Режим чтения
Скачать книгу

Имитация читать онлайн - Нора Робертс

Имитация

Нора Робертс

Ева Даллас #47

Пока Нью-Йорк готовится к Рождеству, лейтенант полиции Ева Даллас и ее коллега Пибоди расследуют жестокое убийство. Обычный на первый взгляд фитнес-тренер найден мертвым в своей квартире. Кому мог помешать милый парень, единственными грехами которого были самолюбование и страсть к модным вещам? Это и предстоит выяснить лучшему следователю города. Как и то, что убийство на самом деле – лишь верхушка кровавого айсберга.

Нора Робертс

Имитация

Nora Roberts

FESTIVE IN DEATH

Festive in Death – Copyright © Nora Roberts 2014

This edition published by arrangement with Writers House LLC and Synopsis Literary Agency.

© Лебедева Н., перевод на русский язык, 2016

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

У греха много инструментов, но ложь – это рукоять, подходящая к любому орудию.

    Оливер Уэнделл Холмс

На Рождество веселым будь –

Лишь раз в году оно к нам торит путь.

    Томас Тассер

1

Ох уж эти мужчины, думала Сима. Никчемный народец. Отдубасить бы до смерти клюшкой для гольфа, да куда там!

Но это еще не значит, что девушка не имеет права на месть. И тут Сима была настроена очень решительно.

Кому-кому, а Трею Зиглеру явно не помешает хорошая взбучка. Этот мерзавец взял да и вышвырнул ее из квартиры, в которой они жили уже не первый месяц и на которую у Симы было столько же прав, сколько и у него.

Все семь с половиной недель их неофициального сожительства она честно выплачивала свою долю за жилье. Расходы на еду и выпивку тоже делились пополам. Уборка и вовсе лежала на ее плечах (ленивый ублюдок!), не говоря уже о покупках. Вдобавок за эти семь с половиной недель она отдала ему лучшие годы своей жизни!

Плюс секс.

Словом, после мучительных размышлений, обстоятельных переговоров с друзьями, двух десятиминутных медитаций и шести рюмок текилы Сима окончательно определилась, как, где и когда осуществит свое возмездие.

Насчет как договорились быстро. В дело пойдут все та же клюшка для гольфа, обширная подборка кашемировых носков и чесоточный порошок. Где? Ну, это понятно: в их крохотной квартирке над салоном пирсинга и тату в Вест-Виллидж.

Когда? А вот прямо сейчас!

Наверняка этот жлоб не удосужился сменить замки. Да и зачем? Он же не знает, что Сима сделала копию считывающей карточки и вручила ее на хранение подружке сразу после того, как они вселились в эту квартиру.

А если и сменил, ничего страшного. Подружка сказала, у ее знакомых есть знакомые, которые без труда справятся с такой проблемкой.

Конечно, Симе не очень-то хочется общаться с теми, чьи знакомые умеют проникать в чужие квартиры, но жажда мести сильней.

И вот, взяв для поддержки ту самую подружку, она направилась к дому, где провела семь с половиной недель семейной жизни. Добравшись до главного входа, Сима потянулась за карточкой.

Ее улыбка, и без того широкая от возлияний, стала еще шире, когда замок легонько щелкнул и дверь открылась.

– Я так и знала! Чтобы этот жлоб стал тратить лишние деньги на новый код – да ни за что!

– Погоди радоваться, – осадила ее подружка, – нам еще нужно пробраться в квартиру. Ты точно уверена, что его там нет?

– На все сто. За усердную работу начальница отправила его на семинар в Атлантик-Сити. Даровой номер в гостинице, даровая еда, плюс возможность покрасоваться на публике. Трей от такого никогда не откажется!

Сима направилась к обшарпанному лифту, на ходу стягивая перчатки.

– Нет уж, идем пешком. И не снимай перчаток. Ты что, забыла? Никаких отпечатков.

– Прости, и правда забыла. Для меня это первая попытка взлома, – нервно хихикнув, Сима зашагала к лестнице.

– Какой еще взлом? У тебя есть ключ от квартиры. Вдобавок ты за нее платила.

– Всего половину.

– Это Трей говорил, что половину. Ты хоть раз пыталась выяснить, какой была месячная плата?

– Нет, но я думала…

– Сима, пора уже тебе жить своим умом. Та сумма, которую ты отдавала за эту жалкую клетушку, наверняка покрывала всю ее стоимость.

– Я знаю, знаю.

– Поверь, ты почувствуешь себя куда лучше, после того как мы подпортим его носки. Не забыла наш план? Берем по носку из каждой пары и делаем по крохотной дырочке – так, чтобы они поехали. Пока ты возишься с кашемиром, я подсыплю чесоточный порошок в лосьон для бритья. Потом мы подменим клюшку для гольфа и свалим. Ничего больше не трогаем.

– Трей даже не поймет, что к чему! В гольф он отправится играть не раньше, чем кто-нибудь заплатит за него клубный взнос, а к тому времени он про меня и вовсе забудет. Ну а носки доведут его до белого каления!

– Он решит, что их испортили в химчистке. Так ему и надо. Парень, который отдает носки в химчистку, заслуживает кары.

– Точно. А как насчет чесоточного порошка? Жаль, я не услышу этих воплей! Наверняка решит, что у него аллергия. Так ему и надо, скотине!

– Так и надо, – ее подружка первой шагнула в коридор четвертого этажа. – Ну что, Сима, момент истины!

Сима остановилась, пытаясь перевести дыхание. Подъем на четвертый этаж в пальто, шапке и теплых сапогах – декабрь 2060 года выдался таким же студеным, как ее разбитое сердце, – не прошел даром. Сима взмокла и запыхалась.

Суеверно скрестив пальцы левой руки, правой она вытащила карточку и провела по замку.

Тот щелкнул и открылся.

Она торжествующе вскрикнула и тут же получила ощутимый удар локтем.

– Хочешь, чтобы на шум вышли соседи?

– Нет, но…

Не успела она закончить, как подружка пихнула ее в квартиру и плотно прикрыла за ними дверь.

– Включи свет, Сим.

– Момент, – она щелкнула выключателем. – Ну и бардак! Меня не было какую-то неделю, а он уже загадил всю квартиру. Только взгляни, – она шагнула в сторону кухни, – грязные тарелки, коробки из-под пиццы. Фу! Не удивлюсь, если найду тут тараканов.

– Да тебе-то что? Ты тут больше не живешь. Вот и пусть зарастает грязью, если ему так хочется.

– Ну, все-таки. А гостиная! Мало того, что одежду разбросал, еще и обувь! Ну-ка, ну-ка, – наклонившись, она подняла с пола красную туфельку на шпильке и кружевной лифчик в желтый горошек.

– Надо же, никогда не замечала за ним извращений.

– Он не извращенец!

– Я знаю, Сим. Это как раз то, о чем мы тебе говорили. Трей выставил тебя только потому, что начал охоту за новой юбкой. Согласись, он неплохо преуспел за эту неделю. Не смей реветь! – приказала она, взглянув на несчастное лицо подруги. – Держи себя в руках.

Дело прежде всего. Следуя этому девизу, она забрала у Симы лифчик и туфельку и бросила их на пол.

– Давай, берись за носки.

– Я его вроде как любила.

– Вроде как – это всего лишь вроде как. Он обращался с тобой, как с какой-то дешевкой. Тебе самой станет легче, как только ты ему отплатишь. Уж поверь мне.

Симин взгляд будто прилип к кружевному лифчику.

– Меня так и подмывает что-нибудь расколошматить.

– Только не это! Ты умная девочка и действовать будешь по-умному. Кошелек и тщеславие – вот слабые места Трея. Мы нанесем свой удар, а потом утешимся глоточком текилы.

– Одного глоточка будет мало.

– Ладно, что нам считать. Погуляем вволю.

Сима выпрямилась и кивнула. Сжимая для храбрости руку подруги, она направилась в спальню, которую столько времени делила со своим лживым, тщеславным и жадным дружком.

– Никаких тебе рождественских украшений! У него и правда
Страница 2 из 18

холодное сердце.

Тут она попала в точку.

Трей Зиглер сидел на постели, привалившись спиной к подушке. Его каштановые волосы, которыми он так гордился, были заляпаны кровью. Глаза, некогда живые и зеленые, неподвижно смотрели в пространство.

Из загорелой груди торчал кухонный нож, пригвоздивший к телу Трея обрывок картонки. Надпись на картонке гласила:

Санта сказал, что ты плохой мальчик!!!

Ха! Ха! Ха!

Подружка мгновенно пресекла вопли Симы, зажав ей ладонью рот.

– Трей! Трей! – стала вырываться та.

– Заткнись ты, ради бога. Просто помолчи минутку. Вот вляпались так вляпались!

– Он умер! Там кровь. Трей умер!

– Я догадалась.

– Что нам делать? Господи! Что нам делать?!

Конечно, лучше всего дать деру. Но даже в таком паршивом местечке можно наткнуться на охрану. А вдруг кто-то видел, как они заходили в квартиру? Или слышал, как они планировали возмездие за рюмкой текилы?

– Для начала успокойся. Уймись и ничего не трогай. А я тем временем привлеку знающего человека.

– Кого-то, кто поможет нам избавиться от тела? – Сима судорожно сжала руки. – О господи!

– Да опомнись ты, ради бога. Я хочу привлечь копа.

* * *

Два часа ночи, а тебе не остается ничего другого, как только выкатиться из теплой постели, променяв домашний уют на стылый холод декабря. И все ради чьего-то трупа. Или пьяной шутки одной особы, которая и в лучшие-то дни действует ей на нервы.

В такие минуты как нельзя лучше понимаешь, что это за собачья работа – быть копом.

Но лейтенант Ева Даллас была копом, и в скором времени ее машина тормозила у обветшалого домика в Вест-Виллидж. Схватив свой рабочий чемоданчик (на случай, если там и правда есть труп), она застучала каблуками по мерзлому тротуару.

Не успела она воспользоваться универсальным ключом, как дверь звякнула и отворилась.

Лифт был под стать всему зданию, но Ева все-таки шагнула внутрь – уж очень хочется побыстрее разобраться с делом.

Сунув замерзшие руки в карманы кожаного пальто (о перчатках она и не подумала), Ева мрачно уставилась на старенькую панель. Карие глаза ее будто поторапливали цифры, неспешно сменявшие друг друга на табло: второй этаж, третий. А вот и четвертый!

Двери лифта распахнулись, и Ева шагнула в коридор. Всякий, кто взглянул бы на нее сейчас, ни на мгновение не усомнился бы, что эта высокая, худощавая женщина с копной каштановых волос настроена не слишком дружелюбно.

Не успела она грохнуть кулаком по двери, как та открылась. На пороге стояла женщина, которая регулярно делала ей стрижку (хотела того Ева или нет). Женщина, которой доводилось видеть Еву обнаженной (а уж этого она хотела меньше всего!).

– Если решила меня разыграть, даже не надейся на поблажку. Отправишься в участок за ложное сообщение.

– Бог с тобой, – Трина вскинула руку с праздничным красно-зеленым маникюром. – Его зовут Трей Зиглер, и он валяется мертвым у себя в спальне, – второй рукой она втянула Еву в квартиру.

– Это еще кто? – кивнула та в сторону женщины с огненно-рыжими кудряшками на голове. Незнакомка держала в руке что-то вроде клюшки для гольфа и рыдала навзрыд.

– Сима. Его бывшая. Она тоже жила здесь.

– Вы тут живете? – обратилась Ева к Симе.

– Да. То есть нет. Жила, но он… я… в общем, он…

Поняв, что Сима окончательно раскисла, Ева повернулась к Трине.

– Оставайся здесь и ни к чему не прикасайся. И за ней последи.

Пять коротких шагов, и она у двери в спальню.

Ладно, про труп ей не соврали.

Поставив на пол чемоданчик, она сообщила в отдел об убийстве и попросила прислать свою напарницу.

– Ты, – обратилась она к Симе, – сиди здесь и ничего не трогай.

Затем кивком головы предложила Трине пройти с ней на кухню.

– Если Сима здесь не живет, то как вы попали внутрь?

– У нее остался ключ. Точнее, дубликат, который она дала мне, когда въехала сюда. Парень выставил ее лишь неделю назад.

– Так с какой стати вы заявились сюда, да еще пьяные? И не лги мне. Это видно невооруженным глазом.

– Всего лишь полупьяные, – по лицу Трины скользнула слабая усмешка. Она невольно поежилась под немигающим взглядом Евы, качнув замысловатой рождественской прической. – Ладно, давай начистоту, хорошо? Трей ее выгнал. Сима пришла с работы, а он вручил ей чемоданчик с вещами и заявил, что между ними все кончено.

– И они поцапались.

– Какое там. У этой девчонки совсем нет характера. Только подумай, она платила за квартиру! Трей говорил, что половину, но я-то знаю, сколько стоит такая дыра! Декабрь она тоже оплатила, так что у нее все права на жилье. Верно?

– Продолжай, – поторопила ее Ева.

– Ладно. В общем, Сима разрыдалась, забрала вещички и ушла. С неделю она молчала о случившемся, поскольку, как она заявила позже, ей было стыдно. Но потом я заставила ее выложить все подчистую.

– И?

– И?

– Давай вернемся к этому вечеру и мертвому парню.

– Понимаешь, сегодня мы всей компашкой собрались после работы, чтобы расслабиться за рюмочкой текилы. И в какой-то момент все решили: а почему бы не отплатить этому подонку? Мы-то думали, что он сейчас в Атлантик-Сити. В общем, мы с Симой купили игрушечную клюшку и чесоточный порошок. Порошок мы хотели подсыпать в крем для лица, пластмассовой клюшкой подменить одну из настоящих, а еще подпортить ему кашемировые носки. Вот и все. Мы явились сюда, прошли в спальню и увидели труп. Тут-то я и позвонила тебе.

– Чесоточный порошок?

– Та еще гадость, – умудренно кивнула Трина. – Он бы соскреб себе все лицо до костей. Поверь, он это заслужил. Только взгляни на бедняжку.

Сима сидела, безвольно склонив голову. По лицу у нее текли слезы.

– Господи Иисусе. Ты хоть знала этого парня?

– Встречались. Массажист и личный тренер из «Супер-Тела», фитнес-центра, который находится возле моего салона. Их ребята часто ко мне заглядывают. Ну а Сима работает на меня. Так они и познакомились.

– А сама ты бывала у него в постели?

– Вот еще! – глаза Трины, подведенные чем-то изумрудно-зеленым и блестящим, полыхнули от негодования. – Парень – самовлюбленный идиот. Я могу найти и получше. А вот Сима считала, что лучшего она не заслуживает. Заниженная самооценка, знаешь ли.

– Красные туфельки и лифчик – это чье?

– Понятия не имею. Точно не Симы.

– Ладно, оставайся здесь.

– Эй, Даллас, не дави на нее, ладно? Сима – хорошая девчонка. Это из-за меня она вляпалась в такую переделку. Я думала, ей здорово полегчает, если она отплатит этому ублюдку. Если бы не я, мы бы сюда и не сунулись и тело нашел бы кто-нибудь другой.

– Пока я склонна предположить, что вы обе прикончили его, а потом позвали меня, чтобы я прикрыла ваши задницы.

У Трины вырвался пьяный смешок, но под ледяным взглядом Евы она мгновенно протрезвела.

– Ты серьезно? Да будет тебе!

– Оставайся здесь.

Она прошла в комнату, где Сима продолжала тихонько лить слезы.

– Расскажи мне, что случилось.

– Трей умер. Кто-то убил его.

– Я не о том. Как вы с Триной попали сюда?

– Ну, мы… после работы все мы… там были я, Трина, Карлос, Виви и Эйс – в общем, все мы отправились к «Клуни».

– «Клуни»?

– Это бар такой. Там у них классные луковые чипсы, так что мы заказали немножко и еще что-то с сыром и несколько коктейлей. Потом дошла очередь до текилы. Просто я ужасно переживала из-за того, что Трей меня
Страница 3 из 18

бросил. И тогда Эйс… думаю, это был Эйс, а может, и Виви… в общем, он сказал, что я не должна оставлять это все безнаказанным. И кто-то из ребят предложил отправиться к Трею домой и выбросить из окна его вещи. Но Трина сказала, что он сразу обо всем догадается и у меня будут неприятности. Надо действовать исподтишка, заявила она. Тогда мы отправились по магазинам и купили поддельную клюшку и порошок, а потом пришли сюда и… и… Трееей!

Ева вскинула руку, пытаясь удержать очередной приступ истерики, после чего поспешила вернуться к разговору. Ее интересуют детали. И детали эти, отметила она про себя, полностью подтверждают рассказ Трины.

– Сима, он тебя поколачивал?

– Кто? Трей? – покрасневшие от слез глаза Симы стали круглыми, как блюдца. – Что вы! Никогда!

– Физически нет, – некстати вмешавшаяся Трина заработала очередной ледяной взгляд. – Я говорю, что есть. Бить он ее не бил, зато постоянно высмеивал и все такое. Не самая хорошая пара для тебя, Сим.

