Режим чтения
Скачать книгу

К чему приводят девицу… Ночные прогулки по кладбищу читать онлайн - Анна Рассохина

К чему приводят девицу… Ночные прогулки по кладбищу

Анна А. Рассохина

К чему приводят девицу… #1

Что делают девицы из приличного семейства на ночном погосте? Может быть, гуляют? А возможно, пытаются пробудить злую ведьму, чтобы заставить ее ответить на их вопросы?

Только все оказалось не так просто, как изначально думалось юным искательницам приключений!

Анна Рассохина

К чему приводят девицу… Ночные прогулки по кладбищу

Пролог

Он стоял перед ними на коленях, но ни на кого из них не смотрел. Кто-то из пятнадцати хмурился, кто-то горестно вздыхал, кто-то презрительно кривил свои уста. Его покровитель досадливо покусывал губы и порывался что-то сказать. Но властный жест Старшего остановил Младшего.

И Старший сурово уточнил:

– Так ты смирился со своим наказанием и готов нам покориться?

– Да, – последовал четкий ответ.

– Ты согласен с тем, что заслуживаешь этого?

– Согласен!

– И ты готов ждать?

– Хоть целую вечность! – Он сжал зубы, но сумел сдержаться и не нагрубить.

– Хорошо, – кивнул Старший, – мы вернемся к тому, на чем закончили, но ты позабудешь обо всем и выберешь другой путь, принеся в жертву тех двоих, кого любил больше жизни. И это все только ради нее одной! Надеюсь, что ты не передумаешь, Князь!

– Не передумаю….

– Хорошо, – снова сказал Старший и взял в руки магический указатель времени. – Тогда начнем…

Повелительный взмах рукой – и стрелки на циферблате стали вращаться в обратную сторону…

– Пусть все будет так, как и было задумано, – со вздохом произнесла Старшая.

Глава 1

Триста лет спустя

– А-а-а… хочу за него замуж! – доносился из-за закрытой двери голос кузины Этель.

– Ну, дочка, – послышался ответ тети Ратеи, – ты же понимаешь, кто он и кто ты? Зачем тебе этот эльф? Да еще и высокородный!!!

– А я его люблю-у-у…

– Ну хочешь, мы тебе сосватаем… ну… – задумалась тетушка.

– Князя, – подсказала моя мама.

– Да! Князя… – начала тетя, но была перебита моим батюшкой:

– Да какого, к хмару лысому, князя?!! Да где я вам столько приданого возьму?!! Да за что мне все это?!!

– Милый, – послышался голос матушки, – ты забываешься! Давай подведем итог: Этель уже пора замуж, академию она окончила, осталось лишь диплом получить и…

– Да понял я, – устало перебил папенька, а по совместительству и единственный мужчина в нашей большой семье.

– А-а-а, – снова заголосила Этель, – за первого встречного замуж не пойду! Эльфа хочу-у-у…

– Хватит! – прогрохотало из комнаты отца…

– Ну вот, – шепотом провозгласила я и на цыпочках отошла от двери, сделав знак рукой, чтобы кузины Лиссандра и Йена следовали за мной.

– Та-а-ак, все интересное закончилось, – уже в моей комнате прокомментировала происходящее Лисса, – и снова последует: «Зачем я женился и залез в это бабье царство?! Ой-ой-ой…»

Что правда, то правда, подумала я. После женитьбы попал батюшка в истинно бабье царство и осознал, как ему не повезло. Хотя изначально думал, что ему улыбается богиня удачи, потому что женился родитель на первой красавице западной окраины Норуссии, к тому же дочери известной на всю страну травницы и боевой ведьмы, принадлежащей к древнему знатному роду. В результате этого брака помимо не особо покладистой супруги папенька получил еще и трех сестер жены в придачу. Непутевых сестер, ибо кто же знал, что ветреная богиня так посмеется над незадачливым парнем и подсунет ему в родственницы воительницу, которая из принципа замуж выходить не хочет, циркачку и дерзкую боевую ведьму, от которых мужья просто сбегут в прямом смысле этого слова. Но и на этом судьба не успокоилась, ибо у батюшки родились две дочки (я и моя сестра Тинара). В итоге ему все же сообщили о семейном проклятии, из-за которого в нашей семье последние два поколения рождаются исключительно девочки, вручив на воспитание еще и четырех племянниц.

Вот так батюшка – потомственный воевода, по долгу службы и по зову крови всю жизнь командующий исключительно мужчинами, – стал главой чисто женского семейства. Очень неугомонного семейства к тому же, весьма не способствующего душевному спокойствию! Правда, трудностей папенька не испугался и решил, что со всем разберется. А тут еще и указ государя подоспел о новом назначении. Супруга обрадовалась и настоятельно порекомендовала перевестись в Западное Крыло, ибо сей гарнизон соседствовал с разрушенным много лет назад ее родовым имением. Родитель спешно согласился, потому что знал – городок Западное Крыло граничит со Сверкающим Долом, краем эльфов. Это значило только одно – служба на благо Норуссии будет спокойной, ибо перворожденные так зачаровали свою сторону границы, что немногие смельчаки рисковали ее нарушить. Вот так мы и оказались на окраине страны, живя очень обособленно и выезжая в столицу только по большим праздникам. А души наши неугомонные требовали приключений, несмотря на все запреты строгого главы семейства…

– Ну и что вы поняли? – отвлек меня от раздумий голос Лиссандры.

– А что тут понимать? – отозвалась Йена, тряхнув светлой челкой. – Этель влюбилась в какого-то высокородного эльфа.

– Вот именно! Влюбилась! – многозначительно подтвердила Лисса и мечтательно закатила фиолетовые глаза.

Да, опять подумала я. Ох уж эти наши глаза… Точнее, их цвет! Все началось триста лет назад, с тех пор как наш предок женился на эльфийке, которая через год умерла при родах, успев что-то шепнуть над своей дочерью. Как оказалось, ее дар заключался в необычном цвете глаз, чтобы все понимали, чья это дочь! Вот после этого в нашей семье все девочки рождаются с глазами необычного для людей оттенка. Ну и мы не стали исключением! У Этель – глаза оттенка сочной зеленой травы, Лиссандра обладает глазами цвета ночных фиалок, а у ее родной сестры Латты очи имеют оттенок светлого аметиста. Йена смотрит на мир глазами разного цвета: левый имеет цвет весенней зелени, а правый – чистого голубого неба в жаркий день. Мои очи – желтые, как смола эльфийских сосен, которую зимой с риском для жизни добывают смельчаки, а потом продают эти прозрачные «камушки» ювелирам, делающим из них потрясающие по красоте дорогие украшения. В Норуссии очень ценится алатырь-камень. Ну а моя родная сестра Тинара глядит на мир глазами глубокого оттенка сверкающего серебра.

– Нилия, – потрясла меня за плечо Йена, – еще раз спрашиваю! Ты с нами?

– Я?.. Ну да… наверное, – промямлила я.

– И куда же мы собрались? – В голосе Лиссы явно проскальзывала издевка.

– Каюсь, прослушала, – повинилась я.

– И о чем ты сегодня все думаешь? – осведомилась Йена.

– Об Этель. Точнее, о том, как ее с эльфом поженить! – не моргнув глазом солгала я.

– А мы тут о чем толкуем?! – возмутилась Лиссандра.

Я пожала плечами:

– Ну, собственно, в нас ведь тоже есть доля эльфийской крови. Именно об этом говорит приставка «мир» перед фамилией.

– Ну а мы о чем?

– Вот, вот эльфов и тянет к нам!

– Хм… Как только слышат нашу фамилию мир Лоо’Эльтариус, так и падают на колени, – не удержалась я.

– Не шути так! Сама же знаешь, кем была первая и единственная эльфийка в нашем
Страница 2 из 34

роду! – напомнила Лисса.

Ага! Знаю! Кто же из нас не знает?! Та, самая первая, которая дар цвета передала, была дочерью тогдашнего Владыки Сверкающего Дола. А так как эльфы живут дольше людей, то в наш век правит ими сын того Владыки, а значит, брат нашей эльфийки. Вот поэтому у эльфа, услышавшего нашу фамилию, лицо перекосит так, словно он съел ведро болотной ягоды, потому что мы носим ту же фамилию, что и их Правитель.

– Ну так что? – опять отвлекла меня Лиссандра. – Ты с нами или нет?

– Да с вами я, с вами… куда же я без вас?

– То есть ты на все согласна?

– Да-да, согласна!

– Точно-точно? – переспросила Йена и как-то хитро переглянулась с Лиссой.

– Да ладно уже! Что я пропустила? Что вы задумали?

– Мы решили помочь Этель выйти замуж за этого высокородного эльфа! – провозгласила Лиссандра.

– Я это уже поняла! Что делать будем?

– Что делать? Что делать? – передразнила Лисса и снова переглянулась с Йеной.

– Неужели не поняла, что есть только один вариант, – сказала та, поймав взгляд Лиссы.

Я задумалась, но ничего не придумала и пожала плечами, а Йена продолжила:

– Мы на свадьбу подарим Этель и эльфу то, что перворожденные потеряли триста лет назад!

Я широко раскрыла глаза, догадавшись, что задумали девочки, замотала головой и наконец выговорила:

– Нет! Нет! И еще раз нет!

Вернуть один из трех Символов власти эльфов, который унесла с собой наша принцесса. Все бы ничего, но считается, что венец утерян. А вот где он… хм…

– Как это нет? Ты что? Не желаешь счастья Этель? – уперла руки в бока Лисса.

– Вы не хуже меня знаете, где он находится! – откликнулась я.

– И что? Ты испугалась?

– Я?! Не-э-эт… Вы… да вы… Ох, Луана, да о чем вы вообще?

– О счастье Этель! – ехидно напомнила Йена.

И обе воззрились на меня в притворном возмущении.

– Вы хоть понимаете, что собираетесь сделать? – попыталась отговорить девочек я.

– А то! Как же!

– Ну и? Поясните, пожалуйста!

– Надо всего-то: раскопать могилу и снять венец с трупа… – начала Йена.

– Да с какого трупа? Столько лет прошло, там уже один скелет остался! – обнадежила Лисса.

– А вы помните, кем был… хм… была этот скелет? – напомнила я.

– Да помним, всего лишь колдуньей и…

– Всего лишь?! Да уж нет! Давайте рассуждать, как все обстоит на самом деле! Там в могиле лежит могущественная колдунья-некромантка. Ужас своего времени, в нее-то и влюбился брат нашей бабушки. Причем, скорее всего, здесь был задействован мощный приворот, который не смогла снять даже наша бабушка, известная на всю страну травница и дипломированная боевая ведьма!.. Не перебивайте меня! Я еще не закончила! Так вот, милые мои, последний мужчина нашего рода от любви к сильнейшей колдунье подарил ей символ эльфийской власти. И когда она активировала венец, то…

– То что? Нас же там не было! – все-таки перебила меня Йена.

– Да, не было! И это радует, так как о последствиях мы знаем! Брат бабушки погиб, имение было сожжено, а…

– А бабушка в итоге победила колдунью и закопала ее в могилу вместе с венцом, – снова перебила меня Йена.

– Да! Но перед этим колдунья прокляла наш род, и теперь у нас рождаются только девочки, а все мужчины сбегают из нашей семьи. Просто удивительно, как это батюшка все еще остается с нами! – нервно вставила я.

– Но ведь бабушка победила и…

На этом «и» дверь в комнату распахнулась, и к нам ввалились Этель, Тинара и Латта.

– Мы все слышали, – проговорила последняя.

– И мы с вами! – добавила Тинара.

– А кто не с нами, тот против нас, – зловеще закончила Этель, но потом умоляюще продолжила: – Ну же, Нилия, мне уже целых двадцать лет, а я все еще в девках сижу!

Я закатила глаза и произнесла:

– Ну и кто не закрыл дверь?

Йена и Лисса пожали плечами.

– А что батюшка сказал? – вздохнула я.

– Что подумает над этой проблемой, – сказала Этель.

– Ты же знаешь, он всегда так говорит, чтобы его оставили в покое, – напомнила Тинара.

– А князь чем тебя не устраивает?

– Дядюшка же сказал, что приданого не хватит, – отозвалась Этель.

Я вздохнула. Пять пар глаз с надеждой смотрели на меня. Я вздохнула снова.

– Нет. Старшей надо было родиться мне!

– Но ты только третья… но самая разумная… – попыталась подлизаться Лисса.

– Вообще-то я самая разумная, – опровергла Тинара, но тут же уточнила: – Была раньше…

Я опять вздохнула.

– Ладно… Ищем же мы семейные сокровища на месте сгоревшего имения, а тут всего лишь чуть дальше на семейное кладбище пройти…

Тут все разом закричали и принялись обниматься.

– Ну и какой у нас план? – через несколько лирн осведомилась Этель.

Тут заговорили все сразу, причем в основном я слышала слова: «лопаты», «пойдем» и «могила».

– Погодите, погодите, – я попыталась перекричать всеобщий гвалт, – не шумите, а то старшие прибегут! Хотя было бы неплохо, если бы с нами отправилась тетушка Ратея…

Все возмущенно посмотрели на меня, а я продолжила:

– А что? Если вдруг что-то пойдет не так? Ведьму кто упокаивать будет? А так… взмах мечом – и все, колдунья опять спит.

– Да не ведьму уже, а скелет, – успокоила начавших волноваться младших Йена, – если что, лопатой «тук», и все – скелет упокоен.

– Взрослые все разошлись. Мы проверили. Никого в доме нет, – сказала Тинара.

Я опять вздохнула, а Этель подытожила:

– Так какой у нас план?

– Только давайте высказываться по очереди, – предложила я, прежде чем все снова закричали.

– Предлагаю завтра с утра взять лопаты, всем сказать, что мы за травами, а сами на кладбище, – начала Лисса.

– Ага! Тогда батюшка с нами вместе отправит половину гарнизона для охраны, – сказала Тинара.

– Да, – кивнула я, – когда мы с мамой отправляемся за травами в лес, то с нами минимум пять человек охраны отправляют.

– Тогда выход один – идти ночью, – пожала плечами Йена.

– Ночью? – испуганно переспросила Латта.

– А что? По-моему, самое время, – подтвердила Йена.

– Верно, – согласилась Этель, – ночью контроль над нами ослаблен.

– И как вы себе представляете выход ночью за ворота Крыла? Когда весь городок охраняется? – спросила я.

– Она что, – шепотом проговорила Этель, обращаясь к Йене и Лиссе, – про дверь не знает?

– Какую дверь? – подозрительно осведомилась я.

Девочки захихикали.

– Что тут смешного? – не поняла я.

– Мы тоже ни про какую дверь не слышали, – обиженно проговорили Тинара и Латта.

– А вы еще маленькие, – бросила Этель, а потом снова обратилась к Лиссе и Йене: – Она что же? Еще не того?

– Что я не того? – начала злиться я.

– Ага! – усмехнулась Лиссандра, – только с Ильяном на рыбалку с утра два раза ходила. Так и то он ее, наверное, даже за руку не держал.

– Да о чем вы? – возмутилась я. – И при чем здесь Ильян?

– Ильян – это тот темненький помощник дядюшки? – поинтересовалась у сестер Этель, по-прежнему не обращая на меня внимания.

– Да. Да.

– О-о-о! И даже за руку не держал? Правда, Нилия? – наконец обратилась ко мне старшая кузина.

– Да к вашему сведению, мы целовались… – начала я и поняла, что проговорилась. – Ой…

Теперь захихикали все сестры, а Тинара заявила,
Страница 3 из 34

смутив меня окончательно:

– Ой, ладно тебе, Нилия, все уже давно знают, что он тебе нравится. Видели, как он тебя целовал у дома за кустом акации!

О Луана! Неужели? Тот единственный первый и последний поцелуй!.. А я думала…

Я покраснела, и мне вдруг стало жарко.

– Да успокойся, Нилия, тебе почти шестнадцать. Пора бы уже! А то крылатские девки уже в твои годы замуж собираются. А ты еще и за дверцу ночью не ходила, – утешила меня Этель.

– Так это крылатские… – начала я, но Лисса меня перебила:

– Да ладно тебе, ничего там особенного не происходит… Просто прогулки и поцелуи при лунах. Ну и…

– Ничего серьезного, – закончила Йена.

– Да все у нее впереди, – сказала Этель.

– И у нас тоже? – заинтересовалась Латта.

– И у вас!

– А подробнее про «ничего серьезного» можно? – решила разузнать я.

– Ничего серьезного и есть ничего серьезного! – отрезала Йена.

– И все-таки…

– Сходи – узнаешь! Пригласи своего Ильяна, – предложила Этель.

– Да я… Да никогда! Я честная девица!

– А мы, по-твоему, кто? – прищурилась Лисса.

– А вы? Ну уже и не знаю даже!

– Что ты имеешь в виду? – пристально глядя на меня, спросила Йена.

– Ну-у… – Я сделала вид, что раздумываю. – Я вот про дверцу и слыхом не слыхивала, а вы даже ходили через нее ночью!

– И что в этом особенного? Йене уже пятнадцать исполнилось, а я на год старше – самый возраст! А тебе, видимо, просто завидно! – вскинулась Лиссандра.

– Вот уж нет! Было бы чему завидовать! – как можно ехиднее улыбнулась я.

– Ну знаешь что… – начала Йена, но Этель ее перебила:

– Хватит! Что вы тут устроили? Вижу, что нормального разговора у нас не выйдет! Оставим до утра. После завтрака соберемся в моей комнате и все обсудим. Надеюсь, что к тому времени ваша троица угомонится! А теперь расходимся и все успокаиваемся!

Йена хотела возразить, но была тоже остановлена старшей кузиной:

– Я сказала – все! А если вы не угомонитесь, то я сделаю все сама. Без вас! И вы не поучаствуете в этом приключении!

Она первая вышла из моей комнаты. Следом направилась Латта.

– Ты мне больше не сестра! – крикнула Лисса и вышла, хлопнув дверью напоследок.

– Придумывай извинения, – бросила на ходу Йена.

– Я… я… извиняться? – От возмущения я начала задыхаться.

– Нилия… – Тинара тронула меня за руку.

– Может, ты тоже от меня что-то скрываешь? – посмотрела на сестру я.

Тинара просто покачала головой.

Уже ночью, лежа в кровати, я не могла заснуть. Травень в этом году выдался жарким – я открыла окно, но уснуть все равно не смогла. Решила сходить на кухню попить. Встала, накинула на плечи платок, зажгла в ладошках магический светлячок. Бытовой магией в нашей семье пользоваться умели с малолетства.

Добрела до кухни и увидела там Йену, в одиночестве сидящую за столом. Повернулась, чтобы пойти обратно, и нос к носу столкнулась с Лиссандрой.

– Что? Тоже не спится? – вздохнула за спиной Йена. – Садитесь уже, раз пришли.

Пришлось развернуться и пройти к столу. Отодвинула стул и села напротив. Лисса устроилась рядом с Йеной.

Уже лирны две я рассматривала потолок. Ничего необычного: белый, ровный. Перевела взгляд на окно – закрыто. Вздохнула. В ответ услышала два вздоха. Невольно улыбнулась.

– Может, по чуть-чуть… за мир в семье? – шепотом предложила Йена.

– Давай, – также прошептала Лисса.

Я кивнула, и Йена полезла за печку: там у кухарки Василины была спрятана бутыль с вишневой наливкой. Достали три резные стопочки из горного хрусталя, разлили наливку. Хорошо… Сладко и внутри греет.

– Ты извини за то, что сказала напоследок, – робко взглянула на меня Лиссандра. – Знаешь ведь, что ты для меня значишь!

– И для меня, – вздохнула Йена.

Я кивнула и, подбежав к ним, обняла.

– Вы мне тоже очень дороги!

Все втроем всхлипнули, обнялись и сделали по глотку из стопочек.

– Почему ничего не рассказывали? – все-таки спросила я.

Лисса вздохнула:

– Честно? Мне стыдно было…

– И мне. Ты дочь воеводы Западного Крыла, а мы так… племянницы. Вот нас и приглашают…

Я вскинулась:

– Вы только скажите кто, и батюшка…

– Нет. Не подумай! Честь мы бережем. Просто… просто… – эмоционально начала Лиссандра, а Йена более спокойно продолжила:

– Просто считают, что раз наши мамы одни воспитывают нас, то… мм… то с нами проще, что ли… ну, в общем, и не знаю, как объяснить…

– В целом ситуацию я поняла – дочь воеводы, то есть меня, сразу замуж надо звать. С вами же пытаются поступить так, как с девицами легкого поведения… ну или как там их называют?

– Да. Правда, потом понимают, что дядюшка относится к нам как к родным дочерям, и вот тогда отношения обрывают, не закончив. У меня так уже два раза было, – призналась Лисса.

– А у меня пока один, но мне и этого хватило, – вздохнула Йена.

– А кто вас приглашал?

– Меня Руфус и Арлин, – сказала Лиссандра.

– Руфус – это блондин, который часто на воротах стоит? А Арлин десятник?

– Ага.

– Симпатичные оба. Понятно, тебя блондины привлекают, а мне вот брюнеты нравятся. Помните Ждана? – сообщила Йена.

– Это тот, который часто нас с матушкой за травами сопровождает? – припомнила я черноволосого и черноглазого воина.

– Угу. И у тебя Ильян симпатичный.

– Давай рассказывай уже, как так тебя угораздило с ним целоваться в кустах акации у дома? Да еще так, что малышня углядела.

– Как поцеловались, я и сама не поняла… А про то, что нас высмотрят, даже не думала, – попыталась вспомнить свой первый поцелуй я.

– Понравилось хоть?

– Ну да, наверное…

– А давно это было?

– Три дня назад, – созналась я.

– И уже не помнишь? Ох, что-то ты скрываешь, сестренка, – допытывалась Йена.

Я пожала плечами.

– Ладно, рыжая, мир? – протянула руку Лиссандра.

– Мир, рыжая! – ответила я и пожала протянутую руку сестры.

Рыжая… Мы с сестрой всегда друг друга так называем, так как в семье только мы с Лиссандрой обладаем рыжими шевелюрами, а остальные – все натуральные блондинки.

Причем если волосы сестры славятся цветом благородным – темного рябинового вина – и отливают красным, то мои имеют обычный морковный оттенок. В детстве у меня даже прозвище было такое – Морковка.

Мы допили наливку и разошлись по комнатам. В голове слегка шумело, хотелось петь и танцевать. Перед сном я еще раз вспомнила про поцелуй.

Эта картина возникла в голове сама собой. Вот мы идем рядом с Ильяном к дому, у него в руках тростниковые удочки и ведерко с мелкими рыбками – кошачье развлечение, как любит называть их наша кухарка Василина. Вот я и брюнет подходим к дому, останавливаемся у изгороди из кустов акации. Ильян ставит ведерко на землю, а я наклоняюсь, чтобы его поднять, и мы сталкиваемся лбами. Ирна – и его губы легко касаются моих. Я в замешательстве. Что это было? Он задорно улыбается, кланяется и уходит. Несколько лирн я стою, приложив пальцы к губам.

Мне понравилось?! Или нет?! Ведь Ильян мне нравится. А поцелуй? До сих пор это не поняла… Может, повторить?

С этими мыслями я и уснула.

Утром спустилась к завтраку одной из первых. Этель и взрослые уже были тут. За столом девчонки сидели
Страница 4 из 34

в напряжении, поэтому я решила их успокоить. Улыбнувшись, сказала:

– Лисса, Йена, а как вам сегодня спалось?

Девочки улыбнулись и ответили, что отлично.

Продолжали есть в молчаливом переглядывании сестер, пока мама не произнесла:

– Нилия, Тинара, после завтрака отправляемся в поход за травами. Потом нас ожидает работа в лаборатории. Милый, кто будет нас охранять?

– Скажу Ждану, пусть подберет людей. Семерых вам хватит? – отозвался батюшка.

Матушка кивнула, а лица девочек уныло вытянулись.

– Тетя Лекана, а можно и мы с вами пойдем? – протянула Лисса, а Йена просто кивнула.

– Лиссандра, у тебя занятия по ведьмовству! Тебе необходима серьезная подготовка к вступительным экзаменам в академию! – вмешался папенька, а тетушка Ирана добавила:

– Совсем не стараешься, а до вступительных экзаменов уже остался всего месяц!

– Ну и что? Мы же вместе с Нилией поступаем, – попыталась поспорить Лиссандра, но была остановлена репликой своей матушки Ираны:

– Нилия поступает на факультет травоведения, а этому она практически с рождения обучалась, и поэтому вступительные испытания пройдет с закрытыми глазами. А вот ты, дочка, вряд ли станешь хорошей боевой ведьмой, если не будешь стараться!

Лисса страдальчески закатила глаза.

– А мне можно? Мне же только в следующем году поступать? – попросила Йена.

– Тебе я найду занятие. Тебе и маменьке твоей, Горане, предстоит работа, – ответил батюшка.

Йена сникла.

В общем, в лес мы отправились вчетвером: я, матушка, Тинара и Латта, ну еще плюс дружинники для охраны. Для всех остальных у родителя были приготовлены задания, а Этель ушла «страдать по эльфу» в свою комнату.

Денек выдался жарким. В лесу было хорошо: лиственные деревья еще не до конца распустили свои почки, и весеннее солнце заливало местность ярким светом, отчего нежная весенняя зелень казалась еще ярче. У елей и сосен уже появилась свежая молодая хвоя, а на опушках росли первые лесные цветы – наперстянки и сластоцветы. Последние с успехом используются в приготовлении любовных зелий. Правда, как именно готовились эти снадобья, я пока не знала, так как в большинстве случаев использование любовных напитков было признано незаконным, и соответственно маг, ведьма или травница, уличенные в приготовлении такого зелья, должны были понести заслуженное наказание. Впрочем, были и исключения, поэтому маменька обещала меня научить всем премудростям приготовления любовного снадобья.

Мне дали задание найти в лесу полянку, где растут кусты дикой сморры, и набрать с них почек. Я углубилась в чащу. За мной отправили одного из воинов. Оглянувшись, я увидела, что это Ждан.

Вспомнив рассказ сестер, я взглянула на него по-новому. Вроде внешне никаких изменений не заметила: это был высокий молодой человек с черными волнистыми волосами и глубокими темными глазами. Не могу сказать, что он мне сильно нравился, хотя и был, на мой взгляд, очень симпатичный. Йену понять было можно, но вот как понять его?

Я сердито оглядела Ждана.

– Вам в чем-то нужно помочь, сударыня? – вопросительно взглянул на меня он.

– Н-н-н… а вообще-то подержите туесок, пока я буду собирать в него материал, – придумала я.

Так и он при деле, и я могу украдкой наблюдать за ним. Ждан подошел ближе и случайно коснулся моей руки, когда взялся за ручку туеска. Я отдернула ее, словно обожглась, и недовольно взглянула на него.

– Что-то не так, Нилия? – дерзко улыбнулся парень.

– Не припомню, чтобы разрешала вам называть себя по имени! – возмутилась я.

– Простите, сударыня, если мои слова обидели вас! – Он виновато взглянул на меня и быстро отвел взгляд, а затем резко сменил тему: – Я готов вам помогать во всем!

Я вздохнула. О Луана! Как же все непросто! И принялась обрывать чуть раскрывшиеся почки. Высушим, измельчим, и будет сырье для лечебных настоев, ведь это отличное витаминное и общеукрепляющее средство.

За сбором трав я всегда отвлекалась, мне нравилось вдыхать их запах, жаль, что я не ощущала их силу, ведь во мне не было дара чувствовать травы, зато он был у матушки, Тинары и Латты. Бывало, я им завидовала, когда они полностью погружались в работу, чувствуя и понимая растения, я же могла ориентироваться только на зрение, ну и еще на знания.

Собрала почки с нескольких кустов, но лишь с нижних ветвей, так, чтобы остались листья. Ждан безмолвно следовал за мной.

«Мм… – думала я. – И что он сегодня хотел сказать? Может, тоже за дверцу жаждал пригласить? И это после того, как сходил туда с Йеной?! Вот нахал! – Я снова взглянула на него. – А что было бы, если бы он меня поцеловал? Ведь его прикосновение не было неприятным. Да и сам он очень привлекательный! О Луана! О чем я думаю?»

Я остановилась, затем сорвала еще несколько почек и бросила их в туесок, который был заполнен до половины. Затем проследовала еще глубже в лес и уловила запах цветов вяз-ягоды. Оглядевшись, увидела само дерево, а на нем уже распускались бутоны. Пройдет еще день, и оно все будет усыпано белыми ароматными цветами.

– Сударь, – обратилась я, – прошу вас запомнить это место, а завтра показать моей матушке, если потребуется.

– Только сверюсь с картой, сударыня, – сказал он.

Достав из походной котомки свиток, молодой человек сделал в нем какую-то пометку, а затем произнес:

– Все, теперь я с легкостью смогу отыскать это место. Что-нибудь еще желаете?

– Благодарю, но этого пока достаточно! Заглянем еще на одну полянку и отправимся обратно.

Он кивнул. Спустя какое-то время мы отправились в сторону Западного Крыла. Возвращались другой тропой, и на пути нам попался ручей. Мостика через него не было, но если бы я была не в длинном платье, то смогла бы перепрыгнуть на другой берег. Теперь же мы остановились перед препятствием.

– Сударыня, если позволите… – начал Ждан.

– Не трудно ли вам предложить мне руку, и я сама смогу пересечь ручей?

– Может, все-таки будет лучше, если я вас перенесу?

– Нет. Я сама смогу это сделать!

– Как пожелаете, сударыня, – поклонился воин и вместе с туеском легко перемахнул на другую сторону.

Там поставил поклажу и протянул мне руку. Я замешкалась, одной рукой чуть приподнимая подол платья, другую – подала Ждану. Брюнет принял ее, а я смело прыгнула и, видимо, недостаточно оттолкнулась или, может быть, все-таки запуталась в подоле, но нога соскользнула с бережка, а Ждан попытался меня поймать. В итоге мы оба упали в воду, причем я оказалась сверху.

О Луана! Какой стыд! Я попыталась встать, цепляясь руками за траву, а затем все же выкарабкалась на сушу. Вдобавок, когда я ползла по Ждану, он что-то сдавленно бормотал. Ну что теперь не так?

Я оглянулась – воин выбирался из ручья. Его вид был ужасен: форменный камзол сырой и перепачкан грязью, на лице застыло мученическое выражение. «Да что не так? – вновь задумалась я. – Я что-то нехорошее сделала? Вроде я без его помощи выбралась из воды? Хотя он ведь по моей вине угодил туда? Может, стоит извиниться? Или дело в чем-то другом? Такое чувство, что я причинила ему боль? Только вот чем? Ой! Неужели???» Я внезапно догадалась, что могло послужить причиной недовольства Ждана.
Страница 5 из 34

Как будущая знахарка, я слышала, что мужской организм отличается от женского, но чем именно, точно не знала. Маменька строго следила, чтобы я чего лишнего не углядела.

Пока размышляла, мой взгляд упал на платье. Да-а! Еще десять лирн назад оно было светло-голубым, а теперь стало грязно-серым.

– Все в порядке, сударыня? – Кажется, Ждан уже пришел в себя.

– Да-а… мм…

– Что-то не так?

– Вот думаю над тем, что родителям скажу! – ответила я, выразительно глядя на платье.

– Скажите правду! – предложил брюнет.

Я страдальчески закатила глаза и вздохнула.

– Не беспокойтесь, сударыня, – усмехнулся воин, – материал вы все-таки собрали!

Он поднял туесок и махнул мне рукой, мол, идемте.

