников, от которого «пахло» демонами. Перстень с неплохим бриллиантом и золотая цепочка. У мертвых сектантов, если поискать, тоже кое-что найдется. Но это потом. Сейчас допрос.

Похлопав пленника по пухлым щекам, привел его в чувство. Он застонал и открыл глаза. Целую минуту молчал, только иногда издавая стоны, рассматривал меня и пытался просчитать ситуацию.

– Кто ты? – наконец спросил он.

– Про ведьмаков слышал? – Посчитав, что учитель на меня в обиде не будет, я усмехнулся. – Один из них перед тобой.

– Врешь… Ведьмаки – это сказка…

– Может быть… Но тебе от этого не легче…

– Чего тебе нужно?

– Мне требуются ответы на вопросы.

– А если я буду молчать?

Вынув из ножен свой клинок, который был выкован на Кромке, я вонзил его в колено Исмаилова. Не глубоко, чтобы он опять не потерял сознания, но помощнику депутата этого хватило.

– И-а-а-а!!! – сцепив зубы, завыл он.

Я вынул клинок из раны и спросил:

– Теперь ясно, что будет, если станешь молчать?

– Ясно… – выдохнул он.

– Говорить будешь?

– Да… Только… Если пообещаешь оставить мне жизнь… Ты ведьмак… Значит, должен держать свое слово… Я знаю это… Поклянись…

На самом деле такого правила не было. Ведьмак, как и всякий человек, имеет свободу выбора. А кодекса у Вадима и его собратьев по ремеслу не существовало. Почему Исмаилов решил, что ведьмак обязан соблюдать клятвы, данные врагу? Наверное, насмотрелся кинофильмов в жанре фэнтези. Там герои благородные и являются рабами своих обещаний. А в реальности все гораздо проще. Слова – это только слова. И если противник, которого я собирался убить, просит клятвы,
Страница 7 из 21

я ее дам, а потом нарушу. Без сомнений, колебаний и угрызений совести.

Постаравшись не рассмеяться сектанту в лицо, сказал:

– Я, Олег Курбатов, ведьмак и ученик Вадима Рыси из Норброда, клянусь сохранить тебе жизнь в обмен на информацию, которая меня интересует.

Прозвучало это весомо и весьма убедительно. Исмаилов поверил, и я его спросил:

– Готов к разговору?

– Готов… Но еще скажи, что отпустишь меня…

– Клянусь после допроса отпустить тебя.

Он кивнул:

– Нормально… Теперь спрашивай…

– Учти, если соврешь, я это почувствую. Тебе ясно?

– Да…

Судя по всему, он рассчитывал, что вскоре получит свободу, а потом достанет меня, найдет и будет измываться. По этой причине решил сотрудничать. Все правильно. Для демонопоклонников жизнь очень ценна, и они за нее дрожат. Это на Кромке дикари, которые служат демонам, расходный материал, тупое мясо. А на Земле иначе. В сектах, которые своими паутинами опутывают планету, на верхушке интеллектуалы и люди состоявшиеся. Они работают ради материальных благ, здоровья и власти. Мотивация ясна и понятна. И если такой человечишка умрет, зачем ему бабы, тачки, здоровье, деньги и развлечения? После смерти это достанется другим, и вывод прост – радости доступны только при жизни. Вот они ею и дорожат. Гораздо больше, чем обычные люди. А помимо того многие подонки считают, что после смерти за свои злодеяния они попадут в ад. И это тоже немаловажный фактор, который следует использовать и учитывать.

– Как давно ты служишь демонам? – задал я первый вопрос и включил диктофон на телефоне.

– Семнадцать лет…

– Как тебя завербовали?

– Дети болели сильно… По бизнесу плохо было… Бандиты наезжали… У самого проблемы с сердцем… Думал, все… кончена жизнь… Но родственник помог… Объяснил, что всегда можно поправить свои дела…

– Как поправить?

– Отправлять людей на Кромку… Потом товары… Еще батарейки заряжать…

– Батарейки – это пирамидки в ящиках?

– Да…

– Как их заряжали?

– По-разному…

– А ты как это делал?

– Я опекаю психбольницу… Там батарейки оставлял… Люди болеют… Убивают… Страдания всякие испытывают… Вот батарейки и заряжаются… За месяц вся партия под завязку… Еще можно в больницах энергию черпать… На войне… В приютах и борделях для извращенцев…

– Это все?

– Нет… Способов много… Бездомные есть и шлюхи… Можно их брать… Потом пытки… Батарейка быстро заряжается… Но хозяин любит живых и свежих…

В душе образовался комок ненависти, и перед глазами потемнело. Я едва не сорвался и не прикончил пленника. Мразь! Ублюдок! Сволочь! Таких на куски рвать надо. Однако пришлось сдержаться, поскольку разговор в самом начале. Поэтому, уняв гнев, я задал следующий вопрос:

– Гляжу, после того как стал служить хозяину из другого мира, жизнь наладилась?

– Да… Здоровье хорошее… Связи появились… Бандитов отвадил…

– А самому не противно этим заниматься?

– Сначала было не по себе… Потом привык… Это как работа… Она может не нравиться… Но нужно ее делать…

– Как общаешься с хозяином?

– Через крест на груди… Он подпитывает того, кто его носит… Иногда даже можно говорить с хозяином или его слугами…

– Бесами?

– Не ведаю… Только голоса слышу… А видений не было…

– Кто глава секты «Светлый путь»?

– Вороневский… Он на поляне… Ты его убил…

– А на самом деле кто?

Краткая пауза и ответ:

– Главный я… Вороневский только лицо… Говорить умел хорошо… Когда-то на священника учился и при храме жил… Потом его выгнали, а мы приютили… Он пастве про бога говорил… Нужных людей подбирал… У кого связи, деньги и влияние, того приближаем… Остальные – корм… Когда времени нет или не получается с бомжами, берем жертву из прихожан…

– Остальные двое кто?

– Ромов, глава Балашихинской общины… И Арумян… Он в Химках лохов на веру разводил…

– Каюмова помнишь?

– Да… Он пропал… Искали его и не нашли… Потом забыли…

– Кому ты подчиняешься?

– Никому… Сам по себе…

Он солгал, а я это почувствовал и ударил его по колену.

– Ты чего?! – воскликнул пленник и, сдерживая крик, крепко сжал губы.

– Правду говори! А иначе наш договор потеряет силу!

– Понял тебя… Понял… Надо мной Викентьев… Олигарх… Он считается верховным жрецом Стейкорфа… Живет в Москве… Контролирует общины и секты в России…

– И много вас?

– Много… Больше, чем тебе кажется… Наши люди везде… В правительстве… В армии… В полиции… В бизнесе… От большинства толку немного… Только на словах служат Стейкорфу и другим хозяевам… Но мы не из таких… У нас все по-честному… Отрабатываем… Хозяин весточку присылал… Говорил, что пришлет настоящих собирателей… Тогда дармоеды уйдут… А мы останемся и станем помощниками новых жрецов-собирателей…

– Не суть. Лучше скажи, против вас кто-то борется?

– Есть такие… Иногда полицейские попадаются честные… Или церковники с ведунами… Только они все слабые… Полицейских останавливаем приказом сверху или покупаем… То же самое с церковниками… А ведунов немного, и они стараются держать нейтралитет… Редко нам пакостят… И мы с ними почти не пересекаемся…

– Валентину знаешь? Она старуха-ведунья.

– Слышал про нее… Но лично не встречались… Сильная… Много ей лет… Сколько точно, никто не знает… Нас не останавливает, и мы ей не мешаем…

– А почему так?

– Я же говорю… Мало их, ведунов… И они держатся в стороне от власти…

– Где Валентина проживает, можешь сказать?

– Нет… Не знаю…

– Ясно. А теперь скажи, казна у вас есть?

– В смысле? – Он не сразу сообразил, о чем речь.

– Я говорю про деньги. Где вы их храните? Не те, что в банках, на счетах, а черная касса.

– Так тебе деньги нужны? – Несмотря на постоянную боль в ноге, он заулыбался.

– Да.

– Есть казна… Есть… Верь мне, ведьмак… Кушать и красиво жить все хотят… Девушки будут и машины… По золоту ходить станешь, из платиновых кубков пить… Я знаю… И ты тоже… Сколько тебе надо? Скажи… И все будет… Привезем куда надо…

– Расскажи, где у вас тайник.

– Зачем говорить? Давай вызову своих ребят… Они тебя отвезут… Возьмешь столько, что не унесешь…

Он попытался вести свою игру, и я не выдержал, отвесил ему пощечину, разбил губы и сказал:

– Повторяю. Назови место, где у вас тайник.

Мотнув головой, он ответил и назвал адрес съемной квартиры. Потом еще одной. И еще. Затем сдал адреса своих помощников, раскрыл структуру своей секты и поведал о других общинах. Информации у него было много, но вскоре дала знать о себе кровопотеря. Он слабел и жаловался на онемение ноги. Еще немного, и ему станет совсем плохо. Исмаилову нужно в больницу, а перед этим перетянуть жгут, который заблокировал кровь, иначе ампутация. Но я его никуда везти не собирался и, спрятав мобильник в карман, обошел пленника со спины.

– Развяжи меня… – прошептал он.

– Конечно, – ответил я, рукояткой штурмового ножа ударил его в висок и услышал характерный хруст хрупкой кости.

Это получилось легко, словно свинью убил. Правда, животное сопротивляется, вырывается и орет перед смертью, а пособник демона даже не успел сообразить, что происходит.
Страница 8 из 21

До последнего момента он надеялся, что спасется.

«Легкая смерть», – посмотрев на мертвеца, с сожалением подумал я, а затем забрал его вещи и вышел на поляну.

Где-то неподалеку крутились мелкие падальщики, которые почуяли смерть, но не решались приблизиться. К сожалению, скрыть все следы расправы над сектантами не получится, и утром, в лучшем случае в полдень, трупы найдут. Сначала обнаружат машины, а потом и демонопоклонников. После чего здесь появится полиция, которая начнет поиск убийцы. Однако я по этому поводу не переживал.

В первую очередь начнут искать мотив расправы. Потом составят круг подозреваемых из тех людей, кто вел дела с покойными, и местного криминалитета. А я вне подозрений. Оружие не засвечено, и следов я не оставлю. Поэтому волноваться не стоило. Надо соблюдать элементарную осторожность, и этого достаточно.

Натянув тонкие перчатки, я обыскал мертвецов на поляне. Собрал бумажники и вынул деньги. В плюсе семьдесят тысяч рублей, три тысячи долларов и девятьсот евро. Для провинциального городка сумма неплохая. Это не считая трех тайников, которые необходимо вскрыть в ближайшее время.

На миг остановившись, я огляделся. Что дальше? Нужно уничтожить батарейки.

Собрав сушняк, разжег костер и стал сбрасывать в огонь обсидиановые пирамидки, кресты сектантов, телефоны и документы. Огонь все пожрет, уничтожит и очистит.

Спустя полчаса, когда до рассвета оставалось совсем немного, еще раз обошел поляну. Чисто. Следов не оставил. Деньги, ключи Исмаилова и его дешевый мобильник в кармане. Можно уходить.

5

Покойный Исмаилов информации дал немало. Есть над чем подумать. Но самое главное – он выдал адреса квартир, в которых хранил наличные деньги, артефакты и документы. Это проще, чем закапывать чемоданы с долларами и рублями в лесу. Время иное, и теперь проще оборудовать тайники в городах, в самых обычных квартирах, которые находятся под присмотром вневедомственной охраны или серьезного ЧОПа. Так он считал, и в его поступках имелось здравое зерно. Хоть и мразь, но человек неглупый.

Квартир было три. В Электростали, в Балашихе и Химках. Именно в этих городах работали подчиненные Исмаилову секты, и еще пара отделений заряжала магические батарейки в Москве. То есть в своей структуре он отвечал за восточные районы Московской области.

Одна из конспиративных квартир находилась в моем родном городе, близко к центру. И, не откладывая дела в долгий ящик, я вновь спрятал оружие, переоделся и отправился на улицу Ленина. Нашел нужный мне пятиэтажный дом и присел на лавочку возле подъезда.

Раннее утро. Двери в подъезде металлические, с кодовым замком. Люди входили и выходили. Все спокойно. Видеокамер нет, и, дождавшись, пока из дома выйдет молодая девушка с ребенком, я надвинул на глаза кепку и проскользнул внутрь.

Съемная квартира Исмаилова находилась на пятом этаже. Очень удобно. Я поднялся наверх, с телефона покойного сектанта позвонил на пульт охраны, назвал кодовое число и попросил отключить сигнализацию. После чего открыл дверь и вошел в квартиру.

Обычная двушка. Минимум мебели, на кухне холодильник, а в зале телевизор. Обстановка среднестатистическая. Где тайник, искать не надо, сектант о нем рассказал, и я подошел к шкафу. Внутри пусто, ничего интересного для воров, если бы они оказались в квартире. Но схрон был здесь, и, вытащив нижнюю полку, я обнаружил металлический ящик с кодовым замком. Вбил восемь цифр, щелкнул замок – и готово. Открыл крышку, увидел содержимое и повторил фразу незабвенного Жоржа Милославского:

– Это я удачно зашел.

В тайнике лежали пачки банкнот, а рядом две толстые папки с бумагами, пара нательных крестов с Кромки и флешка. Ноутбука у меня нет, следовательно, флешку просмотрю позже, а кресты уничтожу при первом удобном случае. Но это потом, а пока пересчет денег и ознакомление с документами. Благо никто меня не торопил, не дергал, и опасности не было.

Самая крупная сумма, которую я держал в руках, пятьдесят тысяч рублей. А сейчас в моем распоряжении целое состояние, ибо денег в тайнике оказалось на удивление много. Четыре миллиона рублей, пятьдесят тысяч долларов и десять тысяч евро. По моим меркам деньги сказочные, и раньше, окажись они у меня, я прыгал бы от счастья. Но сейчас, после всего что со мной произошло, восторга не было. Удовлетворение испытал, признаю. Но и только. А для сектантов подобный тайник – обычный резерв на черный день, который использовался для подкупа чиновников в случае каких-либо неприятностей.

