Режим чтения
Скачать книгу

Любовь не выбирают читать онлайн - Александра Лисина

Любовь не выбирают

Александра Лисина

Хорошо ли быть белой ведьмой? А получить приглашение на отбор невест для повелителя самой загадочной расы в мире? По личному опыту могу сказать – не очень, потому что белых ведьм у нас мало, а союз с могущественным нелюдем представляет для избранницы серьезную угрозу. Одно хорошо – на роль невесты я не подошла. А вот должность судьи повелитель мне все-таки навязал…

Александра Лисина

Любовь не выбирают

Пролог

«Да-а, день определенно не задался», – подумала я, с мрачным видом изучая двери тронного зала.

Нет, сами двери были очень даже ничего – большие, красивые, с искусной резьбой, в создание которой неизвестные мастера наверняка вложили уйму времени и сил. Но не это тревожило меня в данный момент.

Предстоящая аудиенция у владыки мора?нов[1 - Мораны – малоизученная раса нелюдей, обитающая в подземельях, которые принято называть нижним миром. – Здесь и далее примеч. авт.] – вот моя главная головная боль, причем и в переносном, и в прямом смысле этого слова.

Осторожно пощупав саднящий затылок, я бросила неприязненный взгляд на троицу стоящих у дверей, закованных с ног до головы в доспехи стражников. С виду они были похожи на людей: две руки, запрятанные в толстые кожаные перчатки; две ноги, закрытые спереди металлическими щитками; голова, упакованная в глухой шлем без единой щелки. Ни дырок для ноздрей, ни отверстий для глаз… сплошная отполированная до зеркального блеска сталь. А на месте глаз – разноцветная слюдяная пластинка, за которой совершенно ничего не видать.

Может, правду говорят, что под шлемами мораны прячут звериные морды? А может, это вообще человекообразные ящеры, которым стало тесно под землей, и именно поэтому пару сотен лет назад они решили выбраться на поверхность?

К несчастью, о моранах и сейчас мало что известно, кроме того, что они вроде бы нам не враги. Да, среди них много прекрасных воинов, которые, впрочем, не служат никому, кроме своего повелителя. Не меньше искусных резчиков по камню и великолепных ювелиров, мастерство которых поражает с первого взгляда. А еще у них есть особая, совершенно непонятная нам магия, которая в первые годы после контакта с подземниками весьма тревожила наших чародеев.

Но, надо признать, приглашать в гости мораны действительно умеют. Щедрая россыпь сонной пыльцы, мешок на голову, и опля – я уже как миленькая стою в их подземном царстве и вовсю наслаждаюсь прекрасными видами.

Говорят, у их повелителя ко мне какое-то дело… но что могло понадобиться могущественному нелюдю от простой белой ведьмы?

Медленно повернувшись вокруг своей оси и мельком оглядев красующиеся на стенах роскошные барельефы, я снова потерла затылок и поморщилась.

Приволокли меня сюда, понимаешь, без согласия. Оставили без личных вещей. Незнамо куда дели дорожный мешок, из-за чего я теперь должна предстать перед подземным владыкой в стоптанных башмаках и потрепанном дорожном платье. Невесть где бросили, а может, и сломали мою любимую метлу… Та-а-ак. Метла для ведьмы – это серьезно, так что, похоже, и у меня появилось к повелителю важное дело.

Наконец со стороны дверей послышался тихий шорох, и тяжелые створки сами по себе поползли в стороны. Похожие на муравьев стражники, в руках которых покачивались угрожающе длинные копья, бесшумно расступились, а из открывшегося полутемного проема вышел еще один… ну, скажем так, «муравей». В таких же ярко блестящих доспехах и в глухом шлеме, только без оружия.

– Повелитель Таалу ждет вас, госпожа Нораатис, – донеслось приглушенное из-под забрала.

Я кивнула.

Что ж, пойдем потолкуем с их загадочным повелителем. Мне даже интересно стало, для чего я ему понадобилась, ведь до сих пор ни один из магов верхнего мира не удостаивался личной аудиенции. И, наверное, я даже соглашусь тут задержаться, если вдруг окажется, что дело мне по зубам. Но если выяснится, что на моей метле появилась хоть одна царапинка…

Я мрачно улыбнулась. После чего расправила плечи и, откинув назад полы запылившегося плаща, смело шагнула в темноту.

Глава 1

Тронный зал меня, мягко говоря, поразил.

Волею случая мне уже доводилось бывать в домах богачей и любоваться изысканными интерьерами, но о том, что в гигантской пещере возможно сотворить нечто подобное, я прежде не подозревала.

Размеры тронного зала потрясали – стоя на пороге, я с трудом могла различить противоположную стену. На потолок вообще страшно было смотреть – настолько он казался далеким! Высоченные каменные своды терялись во тьме. Такая же жутковатая тьма клубилась и по углам, и возле украшенных причудливыми символами опорных колонн. Но особенно много ее скопилось у дальней стены, там, где на приличном возвышении виднелся белоснежный трон повелителя.

А еще мне на мгновение почудилось, что коварная тьма таится даже внизу, подо мной. Вернее, под ажурными, невероятно сложными и воистину мастерски выполненными каменными кружевами, которые по какому-то недоразумению заменяли здесь пол.

Осторожно ступив на это произведение искусства, я снова поразилась: кружева казались столь тонкими и изящными, что их жаль было топтать грязными башмаками. Казалось, наступи чуть посильнее, и они рассыплются в прах. Но нет – мой провожатый чувствовал себя здесь вполне уверенно, и, что самое главное, под его весом ни один камешек так и не треснул.

А потом я присмотрелась внимательнее и успокоилась – пол в тронном зале оказался двойным. Верхний, похожий на кружевную салфетку, пестрел множеством сквозных отверстий, тогда как нижний выглядел совершенно целым. Так что, если мы с «муравьем» и провалимся по дороге, то не глубже, чем на ладонь. Если, конечно, живущая внизу тьма не сожрет нас за неосторожность.

Молча следуя за «мурашом», я с трудом удержалась, чтобы не начать вертеть головой по сторонам. Но даже так, краем глаза изучая медленно проплывающие мимо стены, снизу доверху украшенные искусными барельефами, я не могла не испытывать восхищения.

Вот ведь нелюди проклятые! Понятно, что зал изначально был создан, чтобы производить впечатление на гостей, но… мать-богиня! Каким же оно было, это впечатление! Ни одному дворцу в верхнем мире не сравниться! Казалось бы, что тут такого? Один сплошной камень, ни ярких цветов, кроме созданных самой природой оттенков, ни бликов золота или серебра, ни тканей, ни дерева, ни драгоценностей… а чувствуешь себя так, словно ступаешь по самому дорогому в мире ковру в окружении немыслимой, никогда прежде не виданной роскоши. Роскоши, имя которой – совершенство.

По мере приближения к трону я поняла, что постепенно теряю уверенность в себе. Каменное возвышение, которое я сначала посчитала недостойным своего внимания, в действительности было намного больше, чем мне показалось от входа. Гигантское сооружение напоминало вплавленную в пол пирамиду. Огромные ступени вели к массивному трону. Сияющее ослепительной белизной природных кристаллов сиденье, обрамленное такими же сияющими подлокотниками, было рассчитано на горного великана. И, честное слово, у меня екнуло в груди, когда при нашем приближении с этого монумента кто-то неторопливо поднялся.

Не дойдя до трона каких-то пары сотен шагов,
Страница 2 из 18

сопровождающий меня моран внезапно остановился и с почтением преклонил колено. А на мой настороженный взгляд сделал неопределенный жест и едва заметно кивнул в сторону трона. Мол, иди.

Ну я и пошла.

И лишь добравшись до возвышения, с досадой поняла, почему хитрый «мураш» так рано остановился – с того места, где он находился, трон и площадка перед ним неплохо просматривались. Я же, стоя у дурацкого основания, ни дмурта[2 - Дмурт – мелкая лесная нечисть, обычно принимающая облик кота и обладающая пакостным характером.] оттуда не видела. И должна была кричать вверх, даже не зная, где в этот момент находится повелитель. Слушает ли меня вообще или же по-тихому ржет в кулак.

Однако как только я развернулась, чтобы вернуться к «мурашу», сверху послышалось тихое, но требовательное:

– Поднимись!

Причем на чистейшем эль-лилле – самом распространенном наречии верхнего мира. Так что я, хоть и ругнулась про себя, все же не рискнула не подчиниться и, подоткнув длинный подол, принялась карабкаться на эту несусветную верхотуру.

Одна ступенька, вторая, третья… На седьмой я с неприятным удивлением поняла, что запыхалась. А на одиннадцатой, к собственной досаде, и вовсе остановилась, чтобы перевести дух.

Впрочем, чего удивляться? Ступеньки-то широченные, высоченные, такие далеко не каждый с наскоку одолеет, как будто мораны не для себя делали. Но не заставлять же из-за этого владыку ждать? Да и очень уж хотелось узнать, какой умелец обучил его нашему языку так, что ни малейшего акцента не чувствовалось.

А еще меня подгонял внезапно проснувшийся интерес: вот скажите, повелитель сюда точно так же карабкается перед каждой аудиенцией, как я? Или его в специальной люльке на пирамиду поднимают? А может, наоборот, сверху опускают, чтобы ножки лишний раз не утруждал? Или вообще катапультой на трон забрасывают?

Пошарив вокруг глазами, но так и не обнаружив нигде нужных приспособлений, я настолько глубоко задумалась над возникшей проблемой, что сама не заметила, как добралась до самого верха. Однако стоило мне с пыхтением затащить себя на последнюю, двадцать четвертую ступеньку и осознать, что подъем наконец-то закончился, как случилось новое потрясение. Правда, на этот раз – для нас обоих. Потому что повелитель, насколько я поняла, не ждал, что я вообще к нему доберусь. А я, признаться, не надеялась, что он рискнет показаться мне без шлема.

Думаю, опешили мы с ним совершенно одинаково. Я, вероятно, первой из смертных увидела его лицо, из-за чего инстинктивно отшатнулась и едва не кувыркнулась вниз. А он, вовремя опомнившись, буквально прыгнул вперед, цапнул меня за ворот и мощным рывком вернул обратно на площадку. После чего властно притянул к себе и, шумно втянув ноздрями воздух, издал какой-то непереводимый горловой звук.

Что это было – шипение или клокотание, и какую несло в себе эмоциональную нагрузку, я не поняла. Да и не стремилась разобраться, если честно, потому что в этот самый момент совершенно непочтительно пялилась на повелителя моранов и лихорадочно гадала, что мне потом за это будет.

Надо признать, уродом владыка Таалу не являлся и на злобного ящера вовсе не походил.

Прямые черные волосы, спускающиеся до середины спины и загибающиеся на кончиках наподобие острых крючков. Строгий овал лица. Неестественно светлая кожа, которая несколько пугающе смотрелась на фоне черного доспеха. Излишне резкие черты. Непривычно большой лоб и, напротив, чрезмерно узкий подбородок…

Если бы не глаза, его вполне можно было бы принять за человека. Но первый же взгляд на творящуюся под надбровными дугами жуть мгновенно рассеивал эту иллюзию – у моранов, как оказалось, не имелось ни белков, ни зрачка, ни радужки. Под совершенно человеческими веками виднелась лишь выпуклая, неестественно блестящая черная пленка, в которой мое испуганное лицо отразилось, как в зеркале. А под пленкой клубилась та самая тьма, которой вокруг и так было предостаточно.

– Вот поэтому мы предпочитаем не показываться людям без шлемов, – приятным, чуть хрипловатым баритоном сообщил мужчина, когда я испуганно дернулась и вместо того, чтобы разразиться каким-нибудь особо убойным заклинанием, издала невнятный сип. – Вы излишне суеверны и склонны к преувеличениям. Не надо меня бояться, ведьма. Даю слово, что не причиню тебе вреда.

Рука повелителя, закрытая кожаной перчаткой, наконец отпустила мой ворот, а вместе с ним – и перехваченное спазмом горло, позволив сделать долгожданный вдох. А затем моран неожиданно отступил. Причем так быстро, что мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать случившееся и, кинув на владыку еще один диковатый взгляд, повременить с уже готовым сорваться заклинанием.

Дмурт бы побрал этого нелюдя… У меня чуть сердце из груди не выскочило, а он стоит, усмехается. И, кажется, прекрасно знает, какие мысли роятся в моей растрепанной голове!

– Вы – демон? – все-таки набралась наглости уточнить я, на всякий случай сохраняя максимально возможную дистанцию.

Моран вздернул верхнюю губу, демонстрируя чуть увеличенный клык.

– Мне известно, чем занимаются в верхнем мире такие, как ты. Но в меня не нужно бросаться заклинаниями: во-первых, здесь они не подействуют, а во-вторых, в этом нет необходимости. Мы, как и вы, создания из плоти и крови. Хотя, полагаю, для многих твоих сестер даже отдаленного сходства с демонами достаточно, чтобы приписать нам славу кровожадных чудовищ.