Я отправилась следом за ним, и мы сразу направились в гарнизон. Всю дорогу молчали, я вздыхала и отчаянно молилась, чтобы яркое полуденное солнце подсушило одежду. Форменный камзол Ждана был темным, поэтому на нем уже почти ничего не было видно, а мое светлое платье было покрыто бурой подсыхающей глиной и темными разводами. Парень не унывал и насвистывал веселую песенку.

Войдя в ворота, я увидела Йену. Оглядев нас, она уперла руки в бока, но сказать ничего не успела, так как ее опередил Ждан.

– Солнечного дня, сударыня Йена! – ухмыльнулся он.

– Светлого дня, сударь, – язвительно ответила кузина, нехорошо сузив свои разноцветные глаза, а затем, поджав губы, демонстративно осмотрела меня с ног до головы.

– Ну вот, – продолжил воин, глядя на меня, – барышня, мы и пришли. Позвольте теперь оставить вас на попечение вашей сестры. Всего наилучшего!

Он поклонился, причем на его лице возникла самодовольная ухмылка. Я выхватила у Ждана туесок, коротко кивнула на прощанье и почти побежала к терему. Всю дорогу позади меня раздавалось недовольное сопение кузины.

У входа в дом Йена обогнала меня и, издевательски поклонившись, открыла дверь. Я вошла и тут же решила объясниться.

– Да ничего особенного не произошло! Мы просто упали в ручей!

– Что? Оба сразу? Как удачно! – ехидничала сестрица.

– Ну… да…

– Повезло же тебе, сестренка! В ручье с симпатичным парнем искупалась!

– Да не специально я! Клянусь всеми богами, что это случайно произошло, – оправдывалась я.

– Верю-верю! Я и говорю, что вы очень удачно упали!

– А что, по-твоему, я должна была сделать? При нем снять платье и так прыгать?!!

– Ну-у, тогда бы он тебя точно за дверцу пригласил!

– Да не хочу я ни за какую дверцу! По крайней мере, с твоим Жданом!

– А с кем тогда хочешь? – раздался позади вкрадчивый голос.

Мы с кузиной обе вздрогнули и оглянулись. В дверях главного зала стояла матушка в окружении всех тетушек.

– Хм, – проговорила Ратея, – они уже и про дверцу узнали!

– И не только узнали, – прищурилась Горана, – а уже и воспользовались ею… кое-кто…

– И кто еще об этом знает? – поинтересовалась Ирана.

Мы судорожно сглотнули.

– Ладно, – скомандовала матушка. – Нилия, иди переоденься и пообедай. Надеюсь, что материал ты все-таки собрала!

– Да! – Я победно глянула на Йену. – Почти целый туесок!

– Ну конечно, – не сдержалась она, – наверное, вместе собирали!

– Да ты же знаешь, что воинам нельзя доверить сбор материала! – вскинулась я.

– Хватит! – прикрикнула матушка. – После обеда, Нилия, бегом в лабораторию.

– А ты, Йена, – добавила тетя Горана, – к нам иди! Поговорим!

Кузина еще раз обиженно посмотрела на меня и с угрюмым видом отправилась вслед за нашими родительницами.

– Не стой столбом, Нилия, – поторопила меня маменька, – сырье ждать не будет!

Я вздохнула, похоже, что сегодня опять предстоят посиделки с наливкой и душевный разговор.

Несмотря ни на что, я с аппетитом съела жаркое из телятины с грибами и картофелем, а затем направилась в самое драгоценное помещение терема – лабораторию, где матушка готовила свои снадобья.

Там сидела Тинара и раскладывала собранный материал: почки сморры, цветы мать-и-мачехи, побеги полевого хвоща, молодые веточки сосны.

– Присоединяйся, – кивнула она.

Я вздохнула. Одернула себя. Что-то слишком часто я стала вздыхать! Совсем как героиня сентиментального романа, который нам привезла из столицы Этель.

– Ну и? – хитро спросила сестренка.

– Что и? – не поняла я.

– Давай рассказывай, что произошло у тебя со Жданом? А у Йены с ним что?

– А вот у Йены и спроси!

– Угу! Спрошу! Как только ей разрешат выходить из комнаты!

Я вопросительно поглядела на Тинару, а она продолжила:

– А ты что думала? Батюшки, конечно, нет! Он в Лимань по делам уехал, наверно, жениха присматривать для Этель, а перед этим два осея мучил тетушку Горану и Йену, чтобы они мороком прикрыли наших простецких лошадок! Ему эльфийских скакунов захотелось!

– Да-а… Дела-а-а!

– Да, вот такие дела творятся! Пока ты по лесам с бравым десятником гуляешь!

– Да не гуляла я вовсе! Я материал собирала, а он для охраны был приставлен!

– И?..

– Что и?

– Давай рассказывай уже!

– Да что рассказывать-то?

– Хотя бы то, кто тебе больше нравится: Ильян или Ждан? И почему вы с Йеной поспорили, да так, что ей три дня не велели выходить из комнаты на улицу! А еще Лиссу и Этель допрашивали. Матушка сказала, что батюшке про них не скажут, а о тебе поговорят. И Этель злится, что план по извлечению венца откладывается! – выдала мне поток сведений сестра.

– О-о-о! – в очередной раз вздохнула я. – Да за что мне все это, Луана!

– Ты у богини спрашиваешь?

– Да я уже у всех местных богов спрашивать готова!

– Что, сразу у пятнадцати? Думаешь, помогут, ведь все так запутано!

– Да ничего не запутано! Просто кое-кто все не так понял и напридумывал себе всякой ерунды!

– А кое-кто это Йена? – поинтересовалась Тинара.

Я кивнула.

– А что было на самом деле? – вновь спросила сестра.

– Да ничего особенного! Мы просто в ручей упали!

– Ух ты! И что?

– Ничего! Упали, а потом встали и пришли, а Йена приревновала!

– Ух ты! Приревновала? Как думаешь, это тоже любовь? Как и у Этель?

– А тебе об этом знать еще совсем рано! – отрезала вошедшая матушка.

– Как это рано! Мне уже скоро тринадцать! В моем возрасте крылатские уже… – начала Тинара, но маменька ее перебила:

– Так это крылатские! Они простые – у них и жизнь коротка, поэтому все надо успеть! А мы обладаем магическим даром, и кровь перворожденных влияет. Живем в три, а то и в четыре раза дольше простых. У эльфийских полукровок, например, даже с такой долей крови перворожденных, как у нас, совершеннолетие наступает только в двадцать лет. Соответственно и в брак вступать мы можем не раньше этого возраста. Но зато и молодыми дольше останемся. Я вот лет до двухсот собираюсь жить, а до ста буду выглядеть не старше сорока! Вот и вам не надо торопиться, а с тобой, Нилия, разговор короткий. Летом отправишься с Лиссой в Славенград, там в академию поступите – учиться будете, а это важнее, чем поиск женихов. В столице поживете у кузины батюшки – тети Мариты. После экзаменов сможете домой приехать на пару седмиц, а потом с новыми силами и за учебу приметесь. Тебе два года предстоит учиться, Лиссандре – четыре, через годик к вам Йену
Страница 6 из 34

отправим. А тебе, дочка, после окончания я рекомендую еще два года поработать в аптеке тети Мариты, пока сестры доучиваются. Вот после этого можете и женихов поискать, как Этель. Она выучилась, скоро диплом получит, а там и жениха найдем для нее.

– Так она эльфа хочет! – начала Тинара, но матушка ее снова перебила:

– Хватит болтать! Сырье не ждет! Скоро мы с тобой вдвоем останемся, надо все успеть…

– Так я могу и… – начала я, но маменька не дала договорить:

– Нилия, все уже решено! Но ты пойми, что я о тебе же забочусь! Муж сегодня есть, а завтра – нет, но с дипломом точно не пропадешь!

Я кивнула. Да, я давно знала о том, что моя жизнь расписана на четыре года вперед! Все наши родительницы с шестнадцати лет обучались в Славенградской академии волшбы и магии светлой и темной, вот и моя очередь подошла, да и Лиссы тоже, а вот Йена только через год приедет в столицу. Йена? Нужно сегодня же помириться с ней!

Я преувеличенно бодро начала раскладывать травы для просушки.

После ужина разыскала Лиссандру.

– Мне нужно срочно поговорить с Йеной!

– Понимаю, – задумалась рыжая. – А что все-таки произошло у тебя со Жданом?

– И ты туда же! – закатила глаза я.

– И все-таки? Мне ведь можно рассказать! – заговорщически зашептала кузина.

– Да нечего рассказывать! Он подал руку, я прыгнула, не удержалась. Мы вместе упали в этот злосчастный ручей! Вот и все!

– Все-о-о? И что, даже не обнял?

– А с чего бы ему меня обнимать? – начала злиться я.

– Ладно-ладно. Верю. Не стала бы ты у сестры свиданника отбивать! Не волнуйся, помогу. Жди ночи!

Мимо шла Этель.

– Думаете ли вы над моим планом? – осведомилась она.

– Да что тут думать? Пока батюшка в отъезде… Кстати, кто знает, надолго ли он уехал?

– Его седмицу не будет! Или чуть меньше, – ответила старшая кузина.

– Ну вот, ждем, когда Йену выпустят, и тогда все вместе пойдем на кладбище. Разумеется, ночью через дверцу. Там по-быстрому откопаем венец и вернемся обратно.

– А кто колдунью упокаивать будет, если она вдруг очнется? – из-за спины спросила Тинара.

Я подпрыгнула и возмущенно воззрилась на нее. Сестра виновато улыбнулась в ответ и переспросила:

– Так кто?

– Я думала об этом, – ответила Этель, – и вспомнила, что в академии когда-то переписала у некромантов пару заклятий… на всякий случай. Так что если поднимется кто, то упокоим!

– А если они не помогут? У нас же никогда в семье некромантов не было – мы всегда светлыми были, – засомневалась я.

– А если не поможет, то сразу по черепушке лопатой тому, кто выползет из могилы! – предложила Лисса.

– Жду не дождусь! Вот это будет приключение! – шепотом восторгалась Латта.

Этель, Лисса и я обреченно переглянулись.

– Так! Это что за Славенградское вече? О чем вы тут шепчетесь? Всем спать! – Командный голос тетушки Ратеи ни с чьим другим невозможно было перепутать.

Все вынуждены были разойтись по комнатам. Напоследок мы с Лиссой таинственно переглянулись.

Ночью, когда стемнело, я на цыпочках пробиралась к комнате Лиссы. Внизу двенадцать раз пробил магический указатель времени. Я аж подпрыгнула! Что-то излишне впечатлительной становлюсь! Создала светлячок, стало немного спокойнее.

Стучать в дверь не пришлось. Лиссандра сама вышла мне навстречу.

– Ну что? Готова?

Я кивнула.

Спускаясь по лестнице, услышали противный скрип. Я скривилась и замерла на месте, а потом взвизгнула, потому что Лиссандра, не заметив моей остановки, толкнула меня. Не упала чудом, но сестра наступила мне на ногу.

– Чего визжишь? Предупреждать надо!

Я приложила палец к губам и прислушалась – в тереме стояла тишина. Мы продолжили спуск по поскрипывающей лестнице. Странно: днем я подобного не замечала!

Наконец мы спустились и пошли на кухню, где достали бутыль с наливкой.

– Как завтра обратно возвращать будем? Может, ну ее – эту наливку? – предложила я.

– Не, – возразила кузина, – парней без наливки не обсуждают!

– Вдруг завтра Василине с утра выпить захочется?

– Ну-у… Не с самого же утра! А после завтрака зайдем и вернем.

– Мм…

– Жаль, с нами Йены нет, она бы такую иллюзию наколдовала – никто бы от настоящей бутыли не отличил!

Я вздохнула.

– Ладно, идем…

Вышли на улицу и стали обходить терем кругом, держась друг за друга. Тучи закрывали обе луны, поэтому было темно, из-за чего я чуть не споткнулась.

– Бутыль с наливкой не урони! – забеспокоилась Лисса.

– Да не уроню я. Лучше сама упаду!

Обе захихикали, ясно представляя возможную картину: девушка, то есть я, лежащая без сознания на земле, зато в поднятой руке целехонькая бутыль с хмельным напитком.

– Ага! А с утра дядюшка возвращается!

– Тогда уж точно отправят в монастырь какой-нибудь из богинь, академией не отделаюсь!

– Что еще тебе обещали в наказание?

– Помимо двух лет учебы, еще два года практики в аптеке тетушки Мариты.

– Ну, в принципе неплохо! И мы рядом, если что… Мне вот матушка грозила зачислением в десятку боевых ведьм при монастыре Старшей богини в Рудничных горах.

– А что там?

– Спрашиваешь? Хуже для боевой ведьмы места нет! Там заключенные женщины срок отбывают. Их и надо от нежити всякой охранять! – поведала кузина.

– Мм… вроде раньше тебе ссылкой в Запредельные горы грозили?

– Угу! Там практики много. Нечисть кишмя кишит! Да и до Снежных гор совсем близко.

– Там зато нечисти нет!

– Однако есть кто похуже!

– Ну вроде у нас с ними последние сто лет мир… – сказала я.

– А сколько веков до этого воевали?

– Ладно, идем. Все равно мы их, скорее всего, никогда не увидим! Они даже посольство в Славенград не отправляют!

Сестра пожала плечами, и разговор прервался.

Подошли к могучему дубравнику, растущему под окном Йены, по одной из ветвей которого мы научились пробираться в комнату к кузине. Нас частенько наказывали за различные шалости, но Йене повезло, к ней в комнату можно было залезть со двора. Этим мы в очередной раз и воспользовались. Осторожность была нелишней, так как под комнатой Йены находилась спальня тетушки Ратеи. Правда, ее сон был на редкость крепок и глубок. Но все-таки не стоило забывать, что Ратея – воительница. Вдруг вспомнит боевую молодость и проснется?!

Первой на нижнюю ветку влезла Лисса. Я передала ей бутыль, а затем запрыгнула сама. Гибкость и прыгучесть нам достались в наследство от эльфов, а одеты мы были по-мужски: в брюки и туники чуть ниже колен. Батюшка скрепя сердце, по настоянию матушки и тетушек, разрешил нам так одеваться для конных прогулок в лес.

Залезли выше, к самому окну, передавая бутыль друг другу. У окна первой оказалась Лисса – постучалась. В распахнутом окошке показалась голова Йены.

– Наконец явились, – прокомментировала она наш приход, – а я уже думала, что вы не придете!

– Да что ты? Как мы могли не навестить тебя? – ответила Лисса и, подавая бутыль, добавила:

– Вот вам! Давайте миритесь!

– Ой, а из чего пить будем? – спохватилась я.

– Найдем что-нибудь! – воскликнула, ирну подумав, Йена и полезла в шкаф, вынимая один из наборов для рисования, в которых были и стаканчики для воды. Сестра на досуге
Страница 7 из 34

занималась живописью, поэтому у нее был запас принадлежностей для рисования.

Оглядев стаканчики, кузина спросила:

– Это подойдет?

– А давай! – кивнула Лисса и по-быстрому разлила наливку, которую мы сразу же попробовали.

– Интересно, а что будет, если мамки еще и про эту наливку узнают? – хихикнула Йена.

– Не узнают, если кто-то завтра вовремя бутыль на место поставит. – Я выразительно посмотрела на Лиссу.

Она беспечно махнула рукой и произнесла:

– Помирились?

– Мм, Йена… – начала я.

– Да ладно! – И эта кузина махнула рукой, а потом вздохнула и добавила: – Я скорее на себя рассердилась. Как увидела вас со Жданом, так и… Ох! Не знаю, что на меня нашло!

– Это любовь?! Та самая?! – воскликнула Лиссандра.

– Не знаю, – развела руками Йена.

– А нам все про учебу твердят, – вздохнула Лисса.

– Может, и правильно? Не обижайтесь, девчонки, но ведь старшие правы. Что было бы с вашими матушками, если бы они не закончили академию? – сказала я.

Кузины задумались.

– А как же любовь? Та самая, что в эльфийских романах описана? – не согласилась рыжая.

– Возможно, после учебы? – предположила я.

– Если я влюблюсь, то ждать не стану! – упрямо заявила Лиссандра. – А ты как, Йена?

Та неопределенно пожала плечами и, немного подумав, ответила:

– Я, наверно, все-таки сначала за дипломом. Правда, год еще ждать. Ведь в академию лишь с шестнадцати лет принимают! А ты, Нилия?

– Я пока тоже замуж не тороплюсь…

– Да кто про замужество говорит? – взмахнула руками Лисса. – Мы же любовь обсуждаем!

– А разве это не одно и то же? – удивилась я.

– Ты крылатских видела?

– Так это крылатские… – Я повторила рассказ матушки о магах и обычных людях.

В ответ Лиссандра пожала плечами, а Йена задумалась. Потом она произнесла:

– Ох, девчонки, в любом случае вам повезло. Вы в Славенград через месяц отправляетесь. Новые места, новые люди. Вдруг и отношение ко всему поменяется, а мне еще целый год в Крыле находиться.

– Зато у тебя еще целый год спокойной жизни, а у нас на ближайшие четыре года жизнь предопределена.

– Нилия, тебе же всего два года в академии учиться. Травники ведь столько обучаются!

– Мне сегодня матушка настоятельно рекомендовала два года после ее окончания провести с пользой, практикуя в аптеке тетушки Мариты, – поведала я.

– Понятно, – вздохнула Йена, – это все из-за меня! Если бы я сегодня скандал не устроила…

– Да ладно тебе… Это уже давно все было решено.

Мы снова отпили из стаканчиков. За окном стрекотали кузнечики, а в лесу ухала ночнуха.

– Ой, пора нам, а то будем спать за завтраком, – предсказала Лиссандра.

– Погодите! А что с походом на кладбище? – воскликнула Йена.

Я закатила глаза:

– О Луана, когда же вы откажетесь от этой затеи?

– Сама же план предложила, – огрызнулась рыжая, – и что все богиню поминаешь?

– Кого мне еще упоминать и просить вложить в ваши глупые головы хоть каплю ума! – в том же тоне ответила я.

– Все правильно она просит, – хмыкнула Йена, – Луана – покровительница всех незамужних девиц, то есть нас. Вот выйдем замуж и будем молиться Старшей богине.

Мы с Лиссой улыбнулись и коротко пересказали сестре наш план.

– Самое лучшее предложение, а я, в свою очередь, постараюсь уговорить матушку отменить наказание или хотя бы уменьшить его срок, – кивнула Йена.

Мы забрали бутыль и без приключений добрались до своих комнат.

Лежа в кровати, я задумалась о богах. В нашем мире их насчитывается пятнадцать. А вот есть ли им до нас дело? Этого я не знала…

Изначально, как утверждает наша религия, два Создателя – Ориен и Муара, муж с женой, придумали наш мир. Сначала заселили новую планету перворожденными: эльфами, элементалями, драконами, дайнами, феями и дуайгарами, которые долгое время жили в мире и согласии.

Потом у Ориена и Муары родились дети: сначала появились близнецы Фрест и Зест. Первый стал наследником, а второй, как водится, стал завидовать. Чтобы избежать ссор и конфликтов, Ориен повелел младшему владеть подземным царством, ведь должен же кто-то сторожить Навь и встречать умерших. Фрест же стал богом огня и правой рукой отца. Потом в семье родилась Луана – молодая юная богиня. Играя, младшие боги создали гномов, орков, гоблинов и, наконец, людей.

Родители подумали и решили оставить новых созданий. А тут и друзья с родней надумали посетить новый мир, да так и остались на Омуре. Брат Ориена – Нуард стал богом знаний, лучший друг Горист – богом промыслов, сестра Муары – Теяна стала покровительницей лекарей, травников и целителей, брат Сарт – богом войны, а его сын Имарт заступником боевых магов.

Потом создания младших богов начали чудить, и завелась нежить. Дальше – больше. Эти самые создания стали воевать между собой, а после – и с перворожденными. Впрочем, последние были настолько самоуверенны и высокомерны, что сплотились против общей угрозы лишь лет триста назад, когда люди уничтожили драконов. До наших дней дошли лишь изображения и легенды про этих перворожденных.

Времени с тех войн прошло немало, и за эти века у Старших богов (как теперь называли Ориена и Муару) появилось еще четверо детей. Трое из них стали покровителями стихий и элементалей: сын Доран – богом водной стихии, дочери Магнея и Лилея – богинями земли и воздуха, а их младшая сестра Шалуна – богиней удачи. Спустя века Магнея вышла замуж, и у омурцев появился последний бог Листей…

А драконы? Что же, видимо, они представляли опасность для людей и их необходимо было уничтожить. Хотя детей в Норуссии пугали жителями Снежных гор – дуайгарами – снежными демонами. С ними мир мы подписали лишь сто лет назад. Батюшка в гарнизоне Северные Ворота видел этих существ в боевой ипостаси, нам он сказал, что очень рад тому, что у нас с ними прочно установившееся перемирие. Я видела изображение и читала описание дуайгаров в «Справочнике по расам», они были ужасны: очень высокий рост, клыки, чешуя, когти, шипы на спине, хвост, рога, а вместо глаз – черные провалы без зрачков. Брр, ужас одним словом! Правда, ходили слухи, что и они вступали в брак с людьми, поговаривали даже о полукровках. Значит, у этих перворожденных мог быть и другой облик, более похожий на человеческий. И мне сразу же захотелось хотя бы одним глазком увидеть дуайгара.

Еще в нашем мире водятся феи, которые обитают в заколдованном Шепчущем лесу, куда людям доступ закрыт. Фей мои соотечественники видят редко, обычно в праздник весны десятого травеня, а дайн, подземных жителей, встречают десятого холодня. К перворожденным еще относятся элементали – существа, обитающие в воздухе, воде, земле и огне. Мы, как потомки эльфов, видели их в лесу, в реке, в огне печки, правда, вступить в диалог ни разу не пытались, люди говорили, что, когда приходит время, элементаль сам подходит к человеку или представителю другой расы и дает совет, подсказку или предсказывает судьбу. Мне пока не доводилось беседовать с элементалем, впрочем, никто из старших тоже не мог похвастаться этим. Я зевнула. Все, и вправду пора спать, иначе завтра наша домовая Леля не добудится меня, а то и вовсе усну
Страница 8 из 34

за завтраком.

Утро для меня началось со стука в дверь, топанья ног по коридору и криков. Не успела я открыть глаза, как ко мне в комнату вбежала Тинара:

– Она у тебя?

– Кто она? – захлопала глазами я.

– Бутыль Василины…

– А-а-а… э-э-э…

– Так у тебя или нет?

Я лихорадочно вспоминала, а сестра тем временем металась по комнате.

– Нет, – наконец выдала я, пытаясь хотя бы сесть на кровати, – она у…

В это время из коридора раздался визг, а затем крик тетушки Ираны:

– Я так и знала!

Мы с Тинарой переглянулись и бегом бросились на голос.

У комнаты Лиссы собрались все тетушки и Латта с Этель.

– Ага! – причитала матушка. Ну и что прикажете теперь делать? – Она обвела собравшихся взглядом.

– Нилия! Иди-ка сюда…

Я робко приблизилась.

– Та-ак… – прокомментировала маменька, придирчиво оглядывая меня с ног до головы. – Та-ак, – подвела она итог. – И почему это ночью тебе не спалось?

– Думала, – буркнула я.

– И о чем это? – прищурилась матушка.

– О богах и перворожденных, – сказала я чистую правду.

– О-о-о! – только и протянула родительница.

– Хорошие мысли! Правильные! О поступлении девица думает, – проговорила тетушка Ирана и тут же мимолетным движением достала из-под кровати Лиссы бутыль с наливкой. – Ага! А вот эта девица непонятно о чем думает! К тому же неравнодушна к выпивке!

Матушка с тетушками задумчиво переглянулись, затем Горана осторожно изрекла:

– Ты одна была?

– Да. Я была одна! – Рыжая строптиво вскинула голову.

Тетушки вновь задумчиво переглянулись. «Не-эт! – решила я. – Так не пойдет!»

– Я тоже пила наливку, – важно сообщила всем и тут же подошла к Лиссе.

– Ну, рыжие, вы даете! – расхохоталась тетя Ратея. – Вот это настоящий рыжий дуэт!

– Что-то мне подсказывает, – ехидно прищурилась тетушка Горана, – что и моя в этом участвовала. Так что здесь трио: две рыжие и одна блондинка!

– Ну? – вопросительно приподняла бровь матушка. – Сколько всего вас было?

– Двое! – дружно ответили мы с Лиссандрой.

– Еще я была, – послышался робкий голос Тинары.

– Нет! – Как слаженно, оказывается, мы с рыжей вопим!

– И я, – это уже пискнула Латта.

Тетушка Ратея вновь расхохоталась:

– Этель, а ты с ними была?

– А что? Даже если и была? – пожала плечами старшая кузина. – Я уже совершеннолетняя.

– И все-таки они были втроем! – настаивала на своем тетя Горана. – Сознайся, Этель, ты им портал в комнату Йены создала?

Мы умоляюще взглянули на Этель. Про истинный лаз в комнату нашей разноглазки говорить не хотелось, а Этель лишь похвалят за точность в создании порталов.

Старшая кузина с равнодушным видом кивнула.

За это время тетушка Горана выпустила из комнаты Йену. Матушка строго смотрела на нас. Ратея ухмылялась, Ирана что-то обдумывала, оглядывая всех собравшихся.

Йена подбежала к нам и улыбнулась.

– Нет! Вы только посмотрите! – возмутилась тетя Горана. – Им все еще весело!

– И что с вами делать? – задумчиво проговорила тетушка Ирана.

– Пожурить и отпустить! – Ого! У нас действительно трио!

– Полагаю, что просить вас не делать так больше бесполезно? – вздохнула маменька.

– Тогда давайте напомним о вредном влиянии вишневой наливки на организм молодой растущей девицы, – не удержалась тетя Ратея.

– Мы больше не будем! – дружно кивнули все втроем.

Все, кроме Ратеи, обреченно вздохнули, а матушка озвучила:

– Ладно! Пока Оршана нет, простим вас. Но это в последний раз, когда мы вас прикрываем! Да, и думаю, что Йену пора выпускать, раз они и при закрытой двери общаться умудряются, то пусть уж лучше на виду будут!

– Хей-хо! – издала клич боевых магов Этель.

Матушка недовольно взглянула на нее:

– Приличной девице не пристало так кричать! – Потом она обратилась к нам: – Жду всех за завтраком!

Этель нам подмигнула, мол, сегодня… Тинара и Латта заговорщически переглянулись, а мы просто облегченно выдохнули. На выходе Лисса сказала:

– Вижу одну несомненную выгоду в том, что буду обучаться в академии, да еще и на факультете боевой магии, – я научусь создавать порталы!

Весь день сестры перемигивались и шептались:

– А сколько лопат брать?

– А кто копать будет?

– Из нас только Этель обладает подходящей силой!

– Ага! Это вы все худосочные, а я настоящая! О-го-го какая женщина! – Этель похвасталась своей силой.

– Значит, и копай сама! – обиделась Латта.

– Да ладно, мелкие, может, еще подрастете. Эльфийские полукровки лет до двадцати пяти растут, – веселилась Этель.

– Да хватит вам! Пора бы и дело обсудить! – сменила тему Лисса.

– Кто копать будет? – снова спросила Йена.

– Ну в основном я, остальные на подхвате, – предложила Этель.

– Так сколько лопат все-таки возьмем?

– А я еще раз вас спрошу! – в очередной раз попыталась образумить сестер я. – Кто-нибудь всерьез понимает, что мы задумали?

На меня воззрились все. Но с разным выражением на лицах: недовольным – у Этель, удивленным – у Тинары, недоуменным – у Латты, ехидным – у Лиссы и задумчивым – у Йены.

Я опустила руки.

– Хорошо! Но вы хоть лопаты заранее у дверцы спрячьте, чтобы не бегать, не греметь ночью «й».

– Ого! Точно сказано – ночь «й»! Так и будем называть. – Этель подняла указательный палец.

– Спрячем. Не переживай! Я даже знаю, кто мне их донесет до дверцы! – Йена довольно потерла руки.

Мы с Лиссой переглянулись и удивленно посмотрели на нее. Этель улыбнулась, младшие обиженно засопели.

– А что? Мне тут еще год до академии скучать, а так хоть развлечение! Да!

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь? – засомневалась я.

– Не переживай! Все очень даже хорошо!

В общем, потихоньку мы выработали план действий на ночь «й». Само дело решили перенести на завтра в ночь. Правда, боги, похоже, услышали мои молитвы – весь следующий день лил дождь. Полдня мы занимались изготовлением мазей, настоев, снадобий. К вечеру матушка отпустила нас с Тинарой, и мы присоединились к остальным.

– Ну вот! Все планы нарушились! – злилась Этель.

Да и у остальных девочек настроение было пасмурным.

– Ага. Только решились, и вот вам… дождище! – тихо возмущалась Латта.

– Да ладно! Будет еще хорошая погода! – успокаивала Тинара.

– У нас время поджимает. Академия ждет! – шипела Лисса.

– Я замуж хочу! За эльфа! Поскорее! – напомнила Этель.

– Да все мы успеем!

– Еще и дядюшка скоро вернется, так что можем не успеть! – настаивала на своем Лиссандра.

– Из всех лишь Нилия рада, что дождь на улице! – добавила Латта.

Я страдальчески закатила глаза:

– Да сколько можно? Согласилась ведь уже!

– Давайте лучше в «желания» поиграем? – чтобы разрядить обстановку, предложила Тинара.

– Давайте… Хоть отвлечемся. Все равно больше нечем заняться, – согласилась Йена.

– Как это нечем? А вязать или шить приданое? – съязвила Этель.

– Тебе оно нужнее! – парировала Йена.

– Думаешь, высокородный эльф оценит связанные мной носки? Или сшитые фланелевые панталоны?

Мы, представив, как эльф рассматривает приданое, которое по имперским законам каждая приличная девица должна сама связать или сшить, расхохотались. Все. И как-то незаметно
Страница 9 из 34

стали раскладывать карту для игры в «желания». Ее смысл заключался в том, что играющие бросают деревянные кубики с цифрами и двигают фишки на нарисованном поле. У нас было изображено море с островами. Кто первым доберется до клада, тот выиграл. Были пустые поля, попав на которые, играющий обязан был исполнить загаданное ведущим желание. Эта роль по жребию досталась мне. Девчонки неоднократно попадали на пустые поля, и моя фантазия иссякла, поэтому последние испытания для Йены и Латты я пообещала придумать потом.

К утру дождь прекратился, и после завтрака все сестры решили, что именно сегодня будет ночь «й».

Глава 2

Ночь «й» наступила спустя два дня после нашей игры в желания. Потому что всем нам родительницы нашли подходящие задания: мы с Тинарой старательно трудились в лаборатории, Лисса изучала вводный курс «Практической магии», Этель возилась с платьем для выпускного бала, а Йена и Латта помогали тете Горане ухаживать за садом. Впрочем, и для меня в саду нашлась работа – надо было помочь матушке при посадке садовых лекарственных растений, в заботе также нуждались многолетники, которые росли на нашем аптечном огородике. Словом, осуществить задуманное нам удалось лишь тридцатого травеня.

Ночь «й» началась для меня с жуткого желания махнуть на все рукой и лечь спать. Я стойко сидела и при слабом свете светлячка пыталась читать еще один сентиментальный роман, рекомендованный Этель. Вникнуть в суть данного эльфийского (или, как утверждали сплетники, псевдоэльфийского) опуса мне мешали зевота и закрывающиеся глаза.