Отложив пачки банкнот в сторону, взялся за папки с документами. В одной оказались списки сектантов, с паспортными данными, характеристиками, указанием уровня допуска к секретам общины и заключением опытного психолога. Однако это были не все, а самые перспективные в плане финансового благополучия или связей. В другой папке компромат на трех человек, двух чиновников и полицейского в звании полковника. У каждого имелся грешок, и сектанты об этом знали. Поэтому в случае опасности они всегда могли использовать компромат, и это позволяло им ничего не бояться. Можно похищать и убивать людей, делать это безнаказанно и не опасаться справедливого возмездия.

Перекинув деньги и документы в большой пакет из-под продуктов, а кресты в сумку, я присел на диван и включил телевизор. Как раз шли новости, сюжет из Донбасса. Стрельба, бегущие люди, горящие дома, бьющая по городам артиллерия и колонны бронетехники под украинскими флагами. В суть я не вникал, и так ясно, что скажет диктор и о чем речь. Война, где бы она ни происходила, всегда приносит только горе. Особенно гражданская, как в соседней стране. Однако меня это не касалось, ибо и без того много забот, и я вновь задумался о своих дальнейших действиях.

Одну квартиру обчистил. Осталось еще две, и там наверняка точно такой же комплект: документы, артефакты и деньги. На поездки из города в город и изъятие ценностей потрачу сутки, должен уложиться. А потом необходимо обзавестись жильем и машиной. Нужен свой угол, наверное, съемный, и автомобиль, не слишком дорогой, но надежный. На это потрачу еще пару дней и часть денег. После чего следует набрать команду помощников, ибо сам везде не успеваю. По сектантам работать надо. На Кромку прогуляться надо. Разведку к порталам, которые находятся в соседних областях и выходят на Перуновы горы, отправить надо. Контакты с бизнесменами, которые снабжают анклавы, устанавливать надо. И с Валентиной через шесть дней встретиться тоже надо. Хотя в последнем я уже не уверен. Нужно ли встречаться? Очень уж странная старуха, таинственная и сама по себе. Она мне не враг, но и не союзник. Насколько я понял, держится отдельно от общества, сектантам не мешает и проводит на кладбищах свои ритуалы. Одно это уже настораживало, поэтому нужно дополнительно подумать, стоит с ней разговаривать или нет.

В общем, все понятно. Я один, мне не разорваться. А где помощников найти, что характерно, честных, порядочных и хорошо подготовленных? Алкашей и наркоманов на улицах полно, за бутылку или дозу маму родную продадут и лучшего друга на перо посадят. Но мне
Страница 9 из 21

такие не нужны. Они вообще никому не нужны и не интересны, разве только полицейским, чтобы очередное дело закрыть. И если набирать людей, нужны профессионалы вроде Челбаса и Ворона, спортсмены или отставные военные, можно и полицейских привлечь. Однако просто так к ним не подойдешь и работу не предложишь. Это может прокатить один раз, как подработка, а потом начнутся вопросы.

«Стоп! – Я направил мысль в другую сторону. – А что, если помощников набирать не на Земле, а на Кромке?»

Задумался. Посидел. Пораскинул мозгами и отбросил эту идею. Во-первых, еще неизвестно, смогу ли я кого-то протащить с Кромки на Землю. Сам едва прорвался, а повторных попыток не делал. И если меня каждый раз при переходе будет бить током, долго я не выдержу – или сердце остановится, или в качестве пациента отправлюсь в дурдом. Во-вторых, гарантий преданности бойцов с Кромки нет. Они тоже начнут задавать вопросы, а потом могут поделиться тайной с друзьями-приятелями – и понеслось. Вот он, тот самый парень, который открывает порталы! Лови его! Хватай! Мы тоже хотим на Землю! Верни нас на родину! Стой, мерзавец! Не убегай! Мы тебе ничего плохо не сделаем! Только на цепь посадим, чтобы больше не скрывался!

Впрочем, и так понятно, что рано или поздно мой секрет раскроют.

Представив, как по каменецким улицам за мной гонится огромная толпа потеряшек и повольников, я улыбнулся и решил не забивать себе голову. Судьба ко мне милостива, и шансы найти соратников-помощников предоставляются каждый день. Просто надо быть внимательней, присматриваться к людям, не проходить безразлично мимо, и тогда что-то получится.

С пакетом в левой руке и сумкой на правом плече я покинул квартиру. Вышел на улицу и, прежде чем отправиться за город, где в неприметной лесополосе собирался спрятать добычу, остановился. Взгляд скользнул по тихому дворику, и внимание привлекла группа алкоголиков. Трое опухших мужиков с утра пораньше сидели на детской площадке и соображали. Похмелье штука серьезная, его необходимо загасить, а денег, как обычно, у них не было, и они приставали к прохожим.

– Ко-ля-а-а… – протяжно прогнусавил один алконавт, обращаясь к вышедшему из соседнего подъезда худому мужчине в очках, в камуфляжных штанах от маскхалата и тельнике. – Давай бухнем.

Очкарик промолчал. Он подошел к мусорному баку, выкинул в него пару пакетов и направился обратно к подъезду.

– Ко-ля-а-а… – не унимался алкаш. – Неправильно себя ведешь. Людей игнорируешь. Не здороваешься и мимо проходишь. Попутал, что ли, сосед?

– Да пошел ты, – огрызнулся Коля.

В этот момент алкаш совершил ошибку. Не покидая скамейки, он поднял с земли палку и кинул ее в соседа. Попал. Палка перетянула Колю по спине, и компания алкашей громко заржала. Видимо, они посчитали, что это смешно, а очкарик, внешне совсем не здоровяк, опустит голову и поспешит скрыться в подъезде. Ведь он один, а их трое, и толпой алконавты храбрецы. Да только они ошибались. Коля человеком оказался нетрусливым, и тельник ВДВ носил не просто так, потому что нечего надеть. Он резко развернулся, бегом бросился к алкашам и свалил своего обидчика ударом ноги в голову.

Алкаш без крика, потеряв пару зубов, слетел с детской скамейки и затих. Его собутыльники попробовали рыпнуться, но Коля не растерялся. Одного сбил, когда тот поднимался. Толкнул его в грудь раскрытой ладонью, и алкаш прилег рядом с товарищем. А последнего он схватил за горло, цепко, не вырвешься, и сжал ему кадык.

– Запомни, гнида! – Коля всмотрелся в пропитую морду пьяницы. – Я вернулся домой, и в этом дворе теперь будет порядок. Понял?!

Коля слегка ослабил хватку, и алкаш просипел:

– Понял… Отпусти…

– И другим своим приятелям передай, что возле нашего дома появляться не надо. Здесь не рюмочная.

– Пе-пе-передам…

– Свободен.

Полная победа, и Коля отпустил алкаша. После чего отвернулся, сделал пару шагов и не заметил новой опасности. Алкоголик, который валялся на земле, поднялся, и в его руке мелькнул нож. Глаза у него были дикими, он был в ярости. В таком состоянии совершить убийство может даже нормальный человек, а тут пропойца.

Алкаш бросился на Колю со спины, и он успел бы вонзить в него клинок. Однако не сумел, потому что я решил вмешаться. Действуя на одних инстинктах, я сбросил сумку и пакет, а затем рванулся к нему. Длинным прыжком перескочил песочницу и сбил алкаша наземь.

Мы покатились по утоптанной травке. Только замерли – и я сразу оказался сверху.

Удар! Удар! Удар! Я бил его кулаком и превратил лицо в кровавое месиво, а потом услышал голос Коли:

– Хватит! Убьешь ведь!

В самом деле, я едва не убил алкаша. Остановился, прекратил его избивать и поднялся. Сделал пару глубоких вздохов и успокоился, а Коля в это время разъяснял пропойцам, что будет, если они побегут жаловаться полицейским.

– Значит, так, шакалы, – он посмотрел на алкашей с угрозой, а затем нагнулся и аккуратно, за лезвие, поднял нож, – если полицейским хоть слово вякнете, вам будет худо. Нож. Нападение. Вы с перепою. Значит, ответите за все, еще и чужое на себя возьмете, а нам ничего не будет. Нервы потреплют, но мы выкрутимся. Так что если начнется разборка, будете говорить, что между собой сцепились. Уяснили?

Пьяницы, которые уже были не рады, что зашли в этот двор, пробурчали что-то неразборчивое, а Коля протянул мне руку:

– Коля Николаев.

Я пожал его руку и тоже представился:

– Олег Курбатов.

– Ты меня выручил. Спасибо.

– Нормально.

– Пойдем ко мне. – Он кивнул в сторону подъезда. – Тебе умыться надо.

– Согласен.

Подхватив сумку и пакет, вслед за Николаевым я поднялся в его квартиру на втором этаже. Умылся, привел себя в порядок, и Коля предложил чай. Я согласился, и мы разговорились.

Николаев, как и я, местный. В восемнадцать лет ушел в армию и десять лет служил родине. Сначала срочку в разведроте мотострелковой бригады. Потом контракт в спецназе на Северном Кавказе. Не герой, но и не трус. Одинокий человек, который бывал на родине от случая к случаю. Собирался жениться, продать доставшуюся от родителей квартиру и перебраться на юг. Но не сложилось. Во время тренировочного прыжка с парашютом ветром его отнесло на лесополосу и крепко приложило. Он выжил, но возникла проблема со зрением, и армия от него избавилась. Что-то, конечно, выплатили, как оттянувшему восемь лет контракта. Только все это ушло на операции по восстановлению зрения. И теперь он никому не нужен. Боевые товарищи, как это часто бывает, его забыли. Родина платит небольшую пенсию. Скучно и нечем заняться. Поэтому Николаев целыми днями сидит дома. Пару раз с тоски выпивал с местными алкоголиками. Но смог завязать, не опустился и, когда вчерашние собутыльники повели себя нагло, наказал их.

В общем, такая вот судьба человека. Что-то он сам рассказал, а о чем-то я догадался. И, пока допивал чай, у меня промелькнула мысль: «А что, если предложить Николаеву присоединиться ко мне? Ведь только недавно я размышлял над тем, что судьба постоянно сводит меня с хорошими людьми. А Николаев человек достойный, сомнений в этом пока нет, и терять ему нечего. В рассказы о Кромке
Страница 10 из 21

он не поверит, и я про нее пока промолчу, всему свое время. Но мое предложение он может принять. В деньгах у него нужда, а мне требуются люди, которые смогут оказать поддержку и прикрыть».

– Решено, – сам себе прошептал я.

– Что? – Коля вопросительно взглянул.

– Говорю, что могу предложить тебе работу, – поймав его взгляд, ответил я.

– Да какой из меня теперь работник. – Он пожал плечами и усмехнулся.

– Зря ты так. Я видел, как ты во дворе троих раскидал, и это не предел. Не спеши себя хоронить.

– Ладно. Давай конкретику. Сторожем предложишь куда-нибудь пойти или вахтером?

– Нет. Мне нужен боец, а лучше – группа.

– Банду колотишь? – Он подмигнул. – Расходный материал собираешь?

– Погоди ты. – Я слегка пристукнул по столу и продолжил: – Понимаю, что мы только познакомились. Но я вижу, что ты человек честный. Потому говорю с тобой открыто. Недавно я получил наследство. Деньги немалые, и это только начало. Однако есть проблема. Возможно, на меня начнется охота, и хотелось бы видеть рядом с собой крепких ребят, которые не предадут и не продадут. Ты из таких и мог бы мне помочь. Наверняка у тебя есть связи в «Союзе ветеранов» или еще какой-то подобной организации. Ты знаешь, кому нужна работа, и легко соберешь группу.

– Значит, хочешь охранников набрать?

– Не только охранников, но и топтунов, которые способны вести слежку и собирать информацию.

– Обратись в какое-нибудь сыскное агентство.

– По ряду причин сделать этого я не могу. Да и не хочу.

– Допустим, собрать группу я смогу. – Он мотнул головой. – А сколько платить станешь?

– Для начала сто тысяч в месяц. Рублей, конечно. Плюс премиальные. Но требовать стану всерьез. Что скажу, должно быть исполнено. Сам понимаешь, кто платит, тот и музыку заказывает.

– Это нормально. А что по оружию?

– Его нет, и пока оно ни к чему. Не такая уж серьезная угроза.

– Состав группы?

– Пять-шесть человек. Конкретные задачи поставлю по ходу дела. Если кого-то из бойцов что-то не устроит – разрыв контракта, и расходимся.

Николаев замолчал, почесал затылок, обдумал мои слова и сказал:

– Не обижайся, Олег. Но я тебе не верю. Не похож ты на бизнесмена или богатого наследника.

Я взял пакет с деньгами и высыпал пачки банкнот на стол.

– Теперь веришь?

Краткая пауза и ответ:

– Верю.

– Принимаешь мое предложение?

– Подумать надо.

– Завтра ответ дашь?

– Да.

На этом разговор закончился. Я собрал деньги, мы обменялись номерами телефонов и расстались, но я был уверен, что Николаев согласится, и дело не в деньгах. Он не востребован современным обществом, и этот факт медленно, но верно ломал его. Подспудно он понимал это, а я предлагал ему дело. Пусть мутное, и многое остается в тени. Однако это лучше, чем бессмысленное сидение перед телевизором или окном. А сколько таких неприкаянных людей по стране? Десятки тысяч. А на планете? Миллионы. И это сила. Вот бы собрать всех, вооружить и на Кромку отправить! Хана демонам. Вооружить таких бойцов, не нашедших себя в современном обществе, и объявить за голову каждого беса, вампира и рогатого хозяина награду. После чего проблема демонов исчезла бы, словно ее никогда не было, за несколько лет.