Я одернула сбившееся набок платье и, отступив еще на шажок, все-таки потребовала:

– Покажите руки.

И снова повелитель меня удивил, безропотно сняв перчатку с левой руки. Но, поскольку когтей на пальцах у него не оказалось, а кожа, хоть и выглядела бледной, все же не имела характерных для одержимых отметин, я вздохнула с облегчением:

– Спасибо.

– И это все? – иронично вздернул бровь моран. – Неужели даже не попытаешься ударить?

Я на мгновение заглянула в его жутковатые глаза, в которых снова, как в первый раз, отразилось мое раздосадованное лицо, и поморщилась.

– Вы – не нежить. А значит, у меня нет причин для нападения.

– Пока нет, – едва заметно кивнул моран, словно прочитав мои мысли. – Но я рад, что хотя бы на время этот вопрос отпал.

– Зачем вы меня искали?

– Вообще-то я искал не тебя. Мне нужна верховная белая ведьма.

Вот теперь пришла моя очередь усмехаться.

– Госпожа Тейлара уже давно не бродит по дорогам в поисках приключений. Для этого есть ведьмы попроще.

– Мы знаем, что она редко покидает храм матери-богини, – охотно согласился повелитель. – Но у нас нет желания испытывать его стены на прочность – это осложнит отношения с верхним миром. Тем не менее я должен увидеться с этой женщиной. А в качестве благодарности готов подсказать, где найти ваших пропавших сестер. Как считаешь, на таких условиях она согласится встретиться?

Я мгновенно ощетинилась.

Белый храм – это особое место, в котором такие, как я, издревле черпают силу. Место, до краев наполненное благодатью матери-богини – покровительницы всего живого, которую почитают во всех без исключения странах верхнего мира.

Мы, ее жрицы, несем в себе ее божественный свет. В местах, где мы регулярно бываем, лучше плодоносит земля, в опустошенные засухой
Страница 3 из 18

русла быстрее возвращается вода, в лесах охотнее родятся звери, а люди в деревнях начинают меньше болеть.

Нет, мы не изгоняем смерть и не исцеляем тяжкие болезни, но помочь заживить простую рану или облегчить боль нам вполне по силам.

Наш храм – это не неприступная крепость, а древняя святыня. Именно поэтому к нему относятся с таким трепетом. И поэтому же ни один король не посмеет отказать заглянувшей в его дворец ведьме даже в самой ничтожной просьбе.

Правда, среди нас есть и те, кто избрал иной путь. Те, кому доверили особые знания, помогающие не дарить благодать, а отнимать ее, и дающие способность ранить, даже убить… с помощью тех самых боевых заклятий, одно из которых я едва сейчас не использовала.

Но проклятый моран знал, куда бить, когда говорил о моих сестрах: за последний месяц на дорогах верхнего мира бесследно исчезли сразу четверо светлых жриц. Причем ни следа, ни намека на то, как и почему это произошло, нам найти не удалось. Вернее, нам не удавалось сделать этого вплоть до того дня, когда посланные повелителем моранов «мураши» просто-напросто выкрали меня из придорожного трактира. И теперь, кажется, храму не надо больше продолжать настойчивые поиски – думаю, я нашла верный ответ.

– Что с моими сестрами? – отрывисто спросила, буравя нелюдя настороженным взглядом.

Мужчина едва заметно пожал плечами.

– Они живы, здоровы, но ограничены в перемещениях, поскольку не смогли выполнить ту работу, для которой я их нанимал.

– Белые ведьмы служат только богине, – сухо отчеканила я, едва сдерживаясь, чтобы не сказать какую-нибудь гадость.

– Как правило, да. Но согласись: когда дело касается жизни и смерти, стоит пойти на небольшую уступку?

Я сжала челюсти.

– Что вам от нас нужно?

– Одна небольшая услуга, после выполнения которой вы все вернетесь домой. Твои сестры не смогли мне помочь, поэтому мои воины привели тебя. Если с этим не справишься ты, я найду кого-то еще. И буду искать до тех пор, пока не достигну желаемого. Или пока ваша верховная ведьма-настоятельница не согласится прийти сюда ради вас.

– Зачем она вам? – тихо спросила я, опасно балансируя на самом краю площадки и готовясь сорваться вниз, если нелюдь потребует что-то запредельное. Например, выдать настоящее имя наставницы. Или использовать доставшуюся мне благодать не по назначению.

– У нее есть то, что нужно мне, – спокойно отозвался моран, пристально глянув мне прямо в глаза.

В этот момент я все-таки пошатнулась и, неловко взмахнув руками, едва не сверзилась вниз. Но повелитель молниеносным движением оказался рядом, уверенно перехватил меня за талию и не позволил упасть.

– Не делай глупостей, я все объясню, – так же спокойно предложил он, словно ничего не случилось. – Если, конечно, ты не передумала убиваться и согласишься выслушать меня до конца.

Когда все тот же «мураш» открыл незнамо какую по счету каменную дверь, я благодарно кивнула и без опаски вошла в незнакомое помещение.

С повелителем Таалу мы все-таки договорились: он милостиво дает мне время собраться с мыслями, а ровно через два часа я возвращаюсь, чтобы получить ответы на свои вопросы.

С его же разрешения мне выделили гостевые покои, куда я только что заявилась, приличную охрану, которая состояла аж из четырех молчаливых «муравьев» и тащилась за мной вплоть до этих дверей. А еще сюда успели перенести все мои личные вещи, включая дорожный мешок, запасной плащ и даже… хвала матери-богине… любимую метлу, которая сейчас смирно стояла в уголке.

Увидев старую, потрепанную жизнью боевую подругу, я окончательно успокоилась. После чего оглядела выделенную повелителем комнату. Подивилась более чем скромной обстановке, состоящей из шерстяного ковра, придвинутого к дальней стене дивана, пары мягких кресел и небольшого деревянного столика. А потом обнаружила все те же потрясающие каменные кружева, которые, в отличие от тронного зала, покрывали здесь не только пол, но и стены до самого верха, и поинтересовалась у застывшего в дверях «мураша»:

– Это что, магия?

Упакованный с ног до головы в «зеркальные» доспехи моран проследил за моим взглядом и, качнув головой, на таком же безупречном, как у повелителя, эль-лилле ответил:

– Нет, госпожа Нораатис. В дворцовых покоях камень обрабатывается вручную.

– Но это же сколько работы… – ошеломленно замерла я, а потом запрокинула голову и, оглядев высокий, похожий на купол в храме потолок, тихонько выдохнула: – Невероятно!

– Вам еще что-нибудь нужно, госпожа Нораатис?

– Просто Нора, пожалуйста.

– «Атис» в нашем языке означает «почетная гостья», госпожа, – спокойно пояснил «мураш». – По приказу владыки Таалу здесь к вам будут обращаться только так.

– Хорошо. А как зовут вас? – поинтересовалась я, мысленно смиряясь с неизбежностью.

– Риату, госпожа. Я исполняю особые поручения повелителя и к тому же неплохо знаю язык верхнего мира.

Ну да, неплохо. Нет, я, конечно, понимаю, что за двести с хвостиком лет, прошедших с первого контакта, можно было чему угодно научиться, но такого чистого произношения я уже давненько не слышала.

– Просто Риату и все? – уточнила на всякий случай.

– Так точно, госпожа Нораатис. У нас не в ходу длинные имена.

Хм. А это удобно. В нашем мире порой запутаться можно во всевозможных приставках. А здесь все просто, функционально и понятно. Начинаю уважать владыку за такой подход.

– Вы не могли бы снять шлем? – попросила я, увидев, что Риату собрался уходить. – Полагаю, вам и вашим лю… то есть моранам, приходится носить шлемы только потому, что здесь нахожусь я. И мне кажется, в этом больше нет необходимости. Согласитесь: если даже повелитель решил меня удивить, то вас уж я точно не испугаюсь.

«Мураш» после такого предложения откровенно заколебался. Но потом все-таки поднял руки и стянул с головы неудобную железку, открыв моему взгляду коротко стриженные, абсолютно прямые черные волосы, почти такое же бледное лицо, как у повелителя, и посмотрел на меня такими же страшноватыми глазами.

– Благодарю, – спокойно кивнула я, убедившись, что «демонические» глаза – это действительно расовая особенность. – Буду признательна, если вы и впредь не станете скрывать от меня лицо.

– Как пожелаете, госпожа, – едва заметно улыбнулся мужчина и, уважительно наклонив голову, вышел. А за ним сама по себе, как по мановению волшебной палочки, с тихим шорохом закрылась тяжелая дверь.

– Ну что, будем обживаться? – тихонько спросила я в пустоту, убедившись, что из коридора не доносится ни единого звука. – Эй, По, ты как?

Безучастно стоящая метла тут же встрепенулась и, плавно изогнувшись в рукояти, воровато выглянула из угла.

– Выходи, негодница, – улыбнулась я. – В ближайшие пару часов нас не потревожат, так что любоваться на твои выкрутасы будет некому.

Метла обрадованно тряхнула прутиками, сбрасывая с них налипшую грязь, повернулась рукояткой в одну-другую сторону, после чего весьма резво взлетела и принялась изучать предоставленное нам помещение.

Глядя на то, как она тыкается кончиком рукояти в покрывающие стены тончайшие кружева, словно пробуя их на прочность, я незаметно улыбнулась.

По – это самая первая вещь, которую я смогла, так сказать, оживить.
Страница 4 из 18

Впервые в жизни увидев потрясающей красоты посох верховной белой ведьмы, я в свои полгода от роду была так поражена, что немедленно захотела себе такой же. Но, поскольку, кроме старой кривой метлы, ничего под рукой не оказалось, я схватилась именно за нее. И совершенно нечаянно создала По. Да, просто «По», потому что слово «посох» в то время еще не выговаривала.

С тех пор По всегда со мной – верная, немножко вредная, но невероятно полезная спутница, которой по воле матери-богини досталась не только божественная искра разума, но и толика ее силы.

– Надеюсь, ты хорошо себя вела? – строго осведомилась я, когда По, проверив комнату на предмет неприятных сюрпризов, с удовлетворенным шелестом опустилась на пол. – И не наделала глупостей, когда меня похитили?

Метла тут же прикинулась мертвой и картинно свалилась мне под ноги.

– Все ясно, – усмехнулась я. – А по голове меня кто стукнул, не знаешь?

Она мгновенно свернулась в виноватый клубочек, а я укоризненно покачала головой:

– По… как ты могла?

Жесткие прутики тут же поникли, по рукояти пробежала мелкая дрожь, словно боевая подруга всхлипнула. После чего она снова взлетела, закружилась, периодически воинственно взмахивая помелом, словно с кем-то сражалась, а затем бережно коснулась прутиком моего затылка и снова печально поникла.

– Промахнулась, значит, – догадалась я. – Я-то выключилась почти сразу, когда сонную пыльцу в комнату запустили, а ты, выходит, целое сражение с моранами устроила. И меня заодно приголубила. А потом прикинулась дохлой и доехала сюда на чужих плечах… молодец. Надеюсь, ты хотя бы дорогу запомнила?

Поняв, что я не сержусь, По мгновенно воспряла духом и активно закивала верхней частью рукояти. После чего проворно ринулась к двери, яростно подметая при этом пол.

– Нет, – усмехнулась я, когда она остановилась и вопросительно изогнулась. – Сматываться мы никуда не будем. И следы заметать тоже пока нет необходимости: где-то здесь томятся наши сестры. И без них мы отсюда не уйдем.

Следующие полчаса я потратила на изучение покоев и довольно быстро отыскала еще одну комнату, скрытую за ажурной, выглядящей, как часть орнамента на стене, дверью. За ней обнаружилась уютная и очень приличная по размерам спальня, а также все прочие удобства, внимательно изучив которые, я осталась довольна.

Что ж, обстановка приемлемая. Здесь сухо, тепло и довольно красиво. Окон, правда, нет, но в подземном мире они и не нужны. Зато мебель удобная и, к моей радости, почти вся деревянная, что, наверное, у «мурашей» считается признаком престижа – деревья-то здесь не растут, а значит, любая вещичка из древесины должна цениться на вес золота.

Что еще мне понравилось, так это полное отсутствие замков на дверях. И очень мягкий, умышленно приглушенный свет, излучаемый стенами и потолком. Правда, на мой вкус, в помещении все равно было темновато, но спросить, что и как, оказалось не у кого.

К тому же у меня возникла более важная проблема – следовало переодеться перед возвращением в тронный зал. Но выбрать из того, что было на мне, и того, что нашлось в дорожном мешке, оказалось, мягко говоря, нелегко.

– Мдя-а, – озабоченно протянула я, придирчиво изучив собственное отражение в нашедшемся в спальне зеркале. – Кажется, за два часа я себя в порядок не приведу: платье мятое, на голове кошмар, морда в саже… По, как ты позволила, чтобы меня в таком виде узрели посторонние мужчины, да еще и нелюди?!

Вредная метла тут же стукнулась ручкой об стену.