Мы ждали наступления темноты, а за окном все никак не хотел догорать закат, грозящий плавно перейти в восход. Небеса все не темнели, а последние лучи солнца не желали уступать место двум лунам: красной и желтой…

В дверь раздался робкий стук, а следом показалась растрепанная голова Тинары.

– Не спишь? – спросила она.

– Пытаюсь, – зевнула я.

– И как? – Она подошла и кивнула на роман.

– Пока не поняла, а ты чего пришла? Пора уже?

Сестра покачала головой и созналась:

– Страшно мне…

– Думаешь, что мне нет? Впрочем, мне скорее тревожно. А тебе можно и не ходить. Вам, младшим, простительно.

– Ну вот! – воскликнула Тинара. – И ты туда же! По-вашему, мы совсем малявки? Вы еще нам фартучки повяжите и погремушки дайте!

Я улыбнулась.

– Иди уже сюда, взрослая моя! Хоть косу тебе переплету, а то зацепишься еще ненароком.

Сестра тяжко вздохнула:

– Лелю звать не рискнула, а одна не справилась…

Это и понятно: волосы Тинары блестящей светлой волной спускались ниже бедер, остальные сестрицы, да и я тоже, не носили столь длинных кос.

Закончив делать сестре прическу, я поднялась, а потом к нам в комнату заглянула Лисса и поманила за собой.

Глаза кузины в темноте таинственно блестели, видимо, в предвкушении предстоящего приключения.

Спускались по лестнице молча, да и дальнейший путь до дверцы проходил в безмолвии – все волновались. Лиссандра уверенно вела нас к дверце, а я старалась как могла запомнить дорогу: вдруг когда-нибудь пригодится.

Шли лирн десять или чуть меньше какими-то огородами и задворками, вслед нам лаяли дворовые собаки. Идти приходилось гуськом, держась за руки, я шла последней. Младшая слегка дрожала, я же старалась не волноваться, но получалось плохо.

«Так! – сказала я сама себе. – Нилия, успокойся. Что это с тобой? Это всего лишь ночная прогулка! Дойдем с сестрами до кладбища и вернемся обратно!»

Так и дошли до тына и неприметной дверцы в нем. Она была совсем небольшой, шириной всего в четыре доски и чуть выше моего роста.

– Ну наконец-то! – прокомментировала наш приход Этель.

Она вместе с Йеной и Латтой уже была тут, рядом с ними лежали лопаты.

– Мм? Почему бы нам вместе с инвентарем не переместиться на кладбище порталом? – высказалась Йена.

– Тебе напомнить, куда грозит выбросить нас непроверенный стихийный портал? Да и сил у меня хватит только на то, чтобы вернуть всех нас в терем, – ответила Этель.

– Хотя бы обратно самим идти не придется, и то хорошо, – сказала я.

– Вы правы, поначалу мы полны сил, а потом устанем, – согласилась Йена.

– К тому же неизвестно, что нас на кладбище ожидает, вдруг убегать придется, – подвела мрачный итог Лиссандра.

– Может, все-таки останетесь? – Я еще раз спросила младших.

Они дружно покачали головами.

– Тогда пошли, – предложила Этель и, подхватив лопаты, направилась в сторону бывшего родового имения. Йена зажгла светлячок и последовала за ней.

По-летнему теплая ночь вступила в свои права, небо усыпали фонарики-звезды. Я рассматривала знакомые созвездия: на западе сверкал венок Луаны, на востоке переливался пояс Ориена, а меж ними перемигивались на темном покрывале ночного неба миллиарды светлых точек, образующих замысловатые узоры. Поднимешь голову и, кажется, падаешь в эту мерцающую бездну. Свет желтой луны и красного месяца заливал местность оранжевым светом. Засмотревшись, я споткнулась и упала.

– Ну вот, – тут же прокомментировала Лиссандра, – и первая жертва.

– Надеюсь, и последняя, – буркнула я в ответ, вставая и отряхивая свою одежду.

Мы вошли в лес, в неверном оранжевом свете с трудом удалось, и то скорее по наитию, обнаружить старую дорогу в заброшенное имение. Да и правильнее было бы назвать это не дорогой, а тропой, так как за прошедшее время вся она заросла кустами и сосенками. Посередине этого направления каждую весну и лето дружинники с упорством муравьев по настоянию начальства прокладывали эту самую тропку, по которой мы теперь и шли. Всем хотелось добраться до места порталом, но наша главная специалистка по перемещениям, тетушка Ирана, не торопилась исполнять наши просьбы. Более того, это она требовала каждую весну и лето рубить дерева, объясняя это тем, что портал вполне может открыться как раз в том месте, где выросла какая-нибудь сосна. Последствия такой перспективы понимали все.

Говорить не хотелось, да и бессмысленно было это делать. Все, даже Этель, изрядно волновались. Латта все-таки не выдержала:

– А нежить в имении есть?

Я задумалась: с одной стороны, никогда не видели, но с другой – мы всегда были там днем, а крылатские по какой-то причине сторонились бывшего имения мир Лоо’Эльтариусов, в прошлом ир Озаронов.

– Ну-у, – протянула в ответ Йена, – вроде бы нет, по крайней мере, не было раньше… Может, и завелись безымени…

– Ой, да ладно тебе, – бодро воскликнула Лисса, видя, что младшие испуганно заозирались, – даже если и завелись привидения, то только свои, родные. Эти вреда не причинят!

– Вы не забыли, к кому, – я выделила это слово, – мы идем? Она всю нечисть и нежить в округе распугала. Наверно, до сих пор боятся и не показываются!

– Хватит вам детей пугать! – цыкнула на нас Этель.

– Мы все равно не боимся, – дружно пискнули младшие. – И мы уже не дети!

– Если будем продолжать в том же духе, то скоро на наши крики кто-нибудь да заявится! – одернула нас Йена.

Дальнейший путь снова продолжили в молчании. Младшие жались к нам. Вот так и шли: впереди – Этель с лопатами, а позади мы всей гурьбой. Никому
Страница 10 из 34

не хотелось идти последней. Лисса и Латта часто оглядывались.

– Нехорошее у меня предчувствие, – шепотом произнесла Латта.

– На сей раз я с ней согласна, – так же тихо промямлила Лиссандра.

– Да ладно вам, – тихо сказала Йена, – не нагнетайте, и так боязно.

Сказано все это было тихонько, но Этель все равно услышала, резко остановилась, развернулась и прошипела:

– Если боитесь, то возвращайтесь домой! И сидите всю жизнь под крылышком родительниц. А если хотите хоть что-то интересное в жизни повидать, то забудьте про страх и следуйте за мной!

Мы с девчонками переглянулись и в молчании потопали дальше.

– И правда, – преувеличенно бодро прошептала Лисса, – чего это с нами происходит? В имение ведь уже много раз ходили, да и на старом кладбище бываем каждый год. А то, что ночь на дворе? Да какая разница! Ночью темно только, а так никакой разницы нет!

«Ага! Как же никакой? – возмутилась я про себя. – Все знают, что ночь – самое активное время для всех темных дел».

По лицам Лиссы и Йены я поняла, что они думают так же, но свои мысли никто из нас не озвучил. Впрочем, младшие тоже знали об этом факте, но раз решили идти с нами, то молчали.

Вскоре мы вышли к двум столбам – это все, что осталось от ворот старого имения. Прошли сквозь них. Ночью столбы казались спящими стражами, охраняющими покой заброшенного поместья. Впрочем, нас они знали. Мне даже показалось, что «стражи», скрипнув, поклонились нам в приветствии. Я помотала головой. Да уж! В темноте и не такое пригрезится! Хотя и сестры повели себя странно: Тинара хлопала глазами, Латта шептала молитву, а Йена с Лиссой несколько раз оглянулись. Одна Этель целенаправленно шла вперед, ни на что не обращая внимания.

Территория бывшего имения за прошедшее время заросла бурьяном и кустарником, хотя проход к фундаменту старого дома оставался. Но мы направлялись не к нему, поэтому пришлось перелезать через бурелом, обычно до погоста прокладывали дорожку, но в этом году этого еще не сделали, а за прошедшие осень и зиму здесь все было завалено ветками. Родительницы еще не успели добраться до семейного кладбища, а крылатские ни в какую идти туда не хотели. Так что мы были первыми.

– Надо было дождаться, когда дорогу расчистят, или самим днем наведаться сюда, – ворчала Лиссандра.

– Только почему-то ты лишь теперь подумала об этом! – недовольно заявила я.

На что Этель опять прошипела:

– Если вам что-то не нравится, то вы всегда можете вернуться!

Мы вздохнули и бодро потрусили за старшей сестрой. Мне на территории имения стало спокойно, и страх куда-то улетучился. Такое ощущение, похоже, было у всех. Видимо, правда знающие люди говорят о том, что «родная землица всегда помогает».

Проход через бурелом в темноте оказался трудным и долгим. Мы изрядно вымотались, но все-таки дошли до кладбища. Старый погост по периметру обрамляла такая же старая фигурная изгородь с начавшим зеленеть эльфийским вьюном и цветами офиры рядом с ней. Вошли в ворота и перевели дыхание. Огляделись: справа белел единственный склеп на кладбище, там покоились та самая эльфийка Мирисиниэль мир Лоо’Эльтариус и ее муж Рейн ир Озарон. Остальные предки были захоронены в более скромных могилах, представляющих собой простые холмики с надгробиями из серебра с позолотой.

Лисса достала флягу с водой, шумно отпила и передала мне, сделав глоток, я передала питье дальше. Этель все это время стояла чуть в отдалении, нервно притопывая ногой. В этой части кладбища было спокойно, но нам предстояло идти дальше, туда, где раньше хоронили простых жителей Крыла, а искомая могила находилась в самом конце.

Время шло, и нам надо было поторопиться, поэтому мы отправились дальше. Снова стало тревожно и неспокойно на душе. Идти пришлось гуськом. Неухоженные холмики осели, мы рисковали запнуться об упавшие надгробия, наступить на просевшую могилу или провалиться в яму. И вот в самом конце блеснула серебряная ограда.

– Дошли, – прокомментировала Этель, бросив лопаты на землю. Умаялись мы знатно, поэтому не спешили браться за дело, да и боязно было начинать. Недаром бабушка серебряную оградку поставила! А мы вот хотим…

– А что мы здесь хотим? – последнее я произнесла вслух.

– Как что? Забрать свое! Ведь венец принадлежит нашему роду! – ответила Этель и стала перелезать через ограду. – Кто со мной?

Мы в нерешительности переминались с ноги на ногу.

– Лопату хоть подайте! – попросила Этель. – Время не ждет!

Я подала одну из лопат, а девочки не двигались с места. Тут же из-за ограды послышались глухие звуки ударов о землю.

Я огляделась: на востоке занималась заря. Скоро станет совсем светло. Йена тоже задумчиво смотрела на горизонт.

– И вправду, чего ждать? – изрекла она и подняла другую лопату, намереваясь отправиться на помощь Этель.

– Погоди, – после некоторых раздумий остановила ее Лисса.

Йена остановилась и оглянулась на нее. Я задумчиво копала землю носком туфли.

– Чего ждать? – переспросила Йена.

Лиссандра еще раз что-то обдумала, кивнула сама себе и произнесла:

– Этель, ты говорила, что у тебя есть какие-то заклинания некромантов?

Старшая кузина прекратила копать, подняла голову и кивнула, а я взглянула на ее работу. Продвинулась она недалеко – ямка была совсем неглубокой.

– Послушай, – между тем продолжила рыжая, – мы так до полудня промучаемся, вот уже заря занялась. Может, нам ускорить процесс?

– И как? – заинтересовалась Этель, взглянув на посветлевший горизонт.

– А так! Есть ли у тебя заклинание для поднятия мертвецов?

Дождавшись кивка Этель, она продолжила:

– Так вот и подними ее. Пусть сама себя откапывает!

– Мм? – задумалась Этель, а потом просияла. – Насколько я помню, поднявший может управлять поднятым. Вот пусть госпожа колдунья сама себя откопает и отдаст нам венец, а потом зароется обратно.

У меня в голове промелькнула какая-то мысль, пытаясь ее поймать, я отвлеклась от происходящего. Очнулась, когда увидела, что все сестры смотрят на меня.

– Что?

– Заколку, говорю, давай. У тебя самая острая, – протянула ко мне руку Лисса.

– Зачем???

– Как зачем? Для поднятия мертвых кровь нужна! – просветила рыжая.

Я с опаской вынула из прически серебряную заколку с заостренным наконечником. Лиссандра подскакала к Этель, а та сказала:

– Так, чего стоим? Быстро все встаем по периметру оградки. Лисса – ты будешь мне кровь пускать, чай будущая боевая ведьма, привыкай!

Мы вчетвером медленно разошлись и встали по четырем углам ограды, зажгли светлячков. Глядя, как Лисса подносит заколку к пальцу Этель, я наконец поняла и крикнула:

– Погодите!

Дождавшись, когда девочки посмотрят на меня, продолжила:

– Рассвет… самое начало! Разве вы забыли, что наступает время Лютого?

– И что? – недовольным голосом осведомилась Этель.

– Забыла разве, что даже темные стараются не колдовать в это время. Все заклинания действуют наперекосяк. Время Лютого – время черных!

Сестры задумались, а Йена выдала:

– Да вы что? Забыли? Там уже скелет лежит! Если что-то пойдет не так, как надо, то сразу лопатой по черепушке ударим, и все!
Страница 11 из 34

Дел-то!

– Верно! – кивнула Этель.

– А ты, Нилия, панику не наводи и не пугай! – погрозила мне Лиссандра.

Я закатила глаза:

– Тогда давайте быстрее! Утро не ждет!

Лисса кивнула и спросила:

– Все готовы?

И, не дожидаясь нашего ответа, вонзила заколку в палец Этель. Капли крови упали на землю, а старшая кузина начала читать заклинание вызова мертвых на языке дайн – подземных жителей. Нашей задачей стало повторение последних трех слов в четверостишии.

Этель словно напевала:

Эл аллин двайн туаре

Мел эрлин год миаре

Тур залит камен оле

Борален мален гдоле…

Мы мямлили:

Борален мален гдоле…

Когда последние слова заклинания были произнесены, я зажмурилась.

Лирна, две… ничего. Открыла глаза. Все было по-прежнему. Только девочки стояли, зажмурившись, все, кроме Этель.

– И дальше что? – Лисса огляделась по сторонам, а после и остальные последовали ее примеру. Переглянулись.

Этель пожала плечами:

– У некромантов это работало. Я видела.

– Может, все дело в том, что ты не некромант? – поинтересовалась я.

– А может, и вправду… – начала Йена, но в этот момент в воздухе как будто лопнула струна.

– Началось… – одними губами прошептала Тинара.

Стало темнеть, по верхушкам деревьев пробежал ветер, запахло тленом. В вышине сверкнула фиолетовая молния, а затем устремилась к земле и ударила в могильный холм, раздался жуткий грохот, ударной волной Этель выбросило за оградку. Земля задрожала, теперь попадали мы все, а ветер усилился, и теперь это был почти ураган. Я вцепилась в прутья оградки, сестры последовали моему примеру. В небесах бесновались фиолетовые молнии, гремел гром, выл ветер, а гонимый им песок висел в воздухе и норовил залепить глаза. Вскоре к какофонии звуков присоединился еще один, в котором я с ужасом распознала смех. Жуткий, потусторонний смех.

Я намертво вцепилась в прутья ограды и мельком огляделась: напротив то же самое сделали Тинара и Йена, Лисса подползла и прижалась ко мне, чуть дальше Этель судорожно держалась за землю, а Латта упала в обморок или сделала вид, что упала. Тем временем земля, продолжавшая до этого момента содрогаться, вдруг треснула за оградой, и на поверхность вылетел гроб, выглядевший на удивление новым. В сопровождении жуткого смеха сей предмет взмыл вверх. Хлопок – крышка отскочила. А дальше я замерла, так как из гроба начала показываться колдунья. Сначала показалась голова с черными волосами, а потом некромантка медленно поднялась в полный рост. Встав на ноги, она оглядела нас, не переставая жутко хохотать. Пока я раздумывала, что сделать: пуститься наутек или последовать примеру Латты, ведьма еще раз оглядела нас, резко замолчала и щелкнула пальцами. Ветер прекратился, земля перестала дрожать, лишь на темном небе продолжали искрить фиолетовые молнии. Я смотрела на мертвую некромантку, подняв голову. Прошедшие годы не превратили ее, как мы думали, в скелет: свежее лицо, только очень бледное; черные блестящие волосы, собранные в высокую прическу, украшенную самоцветными каменьями; длинное лиловое платье покроя прошлого столетия. Лишь зеленое призрачное сияние вокруг колдуньи указывало на то, что перед нами неживой человек.

– Хм… – некромантка отряхнула и без того чистое (!) платье, – кажется, я должна спросить: «Кто посмел тревожить мой покой?..» Ну или что-то вроде этого?

Я ошалело хлопала глазами, рядом нервно сглотнула Лисса, а колдунья между тем продолжила:

– Ну-с, здравствуйте, девочки!

А потом, странно глянув на Этель, добавила:

– Рада увидеть тебя, внученька.

Мы дружно открыли рты, а старшая кузина выдавила из себя:

– К-кто? П-простите, что вы сказали?

– Внученька, – терпеливо повторила мертвая некромантка.

Мы с Лиссандрой переглянулись, а Этель уже несколько смелее изрекла:

– И-извините, но вы ошибаетесь. Мою бабушку звали Товилией.

Колдунья покачала головой:

– Нет, зайка, это ты ошибаешься. Я твоя бабушка, а Товилия была моей подругой.

– Как так? – само собой вырвалось у меня.

– Неправда все это! Бабушка вас убила! – добавила Лисса.

– Ой-ой! – все, что сказала Йена.

Мы с рыжей еще крепче вцепились друг в друга, но ведьма не торопилась забрасывать нас огненными шарами. Более того, задумчиво оглядев нас сверху, она вздохнула, а потом произнесла:

– Давайте для начала представимся. Я темная колдунья, мое имя Мелина ир Форено. И я действительно была подругой вашей бабушки, как бы это странно ни звучало.

Сказав это, некромантка с ожиданием посмотрела на нас.

Первой по старшинству поднялась и присела в реверансе Этель, далее встала и потянула меня за собой Лиссандра. Следующей была моя очередь. Я нервно присела и промямлила:

– Нилия.

Далее представилась побледневшая Йена, потом настал черед Тинары. Сестренка держалась с достоинством. А после все посмотрели на Латту, по-прежнему лежащую на земле с закрытыми глазами.

– Девочка, – обратилась к ней Мелина, – не надо меня бояться. Я вам не враг.

Латта резко села и невежливо буркнула:

– Мое имя Латта.

Некромантка улыбнулась и кивнула:

– Теперь можно и поговорить.

– Хм, – послышалось со всех сторон.

– О-о-о! – воскликнула Мелина. – Сколько вопросов! С чего же начнем?

– Может, с того, – произнесла Этель, – почему вы называете меня своей внучкой?

– Резонный вопрос, – кивнула темная, – не веришь? А почему, ты думаешь, тебе удалось меня из могилы поднять? А?

Этель неопределенно пожала плечами:

– Может, Шалуна помогла?

– Ну-у, – протянула колдунья, – может, и помогла, если бы ты просила. Тогда другой вопрос. У тебя никогда не было тяги к некромантии? Вернее, не так – ты никогда не интересовалась смертью и мертвыми? Не желала попробовать вернуть кого-то из них в мир живых?

Тут задумались мы все: действительно, у Этель с детства наблюдалась тяга к костям, крови, а один раз тетя Ратея застала ее за расчленением болотной абки. Все удивились, кузину наказали, а Ратея объяснила это тем, что отцом ее дочери был наемник. Со временем все забылось, но исчезло ли?

– Но я же светлая! – с отчаянием проговорила Этель.

– Да, – кивнула Мелина. – Кровь эльфов по дедушке сказалась. Но истории известны имена светлых некромантов, вспомним хотя бы одно из них, Миринор мир Корфус. Кстати, тоже был эльфом.

– Фу-у-у, – фыркнула Тинара.

– Пример неудачный, – осмелев, заявила я. – Единственный в истории эльф, который был убийцей и злодеем.

– Ну-у, убивал он врагов… хм… поначалу, – поправилась темная, – зато какие у него зомби и умертвия получались, наверно, до сих пор легенды слагают!

Мы молчали, да и что тут скажешь?

– Мы отвлеклись! – оборвала наши раздумья Этель. – Что вы говорили о нашем с вами родстве?

– Расслабьтесь, девочки, для начала…

– Ага! Как же! Может, вы нас отвлекаете, чтобы потом убить? – сказала Лисса, а Йена добавила:

– Хотите отомстить за то, что наша бабушка вас убила из-за венца Мирисиниэль!

Все сразу посмотрели на колдунью. По легенде венец должен был быть у нее на голове, но в действительности его там не было!

– Может, она его в гробу прячет? – предположила подошедшая к нам Тинара.

– Хм… –
Страница 12 из 34

произнесла Мелина, насмешливо глядя на нас, – вы меня извините, девочки, но если бы я хотела вас уничтожить, то убила бы сразу после того, как меня разбудили. Простите великодушно, но магия в вас только-только просыпается. И вообще, поднялась я потому, что обряд проводился с кровью моей внучки. Так, по моей просьбе, зачаровала Товилия, чтобы никто до меня раньше времени не добрался.

– Так, значит, бабушка предполагала, что мы попытаемся вас поднять? – воскликнула Этель.

– Погодите-погодите, – Йена потопала в нашу сторону, – а откуда бабушка узнала о том, что именно сегодня ее внучки, которых она, между прочим, ни разу не видела, окажутся на старом кладбище с целью воскресить злую волшебницу?

– Угу! – поддержала я кузину. – Бабушка не обладала даром предвидения!

– Ох, – вздохнула Мелина, – молодая горячая кровь! Недоверчивые котята, – мы вскинулись, а она продолжила: – Сама такой была! Но неужели не интересно узнать, как все было на самом деле и где действительно находится эльфийский венец?

Мы задумались: с одной стороны, было опасно доверять темной, но с другой стороны… Этель, венец и все остальное.

Мы переглянулись.

– Решайтесь скорее. Я долго не могу удерживать лиловую тьму, да и восходящее солнце может навредить мне. Кроме того, я чувствую, что сюда приближаются какие-то всадники. Так что поторопитесь, – произнесла колдунья и, щелкнув пальцами, переделала гроб в трон, а потом села на него и в ожидании посмотрела на нас.

– Ух ты! – против воли восхитились мы. Оценили. Позавидовали. Наши родительницы так не умели, не говоря уже про нас самих.

Мы кивнули Этель, и она сказала:

– Рассказывайте уже, а после решим, что правда, а что ложь.

– Хм, – задумалась Мелина, – с чего бы начать? Помните хоть, что у вашей бабушки был брат?

– Угу! А вы его опоили, соблазнили и убили, – кивнула Этель, а Йена добавила:

– А потом бабушка убила вас!

– Ох, глупые котята! Да говорят же вам, что все было не так! – всплеснула руками темная.

– Тогда рассказывайте все по порядку, а не задавайте вопросов, – пробурчала Этель.

Мелина кивнула и принялась за повествование:

– Начну, пожалуй, с того, что все мои предки были темными. Впрочем, тьма тоже бывает разной. Вы же понимаете, что есть мрачная темнота подземелий и есть, к примеру, предрассветная мгла или загадочный полумрак вечернего леса, освещенного лунами, или предгрозовой сумрак. Так вот, мои предки всегда были полутьмой, среди нас никогда не было убийц и мракобесов. Мы всегда старались помогать людям, истребляли нежить или поднимали мертвецов – свидетелей преступлений. И я не стала исключением. Тоже отправилась в академию, чтобы в будущем стать полезной людям. Там я и познакомилась с вашей бабушкой. Тогда ее еще никто не называл Товилией, для всех она была просто Вил. Училась на факультете боевой магии, увлекалась травоведением, а в итоге окончила оба факультета. Ваша бабушка была младше меня, а познакомились мы случайно на учебных боях. Дружить же стали после тренировочных битв на Арене. Ты, Этель, должна знать про них. Так вот, я участвовала в этих битвах, а ваша бабушка, как первокурсница, тайно проникла на них. Хоть эти сражения до первой крови, но изводят они знатно, Вил помогла мне, после мы подружились. На нашу дружбу скептически смотрели в академии все: и преподаватели и студенты.

Когда я окончила академию, у меня появился свободный месяц перед практикой, и Вил пригласила меня к себе в имение на каникулы. Там я и познакомилась с ее братом Паволом. У нас начался бурный роман. Такой, что мы решили пожениться. Провели оба обручения, а со свадьбой решили подождать до тех пор, пока не закончим отдавать долг империи. Мне надлежало явиться в Топаг, где предстояло семь лет отработать в местном муниципалитете в качестве дознавателя и по совместительству главного городского мага. Паволу нужно было вернуться в Славенград, где он состоял в летучем отряде при Совете магов. В общем, обещали переписываться и не забывать друг о друге. Поначалу все так и было, а потом… С Вил мы увиделись лишь спустя три года, когда она приехала в мой город на практику, а вот с Паволом свидеться не получилось. Когда Вил уехала, чтобы продолжить обучение в академии на факультете травоведения, я открыла в себе новую грань силы, которой не владели мои предки. Видимо, тьма, спавшая в их душах, пробудилась во мне. Я не знала, как распорядиться новой силой, наделала много ошибок, пока научилась подчинять тьму. В итоге мне удалось стать сильным некромантом. Но истинная тьма всегда по-особому влияет и изменяет человека.

Она на ирну задумалась, постукивая пальцами по подлокотнику трона, и потом продолжила:

– Увиделись мы с Вил и Паволом только спустя два года. Это произошло на свадьбе Вил и Эриуса. Подруга не заметила перемен, произошедших со мной, а вот Павол… Впрочем, он по-прежнему любил меня и хотел видеть своей женой, и я знала, что тоже люблю его…

В это мгновение по небу пробежали фиолетовые молнии и вонзились в землю вокруг нас. Мы, завороженные рассказом, даже испугаться не успели, а Мелина, оглядевшись, рассказ не прервала:

– Времени у нас мало, буду закругляться… Итак, мы снова расстались еще на два года, за это время я успела много чего натворить, и меня объявили в розыск. Первой из боевых ведьм-поисковиков меня обнаружила Вил. Мы поругались, потом поговорили и помирились, а подружка решила спрятать меня у себя в имении, благо в округе было много потайных мест и лазеек. Здесь мы снова встретились с Паволом, он уже покинул летучий отряд и жил в родовом имении. Родители Вил и Павола были мертвы, поговаривали, что к их смерти причастны высшие эльфы, желающие вернуть венец. Вы должны помнить, что ваша прабабушка была дочерью Мирисиниэль и она не хотела отдавать этот артефакт. За что и поплатилась жизнью вместе со своим мужем…

Мы переглянулись, так как об этом не знали, между тем темная рассказывала дальше:

– Я слишком любила Павола и не понимала, что он сильно изменился, пока Вил не открыла мне глаза на происходящее. Твой дедушка, Этель, стал кутилой и картежником, мало-помалу он растратил все семейное состояние, а имение должны были забрать за долги кредиторы. У Вил оставалась часть денег, она в основном жила в имении мужа, но собиралась сохранить родовое гнездо для потомков, поэтому пришла ко мне за помощью. Я попыталась поговорить с Паволом, но все было бесполезно. Тогда мы серьезно поругались, а потом… Наступил солнечник, жаркий, знойный. Дождей в тот год почти не было, земля вся рассохлась, растения стояли увядшие, даже зверье и то все попряталось, лишь ночью лес оживал, все спешили к почти пересохшей Велжанке и обмелевшей Литке. Так вот, двадцать восьмого солнечника Вил приехала в имение навестить брата. После прибежала ко мне вся в слезах с просьбой спрятать венец Мирисиниэль. Павол совсем обезумел и собирался продать венец эльфам, чтобы покрыть долги. Мы спрятали от него венец, а Павол бесновался и требовал его вернуть. Сначала мы попытались его уговорить, но ничего у нас не вышло. Брат вашей бабушки и мой возлюбленный был слишком
Страница 13 из 34

пьян. Под конец он пришел в бешенство и пригрозил поджечь дом, если венец ему не вернут. Вил стояла на своем. Тогда Павол щелкнул пальцами, вы знаете, что так боевые маги получают искру, и бросил ее в сторону дома. Сухое дерево занялось сразу, а он бегал вокруг горящего терема и безумно хохотал. Мы с Вил бегали за ним, одновременно пытаясь потушить бушующее пламя. Нам пытались помочь те, кто жил и работал в имении, по крайней мере те, кто смог выбраться. Потом подоспели крылатские, но все было напрасно… И вот именно в тот момент Товилия и произнесла фразу, из-за которой теперь страдает ваша семья. Она сказала, глядя на брата: «Да как мне надоели мужики! Одни проблемы от них! Пусть в нашей семье всегда рождаются только девочки!»

В итоге все закончилось тем, что Павол погиб, бросившись в огонь, который позднее все-таки удалось потушить. Имение выгорело полностью, а через два дня по округе поползли слухи, ведь крылатские видели на пожаре меня. Мы с Вил никак не могли оправиться от шока, и когда в Крыло явились по мою душу представители Совета магов, а следом прибыли эльфы, то мы с подругой поначалу растерялись. Я собиралась сдаваться, но Вил остановила меня, на ходу придумав байку обо мне, Паволе и венце. Маги и эльфы все требовали указать место моего захоронения, но Эриусу, который в тот год председательствовал в Совете, удалось отсрочить это требование. Естественно, что муж Вил правды не знал. Когда маги и эльфы уехали, Вил куда-то перепрятала венец, а я тем временем узнала, что жду ребенка.

Я была несказанно рада и ожидала мальчика, вернее, я чувствовала, что должен родиться сын. Вил с тревогой смотрела на меня, но молчала, тогда она могла лишь предполагать, чем обернутся ее неосторожные слова.

Моя беременность была тяжелой, а роды очень сложными. Нам с Вил обеим было тяжело. Я рожала в одной из тайных подземных комнат, несмотря на то, что на дворе был капельник, от свечей и очага было очень жарко, пот застилал глаза. В разгар родов к нам явились два огненных элементаля. Один – ко мне, другой – к Вил. Каждой из нас было объяснено, к чему привела неосторожная фраза Вил. Теперь женщины, принадлежащие или примкнувшие, как я, к семейству мир Лоо’Эльтариусов, не смогут рожать мальчиков. Самое ужасное заключалось в том, что зачать младенца мужского пола мы можем, но при рождении сын убьет мать. Вил разрыдалась и поклялась, что найдет способ избавить потомков от проклятия. Элементали приняли клятву, а я вместо мальчика родила девочку, но, как мне сказали, у моей дочери будет душа мужчины…

Мы переглянулись и выдохнули:

– Мама. – Этель.

– Тетя Ратея. – Мы.

Ведь действительно в старшей сестре матушки было мало женственности и утонченности, даже платья она надевала лишь на очень торжественные праздники.

Мелина грустно улыбнулась:

– Вижу, поняли, о чем я говорю…

– А дальше что произошло? – с нетерпением спросила Этель.

– Собственно, мой рассказ подходит к концу. Я родила светлую девочку, но мое здоровье ухудшалось с каждым днем. Я чувствовала, что долго не протяну. Просила Вил позаботиться о моей малышке. Впрочем, подружка уже ухаживала за моей дочкой, так как я не могла даже подняться… Кто знает, может, это пришла расплата за мои злодеяния… Вот так все и закончилось. Моей смертью…

– А где все-таки венец? – не выдержала Латта. Поняла, что сделала, пискнула, прикрыла рот ладошкой и попыталась затеряться среди нас.

