Режим чтения
Скачать книгу

Красные браслеты читать онлайн - Альберт Эспиноса

Красные браслеты

Альберт Эспиноса

Альберт Эспиноса никогда не хотел писать книгу просто о раке. Вместо этого он поделился с читателями самыми трогательными, забавными, трагическими и счастливыми воспоминаниями своей жизни, надеясь, что другие люди, как здоровые, так и больные, почерпнут из них силу и энергию.

В тринадцать лет Эспиносе диагностировали рак, и следующие десять лет он провел по больницам. Ему ампутировали ногу, вырезали легкое и половину печени, а потом сказали, что он выздоровел. И только тогда он понял, что грустнее смерти лишь незнание того, как надо жить. В этой глубоко оптимистичной, трогательной и невероятной книге Эспиноса показывает, как обрел мир, где страх теряет смысл; где незнакомцы становятся твоими величайшими союзниками и где в самой безвыходной ситуации кроется возможность осуществить свои заветные мечты. Он рассказывает нам о том, как обрести гармонию даже перед лицом отчаяния, и показывает мир, где нет правил, – только открытия.

Альберт Эспиноса

Красные браслеты

Мечтать – значит верить; верить – значит творить.

Серия «Красные браслеты»

Albert Espinosa

EL MUNDO AMARILLO (THE YELLOW WORLD)

Печатается с разрешения издательства Penguin Random House Grupo Editorial, S.A.U. и литературного агентства Nova Littera SIA.

Перевод с испанского Николая Жарова

© 2008 Albert Espinosa

© Eloy Azarin, afterword

© Николай Жаров, перевод, 2015

© Юлия Межова, обложка, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2017

Я приглашаю тебя в амарильос – чудесный мир открытий, которые я сделал в течение десяти лет, пока боролся с раком. Кому-то может показаться странным, но во время болезни ощущаешь силу и радость жизни, изо дня в день ищешь и находишь что-то новое, как любой здоровый человек.

Прочитав книгу, ты войдешь в особый мир, узнаешь его, и главное – познакомишься с амарильос (в переводе с испанского – «желтыми»). Их объединяет не дружба и не любовь, но невероятная близость. Появившись на твоем жизненном пути, эти люди способны изменить его направление лишь начав говорить. Однако не буду забегать вперед: тебе придется прочесть всю книгу, чтобы научиться распознавать предназначенных тебе амарильос. Вероятно, я стану одним из них…

Понятие «амарильос» хранит незамысловатую истину: верь в мечты – и они станут явью, потому что действительность творит вера. Что же ты мешкаешь? Твои амарильос ждут тебя!

Вступление

Осторожно, сия книга есть душа Альберта – заглянешь в нее и не захочешь расставаться.

Душа Альберта как у Шерлока Холмса – такая же любознательная, а внешне он похож на доктора Ватсона. Полная небрежность в одежде наводит на мысль, что ее хозяин нарочно выбрал такой прикид: уж очень прикольный и отчасти игривый.

Одно из любимых занятий Альберта – наблюдать. Он без разрешения заглядывает в окна твоих глаз и получает всю нужную информацию. Его чувственный рецептор действует почти безотказно и определяет, чего ты стоишь, не хуже сканера на кассе супермаркета, моментально считывающего цену товара со штрих-кода на этикетке. А докопается до сути – будет знать о тебе больше тебя самого.

Альберт не раз побеждал в схватках со смертью, поэтому все, о чем он рассказывает, преисполнено жизнелюбием. Он торопится жить и готов обойтись без сна, но ни за что не откажется от новых ощущений и переживаний. Его мозг работает с головокружительной быстротой. Хочешь, чтобы он тебя выслушал? Поделись чем-то увлекательным, иначе будь краток.

Чтобы завладеть вниманием Альберта, не надо описывать ему свою жизнь: чуть погоди – и он сам ее постигнет. Это еще одно его любимое занятие.

Альберт любит провоцировать, но делает это с благими намерениями. На моей кинопробе для его нового фильма «Не проси меня целовать тебя, потому что я тебя поцелую» снималась сцена в воображаемом бассейне. Я недавно познакомился с Альбертом, и вдруг он неожиданно снял ножной протез; сделал это с таким невозмутимым видом, что я тут же взялся за свой, желая проверить, получится ли у меня то же самое. Вышло истерически. Я хотел изобразить спокойствие, но ситуация лишила меня душевного равновесия. Альберт все понял и с той же невозмутимостью, с какой отстегнул левую ногу, заговорил со мной на одну из насущных тем его киножизни – о мастурбации. Нас обоих зацепило. Я забыл о своей пробе и протезе и что передо мной режиссер фильма. Ко мне обращался коллега, и он говорил о чувствах, которые я сам разделял.

На вид Альберту лет тридцать, но на протяжении последних пятнадцати он заново переживает подростковый период. Вот откуда его свежесть и чистота. И вот почему он продолжает верить, что все, доступное воображению, осуществимо.

Могущество Альберта в том, что он никогда не сдается. В крайнем случае может пойти на сделку – обменять ногу и легкое на жизнь. Он научился терять с единственной целью обрести. И так становится еще сильнее, продолжает насыщаться жизнью. Пишет сценарии театральных постановок, полнометражных фильмов, телесериалов, повесть… И мастерски, с юмором рассказывает нам о драме, воссоздает в повседневной действительности наши несбыточные грезы. Убеждает нас в том, что нет другой инвалидности, кроме неспособности сопереживать, и что мы живем в обществе, в котором люди не умеют друг другу сочувствовать.

Альберт говорит о мире, доступном каждому и окрашенном в цвет солнца – желтый. Жаркий мир амарильос, где поцелуи могут длиться десять минут, незнакомцы превращаются в твоих верных союзников, физическая близость лишена сексуального подтекста, а любовь так же обыденна и насущна, как покупка хлеба; где страх теряет значение и смерть не есть то, что случается с кем угодно, только не с тобой; где нет ничего дороже жизни и все происходит так, как ты хочешь.