Как жаль, что это всего лишь мечты. Ни одно земное правительство на такой шаг не пойдет. И остается неприкаянным людям вроде Николаева коротать свой век в провинциальных городках или ехать на Украину, воевать за Русский мир. Какая-никакая, а идея, и кто-то же должен защищать простых людей, которых убивают и калечат каратели.

Размышляя над этим, я вспомнил старый анекдот.

Казак работает в поле, ему тяжело и жарко. Вдруг вдали звуки боя. Грохочут пушки, и стреляют ружья. Казак бросает плуг, улыбается, смотрит на небо и говорит: «Слава тебе, Господи! Наконец-то война!»

Такой же расклад и в этом случае. Николаев ждал толчка, который заставит его шевелиться, и я ему такой толчок дал.

6

Спустя семьдесят два часа после встречи с Николаевым я купил машину. Черная «Вольво ХС-90» радовала глаз; хоть и подержанная, но следили за машиной хорошо, а прежний владелец, полицейский, за дополнительную плату оставил «блатные» номера и помог быстро оформить все документы. Так что настроение у меня отличное. Пока все складывалось неплохо, и я мог немного расслабиться.

Все конспиративные квартиры сектантов вскрыты, экспроприация денег и компромата прошла успешно. На руках около пятнадцати миллионов рублей, больше ста тысяч долларов и тридцать тысяч евро. Артефакты демонопоклонников и мобильник Исмаилова уничтожены, так что даже если полиция смогла определить номер этого телефона, отныне меня с сектантами ничто не связывало. Какие бы профессионалы ни занимались этим делом, мобильник был при мне меньше суток, а теперь его нет. Но самое главное – что Николаев принял мое предложение, получил на руки аванс и начал вербовку людей. Насколько хорошо это у него получится, неизвестно. Но он загорелся и полчаса назад сообщил, что есть первые кандидаты, два человека, которые в данный момент испытывают финансовые трудности. Нужно встретиться у него на квартире, и я согласился.

Проверив машину в деле, я покатался по городу, в книжном магазине купил атлас России и заехал на съемную квартиру, где забрал некоторые документы, касающиеся секты «Светлый путь». После чего подкатил к дому Николаева. Прислушался к своим чувствам. Спокойно. Засады нет. Николаев дома. После чего я хотел подняться к нему, но он сам вышел во двор. Я ему посигналил, и Коля остановился рядом с машиной, осмотрел ее, обошел по кругу, а потом присел рядом со мной.

– Привет, – сказал он.

– Привет. Чего во дворе встречаешь? Проблемы?

– Нет. Просто хотел поговорить, прежде чем представлю тебе парней.

– Давай, говори.

Николаев снял очки, протер линзы чистым платком и сказал:

– Понимаешь, Олег. Парни, которых я пригласил, мои приятели. Не друзья, но люди не чужие. Однако даже им я не смог объяснить, чего ты на самом деле хочешь. История про богатого наследника, которого могут преследовать бандиты или конкуренты, не показалась мне достаточно убедительной для вербовки бойцов. Это я видел твои деньги, а они нет. Поэтому, когда говорил с ребятами, представил тебя как человека из Конторы.

– Ты имеешь в виду ФСБ, СВР, ГРУ?

– Да.

– Я офицер?

– Конечно.

– А какой именно Конторы?

– Без разницы. Просто Контора, и все.

– И теперь это что-то изменит?

– Естественно. Отношение к тебе будет более серьезным, и лишних вопросов никто из бойцов задавать не станет.

– Я тебя понял, Коля. Хорошо, что предупредил. А теперь к делу: что за людей ты привел?

– Саша Костерин. Двадцать четыре года. Срочка в стройбате. С виду не боец, роста небольшого, но дерется отлично, поверь мне на слово, и стреляет хорошо. Едва не загремел на зону, когда своим «дедушкам» руки-ноги поломал. Однако дослужил нормально. Вернулся домой и никак не может устроиться. Работу меняет постоянно. Хотел на контракт пойти, но не вышло. Ты же знаешь, сейчас в армии платят хорошо, и кое-кто из военкомата берет за содействие в устройстве взятки. Сашу это взбесило, и он сцепился с чиновником
Страница 11 из 21

при погонах. Короче, путь в армию ему теперь закрыт. Он собирается на Донбасс поехать, добровольцем, но я уговорил его немного повременить. Пусть деньжат заработает и мать обеспечит.

– Ясно. А второй кандидат?

– Миша Ахметшин. Тридцать лет. Служил в спецназе ГРУ, воевал на Кавказе. Потом попал в ОМОН. Жил в Москве. Пару лет назад при задержании сломал какому-то хмырю челюсть, а он оказался сынком влиятельного человека. Дело замяли, но Мишу из органов выгнали, и он вернулся в город. С тех пор работает охранником. Одно время много пил. Сейчас завязал, остепенился и женился. Однако денег нет, и он ищет хорошую работу. Я ему про зарплату сказал, и он готов поработать, только без криминала. Временно, пока не найдет варианта получше.

– Ты за этих ребят ручаешься?

– Головой отвечаю.

– Еще есть что-то, что мне нужно знать?

– Нет. Но у меня имеется пара вопросов. Первый – кого ты опасаешься? Второй – когда будет работа и какого рода? Раз уж я старший в группе, значит, должен ставить бойцам задачу.

«Освоился Коля, про болячки не думает и настраивается на деловой лад», – с удовлетворением подумал я и достал список членов секты «Светлый путь» в нашем городе.

– Держи. – Я протянул папку.

Он знакомился с документами несколько минут и спросил:

– У тебя проблемы с сектой?

– Верно.

– Чепуха. Это безобидные чудики, почти как «Дети Иеговы». Ходят по улицам, листовки с призывами покаяться раздают, грозят обывателям божьим судом и в почтовые ящики евангелистскую литературу пихают. Дурачки, и только.

– Это лишь первый слой. За ним есть другой, более темный. Там ритуальные убийства, жертвоприношения, применение психотропных препаратов и поклонение монстрам. Рядовые члены секты об этом не знают. Они – прикрытие.

– В таком случае давай сдадим сектантов в полицию, – предложил Николаев.

Молча передал ему другую папку, с компроматом на чиновников и полицейских. Он увидел фамилии, которые на слуху, и покачал головой:

– Вижу, все серьезно.

– Вот-вот. И это только часть компромата. Есть люди, которые находятся еще выше. Они под контролем, на крючке у демонопоклонников. Следовательно, прикроют секту от неприятностей и уголовного преследования. Про меня сектанты не знают, но когда-нибудь эти сволочи выйдут на след, и я не хочу, чтобы меня зарезали как барана. Поэтому намерен заранее подготовиться.

– Понял тебя, Олег. Это ответ на первый вопрос. А что со вторым?

– Если договоримся с ребятами, работа начнется с завтрашнего дня. Во-первых, нужна неприметная и надежная машина, а лучше две. Желательно что-то отечественное и не новое. Во-вторых, следует закупить туристическое и военное снаряжение на десять человек. Список дам, а ты его дополнишь. Это камуфляжи, маскхалаты, рюкзаки, разгрузки, бинокли, снайперские прицелы, металлоискатели и тепловизоры. В-третьих, требуется перевалочная база. Например, складское помещение, которое можно арендовать сроком на полгода. Это основное, и этим должны заняться твои ребята. Деньги выделю.

– А я чем займусь? – Он нахмурился. – Контролем?

– Контроль на тебе, само собой. Но без дела не останешься. Завтра поедем с тобой в Ивановскую область. В командировку. Есть там один городок, Гаврилов Посад называется, и неподалеку точка, в которой иногда собираются сектанты. Проведем разведку, осмотримся и погуляем по зеленке. Если есть свое походное снаряжение, возьми. Если нет – скажи, купим.

Он задумался, а затем засыпал меня новыми вопросами:

– Для чего транспорт, понимаю. А зачем столько снаряжения? Хватило бы парочки биноклей и одного ночного прицела.

– Поверь, пригодится.

– Ладно. А склад для чего? Группа может собираться на квартире.

– У меня планы большие. Поэтому помещение требуется просторное. Давай это обговорим завтра, в дороге. А сейчас пошли к ребятам. Они, наверное, уже заждались.

Мы покинули машину, поднялись в квартиру, и я познакомился с бойцами, которых привел Николаев. Сканирование показало, что зла в них нет и с демонами они никак не соприкасались. Сознание чистое, незамутненное. И после знакомства Николаев поставил им «боевые» задачи, а я выдал одну пачку пятитысячных купюр, полмиллиона. Для начала.

Лишних вопросов бойцы не задавали, Николаев оказался прав: они думали, что я из Конторы. И в процессе выяснилось, что бойцы считают, будто я намерен помогать Донецкой Народной Республике. Офицер Конторы собрался закупить недешевое снаряжение, прицелы, оптику и ПНВ. Для чего? Видимо, чтобы неофициально оказать помощь братьям-славянам. Все логично. В последнее время много людей оказывает поддержку добровольцам и ополченцам.

Разубеждать их я не стал. Придет время, сами все поймут или отойдут в сторону. И, напустив таинственный вид, я многозначительно промолчал, пожал парням руки, и мы расстались. Николаев будет дополнительно инструктировать бойцов, а я отправился кататься.

Через час остановился возле придорожного кафе, заказал кофе и открыл атлас, нашел Гаврилов Посад и отметил на карте точку. Место ничем не примечательное, кроме одного. В этой точке находился портал, который выходил на территорию Преображенского анклава. Было их два. Один – основной, в районе Суздаля, и через него перебрасывались грузы на Кромку. А другой вспомогательный, можно сказать, бесхозный. И в этой точке я собирался перейти в параллельный мир. Не один, а с Николаевым. Тогда можно открыть ему всю правду и рассказать свою историю. А затем, вернувшись на Землю, следует скататься к порталу, который контролируется земными торгашами, и понаблюдать за ними.

Незаметно я допил кофе, и подошла официантка, симпатичная молодая брюнетка с третьим размером груди.

– Что-то еще? – мило улыбнувшись, спросила она.

– Счет. И если можно, ваш телефон. – Я тоже улыбнулся.

– С вас пятьдесят рублей за кофе, а телефон дать не могу.

– Муж будет ревновать?

– Нет, я не замужем. Просто не положено. Я на работе.

– А если я встречу вас после работы и приглашу на свидание? Вы согласитесь?

– Ну… Мы не знакомы…

– Меня Олег зовут. А вас?

– Анжела.

– Вот видите, знакомство состоялось.

Девушка посмотрела на мой автомобиль, который стоял рядом с кафе. Потом смерила меня оценивающим взглядом и сказала:

– Моя смена заканчивается через два часа. Можете меня встретить и довезти до дома.

– Договорились. Только давай перейдем на «ты». К чему формальности?

– Хорошо, – согласилась она. – Давай на «ты».

Покинув кафе, я подумал о том, что вечер, как и день, будет хорошим, и не ошибся. Анжела, которая на самом деле была Аней, но почему-то стеснялась своего имени, девушкой оказалась легкой и без комплексов. Поэтому все прошло стандартно.

Мы заехали в клуб. Посидели, потанцевали, поужинали, оказались у меня и ночь провели вместе. Все бы ничего. Только с утра новая знакомая без всякого стеснения попросила платы за секс. Это меня немного покоробило, но не смутило, и, отдав случайной подруге сотню долларов, я отправил ее на такси домой. После чего, собрав рюкзак, отправился за город, где откопал оружие, а потом к Николаеву, который уже ожидал меня возле подъезда.

Дорога была легкой,
Страница 12 из 21

и портал я нашел сразу – помог пеленг ключа. Точка находилась в верховьях реки Чистуха, за Гавриловым Посадом. Неподалеку лес, и в нем портал. Что характерно, к нему вела поросшая травой грунтовая дорога. Значит, здесь давно никого не было. И когда мы добрались до места, я потребовал от Николаева сделать звонок бойцам и предупредить, что, возможно, несколько дней мы не выйдем на связь. Колю это удивило, но он подчинился. После чего я достал из багажника снаряжение, рюкзак и оружие, привычно накинул разгрузку, подтянул ремни, надел кобуру и повесил на плечо автомат.

Коля наблюдал за мной и наконец не выдержал:

– Ты обалдел?!

– О чем ты? – Я усмехнулся.

– У тебя два ствола и гранаты, а ты молчал? Ты думаешь головой, что делаешь?! Мы несколько полицейских постов проехали! А если бы нас остановили для досмотра?!

– Но не остановили же, – решив объяснить Николаеву про свои ведовские таланты позже, парировал я.

– Ну ты даешь, Олег! – выдохнул он.

– Это только начало, Коля. Сейчас увидишь такое, что вся твоя жизнь даст резкий крен.

– И что это?

– Смотри.

Я подошел к валуну с почти стертыми рунами, который был спрятан среди кустов, собрался и положил на него левую ладонь.

Током меня не ударило – видимо, такое происходит только в первый раз, когда идет настройка ключа на портал, – вокруг моментально образовался густой туман, который скрыл Николаева и машину. Он накрыл поляну, на которую мы выехали, и сразу произошли изменения. В лесу было жарковато – все-таки лето, – но неожиданно температура резко упала. А еще подул ветер, который принес запах горных цветов и свежесть, причем туман как висел, так и продолжал висеть.

Я убрал руку с камня. Туман рассеялся, и я обнаружил, что стою на горной площадке примерно двести на триста метров. Коля и машина рядом. Все прошло легко и просто.

– Олег! – закричал Николаев. – В чем дело?! Где мы?!

– Мы на Кромке, Коля.

Я улыбался, ибо был рад, что вернулся в этот мир, опасный, но притягательный.