– Нет. Убиваться по этому поводу не стану, – тут же отреагировала я. – Но изобразить что-нибудь приличное попробую.

Сорвавшийся с моих ладоней вихрь из серебристых искорок на пару мгновений осветил погруженную в полумрак комнату. Однако почти сразу впитался в одежду, придав ей вполне пристойный вид, а остальное я доделала сама.

– Ну вот, – удовлетворенно кивнула часа через полтора. – Совсем другое дело. Королевишной меня, конечно, не назовут, но чтобы не пугать местных жителей, сойдет.

Отразившаяся в зеркале молодая и довольно симпатичная ведьма задорно мне подмигнула. Писаной красавицей она, конечно, не была, но чистая кожа, старательно уложенные рыжеватые волосы и простое, севшее по фигуре синее платье сделали ее внешность намного более приятной, чем пару часов назад. С глазами, правда, не повезло, и красивого изумрудного цвета, как у мамы, мне не досталось. Но карие бабушкины меня вполне устраивали, да и на остальное было грех жаловаться.

Когда я надевала выуженные из мешка изящные туфельки, то случайно увидела в отражении, как вредина По разгуливает по комнате, карикатурно извиваясь и соблазнительно покачивая помелом, словно заправская кокетка – бедрами.

Сорвав с крючка первое попавшееся полотенце, я с силой бросила его за спину. Но наученная горьким опытом метла тут же отклонилась, ловко поймала его на рукоять и принялась кривляться еще активнее, тряся полотенцем, будто девица – роскошной гривой волос.

– Вот поганка, еще и дразнится, – поразилась я и сорвала с крючка еще одно полотенце. – Ну, По… сейчас ты у меня получишь!

Не знаю, чем бы все это закончилось, но в дверь очень вовремя постучали. А затем тяжеленные створки сами по себе поползли в стороны, предвещая появление посторонних. Метла при этом привычно прикинулась мертвой и снова грохнулась на пол, не успев скинуть с себя полотенце. А я поспешила спрятать за спину второе и, подвинув ногой По в тот же угол, откуда она вылезла, нацепила на лицо вежливую полуулыбку.

– Вы готовы, госпожа Нораатис? – осведомился Риату, остановившись на пороге.

Я торопливо скомкала тряпичный снаряд и, незаметно пихнув его за одну из дверных створок, чинно склонила голову:

– Разумеется.

– Тогда прошу следовать за мной.

Уже выходя из комнаты, я успела заметить, как зловредная метелка потихоньку уползает под диван, и перевела дух. Надеюсь, если мы задержимся, она не помчится разыскивать меня по всему дворцу. Иначе потом придется долго извиняться перед повелителем и разъяснять, почему его воины разгуливают по коридорам с огромными вмятинами на шлемах.

О том, как мы добирались до тронного зала, рассказывать не буду – скучно. Скажу только, что без сопровождающих я бы точно заблудилась. Многочисленные коридоры, по которым мы шли, выглядели абсолютно одинаково. Ни одного из них я, к собственному разочарованию, так и не узнала, хотя совсем недавно мы здесь уже побывали. Идущий впереди Риату всю дорогу упорно молчал, несмотря на то, что я честно попыталась его разговорить. Охрана, как водится, прилежно топала сзади. И только когда добрались до нужного места, в нашем строю что-то поменялось: сначала замедлилась и вскоре окончательно отстала молчаливая четверка стражников, а еще через несколько десятков шагов остановился и Риату.

– Дальше мне нет ходу, госпожа. Повелитель ожидает за дверью.

Я окинула длиннющий коридор несколько раздраженным взглядом, но, на мое счастье, дверь там была всего одна. В са-а-амом дальнем конце, до которого оставалось еще около полутора сотен шагов. Ну, может, чуть больше.

– Мне что, одной туда идти? – обреченно спросила я, искренне недоумевая, что здесь за странные порядки.

Риату кивнул. После чего мне
Страница 5 из 18

осталось только вздохнуть и послушно отправиться, куда было велено. А добравшись до приглашающе открывшейся двери, смело переступить порог и… озадаченно замереть, обнаружив, что там меня ожидает не владыка, а совершенно другой моран, которого я увидела впервые в жизни.

Глава 2

Он был невероятно похож на повелителя Таалу. Чертами лица, формой бровей, губ, даже фигурой! Его блестящие черные волосы такой же густой волной струились по плечам, заканчиваясь острыми, будто специально завитыми «крючьями». Темные глаза таили такое же непонятное выражение. Однако это был первый из встреченных мною моранов, который вместо доспехов носил свободные одежды. Тоже, кстати, черного цвета. И что-то угадывалось в нем такое… неуловимое и непонятное, что смутно подсказывало: он действительно другой.

– Проходи, – тихим невыразительным голосом велел незнакомец на том же безупречном, канонически правильном эль-лилле, происхождение которого все больше начинало меня занимать. – Не думал, что однажды такое скажу, но тебе повезло, женщина, – ты первая смертная, кому владыка дозволил увидеть его личные покои.

Я настороженно заглянула за его плечо, чтобы убедиться – мы действительно находимся не в тронном зале. И вообще не в зале, если уж на то пошло, хотя виднеющаяся в полумраке комната была чересчур велика для обычного кабинета. Да и мебели в ней, откровенно говоря, не хватало.

От входа до противоположного конца комнаты было навскидку шагов сто. Причем все это пространство необъяснимым образом пустовало. Ни диванов, ни шкафов, ни кресел для гостей… ничего! И только вдали, у самой стены, виднелся более-менее обжитой, какой-то по-домашнему уютный уголок, где в полутьме угадывались небольшой диванчик, совсем уж крохотная тумбочка, пара большущих кресел и просто огромный стол, от размеров которого воистину захватывало дух.

– Раалу, не пугай мне гостью, – донесся оттуда знакомый голос, и во внезапно расступившейся темноте обозначился сидящий за столом мужской силуэт.

Незнакомец фыркнул и посторонился.

– Не больно-то она тебя боится, брат. Проходи, женщина. Не заставляй владыку повторять дважды.

Настороженно покосившись, я обогнула нелюдя по дуге и отправилась к ближайшему креслу. А когда добралась, на мгновение обернулась, желая убедиться, что Раалу идет за мной по пятам, и удивленно вскинула брови: этого типа уже нигде не было. Только мощная дверь неторопливо закрывалась, оставляя нас с владыкой наедине.

– Садись, – коротко велел повелитель, пока я раздумывала, что да почему. – Сначала говорить и спрашивать буду я, а потом ты задашь свои вопросы, если они к тому времени еще останутся.

Я молча кивнула и, добравшись до ближайшего кресла, приготовилась внимательно слушать.

– Что ты знаешь о матери-богине? – для начала огорошил меня владыка моранов.

Я подняла на него изумленный взгляд: он что, шутит, задавая такой вопрос белой ведьме?! Но увидев бесстрастное, какое-то похолодевшее лицо повелителя, решила не язвить и как можно ровнее ответила:

– Мать-богиня – залог существования всего живого. Растений, животных, лесов, озер, гор… Ее символ – солнце, которое дарит миру свет и тепло. Благодаря божественной благодати все, что только есть в этом мире, растет и процветает. Исчезнет благодать – исчезнет и остальное. Разрушится храм – разрушится и мир, поэтому мать-богиню так уважают. И поэтому ее культ – единственный во всех известных мне странах.

– В верхнем мире, – бесстрастно уточнил владыка. И мне снова пришлось кивнуть, подтверждая очевидный факт. – А как ты считаешь, за счет чего тогда существуем мы?

Я встрепенулась.

– У нас нет солнца, мы почти не видим звезд, и у нас нет особой нужды выходить на поверхность, – продолжил он, внимательно следя за моей реакцией. – Нам не нужна чужая благодать, и мы не почитаем вашу богиню. Но, несмотря на это, нижний мир тоже живет. И, как ты уже могла убедиться, довольно неплохо. Почему?

– Вам дает силы что-то еще, – тихо сказала я, внутренне ежась от смутного и определенно нехорошего предчувствия. – Раз сюда не достигает благодать богини, значит, вы живете за счет чего-то другого.

– Кого-то другого, – снова поправил меня нелюдь, и вот тогда у меня по спине побежали холодные мурашки. А в голове молнией мелькнула страшноватая догадка. Ведь если на земле существует богиня-мать, дающая миру жизнь, то где-то… до сих пор мы просто не знали, где… есть кто-то, кто эту жизнь отнимает.

– Бог-отец?

– Так вы его называете, – без улыбки кивнул повелитель Таалу. – Мы же зовем просто Смерть, однако, в отличие от вас, не вкладываем в это понятие того, о чем люди привыкли думать, говоря о неприятном, но вполне естественном явлении.

Я прикусила губу.

Он прав… тысячу раз прав, ведь все живое неизменно рождается и умирает; растения сначала цветут, затем дают семена, а потом снова уходят в землю, чтобы завершить один жизненный цикл и вскоре возродиться для следующего. То же самое происходит везде. Со всеми. В том числе и с людьми. И лишь часть этого вечного круговорота находится под покровительством матери-богини.

Остальное, о чем мы предпочитаем помалкивать, условно считается темным, непонятным, чужим. Да, мы смиряемся с необходимостью умирания, но стараемся лишний раз о нем не вспоминать. О боге-отце, конечно, говорим, но тихо, между собой, за закрытыми дверьми и под надежной защитой из божественного света.

Мы не отрицаем его существования. И если бы не то беспокойство, которое он упорно доставляет верхнему миру, быть может, о нем бы вообще забыли… Но бог-отец не оставляет нас своим вниманием с самого дня сотворения мира. Мешает, портит, уничтожает даруемую богиней жизнь. Вот только до сих пор считалось, что носителями его силы являются лишь колдуны, некроманты и черные ведьмы. И именно их стараниями в верхнем мире регулярно появляются нежить, злобные духи, а временами и самые настоящие демоны.

Веками сражаясь с порождениями мрака, мы, конечно, догадывались, что главная проблема кроется не в этом. И понимали, что колдуны и ведьмы не сами производят враждебную для всего живого силу, а находят и используют уже готовую, созданную богом-отцом. Но узнать о том, что ее источник находится здесь, в нижнем мире, было, мягко говоря, неприятно.

– Это – одна из причин, по которой мы стараемся не выходить лишний раз на поверхность, – упреждая мой вопрос, обронил повелитель Таалу. – Ваш мир для нас бесполезен, царствующее в нем солнце вредно, а живущие там создания приносят гораздо больше беспокойства, чем пользы. И тем не менее мы вам не враги. Антагонисты – так будет вернее. Хотя это вовсе не означает, что у нас совсем нет точек соприкосновения или что мы не можем сосуществовать в мире.

– Что вы от нас хотите? – сглотнула я, пошатнувшись от бездны обрушившихся на меня предположений.

– Лично от тебя мне нужно немного: участие в одном несложном обряде и создание довольно простого эликсира. А вот от настоятельницы Белого храма мне необходимо предсказание, в обмен на которое я готов пойти на сотрудничество с храмом и оказать любую посильную помощь в устранении утечек из источника враждебной вам силы.

– Вы знаете, где этот источник?! – почти шепотом спросила
Страница 6 из 18

я.

Повелитель лишь усмехнулся, а я на мгновение задумалась.

Предложение было весьма и весьма заманчивым. Совсем уж тайных или опасных для верхнего мира эликсиров у ведьмы-настоятельницы не имелось. Участие в незнакомом обряде, конечно, удовольствие сомнительное, но возможность закрыть от нашего мира темный источник и тем самым лишить силы некромантов, ведьм и колдунов казалась действительно ценной.

– Вы же понимаете, что наших тайн я вам даже под пытками не выдам? – спросила, взвесив все «за» и «против».

– Догадываюсь. Но, как я уже сказал, для начала мне необходимо другое. А когда ты сделаешь то, что от тебя зависит, думаю, верховная ведьма придет сюда сама. Время у нас еще есть.

– Какой именно эликсир я должна для вас сварить?

– Любовный, – спокойно ответил повелитель. А когда мои брови изумленно поползли вверх, понимающе усмехнулся и добавил: – А обряд, в котором тебе предстоит участвовать, свадебный. Видишь ли, в ближайшее время мне необходимо обрести законную супругу, поэтому мы с братом и организовали отбор невест.

Я воззрилась на морана в полнейшем обалдении.

– А я-то тут при чем?!

Мать-богиня, какой еще отбор?! Какие, к демонам, невесты?! А главное, зачем для этого понадобилось воровать… а по-другому я не могу назвать причину своего пребывания здесь… пятерых белых ведьм?! Он что, каждой из сестер предлагал эту дикость? А когда одна не справлялась, быстренько похищал следующую и собрался делать это до тех пор, пока наверху вообще никого не останется?!

– Моя будущая супруга должна обладать определенным набором качеств, как в физическом, так и в магическом, и даже в эмоциональном плане, – так же ровно сообщил владыка, напрочь проигнорировав мое шоковое состояние. – Среди того количества женщин, что обитает в подземном мире, найти нужную достаточно сложно, поэтому возможных претенденток определяет оракул. И на мою долю таких отыскалось двенадцать.