Темная усмехнулась:

– Не бойся, котенок, это самый главный вопрос. Я ведь потому и пришла… Поскольку я все равно умирала, а Вил все равно надо было показывать мою могилу Совету магов – слухи уже разнеслись по свету, то мы решили ничего не выдумывать. Сделали могилу на кладбище, где подружка должна была меня захоронить, а в дальнейшем зачаровать так, чтобы никто не смог потревожить меня до нужного момента. О вашем приходе Вил сообщил элементаль.

– Вот как? – не сдержалась Этель.

– Дела-а-а, – протянула Лисса.

– Значит, все-таки правду говорят, что элементали предсказывают будущее, – задумалась я.

– Так вы скажете нам, где венец? – практично поинтересовалась Йена.

Мелина прокашлялась и торжественно стала декламировать:

За знанием тайным в именье иди,

Что сожжено оно, не гляди!

Смотрящие тайну откроют тебе,

Венец в которой искать стороне!

Мы недоуменно переглянулись.

– Что за ерунда? – высказалась Лиссандра.

Темная пожала плечами:

– Я правильно запомнила то, что продиктовала мне Вил. Где венец, я и в самом деле не ведаю. Не до этого мне было! Так что запоминайте стих и удачи в поисках!

Затем она еще раз повторила четверостишие, я сделала вид, что запоминаю, втайне надеясь, что это сделают другие.

– Почему в стихе звучат слова «тебе», а не «вам»? Кто-то один должен искать венец? – обиженно проговорила Латта.

Мелина расхохоталась:

– Что за глупости? Поодиночке труднее будет справиться. Запомните – вместе вы сильнее! Да и венец все-таки семейная реликвия, вот и ищите его все вместе. И помните, что случилось с Вил и ее братом, когда они раздружились!

В это мгновение по небу снова разбежались многочисленные фиолетовые молнии. Темная вздрогнула и проговорила:

– Все! Мне пора. Отпустите меня!

Мы снова недоуменно переглянулись, видя это, Мелина пояснила:

– Я ведь не могла покинуть этот мир, пребывая между явью и царством Зеста, потому что ждала вас. Элементаль сказал, что это нужно для искупления. Так что мне пора отдохнуть и встретиться с друзьями в царстве мертвых. Небось заждался меня темный бог!

– Чем мы можем помочь? – спросила Этель.

– Просто поблагодарите меня, а ты, внученька, отпусти.

Мы кивнули и встали в ряд. По небу тем временем снова с треском пробежали необычные молнии.

– Погодите, – вдруг спохватилась Мелина, – внученька, чудится мне, что тебе скоро тяжело придется. На вот, возьми, – она кинула Этель какой-то камушек на цепочке и пояснила: – Это амулет пространственного перехода. Я создала его в свое время на случай бегства от ищеек Совета магов. Он приведет тебя к моему тайному убежищу в Рудничных горах. Ну или к тому, что от него осталось. В любом случае бери, чувствую, что пригодится. Активировать его легко: просто сожми в руке и думай о бегстве, а затем брось на землю…

Этель судорожно сглотнула и подняла амулет, а темная обратилась ко всем нам, с тревогой поглядывая на фиолетовые молнии:

– Девочки, ничего не бойтесь и помните – вместе вы сильнее!

Мы кивнули, а Мелина, еще раз с нежностью посмотрев на Этель, произнесла:

– Передавай привет матушке. И скажи, что я любила ее, несмотря ни на что!

Раздался треск.

– Все, пора мне! Прощайте, котята…

Темная снова щелкнула пальцами, трон вновь превратился в гроб.

Мы поклонились, а Этель сквозь слезы произнесла:

– Прощай, бабушка. Мы тебя отпускаем…

Но после этих слов все осталось по-прежнему, а треск и блеск молний усилились. Мы переглянулись: у всех в глазах стояли слезы.

Не обращая на них внимания, я смогла догадаться:

– Этель, попробуй на языке дайн. Ведь они придумали магию мертвых.

Кузина кивнула и произнесла:

– Лиаре, файлет. Эл год
Страница 14 из 34

туаррен!

Через пару лирн после этой фразы послышался вздох, гроб закрылся, снова поднялся ветер и задрожала земля, а мы вцепились друг в друга. Потом резко все закончилось: земля перестала содрогаться, а на могиле вновь появился зеленый холм – словно ничего и не происходило.

– Спасибо, – послышалось из-под земли, и все смолкло.

Фиолетовые молнии исчезли, но начался дождь, который скрывал наши слезы. Мы понуро молчали.

Как только я чуть успокоилась и собралась предложить отправиться домой, сзади послышался топот копыт, заставивший резко обернуться. К нам рысью приближались всадники. Человек десять, все в плащах с капюшонами. Мы всполошились, и все, кроме Этель, сбились в стайку. Подъехав к нам, предводитель откинул капюшон. Я с ужасом воззрилась на удивленного, разгневанного батюшку.

– Та-ак, – только и молвил он, оглядывая нас.

– Папенька, – взвыли мы с Тинарой.

– Дядюшка, – вторили нам кузины.

– Так-так, а мы вот тут гадали, кто же это некромантией балуется, – произнес мелодичный мужской голос.

И всадник, находящийся рядом с батюшкой, опустил капюшон, представив нашему взору прекраснейший лик и темные волосы.

– Эльф, – раздался наш невольный вздох.

– Эльлинир, – с придыханием прошептала Этель.

Мы снова переглянулись между собой.

– Тот самый, – догадалась я.

– Этель. – Губы перворожденного недовольно скривились.

Старшая кузина поникла.

– Что здесь происходит? – вопросил батюшка.

Мы переминались с ноги на ногу, я пыталась спрятать взгляд, а папенька вкрадчиво продолжил:

– Дорогие мои, скажите, что вы здесь случайно…

Эльф презрительно фыркнул.

– Мм, батюшка, – начала я, поскольку остальные не торопились отвечать, – мы тут… мм… видишь ли, гуляем…

– Террина, – прервал меня высокородный, – просветите нас, какие такие прогулки бывают у вас ночью при лунах во время Лютого?

– А-а-а… им романтики захотелось. Девицы эльфийских романов начитались, – вступился за нас папенька.

– Угу! Угу! – с готовностью закивал вредный эльф. – Ночь. Оранжевый свет лун, кладбище, мертвецы, некроманты – самая романтическая обстановка.

Мне, несмотря на дождь и утреннюю прохладу, вдруг сделалось жарко. Батюшке, кажется, тоже: он покраснел, а высокородный злыдень продолжил:

– Террины, не молчите! Объясните нам, несведущим, в чем прелесть ночной прогулки по кладбищу? Мы с нетерпением ждем и с интересом послушаем!

– Я думаю, что мои девочки, – вновь вступился за нас папенька, – здесь не просто так. У них тут дело.

– Угу! – снова кивнул эльф. – Вот мне и интересно – какое? Не молчите, барышни!

Мы испуганно жались друг к другу, я с надеждой смотрела на батюшку, и он спросил:

– Девочки, вы тут, случайно, некроманта не видели? Или, может, выслеживали его? Знаю я вашу тягу к приключениям. Дело в том, что мы спешили в Крыло, когда господа эльфы почувствовали, что кто-то использует запрещенную некромантию.

– Да, – подтвердил перворожденный, – поэтому поясните нам, террины, что здесь происходит? Вы видели некроманта? Или, может, вы сами баловались магией мертвых. Ведь только недоучки и преступники занимаются магией во время Лютого. Так к какой категории отнести вас?

Далее эльф подозрительно прищурился, что-то обдумал и хотел продолжить, но вперед выступила Этель.

– Хватит! – произнесла она дрожащим от волнения голосом. – Я понимаю, что ты хочешь сказать, Эльлинир. Но сестры тут ни при чем! Я одна занималась здесь некромантией!

Эльф презрительно фыркнул и хотел ей ответить, но его опередил батюшка:

– Да что ты такое говоришь, Этель? Лучше бы уж помолчала! Я тут тороплюсь, договариваюсь об обручении. Причем практически заставляю эльфа жениться на тебе, а ты такое говоришь?! Зачем тебе это надо?

– Да, – подтвердил высокородный, – лучше и не сказать, господин ир Велаис. А насчет тебя, Этель, я даже и не предполагал, что ты всерьез задумаешься о браке со мной!

– Разве ты не говорил, что любишь меня? – с надеждой посмотрела на эльфа Этель.

– Извини, но что-то не припоминаю!

– Но как же, как же… – заволновалась старшая кузина, но высокородный ее перебил:

– Не знаю, что ты там себе напридумывала, но я ничего подобного не помню!

По щекам Этель побежали слезы, и она зло проговорила:

– Вот, значит, как вы заговорили, высокородный господин мир Тоо’Ландил? А вот я только что добыла прелюбопытную вещицу. Ну о-очень необходимую вам!

– Какую вещь? – одновременно спросили эльф и батюшка.

Мы с девочками недоуменно переглянулись: чего же добивается Этель?

– О! Вижу, что заинтересовала! А ты знаешь, чья могила здесь находится?

Эльлинир молчал, в задумчивости закусив губу, а кузина продолжила:

– Дядюшка, может, вы просветите нашего гостя?

Батюшка с недоумением покосился в нашу сторону и произнес:

– Так все знают, кто здесь похоронен… Кажется, я теперь понимаю, почему вы здесь…

Этель все так же зло продолжила:

– Ага! Вижу, что вы, господин эльф, призадумались…

– Да объясни толком, племянница, что здесь творится? – оборвал кузину папенька.

– Я и объясняю, – упрямо проговорила Этель. – А вы, высокородный господин Эльлинир, видимо, не знаете, чья это могила, или ваши сородичи попросту не рассказали вам об этом. Так я вам скажу, что здесь покоится могущественная колдунья Мелина ир Форено.

Все с ожиданием взглянули на эльфа, он загадочно молчал. Зато батюшка не выдержал и вскричал:

– Да что здесь происходит? Неужели вы, глупые девчонки, решили поднять эту хмарову некромантку, чтобы отобрать у нее венец?

Мы молчали, а Этель победно смотрела на эльфа.

– Хм, – произнес перворожденный с притворным вздохом, – Этель, Этель, неужели ты думаешь, что я забыл, какая из тебя магичка? Сам же тебя учил и знаю, что у тебя нет способностей к некромантии. Да и ты никогда бы не справилась с этой ведьмой одна!

– Она была с нами! – выкрикнула Лиссандра.

Эльф лишь презрительно усмехнулся, а мне вдруг захотелось раз и навсегда избавить его от этой мерзкой привычки.

– И вообще-то венец мы достали! – дрожащим от волнения голосом сообщила я.

– Что-о? – К нам приблизились еще два всадника.

Когда они сняли капюшоны, мы узрели еще двух эльфов – рыжего и блондина, один из них был совсем молод, другой, наоборот, выглядел весьма солидно.

– Девчонки, – презрительно бросил молодой, – вы хоть понимаете, о чем твердите? У вас способностей не хватит противостоять этой темной!

– А она нам сама венец отдала! – В голосе Йены прозвучало ехидство.

– Глупые человечки… – начал было рыжий эльф, но батюшка его перебил:

– Господин мир Тоскаромус, я прошу вас уважительнее отзываться о моих дочерях и племянницах!

Молодой скривился и хотел что-то ответить, но Эльлинир прервал его и высказался сам:

– Говорите, темная сама отдала вам венец? А не скажете ли, почему она это сделала? Ведь, как все мы знаем, ваша бабушка уничтожила эту некромантку, так с чего бы последняя стала так добра к потомкам своей убийцы?

– Мне бы это тоже хотелось узнать, – хмуро добавил родитель.

Мы посмотрели на Этель, и она сказала:

– Да-да, представьте себе, Мелина сама отдала нам венец.
Страница 15 из 34

В качестве свадебного подарка, видимо…

Эльлинира перекосило, но он ответил:

– Да женюсь я на тебе, Этель. Твой дядюшка об этом позаботился!

«Интересно, – подумала я. – Знала же раньше, что батюшка не так прост, как хочет казаться! Но все-таки как же ему это удалось?» И дала себе зарок: непременно все разузнать!

Пока я думала, эльф снова ехидно осведомился:

– И все-таки подскажите, барышни, как вам удалось вызвать некромантку? К чьим услугам вы прибегли? Что отдали взамен?

Этель пожала плечами, но тут в разговор вступила Латта, она выдала:

– Мы честные девицы! И никому ничего не отдавали, а все сделали самостоятельно!

– Да не может этого быть! – в запале ответил ей рыжий эльф. – Вы же очень слабые магички, а мы чувствовали, что здесь орудует сильный некромант. И не смогли сладить с ним даже втроем!

– Наша Этель самая сильная! – выкрикнула Латта в ответ.

На нее и на нас многозначительно посмотрел батюшка, и чтобы младшая не продолжила, я решила наступить ей на ногу и сделала это одновременно с остальными сестрами.

– А-а-а, – взвизгнула Латта.

– Ой! – пискнули мы.

– Да какого хмара лысого здесь творится? – возопил папенька, взмахнув рукой, но твердого предмета не оказалось, а по лошади батюшка бить не рискнул и просто опустил ее вниз.

– Барышни, – назидательно изрек Эльлинир, – не следует обманывать и нервировать старших!

– Она правду сказала, – решила сознаться Этель, – это действительно я сама вызвала Мелину.

– Этель, Этель… – начал эльф, но кузина его перебила:

– Скажи мне, Эльлинир, ты готов жениться на мне?

– Уже говорил!

– Да сколько можно повторять одно и то же, Этель? – досадливо произнес папенька.

– Террины, – вступил в разговор третий эльф, – так вы все-таки достали венец? Объясните как? Сударыня, вы некромантка?

– Да. Я некромантка…

– Да что ты на себя наговариваешь, блаженная? Господа эльфы, не верьте ей! Ну какая же из нее некромантка? – закричал батюшка.

– Да я знаю это! – устало проговорил Эльлинир. – Но мне важно узнать, чьими услугами воспользовались девицы и что отдали взамен.

– Да говорят же вам, – не выдержала Этель, – что это я сама вызвала Мелину! А про то, что у меня есть способности к некромантии, сама узнала только что!

– От кого? Кто вам помогал? – подозрительно прищурился эльф.

– Да бабушка моя мне помогала! Мелина ир Форено – моя бабушка! Вот моя кровь и подняла ее…

– Что-о?! – послышалось со всех сторон.

– Нилия! – взревел родитель. – Да объясни, что твердит эта блаженная?!

Все взоры обратились ко мне.

– Кузина правду говорит. Мы все слышали рассказ Мелины, – тихо поведала я.

– Чей рассказ вы слушали? Мертвой колдуньи? И вы поверили? – Батюшка был вне себя от гнева.

– Дядюшка, да послушайте вы, – вступила в разговор Лиссандра, – мы думаем, что Мелина не солгала.

– Не-эт! Я в это не верю!

– Подождите, господин ир Велаис, все-таки мы их выслушаем. Рассказывайте, барышни, все с самого начала, – попросил самый старший эльф.

– Может, лучше домой пойдем? – жалобно проговорила Тинара.

– Да. Давайте. – Батюшка увидел наши измученные лица.

– Погодите, – перебила Этель, – господин Эльлинир, готовы ли вы жениться на некромантке?

– Этель, – строго ответил эльф, – если ты и в самом деле некромантка, то ты должна понимать, что ни один эльф не женится на тебе! Нам всем претит все, что связано с тьмой и темными…

– Но я светлая…

– Не важно, если ты и в самом деле внучка Мелины ир Форено, то я считаю невозможным выполнить возложенные на меня обязательства. Извините, господин ир Велаис, но вы понимаете…

– Вы поклялись Владыке! – твердо произнес папенька, а Этель вкрадчиво спросила:

– Разве ты не женишься на мне даже за возможность вернуть венец Мирисиниэль?

Сквозь дождь я расслышала, как Эльлинир скрипнул зубами, его глаза метали молнии, на скулах вздулись желваки. Двое его соотечественников в ожидании смотрели на него. Наконец Эльлинир победно сверкнул очами и изрек:

– На некромантке я жениться не могу, но… – он выдержал драматическую паузу, – для того, чтобы вернуть венец и не нарушить клятву, я готов жениться на другой девице мир Лоо’Эльтариус. Здесь я вижу еще трех девушек этого семейства, готовых к вступлению в брак. А я не уточнял, на какой именно мне предстоит жениться.

Мы с Лиссой и Йеной испуганно переглянулись, батюшка быстро проговорил:

– Они еще не достигли совершеннолетия!

– Я подожду. Времени у меня много.

– Да ни за что! – выкрикнули мы с девочками одновременно.

– В таком случае я вижу еще двух младших сестер. Я терпеливый, поэтому готов дождаться, когда они повзрослеют, – кивнул вредный эльф.

Тинара и Латта прижались к нам, мы с надеждой посмотрели на папеньку, он виновато пояснил:

– Он прав. В соглашении было указано, что Эльлинир мир Тоо’Ландил должен вступить в брак с девицей мир Лоо’Эльтариус, а какой именно, я не уточнил. Не думал, что все так обернется!

– Вот, значит, как? – поджала губы Этель.

– А вот так! – с пакостной улыбкой развел руками Эльлинир.

Все замолчали, а потом батюшка произнес:

– Да что мы тут стоим? Давайте проедем в терем, что ли. Господа эльфы, будьте любезны, отправьте нас порталом.

– К сожалению, ничего не получится! – переглянулись перворожденные. – Все силы мы потратили на то, чтобы обнаружить некроманта. Да это и неудивительно, ир Форено была сильным противником!

Родитель вздохнул и махнул рукой оставшимся всадникам, коими являлись воины из гарнизона. Ко мне подошел Ильян и протянул руку. Я молча приняла ее, и мы отошли от могилы.

– Не-эт! Погодите! – послышался крик Этель. – Неужели так все и оставим?

Она стояла у оградки, в бешенстве сжимая кулаки.

– Барышня, – обратился к ней Эльлинир, – все уже решено! Так что признайте свое поражение!

– Признай ты свое поражение, глупый эльф, – прокричала Этель, – я ведь тебя на самом деле любила! Зато теперь… теперь ненавижу! И ты, и твой народ не увидите венец Мирисиниэль никогда!

– Да что ты можешь… – начал Эльлинир, а старшая кузина тем временем закрыла глаза, что-то сжав в кулаке.

Мы с девочками понимающе переглянулись – амулет Мелины! Потом Этель, улыбнувшись нам, бросила амулет на землю. Мигнула небольшая вспышка, старшая кузина исчезла, лишь было слышно, как схлопнулась воронка портала.

Эльфы и батюшка выругались, кажется, на орочьем или это был язык гоблинов? В общем, я не разбиралась.

– Куда она подевалась? – возмущался папенька, глядя на нас.

Перворожденные сосредоточенно ходили вокруг места, где недавно стояла Этель.

– Успокойтесь, достопочтенный господин ир Велаис, координаты портала своей ученицы я смогу легко определить! – произнес Эльлинир.

Я держалась за руку Ильяна, и это придавало мне уверенности и мужества, к тому же по вине вредных эльфов я промокла и замерзла, поэтому свою мысль поспешила озвучить. При этом я постаралась повторить интонацию перворожденных.

– Господин эльф, – произнесла я с усмешкой, – координаты портала своей ученицы вы бы, конечно, определили. Но вот в чем загвоздка… мм… видите ли, Этель воспользовалась
Страница 16 из 34

амулетом своей бабушки, которая изготовила его на случай бегства от магов из Совета.

Три ненавидящих взгляда воззрились на меня, я лишь крепче сжала руку Ильяна и добавила:

– Куда ведет портал, мы, к вашему сожалению, не ведаем. Так что не знаю, что вы теперь будете делать!

Эльфы по-прежнему сверлили меня глазами, я спокойно с помощью Ильяна забралась на лошадь, и на моем лице сама собой возникла победная улыбка. Эльлинир, похоже, сдаваться не собирался. Что-то сказав своим соотечественникам, он все так же ехидно произнес:

– Я вам скажу, сударыня, чем собираюсь заняться в ближайшем будущем. В данный момент я со всеми вместе отправлюсь к вам в гости, надеюсь, что ваши родственники не обделены даром гостеприимства. А после займусь тем, что придирчиво рассмотрю вас, барышни, и определю, кого из вас осчастливлю своим выбором.

– Что у вас – эльфиек не хватает? – возмутилась Лисса. – Венец вам все равно не достанется!

– А это мы еще увидим! – Последнее слово эльф оставил за собой, затем легко запрыгнул в седло и пустил коня шагом.

– Это мы увидим… – начала Йена, но батюшка рявкнул:

– Хватит! Уже и так дел натворили!

Домой возвращались молча, кони шли медленно друг за другом. Впереди эльфы и папенька. Позади все остальные. Я ехала с Ильяном.

Радовало одно: дождь закончился, хотя одежда уже успела промокнуть, а утренняя прохлада доставляла неудобства. Чтобы хоть сколько-нибудь согреться, я спиной прижалась к Ильяну. Его руки придерживали меня за талию. Это волновало!

– Сударыня, если решите, что хотите за меня замуж, то просто подайте знак. Мне не нужен эльфийский венец! – послышался шепот воина.

Ой-ей! Волнение накатило с новой силой. Я покраснела и кивнула, а затем задумалась. Замуж за Ильяна? Хочу ли я этого? О Луана! За сегодня это уже второе предложение! Правда, эльф не уточнял, что хочет взять в жены именно меня. А если бы уточнил? Ой! Хочу ли я замуж за эльфа? Нет! А за Ильяна? (Вспомнила наш поцелуй.) За него я хочу замуж? Наверно, нет! А может, я вообще замуж не хочу? А может, выйти замуж за Ильяна, чтобы эльф оставил меня в покое? А как же учеба в академии? Нет, замуж мне определенно рано!

Я пошевелилась. Руки воина сомкнулись на моей талии.

– Не упадите, сударыня, – обеспокоился Ильян.

Я снова задумалась. Может, стоит выйти за воина замуж? Ведь мне приятны его прикосновения. Хотя и прикосновения Ждана не были мне противны? О Луана! О чем я думаю? Ждан – свиданник Йены.

Мысли мои лихорадочно метались от эльфа к Ильяну, от Ильяна к Ждану и обратно. К счастью, мой сопровождающий больше не задавал провокационных вопросов.

Молча въехали в ворота Западного Крыла. Наше поселение было не слишком большим. В нем проживала всего тысяча человек, включая воинов гарнизона. Городок имел две центральные улицы. В конце одной из них стоял и наш терем. Он являлся вторым по важности зданием Западного Крыла. Первым же было здание местного муниципалитета и суда одновременно, которое располагалось на Крылатской площади. Здесь и работал батюшка, который являлся одновременно и начальником гарнизона, и старостой поселения, и судьей.

По городку уже вовсю сновали жители: простые люди спешили по делам, а воины исполняли свои непосредственные обязанности. И те, и другие с любопытством оглядывали нашу процессию. Папенька ворчал:

– Что наделали, глупые, теперь сплетен не оберешься!

– Дядюшка, какое тебе дело до сплетен? – озвучила ехавшая позади него Йена. – Мы тут главные, и наше дело, чем мы ночами занимаемся!

– Выпорю! Теперь уж точно выпорю! – только и прошипел батюшка в ответ.

Приезд в терем прошел для меня как в тумане. У меня даже не отложился в памяти момент, когда спустилась с лошади и попрощалась с Ильяном. С трудом припоминаю оханья тетушек, строгий взгляд матушки, вопросы об Этель и распоряжения папеньки. Я поднялась в свою комнату и уснула, лишь моя голова коснулась подушки.

Глава 3

Проснулась я, как ни странно, еще до полудня. Видимо, слишком переволновалась накануне. Поворочавшись с боку на бок, поняла, что больше не усну, и решила, что настала пора вставать. Да и взбунтовавшийся желудок напомнил мне о необходимости перекусить. Что я позднее и сделала. На кухне хлопотала Василина, тут же крутились домовые. Кухарка сообщила мне последние новости:

– Ох и злился ваш батюшка, Нилия! Даже спать не стал, а с утра ушел с госпожой Леканой в библиотеку и велел не беспокоить их. Ваши тетушки тоже совет устраивали, а теперь вот разошлись кто куда: Ирана и Ратея отправились на кладбище с проверкой, а Горана в саду хозяйничает, судя по всему, успокаивается. Сестрицы же ваши еще спят, впрочем, как и эльфы. Только вы ранняя пташка. Всего лишь три осея почивать изволили…

Все это я узнала, пока ела пшеничную кашу с маслом, посему после завтрака решила наведаться в библиотеку и предстать перед родителями, чтобы повиниться.

Правда, пока до нее добиралась, решимость моя куда-то улетучилась. А когда я подошла к двери, то и вовсе передумала входить к родителям, а задумала подслушать, о чем они говорят.

– И что мне прикажешь теперь делать? Я тут долг давешний Владыке припомнил, практически вынудил этого эльфа согласиться на брак с Этель, а она… Эх! – Батюшка от души саданул кулаком по чему-то твердому, столу, наверное.

– Милый, успокойся, прошу тебя. Мы что-нибудь обязательно придумаем!

– Да что тут придумаешь? Теперь этот высокомерный поганец требует женитьбы на ком-то из оставшихся девиц, включая наших дочерей!

– Будем надеяться, что он еще передумает.

– Да какое там! Они же венец хотят вернуть, а только представители твоего рода могут безболезненно прикасаться к нему. Теперь эльфы вцепятся в меня как упыри, чтобы я исполнял соглашение, которое по своей глупости составил неточно. Ну что мне стоило указать имя предполагаемой невесты? Эх!

– Не вини себя! Тут скорее мы с сестрами виноваты, что избаловали дочерей. Пестовали, оберегали, как могли, а они вот до чего додумались! И наливка была только начальным этапом!

– Что? – встрепенулся папенька. – Какая наливка?

Матушка вздохнула и поведала ему давешнюю историю.

Батюшка тяжело вздохнул:

– О боги! Да за что мне все это? Бабье царство! Всем замуж пора!

– Погоди кипятиться! Им еще учеба предстоит. К тому же они еще несовершеннолетние. Закончат академию – поумнеют! А к тому времени и эльф, возможно, передумает жениться на ком-то из них? Да, может, и Этель с венцом появится?

– Ой не знаю… И что-то мне подсказывает, что девчонки знают, где находится Этель.

– Вот видишь, надо просто поговорить с нашими девочками и все разузнать…

– Эльфы тоже это поняли, а теперь подумай, кто будет рядом с нашей дочерью в академии?

Матушка ойкнула, да и я зажала рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть, потому что только-только начала понимать, в какую историю мы влипли. Эльфы теперь нас в покое не оставят, а где венец, мы так и не выяснили. Этель хорошо! Смылась в Рудничные горы и горя не ведает! Хотя как сказать – повезло?! Ее любимый предал! Я вздохнула, перевела взгляд и тут же отпрянула – напротив меня стоял Эльлинир. При свете дня
Страница 17 из 34

я рассмотрела его. Длинные каштановые волосы шелковистой волной ниспадали до талии, хотелось провести по ним рукой и поиграть тремя тонкими косицами, затесавшимися в этой роскошной шевелюре, открывающей острые эльфийские уши и высокий лоб. Точеное лицо с гладкой фарфоровой кожей, глаза медового цвета. Одно из его влекущих очей было подведено соком эльфийской секвейи. Одна из нарисованных стрелок была направлена вниз, другая – вверх. Таким образом эльфы, находящиеся вдали от Сверкающего Дола, указывали свою принадлежность к Правящему дому. Одет перворожденный был просто: в атласный камзол коричневого цвета и белоснежную рубашку, а его брюки и замшевые невысокие сапоги были черными.

– Барышня, вам никто не говорил, что подслушивать нехорошо? – прервал мой осмотр Эльлинир, а потом с той же ехидной улыбкой добавил: – Извините, что прерываю вас, хоть и вижу, как вас заинтересовала моя персона. Так, может, вы избавите меня от трудностей выбора и добровольно согласитесь стать моей нареченной, а затем и женой?

Его каштановые брови иронично приподнялись. И даже это было сделано очень изящно! От злости я сболтнула первое, что пришло на ум:

– Вашу невесту, сударь, зовут Этель и никак иначе! Я не стану отбивать возлюбленного кузины!

– О! Значит, если бы не было Этель, то ваш ответ был бы положительным? Так ведь, барышня?

– Еще чего! – буркнула я.

– И все же?

Отвечать я не стала, а поспешила войти в библиотеку.

– Нилия?

– Чего не спится? – удивилась матушка.

Следом за мной легкой, неслышной походкой зашел эльф.

– Сударь ир Велаис, солнечного утра! Приветствую вас, госпожа мир Лоо’Эльтариус. – Его поклон был безупречно вежлив, но дальнейшие слова оказались полны прежнего ехидства. – Я вот намедни запланировал с вами дела обсудить. Время, оно, знаете ли, не безгранично, нас Владыка ожидает с новостями. Так вот, пока я добирался до вас, то встретил сию террину в коридоре. Она, видимо, заплутала в отчем доме, и мне пришлось сопроводить ее. И я в очередной раз убедился, как негативно влияют на юные умы ночные похождения в дурной компании.

– Я была с сестрами! – возмутилась я.

Родители с укором посмотрели на меня. Еще бы, такая несдержанность! А ведь предполагается, что я воспитанная барышня из знатной семьи. Впрочем, батюшка с матушкой ограничились предупреждающими взглядами. Несносный эльф продолжал меня рассматривать, а затем изрек:

– Мы с барышней до сих пор не представлены друг другу, а я бы хотел узнать имя предполагаемой невесты.

– Господин мир Тоо’Ландил, мы сегодня устраиваем званый вечер, на котором вы и познакомитесь с нашими девочками, – проигнорировав просьбу перворожденного, ответила маменька.

– Сегодня? – хмыкнул эльф.

– Вы сами сказали, что торопитесь, да и мы не видим необходимости затягивать со знакомством!

– Или вы передумали? – прищурившись, добавил папенька.

– Нет. Я не передумал, – задумчиво улыбнулся Эльлинир. – К тому же я уже сообщил Владыке, что венец Мирисиниэль найден. И мой сюзерен ждет от меня дальнейших известий.

Родители нахмурились и переглянулись.

– Возможно, вы поторопились с этим известием, ведь венца мы не видели, а девочки могли что-то напутать, – осторожно проговорил батюшка.

Эльф внимательно оглядел обоих моих родителей и ответил, глядя на папеньку:

– Достопочтенный господин ир Велаис, так давайте спросим об этом у вашей дочери.

Родители с неудовольствием посмотрели на него, а затем маменька быстро произнесла:

– Вы извините, сударь, но наша дочь сегодня плохо спала и ей необходимо отдохнуть.

– Да, Нилия, – добавил папенька, – ты иди и будь готова к вечеру.

– Действительно, – съехидничал перворожденный, – террина, вам необходимо отдохнуть, ведь вечером нас с вами ждут танцы, и я не хочу, чтобы вы уснули во время одного из них.

Я возмущенно глянула на него, но окрик родителей заставил меня откланяться и поспешить прочь из библиотеки…

Я в бешенстве топала по своей комнате вперед и назад, туда и обратно, вдоль и поперек. Несносный эльф! Мерзкий эльф! Гадкий эльф! Что еще? Ах да! Этот ехидный взгляд, ехидная улыбка, ехидные слова! Хам! Все они такие! А еще перворожденные! Бедная Этель! Угораздило же ее влюбиться в одного из них! Уж я точно никогда не полюблю ни одного перворожденного!

