Режим чтения
Скачать книгу

Свет в твоем окне читать онлайн - Лариса Рубальская

Свет в твоем окне

Лариса Алексеевна Рубальская

Стихи и песни

Имя Ларисы Рубальской знает в нашей стране практически каждый. И уж точно каждый знает хотя бы одну песню на ее стихи – так они популярны и любимы. Обычно в интервью Лариса Алексеевна отказывается рассказывать, как создаются песни. Специально для этой книги она согласилась отступить от своего правила. Читайте, узнавайте, пойте!

Книга также издавалась под названием «Скажи мне нежные слова».

Лариса Рубальская

Свет в твоем окне

© ООО «Издательство АСТ», 2015

© Л. А. Рубальская, 2014

Предисловие к книге «Cвет в твоем окне»

Начну с того, что во время каждого моего интервью, журналисты задают непременно один и тот же вопрос – Как вы начали писать песни? Первое время я отвечала честно и подробно, потом мне этот вопрос надоел и я стала понемножку привирать для интересности. В конце концов, соглашаясь на интервью, я стала предупреждать журналистов, чтобы этот вопрос мне больше не задавали. А вот сейчас я подумала – а что это я вредная такая? Ведь, наверно, действительно многие хотят тоже начать писать песни и им интересно узнать – как же так сделать, чтоб у них вышло так же, как у меня?

Ну что ж, попробую изложить свой опыт и историю успеха. Тут мне хочется начать притворяться, что, мол, никакого особенного успеха, в общем-то, нет. Но, пожалуй, не стоит лукавить. Дай бог всем, кто хочет заниматься этим делом, чтоб они получили такой же результат, как я. Скажу сразу – это очень непросто. Для начала надо шагнуть на дорожку, по которой когда-то начала топать я, и прошагать по ней со всеми остановками. Преодолеть все препятствия. Предупреждаю – дело не только в способности писать в рифму и складывать слова в строчки. Моя удача – результат характера и поведения. Есть и заповеди – не обижаться, если кому-то не нравится написанное вами, ни с кем не выяснять отношения, никому не завидовать. И в последнюю очередь думать о коммерческой выгоде. Это все придет потом, когда дело пойдет так, как надо.

Что это я, как училка школьная, вздумала всех учить? У каждого свой опыт. Лучше начну издалека. Не учебник же это, в конце концов.

Калейдоскоп моих воспоминаний начинается с Пионерского лагеря. Переход из возраста юной пионерки в возраст любви. Это так лет в 12–13 в мое время было. Отпев по полной программе «Взвейтесь кострами? синие ночи» я вдруг почувствовала в сердце какую-то недосказанность и недочувствованность. Где-то вдалеке, в другом пионерском лагере, мальчик светленький, невысокий, наверно, вечерами на танцы ходит. И танцует там совсем не со мной. И вдруг, само собой, вырвалось из моей пионерским галстуком украшенной груди, горькое:

«Ах, если б знали, как его люблю я,

О том, как я страдаю и тоскую.

Как без него я день и ночь скучаю,

И перед школой я его встречаю…»

И в каждом куплете страсти накалялись, и, завершая это «сочинение» я сама уже рыдала о своей неразделенной любви. Слова эти нехитрые не просто так вырвались из души, а точненько легли на мотив очень популярного тогда «Албанского танго». Почему Албанского именно – никто толком не знал, но слова там, в подлиннике, были жаркие: «Вдали погас последний луч заката…» И вот так, соблюдая размерчик, смастерила я свою песенку про удаленного из моей жизни на время летних каникул светленького мальчика. И уже на прощальном костре весь наш лагерь дружным хором пел «Ах если б знали, как его люблю я…». Это был успех!

А потом лето кончилось, и седьмой класс навалился со своей противной алгеброй, геометрией, Физикой, химией, А мое пылкое сердце не хотело понимать ни про катеты, ни про правила буравчика. И всякие химические законы и математические уравнения отлетали от моей непонятливой башки, как от стенки горох. Не было им там места, потому, что все ячейки моего юного сознания были до отказа переполнены словами любви, печали и нежности ко всем светленьким мальчикам на свете:

«Было мне тогда двенадцать лет всего,

Я случайно посмотрела на него.