Сия книга рассказывает о том, что мы чувствуем и о чем молчим; о нашем страхе лишиться того, что имеем; о вечном познании самих себя и важности ежесекундно ценить в себе тех, кто мы есть. Долгой тебе жизни, Альберт!

Элой Асорин, актер

Источник моего вдохновения

Габриэль Селайя был инженером и поэтом. Я – инженер и сценарист. Вдобавок мы оба левши. В его стихотворении «Автобиография» есть что-то пронизывающее до мозга костей и пронимающее до кишок. Думаю, дело в том, что в этом стихотворении Габриэль создал целый мир, мир Селайи. А для меня нет ничего притягательнее людей, создающих миры.

Стихотворение состоит из одних запретов. Человеческая жизнь тоже. Этими запретами Габриэль Селайя отмечает этапы своей жизни. Если убрать запреты, нам откроется его мир. Или то, что должен представлять собой мир Селайи, по его разумению. Отбрось многочисленные «нет», запрещающие поступать так, как хочется, и перед тобой выстроятся в ряд сплошные «да». Мне нравится подобное восприятие жизни.

По образцу стихотворения Селайи я попробую написать мою книгу в четырех частях, которые, как предположил поэт, составляют жизнь любого из нас: «Для начала», «В продолжение», «Про жизнь» и «И на покой».

Если вы еще не имели удовольствия познакомиться с «Автобиографией» Селайи, можете сделать это прямо сейчас.

Автобиография

Не ешь левой рукой. Не клади локти на стол. Не вытирай рот ладонью… Это – для начала.

Извлеки квадратный корень из трех тысяч трехсот тринадцати. Где находится Танганьика? В каком году
Страница 2 из 7

родился Сервантес? Будешь болтать на уроке, получишь кол за поведение… Это – в продолжение.

По-вашему, инженер-стихоплет – это нормально? Делу время, культуре час. Будешь и дальше шляться с этой девкой – домой не приходи… Это – про жизнь.

Не будь идиотом. Не показывай свою дурь. Надо не так, а этак. Не пей. Не кури. Не кашляй. Не дыши… Правильно, не дыши! Сказать «нет» всем «нет» – и на покой. Умереть.

Габриэль Селайя

Зачем эта книга

Мне всегда хотелось рассказать о мире амарильос; о том, что я считаю своим миром; о мире, в котором обитаю я. Если ты хотя бы раз посмотришь снятый мною фильм, прочитаешь мой сценарий, познакомишься с одним из моих персонажей – в каждом случае соприкоснешься с частью мира амарильос. Он делает меня счастливым. Это мир, в котором мне хорошо жить.

Еще я всегда хотел написать книгу, но до сих пор мне предлагали темы вроде: «Как победить рак» или «Как выжить, болея раком». Для меня совсем неинтересно. Чтобы победить рак, нужна не книга. Если бы кто-то написал подобное, мне кажется, он выразил бы пренебрежение ко всем, кто борется с раком; ко всем, кого я узнал за годы, проведенные в больнице. Нет хитрых методов победить рак, никакой секретной стратегии. Надо лишь ощущать свою силу, укреплять сопротивление и следовать дельным наставлениям.

Вот почему заманчива идея поделиться уроками, которые мне преподала болезнь, и опытом их применения в обычной жизни. Именно об этом я постараюсь рассказать в «Амарильос». По моему убеждению, рак подобен живому существу; сражаясь с ним, не расслабишься. Нужно постоянно работать головой и усваивать многочисленные уроки. А когда недуг повержен, и ты возвращаешься к жизни, они тоже могут пригодиться.

Однако не следует воспринимать мою книгу как учебник самопомощи: лично я не слишком в нее верю. Эта книга, скорее, представляет собой сборник решенных задач и полезных упражнений. Но прежде всего это повествование о понятии «амарильос». Надеюсь и желаю, чтобы, прочтя книгу, ты начал искать своих амарильос. Для меня это лучшая награда.

Сейчас лето, и не слишком жаркое. За окном – ночь, но не очень темная. На культю моей левой ноги надет протез – тот, в котором я хожу дома. Передо мной – стакан с очень холодной кока-колой, и я знаю, что настало время воплотить на бумаге мои мысли о мире амарильос…

Эти строки я пишу в конце сентября, после завершения книги (редактирую текст). Холодно, идет дождь; я снимаюсь в короткометражке маэстро Карлоса Альфайята «Пункт назначения – Ирландия». Чувствую, как бежит время, и с каждым днем все ближе момент рождения книги.

Надеюсь, прочитав ее, ты присоединишься к нам, амарильос. С любыми предложениями, пожеланиями и вопросами обращайся ко мне на

albert19@telefonica.net

Альберт Эспиноса

Июль – сентябрь 2007 года

Для начала

Мир амарильос

Не ешь левой рукой. Не клади локти на стол.

Не вытирай рот ладонью… Это – для начала.

    Габриэль Селайя

Как родилась эта книга

Происходит она из рака. Мне нравится слово «рак». Даже слово «опухоль». Звучит жутковато, но вся моя жизнь связана с двумя этими словами. И мне никогда не казалось ужасным произносить «рак», «опухоль», «остеогенная саркома». Вместе с ними я стал таким, какой есть, и мне нравится произносить их вслух, провозглашать во всеуслышание. Уверен: пока не привыкнешь к этим словам и не превратишь их в часть своей жизни, будет трудно свыкнуться с тем, что тебе отпущено.

Вот почему необходимо поговорить о раке сразу в первой главе книги. В остальных речь пойдет об уроках «возвращения к жизни», которые мне преподал Учитель Рак. Одним словом, начну с самой болезни и того, чего она мне стоила.

В первый раз меня положили в больницу в четырнадцать лет, с остеогенной саркомой левой ноги. Пришлось бросить школу и лишиться всего, что меня окружало. Так началась моя больничная жизнь.

С того дня до моего излечения от рака прошло десять лет, то есть мне тогда исполнилось двадцать четыре года. Это не значит, что все десять лет я провалялся на больничной койке. Нет. Просто все эти годы меня возили по разным клиникам и лечили от четырех онкологических заболеваний: ноги€, опять ноги€ (той же, левой), легкого и печени.