– П-простите, я все еще не понимаю…

– Наш оракул стар, – отчеканил моран, одарив меня колючим взглядом. – Силы его на исходе. И хоть имена основных претенденток он уже назвал, но окончательный выбор ему не сделать – старик и без того еле дышит. Именно поэтому последним было названо имя ведьмы-настоятельницы твоего храма – единственной из смертных, кто доподлинно обладает даром предвидения.

Признаюсь, после этих слов я неприлично разинула рот.

– Пока ее нет, кому-то придется ее заменить, – продолжил моран как ни в чем не бывало. – Я знаю, каждая из вас так или иначе умеет предчувствовать смерть. Если не свою, то хотя бы смерть других. Именно это мне сейчас и нужно. Плюс эликсир, о котором я уже сказал. Если сумеешь помочь, я позволю тебе покинуть подземелье вместе с сестрами. Если откажешься, то следом за ними отправишься под замо?к и будешь сидеть там до тех пор, пока кто-нибудь другой не сделает эту работу за тебя.

Я ошалело потрясла головой.

Так. Где моя метла? Пусть треснет по затылку еще разок, что ли, а то меня, кажется, переклинило… Где ж это видано, чтобы мужики себе жен с помощью ведьм выбирали? Они что тут, во тьме с рождения сидючи, окончательно ополоумели? Без оракула себе пару отыскать не в состоянии?!

Богиней клянусь, я такого бреда еще не слышала!

– Идем, я покажу, почему мы это делаем, – неожиданно сменил тон владыка и поднялся из-за стола. А когда я так и осталась сидеть, глядя на него широко раскрытыми глазами, требовательно протянул руку в перчатке и коротко добавил: – Тогда, надеюсь, ты все поймешь.

О том, что в кабинете имеется вторая дверь, я догадалась лишь тогда, когда владыка моранов приблизился к одной из стен, и та беззвучно перед ним расступилась. Швы между камнями оказались настолько тонкими, что даже при близком рассмотрении их невозможно было различить. Снаружи ни ручки, ни привычного вида дверных петель… стена просто бесшумно отъехала в сторону, открыв перед нами еще один зал. Почти такой же громадный, как и оставшаяся позади комната.

Переступив порог следом за повелителем, я едва не споткнулась от неожиданности. Нет, я, конечно, подозревала, что новое помещение тоже окажется непростым, но от того, что я там увидела, у меня просто перехватило дух.

Арки… мать-богиня, гигантская комната почти целиком состояла из арок! Больших и маленьких. Широких и поуже. Плавно перетекающих друг в друга и изгибающихся под самыми причудливыми углами так, что создавалось впечатление, будто я попала в гигантский лабиринт. Причем каждая арка имела абсолютно уникальный орнамент, местами искрящийся крохотными осколками слюды, затем он переходил на стены и бесследно исчезал во тьме.

Неудивительно, что я ненадолго выпала из реальности, пытаясь разглядеть детали и представить, сколько труда ушло на создание этой невероятной красоты.

– Подойди, – негромко велел владыка, остановившись перед каким-то возвышением.

Все еще потрясенно оглядываясь, я послушно приблизилась и вопросительно уставилась на небольшую прямоугольную усеченную колонну, на которой лежал обычный деревянный ящичек, украшенный искусной резьбой.

В общем-то, кроме арок и этой колонны, в помещении ничего больше не было. И мне пришлось призвать все свое терпение, чтобы не разрушить сгустившуюся тишину упорно крутящимся на языке вопросом.

Тем временем моран откинул крышку и отступил в сторону, давая мне возможность подойти ближе.

– Возьми.

Я недоверчиво уставилась на лежащий внутри шкатулки недавно сорванный, но еще не успевший погибнуть цветок.

Элария… символ матери-богини. Тонкий стебелек, изящные зеленые листики и ярко-синий венчик, внутри которого сияет похожая на маленькое солнце сердцевина… Такие цветы вплетают в подвенечные венки невестам. Их считают символом чистоты. Невинности. Верности и любви.

Но зачем моран показывает его мне?

Поколебавшись, я все-таки достала цветок из шкатулки и улыбнулась, потому что элария моментально ожила. Ощутив мою силу, подвядший венчик заметно воспрял, засохшие лепестки развернулись. Цветок мгновенно засиял и залучился первозданным светом, который вдохнула в него я, в надежде, что его жизнь еще может продлиться.

Но тут владыка протянул руку, на которой больше не было перчатки, и легонько коснулся пальцами нежного лепестка. Элария вздрогнула, словно от порыва сильного ветра, мгновенно почернела, скукожилась и рассыпалась прямо у меня в руках, будто ее дотла сжег невидимый огонь.

От неожиданности я ахнула и поспешно отдернула руки, с которых осыпался лишь черный пепел. После чего сердито уставилась на абсолютно спокойного нелюдя, не в силах понять, зачем он так безжалостно уничтожил жизнь, которую я собиралась возродить.

– Наша сила похожа на пламя, – сказал моран, так же спокойно убирая руку. – Она может быть могущественной или же слабой, направленной или нет, а иногда… если не уследить… превращается в лесной пожар, который ничем невозможно остановить.

– Но зачем было уничтожать цветок?! Разве он в чем-то провинился?

– Это всего лишь пример того, что случается с живыми, если их касается Смерть. Скажи, как выглядит тот источник, из которого ты черпаешь силу?

Я непонимающе нахмурилась:

– При чем тут наш источник?

– Он материален, не так ли? – словно не услышал
Страница 7 из 18

моран. – У вас есть хорошо охраняемый храм, а в этом храме хранится нечто… возможно, ларец или статуя… или иной освященный богиней артефакт, прикосновение к которому восстанавливает ваши силы и дает ту самую благодать, что позволяет творить чудеса.

Я угрюмо промолчала.

– Никто не знает, что это за вещь, – так же спокойно продолжил повелитель. – Быть может, это драгоценный камень, веками лежащий в сокровищнице. Тысячелетнее дерево или просто цветок… к примеру, такой же, как тот, что я сейчас уничтожил. Но мы точно знаем, что у него есть форма. Цвет. Вес. И, разумеется, хозяин.

– С благословения богини силой артефакта пользуется только верховная ведьма, – буркнула я. – Любого другого, кто коснется его без спроса, он просто-напросто уничтожит.

– Не в этом суть. Главное, что он есть, и он материален. Тогда как наша сила… – Моран сделал крохотную паузу: – Не имеет материального воплощения. Она крайне изменчива, может давать внезапные всплески и, будучи по сути своей источником разрушения, не способна долго храниться в обычном сосуде. Именно поэтому бог-отец создал нас. И по воле его все могущество энергии Смерти, как это ни парадоксально, сосредоточено не в мертвом, а в живом сосуде. И веками передается из поколения в поколение, меняясь и совершенствуясь вместе с ним.

– Что вы хотите сказать?! – прошептала я, в шоке уставившись на невозмутимого нелюдя.

– Я – такой сосуд, – бесстрастно сообщил владыка, подчеркнуто медленным жестом возвращая перчатку на место. – Я – хранитель энергии разрушения, точно так же как ваша верховная ведьма является хранителем силы матери-богини. Но если она… а вместе с ней и вы… оберегаете жизнь, то я способен ее уничтожить. Если ты одним касанием способна ее подарить, то мое прикосновение ее убивает. Причем всегда. Без исключений.

У меня похолодело в груди.

– То есть если бы вы сейчас прикоснулись ко мне?..

– От тебя остался бы такой же пепел, как от цветка.

– И от любого живого существа тоже?!

– Я же сказал: без исключений, – ровно подтвердил владыка. – Люди, звери, деревья… Являясь носителем энергии разрушения, я могу уничтожить все. В том числе и неживое. Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему мы с вами не воюем?

Я пораженно отступила на шаг, во все глаза уставившись на страшного нелюдя.

Да зачем ему вообще воевать, если он с легкостью может убить любого из нас?! А при желании способен просто приложить руку к земле и сжечь все до последнего кустика! И точно так же легко убить все, что касается земли – людей, леса, животных и птиц… если подумать, для этого ему даже выходить на поверхность не нужно! Просто пожелай нас уничтожить, коснись стены в своем дворце, отправь наверх сконцентрированную в широкий пучок силу. Через несколько дней можешь без спешки забирать то, что от нас осталось. Абсолютно все, потому что больше не будет тех, кто смог бы нас защитить.

Отступив от владыки на шаг, я с трудом сглотнула подкативший к горлу комок.

– Если вы так сильны, то почему мы все еще живы?

– Потому что нам не нужна ваша смерть, – едва заметно усмехнулся моран. – Залитые солнцем луга и леса – это не те земли, которые мы могли бы освоить. К тому же вы поставляете в подземный мир продовольствие, которое здесь довольно сложно производить. Древесину, которой у нас почти нет. Благодаря вам в подземном мире оживилась торговля, наступил новый виток в развитии… так что любой мир для нас гораздо полезнее войны. И я не планирую нарушать достигнутые договоренности, пока вы не сделаете этого первыми.

– А ваша сила… у всех моранов такие способности? – несколько успокоилась я.

Повелитель согласно наклонил голову:

– В той или иной степени.

– Значит, вы поэтому носите доспехи?

– Не только. Но вам нечего опасаться: большинство моранов не несут угрозы для верхнего мира. Энергия Смерти в них, конечно, есть, но ее недостаточно, чтобы убить человека одним прикосновением. Правильнее сказать, близость морана ускоряет процессы разрушения. В первую очередь – старение, умирание… поэтому мы предпочитаем ютиться в самых глубоких пещерах, и поэтому же простые смертные рядом с нами долго не живут. Мы умышленно ограничиваем контакты с вами. Не занимаемся земледелием. Кое-какой скот, конечно, разводим, но этим занимаются лишь слабейшие. Те, кто посильнее, образуют касту воинов, а самые сильные входят в правящий род. Ну а тот, в ком сосредоточена максимальная энергия Смерти, становится повелителем. Прямое наследование у нас происходит не всегда.

Я смерила нелюдя настороженным взглядом и подозрительно прищурилась:

– Если вы убиваете все, к чему прикасаетесь, как же вы тогда собираетесь жениться?

– Для этого мне и нужна ведьма: из всех смертных только вы способны ощутить приближение смерти. Твоя задача заключается в том, чтобы во время отбора отсеять тех девушек, которых я могу убить сразу. Потом надо будет снова выбрать самых устойчивых… и так до тех пор, пока не останется всего одна претендентка.

– А что дальше?! – опешила я.

– Брачный ритуал сделает ее невосприимчивой к моей силе. По крайней мере, на какое-то время. Но для того, чтобы обряд прошел как надо, невеста не должна сомневаться. Еще лучше, если во время ритуала она будет испытывать ко мне… скажем так, симпатию.

– И для этого вам потребовался любовный эликсир?!

– Это гарантия сохранности жизни той женщины, которую я выберу в жены, – бесстрастно подтвердил владыка. – Пока невеста не примет эликсир, я к ней не притронусь.

Я помрачнела:

– А вам известно, что богиня не одобряет искусственно наведенных чар? Создание подобных эликсиров строжайше запрещено, если на то нет веских оснований.

– Спасение невинной жизни является для тебя достаточно веским основанием? – невозмутимо осведомился моран.

Я помрачнела еще больше:

– А без эликсира никак?

– Нет.

– И это обязательно должна сделать одна из нас?

– Без вашей благодати эликсир бесполезен. Но, что самое главное, обряд должен быть проведен той же ведьмой, что создала эликсир, иначе он потеряет всякую силу.

– Вот же… дмурт! – не сдержавшись, ругнулась я, понимая, что меня загнали в ловушку.

Да, конечно, я могу сейчас отказаться и не участвовать во всем этом бреде. Но тогда владыка притащит другую ведьму, и создавать эликсир придется ей. Не знаю, в курсе он или нет, но запрет на подобные эликсиры существует еще и по другой причине: во время создания зелья ведьма использует не только божественную благодать, но и собственные силы, количество которых напрямую зависит от силы того, кого необходимо приворожить. Если ведьма окажется слабее, то во время обряда она может погибнуть. А я, как ни крути, жрица не из последних, иначе у меня не было бы права использовать боевые заклятия, и я бы не вызвалась идти на поиски пропавших сестер в одиночку.

– Почему вы хотите провести обряд именно сейчас? – хмуро осведомилась я, мысленно просчитывая варианты.

Моран отвернулся, заложил руки за спину.

– Как я уже сказал, энергия Смерти нестабильна. Однако чаще всего с ней можно справиться. И лишь иногда случаются вспышки или всплески… называйте как хотите… когда наша сила становится по-настоящему опасной.

– Опасной для кого? – уточнила я, лихорадочно
Страница 8 из 18

анализируя полученную информацию.