Он всех затмил,

Меня он покорил,

Но только вот меня он не любил…»

Я специально не редактирую этот бред детского воспаленного воображения. А сейчас я вдруг подумала, что сегодня такие малограмотные, одноклеточные песенки, как раз в моде. Хоть «звездам» раздавай.

По школе пошла молва – Слышали, Рубала-то (Рубала – это я), песенки сочиняет. И все стали слова мои по тетрадочкам записывать и на популярные мотивчики распевать. А мотивчиков этих – пожалуйста, полным-полно.

Как раз пластинки тогда стали выпускать – серия «Мелодии и ритмы зарубежной эстрады». Вот я и озвучила своими словами все эти мелодии и ритмы, и получилось это, видимо, неплохо, потому, что вся школа эти песни распевала.

Мой братик младший, Валерка, хорошо играл на аккордеоне. И слух у него был замечательный, не то, что у меня. Вот он однажды говорит – А что ты, Лариска, все слова на чужую музыку пишешь? Давай, свою сочиним! И заиграл красивую-красивую мелодию. А я сразу слова придумала:

«Тихо, уснули окраины,

Молча дворы грустят.

Звезды глядят печально,

Плохо мне без тебя.»

И вот уже весь наш утопающий в золотых шарах и мальвах московский старый двор, под аккомпанемент Валеркиного аккордеона, тихим летним вечерком, песенку эту нехитрую распевает:

«Погасли окна все,

Москва уж спит давно,

Пусты троллейбусы,

Лишь дождь стучит в окно…»

И понеслось. Какую мелодию новую услышу – плиз, стишок готов. Получите и пойте на здоровье.

А дальше, уж и не помню, как было. Жизнь взрослая началась – учеба, работа. И песенки писать я перестала. Вернее, я не придавала никакого значения ни тому, что писала, ни тому, что перестала. И так продолжалось много-много лет. Правда, когда на День рождения или на свадьбу к кому-нибудь шла, складывала в строчки свои поздравления. И, похоже, делала это неплохо.

Теперь, перед тем, как рассказывать о песенных делах дальше, я хочу сделать небольшое отступление. Помните, вначале я рассказала, что в школе меня называли “Рубала”? Ведь в детстве никто друг друга не зовет по имени-отчеству, и даже по имени не всегда. Просто прозвище, и все. И мне мое прозвище очень нравилось, и, даже уже во взрослом возрасте я, знакомясь с кем-либо, так и представлялась: Я – Рубала.

И вот однажды мне посчастливилось с настоящей артисткой познакомиться. Я так себя и назвала. А артистка пригласила меня в театр – она как раз получила роль в новом спектакле и, – пожалуйте на премьеру. Я – УКРА!!! – ждала этого счастливого дня, брови перед зеркалом выщипывала, на бигуди накручивалась. Пришла в театр, в окошко администратора всунулась и гордо произнесла – Пожалуйста, билетик. Фамилия – Рубальская Администратор смотрит-смотрит конверты с приглашениями, перебирает-старается. И говорит – Простите, для вас ничего нет. Я чуть не заплакала – вот артистка, обманула, забыла. И пошла печально в обратный путь – к метро. Слезы все-таки полились, чуть-чуть, правда. Но тушь размазалась и глаза щипало.

У самого метро меня вдруг осенило как будто, и я – обратно, в театр, к администратору – Посмотрите пожалуйста, а на Рубала нет билета? Администратор посмотрела – На Рубала есть. Вот, пожалуйста, ложа, первый ряд!!! Так что артистка не обманула. И спектакль был замечательный. А «Рубала» звучит симпатично, правда?
Страница 2 из 5

И к комплекции моей вполне подходит.

Поехали дальше – насчет песенок. «Мне тридцать лет, а я не замужем» – это так и было. Потом нарисовался Давид – врач-стоматолог, и для ускорения получения предложения выйти за него замуж, я и блюда всякие готовлю, и в рифму складываю жизненные ситуации. Так старалась его завлечь. А он и замечает, что я рифмую складно и интересно. Я сопротивляюсь – все так умеют. А он – Нет, все, да не все.