7

Когда мы оказались на Кромке, наступил вечер. Поэтому подробный осмотр окрестностей и выезд отложили на утро, только убедились, что есть дорога вниз, и разбили лагерь. Сушняка рядом хватало, и у нас была палатка, так что расположились с комфортом. Разожгли костер, и я рассказал Николаеву историю своей жизни с момента исчезновения сестры. Говорил откровенно и ничего не скрывал: теперь уже смысла нет. Лишь про свойства ключа умолчал, на всякий случай. Хотя он и так все видел: как я подошел к рунному камню, положил на него руку, и появился туман, который перебросил нас на Кромку. Но у него мог возникнуть щекотливый вопрос – смогу ли я перетащить его обратно на Землю? Уверенности в этом не было, ведь на Кромку люди переходят легко, а обратно вернулся только один человек.

Впрочем, я надеялся на лучшее, и Николаев о моих сомнениях знать не должен. Так ему спокойней, да и мне. И когда я завершил свой рассказ, он стал задавать вопросы.

– Олег, – он посмотрел мне в глаза, – скажи как на духу, мы сможем вернуться обратно на Землю?

– Не переживай, обязательно вернемся.

– Обещаешь?

– Да.

– А когда вернемся?

– Через пару-тройку дней. Сначала в Норброд заедем, поселок моего учителя Вадима, а потом обратно.

– Ты же сказал, что он погиб?

– Так и есть. Но другие ведьмаки выжили, и они могут стать моими наставниками. Опять же в Норброде узнаем новости с фронта. Там мощная радиостанция, и связь с войском постоянная.

– А-а-а… – протянул Николаев и задал новый вопрос: – Какие у тебя планы?

– Честно говоря, ничего конкретного нет. Осмотреться надо. Структуру свою попробовать сколотить, и ты мне в этом поможешь. Разумеется, если захочешь и не струсишь.

– Меня на «слабо» брать не надо. Пока ты мне платишь и не втягиваешь нас в темные дела, я буду с тобой.

– Это правильно. Верная позиция.

– А как быть с сектантами?

– По возможности будем их уничтожать. Но не всех подряд, а только верхушку.

– Слушай, Олег, а может, стоит поделиться секретом с госструктурами?

– Нет смысла. Государство про Кромку знает давным-давно, и соседний мир Кремль не интересует. Для правителей этот мир скорее обуза и постоянная угроза.

– Почему?

– Сам рассуди. Зачем России или другой стране территории, которые невозможно контролировать?

– Действительно. Но теперь есть человек, который может открывать порталы.

– И что ты предлагаешь? Сдаться ФСБ и служить отмычкой? В таком случае меня лишат свободы и посадят на цепь. А потом я все равно умру когда-нибудь, и все, что Россия здесь построит, снова будет недоступно.

– Я об этом не подумал. – Он нахмурился.

– Зато я сразу сообразил, что в лапы «государевых людей» попадать не стоит. Лучше сдохнуть, чем жить в неволе. Это не по мне.

Он помедлил, обдумал мои слова и сказал:

– Ты не подумай чего лишнего… Я тебя не сдам…

– Верю. Поэтому и взял тебя на Кромку.

Мы разговаривали долго, до полуночи. Потом выставили на единственной дороге, которая шла вниз, пару растяжек и по очереди подремали.

Наступило утро. Нужно ехать, и, сняв гранаты, мы прошлись по окрестностям, нашли неподалеку развалины древнего замка и отправились в Норброд, до которого около восьмидесяти километров. Дорога была не очень хорошей, и если бы мы оказались на Кромке весной, осенью или зимой, зависли бы в ближайшей канаве. Но сейчас лето и сухо, а вокруг горы, и под колесами щебень с утрамбованным грунтом. Поэтому машина тянула.

Первая остановка произошла через десять километров, в поселке Демидовск, где нас едва не расстрелял патруль преображенцев. На весь анклав десяток автомобилей, они наперечет, и моя была в новинку. Значит, чужак! Атаковать его и остановить! Однако я вовремя почуял угрозу, остановился и вызвал старшего патруля, пожилого сержанта, на разговор. Представился ему, и он меня узнал – оказывается, мы встречались в Ольгинске и Норброде. И, отдав воинское приветствие, он пропустил нас дальше. Кстати, спросил его о новостях, но сержант ничего нового не рассказал. Его группа прикрывала отдаленный поселок, и с новостями у них плохо.

Тронулись и поехали дальше. Машина у меня приметная, и, возможно, я зря засветился в Преображенском анклаве. Мог бы появиться тихо, в одиночку, пройти за пару-тройку дней путь до Норброда и никому ничего не объяснять. Однако я решил, что рано или поздно о ключе в моем теле все равно станет известно, а терять время не хотелось. Тем более что я вышел в анклаве, где моего учителя и других ведьмаков уважали. Да и вообще если с кем-то вести дела, лучше всего с преображенцами. Они люди суровые, но честные и с военной косточкой. Если правильно объяснить ситуацию, можно с ними торговать. Разумеется, втайне от Каменца, Зеленогорья и Алексеевской республики. А ведь можно вообще никому и ничего не объяснять. По крайней мере, пока. Кто осмелится спрашивать ученика самого Вадима Рыси, пусть и покойного? А спросят – легенда готова: нашел потеряшку Николаева с машиной. Но это потом. Пока меня никто не дергал, и в полдень, проехав мимо Медногорска, с несколькими остановками на преображенских дорожных
Страница 13 из 21

заставах, мы прибыли в Норброд.

Во время отсутствия Ирика Бородина и ведьмака старшим в поселке был оружейник Ингольф. Его я знал неплохо – косматый здоровяк с длинной бородой, специалист по различным видам вооружения и великолепный стрелок. Он меня, естественно, тоже знал и сразу пригласил в обеденный зал. На Колю при этом внимания особого не обратили, и тот остался во дворе, вместе с дружинниками. Мой приказ – помалкивать, официальная версия, что Николаев потеряшка, который провалился на Кромку вместе с автомобилем, а я его нашел. Легенда хорошая, и подозрений он не вызывал.

Итак, я оказался в обеденном зале, где помимо Ингольфа и меня присутствовали еще четыре человека: библиотекарь Олекса, целитель Митяев, младший ученик Конев и ведун Родослав. Все люди надежные, покойный учитель им доверял, и я поведал собравшимся о нашем походе. Попутно поблагодарил Конева за предупреждение, благодаря которому уцелел. Однако умолчал о том, что являюсь владельцем ключа.

О смерти учителя все присутствующие уже знали, весточка об этом прилетела в поселок еще восемь дней назад. И когда мне задали вопрос, каким образом я так быстро выбрался из лесов и оказался в Преображенском анклаве, пришлось сослаться на покойного ведьмака. Он указал мне короткий путь, и это не моя тайна. Ингольф и Митяев поверили – они знали, что есть «короткие пути», телепорты в пределах мира, и были уверены, что Вадим Рысь и другие ведьмаки имели к ним доступ. А вот Олекса, Родослав и Конев сразу поняли, что я ухожу от прямого ответа. Причем ведун и библиотекарь одновременно посмотрели на мои руки, но татуировки-артефакта, прикрытой маскхалатом, конечно, не увидели. А молодой пророк Конев из своих видений знал, что я завладел ключом. Однако они меня не выдали – понимали, что есть информация, которая должна оставаться тайной и предназначена для узкого круга посвященных.

В общем, пока все прошло неплохо, и, когда мне перестали задавать вопросы, я сам перешел к расспросам:

– Какие новости с фронта?

Все присутствующие моментально потемнели лицом. Понятно, что ничего хорошего в лесах за Тихой не происходит.

– Наша армия почти разбита, – ответил мне Ингольф.

– Но как же так? Ведерскую переправу взяли, а дальше открытая дорога на Барх. Стейкорф погиб, а второй демон, Альчион, был ранен Яросветом.

– Стейкорф погиб, и Альчион ослаб, все верно. Но он получил помощь от других демонов и вампиров. Вейц Пиявка кинул своих упырей на Алексеевскую республику. Долгое время сидел тихо, но вдруг показал клыки, почуял нашу слабину. А к Ведерской переправе подошли крупные отряды бесов и дикарей, которых прислали соседи Стейкорфа. Это переломило ход сражения, и наша армия отступает. Алексеевцы, узнав о нападении на свой анклав, бросили тяжелое вооружение и бегут к реке, а остальные пятятся и отбиваются. Думаю, через пять-шесть дней основные силы армии подойдут к Тихой напротив Ольгинска. Потери огромные – не менее сорока процентов личного состава.

– А с нашим отрядом что, который на Кирту ходил?

– Уцелела четверть воинов. С ними Ирик, раненый Николаша и Кен Кабарга. Остальные погибли, как и Вадим. Плохо все, хотя основная цель достигнута, демоны не получили древних артефактов. Подвалы хранилища загорелись, и после гибели Вадима произошел обвал. Вряд ли там что-то уцелело.

– И что теперь?

Ингольф пожал плечами:

– Вадима нет, и трудно сказать. Однако я, как временный глава поселка, получил указание Ирика ждать его и нового хозяина поселка. Есть только один старший ученик, Николаша. Он унаследует все имущество Вадима и решит, как мы станем жить.

Все понятно. Ирик выбрал нового хозяина, и большинство тех, кто раньше служил ведьмаку, подчиняются его приказам.

– А что с Велимиром и Боромиром? – новый вопрос Ингольфу.

– Ведьмаки с войском. Нам прислали единственное сообщение. Велено охранять имущество Вадима и беречь артефакты. – Ингольф поджал губы и покачал головой: – Чую, что обдерут они Николашу, словно липку.

«Это точно, – подумал я. – У Вадима артефактов за пару веков накопилось немало, и уцелевшие ведьмаки вынесут все, что им понравится. Впрочем, Николашу не обидят. Все-таки старший ученик, и его поддерживает Ирик».

– Ты надолго к нам, Олег? – спросил Ингольф и добавил: – Какие планы? Дождешься Николашу и ведьмаков?

– Пока не знаю. – Я пожал плечами.

– Ну… Сам решай… Однако учти… Оружейка для тебя теперь закрыта, и по дому не броди… Извини, но у меня приказ… Как бы чего не вышло…

Ингольфу было неудобно, и он запинался, но оружейник головой отвечал за сохранность имущества и ценностей. Тут все понятно, и я его успокоил:

– Не переживай, мне чужого не надо.

– Ага. – Он встал. – Тогда давайте расходиться. Трапезничать пора.

Мы разошлись, и на выходе Олекса прошептал:

– Через час приходи в библиотеку.

– Понял тебя, – отозвался я и вышел во двор.

Николаев по-прежнему был здесь. Он крутился возле машины, общался с дружинниками и быстро освоился. Уже шутил с местными воинами и улыбался.

– Коля, – позвал я его.

– Чего? – Он подошел.

– Как тебе тут?

– Знаешь, Олег, – он улыбнулся и сжал левую руку в кулак, который приложил к сердцу, – мне здесь нравится. Люди настоящие. Без понтов. Смотришь на них и понимаешь, что кругом свои, которые не сдадут и не продадут.

– Это так, – согласился я с ним и хлопнул Колю по плечу. – Пойдем обедать.

Мы поели вместе с дружинниками, которые заступали в караул. После чего Коля вернулся к машине, а я поднялся в библиотеку, где меня ожидали Олекса, Родослав и Конев.

– Значит, ты все-таки стал ходоком? – сразу спросил библиотекарь.

– Да. – С ним юлить не стоило, и ответ был честным.

– И на Земле уже побывал?

– Верно. – Я присел в кресло и поинтересовался: – О чем вы хотите поговорить?

Конев опустил голову, он ничего не решал, а Олекса и Родослав переглянулись, и библиотекарь сказал:

– Ингольф многого не знает. Все гораздо хуже, чем он тебе расписал. Нападению подвергся не только Алексеевский анклав, но и Зеленогорский. Демоны твари хитрые, рассчитывают нас сильно потрепать, и достанется всем. Только Каменец сохранил свои лучшие силы и артиллерию, а остальным придется туго. Черти и дикари уже рядом с границами нашего анклава, преображенцы в смятении и крепят оборону. Правда, воинов у них немного. Равновесие, которое сохранялось долгое время, пошатнулось, и мы собираемся покинуть Норброд.

– Все это плохо. Но я здесь при чем?

– Во-первых, ты можешь нам помочь: завтра мы погрузимся в твою машину и свалим из Норброда. Во-вторых, на Кромке тебе нужна опора, и рядом со вторым преображенским порталом, через который ты наверняка прошел в этот мир, земли племени росанов. Родослав в этом племени не последний человек, главный ведун и отец вождя. Ну и, в-третьих, хочу тебя предупредить: если рассчитываешь, что ведьмаки станут относиться к тебе как Вадим, ты ошибаешься. Они не станут тебя учить и могут попытаться подчинить ходока своей воле. Это с Яросветом и Вадимом можно было договориться, а Велимир и Боромир – сторонники силовых действий. Кто имеет силу,
Страница 14 из 21

тот может встать с ними вровень. Остальные в подчинении.

Я обдумал слова Олексы и пришел к выводу, что он, скорее всего, прав. Договариваться со мной у ведьмаков нет никакого смысла. Проще приказать. Не факт, что ведьмаки поведут себя грубо, но исключать этого нельзя.

– Что ты скажешь, Олег? – Библиотекарь поторопил меня.

– Вывезти вас смогу и благодарю за предупреждение. А что насчет опоры? Поясни.

Инициативу перехватил ведун, который спросил:

– Ты знаешь, откуда Вадим родом?

– Да. Он из Старгарда, разрушенного демонами. Это столица Гипербореи.