– Он был другой! Раньше он был другой.

– Он изменял тебе? – спросила Ева.

– Мне казалось, нет, но, – она кивнула на туфельку и лифчик, – это не мое.

– У него были неприятности? Из-за женщин или там на работе? Может, какие-то преступные делишки?

– Да нет, не думаю. В последнее время он был какой-то отстраненный. Подолгу задерживался на работе или сидел за компьютером, что-то там выискивая. Я как-то спросила, может, у него неприятности на работе, раз он столько времени проводит в зале, но Трей сказал, что все в порядке. И еще сказал, чтоб я не лезла в его дела.

– Он явно что-то замышлял, – получив в ответ очередной недовольный взгляд, Трина лишь всплеснула руками. – Глупо притворяться, что я вас не слышу. Трей точно что-то замышлял.

– А поконкретней?

– Понятия не имею. Но что-то там было нечисто. Многие из моих – и персонал, и клиенты – ходят в этот фитнес-центр. Некоторые из них платили Трею за тренировки или массаж. Они-то и говорили, что в последнюю пару месяцев он вел себя очень странно. Повесил второй замок на свой шкафчик в раздевалке, задерживался в зале после работы, хотя никого из клиентов у него не было. Парочка общих знакомых нашептала мне, что Трей поговаривал об открытии собственного местечка, вроде высококлассного спа где-нибудь на Сен-Барте или Невисе.

– И ты даже словечком не обмолвилась! – вспыхнула Сима.

Трина пожала плечами.

– Да я собиралась, но тут он тебя выгнал. И я решила, что не стоит трепать зря языком – в конце концов, это лишь слухи. Думала, если мы заявимся сюда неожиданно, сможем найти что-нибудь подозрительное.

– Были у него какие-нибудь ценные вещи? – поинтересовалась Ева у Симы. – Что-то, что могло бы привлечь внимание вора?

– Ну…

– Тут я вижу мини-комп, причем явно не из дешевых. Еще кое-что из техники. А как насчет денег, украшений, картин?

– У Трея было хорошее оборудование для работы, он им очень дорожил. И куча дорогой одежды. А еще пара колец – из белого золота и из желтого. Он никогда не носил их на работе, потому что они мешали делать массаж. У него были клюшки для гольфа и разные аксессуары – они ему нравились. Денег он дома не держал. По крайней мере, я об этом ничего не знаю. Картин у нас сроду не было, только две фотографии, которые он вставил в рамку.

Она кивнула в сторону снимков. Зиглер позировал на камеру, выставляя напоказ рельефную мускулатуру. Фотографии стояли по обоим концам полки, а между ними красовались многочисленные награды, увенчанные фигурками таких же мускулистых парней.

– Подожди-ка, – Ева обернулась на стук в дверь. На пороге возникли двое полицейских. Отдав им необходимые распоряжения, она вернулась в спальню и плотно прикрыла за собой дверь.

– Мне нужна кое-какая информация, – заявила она. – Во-первых, имя его босса или непосредственного начальника. Во-вторых, список друзей и сотрудников. И еще, Сима. Он с кем-нибудь жил до тебя?

– Ну, да. Думаю, да.

– До Симы он встречался с Аллой Кобурн, – вмешалась в разговор Трина. – Наша общая клиентка. Хозяйка «Полезных привычек», ресторанчика здоровой пищи, который находится возле фитнес-центра. Она, кстати, была вне себя от злости, когда Трей ее бросил. Делала вид, что все в порядке, но я-то знаю, что творится с людьми, которые сидят у меня в кресле. Да Трей вообще был не слишком разборчив. Трахался с половиной своих клиенток.

– Он завязал с этим, когда мы стали жить вместе, – сказала Сима и нервно сглотнула, поймав сочувственный взгляд Трины. – Хочешь сказать, не перестал? Но он обещал…

– Потом поговорим. Его начальницу зовут Лилл Байерс, и с ней проблем не будет. Насчет сотрудников сама выясняй. А приятели, да он ни с кем особо и не общался после работы.

Ощутив в ее словах некую недосказанность, Ева молча кивнула.

– Офицер отвезет вас домой, – сказала она, записывая в блокнот имена.

– Так мы свободны? – спросила Сима.

– Да, только никуда не уезжайте из города. Ты живешь пока у Трины?

– Ну, я…

– У меня, пока все это не утрясется. Не бойся, Сим, я тебя не брошу.

Ее слова вызвали новый поток слез, и Ева поспешно распахнула дверь.

– Спускайся вниз, – сказала она Симе. – Офицер Чо проводит тебя. Трина сейчас придет.

Дождавшись, пока Сима скроется за дверью, она повернулась к Трине.

– Выкладывай.

– Ладно, мне просто не хотелось расстраивать ее еще больше. Парень был редкой скотиной. Мне, конечно, жаль, что он умер и все такое, но ситуации это не меняет. Не успел сделать ручкой Алле, как тут же затащил в постель Симу. Какие там чувства? Он просто использовал их, вот и все. Думаешь, тут только его вещи? Как бы не так! Сима тоже немало потратилась, но ей и в голову не пришло заявить о своих правах. Вдобавок, она делала всю работу по дому. Знаешь, о чем я? Убирала за ним, стирала, таскала в химчистку его шмотки. Только представь, парень отдавал в химчистку свои гребаные носки!

– Еще что-нибудь?

– Да господи боже! Открой тот шкаф и найдешь кучу дорогущей одежды. Я уже не говорю о первоклассной косметике для тела, лица и волос. Этот тип был настоящим павлином. Выглядел хорошо, надо отдать ему должное, но женщинами пользовался без зазрения совести. И нужен ему был не только секс.

– А что еще?

– Думаешь, он сам купил это дорогое оборудование и кучу дизайнерской одежды? Сейчас тебе! Парень охотился за богатыми дамочками в годах. По крайней мере, так о нем говорили. Может, какая-то из них и пырнула его ножом в сердце, но только не Сима. Сима его не убивала.

– Я знаю.

– Она бы не смогла. Ладно, проехали.

– Знаешь, чьи это туфли и лифчик?

– Нет, но постараюсь разузнать.

– Оставь это мне. Иди домой. И в следующий раз, когда надерешься, сразу отправляйся домой.

Ободренная Трина прищелкнула наманикюренными пальчиками.

– Сима платила за жилье. И ключ у нее был свой. Плюс шмотки, которые она тут оставила. Она имела право прийти в эту квартиру.

– Не спорю. Но чесоточный порошок можно отнести к разряду телесных повреждений, носки – к уничтожению собственности, а клюшку – к воровству. Что и говорить, изобретательная расплата, но стоит ли это того, чтобы связываться с законом?

Трина пожала плечами.

– В любом случае, спасибо за помощь, – она оценивающе прищурилась, и Ева под этим взглядом невольно похолодела. – Пожалуй, тебе стоит
Страница 4 из 18

подстричься. Да и маска для лица не помешает. Нет ничего хуже для кожи, чем зимние морозы.

– Лучше не дави на меня, а то отправлю в камеру, и тебе придется по новой описывать ваши сегодняшние похождения.

– Ничего личного, чисто профессиональный момент. – Трина шагнула к двери, но задержалась. – Знаешь, Сима чересчур доверчива. Некоторые люди не в состоянии избавиться от излишка наивности, даже если платить приходится собственной шкурой.

Тоже верно, подумала Ева.

Закрыв за Триной дверь, она прошла в спальню и открыла рабочий чемоданчик. Сама она давным-давно избавилась и от наивности, и от излишней доверчивости, решила Ева, покрывая руки и ботинки специальным спреем.

Копу лучше быть циничным и подозрительным. Вооружившись изрядной долей того и другого, она приступила к делу.

Включив нагрудный диктофон, Ева занялась осмотром комнаты. Она подробно описала сцену убийства, не забыв упомянуть подозрительное пятно на стене и брызги крови на полу. И запекшийся сгусток на том, что выглядело очередным призом.

У подножия кровати, напротив мертвого тела, лежал открытый чемодан с аккуратно сложенной одеждой.

«Похоже, жертва паковала вещи для запланированной поездки. Свидетели говорят о рабочем семинаре в Атлантик-Сити. Куча одежды на каких-то два дня, – прокомментировала она, – это подтверждает мнение свидетельницы, что убитый был самовлюбленным павлином. Хорошая ткань, прекрасный пошив, – добавила Ева после быстрого осмотра, – что тоже согласуется с заявлением свидетелей».

Покопавшись немного в вещах, она вытянула мешочек, набитый сушеными листьями.

«Что это у нас тут? Похоже на чай, – открыв мешочек, она тщательно принюхалась. – Пахнет чаем. Не похоже ни на один из наркотиков, с которыми мне доводилось сталкиваться. Требуется анализ. Задача не относится к числу первоочередных, поскольку мы не собираемся обвинять мертвого парня в хранении незаконного вещества».

Вернувшись на прежнее место, она присела на корточки перед большим призом, увенчанным фигуркой мускулистого мачо. Из одежды на парне красовались только спортивные шорты.

«Пара похожих призов стоит в гостиной. Пятна крови на этом – «Лучший тренер года, 2059» – говорят о том, что мы имеем дело с орудием убийства. Это им ударили жертву в левый висок».

Подняв статуэтку, Ева поджала губы.

«Да уж, весит прилично. Пара хороших ударов, и дело сделано».

Оставив приз на полу, она прошла в гостиную и взяла с полки две другие статуэтки.

Под ними затемнели два четких кружка. Остальная поверхность осталась покрытой пылью.

«Орудие убийства находилось не в гостиной».

Вернувшись в спальню, она обнаружила похожий кружок на ночном столике.

«Здесь и стояло орудие убийства. Жертва и убийца находятся в спальне убитого. Никаких следов взлома, а это значит, что они были знакомы. Никаких признаков борьбы, так что на драку это не похоже. Возможна перепалка. В пылу ссоры убийца берет в руки приз и наносит удар.

Однако не оставляет тело там, где оно упало, и это уже интересно. Убийца тащит тело к постели, оставляя по пути капли крови, подтягивает его наверх и усаживает спиной к подушке. Требуется немало времени (а значит, ярости или хладнокровия) на то, чтобы найти нож, написать записку и пришпилить ее к груди мертвого уже человека – так сказать, добавочный бонус».

Ева достала идентификатор и измерительные датчики, после чего вновь направилась к телу.

Жертва опознана как Трей Артур Зиглер, мужчина смешанной крови, тридцати одного года. Жил в этой квартире. Холост. Не зарегистрировано ни официальных браков, ни детей, ни легальных сожительств.

Звук распахнувшейся двери заставил Еву умолкнуть. По коридору застучали сапоги ее напарницы.

– Я здесь, – окликнула Ева.

В дверях показалась детектив Пибоди. Розовые ковбойские сапоги, огромное пальто-пуховик, длиннющий шарф в радужную полоску и ярко-синяя шапка.

Как эскимос, сбежавший из цирка, мелькнула у Евы мысль.

– Я встретила внизу Трину, – начала Пибоди, но в этот момент взгляд ее упал на мертвое тело. – Хо-хо, ну и подарочек!

– Да уж, родные могут не ждать его на Рождество.

– Трина сказала, что это бывший приятель ее подружки.

– На которого они наткнулись, когда тайком пробрались в квартиру, чтобы подсыпать ему в крем чесоточный порошок.

– Прикольно. – Пибоди стянула шапку и сунула ее в карман. – Но в убийстве ты Трину не подозреваешь.

– К сожалению. А то у меня был бы шанс упечь ее за решетку.

– Ну-ну, – Пибоди начала развязывать шарф.

– Согласно осмотру, – продолжила Ева, убирая ненужные уже датчики, – парня прикончили часов двадцать-тридцать назад. Мы, конечно, проверим алиби этих подружек, но я думаю, что оно выстоит. Трина к тому же слишком умна, чтобы убить кого-нибудь так по-глупому, а у Симы на это духу не хватит.

Ева достала из чемоданчика микроочки.

– Проверь, нет ли здесь камер видеонаблюдения, а потом позвони медикам и чистильщикам. Пусть полицейские пройдутся по квартирам. Может, кто-нибудь видел что-то или слышал.

– М-да, целая куча раздраженных соседей.

– Они смягчатся, когда узнают, что это убийство. Известие о смерти всегда радует тех, кто остался жив. Отдай распоряжение, а потом еще раз осмотрим квартиру. Вот только закончу с трупом.

Закрепив очки, Ева всмотрелась в разбитый череп. «Итак, Трей, – пробормотала она, – что ты хочешь мне сказать?»

2

Смерть убила всякий намек на приватность. Тщательно осмотрев тело, Ева вновь принялась за спальню.

Трина права: Трей и правда был тот еще модник. Стильные и дорогие костюмы, спортивная одежда сексуального покроя, броские аксессуары для гольф-клуба.

– Этот тип подбирал носки в тон нижнему белью, – заметила Ева, дождавшись возвращения напарницы. – Узор и цвета. Кому это может прийти в голову? А главное, зачем?

– Я читала статью, где утверждалось, что выбор белья дает тебе почувствовать собственную значимость и все такое. Это как бы Нижнее Ты. Типа того, что все под контролем.

– Если трусы под цвет носкам заставляют тебя ощутить собственную значимость, значит, ты неженка и хлюпик. В тумбочке я обнаружила пачку презервативов, парочку незатейливых секс-игрушек и несколько дисков с порнухой. В шкафу, кроме костюмов, хранятся клюшки для гольфа и разные аксессуары для гольф-клуба. Никаких тебе женских штучек – ни одежды, ничего другого.

– А это ты проверяла? – Пибоди кивнула на линк, упакованный в сумку с вещественными доказательствами.

– Да. Звонки клиентам, парочка чисто мужских бесед и несколько исходящих каким-то дамам. На последние пока ответа не поступало. Убить его точно никто не угрожал.

– На кухне я видела блок для ножей, – заметила Пибоди. – Одно место там пустует. Похоже, та штука, что торчит у него из груди, как раз и входит в набор.

– Сначала вмазать жертве статуэткой, что весьма удобно. Затем проявить капельку изобретательности с ножом, который, в общем-то, тоже под рукой. – Еще раз окинув взглядом спальню, Ева направилась в гостиную.

Грязновато, и вещи разбросаны в беспорядке. Но ничего, что указывало бы на драку.

– Ладно, с учетом того, что на дверях нет следов взлома, а здесь – ни малейших признаков борьбы, получается, парень сам впустил в дом убийцу. Это значит, они знакомы. Одет
Страница 5 из 18

он по-домашнему: спортивные брюки и футболка. Еще один признак того, что с гостем чувствовал себя свободно. Причем настолько, что в спальню они вернулись вместе.

– Может, его затолкали туда насильно. Может, у убийцы был нож.

– Если у него был нож, – возразила Ева, – с какой стати бить жертву статуэткой по голове? Вдобавок убитый – парень накачанный, так что без драки он бы не сдался. Но жертву, что очевидно, застали врасплох. Итак, они возвращаются в спальню. Зачем? Ради секса? Постель в беспорядке, так что не исключено.

– Дама на красных шпильках?

– Все возможно.

Ева окинула взглядом лифчик и туфельки.

– С другой стороны, если ты, не моргнув глазом, затаскиваешь мертвого парня на постель, затем идешь на кухню, отрываешь там крышку у коробки из-под пиццы, пишешь рождественское послание, берешь нож, возвращаешься в спальню и втыкаешь его в грудь покойнику, то тебе явно не занимать хладнокровия. Так с чего вдруг оставлять на месте туфли и нижнее белье?

– Тебе хватает сообразительности забрать с собой маркер, которым была написана записка (поскольку я не нашла здесь ничего подобного), а заодно стереть собственные отпечатки с рукояти ножа и статуэтки, но тебе и в голову не приходит прихватить собственный лифчик и яркие туфельки?

– Да, слишком уж явная оплошность.

– И все же. Может, тут и правда был секс. Или намечался. Парень-то одетый. То ли они успели поразвлечься, и он снова оделся, то ли все ограничилось прелюдией. Как бы то ни было, но до, во время или после секса тот, кто пришел с ним в спальню, хватает приз и бьет его по голове. Жертва падает, но он не унимается и бьет его снова, поскольку у нас тут две раны: одна в области виска, вторая на затылке. Ему, впрочем, хватает самоконтроля, чтобы остановиться. А вот дальше начинается самое интересное. Он находит подходящую картонку, пишет записку. Затем усаживает мертвого парня на постель, берет записку и пришпиливает ее ножом к груди.

– Это уже гнусно. Да, убийство – само по себе гнусность, – добавила Пибоди, поймав на себе взгляд напарницы. – Но нож и записка – это вроде соли на рану. Я серьезно.

– Выходит, Зиглер здорово его разозлил, – продолжила Ева. – Но ему удалось расквитаться с ним после смерти. Что у нас тут? Мгновенное убийство (не исключено, что импульсивное). И уже затем – хладнокровная месть.