И когда композитор известный в его стоматологическом кресле оказался, Давид, используя свое служебное положение, сказал ему, что жена, то есть я, хорошо песни пишет. Вежливому пациенту возражать было неловко, и он сказал – Ну что ж, принесите. Я посмотрю.

Воодушевленный муж с работы пришел, и грозно приказал мне срочно написать стихи для песни. Я говорю – Не знаю, как песни настоящие пишутся. А Давид – Ах, ты не знаешь? Что ж, беги в книжный магазин, купи песенник, посмотри, как другие люди пишут. А не напишешь, учти, голову оторву. А он такой, что вполне мог и правда голову оторвать. Ну я и побежала в книжный. И поучилась. И постаралась. И написала. Стихи мои были композитору предъявлены, и получили похвальный отзыв. И была сочинена им прелестная мелодия. И замечательная певица спела. Так появилась моя первая настоящая песня. «Воспоминанье». С легкой руки Давида, Владимира Мигули и Валентины Толкуновой.

И понеслось… Все-таки сладкое это слово – СЛАВА!. Тогда мне казалось, что, посоле того, как песня прозвучала и мою фамилию по телевизору произнесли, все смотрят на меня. Сейчас, когда, и правда, посматривают, я это совершенно, как говорится, «не беру в голову». А тогда…

Ну и заболела я этой самой «Звездной болезнью». В том смысле, что мне хотелось постоянно слышать такую манкую фразу «песня на стихи Ларисы Рубальской». И стала я писать-строчить куплеты и припевы. Наверно, кто-то на небесах узнал о моих стараньях, и постепенно в доме у нас стали появляться музыканты и композиторы. Срочно было куплено коричневое пианино и каждый вечер кто-нибудь талантливый, колдуя над клавишами, озвучивал мои нехитрые строчки. И получались песни.

Сейчас балом правят какие-то новые правила. Быть или не быть песне, решают продюсеры, аранжировщики, и, в последнюю очередь, уже тот, кому предстоит дать песне жизнь – артист. А тогда, под рюмочку, или за чашечкой, рождались песни, которые и сейчас, спустя столько лет, живут, любимы. Расскажу о некоторых из них.

Историю рождения романса «Напрасные слова» я уже не раз рассказывала. Случайный щелчок в сознании. В таком неподходящем для вдохновения месте – в коровнике, во время экскурсии с японской делегацией в какой-то показательный колхоз. Пахло тем, чем обычно пахнет в коровниках. Правда, этот был показательным. Но это ничего не меняло. И вдруг – «Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала» – откуда? Почему? И «Виньетка ложной сути», после которой мою фамилию запомнили из-за того, что песня, вместе с фамилией, без конца звучала по радио и телевидению. Особенно я удивилась, когда известный ведущий одной телепрограммы сказал однажды, что слышал удивительный романс, и был уверен, что автор слов еще веке в девятнадцатом умер. Но оказалось, что жив, и, к тому же, еще не очень стар. И четко произнес имя автора – Лариса Рубальская. Романс «Напрасные слова» благополучно перешагнул из двадцатого в двадцать первый век. До сих пор он любим и его поют и старые, и новые звезды. Я благодарна небесам за это случайное озарение.

Я пишу стихи только в Москве. Вот такое я странное устройство. Редко-редко бывают исключения. Так и на этот раз.

Я уже несколько лет проработала переводчицей японского языка, и щебетала на нем довольно хорошо. И, конечно, мечтала оказаться в Японии. А в те годы такой мечте осуществиться было весьма непросто. Кто помнит семидесятые годы, знает, что существовали выездные комиссии, на которых тем, кто предполагает поехать за границу – переводчиком ли, туристом ли, – задавали различные вопросы на эрудицию и благонадежность. И я, конечно, пытала свое счастье, но на вопрос типа «как звали первого монгольского космонавта» ответить не могла. И моя поездка каждый раз отменялась.