– Так и есть. Но ты не ведаешь, что он не единственный гипербореец, кто уцелел. Мы – росаны – потомки тех, кто бежал из Старгарда. Нас никогда не было много, но это не так важно. Важно другое – что Вадим нам всегда помогал, а когда нужно, обращался за помощью. Кстати, ведьмак Боромир тоже наш родич. И хотя он давно уже сам по себе, ведьмак прислушивается к мнению старейшин племени. Поэтому если ты будешь под нашей защитой, он не посмеет сделать тебе зла, а лидеры Преображенского анклава станут воспринимать как равного партнера. А еще у нас есть артефакты, которые могут помочь молодому ученику ведьмака развить свои способности и таланты…

– Излучатели вроде тех, что в подвалах Вадима? – не выдержал я и перебил ведуна.

– Нечто иное, но схожее по принципу.

– И вы дадите мне эти артефакты?

– Дадим, а помимо того прикроем второй преображенский портал отрядом воинов.

– А что взамен?

– Торговля. Помощь. Поставки оружия, средств связи, техники и медикаментов. Мир меняется – мы видим это и хотим себя защитить. Поэтому предлагаем тебе сотрудничество.

Думать нечего, все равно придется с кем-то работать, а условия Родослава хорошие, и я согласился:

– Принимается.

– Отлично, – кивнул ведун и посмотрел на Олексу: – Не забудь взять с собой библиотеку Вадима.

Библиотекарь усмехнулся и вынул из кармана пару флешек:

– Само собой. Она всегда при мне.

Ведун обратился к Коневу:

– Пойдем. Нам нужно собираться.

Видимо, Конев из ученика ведьмака окончательно стал учеником Родослава. Вдвоем они покинули библиотеку, а Олекса вернул мне деньги, которые я оставлял ему на хранение перед походом. Весьма кстати, каменецкие рубли пригодятся. Ведь нужно купить оружие для Николаева, пока есть такая возможность. Раз уж враги рядом, дорога к порталу может быть крайне опасной.

– Привет, Олег. – В коридоре меня ждал Володька Макеев, самый младший ученик Вадима.

– О-о-о, Володька, здравствуй. – Я был рад увидеть мальчишку. – Как поживаешь?

Он смущенно улыбнулся и пожал плечами:

– Пока меня не гонят, но я никому не нужен.

– Возвращайся к матери.

– Не хочу.

– Тогда поехали со мной, – предложил я.

– Ты уезжаешь?

– Да.

– А куда?

Я подмигнул ему:

– Пока это тайна. Но со мной не пропадешь.

Володька шмыгнул носом и кивнул:

– Согласен.

Конечно, в машине будет тесно. Мы с Николаевым и еще четыре человека. Но это ничего. В «запорожец» по десять человек набивается, а нас шестеро, и машина побольше, как-нибудь поместимся.

8

Ингольф не возражал, чтобы я уехал. В конце концов, он мне не начальник, а я ему не подчиненный. С чем приехал, с тем и уезжаю. Только выкупил у дружинников «лишнее» снаряжение и вооружение: пару разгрузок, несколько ручных гранат, десяток ВОГов, автомат АКС, пистолет ПМ и несколько ножей. Серебряных рублей, которые у меня были, как раз хватило.

Однако он не хотел отпускать Родослава, Конева, Олексу и Макеева. Оружейник не знал, как на это отреагируют Ирик Бородин и Николаша. Видимо, опасался их гнева и пару раз разговаривал с библиотекарем и ведуном, уговаривая подождать. Но в итоге у него ничего не вышло. Остановить нас он не решился, хотя наверняка подумывал о том, чтобы приказать дружинникам закрыть ворота и разоружить тех, кто собирался уехать. Однако пока Ингольф колебался, наша компания погрузилась в машину. Мы с ведуном впереди, Николаев, Олекса и Конев позади, а Володька Макеев, после того как мы немного расширили багажник, обосновался там. Понятно, что неудобно, но вполне терпимо, и ехать не так уж далеко. Если все будет в порядке и нас не станут задерживать, через пару часов будем возле портала, где расстанемся. Мы с Николаевым и Володькой попробуем уйти на Землю, а Олексу и Родослава с учеником должны встретить росаны.

«Вольво» покинула Норброд и выскочила на дорогу. Нас никто не тормозил, машину засветили еще вчера. Однако мы с ведуном сразу обратили внимание на то, что в ближайший город стекаются сельские жители, а на заставах усилены караулы. Поэтому я остановился на перекрестке, где стоял патруль из нескольких преображенцев, и окликнул молодого лейтенанта:

– Офицер, в чем дело?

Мы с ним встречались вчера по пути в Норброд, и он, махнув рукой, ответил:

– Ночью дикари и мутанты напали на поселки со стороны Зеленогорья.

– Потерь много?

– Неизвестно. – Он покачал головой. – Знаю только, что два поселка взяли с ходу, а один отбился.

– И что теперь?

– Комендант приказал всем, кто не уверен, что удержится, в города уходить. А вы куда едете?

– В горы.

– Будьте осторожны, на востоке видели чертей и крупный отряд дикарей демона Дойлейса.

– Далеко они забрались. Дойлейс, как я слышал, держит территорию вдоль Дананского моря.

– Так и есть. Спецназовцы взяли пленных, и они сообщили, что выступили в поход одновременно с нашим войском. Как только мы Тихую перешли, так и они в путь тронулись.

– Много их?

– В войске несколько тысяч бойцов, десяток бесов и мутантов под сотню. Действуют разрозненными отрядами и группами. Бо?льшая часть в Зеленогорье бесчинствует, но и нам врагов хватит. Ведь наша армия далеко.

– Ясно. Благодарю за информацию. Бывай, лейтенант. Удачи тебе.

– И вам всего хорошего.

Дальше двигались медленно: проезду мешали беженцы. Но наконец дорога очистилась, и мы добрались до Демидовска. Поселок, огороженный высокой деревянной стеной, находился в стороне от дороги. Ворота закрыты. Патруля нигде не видно. Дорога пустая. Никого.

– В поселок заедем? – спросил я ведуна.

– Нет. – Он покачал головой и сказал: – Прислушайся к своему чутью.

Закрыв глаза, я расслабился и попробовал просканировать дорогу. Впереди опасность. Но врагов немного, с десяток, не больше. Это дикари. А неподалеку пара мутантов, непонятно кто, саблезубы или черти. Дорога чистая, но вдоль нее зеленка, деревья и кусты. Там они и прячутся.

– Как думаешь, проскочим? – Ведун, который тоже чуял дикарей, слегка толкнул меня в бок.

– Должны.

– Тогда вперед. Оружие держим наготове.

В открытые окна машины высунулись стволы. Старый ведун вооружился моим АКМСом. Конев и Николаев с АКС. Плюс три пистолета – у меня, Олексы и Володьки.

– Все готовы? – обратился я к попутчикам.

Они ответили утвердительно, и я направил «вольво» в сторону портала. Нам бы пару-тройку километров проскочить, а дальше до самого портала никого.

Еле слышно взрыкивал мотор. Машина, подпрыгивая на кочках, быстро набирала скорость, и мы приближались к врагам. Дикари все ближе… Ближе… Ближе… Есть! Из кустарника
Страница 15 из 21

вылетело копье, но дикарь не попал. Копье упало позади машины, как и несколько стрел, пущенных другими лесовиками.

«Хорошо, что у них нет огнестрелов и мин, – подумал я. – Кажется, проскочили».

Однако радовался я рано. Неожиданно промелькнула тень, и с дерева, которое росло на обочине, на машину упало что-то тяжелое. Крыша прогнулась, и раздался скрежет разрываемого металла. Всем хороша «вольво», но металл слабый, и против когтей мутанта обшивка нас не прикроет.

Ударив по тормозам, я резко вывернул руль влево, и черт, который нас атаковал, слетел с крыши и упал на дорогу.

– Стреляйте! – закричал я, и первым открыл огонь Родослав.

Ведун оказался опытным воином, не растерялся, и АКМС задергался в его руках. Салон быстро наполнялся пороховыми газами, по ушам ударил грохот выстрелов, а горячие гильзы разлетались во все стороны. А потом его поддержал Николаев, и дышать стало совсем нечем. Впрочем, это мелочь. В два ствола ведун и Коля расстреляли рогатого мутанта, половина пуль легла в цель, и он не успел удрать. Башка разбита, и обнажился мозг, один рог отломан, а лохматое тело в кровавых ранах.

Я попытался выехать обратно на дорогу. Да только не успел. Появился еще один мутант, который схватил большой обломанный сук и бросил его под колеса.

Стоп! Мы зависли, и я выскочил из автомобиля. В руках верный «стечкин», и, опустившись на левое колено, я поймал рогатого на мушку. Он быстро приближался и был готов прыгнуть – тогда мне смерть. Но я начал стрелять раньше. Дистанция три-четыре метра, промазать сложно, и, обхватив рукоятку пистолета обеими ладонями, я не мазал.

Выстрел! Выстрел! Выстрел! Пули ложились в грудь мутанта одна за другой, и он замер. Встряхивая рогатой башкой, лохматое чудище пыталось продолжить движение, и оно прикончило бы меня, если бы не Коля. Он быстро перезарядил оружие, выскочил из салона, обошел машину и всадил в башку монстра длинную очередь. Калибр 5,45 против мутанта слабоват, но пули повышенной пробиваемости и обычные ПС, которые чередовались в магазинах Николаева, свое дело сделали. Они пробили крепкий череп, и мутант свалился на бок.

Быстрая смена магазина. Я перезарядил оружие, дослал в ствол патрон и, поднявшись, вплотную приблизился к монстру. Огонь! Палец потянул спусковой крючок, и в череп рогатого вошли новые пули. Осколки костей, кровь и мозги – все это разлетелось по зеленой траве, и он сдох. Окончательно. Второго мутанта в это самое время добивал Родослав.

– Надо уезжать! – Ведун подскочил ко мне. – Дикари уже рядом!

В самом деле лесовики были неподалеку, и они приближались, а машина завязла, и на дороге препятствие. Удрать не успеваем. Перебить их сможем, но могут быть потери, которые нам не нужны.

– Коля! – обратился я к Николаеву. – За руль! Остальным освободить проезд! Живее!

– А ты?! – Родослав вопросительно кивнул.

– Дай автомат. – Я протянул руку.

Он вернул АКМС, и я загнал в подствольный гранатомет ВОГ. После чего отошел от машины, присел посреди дороги и закрыл глаза. Дикари неподалеку, прикрываясь зеленкой, они приближались, но я чувствовал их, это мое преимущество. Прикинув дистанцию и пеленг на ближайшего дикаря, я упер приклад автомата в живот и приподнял ствол. Отдача будет несильной, переживать не стоит. Взял упреждение, метров десять, представил себе, где именно сейчас находится противник, и выстрелил из ГП-25.

ВОГ улетел в зеленку, и раздался негромкий взрыв, а затем послышался вскрик человека. Попал! Отлично! Впервые я стрелял вслепую, используя ведовские способности для наведения, и не промазал. Ай да я! Ай да молодец!

Впрочем, дикарей было не меньше десяти. Нужно продолжать, и я перезарядил оружие. Опять навел ствол на противника и выстрелил.

Взрыв! Вой подранка! Стандартный ВОГ для ГП-25 дает разлет осколков на несколько метров. Редко он кого-то убивает. Но кусочки металла впиваются в тело, секут вены и разбивают кости. Причем граната летит до четырехсот метров, и стрельбу можно вести с закрытой позиции. Превосходное оружие придумали советские оружейники, спору нет.

Третий выстрел! Очередной взрыв – и тишина. Однако я чувствовал, что попал. Просто противник потерял сознание.

Еще выстрел! И еще! За пару минут я выпустил в дикарей девять ВОГов. Промазал только раз, и боеспособных врагов осталось немного, то ли двое, то ли трое, определить не получилось. Я бы и этих достал, но меня окликнули:

– Олег! Пора!

Пока я вел стрельбу, мои товарищи освободили проезд, а Коля вывел машину на дорогу и освободил место.

Прыгнув в водительское кресло, я повел «вольво» дальше. Препятствий не было, и до портала мы добрались без новых приключений, живые и здоровые.

Остановились на развилке. Влево – дорога в земли росанов, которые вели постоянную торговлю с преображенцами. Вправо она резко поднималась в гору, к точке перехода. Рядом находились воины племени, которые ожидали ведуна, и, когда он покинул машину, из кустов показались крепкие бородачи в кожанках, разгрузках и с автоматами. Они не приближались, просто ждали.

– Пора прощаться? – Я протянул ведуну руку.

– Да. – Он пожал ее и уточнил: – Наш договор в силе?

– Конечно.

– В таком случае уже завтра росаны начнут строить вокруг портала укрепления, а я буду ждать тебя в гости. Приезжай к нам без всякой боязни, обсудим торговлю, и ты получишь артефакты. Поверь, не прогадаешь.

– Надеюсь, что так. А с преображенцами у вас проблем не возникнет?

– Нет. Это нейтральная земля. Да и не до того им сейчас. От нападения бы отбились и своих воинов дождались. А про нас преображенцы вспомнят через пару месяцев, не раньше.

Мы расстались. Олекса, Конев и Родослав отправились к росанам. Но прежде библиотекарь передал мне одну флешку. На ней копии всех книг и карт, которые были у Вадима. Одно это стоило огромных денег.

Я открыл багажник, посмотрел на Володьку Макеева и сказал:

– Перебирайся в машину.

Он вылез и спросил:

– Олег, а теперь скажешь, куда мы едем?

– На Землю.

– Ура-а-а!!! – закричал мальчишка, для которого Земля сродни сказочному месту, где все есть и живут добрые люди.

– Тише, – успокоил я его. – Ты там никогда не был, так что умерь восторги.

– Ладно.

Мальчишка залез в салон, и вскоре, взобравшись на гору, мы остановились возле портала. Николаев опять пересел за руль, а я подошел к рунному камню.

Портал открылся, хоть и с трудом. Мои опасения, что не получится перетащить на Землю других людей, не подтвердились, и мы оказались в лесу.