В моей голове возник план мести! Я выбежала из своей комнаты, мне необходимо было срочно поговорить с Йеной и Лиссой. В коридоре столкнулась с Латтой. Младшая кузина плакала, по щекам текли слезы, худенькие плечики трогательно вздрагивали.

– Малышка, что случилось?

Ответить Латта не смогла, она рыдала. За моей спиной раздалось презрительное фырканье. Я резко оглянулась и столкнулась с ехидным прищуром голубых глаз молодого рыжего эльфа. И тут мне все стало ясно!

– Господин эльф, – ядовито произнесла я, – нет большой доблести в том, чтобы довести до слез ребенка!

– Этот, как вы утверждаете, ребенок только что дерзил мне и упорно доказывал, что ему уже целых двенадцать! Подумать только, целых двенадцать лет!

– Разумеется, ей двенадцать лет! А вот вам, сударь, наверняка уже больше. Шестьдесят, наверное?

Эльф побагровел, казалось, что еще немного – и из остроконечных ушей покажется пар!

– Ой, простите, я ошиблась! Ведь у эльфов совершеннолетие наступает лишь в сорок лет, а вам, видимо, еще нет сорока. Всего лишь тридцать пять, ну или около того. По нашим меркам, это от двенадцати до шестнадцати! Так что вы не старше нас, а ведете себя намного хуже, чем несмышленый пятилетка! – Мне было очень обидно за кузину, и остановиться я уже не могла.

Эльф от возмущения начал заикаться, а я все продолжала:

– Не хотите ли извиниться перед девушкой?

Латта не только рыдать перестала, но, по-моему, и дышала только через раз. Эльф с возмущенным выражением на лице открыл рот. Я же поняла, что пора прятаться, и, схватив младшую за руку, бросилась бежать по коридору. Комнаты Йены и Тинары оказались заперты, зато у рыжей дверь была открыта.

Я вбежала в комнату Лиссы и захлопнула дверь, а затем следом за Латтой запрыгнула на кровать к Лиссандре. Рыжая еще спала.

– А-а-а, – завопила она спросонок.

– А-а-а… у-у-у, – вторили мы.

Спустя осей, рассказав о произошедшем Лиссе, угомонившись и пригласив Йену с Тинарой, мы устроили военный совет.

– Подведем итог: у нас есть три вредных эльфа… – начала я.

– Пока вроде два, – сокрушенно прервала Йена (она особенно страдала, что все проспала), – третий ведь себя еще не проявил пока…

Мы скептически посмотрели на нее.

– Вот именно, пока не проявил. Эльфы и есть эльфы! – озвучила наши мысли Тинара.

– А кто-нибудь хочет замуж за эльфа? – спросила рыжая.

– Нет! – воскликнули я, Тинара и Латта.

– Ну-у, – в задумчивости протянула Йена.

– Что? – округлили мы глаза.

– Эльфы же прекрасны…

– Угу! А еще высокомерны, вредны, ехидны, злопамятны, – ответила я, а Тинара добавила:

– И еще убили прадедушку и прабабушку!

– Кстати, об этом, – задумалась Лисса, – а наши мамки про убийство знают? Как думаете?

– Спросим, – постановила я, с возмущением глядя на Йену.

– Да не смотри
Страница 18 из 34

на меня так! Ты же не будешь отрицать, что эльфы прекрасны и …

– Может, ты просто увлеклась эльфийскими романами? – с сомнением спросила Тинара.

– А может, она того? – предположила Лиссандра.

– Чего «того»? – не поняла Латта.

– Говорят ведь, что эльфы как-то очаровывают человеческих женщин, – пояснила рыжая.

– Все это слухи! Никто меня не очаровывал! – возмутилась Йена. – Да и в нас тоже есть доля эльфийской крови.

– Очень небольшая, – напомнила я.

– Я не очарована! Просто я художник и меня привлекает все прекрасное!

– Ладно! Скажем так, эльфы прекрасны снаружи, но ужасны изнутри! – постановила Лиссандра.

– И несносны…

– Да нет же…

– Хватит! – Тинара рявкнула на нас не хуже батюшки.

Мы изумленно воззрились на нее.

– Давайте уже обсудим, как нам от эльфов избавиться, и не будем отвлекаться, – смущенно ответила Тинара.

Все сосредоточенно кивнули, а я поведала:

– Слушайте! Вот что я придумала…

Когда я закончила, то девчонки с сомнением переглянулись. Первым огонек азарта зажегся в глазах Лиссы.

– Я согласна! А Йена и Латта не могут отказаться, так как все равно должны исполнить желания Нилии. Помните?

Йена задумалась, а затем кивнула. Латта с некоторой долей неуверенности произнесла:

– Я с вами…

Осталась Тинара.

– Мм, – задумалась она, – эльфам, конечно, будет плохо, но не станет ли плохо и нам после всего задуманного?

– Так мы же им не скажем, что это мы все организовали, – ответила Лиссандра.

– Давай же, соглашайся, сестричка, – уговаривала я. – От тебя требуется всего лишь помочь мне утащить настойку дурмана из лаборатории.

Все с ожиданием смотрели на Тинару, и она была вынуждена согласиться:

– Ладно, и так уже далеко зашли…

Дружно хлопнули в ладоши и разошлись. Мы с Тинарой отправились в лабораторию, а после нам всем нужно было подготовиться к званому ужину. Еще кому-то из нас необходимо было подлить настойку в напитки, приготовленные для эльфов.

Настойка дурмана действовала на эльфов как легкое средство, вызывающее видения, а если этот эффект усилить с помощью иллюзий, то эльфам предстоит весьма беспокойная ночь.

Вечер наступил неожиданно быстро, мы слишком увлеклись исполнением плана, и из-за этого я очень опаздывала. Наша горничная домовая Леля бегала от одной сестры к другой. Поэтому я сама с помощью бытовой магии пыталась создать себе прическу. Получалось плохо – я нервничала. В комнату вошла матушка, быстро осмотрев меня, она нахмурилась:

– Садись уже. Помогу.

Я села пред зеркалом. Маменька щелкнула пальцами, и мои волосы сами собой завились. После родительница приподняла их и закрепила заколкой с синими самоцветами в тон к платью.

– Могла бы что-нибудь и понежнее выбрать, – пожурила она.

Я пожала плечами, мол, и так сойдет.

– Нилия, – с серьезным выражением на лице обратилась ко мне матушка, – надеюсь, что ты понимаешь, как нужно вести себя на этом ужине? И будь благоразумной.

Я кивнула, но маменька не остановилась:

– Мне нужно, чтобы ты пообещала, что не будешь делать глупостей, а станешь милой и любезной. Хотя бы сегодня вечером.

Вечером? – Я улыбнулась – один вечер я потерплю!

– Хорошо, матушка. Я обещаю, что сегодня вечером буду вежлива и обходительна с нашими гостями, – произнесла я вслух.

Маменька внимательно посмотрела на меня, вздохнула и ответила:

– Надеюсь, что ты выполнишь обещанное, дочка. И так уже такого с сестрами напридумывали! А мне хочется, чтобы у эльфов остались приятные воспоминания о сегодняшнем вечере.

Я, не сдержавшись, хихикнула. Про вечер не уверена, но вот ночь господа перворожденные точно не забудут!

Матушка строго взглянула на меня.

– Это нервное!

– Учись выдержке! Ты все-таки мир Лоо’Эльтариус! А никакая-то крестьянка из простых!

– Да помню я! Вот только не каждый вечер чувствую себя лошадью или буренкой на ярмарке!

– Ты и сказала! Поверь, эльфы честь оказывают! Не каждый день эльф выбирает себе невесту из человеческих женщин.

– Честь! Как же!

– Нилия! Прекрати! Что за выражения?! – возмутилась маменька.

Я пожала плечами в ответ, родительница продолжила:

– И подумай, кто виноват в сложившейся ситуации? Кому в тереме не сиделось?

Я виновато опустила глаза, а матушка не унималась:

– Во-от! Если бы вы сидели дома и ждали батюшку, то уже готовились бы к первому обручению Этель.

– Так кто же знал, что все так сложится… Хотя кое-кто знал… Нам Мелина рассказала, что наше приключение было предсказано саламандрой.

– Этому я бы верить не стала!

– Так нам много чего другого рассказали… интересного…

– К примеру? – нахмурилась маменька.

– Например, то, что родителей бабушки и Павола убили эльфы, когда хотели забрать венец!

– Просто так венец эльфам не забрать. Его необходимо подарить или передать по наследству, да и дело было не совсем так…

– А как?

Матушка задумалась, а потом сообщила:

– Некогда это обсуждать, но я поговорю с сестрами, и мы все вам расскажем…

– А-а…

– Все, пора идти!

Мы спустились вниз. Главный зал уже был полон – тут собрались все приглашенные, в числе которых были и приближенные батюшки Ильян и Ждан. Все ждали эльфов.

Ко мне подошла Лиссандра.

– Не пробуй «Эльфийскую тайну»! – заговорщически подмигнула она.

– Как? – изумленно прошептала я.

– Младшие постарались, подробностей пока не ведаю, – тихо ответила кузина.

Я округлила глаза.

– Ага! Я тоже была удивлена, когда Латта предупредила меня.

«Да уж, а младшие времени даром не теряли!» – подумалось мне.

– Во-от! А мы их все маленькими считаем!

Я покачала головой, задумчиво следя взглядом за Тинарой.

– С меня маменька обещание взяла не делать вечером глупостей, – произнесла рыжая.

– И с меня! – кивнула я.

– О чем шепчетесь? – подкралась к нам Йена.

– Об обещаниях, данных родительницам!

– О-о! С вами тоже маменьки говорили и заставили вас дать обещание не совершать глупостей этим вечером? – удивилась Йена.

Мы с Лиссандрой кивнули.

– Но на ночь наши обещания не распространяются? – таинственно подмигнула Йена.

Мы с рыжей коварно заулыбались.

В этот момент в зал вошли эльфы. Ну что тут сказать? Йена была права, они были очень красивы!

Эльлинира и рыжего эльфа я сегодня уже видела, поэтому смотрела на третьего. Он был прекрасен классической эльфийской красотой: светлые волнистые волосы спускались до пояса, яркие зеленые глаза были отмечены знаком высших эльфов, а стального цвета камзол безупречно подчеркивал гибкую фигуру. Было видно, что этот перворожденный старше своих соотечественников, но точный возраст я определить не могла.

Всех эльфов объединяло одно – холодно-высокомерное выражение на прекрасных лицах. Мы с сестрами переглянулись: ничего-ничего, посмотрим, кто из нас сегодня посмеется!

Батюшка жестом велел нам подойти. Я натянула вежливо-подобострастную улыбку и шагнула вперед. Кузины подошли следом.

– Господа эльфы, позвольте мне представить вам своих дочерей и племянниц.

Мы по старшинству подходили и делали реверанс.

– Лиссандра, – пропела рыжая.

– Нилия. – Я скромно опустила глаза.

Затем
Страница 19 из 34

быстрый взгляд на эльфов: блондин взирает весьма равнодушно, Эльлинир слегка улыбнулся, а рыжий зло прищурился. Поспешила отойти.

– Йена, – тихо представилась иллюзионистка.

В этот момент я заметила, что глаза Эльлинира вспыхнули интересом, двое других перворожденных сохраняли равнодушный вид.

Когда представлялись младшие, то я увидела, каким взглядом окинул Латту рыжий, его интерес мне не понравился.

Затем батюшка представил эльфов. Блондина звали Белеринор мир Соулиссиль. Я удивилась. Ого! Второй советник Владыки! Что он здесь делает? На миг подумалось, что план на ночь стоит поменять, но потом решила оставить все как есть.

– Эльлинир мир Тоо’Ландил. – Брюнет слегка поклонился.

– Дэнарион мир Тоскаромус. – Рыжий чуть склонил голову.

Мы благосклонно улыбались и кивали.

Вечер продолжился, эльфам предложили бокалы с «Эльфийской тайной». Я затаила дыхание. Девочки, похоже, тоже…

Эльлинир поднес бокал к губам. Принюхался… ирна… другая… отпил. Я перевела дыхание. Рыжий, не задумываясь, сделал глоток. На блондина я уже не глядела. Зато увидела музыкантов и услышала приятную музыку. Вздохнула. Батюшка основательно готовился к первому обручению Этель! Эх…

Затем я подошла к Тинаре.

– Милая моя младшая сестрица, – улыбаясь, пропела я, – а не подскажешь ли ты мне способ, с помощью которого вы добавили зелье в «Эльфийскую тайну»?

– Отчего же не подсказать, любезная сестрица, – со сладкой улыбкой ответила мне младшая, – подскажу!

Я нахмурилась.

– Улыбайся, – напомнила Тинара.

Я выдавила из себя улыбку.

– Ну и?

– Хм… А где у нас вина хранятся?

– В погребе, – недоуменно ответила я.

– А кто достает их оттуда?

Я захлопала глазами.

– При чем здесь это? Давай рассказывай по существу!

– А я что, по-твоему, делаю?

– Девочки, в чем дело? – К нам подошла Йена. – Что у вас за совет? Эльфов делите?

– Вот еще! – фыркнула я.

– Делать нам больше нечего! – поддержала меня Тинара.

– Тогда почему не улыбаетесь? Тетушка Лекана неотрывно следит за вами!

– Говорила же тебе, что надо улыбаться!

Я показательно улыбнулась и сказала:

– Тогда говори, как вам удалось осуществить одно трудновыполнимое дело.

– О-о! Тоже послушаю! – проговорила Йена, не забыв улыбнуться.

– Так кто достает вина из погреба? – продолжила мучить нас вредная младшая сестрица.

Мы с Йеной переглянулись, и кузина ответила:

– Василина обычно занимается этим.

– Ну и… – выжидательно взглянула на нас Тинара, – не догадываетесь?

– Мм, – призадумалась я. – Ты с Василиной, что ли, договорилась?

Младшая кивнула.

– Ой-ей! А что взамен? – спросила Йена.

– К чему неравнодушна наша Василина? – вопросом на вопрос ответила младшая.

Мы с Йеной снова переглянулись.

– Как вообще вам такое в голову пришло? – возмутилась кузина.

– А что? – пожала плечами Тинара. – Всем известна эта слабость Василины, даже батюшке, но ему нравится ее стряпня, вот и не увольняют.

Червь сомнения грыз меня, и я спросила:

– Как же вы ей предложили поучаствовать в нашей авантюре?

– Ну-у, – протянула младшая, – это были не совсем мы… вернее, как бы не мы…

– Что-о? – громким шепотом возопила я.

– Кому вы еще рассказали о нашей затее? – добавила Йена.

Тинара задумалась, но ее ответ нам услышать не удалось. Эльлинир приблизился к нам. Он оглядел нас троих, а затем обратился ко мне:

– Террина, позволено ли мне будет пригласить вас на танец?

Я оглянулась на сестер и была вынуждена кивнуть.

Тинара тут же ретировалась, а Йена скромно опустила глаза, и, похоже, она не притворялась. Что это с ней?

Пока я размышляла, перворожденный уже вывел меня в круг танцующих.

Раздались первые аккорды вальса. Я ощутила руку эльфа на своей талии, а затем пришлось выполнять танцевальные движения. Раз, два, три, раз, два, три и снова… Я старалась не сбиться. На Эльлинира я не смотрела, зато заметила другие пары: батюшка танцевал с матушкой, Дэнарион с Лиссандрой, потом вдруг увидела блондина – он пристально наблюдал за мной. Я невольно поежилась.

– Сегодня утром вы были несколько смелее, террина, – отвлек меня вкрадчивый шепот.

– Я была несколько несдержанна, прошу меня извинить, – пробормотала я.

– Хм… ваша несдержанность была восхитительна! Утром вы мне нравились больше!

Я сглотнула. Вредный эльф! Посмотрим, как тебе понравится ночная пробежка!

– Не молчите, барышня, мне нравится слушать ваш голос.

– Мм… дело в том, господин мир Тоо’Ландил, что я пытаюсь быть вежливой, но не более того, – проговорила я и опустила глаза.

– Вот как? Отчего же? Вы не хотите стать моей избранницей?

– Не хотелось бы быть непочтительной…

– Отчего же? Я недостаточно красив?

Я нахмурилась. Вот ведь какой приставучий!

– Вы ответите? Я прошу…

– Мне еще рано замуж, – буркнула я.

– Интересное заявление…

– Но это действительно так! – подтвердила я. – Вам ведь известно, что у полукровок совершеннолетие наступает не ранее двадцати лет. Мне бы хотелось с большей пользой провести это время.

– С большей чем что?

– Чем замужество, – любезно пояснила я.

– Чем же вас не устраивают обязанности жены?

– Мм… к чему этот вопрос? Вам не хуже меня известно, что полукровкам запрещено вступать в брак раньше, чем они достигнут совершеннолетия.

– Известно, – задумчиво кивнул мой собеседник, – но я также знаю, что бывают исключения, и государь Норуссии лично подписывает разрешение на брак.

Я нахмурилась:

– Нет большой доблести в том, чтобы скомпрометировать девицу!

– А если она не против? Что вы на это скажете?

– Это не про меня! Поэтому я не знаю, что вам отвечать. Да и мне учиться надо!

Эльф ехидно прищурился и ответил:

– Похвальное стремление! Весьма похвальное… Но знаете, что я вам отвечу, террина? То, что ваша кузина Лиссандра недавно сообщила мне практически то же, что и вы! И не находите ли вы, что эти заявления весьма странные для девиц вашего возраста?

– Не нахожу…

– Хм… но вы ведь еще и романами эльфийскими зачитываетесь? Так неужели вам не хочется испытать то, что описано в этих, с позволения сказать, произведениях?

– Как бы это правильно выразиться…

Он приподнял бровь:

– Продолжайте!

– Господин мир Тоо’Ландил, Этель ведь была влюблена в вас, но мы оба знаем, к чему это привело. К тому же оба понимаем, отчего вы изъявили желание жениться на ком-то из нас.

Эльлинир фыркнул, но в этот момент музыка перестала звучать, танец закончился, и к нам подошел Ильян.

– Разрешите пригласить вас на танец? – обратился он ко мне.

Эльф с неохотой отпустил меня.

– Что же, – молвил он, – тогда до встречи в академии. Я буду принимать вступительные экзамены, так что там и увидимся.

Я сделала реверанс, перворожденный поспешил откланяться.

С улыбкой подала руку Ильяну.

Танцевать с ним мне нравилось, было спокойно.

– Спасибо за приглашение.

– Вы прекрасны, сударыня Нилия!

В глазах парня вспыхнуло пламя. Я покраснела и перевела взор. Эльлинир танцевал с Йеной. Кузине было явно неловко. Наверно, и ее эльф спрашивает про замужество!

– Вы рассеянны, сударыня, и даже не взглянете
Страница 20 из 34

на меня, – вздохнул Ильян, отвлекая меня от кузины с эльфом.

Я посмотрела на парня и ответила:

– Вам ведь известен повод, по которому мы здесь собрались?

– Наслышан. Вы же знаете, Нилия, одно ваше слово и…

– Я помню, – смущаясь, прервала я.

Ильян кивнул. Я снова огляделась по сторонам и заметила, что на меня неотрывно смотрит рыжий эльф.

– Вы заметили, что ваша персона весьма заинтересовала эльфов? – спросил Ильян.

– Моими кузинами они тоже заинтересовались, – стараясь не выдавать своего волнения, ответила я.

– И все-таки, вы позволите помочь вам?

– К чему этот разговор? – чуть резковато отозвалась я.

– Вы и в самом деле хотите замуж за эльфа?

– Ильян, – твердо произнесла я, – дело не в том, чего я хочу, а в том, что я должна сделать! Я понимаю, что если эльф выберет меня, то мне придется смириться с его выбором!

– Я все понял! – с горькой усмешкой проговорил воин.

От его слов мне стало неловко, и я захотела смягчить свой отказ, но танец, как назло, закончился. Ко мне тут же подошел Дэнарион.

– Позвольте, террина, – слегка склонился он.

Ильян же хмуро попрощался и отошел, а мы с рыжим эльфом заскользили в медленном эльфийском танце эйралине.

Танец состоял из постоянных поворотов и плавных шагов, а в конце некоторых фигур нужно было обмениваться партнерами. Предсказуемо было то, что танцевало всего три пары: я и Дэнарион, Йена и Белеринор, Лисса и Эльлинир.

Рыжий держал меня уверенно, но он с такой силой сжимал мою талию, словно хотел сломать. «Видимо, придется извиниться», – подумала я и вслух произнесла:

– Господин мир Тоскаромус, возможно, что сегодняшним утром вы меня неправильно поняли и…

– И? – высокомерно перебил он.

Я разозлилась, к счастью, пришла пора обменяться партнерами, и я оказалась в руках Эльлинира.

– Сколько эмоций! Вижу, мой кузен сумел разговорить вас. Не подскажете, как именно он это сделал?

Я опустила взор. Откровенничать с ним я точно не собиралась!

– Террина Нилия, не молчите! У вас такой приятный голос!

Везет же мне сегодня на комплименты! От необходимости отвечать ему меня спас новый аккорд, моим партнером стал блондин.

– Кажется, мои младшие соотечественники огорчили вас, юная террина?

– Нет, нет, что вы! – поспешила опровергнуть я.

– Вы не умеете врать, террина, – внимательно взглянув на меня, заявил Белеринор.

– Дело в том, что произошло легкое недоразумение. Мы не сошлись во взглядах по поводу… мм… возраста, – на ходу сочинила я.

– С Дэнарионом, полагаю? – слегка приподнял бровь советник.

Ответить я не успела, снова оказалась в объятиях рыжего эльфа.

– На чем мы остановились? Не напомните? – с ходу спросил он.

– Позвольте высказать предположение, что сегодня утром мы не сошлись во взглядах по поводу возраста?

– Вот как? Вы это так рассматриваете? – В его голубых глазах мерцали сверкающие льдинки.

Ответить я опять не успела, фигура снова сменилась.

– С моими спутниками вы более разговорчивы, – встретил меня Эльлинир. – Почему?

– Они не спрашивают меня про замужество!

– Вы находите мои слова неуместными?

– В данное время – да!

– Предлагаете перенести подобные темы на более поздний срок?

– Мне бы хотелось этого!

Хвала богам, фигура сменилась, Эльлинир разочарованно вздохнул, а я снова закружилась с блондином.

– Итак, – произнес он, – вы поспорили с Дэнарионом по поводу возраста?

Я кивнула, а Белеринор продолжил:

– Полагаю, что он слегка недоволен?

– Да. Он остался недоволен. Но ведь спор на то и спор, что каждый волен отстаивать свою точку зрения!

– Дэнарион так же считает?

Я лишь вздохнула, и снова моим партнером по танцу стал рыжий эльф.

– Так, значит, вы считаете, что сегодня мы просто неудачно поспорили? – Пристальный взгляд голубых глаз.

– А вы разве нет?

Дэнарион ехидно прищурился.

– Хорошо. Я вынуждена признать, – поспешила ответить я, – что была весьма несдержанна, и это непозволительно для юной девицы…

Он фыркнул, но ничего не ответил. Танец закончился, и Дэнарион лишь слегка кивнул, отпуская меня.

Я выдохнула и направилась к столу, чтобы испить ягодного взвара.

– И тебя эльфы замучили? – Рыжая кузина поспешила ко мне.

Я просто кивнула, а подошедшая Йена добавила:

– Скоро ночь!

Мы улыбнулись, предвкушая предстоящую месть.

Дальнейший вечер прошел спокойно. Я танцевала один танец с советником. Батюшка с матушкой хвалили меня. Огорчало лишь одно: мне так и не удалось снова поговорить с Ильяном, так как воин в зале не появлялся.

В комнате я оказалась ближе к полуночи. Ноги просто гудели, поэтому я с радостью скинула туфли на каблуках и поспешила переодеться. Время мести приближалось!

Спустя осей я выглянула в коридор. Там стояла оглушительная тишина. Крадучись направилась в комнату Йены, там мы договорились собраться. Спать совсем не хотелось, лишь нервная дрожь пробегала по телу.

– Готовы? – шепнула я, зайдя в комнату к кузине, здесь уже сидели все, кроме Латты.

– Она, наверно, спит, – предположила Тинара, пожав плечами.

– Тогда не будем ждать! – постановила Лисса.

– С кого начнем?

– С женишка, – коварно улыбнулась я.

Все согласились. Мы, стараясь не шуметь, отправились к комнате Эльлинира, которая располагалась в другой части терема. Спустя десяток лирн мы раскладывали у порога его комнаты зеленых и голубых магических светлячков, которые должны были символизировать призрачное свечение. Закончив здесь, мы добрались до комнаты рыжего. Я невольно призадумалась о том, что делал Дэнарион с утра в нашем крыле. Заблудился? Вряд ли!

Зажгла очередной зеленый светлячок и навесила на дверь.

Следующей целью была комната блондина, но не успели мы отойти от двери Дэнариона, как в коридор вынесся Эльлинир. Обнаженный по пояс, с развевающимися каштановыми волосами, горящими глазами и размахивающий мечом, он производил пугающее зрелище. Эльф был очень похож на одного из таинственных Воинов ночи, которые, по легендам, охраняли Обитель богов.

Мы опешили. Эльлинира со всех сторон окружали иллюзорные чудища, созданные Йеной.

– Что делать будем? – прошептала я, схватив Лиссу за руки.

Мы в панике прислонились к стене. Эльф между тем прыгал и размахивал мечом, уничтожая призрачных чудовищ.

Пока мы раздумывали, что делать, из комнаты выскочил растрепанный рыжий. И этот тоже размахивал мечом! Мы постарались слиться со стеной. В коридоре тем временем в призрачном свете зелено-голубых светлячков разыгрывалась самая настоящая битва.

Эльфы прыгали, уворачивались, наносили удары. Оба были сосредоточены. Их лбы покрывала испарина, а дыхание было прерывистым и тяжелым. Дэнарион еще и вскрикивал. Иллюзии лопались, как мыльные пузыри, но на месте исчезнувших возникали новые – Йена на ни ирну не переставала шевелить руками. Видно было, что кузина устала. Я молча указала на конец коридора, там была лестница на чердак, но убежать мы не успели. Именно оттуда отделилась белая фигура. Она с завыванием проплыла мимо нас. Все посмотрели на Йену, но она была удивлена не меньше нашего. Между тем фигура в белом подкралась к рыжему сзади
Страница 21 из 34

и бросила ему под ноги огненный шарик. Такие использовали в быту для розжига огня.

Раздался хлопок, огонь взметнулся по волосам Дэнариона, и он бросился бежать по коридору. Фигура в белом, подвывая, последовала за ним. Они пронеслись мимо опешившего Эльлинира, который от неожиданности даже перестал размахивать мечом.

Йена сделала пасс рукой, и чудовища с новой силой устремились к эльфу-брюнету.

Что-то в этой белой фигуре показалось мне знакомым. И не только мне!

– Латта! – пискнули мы почти одновременно.

– За ней! – скомандовала нам с Йеной Лиссандра.

Мы в нерешительности смотрели на находящегося на нашем пути Эльлинира.

– Я отвлеку! – крикнула рыжая и с воплем бросилась к эльфу.

За ней последовала Тинара, догадавшись схватить большую вазу с цветами, стоящую на полу. Мы с Йеной бросились следом за ними.

Подбежавшая к Эльлиниру Лисса попыталась его отвлечь, а Тинара с разбегу опустила вазу ему на голову. Эльф пошатнулся и упал.

– Я и Тинара тут приберем, – бросила Лисса.

Мы с Йеной кивнули и побежали догонять Дэнариона и Латту. Успели как раз вовремя. Эльф с горящим взором находился у лестницы и наступал на кузину, опасно размахивая мечом. Младшая отступала в нашу сторону.

– Ага! Хмар! Я тебя поймал! – торжествующе шипел рыжий.

Я поспешила схватить Латту за руку. Все втроем сглотнули. Йена в отчаянии сделала пасс руками, и перед нами появилось серое чудовище.

Эльф на ирну приостановился, но потом как одержимый с криком: «Не уйдешь!» – бросился на нас.

Мы непроизвольно присели, и Латта, запутавшись в белом балахоне, покатилась под ноги эльфу. Дэнарион споткнулся и выронил меч, а пока он его поднимал, мы с Йеной схватили кузину и бросились к лестнице. Но рыжий не отставал, он левитировал над нами, размахивая мечом. Мы как сумасшедшие стали спускаться по лестнице: я съезжала сидя, отсчитывая ступени мягким местом, Латта катилась кубарем, Йена ползла. Спустившись вниз, поспешила оглядеться: по лицу Латты струилась кровь, но она была жива! В этот миг раздался крик Йены. Я резко оглянулась и замерла. Дэнарион занес над Йеной меч. За моей спиной завизжала Латта, меня охватила оторопь. Еще ирна – и все будет кончено! Но в этот момент я удивленно воззрилась на самый верх лестницы. За спиной эльфа материализовался огромный серебристый волк-оборотень. Он встал на задние лапы и, деликатно кашлянув, постучал лапой по плечу Дэнариона, привлекая его внимание.

Рыжий резво развернулся и, удивленно вскрикнув, направил меч на волка. Я с восторгом перевела взгляд на Йену и обомлела: кузина сидела не шевелясь, округлив глаза и широко открыв рот. Потрясла ее за плечо. Она оглянулась и нервно помотала головой, мол, не я это!

Оглянулась на Латту. Младшая спокойно сидела и наблюдала, но удивлена не была. Между тем бой эльфа и волка продолжался, серебристый легко уворачивался от ударов рыжего и чуть порыкивал, будто посмеивался.

С криком:

– Спасем бедного зверя! – Латта вскочила на ноги и бросилась к эльфу.

Я удивилась: по моему мнению, в помощи нуждался именно рыжий эльф! Волк легко скользил по воздуху, не поднимаясь высоко, будто играя, а Дэнарион, тяжело дыша, скакал за ним. На помощь Латте устремилась Йена. Теперь первая пыталась схватить перворожденного за ноги, а вторая старалась запрыгнуть ему на спину.

Вдохновившись их примером, я побежала к кузинам и с разбегу запрыгнула на эльфа. Сестрицы старательно помогали мне. На полу образовалась свалка. Мы втроем колотили поверженного Дэнариона. На наше счастье, меч эльфа лежал далеко, видимо, рыжий потерял его в суматохе. Вскоре к нам присоединилась и Лиссандра. Она прыгнула Дэнариону на грудь, а мне все-таки удалось приложить эльфа головой об пол, отчего он потерял сознание. Мы облегченно выдохнули, а затем в нерешительности огляделись: все живы-здоровы, но лицо Латты в крови. Волосы эльфа обгорели, и он разлегся на полу, трогательно раскинув руки. Волк облокотился о перила и с ухмылкой наблюдал за нами.

– Вы к-кто? – прохрипела я.

Зверь кивнул и указал лапой на самый верх лестницы. Все посмотрели туда и удивленно вскрикнули, там стояла Тинара и делала пассы руками.

– А-а-а, – все, что смогла сказать Лисса, а я молча переводила взгляд с Тинары на волка. Младшая с улыбкой направилась к нам и опустила руки. Зверь поклонился ей и лопнул, словно очередной мыльный пузырь.

– Иллюзия, – выдохнула Йена.

– Но как? – пробормотала Лиссандра.

– Твой дар? Но… – начала я, а Тинара меня перебила:

– Сама неделю назад обнаружила… случайно.

– Почему молчала?

– Она мне сказала, – пропыхтела Латта.

– А нам почему не рассказала? – обиженно спросила рыжая.

– Вот-вот, – добавила Йена.

– Да все как-то не до этого было! – смутилась Тинара.