По ходу дела я лишился ноги, легкого и куска печени. Но сразу хочу сказать, что в ту пору я был счастлив. Раковая эпопея вспоминается мне теперь как один из замечательных отрезков моего жизненного пути.

Пожалуй, шокирующее сочетание: рак и счастье. Но это правда. Из-за рака-болезни я понес материальные потери – нога, легкое, часть печени. Однако Учитель Рак преподал мне урок, до которого я сам ни за что не додумался бы.

Что вообще может дать человеку рак? На мой взгляд, список бесконечен: понимание самого себя и окружающих, шанс измерить пределы собственных возможностей, и главное – способность преодолеть страх смерти. Это, наверное, самое ценное!

На двадцать четвертом году моей жизни настал день, когда я излечился от рака. Мне сказали, что больше не надо приходить в больницу. Поначалу я оцепенел, настолько странно было слышать: «Ты здоров!» В одночасье стало ненужным то, что у меня получалось лучше всего, – воевать с болезнью. Состояние удивления (точнее, ступора) длилось часов шесть. Потом меня охватила дикая радость: никаких больничных кабинетов, рентгена (по самым примерным подсчетам, мне сделали больше двухсот пятидесяти рентгеновских снимков), анализов крови; конец непрерывному врачебному наблюдению. Воистину, мечта, ставшая явью. Произошло что-то невероятное.

Мне казалось, что через несколько месяцев рак канет в Лету, и начнется «нормальная жизнь». Болезнь останется эпизодом из прошлого. Однако события развивались иначе, и в совершенно неожиданном направлении. Во-первых, все, связанное с борьбой, навеки застряло в моей памяти. Во-вторых, я и представить не мог, насколько полезны в повседневном существовании окажутся усвоенные мною уроки.

Они, несомненно, являются великим достоянием, унаследованным мной от рака. Эти уроки (я бы даже сказал, открытия, что не меняет их сути) помогают преодолевать жизненные трудности и чувствовать себя счастливее.

В этой книге я поделюсь своим опытом именно житейского применения того, чему меня научил рак. Придумал! Ее можно назвать так: «Как вернуться к жизни посредством рака». Или использовать эту фразу в качестве подзаголовка. Пусть она звучит нелогично, шиворот-навыворот, по сравнению с названиями большинства книг о раке. Ведь это правда. Жизнь противоречива, а я обожаю парадоксы. Еще хочу отметить, что в книге изложены мои личные познания, полученные благодаря раку, а также открытия, сделанные моими друзьями, которые тоже боролись с онкологическими заболеваниями.

Соседи по больничной палате играют в этой истории очень важную роль. Все мы, больные раком подростки, называвшие себя «волосатиками», заключили договор жизни и смерти: поделить жизни тех, кто умирает, между теми, кто продолжает жить. То есть мы хотели и после смерти оставаться в живых, помогать другим сражаться с раком. Красивый, нерушимый договор.

Мы были уверены, что смерть каждого из нас понемногу отбирает силу у рака, и поэтому тем, кто старается выжить, легче победить. На мою долю за десять лет болезни досталось 3,7 жизни. Так что эту
Страница 3 из 7

книгу пишут вместе 4,7 человека (я и еще 3,7 парня, которые живут во мне). Я помню о них постоянно и стараюсь воздать им должное. Одну жизнь прожить непросто, а если их почти пять? Представь себе, какая ответственность!

Вот и все, что я хотел рассказать о своих взаимоотношениях с раком. По-моему, получилось неплохо, мне нравится. Начало положено. Теперь поговорим о мире амарильос.

Кто такие амарильос?

Не сомневаюсь, что этот вопрос ты будешь задавать себе с момента приобретения книги в желтой обложке (такой она представляется мне сейчас, хотя в итоге цвет может оказаться бурым или оранжевым – посмотрим) либо услышав в радиопередаче, как кто-то рассказывает об амарильос, после чего тебе опять же захочется прикупить экземпляр.

Мир амарильос – придуманный мною образ жизни и ви€дения окружающей действительности, насыщения себя познанием проявлений добра и зла. Он состоит из открытий или даже озарений, окрасивших его в цвет амарильо – желтый. Об этом мы еще поговорим, наберись терпения.

Сейчас могу заверить тебя, что в моей вселенной нет правил. Любой другой мир подчиняется правилам, но в отношениях между амарильос они не существуют. Я не люблю правила и никогда не соглашусь, чтобы их насаждали в моем мире. Потому что тогда возникла бы бессмыслица. Я не вижу необходимости в правилах: они бесполезны или нужны исключительно для того, чтобы их нарушать. По-моему, говорить о священных целях или правильных путях – значит лукавить. У каждой медали есть две стороны, и на любую проблему можно взглянуть с двух противоположных позиций.

Я убежден: мир амарильос – действительность, в которой мы существуем. В кино и на телевидении нас пичкают штампованным набором лживых стереотипов, и в результате мы верим, что перед нами реальность. Нам показывают, какой должна быть любовь, но, когда влюбляешься сам, все происходит не как в кино. Демонстрируют, как заниматься сексом, а на практике получается непохоже. По кинофильмам можно научиться ссориться и расставаться с любимыми. Сцена в баре, парочка выясняет отношения… Все по законам жанра. С одной лишь разницей, что на пленке эпизод длится пять минут, а в жизни после шестичасового излияния души вместо расставания соглашаешься жениться или завести ребенка.

Еще я не люблю, когда навешивают ярлыки на разные поколения людей, пытаясь причесать все под одну гребенку. Лично я не отношу себя ни к поколению Икс, ни к поколению Айпад, ни к метро- или уберсексуалам.

Кто я? Я амарильос! Только не участник несуществующего коллектива амарильос (данная категория сугубо индивидуальная). Я – чей-то персональный амарильос. Но об этом позже.

Итак, в моем мире нет ярлыков, правил и шаблонов. Наверное, тебе непонятно, каким образом я смогу упорядочить эту книгу и поведать об амарильос, построить свою теорию. Очень просто – на основе списков. Список – штука надежная, обожаю их! Я ведь по специальности инженер, а значит, люблю цифры, как следствие, списки.