– В первую очередь, для владыки. Если он не удержит энергию Смерти, то погибнет сам. А если владыка умрет, Смерть вырвется наружу и начнет разрушать все, к чему прикоснется. Конечно, со временем она найдет другого носителя, и все станет как прежде, но к этому моменту последствия окажутся необратимыми. И устранить их не сможете ни вы, ни мы, ни кто-либо еще. В подобных случаях владыка должен выбирать: или позволить силе бесконтрольно вырваться наружу, или же сбросить в другой сосуд.

– Куда именно она может вырваться? – моментально насторожилась я.

– Куда угодно. Но, поскольку свой мир мы уничтожать не собираемся, то, скорее всего, Смерть уйдет наверх. К вам. Обычно это заканчивается каким-нибудь локальным катаклизмом, вспышкой смертельно опасной заразы, падежом скота, землетрясениями, а иногда и всем сразу.

– А второй вариант?

– Владыке нужен сын, – кратко пояснил повелитель Таалу. – Еще один полноценный сосуд для энергии Смерти. Тогда они разделят ее на двоих и смогут удержать в спокойном состоянии еще несколько десятилетий.

– А потом?! – ошалело переспросила я.

– Цикл повторится. И владыке снова придется делать выбор. Затем этот выбор придется делать его сыну, внуку… и так до тех пор, пока один род не угаснет, а его место не займет другой.

У меня похолодело в груди.

Это что же получается, мы столетиями живем над дремлющим вулканом и даже не подозреваем, что опасны не только его извержения, но и небольшие подземные толчки?! Не потому ли колдуны и ведьмы берут энергию именно из земли, что она уходит в землю, когда у повелителя моранов случаются так называемые «всплески»? И не потому ли нашествия всякой черноты чаще всего происходят циклично? Когда раз в пять лет, когда – раз в столетие?

Правда, как я ни старалась, в лихорадочно перерываемой памяти так и не всплыло ни одного упоминания о мало-мальски значимых катаклизмах на протяжении последней тысячи лет. Я, конечно, в свое время перечитала не все храмовые летописи, но такие факты ни за что не пропустила бы. А значит, до сих пор моранам как-то удавалось справляться со своей проклятой силой.

– Насколько часто у вас случаются «вспышки»? – снова спросила я, пытаясь понять, как действовать дальше.

– Постоянно. Но довольно слабые, кратковременные, и их несложно преодолеть. А иногда… обычно три-четыре раза за всю нашу жизнь… энергия Смерти усиливается настолько, что мы перестаем ее контролировать.

– А это как-то можно предупредить? Или предугадать? Вы же не зря именно сейчас затеяли чехарду с отбором?

Повелитель Таалу кивнул:

– Обычно предвестники появляются заранее. За это время я должен отыскать подходящую невесту и провести свадебный обряд. Если к тому моменту, когда наступит пиковый выброс, мы сумеем зачать наследника, излишки энергии уйдут к нему, и у подземного владыки появится сын. Если обряд не удастся или я не найду подходящую пару, то плохо будет всем.

Я сжала кулаки:

– Сколько у нас осталось времени до очередного такого всплеска?

– Чуть меньше месяца. И если вы мне не поможете, ваш мир, скорее всего, умрет.

Глава 3

Вернувшись в гостевые покои, я устало присела на краешек кровати и сжала ладонями гудящие виски.

Вроде и бодрствовала не так уж долго, большую часть дня вообще провалялась в беспамятстве под воздействием сонной пыльцы, но при этом настолько вымоталась морально, что хотелось лечь и уснуть, чтобы хоть ненадолго забыть о проблемах.

Впрочем, недолгий сон тоже не принес облегчения – проснувшись через некоторое время в кромешной темноте, я даже не сразу вспомнила, где нахожусь. И только через пару минут все-таки сообразила – мы под землей. Поэтому и восстановилась я гораздо хуже. Поэтому и не отдохнула как следует.

– Что у вас с освещением? – первым делом осведомилась я, когда двери в покои снова отворились, и на пороге возник Риату. Без шлема, как и просила, благодаря чему, собственно, его и получилось узнать.

Моран, посмотрев, как я разгуливаю по комнате, закутавшись в простыню и прямо на ходу заплетая волосы в косу, смутившись, отвел глаза.

– Простите, госпожа Нораатис, я упустил это из виду. Наверное, вам нелегко привыкнуть к отсутствию солнца и определить, день сейчас или ночь.

Вытащив изо рта белоснежную ленту для волос, я ловко вплела ее в длинную косу и, подобрав повыше, закрепила бантом на затылке.

– Это точно. Но у вас еще есть возможность исправиться.

– В подземном мире всегда темно, поэтому мы полагаемся не на зрение, а на другие органы чувств, и не нуждаемся в дополнительных источниках освещения, – все еще топчась на пороге, с виноватым видом пояснил Риату. – Тем не менее к свету наши глаза более чувствительны, чем ваши, поэтому изменение интенсивности освещения заменяет нам часы. И по нему мы всегда можем судить, какое сейчас время суток.

Я закончила возиться с прической и хмуро уставилась на нелюдя:

– Отлично. И сколько же сейчас, по-вашему, времени?

– Раннее утро, госпожа. Когда в верхнем мире наступит рассвет, стены во дворце снова начнут светиться. Когда солнце достигнет зенита, интенсивность освещения станет максимальной, а затем будет постепенно угасать до тех пор, пока наверху не наступит полночь. После чего весь дворец снова погрузится в темноту.

Я кивнула:

– Спасибо. А то я переживала, что вскочила посреди ночи и теперь до утра придется сидеть в ожидании аудиенции.

Риату снова смущенно помялся:

– К этому нелегко привыкнуть, но нам даже слабые изменения освещения помогают сохранить чувство времени. Мне очень жаль, госпожа, что я не позаботился о вашем комфорте раньше. Если вы не против, я пришлю сюда нескольких женщин, чтобы они помогли вам подобрать подобающую одежду.

– А что такое? Вас не устраивает качество моих платьев? – вкрадчиво осведомилась я, краем глаза увидев, как воинственно встрепенулась стоящая в углу метла.

На лице Риату не дрогнул ни один мускул.

– Они прекрасны, госпожа. Но в тронном зале не так тепло, как в этих покоях, а вам придется провести там немало времени, поэтому я взял на себя смелость позаботиться о вашем комфорте.

Я усмехнулась. Молодец, выкрутился.

– А завтрак для меня, случайно, по такому поводу не полагается?

– Он уже готов, – невозмутимо сообщил моран, и из-за его спины вышел еще один нелюдь, в руках которого покачивался набитый снедью поднос. – А повелитель ожидает вас в тронном зале. Я как раз зашел об этом сообщить.

Тьфу, пропасть. Я же совсем не готова к встрече, потому что поднялась с постели всего несколько минут назад. Впрочем, ладно…

Легкий пасс рукой, мягкое серебристое сияние, и вот я уже не растрепанное огородное пугало, а умытая, сияющая и почти довольная леди, которой осталось только одеться и перекусить. Ну а поскольку собираться я всегда умела быстро, а еда, к моему огромному облегчению, оказалась самой обычной, то ожидание моранов не затянулось, и всего через полчаса мы вышли из комнаты, прихватив с собой возбужденно подрагивающую метлу.

– Ценный артефакт, – пояснила я, когда Риату вопросительно покосился на По. – И необходимый атрибут для любой уважающей себя ведьмы.

Больше вопросов по поводу метлы не возникло, и в сопровождении молчаливой
Страница 9 из 18

охраны мы благополучно потопали прочь. Причем по таким же безликим, причудливо изгибающимся и многократно сливающимся друг с другом коридорам, последовательность которых я, к своему стыду, снова не запомнила.

Тронный зал встретил нас гробовой тишиной. Был он ожидаемо пуст, едва-едва освещен и производил намного более гнетущее впечатление, чем в прошлый раз.

Риату, проводив меня до той же самой незримой черты, что и вчера, опять без объяснений остановился, знаком показав, что я могу следовать дальше. Но, поскольку сегодня колено он не преклонил, я сделала вывод, что владыка еще не подошел. И в этот момент меня обуяло нешуточное любопытство.

Пользуясь тем, что моран отстал, я слегка отклонилась от намеченной траектории и приблизилась к пирамиде сбоку, надеясь разглядеть какое-нибудь приспособление, которое помогает повелителю без усилий взбираться на самую верхотуру. И была несказанно разочарована, когда выяснила, что с той стороны, где пирамида примыкает к стене, на высоте тронной площадки имеется самая обычная, хотя и очень узкая каменная перемычка, незаметная с фасада и упирающаяся прямо в стену. А значит, владыке не надо утруждать себе ножки, чтобы добраться до верха – он просто выходит из невидимой отсюда двери и преспокойно садится на трон. Только и всего.

Огорченно вздохнув, я повернулась к Риату и удивленно вскинула брови, увидев, что моран торопливо надевает шлем и с недостойной воина поспешностью пятится к дверям. Я даже по сторонам оглянулась, ожидая внезапного нападения демонов, нашествия подземных злыдней[3 - Злыдни – одна из разновидностей нечисти. Имеют вид длинных и очень крупных белых червей.], землетрясения и богиня знает чего еще. Однако все оказалось гораздо проще.

– Можешь быть свободен, – раздалось властное со стороны пирамиды, и из-за другого ее угла вышел повелитель Таалу. Все в том же черном доспехе, защищающем тело от пяток до горла и оставляющем не покрытой только голову.

При виде владыки Риату почтительно поклонился и, развернувшись кругом, чуть ли не бегом кинулся к выходу, поразив меня этим до невозможности.

– Что это было? – растерянно спросила я, когда владыка подошел ближе.

– У каждого смертного свой предел – расстояние, на котором он способен выдержать мое присутствие. Для Риату это примерно две сотни шагов. Но, поскольку пространство между нами уменьшилось, ему пришлось срочно уйти.

Я непонимающе моргнула, а повелитель подошел вплотную и, заложив руки за спину, задумчиво на меня посмотрел.

– Смерть не делает различий между живыми и мертвыми, ведьма. И ее энергия в одинаковой степени влияет на все, что нас окружает. В отношении смертных это тоже верно, потому что сила, которая от меня исходит, действует как на людей, так и на моранов.

– Разве у вашей расы нет природной защиты от этой магии? – удивилась я.

– Это не просто магия, – снисходительно усмехнулся владыка Таалу. – Никто не способен противостоять Смерти вечно. Ни вы, ни я, ни даже настоятельница Белого храма. Смерть можно только придержать или отсрочить ее приход… на время. В этом и заключается мой основной дар.

Я незаметно вздрогнула.

– То есть вы…

– Я не убиваю сам. В этом нет необходимости, потому что Смерть делает это за меня. Она живет внутри моего тела, отделенная от мира лишь смертной оболочкой, и каждый миг… каждый день, год за годом, стремится ее покинуть. Моя задача – сдерживать эту силу, не позволяя ей убивать. Если я окажусь невнимательным, кто-то непременно погибнет. Если позабуду о необходимости соблюдать дистанцию, как сегодня, то мои воины, близкие… весь мой народ может пострадать. Думаешь, я просто так не снимаю доспехи даже во дворце?

Честное слово, от такого вопроса я настолько растерялась, что даже не нашлась, что ответить. Вчера у меня сложилось совсем иное впечатление о повелителе и его роли в проблемах нашего мира.

А получается, все в точности до наоборот?!

– Ты не веришь? – по-своему растолковал мое ошеломленное молчание владыка Таалу. – Напрасно, потому что я не лгал, говоря, что являюсь живым сосудом для энергии разрушения. Я – ее носитель. Да, я могу ею пользоваться, но при этом обязан строго дозировать силу, чтобы тот ручеек, который необходим мне для дела, не превратился в поток, хлещущий из прорвавшейся плотины. Смерть не любит рамок. Ее невозможно подчинить, но при определенном усилии с ней все-таки можно договориться. Доспехи – это дополнительная защита, помогающая мне гасить небольшие всплески. Изнутри металл покрыт особым составом, не позволяющим Смерти вырваться, поэтому я не снимаю латы, даже находясь в специально оборудованных покоях. Такой же состав нанесен на доспехи всех моих подданных, только не изнутри, а снаружи. Это – их единственное спасение в случае, если я допущу ошибку. Но даже доспехи не позволяют им находиться рядом со мной дольше нескольких минут.

Я перевела диковатый взгляд на дверь, за которой только что исчез Риату.

– Вы говорили, что у воинов такой же дар, как у вас, только более слабый!

– Так и есть. Но ты упустила главное: мы не производим Смерть, а храним в себе ее силу. Мы действительно способны убивать с помощью этой силы, но чаще всего прилагаем усилия, чтобы этого не делать. И все мы, как и люди, подвержены ее воздействию. Кто-то больше, кто-то меньше… Риату – один из сильнейших воинов моего народа, поэтому может находиться в двухстах шагах от трона. Для остальных граница возможностей лежит гораздо дальше. И, как правило, большинство моранов не способно отойти далеко от двери – чем ближе к трону, тем тяжелее им устоять на ногах.