У меня в голове все вертелась какая-то мысль, наконец я ее высказала:

– Так вот как вы Василину уговорили откупорить вино?

– Угу! – серьезно кивнула младшая. – К ней пришли два торговца и попросили открыть вино, дабы узнать, не испорчено ли оно, как и остальной товар. А после один из них, ну то есть Латта под мороком, отвлекал кухарку, а я подлила настойку в вино.

Мы с Йеной и Лиссой переводили удивленные взоры с Тинары на Латту и обратно.

– Да-а уж! – протянула Лиссандра. – Даже мы лучше бы не придумали!

– Почему? – чуть обиженно поджала губы Йена. – Может, и не сразу, но додумались бы.

– Достойная у нас смена растет! – улыбнулась я.

– Браво! – раздалось с верхушки лестницы.

Мы в ужасе посмотрели туда. На верхней ступени стоял блондин и показательно хлопал в ладоши.

Я зажмурилась, затем снова открыла глаза. Эльф никуда не исчез. Он спускался к нам, задумчиво оглядывая обстановку. Я сглотнула. Все, кроме Тинары, всё еще сидели на полу и пытались слиться с рисунком на ковре. Рыжего эльфа, лежащего рядом, пытались не замечать.

– Забавные малышки, – проговорил Белеринор.

Я быстро прошептала молитву Луане, а потом еще и Шалуне, но эльф по-прежнему стоял неподалеку, внимательно оглядывая нас.

– Он… он … сам… упал, – судорожно прошептала Лиссандра.

– Ага! Шел и вдруг – упал.

Наверно, мышь бы пропищала громче, чем произнесла я эту фразу.

Советник ехидно прищурился:

– И волосы сам себе спалил тоже абсолютно случайно?

– Ага! – закивали мы все вместе.

– Хм… а что такое с Эльлиниром? Что-то я раньше за ним не замечал склонности к внезапным обморокам…

– А-а… – начала было Йена, но, видимо, передумала говорить и просто посмотрела на нас.

– Юные террины, – с притворным вздохом обратился к нам Белеринор, – когда в следующий раз надумаете так пошутить, то хотя бы наведите заклинание невидимости и неслышимости.

– Мы еще этого не умеем, – вырвалось у меня.

– Но мы обязательно научимся, – нервно добавила Йена.

– Ага! – так же нервно подтвердила Лисса. – Вот в академию поступать собираемся.

Белеринор задумчиво промолвил:

– Это же надо, двух бойцов-эртаров уложили за такое короткое время!

Кажется, нервно сглотнули уже мы все.

– Вы хоть осознаете, что будет, когда Эльлинир и Дэнарион очнутся? – нахмурил брови советник.

Мы с пониманием
Страница 22 из 34

закивали.

– А что скажет по этому поводу Владыка? – нагнетал обстановку эльф.

«Да уж точно ничего хорошего! – подумалось мне. – И вообще, Владыка ругаться умеет? И как он это делает? Как он ругается? На орочьем или ему знакомы словечки гоблинов, а может, все-таки у эльфов есть свои ругательства?» Я нервно хихикнула.

Все воззрились на меня. Я пискнула и прикрыла рот ладошкой.

– Вы находите произошедшее смешным, милая террина? – строго посмотрел на меня Белеринор.

Я резко помотала головой, а эльф тяжко вздохнул, возвел к потолку глаза и, обращаясь куда-то в пространство, спросил:

– И что мне с ними делать?

– Пожурить и отпустить! – прохрипела Лиссандра, видимо расслабившись от того, что сразу нас никто не убил.

– Вы не находите, что это слишком мягкое наказание? И кстати, жив ли Дэнарион? Что-то он долго не шевелится…

Мы переглянулись и дружно стали осматривать рыжего.

Внезапно советник расхохотался.

– Успокойтесь, маленькие террины, он просто спит. Вероятно, слишком увлекся «Эльфийской тайной» на сегодняшнем вечере…

Мы отшатнулись от лежащего на полу эльфа и снова воззрились на Белеринора.

– Так что мне с вами делать? Как вас наказать? – снова спросил он.

Я вздохнула и, решившись, выступила вперед:

– Господин мир Соулиссиль, это я все придумала и готова понести заслуженное наказание.

Он подошел ко мне, взял за подбородок и заставил взглянуть ему в глаза. Я отвела взор.

– Забавная террина, – проговорил советник. – Тебе не говорили, что ты очень похожа на Мирисиниэль? Даже цвет волос такой, каким он был у нее.

У меня перехватило горло, но я нашла в себе силы кивнуть.

– Какого же наказания ты заслуживаешь?

– Эй-эй, погодите! Я тоже виновата. Это я сожгла волосы рыжему! – пискнула Латта и встала рядом со мной, намертво вцепившись в мою руку.

Я удивленно скосила взгляд в ее сторону, а Белеринор отпустил меня. Хмыкнул.

– Возьмите, маленькая террина.

Он протянул младшей кузине платок, намекая, что ей нужно вытереть кровь с лица.

– Я тоже виновна! – к нам подскочила Лиссандра.

– И мы! – разом завопили Тинара и Йена, становясь рядом с нами.

Советник удивился.

– Я приложила вашего Эльлинира вазой! – повинилась Тинара.

– А я иллюзии творила, чтобы эльфы побегали! – добавила Йена.

Я поглядела наверх, гадая, почему на наши крики еще не сбежались родители и домовые.

Эльф, проследивший за моим взглядом, произнес:

– Не волнуйтесь, террина Нилия! Я позаботился о том, чтобы нашей беседе никто не помешал!

Мы сникли.

– Позвольте узнать, чем же так не угодили вам мои соотечественники?

Мы насупленно молчали.

– О-о! – протянул советник. – Кажется, я догадываюсь, что причиной вашей обиды стал спор о возрасте.

Мы по-прежнему не отвечали, а он продолжил:

– Или, может, замуж выходить не желаете за эльфа?

Мы угрюмо смотрели в пол и молчали. Перворожденный вздохнул.

– Так что там с наказанием? – мрачно напомнила я.

– Вы спешите?

– Чего тянуть, раз решили, то наказывайте! – промолвила рыжая.

Белеринор молчал, задумчиво рассматривая нас.

– Ну хорошо… Что вы там предлагали? – наконец изрек он. – Как там? Пожурить и отпустить?

Мы с недоверием воззрились на него.

– Вроде того, – прошептала Йена.

Советник улыбнулся.

– Достойная смена выросла у Мири…

Я с удивлением посмотрела на него и быстро, пока страх снова не сковал меня, спросила:

– Вы знали Мирисиниэль?

– Росли вместе, – горько усмехнулся Белеринор.

Я открыла рот. Это сколько же ему лет? Все четыреста? Нет, конечно, эльфы долго живут, но… Он знал Мирисиниэль?!!

Переглянулась с сестрами. Эльф, задумавшись, молчал.

Мы оживились и стали перешептываться. Лисса решила спросить:

– Так что с наказанием?

Белеринор еще раз оглядел нас, кивнул сам себе и произнес:

– Я склонен вас отпустить…

– Правда? – с недоверием воскликнула Йена.

Я прищурилась. Советник улыбался.

– Мы можем идти? – срывающимся голосом спросила Тинара.

Белеринор все еще рассматривал нас, а потом произнес:

– Да… но позднее…

– Позднее? – насторожились мы.

– Я отпущу вас после того, как вы кое-что мне пообещаете. Я же, в свою очередь, пообещаю вам никому ничего не рассказывать, более того, я сам все объясню своим соотечественникам, когда они придут в себя. – Советник уже не улыбался, он смотрел очень серьезно.

– И что мы должны пообещать? – осторожно спросила я.

– Первое условие – вы должны принять выбор Эльлинира и не сопротивляться.

– Мы и не собирались, – пробурчала Йена.

– А второе? – полюбопытствовала Лиссандра.

– Второе? – задумчиво переспросил Белеринор. – Обещайте мне, что найдете венец, а затем одна из вас передаст по наследству своему сыну этот артефакт!

– Сыну? – удивились мы.

– Именно!

– В нашей семье последние сто пятьдесят лет не рождаются сыновья! – отрезала Лисса.

– Я знаю! Но у эльфов есть пророчество…

Он замолчал, видимо обдумывая, стоит ли нам рассказать о нем.

Мы с любопытством смотрели на эльфа, и он решился:

– Смысл пророчества в том, что когда девица из рода мир Лоо’Эльтариусов обвенчается с потомком… хм… другого древнего рода, то у них родится сын, объединив три венца, он вернет эльфам былое могущество.

– Так вот почему вы так легко согласились на брак Эльлинира с Этель, видимо, мир Тоо’Ландил и есть тот потомок? – догадалась я.

– Да, Эльлинир потомок древнего рода, – кивнул советник, – и еще хочется рассказать вам о том, что в пророчестве указано – невестой должна стать рыжеволосая девица из семейства мир Лоо’Эльтариусов.

Мы с Лиссандрой уныло переглянулись, а эльф продолжил:

– Впрочем, не о том речь. Решайте, что вы выбираете! Или вы соглашаетесь на мои условия, или я обнародую вашу шалость!

Я ужаснулась, кузины прониклись его словами.

– А как же наше семейное проклятие? – все-таки напомнила еще раз Йена.

– Я все сказал!

Белеринор выжидательно смотрел на нас. Я зевнула, предлагая все решить сестрам. На меня внезапно навалилась такая усталость, что если бы мне позволили, то я бы уснула прямо здесь.

– Ладно, – вздохнула Лисса. – Скажу за всех нас как самая старшая. Мы согласны.

– Поклянитесь!

– Как?

– Повторяйте за мной… Тэнасьён!

Мы сделали, как он сказал, и тут же нас окутала золотистая пыльца.

– Клятва принята, – удовлетворенно кивнул советник.

– Теперь мы можем идти.? – зевнула я.

Сестры зашикали на меня.

– Можете, – великодушно разрешил эльф. – И даже на поиски венца можете отправляться не завтра. Занимайтесь своими делами, поступайте в академию, но, как только я скажу, сразу действуйте. Впрочем, до совершеннолетия у вас время есть.

Девчонки облегченно вздохнули. Дальнейшее я помню плохо: мы попрощались и разошлись по комнатам. Я уснула, едва упала на кровать.

К сожалению, спать мне довелось недолго. Несмотря на бессонную ночь, я проснулась еще до полудня. Все тело, особенно то место, на котором принято сидеть, ужасно болело. К тому же снаружи было шумно. Я поковыляла к окну. Оказалось, не зря. Эльфы уезжали. И как происходил их отъезд! Рыжего несли на носилках, он крепко спал. Эльлинир
Страница 23 из 34

шел сам, слегка пошатываясь. Белеринор передал батюшке какой-то конверт, а затем вскочил в седло. Его соотечественники отправлялись в путь в карете. Я задумалась: «Это что такое с эльфами? Доза дурмановой настойки в вине была не столь велика для эльфа, так почему Дэнарион еще спит? Вернее, почему он вообще спит? А Эльлинир хоть и проснулся, но явно не совсем здоров?»

Спать как-то сразу расхотелось. Меня одолели сомнения. Я никогда так быстро не собиралась в лабораторию, куда через пару десятков лирн просто вбежала. Задумчиво оглядела окружающее пространство. С детства знакомое помещение: столы, где разложены мерные весы, чаши со ступками, бутыли разных размеров, форм и цветов; пучки трав, привязанные к потолочным балкам; а в самом конце шкафчики двух расцветок: зеленой – с готовыми настойками и синей – с высушенными и измельченными травами и прочими ингредиентами, необходимыми для работы. Я подошла к одному из зеленых шкафчиков. Открыла. Посмотрела на верхнюю полку. Подвинула стул. Влезла на него. Осмотрела небольшие флаконы с дурмановой настойкой. Пересчитала. Десять! Их было десять! Пересчитала еще раз.

В панике задумалась. Что же стащила отсюда в спешке Тинара? Заглянула еще раз на полку. Ойкнула.

– Нет! О Луана! Неужели мы так ошиблись в выборе? И почему я не проверила, что притащила младшая сестрица?! – взмолилась я вслух.

Услышать ответ я не рассчитывала, но мне ответили!

– Сколько раз тебе говорить, что все зелья нужно тщательно проверять, прежде чем использовать? – ехидно осведомилась матушка.

Я резко посмотрела на нее. Родительница стояла в дверях, поджав губы. Не зная, что сказать ей, замерла на стуле.

– Слезай уже. Разговор есть, – вздохнула маменька.

Пришлось медленно спуститься на пол и покаянно опустить глаза.

– Доигрались?

Я вскинула голову. Матушка смотрела прямо на меня и подозрительно щурилась. Боясь что-то спрашивать, продолжала молчать, тогда родительница продолжила:

– Ладно не всю настойку ухнули в вино, а то последствия были бы намного хуже!

Я вздохнула. Еще трех полумертвых эльфов нам не хватало!

– Мало вам было того, что на кладбище учудили? Теперь вот еще это? Хорошо, что легко отделались!

– Наверно, нам Луана помогла или Шалуна вмешалась, – прошептала я.

– Ага, видимо, вам везет! Но, на мой взгляд, дело в удачном стечении обстоятельств.

– Ты о чем? – осторожно поинтересовалась я.

– А ты? – послышался ехидный ответ маменьки.

– Я про эльфийскую розгу… Кто ж знал, что вместо дурмана Тинара ее захватит, – аккуратно поведала я.

– Читать ты не умеешь? И проверять надпись на склянке я тебя не учила? Впрочем, как и твою сестрицу!

Я вынуждена была опустить взор.

– Теперь что? Еще легко отделались. Младший выпил больше остальных, а советник, видимо, только делал вид, что пьет вино.

– А Эльлинир?

– Кто его разберет, может, просто вами увлекся, – пожала плечами маменька. – Уж начинаю думать, что советник все просчитал заранее.

Я с недоверием воззрилась на родительницу:

– Но откуда ты знаешь?

– Вы так шумели, что всех разбудили!

– Но…

– Неужели ты думала, что на нас подействует волшба какого-то эльфа?

– Тогда почему вы не вмешались?

– А зачем? Хотя твой папенька пытался. Пришлось его… мм… успокоить на время.

Мы неотрывно смотрели друг на друга. Я не выдержала первой:

– Почему?

– Потому! Если вы решили поиграть с эльфами, причем с самим советником, и сочли его недостойным противником либо себя слишком взрослыми, то мы подумали, что хватит вас опекать! Сами создали проблемы, сами – решайте!

Я хмуро произнесла:

– А если бы…

Матушка перебила меня:

– Мы подозревали, что Белеринор не убьет вас. Ты действительно очень напоминаешь Мирисиниэль, а ведь он и был тем самым женихом, которого она покинула.

Я удивилась, но потом предположила:

– Ага! А если бы он решил отомстить за все! Что бы вы тогда делали?

Маменька отмахнулась от меня:

– Да эльфы клялись не причинять вред нашей семье!

Я снова изумленно посмотрела на нее и ехидно заметила:

– Так это они в приступе человеколюбия убили прадедушку с прабабушкой?

– Я же говорила, что все не так было! Вернее, не совсем так! А после того происшествия они дали клятву не причинять вред роду Мирисиниэль.

– Расскажешь?

– Позже. Когда соберем вас всех вместе. Мы с сестрами решили, что все вам расскажем, а потом сами думайте, что делать будете. Больше мы в вашу жизнь не вмешиваемся!

С этими словами она развернулась и направилась к выходу, давая понять, что разговор окончен.

– Но как… – выдохнула я, разом позабыв все слова.

Маменька оглянулась и сказала:

– Что же ты хотела после всего произошедшего? Девочка моя, не все так плохо, как тебе кажется. Я была чуть старше тебя, когда мой батюшка погиб, а матушка, отправив нас в академию, занялась другими заботами. Мы были чуть старше вас, когда разбрелись по свету в поисках приключений. Поверь, жизнь закружит тебя, и ты будешь рада, что меня нет рядом.

– Ты была рада, когда бабушка покинула вас? – зло спросила я.

Родительница, ирну подумав, покачала головой.

– Тогда почему?

– Вы должны стать самостоятельными. Птенцы ведь тоже вырастают и покидают родное гнездо. Так что, когда вы это сделаете. – годом раньше, годом позже, значения не имеет. Вам все равно предстоит поездка в академию.

Я поджала губы, а маменька успокоила:

– Да поможем мы вам, чем сможем!

– Не утруждайтесь! – буркнула я.

– Обиделась? Сама знаю, каково это остаться без помощи родителей. Мы вот даже точно не знаем, как именно погибла наша матушка. На похоронах не были, не успели, – со вздохом изрекла родительница.

Я тоже вздохнула, потому что знала, как гнетет матушку то, что она не поддержала свою родительницу в трудные для нее времена. Когда бабушка умерла от неизвестной болезни, то хоронили ее чужие люди в далекой Бейруне, а не родные дочери. Всю оставшуюся жизнь матушка и тетушки сожалели о произошедшем и винили себя, а в нашей семье с того времени появилась очередная тайна.

Я обняла матушку, она грустно улыбнулась.

– Пойдем. Все собираются на завтрак, и батюшка еще больше рассердится, если мы не придем.

Ели в напряженном молчании: тетушки хмуро переглядывались, батюшка сосредоточенно поглощал пищу и бросал злые взгляды на матушку и ее сестер, а на нас смотрел скорее с досадой, чем со злостью. Мы же с сонными сестрицами отчаянно зевали и осторожно косились на старших.

Завтрак подошел к концу, но никто не спешил покинуть трапезную. Домовые проворно убрали со стола.

Мы молчали, а батюшка авторитетно заявил:

– Не буду утруждать себя перечислением ваших ошибок, сударыни! Всех ваших ошибок! – подчеркнул он и выразительно посмотрел не только на нас, но и на тетушек. – Передам только то, что оставили для вас эльфы вот в этом письме. Читать тоже не стану. Изложу коротко, что эльф по имени Эльлинир пока не готов осуществить выбор своей невесты, но он сделает это в середине зимы. Для чего приглашает Нилию, Лиссандру и Йену в Астрамеаль, чтобы провести там Праздник Смены года. Кроме того, достопочтимый господин мир Тоо’Ландил
Страница 24 из 34

(папенька почти выплюнул эти слова) был так любезен, что предложил доставить вышеупомянутых девиц в Славенградскую академию волшбы и магии светлой и темной на своем летучем корабле…

– Летучем корабле? – восторженно переспросила я.

– Вышеупомянутых? – потрясенно изрекла Йена.

– Да, – подтвердил батюшка, – ты тоже отправляешься учиться.

– Но… – ошарашенно захлопала своими разноцветными глазами кузина.

– Я так решил! – твердо произнес батюшка. – Ваша троица мне порядком надоела! Даже младших уже втянули в свои глупые проделки! Пусть с вами в академии нянчатся. Архимагу мир Самаэлю я уже отправил вестника, в котором указал все как есть!

Мы с Лиссой и Йеной ошеломленно переглядывались. Идея всем троим нравилась. Зато младшие обиженно насупились.

– Все! Больше говорить ни о чем не хочу! Теперь пусть с вами ваши матушки беседуют! – отрезал батюшка и хмуро уткнулся в какой-то отчет, видимо давая понять, что разговор окончен.

Все стали потихоньку вставать и выходить из трапезной. Я тоже поднялась со стула, но, дойдя до двери, передумала, закрыла ее и направилась к папеньке. Он неотрывно глядел в отчет, хмурил брови и делал вид, что не замечает меня. Я обняла родителя, поцеловала в щеку.

– Папенька, ну что мне сделать, чтобы ты не огорчался?

Батюшка молчал, а я проворковала:

– Ну виновата я.

– Девочка моя, – со вздохом родитель отложил бумагу и посмотрел на меня, – скажи, зачем было так осложнять себе жизнь?

– Кровь Мирисиниэль, – вздохнула я.

– Ох уж мне эта ваша эльфийка!

– Зато мы у тебя необычные! – умильно улыбнулась я.

– М-да уж… необычные, – протянул батюшка, но тут же захохотал. – Посмешили вы меня, девоньки! Сколько живу, а первый раз вижу, чтобы несмышленые девчонки покалечили двух бойцов-эртаров.

– Вообще-то бой был не совсем честным. Эльфы были опоены настойкой эльфийской розги, – созналась я.

– Да знаю я, – махнул рукой папенька, – но это и есть ваше оружие! Извини, я плохо представляю тебя с мечом в руке.

Я закивала. Да-да! Мечом пользоваться не учили. А по незнанию можно и голову себе снести! Или другую важную часть тела! Ну и не только себе!

– Да-а, дела-а! – Батюшка перестал смеяться. – Напридумывали вы забот! А мамки ваши! Только хлопот прибавили! Эх…

– Бабье царство? – вопросительно приподняла бровь я.

– Да что уж теперь говорить? Главное, учись прилежно, а мы авось и разгребем это… дело!

Мы снова обнялись.

Остаток вечера прошел на удивление спокойно. Родительницы молчали, мы тоже. Радовало одно – наша троица отправлялась в академию в этом году. Держись, Славенградская академия волшбы и магии светлой и темной!

Последующие два дня тоже прошли обычно, если не считать того факта, что воинов отправили расчищать дорогу к семейному кладбищу. Мы с сестрами не обсуждали произошедшее с эльфами, каждая хотела обдумать случившееся в одиночестве. Дар Тинары тоже не обсуждали, а поиски венца… ну а поиски подождут, советник ведь сказал, что до совершеннолетия время у нас есть!

Глава 4

Спустя два дня после происшествия с эльфами на редкость серьезные родительницы позвали нас на семейное кладбище для ежегодной приборки. Идти предстояло обычным путем – через лес и имение.

Отправились сразу после завтрака. Инвентарь, необходимый для уборки, несли сопровождающие нас воины, среди которых я не наблюдала Ильяна. Это слегка расстраивало, потому что мне очень хотелось с ним поговорить.

Погода была прекрасной – не жаркой, но очень теплой и солнечной. Лес встретил нас приятным хвойным ароматом, буйным цветением летних растений и пением птиц.

Я шла молча, наслаждаясь прогулкой. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев и отблесками скользили по земле, словно играя в «пятнашки».

Я улыбнулась, и мне в ответ тут же улыбнулся Ждан. Покраснела, будто спелая вишенка, и перевела взор, тут же столкнувшись со взглядом Йены. Я запаниковала, что подумает сестра? На удивление, Йена подмигнула мне, и тогда, догнав ее, я торопливо молвила:

– Послушай, это не то, чем могло показаться!

– Да ладно, не объясняй, – отмахнулась она, – Ждан не единственный парень на свете!

Я недоуменно посмотрела на Йену, а она добавила:

– Я еду в Славенград, а в академии парней столько…

– И что? – не поняла я.

– Она имеет в виду, – вмешалась Лиссандра, – что в академии у нее может появиться новая симпатия.

– Да какая симпатия?! – возмутилась я. – Мы в академию учиться едем!

– Значит, будем успевать все и… – начала рыжая, но Йена ее перебила:

– Я говорила про то, что в академии будет все по-другому, там ведь не только люди нам встретятся, но и…

– Ой, мамочка! – пискнула я. – Точно, там же будут и эльфы, и гномы, и…

– Угу! – сдвинула брови Лисса. – Вот-вот, эльфы! Не забывайте, что случилось с Этель.

Мы замолчали, ведь никто до сих пор не знал, где скрывается старшая кузина.

За разговорами я и не заметила, как мы дошли до имения. Проходя через ворота, точнее, через то, что от них осталось, я внимательно оглядела столбы. Ничего необычного не заметила. Видимо, ночь и вправду меняет восприятие окружающей действительности.

Вскоре мы добрались до кладбища, где нам раздали лопатки, грабли и дали каждой определенное задание. Нам с Тинарой досталось прибрать могилы прабабушки и прадедушки.

– Мох с надгробий обязательно уберите, – напутствовала нас матушка.

Мы кивнули и принялись за дело.

Сестрица с угрюмым видом сгребала прошлогоднюю листву и косилась в мою сторону. Я решила поинтересоваться:

– Что с тобой?

– Как сама думаешь?

Я лишь пожала в ответ плечами, а Тинара еще больше насупилась. Закончив собирать листву, спросила у нее еще раз:

– Если ты обижаешься на то, что нас троих отправляют на учебу, то это глупо! Разве ты забыла, что спустя три года и ты поедешь в Славенград?

– Глупо, не глупо, но никто даже не поинтересовался моими иллюзиями!

– Это странно. Согласна.

– И обидно!

Я кивнула и принялась счищать мох деревянной лопаткой с могилы прадедушки.

– Вот смотри, – продолжила Тинара. – К чему все это? Ведь обычно старшие пользуются бытовой магией, а мы трудимся здесь как обычные люди!

– Возможно, что таким образом они решили нас наказать. Мне вот маменька на днях сказала, что пора уже становиться самостоятельными, раз мы в одиночку решили сразиться с Белеринором!

Тинара задумалась, а я не останавливалась:

– К тому же родители считают, что это мы втянули вас в свои проделки!

– Вот еще! – фыркнула младшая сестрица. – Волк был мой!

– А еще ты вместо дурмановой настойки умудрилась стянуть лекарство из эльфийской розги. Я не догадалась проверить.

– Ой-ей!

– Ага! Маменька возмущалась и ругалась, что обе не проверили!

Сестрица снова задумалась, а я говорила дальше:

– Вот так нам и удалось запросто расправиться с эльфами! Я гадала, отчего Эльлинир упал от одного твоего удара вазой…

– М-да… Я очень торопилась, вот и перепутала полки.

– С одной стороны, нам очень повезло, что это оказалась именно эльфийская розга, но вот с другой…

Я ожесточенно соскребала мох. Внизу надгробия его наросло
Страница 25 из 34

особенно много.

– Так ты мне объясни, – не успокаивалась Тинара, – если матушка видела моего волка, то почему молчит про него?

– Кстати, откуда такая реалистичность? Поначалу я решила, что это легендарный оборотень, а не простой зверь, – поинтересовалась я.

– Не поверишь, – вздохнула младшая, – это на самом деле оборотень. Он мне приснился.

Я отложила лопатку и недоуменно посмотрела на сестру, она пояснила:

– Сама еще разобраться не могу. В прошлое полнолуние обеих лун мне приснился этот волк. Я сразу поняла, что он оборотень, ведь он был таким свободным, сильным, быстрым…

– Погоди, но ведь оборотни – это легенды, вымысел…

– В том все и дело. Сказки…

– Интригующе, – подозрительно заметила я.

– Поступлю в академию, там и разберусь! – решительно ответила сестрица.

Я задумчиво перевела взгляд и оглядела свою работу. Внизу надгробия оставался последний островок мха. Я подковырнула его и изумленно вскрикнула, а затем показала Тинаре на тот знак, который показался из-под мха.

Сестра подошла ближе и ахнула. Потом мы обе стали искать глазами матушку.

Она стояла на ступеньках склепа Мирисиниэль и смотрела на нас.

– Он темный! – крикнула я. – Почему вы не говорили нам, что прадедушка был темным?

Кузины замерли и посмотрели в нашу сторону. Тетушки прекратили работать и переглянулись.

– Обнаружила, – спокойно констатировала матушка.

– Почему вы молчали, что он был темным? – снова спросила я.

Кузины потихоньку подходили к нам и с любопытством рассматривали знак. Он был в форме перевернутого треугольника, перечеркнутого двумя косыми линиями. Именно так отмечали себя темные.

– Это было хорошей идеей, Лекана, привести их сюда и дать самим обнаружить этот символ, – проговорила тетя Ратея, глядя на маменьку.

– Верно. Они же хотели все узнать сами! – кивнула тетушка Ирана.

– Пора нам все обсудить, девочки, – только и произнесла родительница.

– Здесь? На кладбище? – возмутилась я.

– Чем это место хуже других? – прищурилась матушка. – Вы же в прошлый раз весьма мило побеседовали с госпожой ир Форено!

– Так она же мертвая, – захлопала глазами Тинара. – Где бы мы с ней еще смогли поговорить?

– Или вы предлагаете еще и прадедушку вызвать? – предположила Лисса.

Родительницы переглянулись и страдальчески возвели глаза к небу. Затем Ратея все-таки изволила ответить:

– Нет. Вызывать мы никого не будем! Лучше в терем вернемся и там поговорим. Так что заканчивайте свою работу.

Хвала богам, в терем пешком идти не пришлось. Тетушка Ирана с помощью портала перебросила всех нас в Западное Крыло.

Для разговора собрались уже после обеда. Батюшка присутствовать отказался, сославшись на неотложные дела.

Для начала родительницы оглядели нас строгим взором, видимо, для того, чтобы добавить драматизма ситуации. Потом маменька со вздохом сказала:

– Задавайте вопросы, а мы будем отвечать. Так проще будет…Только не все сразу, – поспешила добавить она, заметив, как дружно мы приготовились говорить.

Мы переглянулись и решили, что задавать вопросы будем по старшинству, как и обычно.

Первой спросила Лиссандра:

– Вы знаете о пророчестве эльфов?

Родительницы переглянулись, и матушка ответила:

– О данном пророчестве еще Мирисиниэль знала. Это ей предстояло выйти замуж за наследника Миринора мир Корфуса и…

– Кого? – синхронно перебили мы.

– Вы слушайте и не перебивайте…

– Но ведь этот эльф… – начала Йена, но маменька ее прервала:

– Все помнят, кем он был, но пророчество не мы придумали. Его сочинили лучшие провидцы Сверкающего Дола в то время, когда Мирисиниэль только-только родилась.

– Но ведь тогда, – начала я, но тетя Ирана меня перебила:

– Так, девоньки, давайте, вы будете слушать молча, а мы расскажем все, что знаем сами.

Мы замолчали, хотя сказать хотелось много чего, а матушка продолжила:

– Мирисиниэль должна была выйти замуж за известного вам Белеринора, но по какой-то причине сбежала из-под венца. Сразу оговорюсь, что причин ее побега мы не знаем. Осведомлены только о том, что во время своего путешествия Мирисиниэль познакомилась с нашим предком Рейном ир Озароном. Они полюбили друг друга и поженились. Эльфам пришлось смириться с данным фактом, так как к моменту свадьбы Мирисиниэль уже была в положении…

Я очень удивилась и посмотрела на сестер: младшие смущенно хлопали глазами, Лисса восторженно внимала рассказу, а Йена глубокомысленно задумалась.

– Единственно, что огорчало эльфов, – между тем говорила маменька, – это то, что непокорная дочь Владыки наотрез отказалась вернуть украденный свадебный венец, который в пророчестве играет не последнюю роль. С того времени эльфы затаились и стали ждать, кого родит Мирисиниэль…

– Так вот почему Эльлинир был согласен жениться на Этель! – догадалась я.

– Видишь ли, Нилия, – родительница быстро переглянулась с тетушками и продолжила, – девицы нашего рода столько веков отвергали эльфов, а тут вдруг сами стали настаивать на свадьбе…

– Так, значит, настоял все-таки батюшка?

– Да. Видишь ли, Оршан не любит вспоминать, но когда-то он спас Владыке жизнь…

– Ой-ей! – выдохнула Тинара.

– Но об этом никому не говорите! – строго попросила маменька. – Ваш батюшка не любит говорить о таких вещах. Он и долг бы простил Владыке, если бы Этель не настаивала на свадьбе.

Я вздохнула. Кто же знал?!

– Вот если бы вы нам сразу обо всем рассказали! – фыркнула Лиссандра.

– А вас никто не просил геройствовать! Сидели бы в тереме, так уже Этель и эльф обручились бы! – ответила тетя Ирана.

Теперь вздохнули мы все.

– Ладно, забудем. Все равно уже ничего не изменить! – махнула рукой тетя Ратея. – Давай продолжим говорить о пророчестве.