Все, что написано далее, представляет собой один большой список. Он состоит из идей, суждений и переживаний; переполнен счастьем. В нем перечислены открытия, благодаря которым я увидел то, что теперь считаю своим миром.

Краткие пересказы этих непростых открытий помещены в маленькие по объему главы и представлены в виде иллюстраций (для лучшего понимания иного ви€дения мира). Не бойся! Жить в мире амарильос не стремно. Надо только верить в него.

У меня есть любимое изречение: «Мечтать – значит верить; верить – значит творить». Слова «верить» и «творить» созвучны и близки по написанию, в испанском языке вообще почти одинаковые. Они настолько похожи, что совпадают по смыслу. Вслушайся: ВЕРИТЬ и ТВОРИТЬ… Верь и твори!

А теперь перейдем к важнейшей части книги. Из нее ты узнаешь о моих великих открытиях и ПРО ЖИЗНЬ. Я расскажу о самых важных озарениях, случившихся на практических уроках Учителя Рака, испытанных мною в реальной жизни и приведенных в этой книге в качестве наглядных примеров, чтобы ты мог воспользоваться ими для создания собственного мира амарильос.

Список состоит из 23 пунктов, которые нужно мысленно соединить линиями в единую логическую схему. Тогда перед тобой откроется новая форма жизни, именуемая МИР АМАРИЛЬОС.

В качестве вступления для каждого пункта/открытия я выбрал фразу, которую услышал в больнице, когда лечился от рака. Эти высказывания прочно засели в моей голове и всплывают из памяти, как отрывки стихотворений и строчки из песен, отклики переживаний, неизменно пахнущие бинтами, химиотерапией, соседями по палате в голубых пижамах, томительным ожиданием процедур или приема у врача. В определенных обстоятельствах эти слова становятся путеводными, хотя в другой ситуации на них не обратил бы внимания. Но порой незначительная, брошенная на ходу фраза становится чуть ли не главной в жизни.

Итак, тебе остается погрузиться в чтение и верить! Однако это не значит, что ты должен верить слепо, не задавая вопросов и не вступая в спор. На свете нет ничего, что нельзя подвергнуть сомнению или переосмыслению. Цитируя, ссылайся на автора, который идентифицирует себя четырьмя «А»: Альберт, Агностик, Аполитичный, Амарильос.

Продолжение

Список открытий, способных создать для тебя мир амарильос (уроки рака в жизни)

Извлеки квадратный корень из трех тысяч трехсот тринадцати.

Где находится Танганьика?

В каком году родился Сервантес?

Будешь болтать на уроке – получишь кол за поведение…

Это – в продолжение.

    Габриэль Селайя

Открытие первое

К потерям надо относиться положительно

Устрой своей ноге прощальный праздник.

Пригласи всех, кто имел к ней какое-то отношение, и проводи с размахом.

Разве она не была тебе опорой в течение всей жизни?

Услужи и ты ей напоследок!

    Совет травматолога за день до ампутации моей ноги

К потерям надо относиться положительно, хотя кому-то с этим трудно согласиться. Просто нужно научиться терять и понять: рано или поздно лишишься всего, что имеешь.

В больнице нас учили смиряться с потерями. При этом акцент делали на слове «потери», а не «смиряться», поскольку смириться – дело времени, а суть заключается в потерях.

В старину, когда кто-то умирал, ближайшие родственники долго носили траур: ходили в черной одежде, скорбели, не покидали дом. Время траура предназначалось для того, чтобы поминать усопшего и оплакивать потерю. Фактически люди жили ради потери.

В наше время траур сокращен до ничего. Теперь на церемонии прощания с телом тебе говорят: «Надо через это пройти…» Рушатся супружеские отношения, и никого не удивит, если уже через две недели после похорон ты появляешься на людях с новой подругой. А как же траур? Куда деваются скорбь, мысли о потере и ее последствиях для тебя?

Рак отнял у меня много: легкое, ногу, часть печени, подвижность, радости жизни, школьные годы. Самой ощутимой потерей стала нога. Помню, как за день до ее ампутации врач сказал мне: «Устрой своей ноге прощальный праздник. Пригласи всех, кто имел к ней какое-то отношение, и проводи с размахом. Разве она не была тебе опорой в течение всей жизни? Услужи и ты ей напоследок!»

Мне было пятнадцать, и, вместо того чтобы отмечать в кругу друзей потерю девственности (что меня бы торкало гораздо
Страница 4 из 7

сильнее), я созвал тусовку по случаю предстоящей ампутации ноги. Хорошо помню, словно это происходило вчера, как я обзванивал «знакомых» моей ноги (пришлось напрячься, ведь человека легко огорошить подобной просьбой). После хождения вокруг да около и обсуждения сотни разных тем, событий я наконец заявлял: «Приглашаю вас на праздничные проводы ноги. Приносить с собой ничего не нужно. Потом, если захотите, можете унести ноги». Я каждый раз повторял прикол про ноги, чтобы народ расслабился. Тот, кто наделил людей чувством юмора, настоящий гений. Сколько конфликтов улажено миром благодаря шутке! Удивительно, как это человеческое свойство позволяет разрулить любую ситуацию по своему желанию.

Итак, на необычное празднество были приглашены люди, прямо или косвенно соприкасавшиеся с моей ногой, а именно: футбольный вратарь, которому я забил сорок пять голов в одном матче (хорошо, всего один гол, но я его пригласил); девочка, с которой мы в школе наступали друг другу на ноги под столом; парень, с которым мы занимались пешим туризмом (на этой стадии я устал ломать голову, и начались трудности с подбором кандидатов); наконец приятель, чья собака укусила меня за ногу в десятилетнем возрасте. Собака тоже пришла и, самое печальное, снова попыталась меня укусить.