Я прикинула расстояние до выхода и невольно вздрогнула. Вот теперь понимаю, почему здесь такие огромные помещения…

Но это что же получается? Все мораны с рождения обладают устойчивостью к энергии Смерти, и чем она выше, тем легче нелюди пользуются ее силой. Соответственно становятся хорошими воинами. Скорее всего, дольше живут и имеют более высокий статус в обществе.

Те же, кто не способен долго сопротивляться Смерти, наоборот, живут меньше, ведут себя проще и занимаются не благородным воинским делом, а, скажем, разводят скот, обеспечивают подземный мир продовольствием… и, видимо, из них выбирают послов, которые ведут переговоры с нами? Просто по той причине, что энергии Смерти в этих моранах немного, и для нас они почти не опасны.

Правящий род выделяется в отдельную касту, потому что в нем испокон веков рождаются наиболее устойчивые мораны. Именно кто-то из числа этих нелюдей периодически вступает на трон. И именно на плечах правителей лежит наибольшая ответственность за сохранность как нижнего, так и верхнего миров. А поскольку энергии Смерти в них содержится больше всего, то они представляют опасность даже для своих, поэтому вынуждены постоянно носить доспехи, жить в специально оборудованном, тщательно защищенном от разрушительной магии дворце, постоянно соблюдать дистанцию при общении со всеми остальными и испытывать массу трудностей в вопросах продолжения рода.

– К женщинам это тоже относится? – осторожно спросила я, пытаясь осознать жутковатую правду.

Повелитель Таалу качнул головой:

– Определенная устойчивость у них, конечно, имеется, иначе наша раса не
Страница 10 из 18

смогла бы выжить, но энергию Смерти способны хранить в себе только мужчины. Уровень сопротивляемости определяет их статус в нашем мире.

– И ближе, чем Риату, никто не способен к вам приблизиться?

– За исключением моего брата Раалу, – подтвердил владыка. – Его возможности лишь немногим уступают моим, поэтому он может подойти вплотную.

– Хорошо, а как насчет меня? – озадачилась я. – Почему я могу находиться рядом с вами и не испытывать никакого дискомфорта?

Повелитель одарил меня еще одним задумчивым взглядом.

– Этого я не знаю. Но меня бесконечно удивило, что ты смогла пройти дальше Риату. А то, что у тебя получилось взобраться на пирамиду, вообще не поддается логическому объяснению.

Я опешила:

– Тогда зачем вы велели мне туда подняться?!

– Я отдал приказ не тебе. Это было разрешение встать с колен для Риату.

Я чуть не поперхнулась от такого ответа. А потом торопливо перебрала в памяти события вчерашнего дня, проанализировала все, что тогда случилось, и наконец поняла, почему повелитель был так шокирован, когда увидел меня на вершине.

Да я просто помереть должна была, пока туда залезала! В лучшем случае – свалилась бы у подножия, задыхаясь от боли! А я мало того что свободно протопала через весь зал, так еще и до самого трона дошла, всего лишь малость запыхавшись после подъема!

«Может, я и устала вчера именно из-за этого? – ошарашенно подумала я, когда все странности сложились в четкую картинку. – И подъем именно поэтому дался так тяжело? Но, с другой стороны, сейчас ведь я себя нормально чувствую! Наверное, это мать-богиня хранит меня от его силы. А раз так, то, надеюсь, она и дальше не оставит без помощи».

Я нервным движением сжала притихшую метлу. А потом глубоко вздохнула и, наконец, приняла решение:

– Хорошо, я помогу вам выбрать невесту. Но у меня будут два условия.

– Каких? – тут же встрепенулся владыка.

– Я хочу увидеть своих сестер. И еще мне нужно пообщаться с вашим оракулом, если он, конечно, до сих пор жив.

Повелитель Таалу думал недолго:

– Я устрою тебе обе встречи. Но не сразу. С оракулом ты сможешь пообщаться хоть завтра, а к ведьмам тебя отведут дня через два.

– Почему такая задержка? – нахмурилась я. – С моими сестрами что-то не так?

– Просто встреча с оракулом займет немало времени, и перед этим я еще должен буду его подготовить. После встречи ты, скорее всего, почувствуешь себя неважно и вряд ли сможешь совершить прогулку по подземелью. А сегодня во дворец прибывают мои невесты, так что ты понадобишься мне здесь.

Не успел моран договорить, как двери в тронный зал снова распахнулись, и на пороге возник молчаливый Риату, за спиной которого виднелось несколько человеческих силуэтов.

Владыка при виде них повелительно махнул рукой и, развернувшись, направился к пирамиде, без всякого усилия начав утомительный подъем наверх.

Я проводила его глазами, все еще силясь понять, зачем ему понадобилось забираться на такую верхотуру, но тут от дверей послышался испуганный всхлип, и, судя по раздавшемуся шуму, кто-то из гостей очень некстати грохнулся в обморок.

Озадаченно повернувшись, я в недоумении уставилась на особ женского пола, бестолково толпящихся у входа. Всего их было одиннадцать – предположительно знатных моранок, одетых в свободные, одинаково белые одежды. Двенадцатая безвольной куклой лежала на руках очень кстати подскочившего Риату, тяжело дышала и время от времени вздрагивала, словно ее терзала немилосердная боль.

– Уведите ее, леди не прошла предварительный отбор, – послышался со стороны пирамиды бесстрастный голос владыки, и страж шустро уволок обмякшее тело прочь. Дверь за ним тут же закрылась, не дав новоприбывшим (если, конечно, у кого-то было такое намерение) задать стрекача.

Я от такого поворота событий в который уже раз за сегодняшний день опешила, а повелитель Таалу, продолжая подниматься, так же бесстрастно велел:

– Подойдите.

Поскольку девушки находились далеко, деталей я, разумеется, не разглядела, тем более что все невесты носили длинные платья «в пол» и густые вуали, надежно закрывающие лица и волосы. Однако кое-что о представительницах расы моранов я все же смогла выяснить.

В частности, все они оказались небольшого роста, примерно на полголовы ниже меня и где-то на голову ниже своего владыки. Все были коренастыми, с довольно широкими плечами, сравнительно небольшой грудью, роскошными бедрами и удивительно тонкими талиями, нарочито подчеркнутыми изящными плетеными поясами. Все до единой, как выяснилось, понимали наш язык, потому что одинаково быстро отреагировали на отданный на эль-лилле приказ. А еще они, похоже, не носили каблуков и умудрялись не производить при перемещении ни малейшего шума.

«Словно привидения какие-то», – подумала я, следя за тем, как девушки неслышно скользят над полом. Их белые подолы при этом жутковато развевались, усиливая ощущение парения, а из-под вуалей то и дело показывались черные, длинные, идеально прямые пряди, из чего я заключила, что мораны, скорее всего, поголовно белокожи и темноволосы. Что в принципе было объяснимо.

А еще я обратила внимание на другое – не все дамы смогли отойти далеко от двери. Три были вынуждены остановиться в пяти шагах от парадного входа. Еще четыре леди сумели пройти примерно треть расстояния до того места, где стояла я. И только одна смогла преодолеть половину, после чего все леди, как по команде, изобразили почтительные реверансы и замерли в крайне неудобных позах.

По в моей руке нервно дернулась, а повелитель Таалу поднялся на вершину пирамиды и уже оттуда, усевшись на белоснежный трон, бросил:

– Можете подойти ближе.

Я чуть было озадаченно не поскребла затылок кончиком такой же озадаченной метлы, но увидела, что девушки, послушно выпрямившись, сумели сделать с десяток дополнительных и весьма неуверенных шагов. Затем еще раз смерила взглядом расстояние от трона до двери и от двери до подножия пирамиды. Прикинула кое-что в уме, посчитала. И только после этого сообразила, что владыка забрался наверх не потому, что ему так хотелось – он просто максимально увеличил расстояние до подданных, чтобы не доставлять им лишнего неудобства. Ну и о себе, разумеется, заботился, чтобы не приходилось каждый раз надрывать глотку, пытаясь донести свою мысль до тех, кто не был способен отойти далеко от входа.

– Леди Нораатис, приступайте, – приказал владыка, когда стало ясно, что дальше невесты не пройдут.

Я покачала головой, покрепче ухватилась за метлу и послушно направилась к дамам, до сих пор не слишком представляя, что именно буду с ними делать.

Нет, насчет предсказаний и того, что мы умеем ощущать беду, повелитель действительно не ошибся. Как и насчет того, что наше прозрение срабатывает исключительно с другими. Но не с собой. Правда, даже это не давало никаких гарантий, хотя, возможно, деталей владыка просто не знал.

Приблизившись к самой стойкой леди, я окинула ее беглым взглядом и неуверенно обернулась.

– Мне нужно взять девушку за руку.

С пирамиды донесся резкий щелкающий звук, прозвучавший как удар хлыста, и невеста поспешно задрала рукав и подсунула мне под нос изящное запястье.

«Порода определенно чувствуется, – мельком подумала я,
Страница 11 из 18

осторожно обхватив его пальцами правой руки и предварительно переложив метлу в левую. – Кожа очень нежная. Пальцы изящные. Косточки хрупкие… даже странно, что при таких мощных бедрах девушки настолько тонкие. Может, у них под платьями что-то подложено?»

Окинув фигуру леди быстрым взглядом, я, к сожалению, не смогла ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение. Зато совершенно неожиданно наткнулась на такой же настороженный, внимательный и до крайности цепкий взгляд из-под белой вуали и мысленно присвистнула.

«Ого. А кажется, леди не рада меня здесь видеть!»

Моранка, правда, молчала, но и мне нечего было сказать. Я только заметку сделала в памяти и, сжав запястье покрепче, ненадолго прикрыла глаза.

Холод… холод в эмоциях, в душе, даже в теле… словно беззвездная ночь накрыла будущее этой девушки, не позволяя мне заглянуть глубже. Ни мыслей, ни чувств, ни тревог… словно их кто-то стер, не озаботившись оставить ни единого следа. Одновременно с этим я очень отчетливо поняла, что неприятна леди. И, некоторое время подождав, с облегчением отпустила ее руку.

– Дальше, – непреклонным тоном велел повелитель, когда я обернулась, планируя поделиться с ним впечатлениями.

Ну, дальше так дальше. Я обошла застывшую в недоумении невесту и отправилась к следующей в надежде, что хотя бы с ней что-то прояснится.

И снова – холод. Глухая тишина в эмоциях и полностью закрытое будущее. Ни беды, ни счастья, ни радости, ни горя… словно передо мной стояло не живое существо, а самая обычная кукла.

Одним словом, пустышка.

Не дожидаясь нового окрика, я отпустила вторую девушку и направилась к третьей, уже держащей наготове обнаженное запястье. Без особой надежды коснувшись его, я, как обычно, прикрыла глаза и… едва не отшатнулась.

Смерть. На девушке лежала самая настоящая печать Смерти, которая появляется в аурах всех обреченных незадолго до гибели. Причем печать была настолько яркой, что меня аж прострелило от макушки до копчика, мгновенно выморозив все нутро. Это было страшно. Больно. От открывшейся жути меня так скрутило, что я едва удержала рвущийся наружу стон. И, с трудом разорвав контакт, потратила немало времени, чтобы отдышаться и прийти в себя.

Отвыкла я от таких испытаний. Уже лет пять ничего подобного не видела. И, признаться, была бы рада не видеть вообще никогда, потому что последний человек, у которого была похожая печать, умер настолько жутко, что мне до сих пор по ночам снились кошмары.

Но откуда печать могла появиться у самой обычной женщины? И что должно случиться с бедняжкой, раз ее пометила сама Смерть?!

– Дальше! – повысил голос повелитель, когда я во второй раз к нему обернулась, не зная, как поступить. – Делай свою работу, ведьма! О результатах доложишь позже!

Проклятый моран…

Он, конечно, не в курсе, что прозрение – это тяжкая работа даже для верховной, не говоря уж о простой ведьме. Касаясь чужого будущего, мы тратим много сил. Но еще больше тратим их на то, чтобы чужие проклятия, беды и горести не коснулись нашей собственной судьбы. Еще не хватало – перетягивать на себя чьи-то роковые ошибки!

Знала бы я, что именно сегодня ему приспичит устроить проверку, заранее подготовилась бы. К примеру, отпросилась на часок наверх, чтобы подпитаться от солнца. Или камешек-накопитель с благодатью использовала… есть у меня один, про запас. Но нет, вчера господин владыка смолчал, а я теперь страдай, мучайся. И гадай про себя, на сколько хватит моих стремительно тающих сил.

Утерев со лба холодный пот, я отступила от обреченной невесты и, стиснув зубы, по очереди обошла оставшихся. Поскольку зал был большим, а девицы стояли на приличном расстоянии друг от друга, на это ушло немало времени. Когда я закончила, едва держалась на ногах, а платье у меня на спине промокло так, что его можно было выжимать.