– Предположим на мгновение, что это все-таки Красные Туфельки.

Пытаясь представить альтернативный сценарий, Пибоди покрутила в руках вышеупомянутые туфли.

– Вы оба в настроении и торопитесь в спальню. Тут у нее пропадает желание, он наседает… удар! Или секс имеет место быть, но парень, получив свое, ведет себя как урод. Отпускает шуточку насчет ее веса, или там техники, или чего-то еще. Удар. Она еще держится какое-то время – на ярости и адреналине. И только потом срывается и убегает.

– Все может быть. – Ева знавала и тех, кто вел себя гораздо глупее. – Давай-ка заберем с собой его компьютер и как следует в нем покопаемся. А еще нужно найти мисс Красные Туфельки.

– Туфли, кстати, очень даже ничего. Интересно, какого они размера?

– Я тебя умоляю!

– Да это я так, из любопытства, – сказала Пибоди и тут же заспешила к двери – чтобы впустить чистильщиков и скрыться от гнева напарницы.

* * *

К рассвету Зиглер уже покоился в морге, рой чистильщиков очищал его квартиру, а первоначальный опрос соседей привел к ожидаемому «никто ничего не видел».

– Классическое убийство на почве страсти, голову даю на отсечение. – Пибоди, весь облик которой вновь наводил на мысли о ледниковом периоде, вышла из здания вслед за Евой. – Деньги, украшения, кредитки, дорогая аппаратура – все на месте. Никаких следов взлома, зато явные признаки интрижки.

– Интрижка? Это так у нас теперь называют секс? И кто только такое придумал?

– Возможно, те, у кого нет секса. Наш мертвец, впрочем, явно не входил в их число. Из лаборатории наверняка пришлют ДНК «заинтригованных» им девиц – после того, как чистильщики передадут туда простыни. Хоть бы снег пошел, что ли.

– Судя по бардаку в квартире и заявлению Трины о том, что парень трахал все, что не приколочено, ДНК у нас будет весьма многообразным. Снег? Какой еще снег, о чем это ты?

– Что за зима, если нет снега? – Пибоди, содрогаясь от холода, юркнула в машину. – Рождество на носу, а у нас ни снежинки. Снег – это здорово.

– Тогда нам придется ползти позади экскаваторов, которые распихивают снег к тротуарам, где он превращается в черную грязь; выискивать путь среди машин, которые постоянно заносит, поскольку их водители не умеют ездить в снегопад, и перешагивать через прохожих, которых угораздило упасть на скользком тротуаре.

– Да, немножко рождественского настроения тебе не помешает. – Пибоди поерзала на сиденье, радуясь автоматическому подогреву. Счастливая задница, мелькнула у нее мысль, – это та, которая теплая.

– Почему бы нам не выпить горячего шоколада?

Ева даже не удостоила ее взглядом.

– Мы едем в тренажерный зал.

– Выпей мы для начала шоколада, могли бы сбросить лишнее прямо в зале, – сказано это было с победоносной улыбкой, которая, впрочем, тут же увяла. – Я посмотрю, что у нас там по управляющей.

– Прекрасная идея.

На улицах в столь ранний час было пустынно. Фонари гасли, уступая место холодной полутьме, украшенной лишь струйками сероватого дыма, который поднимался из вентиляционных решеток подземки. По пути они обогнали полупустой максибус. Лица пассажиров за стеклами выглядели на редкость унылыми и отрешенными, а искусственное освещение придавало им какой-то зеленоватый оттенок.

Даже в этот рассветный час припарковаться оказалось не так-то просто. Машину пришлось оставить на стоянке в сотне метров от «Супер-Тела».

– Лилл Байерс, – начала Пибоди, как только они выбрались на колючий морозный воздух. – Тридцати восьми лет, разведена, один ребенок, мальчик семи лет. В «Супер-Теле» работает двенадцать лет, в настоящее время в качестве менеджера. Небольшой прокол: шесть лет назад была арестована за уничтожение личной собственности и нарушение общественного покоя. Расколотила монтировкой машину бывшего мужа. Развод, как я понимаю, был не слишком-то дружеским.

– Развод никогда не бывает дружеским.

Окна зала сияли огнями. За стеклами отчетливо просматривались три просторных этажа. На первом Ева разглядела множество тел – должным образом накачанных, – которые бегали, прыгали, наносили удары и отжимались.

В то время как пассажиры максибуса выглядели усталыми и отрешенными, группа тренеров пугала своей кипучей энергией.

– Ненавижу их, – пробормотала Пибоди, – ненавижу всех до одного. Только взгляни: спортивные костюмчики, призванные подчеркнуть каждый изгиб и бугорок тела. Блестящая от пота кожа и самодовольное выражение лица. А главное – ноль жира на всех этих накачанных фигурах. И как прикажете наслаждаться моим горячим шоколадом?

– Ты же не пила горячий шоколад.

– В воображении я выпила целую чашку. И теперь его пенистая сладость подпорчена этим невыносимым зрелищем.

– Взбодрись, – хмыкнула Ева. Проведя универсальным ключом по замку, она распахнула дверь и шагнула внутрь.

В водопад оглушающих шумов.

Из колонок неслась волна пульсирующей и гремящей музыки, от
Страница 6 из 18

которой грозили лопнуть барабанные перепонки. Ева обвела взглядом зал. В глаза ей бросилась женщина на велотренажере. Та отчаянно крутила педали, изо всех сил подпевая этой какофонии звуков.

Взгляд у нее был отрешенным и немножко безумным.

Тренажеры лязгали, вращались и шумели. Ноги шлепали по беговым дорожкам. Гири и штанги звякали и стучали. Открытое трехэтажное пространство просматривалось насквозь. На втором этаже красовался бар с широким ассортиментом соков, в настоящее время полностью пустой. На третьем виднелись застекленные комнатки, предназначенные, видимо, для дополнительных занятий.

За стеклянной стеной одной из таких комнат Ева разглядела очередную группу накачанных тел, которые изящно изгибались в ритме йоги.

«Наверняка у них превосходная звукоизоляция», – подумала она первым делом.

За регистрационной стойкой – полукруглым белым столом – было пусто, но Ева заметила женщину в обтягивающих шортах и такой же обтягивающей майке с логотипом СТ, которая гоняла клиента через серию мучительных выпадов и приседаний, и все это – с отягощением в двадцать фунтов.

– Давай, Зик! Стальные мышцы! Присядь пониже. Выдохни. Жми-и-и!

– Простите, – обратилась к ней Ева.

– Секундочку. Вперед, Зик. Еще пять подходов.

– Ненавижу тебя, Флора.

Та в ответ просияла счастливой улыбкой.

– Вот это правильно, прекрасный настрой. Осталось четыре.

– Лилл Байерс? – поинтересовалась Ева.

– Должна быть здесь, в своем офисе. Не сдавайся, Зик, только не сдавайся. Еще три. Сжимай, толкай, двигай сильнее! Еще два. Сразу за регистрационной стойкой, – добавила она для Евы. – Ну вот, ты это сделал. Последний раз, Зик. Вложи в него всю силу.

Парень в изнеможении растянулся на доске, а Флора одобрительно присвистнула. Повернувшись, Ева направилась к офису.

– Тридцать секунд на перерыв, – услышала она голос Флоры у себя за спиной. – Затем качаем пресс.

– Ты бездушный монстр, Флора.

– Так за это ты меня и ценишь.

– Пожалуй, мне стоит обзавестись личным тренером, – поразмыслила Пибоди. – Будь у меня такой надзиратель, я бы вмиг обзавелась крепкой попкой.

– Ты бы пришибла ее к концу первого занятия.

– Все возможно.

Сквозь узкое стекло офисной двери Ева разглядела женщину с шапочкой ярко-оранжевых волос. Та сидела за компьютером с двумя мониторами.

На одном виднелось изображение женщины, которая занималась базовыми упражнениями – приседания, повороты, махи ногами, тогда как на другом пестрели колонки с фигурами.

Ева коротко постучала.

Женщина скользнула пальцем по экрану, и фигура перешла к упражнениям на растяжку.

Не желая больше стучать по стеклу, Ева шагнула внутрь.

– Привет! – окликнула она.

– Добавь пять скручиваний, – сказала женщина. Фигура на экране простонала, но выполнила ее распоряжение.

Ева хлопнула женщину по плечу. Та взвизгнула и подпрыгнула, будто ошпаренная. Повернувшись, она уставилась на Еву круглыми глазами, после чего нервно расхохоталась. Только тут ей пришло в голову вытащить из ушей затычки.

– Простите. Ради бога, простите. Я не слышала, как вы вошли. Первая смена всегда включает музыку на полную громкость, так что я использую вот это. Чем могу помочь?

– Лилл Байерс?

– Да, я работаю тут менеджером.

Ева вытащила служебное удостоверение.

– Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. Где мы можем поговорить?

Лицо у Лилл мгновенно посерело.

– Мой мальчик. С ним все в порядке? Эван в порядке?

– Мы пришли сюда не из-за вашего сына. Нам нужно поговорить о вашем служащем.

– Господи, – она провела рукой по волосам. – Простите. Мой сын сейчас со своим отцом. Тот взял его на несколько деньков, чтобы потом отпраздновать Рождество с очередной своей шлюхой. Что ж, тем хуже для него. Ладно, – она перевела дыхание, – кто-то из моих ребят вляпался в неприятности?

– Можем мы поговорить в каком-нибудь тихом местечке? – спросила Ева.

– Разумеется. Идемте в комнату отдыха.

Миновав тренировочный зал, они прошли мимо маленького бара, после чего цепочкой лестниц поднялись на второй этаж. Лилл распахнула дверь в комнату с бежевыми стенами, двумя длинными скамьями и полудюжиной кресел.

Дверь мягко захлопнулась, и наступила долгожданная тишина.

– Это такое медитативное местечко для наших клиентов, чтобы уравновесить свое состояние. Своего рода ян и инь. Так с кем проблемы?

– С Треем Зиглером.

– Черт, – Лилл плюхнулась на скамью, предложив Еве и Пибоди устраиваться поудобней. – Он же поклялся, что будет вести себя в Атлантик-Сити настоящим паинькой.

– До Атлантик-Сити он так и не добрался. Вынуждена сообщить вам, что Трей Зиглер мертв.

– Мертв? – На этот раз она не побледнела, а словно бы окаменела с головы до пят. – Что вы хотите сказать? Трей умер?

– Именно так.

– Господи боже. – Вскочив, она нервно зашагала по комнате. – Господи боже. Это что, несчастный случай?

– Нет. Мы из отдела по расследованию убийств.

– Вы… – Замерев, Лилл вновь присела на скамью. – Убийство? Трея убили? Но кто? Когда?

– Убили его вчера вечером. Когда вы в последний раз разговаривали с Зиглером?

– Вчера. Около двух, нет, ближе к часу. Я разрешила ему уйти пораньше, чтобы он мог собрать вещички и улететь в Атлантик-Сити. Гвен я тоже отправила пораньше. С ней все в порядке?

– Гвен?

– Гвен Роллинс. Это наш инструктор.

– Они должны были ехать вместе?

– Нет. – Лилл едва не закатила глаза, но вовремя удержалась. – Нет.

– Они не ладили?

– Это еще мягко сказано. Господи, что случилось с Треем?

– Именно это мы и пытаемся установить. У него были с кем-нибудь проблемы?

– На убийство это, во всяком случае, не тянуло. Дайте мне секундочку, чтобы прийти в себя.

Закрыв ладонями глаза, она сделала несколько глубоких вдохов.

– Это человек, с которым я работала, встречалась каждую смену, а порой и в выходные, когда он приходил в зал. При таком распорядке невольно становишься частью жизни друг друга. Мы практически не общались после работы, но этот человек был частью моей жизни. И вот теперь он мертв.

Опустив руки, она взглянула Еве прямо в глаза.

– Он был хорошим тренером. Умел понять, что нужно клиенту, и умел его замотивировать. Занятия один на один удавались ему лучше, чем в группе: ему трудно было охватить вниманием сразу несколько человек. Так что с группой он работал лишь в тех случаях, когда у нас не хватало инструкторов. Великолепный массажист. Говорю так уверенно, поскольку сама несколько раз пользовалась его услугами.

Она взъерошила ладонью волосы и с шумом выдохнула.

– А еще он был редкой свиньей.

– В смысле?

– С женщинами. Использовал их без зазрения совести. Любил внимание и охотно хвастался своими сексуальными победами. Мне не раз приходилось осаживать его.

– Клиенток он тоже обхаживал?

– Разумеется. Но тут он проявлял должную осторожность. Старался не портить с ними отношений. Потеряешь клиента – потеряешь деньги, а деньги он любил не меньше секса. Несколько недель он жил с одной девицей, но потом они расстались. Сима Мертах. Но она и воробья не обидит. Симе даже повезло, что он ее выставил. Все это время он крутил ею, как хотел.

– Она это понимала?

– Вряд ли, – вздохнула Лилл. – Сима – славная девочка. Она работает тут неподалеку, в салоне
Страница 7 из 18

красоты. Даже во время их отношений Трей продолжал развлекаться с клиентками. Его тянуло на женщин постарше, с солидным состоянием. Такие снимут тебе номер в гостинце на пару часов или на ночь, оплатят ужин, надарят подарков, а взамен потребуют только секс. Никакой эмоциональной привязки. Ах, да, еще Алла. Похоже, у них опять что-то началось.

– Алла Кобурн?

– Да-да, хозяйка «Хороших привычек». Тоже местное заведение. Они с Треем одно время встречались, но потом он ее бросил. Или она его. Тут все зависит от того, кто рассказывает. После этого Трей перекинулся на Симу. Алла ходит к нам на занятия, и пару дней назад я застукала их с Треем. Надо сказать, его это здорово повеселило.

Она с несчастным видом опустила взгляд.

– Поймите меня правильно: у парня была привлекательная внешность, накачанная фигура. Когда ему требовалось, он мог быть очень обаятельным. Говорят, в постели он тоже был хорош.

– А сами вы не успели познакомиться с ним с этой стороны?

Лилл вновь вскинула голову.

– Нет, по двум весьма весомым причинам. Я – начальник Трея, и я люблю свою работу. У меня есть ребенок, о котором я должна думать в первую очередь. Собственно говоря, это уже третья, причем самая главная причина. Наконец, я четыре года была замужем за парнем, который повадками ничем не отличался от Трея. А я не люблю повторяться.

– Но вы же можете составить список тех, кто успел познакомиться с ним поближе?

– Да, – выдохнув, Лилл потерла глаза. – Конечно, могу. Думаете, его убили из ревности или со злости? Если честно, могу понять. Мне самой не раз хотелось выкинуть своего благоверного с двенадцатого этажа. Да и сейчас порой хочется.

– Но вместо этого вы обработали его машину монтировкой.

Лилл ухмыльнулась.

– Верно. Понимаете, в тот день я пришла домой пораньше, с жуткой простудой. Дела в семье не ладились, но из-за сына я пыталась как-то держаться. Предполагалось, что муж пишет статью о путешествиях, а заодно приглядывает за Эваном. И вот я прихожу. Эван, насквозь мокрый, ревет у себя в кроватке, а этот мерзавец трахает нашу соседку. Я тут же отвезла сына к своей матери. Переодела его, накормила и успокоила. Потом вернулась домой, собрала вещички Эвана и кое-что из своего, а благоверный все это время крутился рядом и повторял, чтобы я не переживала из-за ерунды. Он ни о чем таком не думал – его просто затащили в постель. И вообще, он же не нянька какая-нибудь. Ему просто требовалось расслабиться.

– Ему еще повезло, что вы не отходили этой монтировкой его самого, – заметила Пибоди.

– Да, ему повезло. Как, впрочем, и мне. Другое дело, что я все время думала о ребенке. Я собиралась взять машину – в конце концов, она была наполовину моей. А он заорал из окна, чтобы я отправлялась пешком со всеми своими вещами. Мол, если я заберу машину, он тут же позвонит в полицию. Вот тут-то я и потеряла голову. Достала монтировку и разбила чертову машину в хлам. Кончилось тем, что меня арестовали. Но оно того стоило.

– А вас не раздражало, что один из сотрудников так напоминает бывшего?

Лилл вновь взъерошила свою короткую шевелюру.

– Ладно. Я вижу, к чему вы клоните, так что буду говорить напрямую. Заметив, что Трей заигрывает с нашими девушками-инструкторами, я решила переговорить с ними. Предупредила, чтобы они были поосторожней. В ответ мне предложили не лезть в чужие дела. Я не стала настаивать, но когда от нас ушло несколько инструкторов, обратилась уже к Трею. Сказала, если я потеряю еще одну, найду способ выставить его самого. Ему это не понравилось, но я чертовски хороший менеджер, и мне бы не составило труда избавиться от него. Профессионально, – поспешила добавить Лилл. – После этого он забыл о романчиках с сотрудницами, поскольку понял, что я не шучу. Что он делал за пределами клуба? Понятия не имею.

– Ходят слухи, что он собирался открыть собственный бизнес.