Праздник удался на славу. Думаю, из прежних подобных мероприятий это я подготовил лучше всего, и оно точно было самым оригинальным. Поначалу приглашенные молчали, будто говорить разучились, но мало-помалу ожили и стали рассказывать анекдоты, имеющие отношение к ноге. Каждый обратился к ней с добрым словом и коснулся ее на прощание. Эту замечательную вечеринку я никогда не забуду!

Когда забрезжил рассвет и до прихода хирурга осталось несколько часов, мне вдруг пришло в голову, как идеально завершить проводы – последним танцем на двух ногах! Я попросил дежурную медсестру станцевать со мной, и она согласилась. У меня не было музыки, а сосед по палате располагал целой коллекцией записей Антонио Мачина (он был фанатом этого кубинского певца и величал себя Эль-Манисеро, по названию первого хита Мачина). Я поставил диск соседа, и зазвучала румба «Жди меня на небесах». Более подходящей песни для такого момента и финала не придумать. Мы с медсестрой танцевали под нее раз двенадцать. Моя последняя дюжина танцев. Целая дюжина! Не хотелось ничего слышать, кроме волшебного голоса Мачина и сладких нот оркестра; чтобы они проникали в душу, звучали без конца, заполняли собой пространство и время. Тебе не приходилось слушать одну и ту же песню много раз подряд, до состояния, когда она перестает быть словами и звуками? Музыка становится частью окружающего мира, как ветер, который замечаешь и чувствуешь невольно, без каких-либо сознательных усилий.

Днем ногу ампутировали. Но мне не было грустно: я с ней простился, поплакал, посмеялся… Сам того не сознавая, пережил свой первый траур, до дна излил душу из-за потери и не только смирился, но обратил ее себе на пользу.

Я говорю себе: ты не потерял ногу, а приобрел культяпку. И в качестве приложения – целый список фантастических воспоминаний:

1. О суперской прощальной вечеринке (не многие могут похвастаться таким счастьем).

2. О вторых первых шагах (самых первых шагов никто не помнит, зато вторые первые на протезе не забудешь никогда).

3. Наконец, поскольку я схоронил ногу, получается, одной ногой я уже в могиле, причем буквально. Меня всегда разбирает смех, как подумаю, что принадлежу к редким счастливчикам, которые могут сказать про себя такое в прямом смысле.

Конечно, к потерям надо относиться положительно. Я понял это благодаря урокам Учителя Рака. Данное правило действует за пределами мира онкологии. Потери поджидают нас каждый день: тяжелые, заставляющие страдать и малозначительные, но беспокоящие. Они не сравнимы с потерей ноги, но пережить их можно так же, как я научился в больнице.

Убеди себя, что потеря на самом деле – не потеря, а приобретение. Устрой траур. Вот какой должна быть последовательность действий:

1. Задумайся о своей потере и свыкнись с мыслью о ее необратимости.

2. Раздели свое горе с людьми, имеющими отношение к потере, попроси у них совета. Они помогут тебе пережить траур.

3. Поплачь. Слезы для нас – все равно, что стеклоочистители автомобиля: помогают лучше видеть дорогу впереди.

4. Открой для себя приобретения, которые ты получаешь взамен потери, и наберись терпения – время лечит.

5. Через несколько дней почувствуешь себя лучше и начнешь замечать плюсы, доставшиеся тебе в качестве компенсации. Но помни: ощущение тяжести потери может вернуться.

Хочешь спросить, работает ли это на практике? Конечно! Например, меня никогда не посещают фантомы – мнимые ощущения в ноге, которой нет. Наверное, я так хорошо с ней попрощался, что фантомы как отрезало вместе с конечностью.

Итак, первое открытие мира амарильос: к потерям надо относиться положительно. И пусть никто даже не пытается убедить тебя в обратном.

Потери, большие или маленькие, неизбежны. Если ты научишься их осмысливать и противостоять им, поймешь: «чистых» потерь не бывает, любая из них означает приобретение.

Открытие второе

Нет на свете слова «боль»

А вдруг делать уколы совсем не больно?

А что, если мы реагируем на боль так, как показывают в кино, не задумываясь, больно ли нам на самом деле?

А что, если в действительности боли не существует?

    Вопросы Давида – Великого Волосатика, от которого мне досталось 0,6 его жизни

«Боли нет!» Эти слова не раз повторяли волосатики, вместе с которыми я валялся в больнице. «Волосатиками» нас, облысевших после химиотерапии пациентов с онкологическими заболеваниями, звали лечащие врачи и медсестры. По-моему, здорово, когда слова противоречат очевидному, а несоответствие истине рождает новые понятия. Нам нравилось это прозвище: оно словно делало нас членами банды, вызывало ощущение молодости, силы и здоровья. Да, иногда клички бывают полезны, и даже в кайф…

Как любая уважающая себя банда, волосатики имели свои кричалки. Одна из них отражала наше стремление самоутвердиться: «Не хромые, мы – крутые!» Следующей в нашем списке самых кричальных была: «Боли нет!» Если ее долго скандировать и орать на все четыре стороны, боль и правда уходит. Есть понятие болевого порога. Это момент, с которого начинаешь чувствовать боль: своего рода ее предвестник; точка, когда мозг говорит тебе – сейчас будет больно. В полусантиметре за болевым порогом находится сама боль. Да, я могу измерить расстояние между ними и выразить в цифрах ощущения, боль, людей. Наверное, потому, что получил инженерное образование. Иногда мне кажется, что уроки Учителя Рака посодействовали развитию моих профессиональных навыков.

Понемногу мы привыкали не замечать боль. Сначала перестали бояться очень болезненных уколов химиотерапии и открыли для себя, что боль приходит, когда ее ждешь. А вдруг делать уколы не больно? А что, если мы реагируем на боль так, как показывают в кино, не задумываясь, больно ли нам на самом деле? А что, если в действительности боли не существует? Все эти соображения принадлежали Давиду, самому знающему из волосатиков: он болел раком с семилетнего возраста, в то время ему исполнилось пятнадцать. Для
Страница 5 из 7

меня Давид был и навеки останется зеркалом, в котором я вижу себя. Мы собирались вокруг него, слушали и неизменно соглашались со всем, что он нам втолковывал. Можно сказать, видели в нем наставника. Первое время мне казалось, что Давид врет: боль не может исчезнуть лишь из-за того, что кто-то начнет в ней сомневаться. А когда он заводил речь о болевом пороге, я вообще ничего не понимал.