– Да-да, – кивнула Йена. – Советник говорил, что девица мир Лоо’Эльтариус должна родить сына! Но наше семейство проклято! У нас только девочки рождаются!

Матушка и тетушки снова переглянулись, на сей раз досадливо.

Затем тетя Горана поведала:

– Это не совсем так…

– То есть Мелина была права и зачать сына может любая из нас, только при родах избранница эльфа умрет, – догадалась Лисса.

– Что еще вам наговорила эта колдунья? – недовольно поинтересовалась маменька.

– А это не так? – тут же спросила я.

– Так, – с неохотой кивнула родительница.

Тут же все старшие замолчали, видимо не желая сознаваться, а мы не отставали:

– Давайте рассказывайте уже!

– Обещали ведь!

– Мы ждем!

– Говорите уже, – приказным тоном произнесла тетушка Ратея, – а то ведь сами узнают!

– Так мы и собирались им все рассказать, только позднее, когда замуж соберутся, – поведала тетя Горана.

– Значит, расскажете сегодня!

– Хм, – задумалась матушка. – Как бы это все правильно объяснить?

– Да объясняй как есть! – отрезала Ратея.

Мы в ожидании смотрели на родительниц, и маменька изрекла:

– Можно избежать зачатия младенцев мужского пола.

– Ой-ей!

– Это как?

– Точно. И у бабушки, и у вас рождались только девочки!

– Значит, есть какой-то способ… – воскликнули мы хором.

– Есть. Даже два! Вам какой нужен: простой или сложный? –
Страница 26 из 34

поинтересовалась тетушка Горана.

– Простой, конечно! – дружно вырвалось у нас с сестрами.

– Подробности потом поведаем. Хотя бы до совершеннолетия доживите! – отозвалась тетя Горана.

– Скажем только, – видя наши огорченные лица, ответила матушка, – что в определенные дни нужно делать определенные действия.

– Зелья какие-то пить? – предположила я.

Сестры недоуменно хмурились.

– Вот замуж соберешься, тогда скажу! – отрезала родительница.

Все сестры, и я вместе с ними, поняли, что больше ничего нам не узнать.

– Тогда какой же сложный способ, если это простой? – сухо осведомилась рыжая.

Родительницы опять переглянулись.

– Это лишь наши домыслы, – изрекла тетя Ирана.

– Да рассказывайте уже, не томите, – взмолилась я.

Нас снова задумчиво оглядели все родительницы, и моя ответила:

– Мы считаем, что наша матушка, ваша бабушка, нашла способ, как избавить семью от проклятия… Вы ведь уже знаете, что это она и прокляла нас?

– Знаем! – с ехидством перебила Лисса. – Да не от вас!

– Мне тоже непонятно, зачем это было скрывать! – добавила Йена.

– А вот я, кажется, понимаю зачем, – задумчиво проговорила я. – Думаю, что батюшка не отказался бы от сына, и тогда вашей спокойной жизни наступил бы конец.

– Догадалась! Значит, пора в академию! – постановила маменька.

– Придумав эту легенду, бабушка спасла себя, ну и нас тоже. Ведь каждый мужчина мечтает о наследнике! – кивнула тетя Ратея.

– Заодно и эльфов отвадили! – хмыкнула рыжая.

– Только не навсегда, – удрученно напомнила я. – Да и похоже, что советнику все равно…

– Да мало ли, что там советник говорил! Мужем кого-то из вас будет не он! – откликнулась тетушка Горана. – А уж как обмануть Эльлинира, мы научим!!!

– Как именно, полагаю, нам знать пока рано, – ядовито полюбопытствовала Йена.

– Вот-вот, – добавила Лисса, – а вы сами когда об этом узнали?

– Каждая по отдельности, в день своего совершеннолетия, – невозмутимо ответила тетя Ирана.

Мы вздохнули, впрочем, я сильно не расстроилась, замуж в ближайшие годы я не собиралась.

– Давайте вернемся к сути вопроса, – вновь прервала нас тетя Ратея.

– Так, собственно, способ и заключается в том, чтобы мужчина, рожденный кем-то из женщин нашего рода, попросил прощения у нашей родительницы на ее могиле, – сказала тетя Ирана.

– Н-да…

– То есть кто-то должен пожертвовать собой? – предположила Йена.

Старшие как-то неопределенно кивнули, а потом тетя Горана сообщила:

– Ну если быть до конца честными… Но мы не уверены…

– Что?

– Да говорите уже!

– Надоели ваши недомолвки!

Завозмущались мы с Лиссой и Йеной.

– Мы считаем, что бабушка родила сына, именно поэтому она и умерла, – поведала матушка.

– И вы молчали?! – воскликнула я после небольшой паузы.

– Повторю, мы не уверены в этом, – ответила маменька.

– Это всего лишь слухи, которые до нас дошли, когда мы прибыли в Бейруну, – добавила тетя Горана.

– А подробности будут? – с обидой проговорила Лиссандра.

– Я первой прибыла в Бейруну, но не сразу, как получила письмо матушки, в котором она звала меня к себе, – начала рассказывать родительница, – а после того, как сдала выпускные экзамены в академии и отгуляла выпускной…

– Я в то время практиковалась в Рудничных горах, – сказала тетя Ирана.

– А у меня контракт был на доставку груза и людей из Лимани в Корверт…

– А я в первый раз влюбилась…

– В общем, все мы были заняты и не смогли прибыть по первому зову матушки, – подытожила тетя Ирана.

– Правда, мама не написала в письме подробностей, – вздохнула тетушка Горана.

– Вот-вот! И вы, если бы сразу нам все рассказали, – начала Лисса, но я ее перебила:

– Так почему вы решили, что у вас есть брат?

– Мы знали, что матушка всю жизнь искала способ избавить семью от своего проклятия. Когда наш отец, ваш дедушка, погиб, то наша матушка, все бросив, занялась только этим вопросом, – сказала тетя Горана.

Мы с волнением ожидали дальнейшего рассказа, и маменька продолжила:

– Так вот, когда мы все прибыли в Бейруну, то обнаружили лишь могилу матери. Мы знали, что она снимала комнату в небольшом пансионе на окраине города. Когда нашли этот пансион и пришли туда за вещами, а заодно и узнать, что же все-таки случилось с родительницей, то оказалось, что все постояльцы, которые снимали жилье в одно с мамой время, поспешно съехали. Нам это показалось странным. С трудом нам удалось разговорить хозяйку. Она и поведала нам, что мама пришла к ней, будучи уже беременной. Добрая женщина приютила ее. Еще хозяйка рассказала нам, что мама очень ждала нас, ужасно боялась родов и кого-то еще, повторяя одну и ту же фразу: «Он не простит, он мне не простит».

Роды у матушки наступили раньше срока, и они были очень тяжелыми. Хозяйка помогала. Помнится, что она упоминала о том, что той ночью разразилась страшная гроза, в разгар которой прибыли новые постояльцы. Один из них отправился к роженице, выпроводив хозяйку, которой вдруг почему-то неимоверно захотелось спать. Утром содержательница пансиона обнаружила, что ваша бабушка мертва, младенца нет, зато есть записка и деньги на похороны. Вот и все, что нам удалось узнать.

Мы озадаченно посмотрели друг на друга.

– А был ли мальчик? – озвучила я. – Может, родилась девочка?

– А те постояльцы убили бабушку? – азартно предположила Лисса.

– Как они выглядели? Что вам сказала хозяйка? – деловито спросила Йена.

– Это самое странное в этой истории! Никто не сумел разглядеть новоприбывших. Они были в длинных плащах с капюшонами, закрывающими лица.

Мы снова переглянулись.

– А почему бабушка отправилась именно в Бейруну? Вы не знаете? – осведомилась я.

Маменька покачала головой.

– Я думаю, что это были эльфы, – уверенно заявила Тинара.

– Точно! Они и ребенка забрали! – согласилась с ней Лиссандра.

– Сколько можно повторять? Эльфы поклялись не причинять вреда нашей семье! – возмущенно напомнила тетя Горана.

– Тогда почему те, кто пришли, скрывали свои лица под капюшонами? – подозрительно осведомилась Тинара.

– Мы думали над этим вопросом, – сообщила родительница, а тетя Ирана подхватила:

– И пришли к выводу, что отцом ребенка является кто-то из известных в империи людей, которому не нужна была огласка.

– Возможно, он даже был женат, – добавила тетя Ратея.

– Да-а уж! Очередная загадка: вроде как младенец был, а вроде как и нет, – подытожила Лиссандра.

– И нам остается тоже родить девочек, – заметила я.

– Но эльфам сын нужен! – напомнила Йена.

– Тогда что нам делать? – слегка испуганно спросила Латта.

– Пока ничего! Ждать будем. Когда Эльлинир с выбором определится, тогда и решим, – ответила матушка.

Все замолчали, обдумывая услышанное. И меня вдруг осенило:

– Погодите! Так получается, что Эльлинир тоже потомок эльфа-некроманта? И родственник Белеринора?

– Его сын, только рожденный вне брака, – ответила маменька.

– Как так? Ведь эльфы очень щепетильны в семейных вопросах? – удивилась рыжая.

– Здесь все сложно. Матерью Эльлинира является приемная дочь Владыки, а точнее, дочь жены от первого брака, –
Страница 27 из 34

ответила тетушка Горана, – и мало кто знает, что сам Владыка развелся с первой женой и женился на другой.

– Развелся? Это как? – не поняли мы.

– Говорят, что такое позволили боги, расторгнув свадебные обеты!

– Дела-а, – протянула Йена.

– Так бывает? – изумилась я.

Родительницы лишь развели руками.

– Нилия, это был твой вопрос? Или ты хочешь узнать о чем-то другом? – спросила тетя Ратея.

– Погодите, – спохватилась маменька, – давайте перенесем разговор на завтра, а то время позднее, а Оршан гневается, когда мы засиживаемся до ночи.

Тетушки согласно закивали, мы смирились и с нетерпением стали ожидать завтрашнего дня.

Следующим утром разговор продолжился, и я смогла задать свой вопрос:

– Скажите нам, причастны ли эльфы к убийству прабабушки и прадедушки? И как так получилось, что дочь Мирисиниэль вышла замуж за темного?

– Замуж дочь Мирисиниэль вышла по любви. Да и не случаются в нашей семье браки без нее, жаль только, что и долголетием они не отличаются, – с грустью поведала тетя Ирана.

– К тому же он был простым лесным колдуном, которого, впрочем, боялись все окрестные жители. Но и с серьезными проблемами шли лишь к нему, – вступила в разговор матушка.

– Только не говорите, что Лиссандра, ну та, дочь Мирисиниэль, в честь которой меня назвали, тоже обратилась за помощью к этому колдуну, – прервала рыжая.

– Хорошо, не скажем! Та Лиссандра познакомилась со своим будущим мужем случайно, – ответила тетушка Ирана.

– Она собирала в лесу ягоды, – пояснила маменька, – и ее укусила змея, а колдун, случайно оказавшийся рядом, спас девушку.

– Угу! Вот я думаю, что змею он сам и натравил на прабабушку, – буркнула я.

– Ой! Ну почему в твоем понимании, если человек владеет темным даром, то он обязательно злодей? – возмутилась тетя Ратея.

– Это так и есть!

– Тогда вспомни, что плохого ты слышала о своем прадедушке? – осведомилась матушка.

Я задумалась, сестры тоже.

– Вот и поразмыслите на досуге, все люди разные, и среди светлых немало лиходеев!

Я махнула рукой, а Йена спросила:

– Так что же случилось с первой Лиссандрой и ее мужем?

– Толком никто из нас не ведает, что произошло, – отозвалась маменька, – известно, что эльфы охотились за венцом, а наши бабушка с дедушкой его прятали, при этом дедушка навеял на венец заклятие – если хоть один эльф приблизится к артефакту ближе чем на сто шагов, то венец его убьет.

– И что случилось? – не выдержала Латта.

– Вот тут новая тайна! Вроде бы эльфы приблизились к домику колдуна, и заклятие сработало, жилище рухнуло, похоронив под обломками Лиссандру и ее мужа, – поведала тетя Горана.

– Есть еще другая версия, – добавила матушка, – будто окрестные жители, испугавшись нашествия эльфов, убили Лиссандру и ее колдуна…

– А есть еще одна версия, третья, – вклинилась тетушка Ирана. – Кто-то из местных то ли под заклятием, то ли за деньги по требованию эльфов убил колдуна, а заодно и Лиссандру. Ведь всем известно, что после смерти хозяина действие заклятия исчезает.

– Ой! Ну почему в нашей семье все какие-то тайны и загадки? – всплеснула я руками. – Никто толком ничего не помнит и не знает! Хоть бы записывали, что ли…

– Хорошая идея! – улыбнулась тетя Ратея. – Вот и займитесь!

– Уже, – кивнула Лисса и пояснила: – Я дневник веду.

«А неплохая идея. Пожалуй, и я займусь этим делом. Буду записывать свои мысли и все события, происходящие со мной», – подумала я.

– И что случилось после? – отвлек меня от раздумий голос Йены.

– По какой-то неизвестной нам причине тогдашний Владыка эльфов, отец Мирисиниэль, принес клятву о непричинении вреда роду своей дочери, то есть нам всем. И как вы знаете, если клятву приносит Владыка, то она распространяется и на весь его народ.

– Это мы знаем, но теперь у эльфов другой Владыка, – ответила Тинара.

– Он брат Мирисиниэль, который, по всей видимости, очень любил сестру, поэтому не только повторил клятву, но и закрепил ее договором безвременья.

– Все интереснее и интереснее, – задумчиво проговорила я.

– Странное дело, – согласилась со мной Йена.

– Да в нашей семье все странно, – начала Лисса, но Тинара ее перебила:

– Зато не скучно!

– Кто-то заскучал? – тут же осведомилась маменька.

– Похоже, что мы неправильно воспитываем своих дочерей, – протянула тетя Горана.

– А нас самих как воспитывали? Разве по-другому? – отозвалась тетушка Ратея.

– Точно так же, а зря! – снова ответила Горана. – Вот шили бы приданое лет с четырнадцати, как и положено, так, может, и наших девочек на приключения бы не тянуло?

– Ой, вспомни себя в их годы! Хотелось ли тебе дома сидеть? Так и со скуки умереть можно! – проговорила Ратея.

– Со скуки еще никто не умирал! – возмутилась матушка. – А тот метод воспитания, которым пользуются в нашем семействе на протяжении веков, приводит к весьма непредсказуемым последствиям!

– Не нагнетай!

– А разве Лекана не права? – поддержала маму тетя Горана. – Вот где в данный момент находится твоя дочь?

Тетушка Ратея, прищурившись, посмотрела в нашу сторону.

Я бегло осмотрела кузин. Похоже, что все они лихорадочно придумывали оправдания. Ситуацию спасла Йена.

– Теперь моя очередь задавать вопрос! – выпалила она.

Родительницы переглянулись, а тетушка Горана угрожающе сказала:

– Задавай уже, а после и мы вас кое о чем спросим…

– Скажите, вы думали над тем, как можно избежать брака с эльфом?

Родительницы задумались, потом маменька произнесла:

– Думали… и решили, что венец искать нам все равно придется, а вот брака избежать… мм…

– Есть способы, но мы пока не решили, какой из них можно использовать, чтобы был результат, – изрекла тетушка Ирана.

– Значит, без свадьбы не обойтись?

– А вы вспомните, как точно звучала ваша клятва? Было ли там хоть слово о свадьбе? – Тетя Горана пристально взглянула на нас.

Я задумалась, сестры тоже.

– Точно! – воскликнула Лисса. – Там просто о выборе речь шла. То есть мы должны просто принять выбор Эльлинира, а замуж можно не выходить?

– Не совсем так, но лазейку при желании найти можно будет. Время есть, мы подумаем, – слегка охладила наш пыл тетя Ирана.

– Мам, – полюбопытствовала я, – а вами эльфы интересовались?

– Еще как! Да и вашей бабушкой они тоже интересовались!

– Но мы были не настолько глупы и самонадеянны, чтобы позволить эльфам загнать себя в ловушку! – ехидно добавила тетушка Ирана.

Я скривилась и ответила:

– Мы осознаем всю серьезность своей ошибки. И тоже будем искать выход из сложившейся ситуации.

– А что, есть выбор? – язвительно заметила маменька.

– Уже нет, – вздохнула я.

– К чему заранее страдать? – произнесла тетя Ратея. – Венец у Этель, и, когда она вернется, можно будет просто подарить его эльфам.

Мы с кузинами обменялись мрачными взглядами. Родительницы, узрев наши переглядывания, тоже посмотрели друг на друга, и тетушка Ирана не замедлила озвучить:

– Может, мы чего-то не знаем?

Я взглянула на сестер: младшие не сводили взора с меня, Йена и Лиссандра искали что-то интересное на полу, пришлось взять на себя смелость
Страница 28 из 34

и ответить:

– Вы ведь знаете, что венца у нас нет так же, как и у Этель!

– Осведомлены, – кивнула маменька, – но батюшка считает, что венец у Этель, а вы знаете, где она прячется.

Так как кузины по-прежнему безмолвствовали, я продолжила:

– Мм… это не совсем так. Мы только слышали, что Мелина упоминала о каком-то своем убежище в Рудничных горах, но конкретное место мы не знаем.

– Ясно.

– Значит, будем ждать, когда Этель сама о себе сообщит!

– Теперь мой вопрос! – в нетерпении выкрикнула Тинара. – Что вы скажете про мой второй дар?

– Да! И у Этель тоже обнаружился второй дар, – спохватилась Лиссандра, – что вы об этом думаете?

Родительницы как-то странно переглянулись между собой, и тетушка Горана со вздохом ответила:

– Наследство ир Озаронов…

– А что с ним не так было? – удивилась Лисса.

– Вы должны помнить семейные хроники. Такие имена, как Мэша и Лексиус, вам что-нибудь говорят? – сведя брови, спросила матушка.

– Это ты про разбойницу и убивца? – уточнила я.

Старшие молча кивнули.

– Так, а при чем тут мой дар? – возмущенно возопила Тинара.

– Это у ир Озаронов было по два проявления магического дара, – несколько рассеянно пояснила тетя Горана, а маменька добавила:

– Так что ничего плохого в двойном даре нет!

– Да и у вашей бабушки тоже было два проявления дара, – вспомнила тетушка Ирана.

– Так что когда придет твое время поступать в академию, Тинара, то будем решать, на какой из факультетов тебя определить. Впрочем, если захочешь, то можешь сразу два окончить, так же как и бабушка.

– А пока, – улыбнулась Горана, – я тебе расскажу об основах дара построения иллюзий.

– И все-таки, девоньки, остальные, наблюдайте за собой – вдруг обнаружите у себя какие-то необычные способности, – озабоченно добавила тетя Ратея.

– Это как у меня? – исподлобья поинтересовалась я.

– Вроде того… или еще что-нибудь очень необычное и странное, – отозвалась матушка.

– Вы ничего от нас не утаиваете? – подозрительно осведомилась рыжая.

– Ничего стоящего! – слишком быстро ответила тетя Ирана.

Мы с Лиссой и Йеной переглянулись, но промолчали, решив отложить этот вопрос на более подходящее время.

Все в ожидании посмотрели на Латту, она кивнула и задала свой вопрос:

– Можно ли доверять тому, что рассказала нам госпожа ир Форено?

– Расскажите подробнее то, что услышали из ее уст, – попросили родительницы, и мы, перебивая друг друга, передали некоторые сведения, полученные от темной.

Когда мы закончили, старшие в очередной раз мрачно переглянулись, и тетушка Ирана проговорила:

– В основном все верно, да и мы слышали, что Мелина и наша матушка дружили. Но о саламандре ничего не знали так же, как и о том, что Ратея нам не родная.

– М-да, – горько усмехнулась наша воительница, – никогда бы не подумала, что я дочь самой страшной колдуньи Норуссии.

– Главное, ты наша родня, а остальное не важно, – заметила маменька.

– Мы все равно сестры, хоть и двоюродные, – добавила тетя Горана.

– Все мы мир Лоо’Эльтариус! – кивнула Ирана.

– Меня вот другое волнует, – задумалась маменька, – почему нам наша матушка ничего не рассказала о пророчестве, касающемся наших дочерей?

– Здесь все ясно! – хмыкнула я.

– Вот-вот, – поддержала меня рыжая, – зная об этом, вы бы никогда не приехали в Крыло и уж тем более не позволили нам попасть на семейное кладбище!

Родительницы понимающе переглянулись, и тетя Горана едко ответила:

– Это уж точно! Будьте уверены!

– Одно радует, – резко сменила тему Ратея, – эльфы не найдут мою дочь в Рудничных горах.

– Лишь бы мы ее нашли, – напомнила тетушка Ирана.

– Зачем? – искренне изумилась Ратея. – Захочет, сама найдется!

– Ладно, – матушка как-то очень любезно кивнула, – вы нам вот что скажите, что вам Мелина поведала о том, где находится венец. Ведь нам вы сообщили, что артефакта в могиле не было.

– Ой-ей! – вскинулись Йена и Тинара.

– Да не знаем мы, где венец, – резко созналась Лисса, а я решила пояснить:

– Вернее, бабушка передала нам через Мелину какой-то стих, который нам поможет в поисках этого украшения.

– С каждым осеем все интереснее и интереснее становится! – пробормотала тетушка Ратея.

– Что за стих? – деловито осведомилась маменька.

– Ну-у, – задумчиво протянула я, – там вроде надо пойти в имение…

Я в поисках поддержки посмотрела на кузин.

– Ага! Точно! – кивнула Латта. – Там было про имение.

– Там нас кто-то должен ждать, – неуверенно произнесла Тинара.

Мы молча переглянулись, стараясь припомнить стих, рассказанный Мелиной.

– Кто? – поторопила нас тетя Ратея.

– Сторож? – нерешительно предположила Йена.

– Не-эт, – так же ответила Лисса.

– Может, страж? – призадумалась я.

– Нет! Все не то! – покачала головой Йена.

– Вы хотя бы попытались запомнить? Или просто послушали и благополучно забыли? – возмутилась тетушка Горана.

– Нам не до этого было, – запальчиво ответила ей Йена.

– Так кто вас будет в имении ждать? – строго напомнила тетя Ирана.

– Кто-то, – с любезной улыбкой отозвалась рыжая.

– Кажется, мы должны прийти к кому-то, – изображая бурную мысленную деятельность, сообщила я.

– И он там не один должен ждать! – вспомнила Тинара.

– Да! Их там много! – старательно закивала Лисса.

Матушка страдальчески закатила глаза, тетя Ратея поспешила уточнить:

– Они что-то должны вам передать? Может, венец? Давайте вспоминайте!

Мы с кузинами усиленно пытались припомнить стих, у меня, как назло, не получалось этого сделать. Сестры тоже молчали. Родительницы уже начали злиться, но выразить свое недовольство не успели, в библиотеку, где мы беседовали, вошел батюшка. Он прямо с порога спросил:

– Наговорились уже? Я время обеда из-за вас пропустил! Что решили? И пойдемте уже поедим!

– Я все расскажу, – маменька улыбнулась папеньке.

– Ладно, пойдемте в трапезную, – вздохнула тетушка Горана.

Взрослые стали выходить из библиотеки, видимо давая понять, что разговор на сегодня закончен. В дверях тетя Ирана оглянулась на нас и угрожающим шепотом проговорила:

– Вспоминайте стих! Это в ваших же интересах!

Мы с кузинами виновато потупились и решили пойти за родителями, так как тоже устали от разговоров, а еще нам не мешало бы осмыслить полученные сведения.

Ночью мне не спалось. Я ворочалась с боку на бок и пыталась считать белых овечек на белоснежном поле.

– Одна овечка, две овечки, – я не забывала представлять каждую из них, – три, четыре… десять, одиннадцать… сорок…

Я закрыла глаза и увидела как наяву: зима, искристый снежок, сорок белых овечек. А куда они смотрят? На снег? На небо? Или, может, друг на друга смотрят? Этакие смотрящие овечки. Смотрящие… мм… где-то я уже слышала это слово… О Луана! Конечно же! Смотрящие! Именно они упоминались в стихе бабушки. Смотрящие должны открыть тайну, где находится венец Мирисиниэль!

Я как ужаленная вскочила с кровати, накинула на плечи легкую шаль и бросилась к Лиссандре. По пути заскочила к Йене, разбудила ее и велела подойти в комнату рыжей.

Собрались быстро.

– Что случилось? – зевала Лисса
Страница 29 из 34

и с укором смотрела на меня.

– Я вспомнила то, о чем говорилось в стихе! – волнуясь, поведала я.

– Ого! – Воодушевленные кузины перестали зевать и переглянулись между собой, но ответить ничего не успели.

Раздался осторожный стук в дверь, а после в открывшуюся щелку заглянули любопытные лица младших сестер.

– К вам можно? – робко поинтересовалась Латта.

– Заходите, раз пришли! – кивнула Лиссандра.

Младшие проскользнули в комнату и удобно устроились на кровати.

– Давайте рассказывайте, что случилось? – потребовала Латта.

– С чего вы решили, будто что-то случилось? – решила повредничать я.

– Да ладно тебе! Ты так топала по коридору, что я решила, будто пожар начался! – ядовито ответила Тинара.

– Я не топала, а тихо пробиралась к Лиссандре!

– Не топала она! Латта вот тоже проснулась!

– Лишь бы родители не проснулись, – забеспокоилась я.

– Они и не ложились еще, все в библиотеке собрались. Видимо, про нас говорят, – откликнулась Латта.

– Вот-вот. Все, – Тинара выделила это слово, – собрались, а вы нас не позвали! – В голосе младшей послышалась обида.

Мы с Йеной и Лиссандрой переглянулись, потом я попыталась оправдаться:

– Я думала, что вы спите, вот и не хотела вас будить!

– Лиссу с Йеной ты не побоялась разбудить! – уперла руки в бока Тинара.

– Хватит! Не будем ссориться. Раз уж пришли, то слушайте, – осадила нас Лиссандра, а Йена спросила:

– Нилия, что ты там про стих вспомнила?

Все сестры заинтересованно посмотрели в мою сторону.

– В стихе упоминаются какие-то Смотрящие, которые должны открыть нам тайну.

– Хм, – задумалась рыжая, – теперь и я что-то подобное припоминаю.

Остальные просто кивнули, а Латта простодушно изрекла:

– А Смотрящие – это кто? Те, кто смотрит?

Мы с Лиссандрой посмотрели друг на друга, а Йена ответила:

– Кто бы знал, кто они такие и за кем смотрят.

– Может, мамки знают? – предположила Тинара.

– Спросим…

– А пока давайте обсудим то, что узнали за эти дни, – предложила Йена.

– Да-а, – ответила я, – столько новостей. Что вы о них думаете?

– Сведений много, – согласилась рыжая, – я уяснила только одно, что кому-то из нас все равно предстоит стать избранницей Эльлинира. По крайней мере, придется быть ей до свадьбы. То есть кому-то предстоят два обручения с эльфом.

– Угу! – удрученно вздохнула я. – Клятву советнику дали…

– И если вспомнить желание эльфов получить наследника от этого брака, то становится совсем нерадостно! – хмуро изрекла Йена.

– Да уж точно ничего хорошего!

– Значит, надо родить девочку! – простодушно предложила Латта.

– Если бы еще знать, как это сделать! – скривилась Лисса.

– Так ведь мамки скажут.

– И венец искать все равно придется, – напомнила я.

– И это мы знаем, – вздохнула Йена.

– Хватит вздыхать! – ответила Тинара. – Нас много, все вместе что-нибудь придумаем!

– Сколько же тайн в нашей семье! Хоть бы одну разгадать, – заметила я.

– С чего начнем? – азартно спросила Лиссандра.

– С венца, наверное, – повела плечиком Йена.

– Точно! Завтра можно прямо с утра отправиться в имение и поискать Смотрящих! – зацепилась за идею Тинара.

– Знаете, девчонки, что я думаю? – внимательно глядя на сестер, спросила я.

Все воззрились на меня, и я продолжила:

– Я считаю, что поиски венца пока подождут. Ведь нас троих ждет академия. Нам осталось провести в Крыле всего две седмицы, а дальше поездка в Славенград.

– Тогда мы без вас найдем венец, – насупилась Латта.

– Девчонки, Нилия права! Мы скоро уедем в столицу, так что давайте не будем ссориться, – попросила Лисса.

– Уедете вы, а мы здесь останемся, – упрямо заявила Тинара.

– Вот пока мы в столице, вы можете погулять по имению, а эти две седмицы давайте проведем все вместе, – грустно улыбнулась я.

– Точно! – поддержала меня Йена. – Мы же с вами увидимся лишь в конце лета, а потом распрощаемся до следующего года. И даже на зимних каникулах домой не приедем. Нас же в Астрамеаль пригласили.

Наша троица дружно вздохнула, младшие прониклись.

– Неужели все так грустно? – посмотрела на меня Тинара.

– Нет, – покачала я головой. – По крайней мере, в столицу мы отправимся на летучем корабле, – мечтательно прикрыла глаза.

Вблизи никто из нас не видел это эльфийское чудо. Только высоко в небе иногда показывались летающие красавцы-парусники, да и обычные ладьи плавали по полноводной Литке. Летучие корабли мы видели лишь на рисунках в книгах, а тут полет… только подумать! В нашей империи не строили своих летучих кораблей, а закупали у эльфов, которые считались мастерами этого дела.

– Да-а, – послышался голос Лиссандры, – уже в конце месяца мы отправимся в Лимань. Это самый близкий город, где есть пристань летучих кораблей.

– Нас возьмут посмотреть на это чудо? – жалобно поинтересовалась Тинара.

– Мы попросим, – ободряюще улыбнулась я.

Последующие дни пролетели быстро. Никаких важных событий или разговоров не было. Нас, старших сестер, заставили готовиться к вступительным экзаменам, да и работу в лаборатории для меня никто не отменял. И вот незаметно наступил день моего рождения.

Я проснулась солнечным летним днем в превосходном настроении. В комнате уже стоял букет моих любимых полевых ромашек. Это Леля наверняка постаралась.

Вниз спустилась в предвкушении праздника, ведь семейство, наверное, подготовилось. Мои надежды оправдались! Я вбежала в трапезную, и со всех сторон послышались поздравления. Батюшка преподнес огромный букет эльфийских розарусов. И где только достал в нашей глуши? Нежно-розовые бархатные цветки на длинном бирюзовом стебле с мелкими листочками. Эти шикарные цветы встречались крайне редко, а их особенностью было то, что во время роста стебли густо покрывали колючки, но они опадали при срезке. Поэтому они считались великолепным и очень дорогим подарком.

– Ты сегодня стала еще на год ближе к совершеннолетию, дочка, – начал произносить поздравительную речь папенька, – сегодня день твоего шестнадцатилетия. Возраст поступления в академию, и я желаю, чтобы ты смогла легко преодолеть все вступительные испытания! Только подумать, шестнадцать лет! А ведь еще совсем недавно была малюткой!

Батюшка порывисто обнял меня.

Далее настала очередь матушки:

– Сегодня, дочка, тебе исполняется шестнадцать лет! Это возраст перемен! Как и сказал твой батюшка – это возраст поступления в академию, возраст начала самостоятельной жизни вдали от нас! Я желаю тебе новых свершений, успехов в учебе, надежных друзей! Удачи, моя девочка! Пусть Шалуна тебя не забывает!

Мы обнялись. Далее прозвучала песня о веселом дне рождения в исполнении всех родственников, я подпевала вместе со всеми:

Веселого, веселого, веселого

Дня рождения тебе веселого!