Туман рассеялся. Судя по всему, за время нашего отсутствия посторонних здесь не было. Очень хорошо. Значит, можно спокойно привести потрепанную «вольво» в относительный порядок, помыть и немного залатать крышу, сквозь которую видно небо. Ну а потом все равно придется оставить ее в ремонте, наверное, в ближайшем городе, где есть автомастерская. А самим, после того как закопаем оружие и переоденемся, придется добираться домой на такси или автобусе. Жаль, что к основному преображенскому порталу сразу не попасть: мальчишку надо пристроить и транспорт обновить.

Примерно так я собирался поступить. Но на мобильник Николаева,
Страница 16 из 21

который до сих пор находился под впечатлением от боя с монстрами, поступил звонок. Это был Ахметшин, который доложил, что он и Костерин купили два подержанных автомобиля, арендовали склад и договорились о покупке партии снаряжения. Они бы все сразу взяли, но после аренды склада закончились деньги, а хорошие тепловизоры и приборы ночного видения стоят очень дорого.

Короче, пока все шло хорошо. Но раз уж Ахметшин позвонил, зачем брать такси? Пусть приезжает в Гаврилов Посад и встретит нас там. Заодно попробуем узнать, кому принадлежит лес, в котором находится портал, и можно ли выкупить или арендовать здесь кусочек земли. Например, для постройки санатория или базы отдыха.

9

Как и большинство обычных людей, я плохо разбираюсь в государственных законах и указах. Теоретически что-то знаю, а на практике, пока меня это не касается, – дуб дубом. Поэтому никак не мог сообразить, каким образом можно откроить для себя кусочек земли, на которой стоял рунный камень. Ведь это сейчас нам никто не мешал. А что дальше? Рано или поздно придется отправлять на Кромку грузы, и это не только какие-то приборы, которые занимают мало места. Возможно, придется перевозить что-то габаритное. Следовательно, нам понадобится грузовик, а может быть, два или три. И как бы мы ни шифровались, ни прятались и ни маскировались, движение привлечет внимание местных жителей. После чего нами заинтересуется полиция или ФСБ.

В общем, нужно думать прямо сейчас и не откладывать решение этого вопроса на потом. Однако все, на что меня хватило, – найти в Гавриловом Посаде, небольшом городке с населением всего в шесть тысяч человек, чиновника районной администрации, который за материальное вознаграждение пообещал содействие. Хотя, если быть точным, на него вышел не я, а Миша Ахметшин. Он человек бывалый, получил задачу и начал суетиться. Пока мы пристраивали машину в гараж автомеханика, Миша действовал. Отставной омоновец пробежался по кабинетам чиновников, попил чай с секретаршами, провентилировал вопрос и вывел меня на нужного человечка, который принял конверт с несколькими купюрами номиналом в пять тысяч рублей для начала и разъяснил суть вопроса.

Основных вариантов два.

Первый вариант. Мы создаем частное предприятие. Что для этого необходимо? Зарезервировать название предприятия. Подготовить необходимые учредительные документы, такие как протокол собрания учредителей и устав. Открыть временный счет в банке, это в том случае, если уставной капитал формируется путем взносов. Сделать государственную регистрацию частного предприятия. Сделать регистрацию в налоговой инспекции. Сделать регистрацию в Фонде социального страхования по временной потере трудоспособности и от несчастных случаев на производстве. Сделать регистрацию в Пенсионном фонде. Сделать регистрацию в центре занятости. Заказать и получить печать. Открыть текущий счет в банке.

После чего – опля! – появляется новое частное предприятие, которое собирается делать в районе бизнес. Скажем, построить ферму по разведению кроликов, страусов, рябчиков или куропаток. Да хоть марсианских шиншилл, лишь бы имелся бизнес-план и деньги, которые можно сунуть в конверт и передать чиновнику. И под это дело, по программе развития сельского хозяйства, власти выделят нам кусочек земли, который нас заинтересовал. А что там будет на самом деле, вопрос иной.

Второй вариант. Есть группа граждан России, которая желает заниматься общественно-полезным делом. Эти граждане, разумеется, мы с Николаевым, Ахметшин и Костерин. И мы создаем общественный некоммерческий фонд, который своей целью объявляет заботу о подрастающем поколении, пенсионерах, ветеранах локальных войн или сиротах. Для начала мы регистрируем наш фонд в государственных учреждениях и готовим некоторые документы. Составляем Устав общественной организации. Делаем протокол учредителей. Подаем заявление о регистрации и сведения о руководящем составе. Дальше – сведения об учредителях фонда. Уплачиваем регистрационный сбор и передаем пакет документов в Управление Министерства юстиции. Нас проверяют, регистрируют, и мы арендуем у района кусок никому не нужного леса, к которому нет хороших дорог, для создания пионерского лагеря или реабилитационного центра.

Такие вот расклады, и первоначально мы собирались выбрать вариант номер два. Однако в создании общественной организации много подводных камней. В России много некоммерческих объединений, и в этой сфере существует жесткая конкуренция. Куча фондов, объединений и союзов, как гражданских, так и военизированных, постоянно конфликтуют, особенно в последнее время, когда люди активно жертвуют на больных детей, инвалидов, на помощь ополченцам Донбасса или на устройство беженцев. По этой причине проще открыть частное предприятие, ориентированное на оказание туристических услуг, – меньше проблем. И этим занялся Ахметшин, который получил пачку денег и остался в городе. Причем он не понимал, зачем мне земля в богом забытом районе, и сам себе отставной омоновец наверняка задавал вопрос – почему «офицер Конторы» не может решить этот вопрос по своим каналам? Однако мне он этого вопроса не задавал, ибо для него все просто. Я плачу хорошие деньги и не втягиваю его в криминал. Все чисто, и опасности нет. Поэтому он работает.

Как долго Ахметшин будет оформлять частное предприятие и добиваться земли, я не знал. Пять дней. Десять. Двадцать. Месяц. Не столь важно. Главное, что процесс запущен. Контролировать исполнителя я не мог, и оставалось ему довериться. Тем более что хватало других дел.

В Электросталь мы с Колей и Володька отправились на машине Ахметшина, темно-зеленой «ниве», а ему оставили покореженную «вольво». Добрались быстро и поселили мальчишку на квартире Николаева. Если спросят, он его племянник из Мурманска. Проверять всерьез это никто не станет, лишь бы не было неприятностей.

Только присели, переоделись и заварили чай, как появился Костерин со списком того, что нужно закупить. Я давал указание узнать цены и уточнить ассортимент. Парни это сделали, побывали в Москве, заехали на оптовые торговые базы – и вот что вышло. Товара много, и он разный по цене и качеству. Легально купить можно практически все, кроме оружия и наркотиков, только деньги плати. И окончательное решение по тому, что мы возьмем, предстояло принять мне.

Для начала приборы ночного видения, как пример.

Есть ПНВ Dedal 490 DK3 с электронно-оптическим преобразователем поколения XR-5 DEP. Четырехратное увеличение. Светящаяся прицельная сетка типа Mil-Dot с регулируемой яркостью. Высокоточный тактический механизм выверки прицельной сетки. Высококонтрастная светосильная ночная оптика, дающая высокое качество изображения по всему полю. Встроенный безопасный ИК-осветитель, регулируемый по размеру пятна, высоте и углу, который позволяет производить прицеливание в полной темноте. Автоматическая регулировка яркости, обеспечивающая защиту прицела от превышения общего уровня освещенности. Ну и так далее. Вещь хорошая. Как и цена – двести пятьдесят тысяч рублей за один ПНВ, если брать несколько
Страница 17 из 21

приборов на оптовой базе.

А вот другой ночной прицел, среднего качества, Phantom 3x50. Электронно-оптический преобразователь поколения 2+ – 221Г-00-11А. Допускается установка на нарезное оружие с дульной энергией до 6000 Дж и любое гладкоствольное. Трехкратное увеличение. Светосильный объектив диаметром 50 мм. Минимальная дистанция наблюдения 5 метров. Дистанция обнаружения 600 метров. Поле зрения 11 градусов. Прицельная метка сменная, в трех вариантах. Автономный блок питания. Планка Wever 21 мм для крепления дополнительных аксессуаров. Водонепроницаемый корпус. И что немаловажно, есть возможность сделать небольшой апгрейд. Установить инфракрасный фонарь, телескопическую насадку, микрофон направленного действия и лазерный целеуказатель. Цена – девяносто тысяч рублей.

Ну и самый дешевый прибор, Sentinel 3х60 Weaver-Auto. Электронно-оптический преобразователь первого поколения – ЭП33У. Светосильный объектив диаметром 60 мм. Трехкратное увеличение. Титановый корпус. Поле зрения 11 градусов. Цена – двадцать пять тысяч.

В итоге вопрос – что будем брать? Изначально я хотел взять десять ПНВ. Для себя и на подарки преображенским командирам, вождям и ведьмакам. При этом, естественно, хотелось купить самое лучшее. Но десять ПНВ Dedal 490 DK3 – это два с половиной миллиона. Поэтому я решил сбавить обороты. Берем три Dedal 490 DK3, четыре Phantom 3x50 и пару биноклей ночного видения среднего качества. Пока этого хватит.

Дальше – тепловизоры. В технические детали и характеристики вдаваться не стану. Скажу только, что хороший прибор, который будет работать в полевых условиях, стоит от ста пятидесяти до семисот тысяч рублей. Фактически один тепловизор как автомобиль. Дорого? Еще как. По этой причине берем четыре экземпляра в среднем по двести – двести пятьдесят тысяч, не дороже.

Затем оптика: простые бинокли и снайперские прицелы, которые на Кромке в огромном дефиците, как тепловизоры и ПНВ. Сколько ни возьми, все будет востребовано и куплено. Так что покупаем десяток биноклей и пару снайперских прицелов.

Снаряжение и связь. С этим просто. Камуфляжи, маскхалаты, горки и снаряжение для туризма есть повсеместно. Качество, как правило, неплохое. Цена умеренная. Плюс к этому рюкзаки, разгрузки, кевларовые каски и УКВ-радиостанции. Бронежилеты в сторону – на данном этапе это лишнее. Сейчас нужно десять комплектов.

Конечно, можно было и больше всего закупить, на продажу. Только возникает проблема. Расплачиваться с нами станут золотом и драгоценными камнями. Ну и как это все реализовать, не имея надежных скупщиков на Земле? Ответа нет.

Считали долго, и в итоге вышло, что на закупку товаров необходимо потратить три миллиона минимум. И это далеко не все расходы. Ведь нужна новая машина, более мощная и проходимая, чем оставленная в Гавриловом Посаде «вольво». Мне бы хотелось нечто престижное и красивое, что-то вроде «Land Cruiser 200», рекламу которого я недавно видел по телевизору. Но эта машина стоит больше трех миллионов. Взять можно, деньги еще есть. Но траты намечаются немалые. Землю в Гаврилово-Посадском районе оформлять надо. Чиновникам на лапу дать надо. Группу расширять надо. Делать новые закупки после встречи с Родославом, который приведет к порталу вождей племени росанов, тоже надо. Поэтому если и возьму «Land Cruiser», то не новый, четырнадцатого года, а подержанный, двенадцатого. Впрочем, посмотрим. Нужно съездить в Москву и походить по авторынкам. Для разъездов по России прикупить хорошую иномарку, а для походов на Кромку пару «уазиков» или бронетранспортер без вооружения. Это возможно, и цена нормальная. БТР-80 стоит два с половиной миллиона, а БТР-60 – полтора миллиона.

«И зачем мне эти проблемы? – подумал я с легкой тоской. – Как хорошо было одному, в лесах. Иди себе спокойно и ни о чем плохом не думай. А сейчас сам взвалил на себя кучу проблем, которые должен разгребать. Ведь можно все бросить, взять деньги и свалить в Крым, на солнечный пляж, и Анжелку прихватить. Скажем, на месяц-другой. Однако не получится. Есть понимание того, что люди на Кромке нуждаются в моей помощи, и я дал слово, отказываться от которого не собираюсь. Это с сектантами можно поступать не по чести, а нормальных людей обманывать не стоит…»

Мои размышления были прерваны Николаевым, который предложил съездить на арендованный склад, который находился на окраине города, и осмотреться. Я согласился, и, оставив Володьку Макеева на квартире смотреть телевизор, мы спустились вниз. Костерин отдал нам ключи от склада и позвонил сторожу, а сам помчался к своему приятелю, который как раз сидел без работы. Еще один потенциальный боец нашей группы.

– Знаешь, Олег, – сказал Николаев, когда мы выехали со двора, – я никак в толк не возьму, зачем ты взял с собой мальчишку.

– Хочешь знать причины?

– Да, хотелось бы.

– Все просто. Покойный Вадим Рысь не зря его отметил и взял в ученики. У Володьки есть талант, и он может стать ведьмаком или хорошим ведуном. Поэтому я считаю, что такими кадрами разбрасываться нельзя. Это сейчас он мальчишка, которому скоро исполнится одиннадцать лет. А что будет через пять лет или десять? Он станет воином, который бывал не только на Кромке, но и на Земле. Мы из него такого профессионала вырастим, что демоны при одном упоминании его имени будут дрожать.

– Однако это получится лишь в том случае, если с ним заниматься и тебя не убьют.

– Верно. Но если даже не получится с ним заниматься, по крайней мере, он пересидит на Земле смутное время. Как только в Преображенском анклаве все наладится, можно вернуть его обратно. Это все или ты еще о чем хотел поговорить?

– Меня многое беспокоит, и в частности – вопрос финансов. Такими темпами, как ты тратишь деньги, они вскоре закончатся. И что потом?

– А сам как думаешь?

– Наверное, начнем охоту на богатых сектантов.

– Правильно. Ты, кстати, со мной?

Николаев кивнул:

– Теперь уже да. После похода на Кромку я с тобой. Не хочется в грязь лезть, других людей убивать, пусть и сектантов-сатанистов, но придется.

– Ребят подключаем?