Но однажды моя мечта все-таки сбылась, и я была назначена переводчицей для поездки в Японию с оперной труппой Большого театра. И пазл сложился – самолет, пароход, и – УРРРА! – Я в Токио!!!

Артисты разместились в отеле, ушли отдыхать. А я свободна на целых два часа. И, конечно – бродить, дышать воздухом, настоянным на аромате каких-то неизвестных дивных цветов, растущих около отеля, и, главное, слушать звуки любимого японского языка. И, конечно, витрины разглядывать. Но вместо этого, вдруг, какой-то туман в голове, видение, и, неожиданно, слова:

«Желтых огней горсть

В ночь кем-то брошена.

Я твой ночной гость,

Гость твой непрошеный…»

И сразу припев —

«Странная женщина, странная»,

Схожая с птицею раненой…»

И я понимаю, что случилось чудо – Песня. Пока без музыки, но очень пронзительная и чудесная.

А потом, уже в Москве, стихи загуляли от композитора к композитору. И ни на кого не производили никакого впечатления, ни один не реагировал. Это была судьба, потому, что эти стихи, в конце своего нелегкого пути, легли на пюпитр к тому, который заколдовал их при помощи замечательной музыки. И эту песню узнали. И, я надеюсь, полюбили. Ни один концерт Михаила Муромова не обходится без «Странной женщины» – зал хором просит: «Странная женщина, странная женщина». И Миша поет.

Шли годы, шли годы… В конце каждого года успех тех, кто весь год трудился на поприще эстрадной песни, выявляла телепередача «Песня года» В 80-е годы это было очень важным событиям. Попал в песню года, значит ты «первач», и все хотят петь именно тобой сочиненные песни.

В день съемки состоялась, как бы, перекличка. Если твое имя назовут – ты есть, ты – действующее лицо. 1-го января по первому каналу всегда показывали эту программу, и авторов, сидящих в первом ряду, награждали памятными дипломами за лучшую песню. и четко имя и фамилию называли. И песня, конечно, звучала.

Ну и, конечно, я старалась изо всех сил, чтоб моя песня попадала в финал. Как правило, это у меня получалось, и, бывало, звучало по 3–4 моих песни.

И вот наступает этот главный день в году, сердце настроено на волнение и радость, и наряд давно подготовлен для показа его по центральному каналу. Главное теперь – позвонить всем знакомым в день эфира – Не забудьте посмотреть.

Мы привыкаем ко всему. К сожалению. И сейчас я уже никому не звоню, чтобы посмотрели какую-то программу с моим участием. Зачем, думаю, людей беспокоить? Увидят – хорошо, а не увидят – тоже ничего страшного.

Во время моих концертных выступлений меня часто спрашивают – как я пишу песни? На музыку? Стихи сначала? Знаю ли заранее, кто ее будет петь? Что бы я ни ответила на такой вопрос, это будет только приблизительный ответ. Потому, что точного ответа нет – все бывает по-разному.

Главное, чтобы какое-то слово или выражение, прочитанное, или случайно услышанное, зацепилось за сердце, или за душу – я не знаю, как правильно назвать эту территорию во мне, которая вдруг вздрагивает и начинается вибрация сознания – уже ни о чем думать не могу, только это слово, оно тянет за собой следующее, строятся строчки и
Страница 3 из 5

потом – выдох – и я возвращаюсь в обычное сознательное состояние. Так получались мои лучшие песни.

Теперь уже появилось умение – я знаю, как смастерить текст, даже если нет вдохновенья. Очень помогает чтение хорошей поэзии.

Я с удовольствием пишу песни «на заказ», к различным датам, событиям. Бывает, кто-то удивляется – а как это ты, такие песни писала, а сейчас заказы на всякие темы выполняешь? А я эти заказы очень люблю, пишу заказные песни, вкладывая все свое сердце и умение. Разве не нужны песни донорам, связистам, людям, которые в вечной мерзлоте прокладывают трубы? Разве не радостно, когда на юбилее мамы дети поют специально для нее и о ней написанную песню?