Наверное, если бы не По, я бы свалилась прямо там, у дверей, надеясь, что кто-нибудь подберет меня по дороге. Да только гордость не позволила, так что пришлось устало опереться на рукоять метлы и, подняв на пирамиду измученный взгляд, едва слышно прошептать:

– Я закончила…

В ту же секунду двери снова отворились, и возникший на пороге Риату недвусмысленным жестом велел невестам выметаться из тронного зала. Девицы, почти одновременно сорвавшись с места, торопливо, но все так же бесшумно выплыли в коридор. А последняя, проходя мимо меня, кинула из-под вуали еще один пристальный взгляд. И было в нем столько злорадства и презрения, что я заставила себя выпрямиться и мысленно пожелала ей… уйти. Причем далеко и очень-очень надолго.

От Риату мне тоже достался мимолетный взгляд. К счастью, не уничижающий, а сочувствующий, после чего двери так же тихо закрылись. Но как только створки сошлись до конца, меня кто-то бесцеремонно ухватил за плечо. Причем с такой силой, что я от неожиданности охнула и со всей доступной скоростью развернулась, занося для удара метлу.

Одновременно с этим из-за двери раздался слаженный женский визг. А еще через миг – подозрительный шум, будто кто-то из стражников споткнулся и с размаху рухнул на пол, загремев тяжелыми доспехами. Но именно это и спасло владыку Таалу. Хвала богине, в последний момент моя рука дернулась, и рвущаяся в бой метла промахнулась, иначе ходить бы повелителю с громадным синяком на физиономии. А так ему только по плечу досталось, да и то – несильно, поэтому дипломатического скандала не случилось.

Другой вопрос заключался в том, каким образом этот нелюдь сумел здесь так быстро оказаться. До пирамиды-то топать прилично. Нормальный человек даже бегом не успел бы. Да и на крыльях, наверное, не добрался бы. Видимо, неподалеку от трона есть тайный ход. Или же мы очень мало знаем о моранах. Хотя в данный конкретный момент мне на это было, если честно, начхать.

– Что ты увидела? – нахмурился повелитель, когда я устало опустила рвущуюся в бой По и, по-стариковски согнувшись, оперлась на нее, как на клюку. – Тебе удалось хоть что-нибудь рассмотреть?

Я угрюмо промолчала. Мне было так плохо, что даже говорить не хотелось.

– Ты увидела что-нибудь определенное? – продолжал настаивать моран, но я только прикрыла глаза и без сил опустилась на пол, выпустив из рук отполированную рукоять. – Эй, ведьма!

– Богиней прошу: уйдите…

– Тебе что, плохо? – озадачился нелюдь, додумавшись наконец до чего-то умного. А когда я не ответила, наклонился, обеспокоенно заглядывая в мои затуманенные глаза, в которых еще стояло последнее видение. После чего неуверенно коснулся перчаткой моей щеки и, стерев со скулы влажную капельку, едва слышно уронил:

– Прости.

Я не стала возражать, когда это бестолковое чудовище подхватило меня на руки и куда-то понесло. И ни слова не сказала, когда оно на удивление бережным жестом отвело с моего лица выбившуюся из прически прядку. Уронив потяжелевшую голову морану на грудь, я безучастно обмякла в его руках и невидящим взглядом смотрела в пустоту. Туда, куда обычный человеческий взор проникнуть был не в состоянии и где одна за другой стремительно менялись реалистичные до ужаса картинки…

Глава 4

В себя я пришла, судя по всему, нескоро – вокруг снова было темно. Причем очнулась я оттого, что услышала яростно спорящие голоса. Вернее,
Страница 12 из 18

те странные шипяще-щелкающие звуки, которые заменяли моранам нормальную речь.

Кто и почему спорил, я, разумеется, не поняла. Но один из нелюдей был явно рассержен, и его голос звучал намного громче, а второй моран, напротив, излучал нечеловеческое спокойствие и неколебимую уверенность в собственной правоте. Причем спор, судя по всему, начался давно и закончился, к моему удивлению, внезапно – отрывистым, больше похожим на удар хлыста, щелчком, шелестом одежд, в котором прямо-таки сквозило невысказанное раздражение, и звуком быстро удаляющихся шагов, вслед за которым послышался шорох открываемой двери.

В темноте мелькнула и тут же пропала полоска света, из чего я с облегчением заключила, что снаружи все-таки день, а не ночь. А еще через пару мгновений из темноты донеслись тяжелый вздох и звук отодвигаемого кресла.

Осознав, наконец, где и в каком виде нахожусь, я несколько озадачилась: судя по всему, владыка притащил меня в собственный кабинет. И уложил на стоящий у стены диванчик, как покойницу в гроб – на спину, с выпрямленными ногами, да еще и аккуратно прикрыл подолом кончики остроносых туфель. Правда, вместо свечки в руках у меня была зажата старательно прикидывающаяся мертвой метла, но сути дела это не меняло.

– Как ты себя чувствуешь? – раздался из темноты знакомый голос, и возле дивана сгустилась плотная тень.

Я с кряхтеньем села и мрачно воззрилась на стоящего у дивана повелителя.

– Как раздавленный клоп. Разве не похоже?

– Мне жаль, – снова вздохнул он. – Не думал, что для тебя это будет так тяжело.

По под моей рукой сердито дернулась, но я вовремя ее придержала. А потом щелкнула пальцами, создав в воздухе небольшой световик[4 - Магически созданный маяк, испускающий ровное золотистое свечение.] – не люблю, знаете ли, темноту. Непонятно, кто в ней находится, и, что самое важное, я не видела его лица.

Повелитель в то же мгновение отпрянул, резко отвернулся и прошипел:

– Аш-ш! Слиш-шком ярко!

– Ох, прошу прощения, – спохватилась я, убавила яркость до минимума и отбросила световик за спину морана. – Я забыла, что вы плохо переносите свет. Так лучше?

Владыка с ворчаньем обернулся:

– Да. Но впредь не вздумай зажигать свет без разрешения, а то без магии оставлю. И без головы заодно.

– Простите, больше не буду, – повинилась я.

– Что ты увидела? – все еще недовольно осведомился повелитель, пододвигая стоящее рядом кресло и бесцеремонно усаживаясь напротив. – Среди претенденток есть кто-нибудь, кто мне подойдет?

Я помрачнела:

– Да. Две последние девушки, что стояли недалеко от входа.

– Уже неплохо, – с нескрываемым облегчением выдохнул моран. – Хотя я надеялся, что после первого отсева их останется больше.

– С остальными я ничего не поняла, – хмуро призналась, приставив свою буйную метлу к дивану. – Если насчет первых двух я абсолютно уверена, что они будут жить долго и счастливо, то у других четырех претенденток будущее вообще неопределенно, словно они – новорожденные младенцы и сами не знают, чего хотят, а оставшиеся… боюсь, они скоро умрут.

– Все пятеро? – насторожился повелитель.

– Да, – мрачно подтвердила я. – Над ними висит печать Смерти.

И вот тут моран неожиданно усмехнулся:

– Так это же замечательно!

Я уставилась на него с плохо скрываемым раздражением:

– Что значит замечательно?! По-вашему, смерть – это благо? Даже если дело касается ваших подданных?

– Нет, – снова усмехнулся владыка. – Просто ты неправильно поняла свою задачу. Мне не нужны невесты, которых ждет прекрасное светлое будущее – это не те девушки, которые могут составить мне пару. Насчет тех, у кого будущее неопределенно, тоже пока неясно, но со счетов их сбрасывать не станем. А вот те, кого отметила Смерть… неужели ты еще не догадалась?

Я вздрогнула.

– Смерть – это вы…

– А значит, те, кого она пометила, и есть мои настоящие невесты, – довольно кивнул моран. – Что ж, пятеро подходящих и четверо вероятных кандидаток – это очень хороший результат. Намного лучше, чем ожидалось. Нам будет из кого выбирать. Когда ты сможешь повторить процедуру?

– Вы обещали показать мне оракула, – напомнила я. – И еще я должна увидеть сестер.

– Значит, послезавтра, – задумчиво заключил моран и поднялся с кресла. – Хорошо. Время пока есть, поэтому торопить тебя я не стану. Так что отдыхай, восстанавливайся…

– Интересно, как? Может, у вас тут кусочек солнца в подвале припрятан? Или есть еще какой-нибудь источник, который поможет вернуть мои силы?

Владыка в ответ на мой ядовитый тон едва заметно поморщился.

– Раалу правильно заметил, что ты слишком дерзка для ведьмы… и подходящего источника у нас действительно нет. Однако кое в чем я все-таки смогу тебе помочь.

Запоздало сообразив, что, кроме родного брата, рядом с носителем Смерти больше никто не способен находиться, а значит, именно он спорил с повелителем, я сделала мысленную зарубку – выяснить, чем Раалу был так недоволен. Спорили ведь они, наверное, из-за меня. И из-за отбора невест, который я начала проводить совершенно неподготовленной.

– Идем, – уронил повелитель, решительно отворачиваясь и направляясь вглубь кабинета. – Только убери свет – он режет мне глаза.

Спохватившись, я погасила световик и шустро подскочила с диванчика, но тут же охнула и пошатнулась от внезапно накатившей дурноты.

Вот же дмурт! Совсем забыла, что тут не верхний мир, и мне понадобится больше времени, чтобы вернуть силы!

От слабости меня качнуло в сторону. Нога, как назло, зацепилась за некстати попавшееся на пути помело, и я едва не полетела на пол. Но, хвала богине, меня вовремя подхватили под локоть. А затем незнамо как оказавшийся рядом повелитель с раздражением осведомился:

– Ты что, специально это делаешь?!

Я подняла голову и неосторожно заглянула ему в глаза. На свету они выглядели действительно жутко, но сейчас, в темноте, таящийся в них мрак неожиданно расцвел сотнями крохотных серебристых огоньков. Как вкрапления слюды на арках в соседней комнате. Или блики солнца на застывших в траве капельках росы.

Моран тоже замолчал, пристально разглядывая меня, словно впервые увидел. А когда я некстати подумала, что он очень даже симпатичный для нелюдя, быстро наклонился и, прежде чем я успела среагировать, шумно втянул ноздрями внезапно сгустившийся воздух. После чего так же быстро выпрямился и торопливо отвернулся, пряча проступившее на лице престранное выражение.

– Что это было? – с подозрением осведомилась я, когда владыка отпустил мой локоть и, отойдя на шаг, почти растворился во тьме.

– Ты странно пахнешь… для человека, – неохотно отозвался он, на мгновение остановившись. – Сама идти можешь?

Я скептически фыркнула:

– А у меня есть выбор? Или вы снова меня понесете?

Повелитель неопределенно повел плечами и промолчал. Но когда я шагнула следом за ним, все же протянул руку и медленно, словно сомневаясь в правильности принятого решения, предложил:

– Можешь опереться.

Я с еще большим подозрением покосилась на закованное в сталь предплечье, но, недолго поразмышляв, все-таки решила не выпендриваться. Ноги-то меня держали плохо, а восстановиться было жизненно необходимо, так что без посторонней помощи никак не
Страница 13 из 18

обойтись. Подхватив метлу в левую руку, правой я осторожно ухватилась за плечо морана и так – тихонько про себя матерясь и прихрамывая сразу на обе ноги – поковыляла к выходу.

К счастью, далеко идти не пришлось – повелитель привел меня не в другой конец дворца, а в ту самую комнату с арками, которой я недавно восхищалась. Привыкнув к темноте, на этот раз я смогла получше рассмотреть рисунки на стенах и вскоре с изумлением поняла, что они имитируют лес. С выточенными из камня растениями, обвивающими арки лианами, прячущимися за старательно обведенными листьями птицами и даже, если я правильно рассмотрела, со сделанными с невероятным искусством насекомыми, среди которых преобладали необычайной красоты стрекозы и бабочки.

Если приглядеться повнимательнее, становились заметными даже крохотные фигурки муравьев, снующие вверх и вниз по каменным веткам. Настороженно сверкающие слюдяными глазами осы. Так что при определенной фантазии можно было подумать, что вот-вот станет слышно, как шелестит листва, и увидеть, как начинает оживать и по-настоящему дышать этот удивительный, запечатленный в камне мир.

Неужели вот это и есть обитель самого страшного существа всего подземного царства?!

– В чем дело? – отреагировал повелитель, когда я споткнулась, и настороженно на меня воззрился. – Что-то не так?

Я уцепилась за его руку понадежнее и медленно покачала головой. А когда мы продолжили путь, в какой-то момент не удержалась и все-таки провела рукой по искусно обработанному камню, дабы окончательно убедиться, что все это действительно настоящее. Любовно выточенное, тщательно отшлифованное и доведенное до немыслимого совершенства.

– Чья это работа? – зачарованно спросила я, когда стало ясно, что иллюзией тут даже не пахнет.

– Это важно?

– Передайте мое искреннее восхищение мастеру, – совершенно серьезно ответила я, отходя от стены. – Не знаю, как именно это сделано, но его работа великолепна.