Лилл расхохоталась.

– Не он первый. Многие мечтают о своем деле. Говорят, Трей в последнее время сильно заважничал. Но какой из него бизнесмен? Он ухлестывал за девицами вроде Симы и Аллы, поскольку те вкалывают с утра до ночи и способны заплатить за квартиру. Он жил за их счет, а сам тратил зарплату на шмотки и спортивный инвентарь. Да ему в жизни не накопить столько, чтобы открыть свое дело.

– Мне сказали, он работал здесь и после смены.

– Сама я тут надолго не задерживаюсь – надо присматривать за Эваном. Но Трей действительно оставался допоздна. Мы разрешаем своим работникам пользоваться оборудованием и после смены. К тому же некоторые приспосабливают свой график к потребностям клиента. Официально мы работаем с шести утра до десяти вечера, а Трей, судя по записям в журнале, частенько заглядывал сюда после десяти. Мне он сказал, что пользуется нашими компьютерами – программирует новые тренировки. К тому же ему нравилось заниматься в тиши, когда все расходились по домам. Он проводил с клиентами тренировки, а те платили ему деньги. Я не цеплялась к таким мелочам.

– Понятно. У него должен быть свой шкафчик.

– У всех инструкторов свои шкафчики.

– Мы бы хотели заглянуть туда. При необходимости я могу получить разрешение на обыск.

– В этом нет необходимости. Если Трей не желает, чтобы копы, покопавшись в его вещах, нашли его убийцу, он и так слишком глуп, чтобы жить.

Ева одобрительно кивнула.

– Интересная мысль.

Лилл повела их к шкафчикам, которыми пользовался персонал. Тесная комнатка с множеством дверок в стене, двумя узкими скамьями и крохотной душевой кабинкой.

– У нас есть еще одна такая комната на третьем этаже. Этой пользуются в основном парни, а женщины уходят наверх, но это не более чем традиция. Пару недель назад Трей врезал себе второй замок. Так иногда делают – и клиенты, и персонал. Поэтому-то я и держу при себе универсальный ключ, а то люди в половине случаев просто забывают код.

Лилл провела ключом под первым замком. Раз, затем другой. Нахмурившись, она перешла к главному замку.

– Тоже не считывает.

– Дайте-ка я попробую своим, – Ева повторила процедуру с тем же успехом. – Становится интересно, – она бросила взгляд на Пибоди. – Мак-Наб.

– Ясно.

– Я собираюсь вызвать специалиста из отдела электроники. Он изымет все, что находится в шкафчике. Вы можете присутствовать при процедуре.

Лилл, уперев руки в боки, уставилась на дверцу.

– Теперь я точно никуда не уйду. Любопытно узнать, что он там прячет.

– А вы тем временем могли бы составить мне список. Мне нужны все те, кто хотел бы приласкать его машину монтировкой.

У Лилл вырвался слабый смешок.

– Черт, – только и сказала она.

Пока они ждали Мак-Наба, Ева поручила Пибоди проверить Аллу Кобурн и всех, кого перечислила в своем списке Лилл. Сама она занялась опросом тренеров и инструкторов.

Прервалась она, только заметив Мак-Наба.

Он заметно выделялся среди накачанных тел и громоздких тренажеров.

Впрочем, он выделялся везде.

В своем длинном красном пальто и ярко-зеленой вязаной шапочке Мак-Наб показался хрупкой веточкой в дубовой роще. Он резво шагал в своих изумрудного цвета ботинках, так что затянутые в хвостик волосы подпрыгивали в такт у него на спине. В ухе у Мак-Наба поблескивало серебряное кольцо.

Внезапно его симпатичная физиономия оживилась. Проследив за его взглядом, Ева
Страница 8 из 18

заметила, что он, не отрываясь, смотрит на Пибоди.

Любовь, подумала Ева, приходит к нам во всех формах, оттенках и размерах.

Она быстро шагнула ему навстречу, не дожидаясь, пока ас из электронного отдела и ее напарница совершат что-нибудь неподобающее. Например, прилюдно поцелуются.

– Двойной замок, – заявила она безо всяких вступлений. – Один заводской, второй дополнительный. Оба перепрограммированы, так что главный ключ не работает.

– У меня тут отмычка, – Мак-Наб похлопал по одному из бесчисленных карманов пальто. – Похоже на потовыжималку, – окинул он взглядом тренажерный зал. – Место работы твоего покойника?

– Бывшее место работы.

– Стало быть, умер он в отличной форме. Заставляет задуматься, не так ли? Питайся, как кролик, травкой и овощами, потей каждый день и умри, как все остальные. Привет, красавица. Ты забыла этим утром обогреватели для пальцев ног, – вытащив из кармана пару гелевых штучек, он протянул их Пибоди.

– Спасибочки. Ой, ты их активировал!

– Не мог же я допустить, чтобы у тебя замерзли пальчики.

– Не смей повторять ой, – поспешила вмешаться Ева. – И что еще за «пальчики»? Ради всего святого, вы же на работе! Нам сюда.

Даже не оглядываясь, Ева поняла, что за ее спиной они быстренько пожали друг другу руки.

– По Алле Кобурн ничего, что могло бы привлечь внимание, лейтенант, – Пибоди, словно извиняясь за неуместные нежности, поспешила с отчетом. – Так, парочка замечаний – в том числе из-за превышения скорости на дороге. В остальном все чисто. Своим рестораном она управляет уже шесть лет.

– Ладно. Зиглера тут никто не любил. Напрямую об этом старались не говорить, но и без того ясно, что скучать по нему особо не будут. Что касается его характеристики, то самые популярные слова: высокомерный, пронырливый, честолюбивый мудак.

Она кивнула Лилл.

– Лилл Байерс, менеджер компании, будет присутствовать при вскрытии шкафчика, принадлежавшего убитому. И мне бы хотелось, чтобы детектив Мак-Наб взглянул на компьютеры, которыми пользовался Зиглер.

– Конечно, – Лилл провела рукой по волосам. – Комната персонала расположена на третьем этаже. Там у нас два мини-компа. Многие приносят с собой планшеты, а эти два компьютера находятся в общем пользовании. Вот только я не знаю его паролей.

– С этим проблем не будет, – заверил ее Мак-Наб.

В раздевалке он сразу достал из кармана сканер и провел им по первому замку.

– Он изменил и усовершенствовал заводские данные. Погодите-ка, – двумя пальцами Мак-Наб набрал что-то вроде кода. – Серьезная защита. Пароль для банковского хранилища на шкафчике в спортзале. Ну и ну.

– Сколько времени ты будешь его вскрывать? – нахмурилась Ева.

– Тут все переделано, наложен код в тринадцать знаков. Придется покопаться.

Сунув руки в карманы, Ева подумала о Рорке. Ее муж, бывший вор, наверняка одолел бы защиту в считаные секунды. Но просить его бросить на время дела, чтобы вскрыть шкафчик в тренажерном зале? Вряд ли это хорошая идея.

– К чему все эти переделки? – поинтересовалась Лилл. – Что такого он мог там хранить?

– Именно это мы и пытаемся выяснить.

– Не проще ли завести дома сейф?

Ева посмотрела на Мак-Наба, упорно продирающегося сквозь код.

– За сейф ведь надо платить, не так ли?

– Верно. – Лилл устало покачала головой. – Дешевый ублюдок. Черт! Это ужасно. Он же мертв. Я не хотела.

– Да не переживайте так, – посоветовала Ева.

– Может, приготовить вам что-нибудь? Сок там или смузи. А еще у нас очень хороший чай.

– Готово!

Щелкнула последняя цифра, и первый замок открылся.

– А сюда он поместил два слоя в двенадцать цифр, – пробормотал себе под нос Мак-Наб. – Бессмысленная предосторожность. Так, так, так.

Он застучал пальцами, и на экране сканера замелькали числа. Все это сопровождалось тем странным пританцовыванием на месте, которое выполняют в момент работы едва ли не все сотрудники электронного отдела.

Секунды перетекли в минуты. Ева нервно расхаживала на месте, отчаянно борясь с желанием поторопить Мак-Наба.

– Почти закончил, Даллас. Задачка не из хитрых. Скорее, утомительная. Парень потратил кучу времени на составление кода, но ничего сверхъестественного не выдумал, – оглянувшись, он довольно ухмыльнулся. – Представляешь, если ящик окажется пустым? Вот уж засада, так засада!

– Еще немного, и я потороплю тебя пинком под зад.

– Да ладно тебе, я уже у цели. Еще немного и… бам! Все, лейтенант, он в твоем распоряжении.

– Давай-ка посмотрим, что за сокровища тут хранятся.

Шкафчик оказался не пустым.

Внутри аккуратными рядами лежали пачки денег. Купюры низкого номинала рассортированы по стопкам в тысячу долларов.

– Дьявол! – Лилл вытаращила глаза. – Где он взял столько денег? Да еще наличными!

– Хороший вопрос. Пибоди, пересчитай это в присутствии мисс Байерс, потом запечатай и опиши. Когда он поместил на шкафчик второй замок?

– Ох. Да. Может, месяц назад, – попыталась вспомнить Лилл. – Нет, пожалуй, раньше. Месяца полтора.

Какую же подработку нашел себе Зиглер в последнюю пару месяцев? Судя по всему, она оказалась очень прибыльной. И смертельной.

– Тут сто шестьдесят пять тысяч долларов, Даллас. Все это в аккуратных пачках по тысяче долларов. И еще стопка на пять тысяч. Сплошь новенькие двадцатидолларовые банкноты, – добавила Пибоди. – Не заклеенная, как в банке, а перетянутая резинкой.

– Запечатай это. Мак-Наб, займись здешними компьютерами, затем взгляни на линк убитого. Словом, делай свою работу. Мы признательны вам за сотрудничество, – обратилась она к Лилл.

– Не могли бы вы держать меня в курсе событий? Поверить не могу, что Трей хранил здесь столько денег. И что сам он мертв. Как-то не укладывается это в голове.

– Мы сообщим вам, что можно, как только появится такая возможность.

– Хорошо. Ах, да! Почему бы вам не взять нашу сумку? Фирменную сумку с логотипом компании. Не понесете же вы эти пачки в прозрачных пакетах.

– Хорошая мысль.

Как только они переложили деньги в ярко-красную сумку с броскими С и Т, Ева глянула на часы.

– Для начала нам нужно разобраться в его финансовых делах, а деньги приобщить к списку улик. Затем снова вернемся сюда. Поговорим с Кобурн и займемся теми, кто тренировался у Зиглера.

– Понятно. Только знаешь что, Даллас? Я тащу сразу сто шестьдесят пять тысяч долларов. – Пибоди, как рождественский Санта-Клаус, перекинула сумку через плечо. – Это, я скажу тебе, нечто! Хо-хо! Такого со мной еще не случалось!

3

– Ни разу в жизни не держала в руках столько денег. Мне казалось, такая сумма должна весить побольше, – заявила Пибоди, когда они с Евой вошли в Центральный полицейский участок.

– Какой идиот будет держать столько денег в шкафчике гимнастического зала? Вот уж правда дешевый ублюдок. Итак, ему требовались наличные, – размышляла по пути Ева. – В этом случае нельзя проследить, откуда ты взял деньги.

– Я, конечно, проверю его финансы, но это явно не сбережения и не зарплата. Купюры абсолютно новые. И пахнут они просто восхитительно.

– Нюхать улики – это против правил, – хмыкнула Ева, спрыгивая с эскалатора.

Ей нужно заглянуть в свой отдел, проверить парочку вещей и приступить к заполнению нового журнала убийства. Пибоди тем временем предстоит
Страница 9 из 18

покопаться в финансах Зиглера. Потом они вернутся назад, чтобы опросить свидетелей.

Вдобавок ее офис в Центральном участке может предложить то, к чему Ева не имела доступа с полуночи, когда ее безжалостно выволокли из теплой кровати.

Хороший кофе.

Шагнув в общую комнату, она мгновенно погрузилась в шум компьютеров и голосов, пощелкивание линков. Кто-то из сотрудников умудрился раздобыть потрепанную и аляповатую гирлянду, которая красовалась теперь поверх окон. С гирлянды, скособочась, свисал не менее потрепанный плакат: СЧАСТЛИВЫХ ПРАЗДНИКОВ!

Не исключено, что этот же одержимый праздничным духом эльф притащил в комнату искусственную елку – жалкое, тщедушное деревце – и приткнул его в самом углу. На ветках висели фотографии сотрудников – детективов и простых полицейских. Фото Евы красовалось на самой верхушке.

– Вы это серьезно?

Детектив Бакстер в щегольском костюме подошел поближе и принялся изучать елку вместе с Евой.

– Сантьяго притащил ее со свалки.

– Денежки счет любят, – возвестил Сантьяго из-за своего стола. – А украшениями занималась Кармайкл.

– Мы – дух Рождества, – торжественно заявила Кармайкл. – Если копы из отдела убийств не вправе повеселиться на Рождество, то кто тогда вправе?

– Это как же? «Счастливого Рождества, ублюдок, ты арестован»?

– По мне, так неплохо, – ухмыльнулась Кармайкл.

– Ладно, пошутили, и хватит. Пибоди, за тобой финансы. – Повернувшись, она шагнула к своему офису и на мгновение онемела, когда оттуда вышел Рорк.

Выглядел он, как всегда, безупречно. Такое чувство, будто боги собрались как-то вечерком отдохнуть и решили заодно создать нечто экстраординарное. В результате у них получился человек с лицом падшего ангела, глазами небесной синевы и ртом, к которому так и хочется прикоснуться губами.

При виде Евы глаза его потеплели, а губы изогнулись в улыбке.

Любовь, подумалось ей вновь, приходит к нам во всех обликах, размерах и оттенках.

И ей в этом смысле удалось вытащить джек-пот.

– Вот и вы, лейтенант, – сказал он с едва уловимым ирландским акцентом. – А я только что оставил вам мемо-куб.

– Хочешь сказать, я забыла обогреватели для пальцев ног?

Чернильно-черные брови Рорка взметнулись вверх.

– Забыла что?

– Да так, не обращай внимания. Можешь задержаться на минутку?

– Вполне.

Следуя за ней в кабинет, он скользнул ладонью по ее руке. Вариант рукопожатия Пибоди и Мак-Наба, предположила Ева.

– Твои люди не знали, когда ты приедешь. А у меня была встреча тут неподалеку, вот я и решил забежать.

Ева прикрыла за собой дверь крохотного офиса.

Не успела она и слова сказать, как Рорк сжал ладонями ее лицо и крепко поцеловал.

– Доброе утро, – улыбнулся он. – Впрочем, если учесть, сколько времени ты провела на ногах, то для тебя уже наступил день.

– Мертвый парень, – коротко ответила она.

– А какое отношение имеет этот мертвый парень к Трине?

– Бывший приятель ее подружки. Мне нужно выпить кофе, – подойдя к кофемашине, Ева запрограммировала две порции – покрепче и погорячее. – Мне очень хотелось придушить Трину ее собственными волосами за то, что она вытащила меня из постели в такой ранний час, но потом… ох, слава Санте и его остроносым эльфам, – выдохнула она, делая первый глоток.

Еще пара глотков, и Ева, стряхнув с плеч пальто, отбросила его в сторону.

– Трина с подружкой как следует надрались, после чего, пылая жаждой мести, отправились домой к бывшему подружки. Ничего страшного: все на уровне чесоточного порошка. Господи, такое чувство, что им лет по двенадцать! Но в квартире они обнаружили мертвое тело. Парня ударили по голове, потом закололи. Убийца оставил поздравительную записку.

Рорк, потягивая свой кофе, логично заключил:

– Стало быть, Трину и подружку ты исключаешь из подозреваемых?

– Верно. Парень был редкой скотиной. Работал в «Супер-Теле». Мы с Пибоди как раз оттуда. Мне пришлось послать за Мак-Набом, чтобы тот вскрыл его рабочий шкафчик. Незадолго до смерти парень поставил второй замок и перепрограммировал первый, чтобы закрыть доступ для главного ключа.

– Жаль, что ты не привлекла меня. Я как раз был поблизости.

– Я же не знала, а то конечно.

– И что он прятал?

– Сто шестьдесят пять тысяч наличными. Сплошь новенькие двадцатки.

– Интересно. Я бы сказал, весьма интересно.

«В целом, не такая уж громадная сумма, – во всяком случае, для Рорка, – подумала Ева. – Однако весьма солидный куш для парня, который проживал в дешевой квартирке в одном из самых убогих районов и который к тому же любил принарядиться».

– Сумма внушительная, – сказал Рорк, – если учесть, что нашли ее в шкафчике спортивного зала.

– Тоже верно. Судя по всему, в последние пару месяцев парень обнаружил золотую жилу. И почти сразу он выставил из дома подружку Трины. Начал трахаться с кем-то еще. Вдобавок он замышлял что-то по работе. Что именно, не знаю, но планы у него были те еще. Мак-Наб проверяет сейчас его линки и планшеты. Пибоди разбирается в финансах. А я хочу составить отчет, сделать первую запись в журнале, а потом опросить бывшую подружку покойника. Не последнюю, а предпоследнюю.