А песни о любви и про любовь – куда ж от них деться? Случаются…

Одно я хочу сказать – это очень большое счастье – писать стихи для песен. И я благодарю судьбу, что такое счастье досталось мне.

«Плесните колдовства в хрустальный мрак бокала…»

Ларису Рубальскую часто называют поэтом-песенником. Некоторые считают, что второе слово в этом сочетании принижает значение первого. В том смысле, что, мол, для песен годятся и весьма посредственные стихи. Репертуар современной российской эстрады, к сожалению, дает основания иронически или снисходительно относиться к качеству положенных на музыку текстов. Так ведь и авторов их правильнее называть не поэтами, а просто текстовиками. А для повышения художественного уровня песен как раз и требуются настоящие поэты. То, что написано ими с учетом специфики песенного жанра, сохраняет самостоятельную литературную ценность и без музыкального сопровождения. Хотя можно быть уверенным, что мысленно многие читатели стихотворений этого сборника будут напевать их, хорошо помня, как звучали они в исполнении Аллы Пугачевой, Валерия Леонтьева, Ирины Аллегровой, Филиппа Киркорова, Иосифа Кобзона, Ларисы Долиной и других звезд эстрады. А случалось, что песни на стихи Рубальской и способствовали звездному взлету артистов. Один из примеров тому – получение Гран-при на фестивале «Юрмала-88» Александром Малининым, выступившим там с песней «Напрасные слова», завораживающую строчку из которой мы вынесли в заголовок этого предисловия.

В 1984 году муж Ларисы Рубальской, по профессии врач-стоматолог, попросил посмотреть стихи своей жены, читавшиеся ранее лишь в узком кругу друзей, своего пациента – композитора Владимира Мигулю. И вскоре одно из стихотворений – «Воспоминание» – стало песней, которую исполнила Валентина Толкунова. Сколько с тех пор песен написала Лариса Алексеевна, она и сама сосчитать затрудняется, но несколько десятков из них, несомненно, стали шлягерами. Их поют не только звезды, а и самодеятельные артисты. Да и не артисты тоже. Просто потому, что такие слова на душу ложатся.

В одном из интервью Лариса Рубальская приоткрыла свою, если можно так выразиться, творческую лабораторию: «По улицам не просто так хожу – наблюдаю. Я и на лавочке с бабушками посижу, и с детишками постою, и с девчонками молодыми тут поболтаю. Надо слушать жизнь». Умение внимательно слушать жизнь, проникаться проблемами людей разного возраста помогает поэту находить темы для своих песенных стихов. Преимущественно они о любви: романтической и драматической, полной радостных предчувствий и питающейся воспоминаниями… Творческим кредо Рубальскои можно считать такие строчки:

Все в жизни бывает.

И все может быть.

Из нас только пленник в ней каждый.

Но главное просто кого-то любить,

А все остальное – неважно!

Она много ездит по России, выступает за рубежом. Ее прозрачные, мелодичные стихи уже давно можно не только услышать, но и прочитать в книжках. У вас в руках – очередная. Уверены, что она, как и все предыдущие, быстро обретет благодарных читателей.

Виноват я, виноват!

Хожу я по лезвию бритвы,

Терплю поражения в битвах,

А ты все качаешь права.

Любимая, ты не права!

А ты говоришь – так и надо,

Моим поражениям рада.

Зачем же такие слова?

Любимая, ты не права.

Виноват я, виноват,

Без суда и следствия.

Ты смени свой строгий взгляд

На другие действия.

В море жизни я – фрегат,

Потерпевший бедствие.

Виноват я, виноват,

Без суда и следствия.

Желтеют акации летом,

Тебе поспешить бы с ответом,

А то нас поссорит молва.

Любимая, ты не права.

Прикинь, без меня разве слаще?

И плачешь ты разве не чаще?

Зачем же ломаешь дрова?

Любимая, ты не права.

Виноват я, виноват,

Без суда и следствия.

Ты смени свой строгий взгляд

На другие действия.

В море жизни я – фрегат,

Потерпевший бедствие.

Виноват я, виноват,

Без суда и следствия.