Но в один прекрасный день, на очередной процедуре химиотерапии (восемьдесят четвертой по счету), я решил поверить более опытному товарищу. Посмотрел на шприц, затем на собственную кожу, но после знака равенства в этом уравнении поставил не боль. Я убедил себя не думать о том, что будет больно. Ну проткнет иголка кожу и высосет немного крови… Это будет как ласковое прикосновение, только не совсем обычное, иное. Металл погладит мою плоть.

Словно по волшебству, так и случилось. Впервые вместо боли я ощутил своеобразную ласку. В тот день медсестра попала в вену с двенадцатой попытки (из-за химиотерапии вены тускнеют и теряют очертания). Но я даже не пискнул ни разу – настолько сказочно, почти романтично было внимать особому ощущению, которое по жизни не имело названия и совсем не походило на боль.

В тот день я понял: слова «боль» и «страх» не имеют практического значения. Они пугают, провоцируют боль и страх, но, если выкинуть их из головы, теряют связь с ощущениями, которые ими названы.

Очевидно, мудрый волосатик, от которого мне досталось 0,6 его жизни (лучшая доля из всех жизней, что есть во мне), хотел внушить нам, что на свете нет слова «боль»; оно не существует как слово и понятие. Ты должен осмыслить то, что чувствуешь (как в примере с уколом), и не думать, что это ощущение соответствует боли. Ты должен распробовать, посмаковать его и решить для себя, каково оно на вкус. Уверяю тебя, чаще всего боль – удовольствие, кайф, песня!

На протяжении следующих семи лет мне ни разу не было больно. Вообще, в большинстве случаев (за исключением 10–12 %) рак протекает безболезненно. Это в кино нам показывают, как люди страдают. Трудно припомнить хотя бы один фильм, где несчастного персонажа не душили бы слезы от боли, не выворачивала наизнанку рвота, не потреблялся бы в ужасающих объемах морфий и в итоге не наступала бы смерть. Короче, всегда одно и то же: боль и смерть.

Когда я писал сценарий к фильму «Четвертый этаж», мне хотелось, чтобы картина получилась позитивная и реалистичная, тема была раскрыта и жизнь людей, больных раком, показана правдиво. Чтобы зрителю стало ясно, какова их настоящая боль, в отличие от придуманной, киношной. Как они борются и умирают, но при этом далеко не все в их жизни замыкается на боли, рвоте и смерти.

Я думал, что после излечения от рака забуду этот урок, но жизнь неоднократно заставляла меня его повторять. Оказалось, что за стенами больницы, вдали от химиотерапии у людей тоже часто что-то болит, и эта боль не связана с медицинскими показаниями, уколами и хирургическим вмешательством. Ее, вольно или невольно, причиняют окружающие.

В моей новой жизни без рака мне было по-настоящему больно по разным причинам: любовь, печаль, обида, сложности с работой. Вот когда я вспоминал, что нет ни боли, ни слова «боль». Я задумался над тем, какие чувства переживал, и понимал, что это могла быть ностальгия, незащищенность или тревога, а иногда одиночество. Но только не боль.

Я был совсем мальчишкой, когда в больнице сделал для себя открытие: боли не существует. Четырнадцати лет от роду, я казался себе супергероем, обладающим сверхъестественной способностью не ощущать боль. Один мой приятель по школе говорил: «Ты прямо как из железа, даже уколов не боишься». Теперь, взрослому и здоровому, мне будто продолжают делать уколы – по несколько за раз и в разные места. А иногда всего один, но прямо в сердце. Фокус не в том, чтобы иметь железные нервы и заставить себя не обращать внимание на уколы. Наоборот, их надо постоянно ждать – пусть острое жало иглы пронзает – и переосмысливать то, что ты в этот момент ощущаешь.

Суть открытия проста: «Нет на свете слова „боль“». А все, что от тебя требуется, составляет в короткий список:

1. Никогда не думай о том, что тебе больно. Подбери пять-шесть определений тому, что ты чувствуешь, но среди них не должно быть слова «боль».

2. Из найденных определений выбери самое подходящее и используй это словечко вместо боли – отныне так будет называться то, что ты ощущаешь.

3. Впредь не замечай слова «боль», прячься от него, обходи, меняй на что-то другое. И болеть перестанет: ты реально почувствуешь другое, иное чувство.

Все это может казаться нереальным, но увидишь: через какое-то время у тебя получится, и ты откроешь для себя, что боли действительно нет. Будь то боль физическая или душевная, за ней скрываются другие ощущения, которые проще перенести. Жить вообще проще, если знаешь, что с тобой происходит.

Открытие третье

Энергетика, возникающая в тебе за тридцать минут, способна решить проблему

Ни в коем случае не вскрывайте конверты с заключением рентгенолога!

    Говорят врачи пациентам

Давай откроем по-быстрому!

    Говорят пациенты и их родственники, получив конверт с диагнозом

В больнице нам приходилось часто самим забирать результаты томографии и рентгенологических исследований. Напряжение, которое испытываешь, держа в руках заклеенный конверт с заключением рентгенолога, ни с чем не сравнимо. Я много раз оказывался в таком положении в течение десяти лет: мне вручали рентгеновские снимки и конверт с диагнозом и каждый раз повторяли, чтобы я все передал лечащему врачу, ни в коем случае сам не вскрывал конверт.

Обычно проходило около полумесяца со дня получения результатов исследования до приема у врача. Это слишком большой срок, чтобы сохранять запечатанным конверт с ответом на вопрос, есть у тебя рецидив или нет (в двух словах, это значит, что в какой-то части организма снова завелся рак).

Мои соседи по больничной палате, все без исключения, вскрывали свои конверты. Что понятно: как вытерпеть целых две недели, не взглянув на то, что для тебя важнее всего на свете?