Он немного подумал и ответил:

– Костерина можно, а вот Ахметшина не стоит.

– Я тоже так думаю. Костерину терять нечего, парень резкий, и, если его правильно мотивировать, он пойдет с нами. А бывший омоновец обременен семьей, может наделать глупостей и отправиться к своим товарищам на доклад. Сейчас он на своем месте, бегает по кабинетам и бумаги оформляет, вот пусть этим и дальше занимается. А вообще нам люди нужны. Много чего нужно: выход на криминал, на подпольных оружейников и фармацевтов, больше техники и оружия. Однако главная ценность – люди. Не бомжи какие, сам понимаешь, а вояки и техники. Кто-то должен здесь находиться, присматривать за складом, который станет перевалочной базой между Москвой и Гавриловым Посадом. Кто-то должен ремонтировать битую технику и оружие. Кто-то должен сбывать золото и камушки, полученные от продажи земных товаров. Кто-то должен сидеть в Гавриловом Посаде, а кому-то придется окопаться на Кромке. А есть еще конкуренты, контролирующие другие порталы, и за ними кто-то должен наблюдать.

– Понимаю, Олег… – Николаев поджал
Страница 18 из 21

губы, почесал затылок и сказал: – Пока новых кандидатов нет. Я звал знакомых, но откликнулись только Костерин и Ахметшин. Завтра еще люди подойдут, двое или трое.

– Ничего. И так уже немало сделано.

За разговорами добрались на склад. Я посигналил – и сторож, пожилой пенсионер, открыл ворота. Заехали внутрь и осмотрелись. Что сказать? Все в норме. Территория огорожена бетонными плитами, и в центре большой ангар – хоть машины загоняй, хоть товары храни, хоть людей на временное проживание определяй. Начало положено. Я на Земле вторую неделю, а уже есть сотоварищи и какая-то база. Неплохо. Но где взять людей? Где?! Где? Где?..

– Блин! Хоть объявление в газету давай.

– Какое объявление? – Николаев посмотрел на меня, и в его взгляде было недоумение.

Оказывается, я сам не заметил, как озвучил свои мысли.

– Говорю, что можно дать объявление в газету о наборе людей. Бред, конечно. Не обращай внимания.

– Слушай, Олег, – он усмехнулся, – а ведь можно попробовать. Чем мы рискуем?

Я пожал плечами:

– Ничем.

– Тогда давай попытаемся. Дадим объявление в газету, пустим бегущую строку по местному телевидению и создадим группу в социальных сетях. Пусть люди сами приходят, а мы станем выбирать одиноких и крепких, кому нечего терять. А попутно ты станешь их сканировать.

– Что же, давай попробуем. Вряд ли из этого что-то выйдет, но хоть развлечемся.

10

Время летело очень быстро.

Как и собирались, мы дали объявление о наборе людей.

«Тяжелая работа для настоящих мужчин. Длительные командировки. Высокая зарплата. Звонить с 13.00 до 15.00. Прием после собеседования». В конце контактный телефон Николаева.

Объявление стандартное. Можно подумать, что ведется набор рабочих на Крайний Север или наемников в одну из горячих точек, которых в мире хватало. Текст объявления появился в вечерней новостной программе местного телевидения и в газете. Каков будет результат, неизвестно, но мы этим не заморачивались. Возможно, что-то получится, а может быть, и нет. В конце концов, попытка не пытка.

На следующий день рано утром Костерин привел своего приятеля, крепкого парня, который сразу стал вести себя нагло и рассказывать небылицы. И в Москве он бандитом был, и местная братва его уважает, и по жизни он крутой человек, и в полиции знакомства, и служил в элитном спецназе, настолько секретном, что о нем нельзя говорить, и парашютист, и каратист. Мне это не понравилось, а сканирование показало, что внутри его гнильца. По этой причине от услуг парня отказались.

Потом появился еще один кандидат, очень худой, можно сказать, истощенный мужчина лет сорока в грязной футболке и потертых джинсах. Этого пригласил Николаев и отрекомендовал его как отличного снайпера, который несколько лет назад выигрывал престижные состязания по стрельбе. Но… Если он такой титулованный стрелок и есть спортивные достижения, то почему у него нет денег на нормальную одежду и в целом он выглядит, словно бомж из подворотни? Непонятно, и я хотел его прогнать. Однако, по настоянию Николаева, решил послушать историю мужичка.

Звали его Соловьев Петр Геннадьевич. Тридцать пять лет, но выглядит старше. В самом деле хороший стрелок, спортсмен. Только в жизни ему не повезло. Пару лет назад развелся с женой, которая отсудила у него все имущество, забрала детей и свалила в Польшу. А он запил, и бывшая супруга определила его в психоневрологическую клинику, откуда Соловьев выбрался, но справка, что титулованный спортсмен находился на лечении, поломала ему все. В итоге он обнищал, но не опустился. Теперь ищет работу, но пока тщетно. А тут предложение Николаева. Была не была. Он решил попытать счастья и не прогадал, поскольку был принят на должность инструктора в юношеский лагерь. По крайней мере, на словах. Так я ему объяснил, и он поверил.

Итак, Соловьев в нашей команде. На этом кастинг закончился, и мы, опять оставив Володьку дома, на двух машинах отправились в Москву, за покупками.

Справились быстро. Купили все, что собирались, по списку, и заехали на пару складов, которые занимались продажей промышленного оборудования. Затем высадили Соловьева – пусть приобретет нормальную одежду и навестит старых знакомых, – а Костерина отправили на первую базу, так стали называть арендованный склад в Электростали. После чего присели в тихом кафе на окраине и стали принимать звонки от тех, кто ознакомился с нашим объявлением.

За три часа поступило семнадцать звонков, и, честно говоря, я не ожидал от этой затеи ничего хорошего. Однако я ошибался. В стране, как и в мире, кризис. Поэтому люди искали, куда можно пристроиться. И в итоге на собеседование мы пригласили восемь человек: автомеханика, слесаря, двух каменщиков, трех профессиональных бойцов, которые недавно служили в армии по контракту, и одного молодого парня, хорошо разбирающегося в компьютерах. Встреча вечером.

Отключив телефон Николаева, отправились обратно в Электросталь. Машину вел Коля, а я перебирал и просматривал взятые на складах цветные рекламные буклеты по продаже различного оборудования. Их я собирался передать росанам и преображенцам – пусть выбирают, что нужно, а мы привезем. И пока я рассматривал фотографии, а попутно вчитывался в характеристики, нашел немало интересного.

Например, оборудование для швейной мастерской. За триста тысяч рублей полный комплект. Может это пригодиться жителям Кромки? Разумеется.

А дальше – целый список того, что мне приглянулось и понравилось:

– мини-АЗС за четыреста тысяч рублей. Это двустенный резервуар для топлива и колонка для заправки;

– установки для бурения скважин под воду за семьдесят тысяч;

– ямобуры для бурения строительных скважин, полный комплект за два с половиной миллиона;

– гвоздильный автомат АСГ-4.02 производительностью 350–500 гвоздей в минуту. Цена – полмиллиона;

– оборудование для производства кирпича. Гидравлический пресс ПГ230 производительностью 930 кирпичей в час. Цена – девятьсот тысяч. Или формовочные поддоны разных типов по цене от двух до трех миллионов;

– автоматический станок АСУ-174 для плетения сетки-рабицы производительностью сорок пять рулонов в сутки. Цена – двести тысяч;

– станок для производства колючей проволоки диаметром от 1,7 до 2,6 мм. Цена – триста пятьдесят тысяч;

– мини-станок для производства арболитных блоков. Производительность один блок в минуту. Цена – сорок тысяч рублей. Или целая комплексная линия, которая способна производить арболитные блоки разных размеров, и стоит триста тысяч;

– мобильный бетонный завод Semix 35. Производительность 35 кубометров в час. Цена – шесть миллионов;

– мини-заводы по производству топлива, нефтеперерабатывающие заводики. Производительность разная, от тонны до двух в сутки. Цены от миллиона до двух;

– ленточные пилорамы: LT20 – полмиллиона, «ЛП 60 Фермер» – сто пятьдесят тысяч. «Тайга Т-2М» – сто шестьдесят тысяч;

– полный комплект оборудования для производства муки. Большие платформенные весы – тридцать тысяч. Фермерская мельница производительностью двести килограммов муки в час, четыреста двадцать тысяч. Агрегат для очистки и подготовки
Страница 19 из 21

зерна к помолу ПТМА-4 – шестьсот тысяч;

– камнерезный станок для обработки дикого камня Nuova Battipav Prime 700. Цена – двести тысяч…

В общем, полезного оборудования хватало, и среди всего прочего на глаза попался мини-пресс для изготовления сувенирных монет с комплектом заготовок. Вроде бы игрушка, но если сделать свою заготовку, можно чеканить и выпускать любую монету. А то на Кромке только Каменец свои рубли печатает. Остальным некогда, а ведь это несложно, и цена мини-пресса всего сорок пять тысяч рублей.

Представив монеты со своим профилем, я улыбнулся и покачал головой. Чепуха это. Да и с оборудованием не все так просто, как может показаться сначала. Все станки, прессы и аппараты, которые я могу поставить преображенцам и росанам, работают от электричества. А на Кромке с этим проблема. Есть три гидроэлектростанции на все цивилизованные анклавы, но их энергии хватает не всем и не всегда. Значит, нужно строить новые. А это дополнительное оборудование и привлечение специалистов с Земли, потому что своих мало или совсем нет.

Конечно, можно построить солнечные накопители, ветряки и теплоэлектростанции, а пока временно обходиться промышленными дизель-генераторами. Но за все надо платить: за оборудование, людей, топливо и оружие. А есть ли у коренных жителей Преображенского анклава такие средства? Очень сильно в этом сомневаюсь. Пока был жив Вадим, он для преображенцев ничего не жалел. Однако теперь его нет, и свои финансовые проблемы им придется решать самостоятельно, как и росанам, которые не имеют никакой промышленности и не стремятся делать шаг в индустриальную эпоху.

Я убрал проспекты и буклеты в пакет, а потом подумал о том, что проблемы преображенцев и росанов меня касаться не должны. У них свои лидеры, вожди и командиры. Вот пусть они о своих людях и думают. А мое дело снабжать их, учиться, развивать собственные навыки и копить силу, а попутно, если получится, строить собственную структуру. Таковы приоритетные цели, а в процессе можно создать отдельную колонию. Причем не обязательно в Перуновых горах. Кромка большая, и места хватит всем.

Наконец мы доехали до родного города. Володька, который за ночь освоил компьютер, рубился в стрелялку и отрываться от нее не собирался. Костерин на первой базе, сортирует и упаковывает наши покупки. А мы с Николаевым поужинали и стали ждать кандидатов, которых вызвали на собеседование.

Люди пришли. Только было их не восемь, а пятеро, остальные не смогли или решили поискать вакансию где-то в другом месте. Разговаривал с ними Николаев, а я находился рядом, слушал и сканировал посетителей. Получалось это у меня неплохо, хотя иногда бывали сбои. Но в целом собеседование прошло нормально, и осталось три человека. Компьютерщик Костя Асеев, детдомовец, который не видел в этой жизни ничего хорошего. Сержант запаса Тимур Алексин, профессиональный связист, с опытом боевых действий на Северном Кавказе. И автомеханик Илья Коростелев, старый, но все еще очень подвижный дед.

Приоритет отдавался одиноким людям, которых никто не станет искать. Они свободны и не имеют привязанностей. Значит, с ними можно отправиться на Кромку или поручить им какое-то дело. Тем более что сканирование показало: люди они честные и без двойного дна.

Куда направить новых работников, я особо не думал – будет день, и будет работа. Выдал каждому небольшой аванс в размере десяти тысяч и отправил людей по домам. Сбор завтра, на первой базе. Договор, если он кому-то нужен, подпишем после получения документов на частное предприятие «Чертополох», именно такое название подобрал для ЧП Ахметшин. Конкретно о работе говорили мало. Будут длительные командировки, а зарплата сто тысяч в месяц, не считая премиальных. Но это потом, а пока работа в городе и в соседних областях.

Люди разошлись, но на этом рабочий день не закончился. Оторвав Володьку от компьютера, с флешки Олексы я скопировал книгу древнего ведуна Мирослава Змея, жившего в Каменце более ста лет назад, под названием «Ведовство и обряды». Пора учиться, и первое задание мальчишке – прочитать ее «от корки до корки». Потом пересказ. И ему польза, и мне экономия времени.

После этого вместе с Николаевым я выехал в город. Деньги скоро закончатся, пора искать сектанта, у которого есть финансы. Один такой обосновался неподалеку, и настала его очередь последовать за своими духовными учителями.

Кто таков? Некто Замойский Борис Андреевич. В девяностые годы считался криминальным авторитетом и держал общак небольшой, но крутой бандитской группировки. Рядовых быков уничтожили в двухтысячном или посадили, а он уцелел, выехал из Москвы, поселился на отшибе и жил достаточно скромно. Несколько автомашин и особняк с высоким забором на окраине города, а помимо того вилла в Испании. У такого человека было что взять, и он остерегался. Охраняли его по местным меркам неплохо – пара бандитов, бывшие спортсмены, постоянно находились на территории особняка плюс собаки, здоровые откормленные овчарки. Это было отмечено в документах сектантов. Но я считал, что для нас это не преграда. Собак выпускают во двор после полуночи, а охранников и Замойского убрать несложно, это я могу сделать самостоятельно.

Правда, Николаев сомневался, стоит нам его убивать или нет. Однако я показал ему фотографии с кровавыми ритуалами, в которых Замойский принимал непосредственное участие, и Коля со мной согласился. Да, такой человек недостоин топтать землю и дышать воздухом. Его место в аду.

Сразу убирать сектанта мы не собирались. Пока только провели разведку и разъехались поздно ночью.

Так прошел еще один день. А на следующий новые заботы и хлопоты.