Шампанское выстрелит пеной.

Обиды забудь и измены,

Пусть кругом идет голова.

Любимая, ты не права.

Под шорох подкравшейся ночи

Ты нежности снова захочешь.

И ухнет ночная сова —

Любимая, ты не права.

Напрасные слова

Плесните колдовства

В хрустальный мрак бокала.

В расплавленных свечах

Мерцают зеркала,

Напрасные слова —

Я выдохну устало.

Уже погас очаг,

Я новый не зажгла.

Напрасные слова —

Виньетка ложной сути.

Напрасные слова

Нетрудно говорю.

Напрасные слова —

Уж вы не обессудьте.

Напрасные слова.

Я скоро догорю.

У вашего крыльца

Не вздрогнет колокольчик,

Не спутает следов

Мой торопливый шаг.

Вы первый миг конца

Понять мне не позвольте,

Судьбу напрасных слов

Не торопясь решать.

Придумайте сюжет

О нежности и лете,

Где смятая трава

И пламя васильков.

Рассыпанным драже

Закатятся в столетье

Напрасные слова,

Напрасная любовь.

Доченька

У тебя для грусти нет причины,

В зеркала так часто не глядись.

Замирают вслед тебе мужчины,

Если мне не веришь – обернись.

А ты опять вздыхаешь,

В глазах печаль тая.

Какая ты смешная,

Доченька моя,

Как будто что-то знаешь,

Чего не знаю я.

Какая ж молодая ты еще,

Доченька моя.

Мы с тобой уедем к морю летом,

В город, где магнолии в цвету.

Я открою все свои секреты,

Все твои печали отведу.

А ты опять вздыхаешь,

В глазах печаль тая.

Какая ты смешная,

Доченька моя,

Как будто что-то знаешь,

Чего не знаю я.

Какая ж молодая ты еще,

Доченька моя.

Посмотри на линии ладони,

Все поймешь, гадалок не зови.

Это ангел, нам не посторонний,

Прочертил там линию любви.

Живи спокойно, страна!

Вчера опять на первой полосе

Писали обо мне газеты все,

Что я не так стою, что я не то пою

Я никому покоя не даю.

И вызывает жгучий интерес

Мой часто изменяющийся вес,

И мой репертуар, а также гонорар,

Все это нужно знать всем позарез.

Живи спокойно, страна,

Я у тебя всего одна,

Все остальное в тени,

Ну, извини!

Валяйте, говорите обо мне,

Мне это даже нравится вполне,

Куда и с кем лечу, кому за что плачу,

Живу я только с тем, кого хочу

Я буду петь, завистников дразня,

В эпоху эту имени меня,

Не падая к стене и вечно на коне,

И пусть побольше пишут обо мне.

Живи спокойно, страна,

Она у нас всего одна,

Все остальное в тени,

Ну, извини!

Жизнь летит, листая лица,

Годы, имена,

Но во все времена

Есть я, одна, одна совсем одна!

Живи спокойно, страна,

Я у тебя всего одна,

Все остальное в тени,

Ну, извини!

Живи спокойно, страна,

Я у тебя всего одна,

Все остальное в тени,

Ну, извини!

Транзит

Ты говоришь –
Страница 4 из 5

расставаться полезно…

Вот я и ушла.

В город чужой ненадолго, проездом

Судьба занесла.

Осень покинув, в тревожную зиму

Поезд влетел.

Мне расставаться невыносимо,

Ты так хотел.

Я так просила: удержи!

Ты слова не сказал.

Я твой транзитный пассажир,

Ты мой транзитный зал.

Ты говоришь – расставаться полезно…

Так и сбылось.

В жизни твоей побывала проездом,

Поезд унес.

Там без меня догорают осины,

Желтая грусть.

Мне расставаться невыносимо,

Я не вернусь.

Угонщица

Если спросят меня, где взяла

Я такого мальчишку сладкого,

Я отвечу, что угнала,

Как чужую машину-девятку я.

Угнала у всех на виду,

Так открыто, что обалдели все.

Ни за что, ты имей в виду,

Не верну тебя бывшей владелице.