В последнее время я провожу консультации для врачей на тему, как обращаться с пациентами. И всякий раз настаиваю, что в первую очередь нужно отказаться от пережитка прошлого – процедуры передачи конверта. В ответ мои слушатели всегда улыбаются, словно говоря: «Знаем-знаем, что вы с ними делаете. Между нами заключен негласный договор – вы их вскрываете, читаете и снова заклеиваете, а мы делаем вид, что не замечаем этого». Лично мне становится не по себе от недомолвок, когда проблема известна, но словно так и надо. Полная бессмыслица!

И проблема не в том, что ты нарушаешь запрет и вскрываешь запечатанный конверт. Гораздо серьезнее то, как пациент воспримет диагноз. А он может прозвучать как приговор и изменить судьбу человека. Больничная жизнь научила нас выдерживать страшные удары судьбы, мы постигали эту науку через собственные ошибки, впрочем, как почти всегда и во всем.

Поначалу мы вскрывали конверт, как сумасшедшие, там же, в больнице, через две минуты после того, как он оказывался в наших руках. Вспоминаются сцены в коридоре: я и мои родители стоим, склонившись над листком бумаги, читая – нет, пожирая глазами –
Страница 6 из 7

написанное.

Спустя какое-то время мы поняли, что больница – нелучшее место для знакомства с заключением рентгенолога: не стоит получать плохие вести на виду у всех и там, где ты провел или тебе предстоит провести часть жизни. Это лучше делать на нейтральной территории. В дальнейшем мы распечатывали конверты в ресторанах, которые посещали в первый и последний раз; на незнакомых улицах, названия которых сразу забывали, либо в метро. И все же мы продолжали совершать одну ошибку: между вручением конверта и его вскрытием проходило не больше четверти часа. У нас хватало терпения дойти до ближайших улочек, ресторанов или станций метрополитена. Мы испытывали острую необходимость знать, что внутри: нас будто жгло изнутри.

Со временем, имея за плечами опыт с сорока или пятьюдесятью конвертами, мы выработали идеальную процедуру их вскрытия. Да, можно стать специалистом и в деле прочтения медицинских диагнозов. Для этого достаточно повторять определенную последовательность действий и в итоге довести ее до автоматизма.

Вот этот алгоритм:

1. Спокойно взять конверт, сунуть его в карман и принести домой, ни разу о нем не вспомнив.

2. Подождать полчаса, не думая о конверте и не заморачиваясь ни секунды. А когда минует ровно тридцать минут…

3. Забраться в спокойное местечко и вскрыть его. Полчаса необходимы, чтобы успокоилось тело и утихомирился мозг, улетучилось нетерпение. Так достигается лучший результат: когда диагноз известен, он уже устарел; прошло полчаса, а значит, реакция будет иная. Новость перестала быть новой, потеряла остроту, а сил у тебя прибавилось.

Почему именно полчаса, а не час или, скажем, десять минут? Неужели так важно выждать строго тридцать минут? Выходит, да. На мою долю выпало такое количество жизненно важных известий, что я открыл для себя истину: в наc живет бередящее, ослепляющее желание знать мгновенно и не сходя с места. Этот страстный порыв исчезает через тридцать минут, уступая место иной энергетике, которая тоже побуждает нас знать, но не слепо, а конструктивно, наполняя жаждой другого рода – действовать и искать решение проблемы.

Казалось, что после завершения больничной эпопеи со мной больше не произойдет ничего по остроте и напряженности переживаний сравнимого с рентгеновскими конвертами. Так и было, но в новой жизни моей теории о тридцати минутах нашлось новое применение.

Всякий раз, когда по электронной почте приходит важное письмо, я, видя его во входящих выделенным жирно, не открываю. Выжидаю полчаса, успокаиваюсь, позволяю энергетике измениться и лишь тогда открываю сообщение.

Работает безотказно! Причем не имеет значения, добрая весть или плохая. В любом случае – пройдет полчаса, и твой ответ на послание не будет поспешным или необдуманным. Впечатление такое, что тридцать минут ты проводишь в размышлениях над тем, что написать. Данное правило распространяется на эсэмэски и на общение с людьми, особенно при выборе места и времени встречи.

Итак, я по-прежнему пользуюсь правилом тридцати минут, хотя должен признаться, что иногда продлеваю период ожидания до сорока – сорока трех минут. При этом ощущаю себя как властелин времени, повелитель и господин собственных эмоций и страстей.

Открытие четвертое

Задавай по пять хороших вопросов в день

Возьми тетрадь и записывай, записывай все, что тебе непонятно.

    Совет моего лечащего врача, прозвучавший в день, когда мне поставили диагноз «рак»

Такой первый совет я получил от лечащего врача, когда меня привели в больницу. Говоря точнее, он дал мне тетрадку и велел записывать в нее все, что будет непонятно в его словах. Затем он разложил по полочкам, что меня ждет в «канцерогенном» смысле в следующие пять лет. Я был впечатлен. Врач не упустил ни одной детали. Иногда, вспоминая эту беседу, я думаю: если бы он говорил не о раке, а о моей будущей жизни, предсказал бы ее на пять или на все десять лет вперед – кого полюблю, чем буду увлекаться, – это действительно было бы впечатляюще.

Впрочем, я не пытаюсь уменьшать значение того, о чем толковал мой лечащий врач. Кесарю кесарево. Он просветил меня относительно биопсии, опухолей, остеосаркомы, рецидивов. Мои родители слушали, а я делал пометки, строчил, как заведенный. Удивительно, но, по мере того, как заполнялись тетрадные листы, у меня на душе становилось легче. Словно рукописные вопросы делали тайное явным, и вместе с ними исчезал страх перед пугающей неизвестностью.

Врач закончил, посмотрел на меня и спросил:

– Вопросы есть?

– Сорок два, – ответил я.

И это лишь те, что я успел написать по ходу «лекции».

В тот день врач ответил на все сорок два вопроса, а потом еще на двадцать восемь, которые появились позднее. Растолковав одно, он заставлял меня задумываться над другим, и, чем больше я получал ответов, тем спокойнее становился. Мы шли по замкнутому кругу, но оба выигрывали.