– В общем, дел по горло. Чем он занимался в «Супер-Теле»?

– Работал личным тренером и массажистом.

– Ясно. Личному тренеру можно доверить многое. Шантаж?

– Моя первая догадка. – Ее не удивило, что они с Рорком мыслят в одном направлении. – Пока лишь ясно, что для него это было новое занятие. Парень даже стал поговаривать о том, чтобы открыть собственный бизнес где-нибудь в тропиках.

– Со стартовым капиталом в сто шестьдесят тысяч? Невероятно.

– Все так, но ему это могло казаться целым состоянием.

– Не исключено, что он планировал существенно пополнить эту сумму. Ладно, не буду отвлекать тебя от дел. У меня скоро очередная встреча, а перед этим я могу пробежаться по магазинам.

– Не говори мне про магазины.

– Еще не все прикупила? – усмехнулся Рорк.

– Да у меня полно времени.

– Стало быть, даже не приступала. – Наклонившись, он поцеловал ее в лоб. – Удачи тебе. Увидимся дома.

– Почему не приступала? Приступила. – Она умолкла, услышав явственный смешок. – Ну, почти.

Рорк скрылся за дверью, а Ева, нахмурившись, потянулась к мемо-кубу, который муж оставил на столе. Активировала его.

Я был тут по соседству и решил заглянуть к тебе.

Очарован праздничным убранством вашего отдела.

Поскольку я не оставил тебе утром обычного напоминания, считай, что это оно. У тебя два дня до праздничной вечеринки.

Надеюсь, ты потратишь их с умом.

«Всего два дня? Быть того не может!»

Ева опустилась на стул. Похоже, покупки и правда перешли в список неотложных дел.

Но сначала главное.

Первым делом надо оформить журнал убийства.

Шантаж, подумала она, заполняя графы. Мошенничество. Вымогательство.

Быть того не может, чтобы Зиглер заработал сто семьдесят тысяч законными средствами.

Так кого же он шантажировал или обманывал?

В любом случае человек этот пойдет первым в списке ее подозреваемых. Надо лишь сопоставить детали.

КРАСНЫЕ ТУФЕЛЬКИ. Написав это, она схватила пальто и устремилась к выходу.

– Пибоди, со мной.

– Ничего подозрительного в его финансах я не обнаружила, – поспешила Пибоди за Евой. – Жил он небогато, но не потому,
Страница 10 из 18

что много тратил на жилье или еду. Деньги шли на одежду, кремы, уход за телом и лицом. Парень только и делал, что заботился о своей внешности. Ни больших вложений, ни больших трат. Частые просрочки с оплатой счетов, но чтобы совсем не платить, такого не было.

– Стало быть, только внешность и показуха. А еще секс.

– Ну да. Своего рода лицензированный компаньон, только без лицензии.

– Неплохо сказано, Пибоди.

Ева шагнула в лифт, не переставая удивляться тому, кто включил праздничную музыку в полицейском участке. Да еще на полную громкость. Попадись ей этот тип в руки, подумала она, от расплаты ему не убежать.

– Даже если допустить, что ему платили за секс, я все равно не поверю, что он заработал на этом такую сумму. Причем за несколько недель. Любой клиент без труда может найти опытного, хорошо обученного компаньона за разумную плату. Другое дело шантаж. Допустим, он пригрозил, что расскажет все мужу.

– Слишком недальновидно, – заметила Пибоди, выходя за Евой в гараж. – Будешь шантажировать клиентку, наверняка ее потеряешь. А вместе с ней и свои комиссионные.

– Некоторые люди не умеют просчитывать свои поступки и заканчивают тем, что убивают золотую утку.

– Гуся. Золотого гуся.

– Утка, гусь – какая разница? Оба выглядят одинаково странно.

– Ты когда-нибудь играла в «утка, утка, гусь»?

Ева выехала из гаража на дорогу.

– Играла ли я когда-нибудь с утками и гусями? С какой еще стати?

– Да нет, это такая детская игра. Ребятишки садятся кружком, после чего один из них начинает обходить круг, хлопая каждого по голове и повторяя при этом: «Утка, утка». Пока наконец не скажет «гусь». Тот, кого он выбрал гусем, пускается за ним вдогонку, тоже вдоль круга, а первому нужно усесться на освободившееся место, пока его не поймали. Если он успеет, то второй начинает водить.

Ева бросила взгляд в окно.

– Похоже, из всех идиотских игр это самая идиотская.

– В шесть лет она кажется очень даже забавной. Мы ели жареного гуся, когда ездили в Шотландию, чтобы навестить родителей Мак-Наба. – Пибоди, судя по всему, вошла в тему. – Хорошая была поездка. А скоро нам придется смотаться в гости к моим родителям. Из еды там будут соя, тофу и куча овощей, что, конечно, не идет ни в какое сравнение с гусем. Зато бабушка обязательно напечет кучу вкусностей. Знала бы ты, какой у нее получается фаршированный пирог!

– Я думала, твои предки не едят мяса.

– Так и есть. Фаршированный – это не мясной.

– Тогда почему он так называется?

Пибоди озадаченно взглянула на напарницу.

– Не знаю. Может, раньше его делали с мясом. Моя бабушка кладет туда фрукты и специи. А еще, кажется, добавляет немного виски. Надо будет спросить у нее рецепт. Я тоже люблю печь пироги.

В городе царило предпраздничное оживление. Народ сновал по магазинам в поисках подарков, так что припарковаться оказалось даже трудней, чем обычно. Лихо подрезав малолитражку и совершив какой-то немыслимый разворот, Ева втиснулась в крохотное пространство.

– Господи, Даллас, ты хоть предупреждай в следующий раз. Смотри, вон булочная. Там иногда подают горячий шоколад и всегда есть свежая выпечка.

– Позже, – заявила Ева, прямиком направляясь к «Полезным привычкам».

Ресторан оказался милым, уютным местечком. В нем царила домашняя атмосфера, а фоном ненавязчиво звучала какая-то тихая, чарующе спокойная музыка.

Пахло клюквой, можжевельником и чем-то вроде корицы. Ева ничуть не удивилась, когда обнаружила, что блюдо дня представлено клюквенно-коричным чаем.

Несколько человек сидело в зале за крохотными столиками. Они потягивали напитки из чашек глиняного цвета и ели что-то вроде травы и ягод. Только у одного посетителя Ева заметила булочки, больше похожие на кору дерева.

Девушка за прилавком одарила их мечтательной улыбкой.

– Добро пожаловать в «Полезные привычки». Что мы можем предложить вашему телу, духу и разуму?

– Вы можете позвать хозяйку, – сказала Ева, доставая служебное удостоверение.

– Так вы пришли к Алле? Она занята на кухне. У нас закончились ямвенные булочки, да и бареповый пирог на исходе.

– Печально, что и говорить. Вам нужно сходить за хозяйкой.

– Правда?

– Да. Ради ваших тела, разума и духа.

– Что ж, как скажете.

Она ушла, а Ева повернулась к Пибоди.

– Что такое бареповый пирог?

– Пирог из репы и бананов.

Она пристально глянула напарнице в глаза.

– Признайся, ты меня разыгрываешь.

– И не думала. Моя тетя печет такой. Он не настолько плох, как может показаться по названию, но весьма близок к этому. Что касается ямвенных булочек – клюквенных с добавлением ямса, – то они очень даже ничего.

– Я тебя умоляю.

– Не сказать, что объедение, но вполне съедобные.

В зал вошла Алла. Каштановые волосы убраны под фирменную шапочку, что лишь подчеркивает изящные очертания ее личика. На тоненькой фигурке длинное платье, поверх которого надет простенький фартук.

– Какая-то проблема? – начала она.

– Все может быть. – Ева показала ей свое удостоверение. – Нам нужно поговорить.

– Я просто не понимаю. Я оплатила все налоги. С санитарной службой тоже все в порядке. Никаких проколов.

– Дело не в этом. Где мы можем поговорить?

– На кухне сейчас не протолкнешься, – сказала Алла, оглядываясь назад. – Готовим праздничные блюда – нужно иметь хороший запас на Рождество. Можно присесть вон за тот столик. Дора, принеси нам три чая. Небольшой перерыв мне явно не помешает.

– Секундочку.

Стащив с головы шапочку, Алла направилась к столу. Каштановые волосы, перевязанные в тугой хвостик, вырвались наконец наружу.

– Так в чем дело?

– Трей Зиглер.

В больших карих глазах Аллы промелькнуло явное раздражение.

– Что с ним такое? – мрачно поинтересовалась она. – Если он на чем-то попался и желает, чтобы я внесла за него залог, может забыть об этом раз и навсегда.

– Он мертв.

– Что? – Она отшатнулась, будто от удара. – Что вы хотите сказать?

– Его тело обнаружили сегодня утром. Когда вы виделись с ним в последний раз?

– Этого не может быть. Это какая-то ошибка.

Ни слезинки, отметила Ева. Но если эта женщина разыгрывает шок и неверие, она чертовски хорошая актриса.

– Это какая-то ошибка, – повторила Алла, тщательно подбирая слова. – Это не Трей.

– Трей Зиглер, – ровным тоном промолвила Ева, показывая Алле фотографию, сделанную с удостоверения личности покойного. – Вот Трей Зиглер.

– Не может быть. Этого просто не может быть.

Голос у нее предательски дрогнул, но из глаз не выкатилось ни слезинки.

– У вас с жертвой был роман.

– Что вы сказали? С жертвой?

– Вот твой чай, Алла. Принести тебе булочку? Там как раз готова свежая партия.

– Не нужно, – ответила Ева за Аллу, которая, казалось, онемела. – Идите к себе.

– Как? Что случилось?

– Когда вы в последний раз видели Трея Зиглера? Или говорили с ним?

– Я…

– Алла, вы случаем не потеряли красные туфельки?

– Боже мой, боже, – она закрыла ладонями лицо. – Я собиралась солгать вам. Сама не знаю, зачем. Никак не могу поверить, что это правда. Я видела Трея вчера, и с ним все было в порядке.

– Расскажите мне об этой встрече.

– Мы виделись рано утром в фитнес-центре. «Супер-Тело». Я пришла на утреннее занятие по йоге, и, словом, мы начали подумывать о том, чтобы снова
Страница 11 из 18

встречаться. Трей расстался со своей подружкой. Он сказал, что скучает по мне. Глупо, что и говорить. Не знаю, что со мной случилось, но он предложил приехать к нему домой, и я ушла на пару часов с работы и даже принарядилась, как на свидание. Глупость, да и только. И мы сразу оказались в постели.

Алла вздохнула.

– Мне не хватало секса с Треем, – призналась она. – Он был очень хорош в постели. Вдобавок давал почувствовать тебе, как много ты для него значишь. Разумеется, пока видел в этом свою выгоду. Потом он заговорил о том, что собирается открыть свое спа где-нибудь в Арубе или на Сент-Барте. Я-то по наивности решила, что он хочет и меня взять с собой. Хочет, чтобы мы вдвоем начали новое дело. Фантазия, но такая приятная. Однако я ошибалась.

Прижав ладонь ко рту, она слегка покачалась взад-вперед.

– Все было не так, как я думала. Мы снова занялись сексом. Время уже поджимало, мне надо было бежать на работу. Но я бы осталась еще, если бы он попросил. С ним я превращалась в настоящую дурочку. Трей заявил, что я – горячая штучка и вполне могла бы зарабатывать сексом на жизнь. Как будто мне это должно было польстить. Потом он спросил, не хочу ли я покувыркаться в постели втроем. Мол, у него есть клиентка, которой не терпится поэкспериментировать. Он… он сказал, что заплатит мне.

Только сейчас в глазах ее заблестели слезы.

– Он заплатит мне.

– Наверняка вы почувствовали себя оскорбленной.

– Я поверить не могла, что оказалась такой идиоткой. Безнадежной идиоткой. И все это ради оргазма. Я сказала, чтобы он катился к дьяволу. Принялась хватать свои вещи и натягивать их на себя. А он со смехом повторял: «Да будет тебе, детка, это же так забавно». Заявил, что я ни о чем не пожалею. Что я была первой женщиной, которая пришла ему на ум в связи с этой затеей.

Слезы заструились у нее по щекам, но вызваны они были вовсе не горем. В глазах Аллы явственно читался стыд.

– Вот что он обо мне думал. Вот что я позволила думать о себе. Я окончательно разозлилась и заявила… В общем, пожелала ему смерти. И вот теперь он мертв.

– На улице декабрь, а вы ушли без туфель.

– У меня в сумке лежали рабочие, – она указала на свои синие тенниски. – Я даже не вспомнила про эти чертовы туфельки. Я надела их только ради Трея. Думала, что я ему небезразлична, но, как оказалось, здорово ошибалась.

– Когда вы ушли из его квартиры?

– Думаю, в районе трех. Я вернулась домой, приняла душ, после чего сразу отправилась на работу. Мне нужно было занять себя. Сюда я пришла еще до четырех. Если хотите, можете спросить у служащих.

– А когда вы ушли с работы?

– Около половины седьмого. Сразу пошла домой. Я живу тут, наверху. Пришла к себе и как следует выплакалась. Затем съела весь свой тайный запас мороженого. Самое то в таких случаях. И выпила полбутылки вина, просматривая какие-то слезливые сериалы.

– Вы с кем-нибудь говорили или встречались?

– Нет. Я даже выключила свой линк. Мне хотелось пожалеть себя. Этим я и занималась. Но я не убивала Трея. Да, я желала ему смерти, но я его не убивала.

Уже на улице Ева прикинула расстояние от ресторанчика до квартиры убитого.

– Она вполне могла выйти отсюда в шесть пятнадцать, добраться до дома Зиглера и приложить его по голове. Времени у нее было предостаточно.

– Все так, но ее рассказ кажется вполне правдоподобным, – возразила Пибоди. – Миллионы женщин на ее месте уселись бы есть мороженое, пить вино и лить слезы под мелодрамы. Естественная реакция на эмоциональное потрясение.

– Потому-то она и скормила нам эту историю. Да, она кажется правдоподобной, но у Аллы есть мотив, зато нет алиби.

– Знаешь, будь она склонна к насилию, съездила бы его по голове сразу после того, как он предложил заплатить ей за секс.

В ответ Ева лишь пожала плечами.

– Может, у нее замедленная реакция. Ладно, давай заглянем к Моррису, после чего начнем работать с клиентами Зиглера. Неплохо бы установить, кого он имел в виду, когда предлагал Кобурн секс на троих.

* * *

В белом туннеле морга пахло недавней уборкой. Запах лимона и антисептика заглушал всякие мысли о смерти.

Интересно, подумала Ева, замечают ли подобные ароматы те, кто работает здесь днем и ночью?

Миновав торговый автомат с его яркими огоньками, она ощутила слабый позыв принять еще немного кофеина, но вовремя удержалась. Кивнув санитару, который укладывал тело на носилки, Ева отправилась дальше в поисках Морриса.

Главный судмедэксперт стоял над трупом Зиглера. Прозрачный плащ прикрывал его элегантный костюм насыщенно-зеленого цвета.

Рядом своей очереди поджидали еще два тела.

– Смотрю, у тебя завал с работой, – заметила она.

– Праздники. Некоторые украшают залы, а некоторые спешат на тот свет, чтобы бродить здесь потом призраками. Похоже на двойное самоубийство, но мне еще нужно проверить, – Моррис снял микроочки и тепло улыбнулся. – А у вас сегодня длинный денек. Не желаете чего-нибудь выпить? Если поискать, то в холодильнике найдется апельсиновый коктейль.

– Правда? – оживилась Пибоди.

– Я же знаю своих копов.

– Холодная пепси, Даллас.

– Спасибо. Ты выглядишь бодрым.

– Я брал двухдневный отпуск, навестил старых друзей. Вот и настроение поднялось.

– Чудесно.

Приятно видеть Морриса таким расслабленным и оживленным. Что ни говори, утрата любимой женщины сказалась на нем не лучшим образом. Остается лишь порадоваться тому, что он наконец-то пришел в себя.

Она вскрыла жестянку, которую передала ей Пибоди, предвкушая хороший глоток холодного кофеина.

– Итак, Трей Зиглер. Уж ему-то точно не украшать праздничных залов.

– Верно. Смертельная травма головы. Били наверняка.

– Удар нанесли призом – «Лучший тренер года».

– Вот она, ирония жизни. Покойный был в очень хорошей форме. Превосходная мускулатура, минимум жира. Никаких следов от перегрузок. Кожа тоже в прекрасном состоянии.

– Оно и понятно, парень себя любил.

– У него была куча дорогущих кремов, – добавила Пибоди. – Средства для тела, кожи, волос. Некоторые он даже не успел вскрыть, – мечтательно заметила она, за что тут же словила негодующий взгляд Евы. – Просто жалко, что такое добро пропадает.