И настроения тебе веселого,

И всего-всего тебе веселого!

Все смеялись и радовались планам на день. После поздравления перед завтраком следовал традиционный в такой день отдых и праздничный ужин вечером, где мне и подарят главные подарки.

После завтрака ко мне подошел домовой, который служил у нас дворецким. Нечистик обратился
Страница 30 из 34

ко мне:

– Младшая госпожа, мы присоединяемся к поздравлениям.

Затем он протянул мне небольшую коробочку. Там находилась красивая витая цепочка.

– Спасибо, Тенгвин, – поблагодарила я. – И за цветы тоже благодарю!

– Мы рады, что вам понравилось, а вот это некоторое время назад передал для вас эльфийский гонец. – Дворецкий преподнес мне букет белых эльфийских розарусов и небольшую коробочку.

При виде подарков я недовольно скривилась, но поблагодарила Тенгвина еще раз. Домовые в нашей семье были не просто слугами, они служили много лет нашему семейству, заключив с батюшкой соглашение о найме.

Принесла подарки родителям. Они настороженно оглядели их.

– Может, вернем? – предложила я.

Родители переглянулись между собой, а затем посмотрели на тетушек. Ирана задумчиво произнесла:

– Обидится еще, как-никак жених… возможный…

– Давай открывай уже! – с любопытством произнесла Лисса.

– Сама бы приняла такой подарок? – ехидно осведомилась я.

– Когда был мой день рождения, то Эльлинир еще не числился у нас в женихах! – ответила она.

– И у меня, но я бы открыла! Интересно! – воскликнула Йена.

Я нерешительно взглянула на родителей.

– Открывай, – махнул рукой батюшка. – Чего уж там бояться? Раньше опасаться надо было!

Я со вздохом распустила бант на светло-зеленой коробке, открыла крышку и увидела резную шкатулку, внутри которой лежал кулон из желтого камушка.

– Что это? – недоуменно нахмурилась я.

Остальные подошли ближе. Матушка достала подвеску и с пристальным вниманием оглядела ее.

– Вот это подарок! – прокомментировала тетя Ратея.

– Что это? – повторила мой вопрос Лисса.

– Амулет, – пояснила родительница.

– Какой именно? – поспешила уточнить я.

Батюшка тем временем обнаружил письмо, которое прилагалось к подаркам.

– Это амулет связи. Нилия, читай сама!

Я вгляделась в строки письма. Они гласили: «Террина Нилия, я, несмотря на свой скоропалительный отъезд, узнал о вашем дне рождения! Хоть я и не приехал поздравить вас лично, но смог передать этот небольшой презент. Амулет из алатырь-камня очень напоминает ваши глаза (я непроизвольно поморщилась). Это амулет связи, если решите, что желаете пообщаться со мной, то прикоснитесь к камню, и я отвечу, как бы далеко от вас не находился! Надеюсь на встречу. Эльлинир мир Тоо’Ландил».

– И что прикажете с этим делать? – недоумевала я.

– Как что? – захихикала Лиссандра. – Вот прикоснись к амулету и пообщаешься с эльфом!

– Просто мечтала в день своего рождения пообщаться с эльфом! – ядовито отозвалась я.

– Подарок в принципе неплохой, – проговорила тетя Горана, а Ирана, тщательно изучив амулет, добавила:

– Это самое обычное средство связи.

– Оставь, вдруг пригодится, – поставила точку в разговоре тетушка Ратея.

Я пожала плечами, а, зайдя в свою комнату, бросила подарок эльфа в один из ящиков комода.

Вечером состоялся праздничный семейный ужин. Василина по такому поводу испекла огромный торт со взбитыми сливками. Украшали его дорогостоящие эльфийские фрукты и ягоды. Я опять порадовалась – папенька расстарался! Вернее, мне хотелось бы думать, что свежие лакомства в начале лета все-таки оказались на нашем столе стараниями родителя, а не кого-то другого.

Были и шестнадцать свечей, и подарки, и поздравления, и шутки, и веселье. Я ощутила себя счастливой!

В конце, когда все уже устали и спешили разойтись по своим комнатам, ко мне с заговорщическим видом подошли Лисса с Йеной.

– Нилия, пойдем прогуляемся.

– Перед сном очень полезны прогулки на свежем воздухе! – многозначительно сверкнула глазами Йена.

– Я устала, – попыталась отказаться я.

Но меня не услышали и, подхватив под руки, вывели в сад. Последние лучи заходящего солнца окрашивали горизонт в теплые тона. Дул легкий ветерок и игриво пробегал по деревьям и цветам. Все было очень красиво. Мы ушли вглубь сада, там у одной из клумб был небольшой прудик, а рядом стояла скамья. Это было любимое место отдыха всего нашего семейства.

Мы подошли ближе, и со скамейки поднялся Ильян. В руках у него был простой букет из полевых цветов. И они показались мне прекраснее всех эльфийских розарусов вместе взятых! Кстати, букет Эльлинира отправился украшать кухню.

– Мы пойдем, – шепнула одна из кузин, но я даже не поняла, какая именно. Все мое внимание было сосредоточено на Ильяне.

Молодой человек подошел ко мне, и я оказалась не готовой к заразительной мальчишеской улыбке, которая появилась на его лице.

– С днем рождения, сударыня Нилия!

Ильян галантно поклонился и протянул мне букет. Кровь прилила к моим щекам, наверное, я покраснела, но взяла букет и пробормотала:

– Спасибо большое, сударь. Очень неожиданно!

– Это, конечно, не эльфийские розарусы, но подарок от всего сердца!

– Что вы? Они гораздо прекраснее розарусов! – слишком поспешно ответила я и, чтобы скрыть пылающие щеки, уткнулась лицом в букет.

Мы присели на скамью. Оба молчали. На улице было тихо, лишь ветерок слегка покачивал растения вокруг нас. Я посмотрела на небо. Было такое время, когда одна половина небосвода еще освещалась закатными лучами, а на другой уже появлялись первые звезды.

– Говорят, – произнесла я, чтобы прервать затянувшееся молчание, – если видишь в небесах первые звезды, то можно загадать желание. Начиная его словами: «Звездочка первая, звездочка ясная…», а дальше необходимо произнести то, что желаете… можно шепотом.

– У меня одно желание… – начал Ильян, повернувшись ко мне, но я его перебила:

– Давайте одновременно, но каждый про себя, загадаем желания?

Воин задумчиво посмотрел на меня, а затем кивнул. Через несколько ирн он спросил:

– Какое вы загадали желание, сударыня, если это не секрет? Вероятно, оно связано с поступлением в академию?

– Нет, – опровергла я, – в академию я и так поступлю, у меня другое желание…

– Это секрет? – вопросительно приподнял бровь Ильян.

Я решилась и тихо изрекла:

– Я загадала, чтобы вы на меня больше никогда не обижались. А если я вас чем-нибудь обидела, то…

Договорить я не успела, молодой человек порывисто схватил меня за руку и ответил:

– Я не обижался на вас, сударыня Нилия!

– Тогда где вы пропадали все это время? Почему я не видела вас с того самого званого вечера, когда вы собирались сделать мне предложение?

– Дела служебные, – грустно улыбнулся он, не отпуская моих рук. – Да и не обижался я. Просто загрустил немного…

– Отчего же? – поинтересовалась, втайне надеясь, что рук моих он не отпустит.

– Нилия, я никогда не был особо речист, поэтому не знаю, как вам объяснить свои чувства, да и не знаю, нужно ли это делать, – заволновался Ильян и отпустил мои руки.

– Объясните все как есть, – попросила я и сама прикоснулась к его руке.

Молодой человек улыбнулся:

– Знаете, какое желание я загадал?

– Хотелось бы знать, если это не тайна…

– Я попросил у звезды, чтобы вы, Нилия, вспоминали обо мне в своей академии хотя бы изредка.

Тут из моих уст вырвалось:

– Поцелуйте меня, Ильян!

Удивилась сама себе, но отступать я не собиралась и с ожиданием посмотрела молодому воину
Страница 31 из 34

в глаза.

Он несколько ирн неверяще глядел на меня, а затем его лицо приблизилось к моему, и его уста легко прикоснулись к моим. Я замерла.

Его губы нежно, словно играя, прикасались к моим, его руки обнимали мою талию, обдавая жаром. Мои ладони лежали на его груди, и я чувствовала, как бьется его сердце. Это было необычно и чудесно!

Ильян оторвался от моих губ. Он тяжело дышал и неотрывно смотрел на меня, его глаза потемнели.

– Чудесная ночь, не правда ли? – срывающимся голосом прошептала я.

– Да, – прохрипел он.

– Ой, смотрите, в пруду рыбки плещутся! – поспешила я отвлечь воина.

Он кивнул в ответ, не сводя с меня пристального взора.

Я положила голову ему на плечо, молодой человек обнял меня. Прикрыла глаза от приятного ощущения близости.

Так мы и просидели, даже не знаю сколько, но на дворе уже совсем стемнело и стало прохладно. Я поежилась. Ильян крепче обнял меня. Вздохнул и произнес:

– Вам пора возвращаться…

Я кивнула, но не пошевелилась. Он снова вздохнул.

– А вы будете обо мне вспоминать? – спросила я и выжидательно взглянула на собеседника.

– Всегда…

Я улыбнулась, поднялась со скамьи и, протянув ему руку, попросила:

– Проводите меня до дверей.

Ильян поднялся, взял меня за руку, и мы направились к терему.

Дойдя, остановились у двери, я, повернувшись к воину, прошептала:

– Помните обо мне, Ильян.

Он тихо ответил:

– Вас сложно будет забыть!

Затем мы снова поцеловались. Это был легкий и быстрый прощальный поцелуй.

– До свидания, сударыня Нилия. Пусть боги хранят вас!

Я лишь улыбнулась на прощанье и вошла в дом. Закрыла за собой дверь и, прислонившись к ней, мечтательно закрыла глаза.

– Ну, что было?

– Давай скорее рассказывай!

Послышались шепотки с двух сторон. Я открыла глаза и увидела Йену с Лиссой.

– Все было чудесно! – улыбнулась я. – Спасибо вам!

– А что мы? – захлопала глазами рыжая.

– Ильян сам ко мне вчера подошел и попросил устроить встречу с тобой, – поведала Йена.

– Давай рассказывай! – настаивала Лисса.

– Ага! В подробностях! – не отставала от нее Йена.

Я улыбнулась, прижала к себе букет и, шепнув:

– Звездной ночи, девочки! – устремилась к себе в комнату.

Там пристроила букет в вазу и благодарно произнесла:

– Спасибо тебе, Луана!

Засыпала я счастливой, успев помечтать перед сном. В моих мечтаниях главенствовал Ильян.

Дальнейшие дни до отъезда в академию пролетели незаметно. Ильяна я больше не видела. Йена узнала от Ждана, что помощник батюшки отбыл из Западного Крыла по государственным делам.

Грустить по этому поводу мне было некогда. Все готовились к отъезду. И вот наступил последний вечер перед нашим отбытием в Славенград. Обстановка дома была напряженной. Переживали все, но помалкивали. Вроде и говорить уже было не о чем, все сказано: и напутствия, и пожелания.

После ужина серьезные родительницы внесли небольшую шкатулку.

– Вот, – прокомментировала матушка, – это наш последний подарок перед вашим отъездом.

После этих слов она достала из шкатулки небольшой кулон в форме месяца из какого-то прозрачного камня. Тетушки Ирана и Горана вынули из ларца аналогичные подвески, только одна была из коричневого самоцвета, а другая – из зеленого.

– Это, – пояснила тетя Ирана, протягивая кулон Лиссандре, – амулеты связи. Вы можете общаться с нами и друг с другом. Мало ли что произойдет, и вы всегда сможете сообщить о себе.

– Да. У нас есть такие же, – тетушка Горана показала похожую подвеску синего цвета.

Вдруг я поняла, насколько все серьезно. У нас действительно начинается самостоятельная жизнь, где придется рассчитывать только на себя.

– Амулет активировать просто. – Маменька надела кулон мне на шею. – Просто сожмите подвеску в руке и представьте того, с кем хотите поговорить.

– Если же вы ощущаете жжение в том месте, где кулон соприкасается с кожей, то, значит, кто-то из нас хочет пообщаться с вами, – добавила тетя Горана.

– Нам такие подарят? – послышался обиженный возглас Латты.

– Всему свое время, – улыбнулась тетушка Ирана.

– Вот настанет ваша очередь поступать в академию, и вам сделаем такие же амулеты, – дополнила маменька.

Младшие недовольно переглянулись, но ничего не сказали.

– А у Этель есть подобный кулон? – спохватилась Лисса.

– Да, – подтвердила тетя Ратея.

– Тогда почему она ничего не сообщает о себе? – недоумевала Йена.

Тетушка Ратея пожала плечами и предположила:

– Может быть, ждет, когда вам амулеты выдадут и вы сами с ней свяжетесь.

– Кстати, попробуйте, если появится свободная лирна, – кивнула матушка.

Мы согласились с этим предложением, тем более что нам самим не терпелось опробовать подвески в действии. Это мы и сделали наступившей ночью. Наговориться, конечно, не успели, ночь оказалась короткой, и надо было хоть немного поспать. Связаться с Этель никому из нас не удалось. Решили не унывать и попробовать сделать это позднее.

Так закончился мой последний день в отчем доме перед отъездом в академию. Легла спать я в предвкушении завтрашнего путешествия на летучем корабле. Не расстраивало даже то, что нашим попутчиком должен был стать Эльлинир.

Глава 5

Утро встретило меня яркими солнечными лучами. Поднявшись с кровати, я отчаянно зевнула – сказалась прошедшая бессонная ночь. Но лениться мне не дали, в комнате тут же появилась Леля.

– Ужа встала? Это хорошо! Давай поторопись!

Завтрак прошел очень быстро и суматошно, потому что все спешили. До Лимани нам предстояло доплыть на ладье по Литке, а там уже наш путь пролегал к пристани летучих кораблей.

Из дома практически выбегали. Папенька ворчал и недоумевал, зачем нам всей толпой нужно ехать до Лимани. Мы поочередно, а то и все разом пытались ему объяснить, почему нам хочется побыть лишний осей всем вместе. С нами до Славенграда отправлялась лишь тетушка Ратея. С выбором батюшка был согласен: и компаньонка, и охрана в одном лице! Мы тоже не волновались по этому поводу, если что – тетя сумеет указать эльфам их место!

Всей шумящей гурьбой спустились со склона, где стояло наше поселение, к Литке. Там нас уже ожидала двухмачтовая красавица-ладья с прямыми парусами красного цвета, на которых была изображена яр-птица.

У причала стояли воины из гарнизона, среди которых был и Ильян. Они должны были сопровождать нас до Лимани. Мое настроение улучшилось, когда я посмотрела на Ильяна, а он слегка улыбнулся мне в знак приветствия. Я тут же вспомнила, что между нами было, и покраснела. Лисса и Йена, находящиеся рядом со мной, заметив это, тихонько захихикали. Я оставила их смех без внимания.

Воины загружали наш багаж, которого было немало. Впрочем, справедливости ради стоит заметить, что наших личных вещей было немного: всего три сундука, остальное же занимали склянки с настоями и прочие лекарские принадлежности, которые маменька отправляла в столицу.

Багаж занял свое место на ладье, и настала наша очередь подниматься на борт. Мне подал руку Ильян. И это было очень приятно и волнительно!

Путешествие по Литке было прекрасным. Живописные берега с зеленеющими деревьями, высокие косогоры, пытающиеся
Страница 32 из 34

достать своими верхушками до самых небес. Легкий ветерок развеивал дневную летнюю жару. Вскоре мы достигли Синих Овражков – небольшой деревеньки, расположенной между Западным Крылом и Лиманью.

Мы с сестрами сидели на скамьях, установленных на палубе, попивали прохладный ягодный взвар и разговаривали. Родительницы находились рядом и строго наблюдали за нами. Батюшка командовал воинами.

Спустя осей добрались до Лимани. Мы часто бывали в этом городе, поэтому привыкли и к каменным домам, и мощенным булыжником улицам. Еще несколько десятков лирн путешествия в карете, и вот пристань летучих кораблей. Собственно, пристанью это было назвать сложно. В незапамятные времена на окраине современной Лимани в земле образовалась глубокая впадина. Вот ее и приспособили для порта. Соединялась расщелина висячими мостиками, а ниже их уровня для безопасности была натянута магическая сетка, которую поддерживали местные маги. От этого хорошо было всем: и магам работа, и людям безопасно.

На пристани нас ждали эльфы. К кораблю проследовали лишь мы с родными и всего пятеро воинов, включая Ильяна.

Я крутила головой во все стороны, стараясь не упустить ничего.

– Рот закрой и веди себя прилично! Не маленькая! – одернула маменька.

Я опустила глаза. Что здесь скажешь? Летучие корабли я видела лишь издалека, а здесь вблизи, они были все настоящие! Красивые! Необычные!

Вскоре мы дошли до корабля, на котором нам предстояло добираться до Славенграда. Летун был прекрасен: светлая палуба, огромные белоснежные паруса, искрящиеся на солнце, на борту надпись на эльфийском языке, которая гласила: «Белая звезда». Я восхищенно замерла.

– Не глазей! – дернула меня за рукав Тинара.

– На себя посмотри, – беззлобно отозвалась я.

– Лучше попроси своего эльфа, чтобы пустил нас на борт, чтобы все посмотреть, – продолжила младшая.

– Он не мой! И ни о чем просить его я не собираюсь! – огрызнулась я.

– Не твой, так не твой, – примирительно ответила Тинара. – Твой вот сзади стоит и глаз с тебя не сводит.

Я оглянулась. Действительно, Ильян был позади нас и грустно на меня глядел. Заметив мой взгляд, он чуть улыбнулся. Я вздохнула и отвернулась.

– Все равно эльфа попроси, – прервала мою задумчивость младшая. – Ты же обещала!

– Я обещала, что уговорю родителей взять вас в Лимань. Это я выполнила!

– Но… – начала Тинара, но не закончила.

Нам навстречу с корабля по сходням спускался Эльлинир. Я оглядела его. Да, он был прекрасен, но не заставлял мое сердце восхищенно замирать. Я отрешенно оглядела его безупречный внешний вид: роскошные волосы, лукавые глаза, белоснежную рубашку и черный, с золотым шитьем камзол. Внезапно в голову пришла шальная мысль: а не жарко ли ему в черном в такой обжигающий зной?!

Я улыбнулась своим мыслям и с опозданием осознала, что в этот момент эльф смотрел прямо на меня! И – о Луана! Он улыбнулся в ответ. Йена с Лиссой изумленно посмотрели на меня. Я покраснела и отвела взгляд. Вредный эльф! Все делает не вовремя!

– Ай! – взвизгнула я, когда подошедшая Латта, прошептав: – Попроси его! – ущипнула меня за руку.

Тут на меня воззрились ВСЕ!

– Что случилось? – сверкнула глазами матушка.

Я ничего не успела ответить. К нам подошел Эльлинир. Поприветствовав всех, он обратился ко мне:

– Вы так рады меня видеть, террина Нилия?

– Нет! – выпалила я, но тут же осеклась.

На меня недовольно глядели старшие родственники.

– О боги! – простонала маменька.

Батюшка закашлялся, Йена с ужасом смотрела на меня, Лисса прижимала ладошки к щекам, а младшие прилипли ко мне с двух сторон и недовольно сопели. Сзади послышался какой-то шорох, и я интуитивно догадалась, что это подошел ближе и встал прямо за моей спиной Ильян. Лица матушки и тетушек вытянулись, а батюшка покраснел, видимо, от гнева.

Между тем Эльлинир ехидно прищурился и проговорил:

– Не желаете ли вы, террина Нилия, чего-нибудь у меня попросить?

«Это он о чем?» – подумалось мне, но тут Тинара еще крепче сжала мою руку, а в моей голове созрел план.

– Желаю, – покладисто согласилась я и покаянно опустила глаза.

– Чего именно? – Эльф весьма изящно приподнял бровь.

– Достопочтимый господин мир Тоо’Ландил, не будете ли вы так великодушны и не позволите ли моим младшим сестрам подняться на борт и осмотреть «Белую звезду», – скромно, не отрывая взгляда от своих туфель, произнесла я.

Несколько ирн было тихо. Я рискнула и подняла взор. Старшие кузины закатили глаза, матушка качала головой, тетушки хмурились, на батюшку смотреть я побоялась. Зато, набравшись смелости, поглядела на перворожденного. Эльф задумчиво рассматривал меня, а после спросил:

– Неужели вашим сестрам так сильно хочется подняться на борт?

– Очень, – прошептала за меня Тинара.

Латта просто кивнула.

– Вы извините их, господин мир Тоо’Ландил, – вклинился папенька, подходя к нам, – что с них взять, ведь неразумные дети еще!

Эльлинир, прищурившись, оглядел нашу троицу и медленно ответил:

– Что же, юные террины, я думаю, что смогу исполнить ваше желание. Идемте… – Он махнул рукой и направился к кораблю.

Мы не сдвинулись с места.

– Идемте! – в нетерпении повторил эльф, обернувшись к нам, а затем, оглядев всех, добавил: – Юные террины, приглашаю вас и ваших родственников на борт «Белой звезды».

Батюшка, бросив на меня недовольный взгляд, последовал за ним, далее к сходням направились тетушки и Лисса с Йеной. Матушка подошла к нам и знаком отправила младших следом за всеми.

– Что ты творишь? – обратилась она ко мне, когда мы подходили к лестнице с перилами, ведущей на борт.

– Я не специально, – попыталась оправдаться я.

– Надеюсь, – прошептала маменька. – И ты надейся, что эльф забудет об этом оскорблении!

– Да ладно тебе! Оскорбление! – отмахнулась я. – Они ради венца и не такое стерпят!

– Осторожнее, – напутствовала матушка. – Это двухсотлетний эльф, а не твой двадцатилетний поклонник.

Я замерла, а родительница продолжила:

– Кстати, ты и Ильяна чуть было не подвела. Я уж думала, что он за оружие схватится. Знаешь, что бы тогда с ним случилось из-за твоей глупости?

Я ойкнула и пообещала:

– Все, я поняла. Постараюсь больше не допускать подобных ошибок!

– Очень на это надеюсь. – Маменька еще раз внимательно оглядела меня.

Потом мы стали подниматься. Вниз я старалась не смотреть, хоть там и была натянута сеть.

Ступив на борт, я восхищенно выдохнула от удивления. Палуба корабля была просто великолепна! На полу лежали яркие ковры эльфийской работы, тут же были изящные резные скамьи, посередине поднималась лестница на мостик с узорчатыми перилами и деревянным штурвалом. Вверх взмывали мачты с белоснежными парусами, на одной из них была смотровая вышка.

Все восхищенно переглядывались, лишь батюшка был не совсем доволен. Улучшив момент, он подошел ко мне и с мученическим выражением на лице спросил:

– Доченька, ну что ты творишь?

– Я уже осознала всю важность своей ошибки… И я не специально.

– Надеюсь, что ты усвоила урок! Видимо, у эльфа сегодня хорошее настроение, хотя, по моему мнению, он просто что-то
Страница 33 из 34

задумал!

– Ясно что! Вернуть венец, – буркнула я.

– Будь осторожна, – предостерег меня папенька.

Прошло лирн десять или пятнадцать, и мы собрались в носовой части корабля. Я все-таки рискнула посмотреть вниз: там светилась магическая сеть. Вверху же было безоблачное небо.

– Сударь, сударыни, – обратился Эльлинир, – нам нужно отправляться в путь.

Настал момент прощания. Я быстро обнялась с тетушками, чмокнула в щеку Латту. Подошла к Тинаре, в ее глазах были слезы.

– Удачи, – прошептала она, – извини, если обидела.

Я покачала головой и обняла младшую сестрицу.

– Не грусти, скоро увидимся!

К нам подошли родители. Батюшка выглядел расстроенным.

– Ты это… сообщай о своих делах, девочка! – проговорил он и обнял меня.

Матушка тоже заключила меня в свои объятия и пожелала удачи.

– Мы тебя любим! И всегда ждем! – говорили родители.

Я всплакнула.

Провожающие медленно покинули палубу. Капитан занял свое место у штурвала, а затем послышались его указания команде, и «Звезда» пришла в движение.

– Вы можете подойти к борту, – сказал нам Эльлинир.

Мы с кузинами так и сделали, и я увидела родных и Ильяна. Причем он смотрел на меня так грустно и безнадежно, что у меня невольно защемило сердце и захотелось немедленно выйти замуж за этого юношу.

Интересно, что будет, если я попрошу остановить корабль и откажусь ехать в академию? Что сделает батюшка, если я захочу замуж за Ильяна?

– Даже не думай, – послышался шепот тети Ратеи.

– Я… э-э-э, – оглянулась я.

– У тебя все на лице написано, – ухмыльнулась тетушка.

Корабль поднимался все выше и выше, постепенно удаляясь от наших родных и близких, а когда пристань скрылась из глаз, мы отошли от борта. Я осведомилась у тети Ратеи:

– И что же вы прочитали на моем лице?

– Сама не понимаешь?

Я выжидательно смотрела на тетушку, и она уточнила:

– Ты так на него смотрела… Да не смущайся, я сама была молодой, поэтому все понимаю. Но мой тебе совет: забудь о нем! У тебя другая судьба!

Я задумалась, а кузины заинтересованно косились на меня, пришлось срочно искать новую тему для разговора. Пока я придумывала, к нам подошел Эльлинир.

– Сударыни?

– Господин мир Тоо’Ландил, – обратилась тетя Ратея к эльфу, – если вы позволите, то нам бы хотелось отдохнуть. Девочки переживают, и им просто необходимо поспать.

Эльлинир кивнул и пригласил проследовать за ним. Мы прошли внутрь корабля. Стены в коридоре были обиты деревянными резными панелями, а на полу лежал мягкий ковер. Эльф довел нас до одной из дверей, открыл ее и пригласил внутрь.

– Отдыхайте, сударыни, – сказал он.

Мы вошли и снова восхищенно выдохнули. Каюта была большой и очень светлой. Напротив двери располагалось большое окно с изящной решеткой, а прямо под ним стоял диванчик. Справа и слева были четыре кровати, также справа был большой комод с зеркалом и шкаф за дверью, а слева была еще одна дверца. Лисса тут же открыла ее.

– Ванная, – сообщила она.

– Удобно, – ответила Йена.

– Каюта, видимо, капитанская, только переделанная специально для нас, – догадалась тетушка.

Я подошла к окну, выглянула в него и замерла.

– Вы только поглядите! – позвала я.

Мы плавно летели, кругом расстилалась бездна, а далеко внизу проносились деревья, поля и домики. Людей заметно не было.

– Восхитительно, – прошептала Йена.

– Ага!

Спустя какое-то время тетя Ратея скомандовала:

– Хватит смотреть! Займитесь делом, почитайте книги, подготовьтесь к экзаменам, а я пойду и узнаю, собираются ли тут нас кормить!

Наши сундуки стояли в каюте. Обнаружив свой, я достала «Большой справочник травников» и села на кровать, расположенную недалеко от окна так, что мне был виден кусочек неба.

– Давай рассказывай! – Лисса присела рядом со мной.

– Мы ждем!

– Что рассказывать? – вздохнула я. – Кажется, я влюбилась.

– Ого! – округлила глаза рыжая.

– Что будешь делать? – полюбопытствовала другая кузина.

– Я слишком поздно поняла, что Ильян мне небезразличен. Поэтому остается только прилежно учиться в академии.

– А как же любовь? – возмутилась Йена.

– Если он меня любит, то дождется!

– Обязательно дождется! Видно, что Ильян тебя любит, – обняла меня Лиссандра.

– Не забывайте об эльфе, – оборвала наши радужные мечты Йена.

– Забудешь о нем, – буркнула я.

– Не грусти. Все будет хорошо! – не сдавалась рыжая.

– Давайте мы сделаем что-то очень важное? – с азартом предложила Йена.

– Что?

– Давайте поклянемся друг другу, что поможем той из нас, кого выберет эльф. Уж не знаю, как мы это сделаем, но уверена, что все вместе мы что-нибудь придумаем!

– Согласны!

– Давайте на крови поклянемся, – добавила Лисса.

Мы с Йеной кивнули в ответ.

– Вот, – рыжая сбегала к сундуку со своими вещами и достала нож, глядя на наши удивленные лица, Лисса пояснила: – После случая на кладбище решила взять с собой. Заколкой было неудобно кожу прокалывать!

Я сглотнула, а Лиссандра как ни в чем не бывало побежала в ванную, махнув нам рукой. Мы отправились следом за ней.

– Я начну, – сказала Лисса и, бесстрашно проколов ладонь, торжественно произнесла: – Я, Лиссандра мир Лоо’Эльтариус, клянусь в том, что буду всеми силами помогать своим кузинам Нилии и Йене и никогда не брошу их в беде!

Капля крови выступила на ладошке рыжей, а я протянула свою. Ирна – и на моей руке заалел порез. Я проговорила:

– Я, Нилия мир Лоо’Эльтариус, клянусь быть рядом, всегда и во всем помогая своим кузинам Лиссандре и Йене!

Осталась последняя из нас. Она подставила свою ладошку, а потом произнесла:

– Я, Йена мир Лоо’Эльтариус, клянусь заботиться и помогать во всем своим кузинам Лиссандре и Нилии!

Мы соприкоснулись ладонями так, чтобы кровь смешалась.

– Клянемся! – сказали мы еще раз все вместе.

Улыбнулись друг другу.

– Ой, а как мы кровь остановим? – спохватилась Лисса.

Затем она с надеждой посмотрела на меня. Я помотала головой.

– Все-таки, может, попробуешь? – осторожно спросила Йена.

– Даже не думайте! – отрезала я.

– Мы готовы рискнуть! – В глазах рыжей появился нездоровый интерес.

– Вы же знаете, какой из меня целитель! – горько ответила я.

– Кровь остановить как-то надо!

– Спокойно! У меня в сундуке в лекарском наборе есть подходящая настойка.

Девочки, переглянувшись, поняли, что спорить бесполезно. Все вместе мы бросились в комнату, на ходу доставая носовые платки, чтобы приложить к ранкам.

Я открыла сундук и попыталась одной рукой поискать нужную склянку. В самый разгар этого занятия в каюту вошла тетя Ратея.

– Вот заказала нам обед прямо сюда… Что с вами случилось?

– Тетушка, поищи настойку кошачьей лапки, – попросила я.

– Настойку из кого? – воззрилась на меня воительница.

– Растение такое – кошачья лапка, – нетерпеливо пояснила я.

Ратея прищурилась, но полезла искать лекарство. Вскоре она нашла нужную склянку и еще повязки достала.

Мы приложили смоченные в настойке повязки к ладошкам.

– Что вы здесь делали?

– Да так…

– Надо было, – глубокомысленно изрекла Йена.

– Раз надо, значит, надо! – серьезно кивнула тетушка.

Мы облегченно
Страница 34 из 34

выдохнули, если бы на месте Ратеи была кто-нибудь из ее сестриц, то мы бы так легко не отделались!

Солнечный луч игриво пробежал по лицу, легко коснулся очей и разбудил меня. Я посмотрела в окно: в прозрачном воздухе купались рассветные лучи, возвещая о том, что уже наступило утро. Плавное покачивание корабля напоминало о том, что мы движемся. Я с наслаждением потянулась, затем огляделась. Тетушка и обе кузины еще спали. Меня обуяла жажда деятельности, и я спустя пару десятков лирн вышла на палубу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/anna-rassohina/k-chemu-privodyat-devicu-nochnye-progulki-po-kladbischu/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.