По моему личному убеждению, с чем бы ни пришлось столкнуться в жизни, для решения проблемы важно располагать информацией и знаниями. Нельзя победить рак не понимая, против чего воюешь. Первым делом нужно определить, кто твой противник, хорошенько его изучить и уже тогда – в бой!

В период болезни мне особенно нравилось, что я всегда получал ответы на свои вопросы. Ответы лечат, помогают. Задавать вопросы – значит жить. Если тебе отвечают – значит, верят в тебя и рассчитывают, что ты распорядишься информацией как следует.

Однако вопросы возникают не только во время болезни. В жизни очень много непонятного. После того как я выписался из больницы, вопросы посыпались один за другим. Я оставил школу в пятнадцать лет, прервав образование до поступления в университет. В моей голове роились сотни разных вопросов. Я приобрел желтую тетрадь (не знаю, почему выбрал именно этот цвет, хотя теперь догадываюсь) и начал записывать в нее вопросы. Одновременно я думал, кому их адресовать.

В больнице все было легко и понятно:

1. Трудные вопросы задавать врачу.

2. Вопросы средней сложности задавать медсестре.

3. Вопросы простые (или проблемные) выяснять у охранников и соседей по палате.

В обычной жизни такой четкой организации нет. Поэтому я обращался со своими вопросами или за разъяснением к человеку, который мог ответить. Тебе советую поступать так же. Вообще, это не так просто, как звучит. Поначалу будешь чувствовать себя почти недоумком, задавая порой тупые вопросы тем, от кого надеешься получить ответ. Но, увидев, что на них отвечают, ты убедишься в эффективности метода и постепенно перестанешь комплексовать. А когда ощутишь, что на душе становится легче, никогда не расстанешься со своей тетрадкой.

Я доставал своими вопросами всех, кто находится в моих жизненных пространствах – любовном, семейном, дружеском и среди амарильос (потерпи, скоро объясню, кто они такие), – и не испытывал ни малейшего смущения по этому поводу.

Итак, метод прост:

1. Определись с цветом тетрадки. Этот цвет должен быть неразрывно связан с тобой.

Каждый из нас «излучает» свой цвет, и он не имеет никакого отношения к одежде. Пусть ты предпочитаешь голубые джинсы, «твой» цвет может быть, например, оранжевый. Узнать его нетрудно: загляни в коробку с фломастерами и выбери тот, которым хочется рисовать, – это и
Страница 7 из 7

есть твой цвет.

2. Купи десять тетрадей.

Знаю, все вопросы могут уместиться в одну, но для каждого пространства нужна своя тетрадь. Я убежден: в жизни любого человека есть десять тревог и десять разных путей. Вот и получается – по одной тетрадке на каждую дорогу-тревогу.

3. Записывай все, что тебе непонятно.

Есть глупые непонятки, например: как ей удается делать такую красивую прическу? Есть проблемные: почему другие влюбляются, а у меня на уме только секс? Вечные вопросы: кто я? кем хочу быть? я в самом деле ничего не понимаю? И практические: где взять напрокат легкомоторный самолет? как оформляется развод?

4. Обратись к тем, кто знает ответы на вопросы.

Каждый вопрос в тетради должен сопровождаться кандидатурой знайки. Никогда не оставляй эту графу незаполненной, запиши кого-нибудь: незнакомого человека, знаменитую или недоступную личность. Хоть выдумай кого-то.

5. Спрашивай, внимай, расшифровывай очередную непонятку и задавай новый вопрос.

Чем больше ответов получишь, тем спокойнее будет у тебя на душе.

В больнице нам говорили, что в день нужно выпивать два литра воды. А мой лечащий врач всегда добавлял: «И задать пять хороших вопросов». Поэтому каждый день выясняй пять непоняток и выпивай два литра воды.

Открытие пятое

Покажи мне, как ты ходишь, и я покажу тебе, как ты смеешься

Смеяться – дело непростое. Дышать тоже.

Не хватает школ по обучению смеху и дыханию.

Ну что, заскучал?

    Последние слова перед ампутацией ноги, услышанные мною от медбрата, который привез меня в операционную

Все мы рождаемся с недостатками, многочисленными и очень разными. Со временем мы их исправляем кто как может – иногда старательно, достигая правильного результата, а бывает – кое-как: прикроем слегка, лишь бы было незаметно. А то и вовсе не подозреваем об их существовании. Мозг у нас хитрый, знает все до мелочей, но не выдает секреты даже нам самим.

Например, родившись, мы не умеем ходить, но потихоньку учимся и вырабатываем индивидуальную походку. Мне по жизни повезло иметь целых четыре походки.

1. Первые торопливые шажки через пару-тройку лет после рождения, которые выросли вместе со мной до походки подростка, озорного и готового рассмеяться по любому поводу.

2. Спустя несколько лет – мои вторые первые шаги на протезе. Это была неуклюжая, замедленная, неуверенная походка. Она изменила меня, поскольку вызывала чувство неловкости и отбила желание смеяться.

3. Позднее вместо механического протеза у меня появился гидравлический. Благодаря ему моя походка стала более легкой, веселой, я бы даже сказал певучей, как у опереточного актера. Я снова стал похохатывать короткими, непринужденными смешками. Тогда стало ясно, что смех человека зависит от его походки. Покажи мне, как ты ходишь, и я покажу, как ты смеешься. От нашей манеры передвигать ноги зависит, насколько часто мы улыбаемся и какое у нас настроение.

4. Теперь у меня электронная искусственная нога на батарейке, а смех и походка неразделимы. Самое смешное – когда вечером приходится выбирать, что первым подключать к подзарядке: мобильник, ноутбук или ногу. При этом у меня всякий раз возникает гордая мысль, что такой прикол доступен далеко не каждому.

Мы часто забываем, что походка имеет принципиальное значение. Нас почти не заботит, как мы ходим: «Хожу как всю жизнь ходил! Чего такого?» И думаем, что ничего в нас уже не изменить. Да и зачем? Тридцать – сорок лет так живем, поздно меняться!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8485611&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.