– Ну разве это не отвратительно, присматриваться к кремам мертвого парня? – поинтересовалась Ева у Морриса. – Как я понимаю, первый удар был нанесен, когда жертва и убийца стояли лицом к лицу?

– Верно. Первый удар пришелся на левую часть лба. Второй – на затылок.

Повернувшись к экрану, он вызвал изображение второй раны.

– В то время как первый удар мог вывести парня из строя – тяжелое сотрясение мозга, обильное кровотечение, – именно второй оказался смертельным. Ему буквально раскроили череп, так что осколки кости попали в мозг. Мгновенная смерть. Готов спорить, этот ваш приз весил немало.

– Да, увесистая штучка. Добрых шесть-семь фунтов. Восемнадцати дюймов высотой.

– Подождите, я дополню наши данные, – он быстро застучал клавишами, набирая цифры.

– Наверху фигурка, – уточнила Пибоди. – Накачанное тело, – она согнула руки, изображая статуэтку.

– Прекрасно. – Моррис продолжил стучать по клавишам. – Исходя из угла наклона и глубины ран, можно предположить (с точностью до девяноста шести – девяноста восьми процентов), что нападение произошло следующим
Страница 12 из 18

образом…

На экране появились две фигурки. Одна из них схватила обеими руками приз, размахнулась справа налево и ударила другую фигурку в висок. Изображение Зиглера отшатнулось назад, после чего рухнуло лицом на пол. Когда он упал, нападавший вновь взмахнул призом, теперь уже слева направо. Этот удар обрушился жертве прямо на затылок.

– Убийца действовал двумя руками.

– Судя по весу статуэтки и силе удара, так оно и было.

– Зиглер был парнем высоким. Получается, убийца примерно того же роста.

– Да, примерно того же. Дюймом выше, дюймом ниже – точнее не скажу. Вдобавок, наш убийца обладает недюжинной силой. Не сказать, чтобы его удары были скользящими или поверхностными.

– Это я поняла. А тут еще сто восемьдесят фунтов мертвого тела, которое надо было затащить на кровать. Задача не для слабака.

– Верно, наш убийца – не слабак. Что касается раны от ножа – ее нанесли уже после того, как Зиглер был мертв, – то и тут удар оказался весьма силен. Во всяком случае, настолько, чтобы у ножа отломился кончик, – он кивнул в сторону чашки, где лежал крохотный кусочек металла.

– Похоже, кто-то был вне себя от злости, – признала Ева. – Был ли у жертвы секс перед смертью?

– Точно не скажу. Он вымылся, причем основательно. Обрати внимание на его интимную прическу: такую еще называют «континентальной».

Ева бросила взгляд на узкую, зигзагообразную полоску волос на лобке.

– Да, я заметила. Довольно странно, на мой взгляд.

– Зато весьма опрятно. В любом случае, парень не пожалел ни воды, ни мыла и умер абсолютно чистым. Где-то за час до смерти он выпил около восьми унций красного вина, а за два часа съел легкий салат, который разбавил энергетическим напитком.

– В сумке у него был мешочек с сушеными листьями. Мне показалось, что это чай, но…

– Я еще не получал анализов – лаборатория, как всегда, перегружена. Однако, исходя из состояния тела и внутренних органов, я могу исключить регулярное применение любых наркотических средств. Это был здоровый мужчина на пике своих физических возможностей.

– Тренер года.

– Что да, то да. И в жизни, и в смерти.

– Спасибо, – Ева швырнула пустую банку в мусорную корзину. – Ты мне очень помог.

– Всегда пожалуйста. Я уже настроился на вашу вечеринку. Надеюсь повеселиться от души.

– Будем рады оправдать твои ожидания.

* * *

Вместе с Пибоди Ева проработала список клиентов Зиглера, отдавая предпочтение женщинам состоятельным.

Ее внимание привлекли совладелица художественной галереи, директор компании, занимающейся продажей недвижимости, хозяйка небольшой сети дневных спа и еще парочка женщин, свободно распоряжающихся деньгами своих мужей.

– Последняя из них – тощая, как палка, да и росточком не вышла.

– Зато ее нынешний муж не может пожаловаться на рост. Вдобавок он тоже ходит в «Супер-Тело» и еще играет в лакросс. Ревнивых мужей тоже нельзя сбрасывать со счета, Пибоди.

– Понятно.

Ева направилась к элегантному трехэтажному особняку, ярко расцвеченному праздничными огнями.

– Поговорим с этой парочкой. Наташа Квигли и ее муж Джон Джейк Копли. Оба клиенты Зиглера. И на сегодня можно закругляться.

– Да! А то я уже с трудом волочу ноги.

– Взбодрись, – посоветовала Ева, нажимая на звонок.

– Добрый день. – со сдержанной вежливостью произнес компьютерный голос. – Назовите, пожалуйста, ваше имя и цель прихода.

– Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. Отдел по расследованию убийств, – Ева поднесла к сканеру свое удостоверение. – Мы хотим поговорить с мисс Квигли и мистером Копли.

– Идентификация личностей прошла успешно. Секундочку.

– Людям стоило бы время от времени самим открывать двери, – заметила Ева. – Просто чтобы почувствовать, что это такое.

Не успела Пибоди ответить, как дверь распахнулась. На пороге стояла женщина – не дроид, быстро отметила Ева. Приветствуя гостей, она улыбнулась с той же сдержанной любезностью, которая отличала компьютер, ответивший на их звонок.

– Прошу вас, проходите. Мисс Квигли примет вас в гостиной.

Войдя в дом, они оказались в просторном трехэтажном фойе. С потолка свисали серебряные люстры изящных форм. Струящийся свет озарял полы, которые, на взгляд Евы, вполне могли быть из натурального дерева.

Из фойе открывался вход в гостиную, где в черном мраморном камине тихонько потрескивал огонь. В углу стояла елка, щедро украшенная кристаллами и алыми лентами. На круглой массивной софе сидели две женщины со стаканами в руках. В стаканах плескалась какая-то прозрачная жидкость.

Блондинки с эффектной внешностью, они обладали достаточным сходством, чтобы Ева признала их за родственниц.

Та, что постарше, поставила свой напиток и поднялась навстречу гостям.

– Я – Наташа Квигли. А вы, должно быть, приехали из-за Трея. Мартелла только что сказала, что его убили. Моя сестра – Мартелла Шуберт. Мы обе тренировались у Трея. Фактически, мы все его клиенты, включая наших мужей. Чем мы можем помочь вам?

– Когда в последний раз вы виделись с мистером Зиглером?

– Я? Знаете, для меня это стало настоящим шоком. Прошу вас, присядьте. Хотите что-нибудь выпить?

– Нет, спасибо.

Ева опустилась на стул с полукруглой спинкой. Похоже, все в этой комнате следует теме окружности.

– Простите, – Наташа вновь села на софу. – Это первый раз, что у нас дома полиция. Во всяком случае, официально. Во вторник утром я, как обычно, занималась с Треем. Я работаю с ним дважды в неделю, по вторникам и четвергам, в 10 утра. В четверг после занятия я хожу еще на массаж. Но сегодня мы не планировали тренировок, поскольку Трей собирался уехать из города.

– А вы, миссис Шуберт? Раз уж вы тут.

Мартелла, отхлебнув мартини, нервно прикусила губу.

– Должно быть, в среду утром. Мой график – утро среды и вечер пятницы. Следовательно, вчера утром. Тилли сказала, Трей умер вчера, но я виделась с ним, и он был в полном порядке.

– Тилли? – переспросила Ева.

– Тилли Берк. Сама она узнала от Лолы. Вы разговаривали с Лолой, а она рассказала Тилли. Тилли не работала с Треем. Она занимается у Флоры, но Трея тоже знает. Его все знают.

Сделав паузу, она вновь приложилась к стакану.

– Похоже, я слишком много болтаю.

– Верно, – Наташа дружески похлопала ее по ноге. – Что и говорить, ужасные новости.

– Это кажется просто чудовищным.

– Сколько времени вы тренировались у мистера Зиглера?

– Думаю, с полгода. Телла чуть больше.

– Я первой переключилась на «Супер-Тело». Мы с Тилли ходили в «Разумный фитнес», но там было очень скучно. А тут перестроили «Супер-Тело», добавили ему настоящего шика. Нам так понравилось, что мы пошли туда заниматься. Потом и Таш к нам присоединилась, когда я рассказала, как там здорово. А в скором времени я начала работать с Треем. Он оказался потрясающим тренером. Я даже купила его Лансу на прошлый его день рождения.

– Телла хочет сказать, что купила мужу абонемент на личные тренировки, – пояснила Наташа. – Телла была в таком восторге от этого парня, что я пошла на пробные занятия, и меня это тоже зацепило.

– Вы общались с ним в свободное время?

– Общались? – Наташа озадаченно повела бровью. – В смысле, лично? Я обедала с ним пару раз в клубном баре, чтобы обсудить будущие тренировки.

– А вне зала?

– Да нет, по сути.
Страница 13 из 18

Хотя мы с мужем пару раз приглашали его к нам в клуб. Мы чувствовали, что он здорово помог нам с игрой в теннис. Скорость и выносливость, – улыбнулась Наташа. – А усиленные тренировки верхней части тела значительно улучшили мой бэкхенд. Время от времени они с мужем играли в гольф. Оба заядлые фанаты этой игры.

– Вы когда-нибудь приходили к нему домой?

– Нет, конечно. С какой стати?

Ева перевела взгляд на ее сестру. Мартелла, в свою очередь, уставилась в стакан.

– Миссис Шуберт?

– Да? Что такое?

– Вы когда-нибудь встречались с мистером Зиглером за пределами фитнес-центра?

– Ну да, когда он приходил в клуб. Таш, пусть мне принесут еще мартини.

– Миссис Шуберт, – произнесла Ева ровным и невыразительным голосом.

– Да?

– Сколько времени продолжалась ваша сексуальная связь с мистером Зиглером?

– Но это же смехотворно! – выпалила Наташа. – И на редкость грубо. Телла, тебе нет необходимости, – при взгляде на сестру голос ее угас. – Господи. Мартелла!

– Все было не так! Все было совсем не так! Я как раз хотела рассказать тебе, и тут вдруг полиция. Мы занимались этим всего лишь раз. Точнее, два, но в один день. И было это давным-давно. Много недель назад.

– Думаю, тебе лучше замолчать. – Наташа предостерегающе сжала руку сестры. – Полагаю, нам стоит подождать приезда адвоката.

– Как хотите. Вам придется проехать с нами в участок для допроса, миссис Шуберт. Перед этим можете позвонить своему адвокату.

– Но я не хочу никуда ехать. – Она умоляюще взглянула на Еву большими голубыми глазами. – Понимаете, Ланс обо всем узнает. Таш, это было всего раз. Мы с Лансом тогда ужасно поругались. Ты, наверно, помнишь. И он как ни в чем не бывало уехал в командировку, хотя я была страшно расстроена.

Взяв стакан сестры, она в один глоток опустошила его содержимое.

– Я рассказала обо всем Трею. О нашей ссоре. О том, что Ланс уехал, хотя мы даже не успели помириться. Я была ужасно расстроена, и Трей предложил приехать ко мне домой – сделать массаж, помочь расслабиться и прийти в себя.

– Секс тоже входил в его услуги? – поинтересовалась Ева.

– Нет! Я бы ни за что! Ни о каком сексе не было и речи. Просто я очень переживала, а Трей проявил настоящую заботу. Он даже приготовил мне чай и начал с небольшого сеанса рейки[1 - Вид нетрадиционной медицины, в котором используется техника так называемого исцеления путем прикасания ладонями.], чтобы помочь мне обрести равновесие. Потом он приступил к массажу и… все случилось как бы само собой.

– Дважды? – сухо поинтересовалась Наташа.

– Да. Просто я, мне было так хорошо, я почти дремала. Никогда в жизни не чувствовала себя такой легкой и расслабленной. Меня окутывало приятное тепло, запах благовоний.

– Благовония, – пробормотала себе под нос Ева.

– И чай оказался очень приятным.

– Что за чай? – спросила у нее Ева.

– Травяной чай. Особая смесь.

– Понятно. Миссис Шуберт. Мартелла. Взгляните на меня. Вы планировали переспать с Треем? Вы вообще думали о сексе с ним до этого инцидента?

– Нет, клянусь вам. Конечно, он очень хорош, и у него потрясающее тело. Но у меня и в мыслях не было спать с ним. Я люблю своего мужа. Поверьте, это правда. Просто в тот день я была ужасно расстроена, а у Трея не было возможности сделать мне массаж в рабочие часы. Он оказал мне любезность, когда приехал после работы к нам домой.

– За какую сумму?

– Две тысячи. Но это был визит на дом, персональное обслуживание. После того что случилось, я снова расстроилась. Я изменила мужу. Но Трей сказал, что все не так. Мне просто нужно было обрести баланс, избавиться от негативных чувств и принять позитивные. И когда я очистилась, то смогла понять, как сильно я люблю Ланса. Так оно и было. Но Ланс, он этого не поймет.

– Сколько вы заплатили ему за молчание?

– Я добавила тысячу долларов в качестве персональной благодарности, и мы договорились, что никогда больше не будем вспоминать об этом происшествии. И мы действительно никогда не говорили о случившемся.

– Он еще когда-нибудь предлагал вам чай? До или после этого события?

– Нет. Я больше не делала у него массаж. Это было бы неправильно. Мне не хотелось, чтобы он снова ко мне прикасался, напоминал о том случае. Теперь я хожу на массаж в клуб, к нашей Труди. И я, – она смахнула слезу, – я собиралась перейти к Гвен, чтобы тренироваться у нее. Я просто не знала, как сделать это без особого шума.

– Кто был инициатором секса? – спросила Ева.

– Господи, я сама. Мне так стыдно. Это все моя вина, только моя.

– А секс вы предложили после того, как выпили чаю? Когда лежали на столе и Зиглер зажег благовония?

– Да. Я чувствовала такое тепло и такое желание. Это ужасно.

– На что вы намекаете? Хотите сказать, он дал ей что-то выпить? – Наташа схватила сестру за руку. – Хотите сказать, он дал Телле что-то вроде наркотика?

– Он бы никогда на такое не пошел. Он просто пытался помочь мне. И он помог. Прошу вас, – умоляюще взглянула она на Еву. – Не говорите ничего Лансу. Он не поймет.

– Вам самой решать, что сказать мужу, – ответила та. – Где вы были вчера между пятью и семью вечера?

– Я была с Тилли. Мы обе были в салоне. «Ультра-Ты». Таш и ее муж устраивали вчера большую вечеринку, и мы хотели как следует подготовиться. Лицо, волосы, ногти и прочие процедуры. В салоне мы были с часу до семи. Полный набор блаженства.

Для Евы шесть часов в салоне красоты были равносильны полному набору пыток.

– Мне нужно полное имя вашей подруги и ее адрес. А еще имена тех, кто занимался вами в салоне.

4

Пока они сидели в трехэтажном особняке, за окном замерцали вечерние огни. День начался в полной темноте, подумала Ева, и закончить его придется так же.

– Ты думаешь, он ее чем-то одурманил? – Пибоди, распахнув дверцу машины, оглянулась на дом. – По правде говоря, я тоже так считаю.

– Я все больше склоняюсь к подобной мысли. И это что-то было в его дорожном чемодане. Чай. – Усевшись в машину, Ева рассеянно уставилась в окно. – Что-то подмешано в чай, и этот тип решил прихватить его с собой в Атлантик-Сити. Или у него была там конкретная цель, или он на месте собирался выбрать себе жертву.

– А на Мартелле Шуберт он остановился потому, что она богата, привлекательна и ранима. Вдобавок она ему доверяла, – добавила Пибоди. – Она чувствовала себя с ним в полной безопасности.

– Доверчивому проще подсунуть наркотик. Хорошо, что ей захотелось выговориться, – заметила Ева. – Если все так, как она утверждает, Зиглер приходил к ней домой пару недель назад. Не факт, что нам удалось бы это установить. Мартелла сама проговорилась.

– Да уж, хранитель секретов из нее никакой. Но этот она всеми силами оберегала от мужа.

Ева вырулила на улицу.

– Может, так, а может, нет. Возможно, он все-таки разузнал о случившемся, отправился к Трею и врезал ему по голове его же призом. Если Мартелла и хранила свой секрет, то лишь потому, что сумела убедить себя – это вовсе не измена, а нечто вроде Дзен. Мне необходимо лучше понять, что она за человек, но кое-какие выводы можно сделать прямо сейчас. С детства она вела привилегированный образ жизни – у семейства Квигли денег невпроворот. Замуж она вышла тоже за деньги. Взяла фамилию мужа. Немного старомодно, значит, в ней явно присутствует
Страница 14 из 18

романтическая жилка. Если все действительно произошло так, как она описывала, Зиглер тоже ее раскусил. Он сыграл на сочувствии, предложил ей свои услуги – не секс, а услуги. А потом заявился к ней домой с чаем и благовониями.