Я ждала тебя, так ждала.

Ты мечтой был моей хрустальною.

Угнала тебя, угнала.

Ну и что же тут криминального!

Все девчонки теперь за спиной

Называют меня угонщицей.

Им завидно, что ты со мной

И любовь наша скоро не кончится.

А подруги пускай тормозят

И вернуть тебя не стараются,

Потому что твои глаза

Только мне одной улыбаются.

Мулатка-шоколадка

Там, где пальмы в небо стрелами,

Птицы райские звенят.

Там девчонка загорелая,

Ты с ума свела меня.

Мы с тобой – два разных полюса —

Стылый север, жаркий юг.

О любви я сразу понял все,

Лишь тебя увидел вдруг.

Моя мулатка, мулатка-шоколадка,

Ребенок милый солнца и волны.

Но почему мне так в твоих объятьях сладко

В лучах банановой страны.

Но жизнь моя – капризная лошадка,

Опять в снега, домой меня умчит.

Моя мулатка, ты, как шоколадка,

А шоколад всегда горчит.

На песке следы сливаются

И теряются в волне.

Шоколадная красавица,

Что ты знаешь обо мне?

Ты мне что-то шепчешь ласково

На полночном берегу.

Я навек бы здесь остался бы,

Но без снега не могу

Странная женщина

Желтых огней горсть

В ночь кем-то брошена.

Я твой ночной гость,

Гость твой непрошеный.

Что ж так грустит твой взгляд?

В голосе трещина.

Про тебя говорят —

Странная женщина.

Странная женщина, странная,

Схожа ты с птицею раненой,

Грустная, крылья сложившая,

Радость полета забывшая.

Кем для тебя в жизни стану я?

Странная женщина, странная.

Я не прошу простить,

Ты ж промолчишь в ответ.

Я не хочу гостить

И уходить в рассвет.

В грустных глазах ловлю

Искорки радости.

Я так давно люблю

Все твои странности.

Я не помню

Я не помню, сколько осеней назад

Падал под ноги наш первый листопад,

Ты на краешке сгорающего дня

Целовал меня.

Я не помню, сколько зим с тех пор прошло,

Напролет всю ночь за окнами мело,

Ты тогда руками, полными огня,

Согревал меня.

Не забыть былого, не вернуть,

Я одна иду в обратный путь,

Я бреду на забытый свет

Тех далеких, прошедших лет.

Не забыть былого, не вернуть,

Обещаю, что когда-нибудь

Свет забытый я погашу

И тебя отпущу.

Я не помню, я забыла голос твой,

Торопливый звук шагов по мостовой,

Я живу, тебя нисколько не виня,

Ты забыл меня.

Я не помню, но зачем тогда, скажи,

Снова лист осенний так в руке дрожит,

Ветер памяти принес мне на крыле

Мысли о тебе.

Там, на вираже

Я боюсь оглянуться назад,

Там ты Южный, я Северный полюс.

Видеть твой обжигающий взгляд,

Слышать твой остужающий голос.

Вспоминать я боюсь и забыть

Ночь в холодном, заброшенном доме.

Нам с тобою там больше не быть,

Так зачем я, скажи, это помню?

Там, на вираже,

Ты, как в гонках сложных,

В яростном броске

Мчишь на красный свет.

И в моей душе

Так неосторожно,

Словно на песке,

Оставляешь след.

Я боюсь оглянуться назад,

Снова быть отрешенной и грешной.

Облетает цветущий наш сад,

В зимний сон погружаясь неспешно.

Будут дни холодней и темней,

Мне однажды покажется, может,

Что ты тоже грустишь обо мне

И ту ночь вспоминаешь ты тоже.

Я боюсь, что накатит волной

То, что мне пережитым казалось,

И тебя там не будет со мной,

Только грусть где-то в сердце осталась.

Грусть пройдет, так бывало не раз,

Вспоминать тебя буду без боли.

Только это потом, а сейчас

Сердце бьется, как птица в неволе.

Полярник

Ой, дарит жизнь порой подарки нам,

Потом от них мы только плачем.