Позвонил Ахметшин и доложил, что дело движется. Но есть небольшая проблема. Ему показалось, что за ним следят, – в маленьком городке обнаружить хвост несложно. Как на это реагировать, он не знал, и я велел не беспокоиться, а сам подумал, что, возможно, за ним наблюдали наши конкуренты. Они узнали, что земля с рунным камнем может уйти, забеспокоились и стали проверять, кто за этим стоит. Вполне ожидаемо, но пока ничего страшного, разберемся.

Потом из Москвы вернулся Соловьев, который сказал, что, если нужно, он сможет подтянуть пенсионеров, которые еще в советское время воспитывали чемпионов, а сейчас не у дел. Я ответил, что сейчас никого дергать не нужно, и начал развод сотрудников на занятия и работы.

Костерину поручил снять офис, который станет нашей штаб-квартирой.

Соловьев вместе с ним. Пусть покатается и развеется.

Асееву – задача купить пару компьютеров и ноутбуков для офиса, а также хороший принтер. Заодно пусть создаст несколько аккаунтов и группу в социальной сети. Главная цель группы – привлекать одиноких людей, которым нечего терять. Предлагать высокооплачиваемую работу, но без подробностей. Пусть отсеивает людей и собирает анкеты.

Алексину – приказ приобрести несколько списанных, но рабочих армейских радиостанций. Узнать, что, где и почем. Попутно он может оборудовать на складе жилой угол. Все равно ему жить негде. Минувшую ночь перекантовался в общаге, а куда дальше –
Страница 20 из 21

неизвестно.

Коростелев отвечает за автомашины. Осмотр, ремонт и покупка новых автомобилей, на нем же поиск хорошего внедорожника и «уазика». Если понадобится, может съездить в Москву. Это раз. А еще нужна автомастерская. Он знает, какое оборудование необходимо купить, так что за ним еще составление списка и расклады по ценам. И это два.

Народ занялся делом, и движение пошло, хоть и со скрипом. День обещал быть хорошим, и Николаев спросил:

– Олег, куда сейчас?

– А сегодня какой день недели?

– Среда.

– Тогда едем на кладбище.

– Зачем?

– Если получится, познакомлю тебя с одной милой старушкой.

Он меня не понял, но промолчал, и через полчаса мы приехали на кладбище. Валентина была здесь. Она в одиночестве бродила среди могил, и, оставив Николаева в машине, я направился к ней.

11

Я остановился за спиной Валентины, которая смотрела на заросшую травой старую могилку без фотографии, и она, не оборачиваясь, спросила:

– Все-таки пришел?

– Да, – ответил я.

– Сектанты возле портала – твоя работа?

– Моя.

– И чего ты от меня хочешь?

– Мне нужны ответы на вопросы.

Старуха тяжело вздохнула и обернулась. Она поймала мой взгляд, и на миг я выпал из реальности. Все вокруг вздрогнуло и поплыло, а потом темнота и ощущение цепкого взгляда, который изучает меня и просеивает воспоминания. Покойный учитель ничего подобного не делал – то ли не хотел, то ли не умел, – а старуха с Земли, оказывается, обладала большей силой, чем он.

Впрочем, изучала она меня недолго, пару секунд, и этого ей хватило. После чего Валентина отвернулась, и меня отпустило, а затем старуха сказала:

– Ты не знаешь, кто я такая, и это хорошо. Во многих знаниях, как общеизвестно, многие печали. Но иногда именно знание позволяет разумному существу выжить, а ты человек необычный, хотя бы потому, что владеешь ключом от порталов, и я отвечу на твои вопросы. Не на все, а лишь на некоторые. Спрашивай.

Уняв внутреннее волнение, я собрался и спросил:

– Скажи, где я могу найти учителя, который возьмется меня обучать?

Она улыбнулась, покачала головой и задала встречный вопрос:

– А ты уверен, что тебе нужен учитель?

– Наверное, нужен. Как же без него?

– Очень просто. Все знания в тебе, в твоей крови, в генах. Тебе не нужен наставник. Иди своим путем – и со временем поймешь, что учить человека, в котором проснулся талант, только портить. Каждый из нас сам по себе неповторим, а обучение загоняет людей в определенные рамки, меняет их и делает похожими на учителей. Потому я и говорю, что учитель не нужен. Доступ к памяти крови есть, библиотека Вадима у тебя, артефакт, который подстегнет развитие ведовских талантов, скоро получишь. Чего тебе еще желать? Так что забудь про ученичество.

Определенный смысл в словах Валентины был, и, согласно мотнув головой, я задал второй вопрос:

– Откуда ты так много знаешь обо мне?

– Мы на разных уровнях. Для меня ты – словно букашка, и не можешь скрывать своих мыслей. Не обижайся, но это так.

– Если ты такая сильная, почему не защищаешь простых людей, которых сектанты режут, словно скот?

– Мне это ни к чему. – Старческие сухие губы изогнулись в кривой усмешке. – Что мне до людей, которые сожгли моего дедушку на костре? Что мне до людей, которые изнасиловали мою мать, а потом забили ее камнями, как ведьму? Что мне до людей, которые указали воинам Протоинквизиторского приказа на дом моего любимого? Что мне до людей, убивших моего старшего сына? За те века, что я живу, сердце мое ожесточилось. Былые враги стали друзьями или союзниками, а друзья и дорогие мне люди умерли или погибли от рук простых людей. Поэтому я в стороне от войны. Она меня не касается. Ну, режут сектанты людей, и что? Это зло, которому тысячи лет. Но разве мало его в мире? На фоне того, что творят люди, это капля в огромном море.

– Не все плохие, в душах многих людей нет зла!

– Все виновны, и на каждом есть грязь.

– Даже на детях?

– Они расплачиваются за грехи своих предков.

Услышав такое от Валентины, я хотел отвернуться и уйти. Однако заставил себя остаться и продолжил расспросы:

– Я тебя не пойму, Валентина. Если ты не хочешь помогать людям, тогда ради чего живешь?

– Ты невнимательно меня слушал. Людям я помогаю, а вот воевать за них не собираюсь. Ты думаешь, я одинокая и никому не нужная старуха? Но это не так. У меня есть семья, и я живу ради своих близких.

– Хорошо. Однако если на Землю вторгнутся демоны, твоих родственников уничтожат, или они пойдут служить нелюдям.

– Какой же ты молодой и глупый. Дитя, и только. Интересно будет поговорить с тобой лет через сто, а лучше двести, вдруг поумнеешь. А пока скажу тебе одно – ты многого не знаешь. Что ты видел в жизни? Ничего. Ты считаешь демонов врагами, против которых нужно бросить все силы. Однако они далеко не самые главные противники человечества. Демоны, по сравнению с главными недоброжелателями нашей расы, словно карапуз в памперсах против закованного в доспехи рыцаря. А насчет моей семьи не беспокойся, она в безопасности.

– А-а-а…

Хотелось задать еще вопрос, но старуха приподняла ладонь и сказала:

– Пожалуй, хватит. Прощай. Коль не оставит тебя удача, еще свидимся.

Она плавно взмахнула сухой ладошкой, я моргнул и обнаружил, что Валентины нигде нет.

Старуха оставила меня и ушла, а я этого не заметил. Это какой же силой она обладает?

Покинув кладбище, я вышел к машине, и Николаев спросил:

– Что это было, Олег?

– А ты что видел?

– Ты подошел к старухе, которая похожа на бомжиху. Вы о чем-то говорили, а потом она взмахнула рукой. Ты остался стоять, а она прошла мимо и сказала мне, чтобы полечил глаза у хорошего целителя на Кромке. Затем села в автобус и уехала. Может, догоним ее?

– Нет. Не стоит. Эта старуха только с виду простая, а захочет – нас обоих в бараний рог согнет.

– Она такая крутая?

– Да. – Я сел в машину и сказал: – Поехали отсюда.

Опять рабочая суета. Мы заехали в офис, который снял Костерин, и понаблюдали за тем, с каким рвением компьютерщик таскает в помещение коробки с системными блоками, мониторами, принтерами и ноутбуками. Он уже воспринимал меня как работодателя и стремился показать свою полезность. Поэтому трудился без перекуров и отдыха.

Потом на телефон Николаева стали поступать звонки, и он, разговаривая с людьми, кому-то отказывал, а кого-то приглашал на собеседование. А через пару часов один за другим появились искатели больших заработков. Люди разные, и было их полтора десятка. Кажется, выбор есть. Только нам никто не подошел. У кого-то лицо пропойцы или истыканные иголками руки, а у кого-то семья, жена и дети. Алкаши и наркоманы не нужны, народ дрянной и ненадежный, а от семейных много проблем. Ведь если пропадет человек, его начнут искать.

Наконец наступил вечер, и мы с Николаевым стали собираться на дело – грабить Замойского. План простой. Подъезжаем с тыла. Оставляем в машине Костерина, а сами перебираемся через стену и оказываемся во дворе. Система видеонаблюдения в особняке есть, но, как показала слежка за домом, она не работала, охранники в это время обычно смотрели телевизор,
Страница 21 из 21

а собаки находились в вольере. Через заднюю дверь проникаем в дом и валим охрану, а затем занимаемся хозяином, который в последнее время, после убийства главных сектантов, притих и начал паковать вещи. Как бы не сбежал, сволочь. Поэтому надо торопиться.

Однако вечер пошел совсем не так, как мы предполагали…

На телефон поступил звонок. Я ответил, и мужской голос спросил:

– Валера, ты где?

– Вы ошиблись.

– Извините.

Звонок сбросили. Кто-то набрал неверный номер, так бывает. Однако что-то меня насторожило, и я обзвонил всех своих.

Костерин возле машины, ждет под офисом. Соловьев с Алексиным на первой базе, устраиваются на ночлег. Коростелев выехал в Москву, ночь проведет у друзей, а с утра будет на авторынке. Володька в квартире Николаева. Асеев и Коля вместе со мной в офисе. А вот Ахметшин не ответил. Абонент вне зоны действия сети. Спросил Николаева, когда он звонил в последний раз, и Коля сказал, что крайний выход на связь был три часа назад. Ахметшин доложился, что все в порядке, и поинтересовался адресом офиса.

В общем-то ничего подозрительного, но я напрягся. А когда вышел на улицу, почувствовал, что за мной наблюдают. Покосился в сторону ближайшего переулка и обнаружил темный внедорожник. Днем его не было, а сейчас там сидели люди. Было их двое. Напряжены и наблюдали за мной. Сомнений в этом не было. Опля! Кто-то на нас вышел. И кто бы это мог быть? Вариантов немного. Либо полиция, либо сектанты, либо конкуренты.

– Выезжаем? – Вслед за мной на улицу вышел Коля.

– Да. Только не туда, куда собирались. Едем на склад.

– Как скажешь. – Он пожал плечами.

Мы сели в машину Костерина, добрались до базы, а внедорожник последовал за нами. Значит, я не ошибся. И как поступить?

Раньше, год назад, если бы я оказался в подобной ситуации, наверное, постарался бы спрятаться и отсидеться. А сейчас, после всего что со мной произошло, мне ближе активные действия, атака и наступление. Чего бояться тому, кто сражался с живыми мертвецами, бесами, дикарями и сектантами? На мне столько крови, что убрать еще двух человек не проблема. Хотя убивать мужиков, которые за нами следили, пока не стоит. Нужно поступить иначе.

Когда машина заехала на территорию склада, я обратился к Костерину:

– Саша, за нами хвост был. Ты его заметил?

– Нет. Не обратил внимания.

– Хвост? – в разговор вклинился Николаев.

– Именно. За нами следили.

– И что теперь?

– Я хочу спеленать этих ребят, их всего двое. Место глухое, окраина. Сейчас возьмем этих барбосов и вывезем за город. Мы с тобой на их машине, а Саша следом. В лесополосе пообщаемся, поймем, кто против нас, а потом примем решение. Если полиция, отпустим. Если криминал, уберем.

– В смысле уберем? – Костерин обернулся и покачал головой: – Предупреждаю сразу, я на мокруху не подпишусь.

– И не надо. Ты главное не дрейфь. Если что, я все на себя возьму.

– А как их скрутим? – Этот вопрос от Николаева.

– Они наверняка за углом остановились. Это единственный выезд со склада. Я перелезу через забор и подойду к ним с тыла, а вы подъедете, когда вызову.

Саша промолчал, а Коля покачал головой:

– Опасно одному. Ты не сможешь. Давай я с тобой пойду.

Я знал, что Коля меня не оставит, был в этом уверен, и не ошибся.

– Ладно. Ты со мной. Саша, ждешь сигнала. Как понял?

– Понял, – пробурчал Костерин.

– Все. Работаем.

Костерин развернул автомобиль, а мы с Николаевым, поприветствовав Соловьева и Алексина, которые выглянули из ангара, подошли к стене и приставили к ней лестницу.

– Может, все-таки не стоило Костерина подключать? – спросил Николаев.

– Посмотрим, – взбираясь на лестницу, отозвался я. – Он должен выдержать, парень крепкий, а если начнет артачиться, отправим его на Кромку. Там он лишнего не сболтнет. Все равно надо людей привлекать.

– А если что-то пойдет не так?

– Если… Если… При таком раскладе мы с тобой уйдем в параллельный мир… Там тоже люди живут… И начнем все заново на другом портале…

Николаев шмыгнул носом и полез за мной.

Перебравшись через стену, мы обошли склад, и я выглянул из-за угла. Внедорожник стоял под деревьями, в тени, а наблюдатели находились рядом. Они курили, посматривали на дорогу и тихо переговаривались. Вели себя расслабленно, и я посмотрел на Николаева, который подобрал тяжелую палку.

– Готов? – прошептал я.

– Да.

– Пошли. Мой слева. Твой справа.

– Ясно.

Достав «стечкин», я направился к наблюдателям и услышал обрывок их разговора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=18396694&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.