– Но это же все меняет. Появляется дополнительный мотив, а возможно, и новые подозреваемые. Хорошо бы, в лаборатории успели проанализировать ту прядь волос, которую она дала по твоей просьбе.

– Если она не напутала со временем и прошла лишь пара недель, в волосах обязательно обнаружат рогипнол или один из его компонентов. В любом случае многое прояснится, когда мы получим анализы чая и тех палочек, которые нашли в его шкафчике. Мне следовало поставить это в список первоочередных задач.

– На первый взгляд все выглядело обычным чаем и обычными ароматическими палочками. Что странного в том, чтобы отправиться в путешествие с собственным чаем? Прихоть, да и только. А уж благовония в фитнес-центре, где делают еще и массаж, и вовсе выглядят вполне уместно.

– Может, и так. – И все же Ева пожалела, что она поставила это в список задач с низким приоритетом.

– Не понимаю, зачем ему это? – пожала плечами Пибоди. – У него была подружка и еще одна девица, готовая в любой момент прыгнуть с ним в постель. От клиенток, судя по всему, тоже отбоя не было. Зачем же накачивать одну из них наркотиками? Она бы и без того заплатила ему за массаж и сочувствие.

– Азарт. Эго. Практика – дополнительные деньги за молчание. Да кто может знать наверняка, что творится в голове у парня, который без ума от собственной персоны? Не удивлюсь, если он счел, что оказывает ей любезность.

Ева в задумчивости свернула за угол.

– Я подвезу тебя до дома.

– Ты серьезно?

– В конце концов, мне это почти по дороге. – Вдобавок Пибоди, как и она сама, начала и закончила этот день в полной темноте. – Проверь ее алиби. Оно должно выдержать, но проверь все равно.

– Это салон Трины. Я могу напроситься на чашечку кофе.

– Да без проблем.

– Странно, что он обошел вниманием ее сестру. Уж она-то как раз в его вкусе: привлекательная дамочка лет сорока, да еще с кучей денег.

– А кто сказал, что обошел?

– Она сама и сказала, – Пибоди невольно свела брови. – Впрочем, все возможно. Лгунья из нее явно получше, чем из младшей сестрицы.

– Разберемся. Завтра займемся с тобой остальными клиентами. Если Мартелла Шуберт не соврала, она не единственная, кто отведал волшебного чая. Надо все как следует проверить.

– Этот наш мертвец, – заметила Пибоди, – он оказался настоящим мерзавцем.

– Мерзавец заслуживает хорошей взбучки, но уж никак не разбитого черепа.

– Но я бы предпочла искать убийцу хорошего парня. С другой стороны, он был бы сейчас хорошим мертвым парнем, и я бы жалела его еще больше. Пожалуй, что ни делается, все к лучшему.

– Ладно, ладно. Ты главное проверь ее алиби, – сказала Ева, притормаживая у тротуара.

– Поняла. Спасибо, что подбросила. Боже, какой чудесный свитерок!

Она ткнула пальцем в соседний ларек, на витрине которого красовался ярко-оранжевый свитер с танцовщицей хула во всю грудь.

– Мак-Наб будет в восторге. Маленький подарочек от Санты.

– А он знает, что Санты не существует?

– Санта живет в сердцах тех, кто в него верит, – Пибоди торжественно положила руку на грудь. – Одолжишь мне пятьдесят баксов? Пожалуйста. Это же не свитер, а загляденье.

– Боже ты мой. Санта-Клаус и танцовщица хула, – заметила Ева, шаря по карманам.

– Ой, а вон еще один! С кружащимся Элвисом в шляпе Санты! Вот уж забавно!

– Элвис умер сто лет назад. Что забавного – таскать на груди портрет мертвого парня?

– Элвис, как и Санта, неподвластен смерти. Нет, пусть будет девица. Хотя…

Ева сунула Пибоди деньги.

– Иди, купи Мак-Набу свой смехотворный свитер. Выметайся из моей машины.

– Ура! Праздник! Покупки!

Отъезжая от тротуара, Ева бросила взгляд назад.

Пибоди счастливо пританцовывала перед киоском со свитерами.

Веселого Рождества.

И тут ее осенила мысль, от которой она невольно содрогнулась. Если до торжества всего два дня, а сегодняшний практически закончился, то где же, позвольте спросить, ей выкроить время на покупки для тех, кому по правилам этикета она должна хоть что-то презентовать?

Подгоняемая этой мыслью, Ева направилась в сторону центра. Уже поздно, но есть шанс, что удастся найти местечко, где она затоварится сразу всем необходимым.

Свернув за угол, она увидела парнишку, который возился у своей палатки. Осталось лишь решить, где ей припарковаться.

Она проехала еще квартал, отчаянно лавируя в море туристов, покупателей и обезумевших ньюйоркцев, которые всего лишь пытаются попасть домой после рабочего дня.

Добравшись до палатки, она принялась разглядывать ассортимент. Кепки, шарфы, носки, перчатки, варежки, шапки – парнишка явно расширился с момента их последней встречи.

Ева понаблюдала, как он отсчитывает сдачу и упаковывает в пакет три ярких шарфа.

– А ты неплохо устроился.

Мальчик вскинул голову, и по лицу его растеклась улыбка.

– Привет, Даллас. Ты что-то сказала?

– Привет, Тико. Смотрю, дела у тебя идут неплохо.

– Только время поджимает.

Любой другой мальчик на его месте сидел бы сейчас дома – играл в компьютерные игры или корпел над уроками. Но только не Тико. Он прирожденный бизнесмен.

– Ловишь плохих парней?

– Сегодня нет. Впрочем, день еще не закончен. А для тебя тут не слишком поздновато?

– Праздничный бизнес. Я отпросился до семи тридцати. Дик! Ступай, помоги вон той леди. Это один из моих работников, – пояснил Тико, кивая на тощего парнишку в шапке и перчатках без пальцев. – Я нанял двух.

– У тебя уже работники?

В глазах его загорелись искорки смеха.

– На Рождество без этого никак. Смотри, у меня тут полно шарфов. Есть хлопковые, есть шерстяные, кашемировые, из шелковой ткани. Если подобрать к ним шапку и перчатки, получится замечательный подарочный набор.

– Верно, – Ева сунула руки в карманы. – У меня есть знакомые девицы, которым нужно купить подарки.

– Что за девицы? Подружки, родственницы, коллеги по работе?

– Ну-у, скорее подружки.

– Хорошие? Или из тех, кому все равно, что дарить?

Ева невольно рассмеялась. Парнишка неплохо знает свое дело.

– Хорошие.

– Я отведу тебя к своим деловым партнерам.

– К партнерам?

– Ну да. Дик, Мэнни! Присмотрите тут за торговлей да не глазейте без дела по сторонам. Идем. – Взяв Еву за руку, он повел ее к переходу. – Помнишь магазинчик, в который ты нагрянула в прошлый раз? Я тогда сказал тебе, что там засели плохие парни, и ты пришла и всех их арестовала.

– Помню. Обвинение в кражах и рэкете.

– Там теперь новые хозяева. Бизнес мамы-папы. Хорошие люди. Обслужат тебя по высшему классу.

– Правда? – Желая раз и навсегда покончить с этой мучительной практикой покупок, Ева послушно пошла за ним через дорогу.

Какое-то время они лавировали в толпе, после чего оказались в узком, как пенал, магазинчике.

– Привет, па!

Мужчина лет тридцати пяти снимал со стены одну из бесчисленных сумок. Наконец он выложил ее на прилавок и подтолкнул к замершему в ожидании покупателю.

– Привет, Тико, – улыбнулся он парнишке.

– Привет, ма!

Женщина за прилавком упаковывала в пакет какую-то яркую ткань.

– Тико!

Слишком молодые для
Страница 15 из 18

прозвища мамы-папы, подумала Ева. Для жителей Нью-Йорка они выглядят какими-то очень умиротворенными и радостными. И ни один не одет в черное.

– Счастливого Рождества, – сказала женщина, вручая покупательнице ее пакет. – Будем рады видеть вас снова.

Тико подтащил Еву к прилавку.

– Это Даллас. Тот самый коп, который очистил это место и дал вам возможность арендовать его.

– О, лейтенант Даллас! Тико много рассказывал о вас. Меня зовут Астрид. – Женщина протянула Еве руку. – Наконец-то мы с вами встретились.

– Понимаете, Даллас нужны подарки для подружек. Сколько их у тебя?

– Черт. Пожалуй, что пять. Из тех, кому нужно что-то подарить.

– Прекрасно. Бен, это лейтенант Даллас, о которой нам рассказывал Тико.

– Серьезно? Рад знакомству. Если позволите, я сейчас присоединюсь к вам.

– Вы уже успели углядеть что-нибудь подходящее? – спросила Астрид у Евы.

– Даже не знаю.

Куда ни посмотри, всюду были сумки. С ремешками и без ремешков, вместительные и не очень. Крохотные дамские сумочки, абсолютно непригодные в повседневной жизни, и огромные сумищи, в которые вполне мог поместиться мебельный салон.

– Не разбираюсь я в этих вещах.

– Дамы любят сумочки. Неужели у тебя их нет? – в удивлении спросил Тико.

– У меня есть карманы. И рабочий чемоданчик. А для бумаг я держу папки.

Ева не упомянула о дюжинах дамских сумочек, которые пылятся в ее гардеробе наряду с дюжинами туфель и ворохом одежды.

Муж в отличие от нее знает толк в подобных вещах.

– Опишите мне одну из ваших подружек, – предложила Астрид. – Так дело пойдет быстрее.

– Ну-у, стильная, изящная – при этом не зануда и не консерватор. Предпочитает пастельные тона, но может удивить и чем-нибудь броским. Все вещи у нее гармонируют друг с другом, как если бы она заранее подбирала себе комплекты. Умная, настоящий профессионал. Добросердечная.

– Похоже, очень приятная женщина. У меня есть кое-что на складе из новых поступлений. Думаю, это должно сработать.

– Я же говорил, они о тебе позаботятся, – заявил Тико, когда Астрид упорхнула в кладовку.

– На складе хранят не самые крутые вещи, разве нет?

– Что ты хочешь этим сказать? – возмущенно уставился на нее парнишка. – Это хорошие ребята.

– Ладно, ладно. Просто хождение по магазинам заставляет меня нервничать. С какой стати здесь столько разных вещиц?

– Чтобы люди не носили одинаковое.

В этот момент в дверях показалась Астрид. В руках у нее была коробка, из которой она вынула узкую сумочку.

– Я заказала таких всего две или три, чтобы посмотреть, как они будут расходиться. Все расписаны вручную – настоящий штучный товар.

– Ясно.

Ева внимательно осмотрела сумочку. Гладкая, шелковистая на ощупь, с неброским узором из цветов и бабочкой в качестве застежки.

– Поскольку сумочки расписаны вручную, каждая из них – единственная в своем роде.

– Совсем как моя подруга, – заметила Ева, думая о Мире. – Пожалуй, ей это понравится.

– У меня есть чудесный шелковый шарф, который прекрасно сочетается с розовым, – заявил Тико, указывая на узор из цветов. – Ты можешь вложить его в сумочку, и получится по-настоящему стильный подарок. Совсем как ты хочешь.

– Ладно, будь по-твоему, – кивнула Ева. – Идем дальше. Вторая подруга совсем другого типа. Ничего чрезмерного или кричащего. При этом яркая, заметная, импульсивная, склонная к переменам. Ах, да, с ребенком. Девочке сейчас годик.

– Кажется, я уловила, – Астрид в задумчивости сжала руки. – У нас есть эти замечательные сумки, рассчитанные на мать и дочь. Вся прелесть их в том, что они очень практичны. Сворачивая и разворачивая, их можно с легкостью превратить и в простую сумку, и в рюкзак.

Она указала на стену.

В глазах у Евы замельтешило от ярких цветов. На каждом крюке висело по большой и маленькой сумке. Взгляд ее упал на пару с танцующим, искрящимся единорогом.

– Как раз для Мэвис и Беллы. Вон те две, с единорогом.

– Давайте я сниму их для вас.

Пока Астрид доставала сумки, Ева обратилась к Тико:

– Готова спорить, у тебя есть шарф, который подойдет к этому набору.

– У меня есть шарф, который как нельзя лучше подойдет для мамы, и детская шапочка, напоминающая цветом эту лошадку с рогом.

– Тико, ты меня убиваешь. Ладно, беру.

Не прошло и сорока минут, а Ева уже запихивала в машину пакеты с покупками. Кое-как пристроив их на заднем сиденье, она уселась за руль.

С минуту она посидела в полной неподвижности, чтобы хоть как-то прийти в себя.

Остается лишь благодарить Бога за то, что Рождество бывает раз в году. Она вновь выехала на дорогу, где царило предпраздничное оживление, и уже безо всяких происшествий добралась до дома.

На деревьях вдоль подъездной дороги были развешаны яркие огоньки, отчего на землю ложились причудливые тени. Да и сам дом – громада из серого камня и стекла – казался чьей-то причудой благодаря своим башенкам и галереям.

Огни мерцали и переливались, придавая дому законченные очертания. Сквозь высокие окна виднелись каскады зелени, добавлявшие этой элегантности домашнего уюта. И на каждом окне сияло по свече.

Ева успела привыкнуть к красоте своего дома – и это было любовью. Но она никогда не воспринимала его как должное. И это уже было благодарностью.

Прошло восемнадцать часов с тех пор, как она покинула свое жилье. И мысль, что она наконец-то вернулась назад, принесла ей облегчение.

Она выбралась из машины на зимний холод, и ветер ударил ей в бок, как расшалившийся ребенок. Один за другим она вытащила пакеты с подарками. И как ее угораздило накупить такую кучу? Весь процесс теперь напоминал лихорадочный сон, оставивший после себя чувство усталости и легкую головную боль.

Она тащила, тянула, вытаскивала. Каким чудом она вообще умудрилась познакомиться с таким количеством людей? Как такое могло случиться?

Пакеты шуршали, коробки постукивали друг о друга. Если вся эта куча вывалится сейчас на землю, она и пальцем не шевельнет, чтобы собрать ее.

Хотя пакеты отчаянно колотили ее по ногам, Ева умудрилась дотащить их до дверей и с трудом проскользнула внутрь.

Разумеется, он уже был там – чучело в черном костюме, по имени Саммерсет. Мажордом Рорка возвышался в ярко освещенном фойе. На его бледном, костлявом лице мерцала ухмылка, а у ног его, как маленький меховой Будда, притулился жирный кот Галахад.

– Похоже, к нам заглянул Призрак Рождества? – поинтересовался вслух Саммерсет.

Ева нахмурилась. Ей хотелось сказать в ответ что-нибудь колючее, но…

Она в изнеможении швырнула пакеты на пол.

– Я заплачу тебе тысячу, если ты завернешь этот хлам в подарочную бумагу.

Его брови слегка изогнулись.

– Меня нельзя купить, – заявил он, в то время как кот отправился нюхать пакеты. – Но со мной можно договориться.

– Чего ты хочешь?

– Через день у вас намечается вечеринка.

– Я в курсе.

Через день? Стало быть, на все про все у нее остался только день? Лучше об этом не думать.

– Подготовка к приему двухсот пятидесяти шести гостей начнется в восемь утра.

Двухсот пятидесяти шести? Господи Иисусе! Зачем столько?

Но в ответ она сказала только одно:

– Понятно.

– Вы тоже примете в этом участие.

– Но что, если…

Ева бросила взгляд на кучу пакетов и задницу кота, который полез в один из
Страница 16 из 18

них.

– Ладно, – сдалась она.

Стряхнув с плеч пальто, она бросила его на перила – так, небольшой бунт.

В ее отступлении нет ничего постыдного, сказала себе Ева, поднимаясь по лестнице в спальню. Будут другие войны, другие сражения. Пройдя в комнату, она со стоном рухнула на кровать.

Всего десять минут, мысленно поклялась она. Десяти минут вполне хватит на то, чтобы оправиться от травмы, нанесенной сеансом покупок и сделкой с Саммерсетом. Она немного вздремнет, после чего отправится к себе в кабинет и засядет за работу. На свежую голову проще понять, кто мог убить Трея Зиглера.

Мерзавец он или нет, это дело все равно надо раскрыть.

Десять минут, повторила она и рухнула в сон, будто якорь в море.

Через какое-то время она вновь выплыла на поверхность. На спину давило что-то тяжелое – там явно пристроился кот. Чья-то ладонь сжимала ее пальцы. Это уже был Рорк.

Елка в углу подмигивала праздничными огнями. В камине тихонько потрескивали дрова. Первым желанием ее было вновь прижаться к Рорку и уснуть. Но коп не часто может позволить себе расслабиться.

– Я ходила за покупками, – возвестила она.

– Бог ты мой! С тобой все в порядке? Может, позвонить в «Скорую»?

– Пошути мне еще. Я нашла того парнишку, Тико. Помнишь его?

– Ясное дело. Юный бизнесмен. С особой нежностью я вспоминаю пирог, который приготовила его бабушка.