Он мне представился полярником

И был всю ночь таким горячим.

Он мне казался удивительным,

На предыдущих непохожим,

И волновала убедительно

Его обветренная кожа.

А мне так хотелось его отогреть,

Мне нравился этот полярный медведь.

Казалось, он тоже кайфует,

На мне, как на льдине, дрейфует.

Он мне рассказывал о полюсе,

Где снег да белые медведи.

И намекало что-то в голосе,

Что к ним он больше не уедет.

Пронзило душу чувство жгучее,

А сердце что-то предвещало.

И небо жизнь мою дремучую

Звездой Полярной освещало.

Но оказалась жизнь конкретнее,

Чем представлялось мне доныне.

Скажу, короче, больше нет его, —

Вернее, есть, но там, на льдине.

Ну вот за что же мне удар такой?

Он не звонит мне и не пишет.

Забыл навек меня полярник мой

И променял на белых мишек.

Опоздавший

Я ждала, стояла у окна,

Я ждала, по комнате ходила,

Я ждала, хмелела от вина,

Я ждала и время торопила.

А вчера, ведь ты еще вчера

Колдовал словами и губами,

Но игра, любовная игра,

Вот и все, что было между нами.

Лепестки цветов опавших

На сиденье машины.

Их рассыпал опоздавший,

Мой несбывшийся мужчина.

Заблудившийся в дороге

И судьбой моей не ставший.

Опоздавший ненадолго

И на вечность опоздавший.

Я ждала, чтоб прозвенел звонок,

Я ждала, чтоб ты вошел и обнял.

Я ждала, но ты прийти не смог,

Я ждала, а ты меня не понял.

Что потом? Не знаю, что потом,

Не смогу ответить, если спросят.

Лишь листом, оранжевым листом,

Бьет в стекло рассерженная осень.

В городе Эн

В жизни я отчаянно

Жаждал перемен,

И попал нечаянно

В тихий город Эн.

Я попал нечаянно

В городок окраинный,

Там глаза печальные

Взяли меня в плен.

Ночь плыла бессонная

В перекатах гроз.

В небогатой комнате

Вышло все всерьез.

Эту ночь бессонную

Навсегда запомню я,

Там глаза бездонные

Не скрывали слез.

Город без названия,

Населенный пункт.

Робкие касания

Нежных губ и рук.

Город без названия,

Встречи-расставания,

Долгий миг прощания,

Слов последних звук.

Похоже на любовь

Вдали от ветров вьюжных,

В краях приморских южных,

На опустевшем пляже

Мы встретились с тобой.

Шептала ты: – Не надо!

Но выдавала взглядом,

Что это очень даже

Похоже на любовь.

Нас опьянил с тобою

Южных цветов дурман.

Был так похож с любовью

Легкий ночной роман.

Летели дни, как птицы,

Листали мы страницы,

И был сюжет несложным,

Понятным с первых слов.

Но как-то раз однажды

С другим пришла на пляж ты,

И это было тоже

Похоже на любовь.

И было все прекрасно,

Пока не стало ясно,

Что к этой новой роли

Я просто не готов.

Смотрела ты печально,

А я сказал прощально,

Что это было только

Похоже на любовь.

Я завелась

Все мне было неохота,

Все неинтересно.

Завелась с пол-оборота,

Без разбега, с места.

Взрыв в душе моей пропащей,

Сердце пробудилось.

Я не помню, чтобы раньше

Я так заводилась.

Я завелась, я завелась,

Моя душа оторвалась,

С цепи как будто сорвалась,

И улетела.

Ты надо мной взял круто власть,

Боюсь я, как бы не
Страница 5 из 5

пропасть, —

Моя душа так завелась,

А с ней и тело.

Видно, здесь колдует кто-то,

Кто-то здесь замешан —

Завелась с пол-оборота,

Стала самой грешной.

Выполняю с полуслова

Все твои приказы,

Ничего со мной такого

Не было ни разу.

Турбулентности в полетах

Я боялась раньше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/larisa-rubalskaya/svet-v-tvoem-okne-4/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.