– Для праздничной торговли он нанял еще двух мальчишек. Да и ассортимент расширил. Потащил меня в местечко, которое я тогда накрыла со своими ребятами. Новые арендаторы. Выглядят так, будто в родстве с Пибоди. Что-то вроде современных хиппи. А потом такое чувство, будто я чудом попала в какую-то параллельную вселенную.

– Где есть розничная торговля и нет преступлений.

– Именно, – сказала Ева. – В общем, там все было забито вещами, и кто-то говорил – это подойдет тому-то, а я в ответ – да, хорошо. Потом вон то подойдет другому. Да, чудесно. Господи, да, хорошо. И так без конца. А парнишка стал подтаскивать тряпки из своей палатки, повторяя: добавишь этот шарф, или что там еще, сюда, а вон тот шарф – туда. А я как заведенная повторяла: ладно, здорово, ладно, хорошо. Потому что мне хотелось поскорей оттуда сбежать.

Она вздохнула.

– Похоже, я заработала посттравматический стресс.

– Бедняжка, – поцеловал ее Рорк.

– Ты же так не считаешь. Тебе это кажется очень забавным. Сам-то ты любишь ходить за покупками. Но это ладно. Потом все пошло еще хуже.

– Неужели что-то может быть хуже?

– Я была до того травмирована этим опытом, что проявила слабину и заключила сделку с Саммерсетом.

Он прижался губами к ее лбу, будто проверяя температуру.

– Похоже, «Скорая» тут уже не поможет.

– Ха-ха. Поскольку он согласился упаковать мои подарки, мне придется поучаствовать в подготовке к рождественской вечеринке. Зачем нам двести пятьдесят шесть гостей?

– На самом деле их придет не меньше двухсот семидесяти, и мы будем только рады, если ты примешь участие в подготовке. Не забывай, ты же босс. Будешь решать, приказывать, делегировать. Не исключено, что в итоге тебе это даже понравится.

– Что-то не верится. Но сделка есть сделка, – перекатившись на спину, Ева взглянула ему в лицо. На нее вновь нахлынули чувства, которые она испытала этим утром в момент неожиданной встречи с Рорком.

Такой красавец – настоящее совершенство. И всецело принадлежит ей.

– А почему ты не в костюме? – она провела рукой по его серой футболке.

– Я попал домой раньше тебя. Успел даже помыться.

– Это уже нечестно. У тебя – освежающий душ и домашняя одежда, а у меня – убийство и магазинный ад. Вдобавок, я все еще в сапогах.

– Да, счет явно не в твою пользу. Посмотрим, что тут можно сделать, чтобы выровнять его.

Приподнявшись, он стянул с нее сначала один сапог, затем другой.

– Так лучше?

– Для начала неплохо.

– Думаю, нам обоим было бы проще, если бы ты избавилась от оружия. – Отстегнув пояс с револьвером, он аккуратно сложил все на пол, к сапогам. – А теперь?

– Убийство и ад, – напомнила она. – У тебя – деньги и деловые встречи.

– Ты права, того и того было предостаточно, – приподняв Еву, он стащил с нее синий джемпер, который она второпях натянула на себя в разгар ночи. – Тебе нравится Тоскана? Хочешь стать хозяйкой небольшого итальянского городка?

– Городка? Хватит придуриваться.

– Если уж на то пошло, села, но на редкость очаровательного, – улыбнувшись, он начал расстегивать пояс на ее брюках. – Старинная вилла, которую можно превратить в настоящее произведение искусства. Чудесные виды, узкие мощеные улочки, остатки средневековой стены.

– Ты купил город?

– Еще нет, но завтра куплю. – Он осторожно стащил с нее брюки. – У моей жены такие длинные, такие красивые ноги.

– Они помогают мне быстро добраться из пункта А в пункт Б.

Рорк провел рукой по ее ногам, от щиколотки к бедру.

– Ты же никуда не собираешься в настоящий момент.

На шее у Евы висел бриллиант, который Рорк подарил ей вместе с признанием в любви. Он провел пальцем по сверкающей капле, вспоминая, как шокирована была Ева его даром – любовью и бриллиантом.

– Ну как, расслабилась?

– Почти. Поначалу я думала: все, что мне требуется, – это большой бокал вина. Потом я добралась до спальни и решила: нет, что мне действительно нужно – это поваляться на постели минуток десять. Но и тут я промахнулась.

– Так чего же ты хочешь?

– Я хочу, – приподнявшись, она обвила его руками, – я хочу тебя.

Он мог бы провести так весь свой день, подумал Рорк. Губы к губам, сердце к сердцу.

– Жаль, что этим утром нам не удалось, как обычно, посидеть за завтраком, просто перекинуться парой слов, – шепнул он. – Мне так этого не хватало.

– Мне тоже.

Они лежали рядом, и ласки их мешались с поцелуями, заставляя забыть о часах, проведенных друг без друга. Они были вдвоем, в своем маленьком уютном мирке, отгороженные от внешних шумов и назойливых огней.

Желая прильнуть к теплу его тела, Ева стянула с Рорка футболку, а затем изогнулась, как довольный кот, под искусными прикосновениями его рук. Сердце ее заколотилось быстрее, а в теле запульсировал привычный жар.

Желание стало растекаться, мерцать, как огоньки в камине, а затем вспыхнуло безудержным пламенем. В следующее мгновение оно смешалось с удовольствием, и удовольствие это нарастало, пока не достигло своего пика. Затем наступила долгожданная развязка.

Сжав в ладонях лицо мужа, она вновь нашла губами его рот. Что-то невнятно бормоча, перевернула его на спину. Теперь уже она сидела верхом, позволяя ему войти в себя. Медленно, неспешно, не отрывая взгляда от его лица. Прижав его руки к своему сердцу, Ева начала двигаться.

Он позволил ей это сделать, в то время как каждая клеточка его тела стонала от наслаждения. Чувственное удовольствие все сгущалось, и в какой-то момент он ощутил, что еще немного, и он не сможет дышать.

Наклонившись, Ева прильнула к его губам.

– Ева.

– Я знаю, знаю, – откинув голову, она прикрыла глаза и позволила им обоим погрузиться в сладостное забытье.

5

Ева сидела за столиком в удобной домашней одежде с бокалом вина в руке и кусочками куриного деликатеса на тарелке, дополненного золотистой картошкой и какой-то непонятной зеленью. Пожалуй, решила она, долгий день
Страница 17 из 18

закончился не так уж плохо.

От усталости и переживаний не осталось и следа. Она чувствовала себя спокойной и расслабленной.

Она уже начала заполнять рабочий журнал и теперь рассеянно перебирала события дня, одновременно отдавая должное ужину в своем домашнем кабинете.

– Итак, – сказал Рорк, – что ты сегодня купила?

– Кучу вещей. Я нагрузилась сумками.

– Да уж, куча вещей предполагает тяжелые сумки.

– Именно, – она многозначительно махнула вилкой. – Если бы люди не таскали с собой столько хлама, не было бы нужды и в сумках. На ремнях и без ремней, заплечных, на колесиках. Люди проводят с ними всю свою жизнь, как какие-то беженцы. Не понимаю я этого.

– И все же ты накупила их в качестве подарков. В этом и состоит суть дарения.

– Еще я купила носки. Кучу носков, – припомнила Ева; события этого вечера расплывались, будто в тумане. – А еще шапки и вещички, в которые нужно вкладывать другие вещички. Представляешь, кто-то додумался выпускать такие маленькие коробочки специально для губной помады.

– Быть того не может! – шутливо воскликнул Рорк, но тут же посерьезнел под ее пристальным взглядом. – Потрясающе.

– Очень забавно. А еще меня подбили купить говорящего единорога.

– Прошу прощения, кого?

Наконец-то ей удалось удивить его. Неожиданно для себя Ева ощутила странное удовлетворение.

– Говорящего единорога, которого положили в сумку для Беллы. В маленькую такую сумочку, которая сочетается с большой сумкой для Мэвис. Сам он розовый – в смысле, единорог, – с серебряным рогом. Болтает всякую ерунду и танцует. Боюсь, он до смерти напугает малышку.

– Да брось, наверняка он ей понравится.

– Он меня-то едва не напугал. Но Тико продолжал носиться туда-сюда, подтаскивая новые вещички. Ему пришлось даже позвонить бабушке, чтобы та разрешила ему задержаться подольше. Думаю, всю вину он свалил на меня.

– Как бы то ни было, но твои мучения окончены, – он отсалютовал ей бокалом вина.

– Уж лучше встретиться лицом к лицу с парочкой обкуренных отморозков, чем заново пройти через этот ад. Что это за зеленая гадость у меня на тарелке?

Рорк лишь улыбнулся в ответ.

– Как продвигается твое расследование?

– Оказывается, этот тип был еще большим сукиным сыном, чем я предполагала. Мне еще нужно проверить в лаборатории, но я практически уверена, что он опаивал женщин наркотиками, чтобы подбить их на секс.

Лицо у Рорка потемнело.

– Стало быть, это уже не просто сукин сын.

– Верно. И если я права, Зиглер заслуживает хорошего пинка под зад. Но раз уж он позволил себя прикончить, придется мне заниматься этим делом.

– Женщина, которая узнала о том, что он с ней сделал? Пожалуй, я готов встать на ее сторону.

– Парень заслуживал тюрьмы, но не могильной плиты. Может, женщина, которая обнаружила, что секс был не таким уж добровольным, а может, ее муж или бойфренд, до которого это дошло. Или женщина, которой не понравилось, что он спит со всеми подряд, или обманутый муж этой женщины. Вариантов много. А тут еще деньги, что наводит на мысли о шантаже. А шантаж, как известно, ничем хорошим не заканчивается.

– Тем не менее продолжает оставаться классикой жанра, – заметил Рорк.

– Тайны плюс жадность. Это уравнение всегда кончается могилой.

– Полицейская математика, – улыбнулся Рорк. – Как правило, довольно точная.

– Список его клиентов состоит в основном из женщин, хотя и мужчины там встречаются. И клиенты эти – люди с деньгами.

– Должно быть, ошибся с выбором источника.

– Скорее всего. Вообще мне кажется, что эта сфера деятельности – деньги за секс и/или шантаж – была для него относительно новой. Не то чтобы раньше он не занимался ничем подобным, просто тут он ввязался в это всерьез. С подружкой Трины Зиглер расстался пару недель назад, а замки на шкафчике поменял еще двумя неделями раньше.

– Планировал увеличить ставки, – предположил Рорк.

– Возможно. – Ева бросила взгляд на досье убитого. – Вообще, ему было из кого выбирать. Я хочу еще раз поговорить с Симой, а это значит, мне придется пообщаться и с Триной.

– Ей ты купила подарок?

– Нет. – На лице у Евы явно читался шок. – С какой стати? Я же не должна. Или должна? Я больше не вернусь туда, Рорк. Эти ребята с сумками – милые люди, но туда я больше не вернусь.

– Не переживай, я сам об этом позабочусь. Трина – твой стилист и косметолог, хочешь ты того или нет. И небольшой подарок ей явно не повредит.

– Все это просто немыслимо, – в состоянии шока Ева проглотила зелень со своей тарелки. – Ты же пригласил ее сюда, правда? Чтобы она как следует помучила меня перед вечеринкой? Волосы, тело и лицо.

– Это цена, которую ты, дражайшая Ева, платишь за прием такого количества гостей. Ну а я тем временем, если позволишь, проверю финансы вашей жертвы. Не исключено, что у него припрятаны и другие суммы.

– Лично я в этом сомневаюсь, но лишняя проверка не повредит.

Она вновь бросила взгляд на досье.

– Если ему хотелось продавать секс за деньги, почему бы просто не получить лицензию? Потенциально он мог заработать гораздо больше, причем на законных основаниях.

– Видишь ли, некоторые вроде тебя до сих пор считают лицензированное компаньонство проституцией.

– Как ни крути, секс за деньги.

Рорк, покачав головой, предложил ей ролл.

– Лицензированный, урегулированный, безопасный, облагаемый налогом секс. Люди платят за лечение, за физические тренировки, – кивнул он на ее досье, – за духовное руководство и так далее, и так далее. Люди платят за все виды базовых потребностей, а секс как раз и относится к таким потребностям.

– Это легальная форма заработка, так что мне нет до нее никакого дела. Но ты прав, – она тоже бросила взгляд на досье, – Зиглер не рассматривал это в качестве бизнеса. Ему не хотелось думать, что он продает подобные услуги. По его мнению, это была любезность, которую он оказывал женщинам, позволяя им насладиться своим телом и своими сексуальными навыками. Деньги же были необходимы ему для того, чтобы поддерживать свою внешность на должной высоте.

Так, так, так, – она глотнула вина, – все начиналось с забавы, с удовольствия покорять. Вы занимаетесь сексом в роскошном гостиничном номере, с шампанским и вкусной едой. Не исключено, что она дарит тебе какую-нибудь дорогую безделушку. В конце концов, она хорошо провела время, разве нет? Потом ты начинаешь понемногу намекать на то, что маленький подарок или небольшая сумма наличными только приветствуются. Ты позволяешь ей расслабиться и получить удовольствие, а она предлагает взамен небольшой бонус. Что в этом плохого? Ты не продаешь себя – она просто выказывает свою благодарность. Так, чисто по-дружески, дает тебе больше обговоренного, поскольку и ты дал ей больше обговоренного.

– Такое чувство, что ты начинаешь разбираться в его характере.

– Возможно. Я разговаривала с дамочкой, которую он опоил, чтобы настроить на секс. Зиглер взял с нее две штуки за домашний массаж – для него это всегда подразумевало секс. Ему ничего не стоило назвать подобную практику массажем, услугой или чем-то подобным. И назначить соответствующую цену. Не сомневаюсь, что в последнее время он частенько выезжал на дом к клиентам. Массаж, персональные тренировки. Две, три тысячи за сеанс. Добавь сюда
Страница 18 из 18

интимные беседы, и шантаж без труда впишется в эту картину. Сукин сын.

– Теперь уже мертвый сукин сын.

– Да, конечно. Ты прав.

* * *

Рорк был прав, и ей пришлось посвятить Зиглеру все свое время и внимание.

Она записала свои предположения и составила отчет о продвижении расследования, отдельное место в котором занял опрос свидетелей.

Потом она составила таблицу, в которую вписала клиенток, признавших так или иначе сексуальную связь с Зиглером. Здесь же были указаны их расходы – деньги, подарки, оплата гостиничных номеров.

Рядом с каждым именем она написала семейный статус, отметив, кто из мужей или сожителей тоже относился к числу клиентов Зиглера.

Она тщательно проверила прошлое этих людей, обращая особое внимание на возможные проявления агрессии и прочие криминальные действия.

Не забыла она и об именах, которые предоставила ей Трина, а также о бывших сослуживцах Зиглера.

Она работала и размышляла.

Когда в комнату вошел Рорк, Ева сидела, задрав ноги на стол.

– Под другим углом, – рассеянно промолвила она.

– Дело не в финансах. Никаких тайных счетов, разве что этот парень был куда умнее, чем я о нем думаю.

– Да я на это и не рассчитывала, но все равно спасибо. Приятно узнать мнение эксперта. Стало быть, соперник. До сих пор я концентрировалась исключительно на сексе и клиентах. Но ведь Зиглера ударили призом. Итак, что мы имеем? У Зиглера много богатых клиенток, которые ходят к нему не только потому, что он прекрасный тренер (а это подтверждают даже те, кто его не любил), но и ради секса. За свою работу он получает солидные комиссионные – плюс добавочные за секс. Его репутация укрепляется. Приз – я узнавала – тоже сопровождается солидной суммой. Зиглер побеждал три последних года, да и в нынешнем считался несомненным фаворитом. Но вместо того чтобы ехать в Атлантик-Сити и сражаться там за победу, он прямиком направился в морг.

– Думаешь, кто-то из тренеров прикончил его ради приза и тысячи долларов?

– Не только. Это еще и престиж, потенциальный приток клиентов, возможность похвастаться своими успехами. У Зиглера не было друзей в «Супер-Теле». Готова спорить, что и в других центрах к нему относились не лучше. Убил его кто-то знакомый, иначе Зиглер не подпустил бы этого типа так близко. Следовательно, нельзя сбрасывать со счетов коллегу или соперника, который вдруг решил, что с него довольно.

– Коллега или соперник, – повторил Рорк. – Сюда можно добавить и секс – его никогда не бывает слишком много. Допустим, этого соперника (или соперницу) тоже использовали ради секса. Или обманули.

– Пожалуй. Очень даже дельная мысль. Надо будет нам с Пибоди съездить завтра в фитнес-центр.

– На этом и порешим, – взяв Еву за руку, Рорк потянул ее из-за стола. – Пора в постельку.

– Но мы ведь уже занимались этим сегодня.

– Пора спать. На часах почти полночь. Задержись ты тут чуть дольше, и твой рабочий день составит двадцать четыре часа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=21240058&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

Вид нетрадиционной медицины, в котором используется техника так называемого исцеления путем прикасания ладонями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.