Владыка усмехнулся и, отпустив мою руку, указал на центр зала:

– Подожди меня там.

После чего отступил куда-то в сторону и ненадолго пропал в темноте. А через несколько мгновений над моей головой что-то приглушенно зарокотало, сходящиеся под потолком арки раздвинулись и стали похожи на распустившийся цветок. И оттуда вниз ударил тончайший лучик самого настоящего, невозможного в этом подземном царстве солнечного света. Восхитительно яркий, волшебный… просто спасение для качающейся на грани обморока ведьмы.

Громко ахнув, я бросилась в ту сторону и буквально нырнула в свет, с наслаждением подставив ему лицо и руки. Живительное тепло благодатной волной прокатилось по телу, мгновенно растворяя усталость и даря новые силы. Смывая беспокойство, избавляя от страхов и тревог, успокаивая, благословляя и наполняя искренней благодарностью к тому, кто дал мне возможность хотя бы на миг вернуться домой.

Повернув сияющее лицо, я хотела сказать затаившемуся в тени морану «спасибо», но внезапно увидела, во что превратил пещеру солнечный свет, и в который раз за последние пару дней обмерла.

Щедрые вкрапления изумрудов в мгновение ока превратили окаменевший лес в волшебную сказку. Таинственный блеск опалов придал ему удивительную глубину. Загадочные блики рубинов вдохнули жизнь в глаза порхающих между листьями бабочек. А украшенный россыпью бриллиантов потолок стал похож на настоящее звездное небо.

– Богиня-мать… – прошептала я, пораженно озираясь и все еще не веря, что такое действительно возможно. – Как это сделано? Кем? Какой волшебник сумел создать такое чудо?!

– Тебе нравится? – тихо спросил из темноты повелитель.

– Это потрясающе!

– Мой брат с тобой не согласился бы, но я всегда считал, что истинную красоту подземелий способен оттенить лишь природный свет. Поэтому и велел проделать выход на поверхность.

– Как это работает? – запрокинула я голову, с любопытством всматриваясь в то место, откуда лился солнечный свет. – До неба же далеко!

– Отверстие довольно узкое, но прямое, – пояснил моран. – И в обычном состоянии его перекрывает сразу несколько каменных перегородок, которые при необходимости можно отодвинуть.

– А как вы умудряетесь направлять лучи сюда? Чтобы пробиться сквозь такую толщу земли, пришлось бы вырыть огромный колодец, а у вас всего-то небольшая труба.

– Зеркала, – со смешком отозвался невидимый в темноте владыка. – Вдоль тоннеля установлены самые обычные зеркала, которые позволяют доставить свет без искажений. К тому же они поворачиваются, так что шириной светового пучка можно управлять. И сделать, например, вот так…

Я невольно зажмурилась, когда сверху на меня обрушился целый сверкающий водопад, а потом снова запрокинула голову и счастливо рассмеялась. Мне было безумно хорошо в этом свете. Я наконец-то почувствовала, что живу. Дышу полной грудью. Почти летаю. И могу сейчас гораздо больше, чем обычная белая ведьма, ведь сила богини – вот она, под самыми руками. Только протяни ладонь и бери.

В этот момент тяжелый камень над моей головой глухо зарокотал, и благодатный поток иссяк так же внезапно, как и появился. Ненадолго оживший зал погрузился в кромешную тьму, сошедшиеся вместе арки вновь превратились в каменный монолит. А из темноты бесшумно проступила массивная фигура, после чего на мое плечо легли твердые мужские пальцы, а знакомый голос тихо осведомился:

– Надеюсь, ты восстановилась?

Я кивнула:

– Да. Благодарю вас.

– Тогда Риату проводит тебя в гостевые покои. К встрече с оракулом нам лучше подготовиться заранее.

Я хотела было возразить, что прекрасно себя чувствую и вообще готова мчаться хоть на край света ради встречи с мифическим прорицателем-мораном, но повелитель уже развернулся и направился к выходу. На этот раз руки он мне не предложил.

По возвращении в гостевые покои я с приятным удивлением обнаружила, что в комнате нас ожидает сюрприз. Точнее, два сюрприза. В лице самых обыкновенных человеческих девушек, которые при нашем появлении одновременно улыбнулись и присели в почтительном реверансе.

– Леди Ринаре и Альнаре помогут вам здесь устроиться, госпожа Нораатис, – сказал «мураш», когда я изумленно застыла на пороге. – Леди Ринаре находится слева от вас, леди Альнаре справа. Наш язык они понимают довольно неплохо, поэтому трудностей с переводом быть не должно. Они же будут приносить вам еду, а также обеспечат одеждой и всем остальным, что вам может понадобиться.

Я изумленно воззрилась на служанок.

Как это?! Человечки?! Здесь?!

Стоящая слева Ринаре, словно почувствовав мой взгляд, подняла голову и снова улыбнулась. На этот раз – понимающе, если не сказать что с хитринкой. Симпатичная, кстати, девочка. Стройная, с густой русой косой, очаровательными ямочками на щеках и большими серыми глазами.

Альнаре оказалась не такой смелой и, пока я не разрешила, взгляда от пола не оторвала. Но и она выглядела миловидной, хоть и бледненькой, как если бы очень долго не видела солнца. Ее светлые волосы были заплетены в такую же тугую косу, как у подруги. Свои серо-зеленые глаза она все время норовила опустить, смущенно хлопая длиннющими ресницами. Но в целом на обеих было приятно посмотреть. Знаете, такая простая, по-домашнему
Страница 14 из 18

милая и неброская красота, которая всегда привлекает зрелых, неглупых и ценящих семейный уют мужчин.

Когда за мораном закрылась дверь, я в некоторой растерянности воззрилась на девиц:

– Та-а-ак… и каким, позвольте спросить, образом вас занесло в подземный мир?

Девушки беспокойно переглянулись.

– Вас что, похитили? – нахмурилась я, мысленно уже представляя, сколько всего выскажу повелителю при следующей встрече.

А красотки вдруг поспешно затрясли головами:

– Нет-нет! Что вы, госпожа ведьма!

– Мы сами! Нас никто не неволил!

– Что значит «сами»? – грозно осведомилась я, сердито стукнув по полу помелом. – И почему, если вас не держат здесь силой, вы до сих пор не вернулись домой?!

– Беда у нас случилась, госпожа ведьма, – тихонько пискнула светленькая Альнаре. – Уже лет пять как у нас больше нет дома. И родных тоже нет. Поэтому мы и решили остаться.

– У нас даже супруги теперь есть, – с нескрываемой гордостью добавила Ринаре. – Причем очень хорошие.

Я воззрилась на девиц в полном обалдении:

– Вы что же это, выскочили замуж за нелюдей?!

– А что такого? – пробормотала Альнаре, снова опуская глаза и заливаясь густым румянцем. – Нормальные мужчины… добрые, заботливые, внимательные. Не то что наши дурни деревенские, от которых порой только оглоблей отбиться можно.

– Эти хоть не дерутся, не сквернословят, не обижают, – тут же подхватила Ринаре. – А когда у нас в деревне нежить объявилась, не королевские воины ее перебили, а мораны. Ночью, когда стая гулей с погоста налетела и большую часть наших пожрала. Меня едва живую из когтей вырвали. Сюда принесли, подлечили, позаботились. Так чего ж не согласиться, когда спаситель замуж позвал?!

Честное слово, у меня от таких новостей чуть разрыв сердца не случился.

Что еще за гули, которые бродят по людским землям целыми стаями?! Почему королевские разъезды не успели помочь, и вместо них это пришлось делать нелюдям?!

– Мы на самой окраине жили, госпожа, – словно подслушала мои мысли Альнаре. – Рядом болото, лес…

– А на нас демоны напали, – добавила Ринаре. – Если бы не Врару, я бы тоже не выжила. А теперь у нас свой дом, семья, детки малые…

Что?! Еще и дети?!

Вот уж когда мне окончательно поплохело.

Богиня-мать, это что же за дела такие творятся, если нелюди начали к нашим девкам свататься?! А как же их сила?! А Смерть, что должна была отметиться в аурах этих девчонок?!

С похолодевшим сердцем я схватила Альнаре за руку и прислушалась к себе. Минуту ждала, другую… Однако, как ни удивительно, ничего плохого так и не ощутила. Ничего, кроме отголосков тихого счастья, до краев наполнившего загадочную девичью душу, и невероятно сильного, основанного на полнейшем доверии, чувства, которое эта светлая девочка испытывала к своему мужу-морану.

Но почему же тогда повелитель говорил, что в подземном мире люди почти не приживаются?! И почему он уверял, что рано или поздно их сила начинает нас убивать?!

– Если не прикасаться к морану, это не так опасно, – тихо сказала Альнаре, когда я подняла на нее недоверчивый взгляд. – Но в браке прикосновений не избежать, поэтому мораны редко обращают внимание на смертных. Когда же оказалось, что мы любим друг друга, Врару пришлось выбирать. И он выбрал меня, попросив повелителя закрыть для него источник силы. После этого муж перестал считаться воином и превратился в простого смертного… и наши дети тоже родились обычными. Они уже никогда не займут место возле повелителя. Не смогут пользоваться энергией Смерти и не поднимутся выше того статуса, что у них есть сейчас. Но благодаря этому я буду спокойно жить и умру в положенный мне срок. Благодаря этой жертве мы счастливы. И даже владыка не в силах этого изменить.

– Мораны не так плохи, как нас всегда уверяли, госпожа, – с неожиданной грустью добавила Ринаре. – Мой муж тоже отказался от силы, чтобы мы могли быть вместе. Да, без энергии Смерти он потерял статус и привилегии, которые у него были… но я никогда его не оставлю, госпожа, потому что знаю – у моранов любовь случается лишь однажды. И никто и никогда не будет любить меня так же, как он.

Час от часу не легче…

Я медленно опустилась на первое попавшееся кресло и в шоке уставилась в сумрак перед собой.

У нас и моранов может быть совместное потомство…

Какой кошмар! Ведь это означает, что при всех внешних различиях, во всем остальном мы невероятно похожи. Правильнее сказать, опасно похожи! Настолько, что это может представлять угрозу! Конечно, врожденная магия нелюдей препятствует брачному союзу с жителями верхнего мира, но при большом желании, как оказалось, даже ее можно обойти!

Правда, вряд ли повелитель соизволит отказаться от своей силы в пользу невесты, от которой по большому счету только и требуется, что родить ему наследника. На время ей помогут в этом брачный обряд и любовный эликсир. А дальше…

Что с ней случится дальше? И не потому ли над теми девушками повисла печать Смерти?

Обхватив руками голову, я надолго застыла.

А что, если невестой для владыки должна стать не одна моранка, а несколько? Что, если несколько кандидаток необходимы ему, так сказать, про запас? К примеру, если с первой невестой что-нибудь случится, и она не сможет выдержать исходящей от повелителя силы, то всегда найдется вторая. Затем третья… и так до тех пор, пока все они не перемрут, или пока не останется только та, которая с гарантией сможет выносить ему сына.

Я так понимаю, варить эликсир мне придется только для девушек – о том, что ему самому это может понадобиться, владыка почему-то не говорил. А значит, во время обряда он никаких эмоций испытывать не будет и, судя по всему, не больно-то к этому стремится. Да и зачем, если жена нужна лишь на время? Выносит, выродит, и ладно. А к следующему всплеску, который случится, наверное, через пару-тройку десятилетий, Раалу устроит для брата новый отбор невест, и все повторится по новой…

– Госпожа, что с вами? – обеспокоенно спросила Ринаре, когда я тяжело вздохнула и закрыла руками глаза. – Госпожа Нораатис!

– Вам плохо?! – всполошилась и вторая девушка.

Я медленно покачала головой.

– Тогда чем вам помочь? Давайте, мы принесем ваши новые платья?

Я снова вздохнула, отчего-то чувствуя глухую досаду на себя и нешуточное раздражение на повелителя. Но потом все-таки встряхнулась и решительно стукнула метлой по полу.

– Нет. С одежкой разберемся позже. Нас ведь никто не торопит?

– Нет, госпожа, – удивленно отозвались девчонки. – Владыка не передавал, что хочет видеть вас этим вечером.

– Тогда садитесь, – велела я, придвигая ногой второе кресло. – Давайте-давайте, не стесняйтесь, потому что мне надо с вами поговорить.

Девочки замялись, но все же послушно присели на самый краешек, благо сиденье было достаточно широким.

– Как скажете, госпожа. Что именно вас интересует?

– Я хочу знать, что, как и когда с вами обеими случилось, и как именно вы очутились в подземном мире. А еще меня интересуют мораны… их обычаи, повадки, традиции, нравы. Словом, все, что вы способны о них рассказать.

Глава 5

Девушек я отпустила только тогда, когда стены во дворце заметно потускнели, что недвусмысленно сообщало о приближении ночи.

За это время мы успели о многом поговорить,
Страница 15 из 18

как следует познакомиться, пару раз вкусно поесть и даже примерить загодя доставленные платья. После чего я милостиво разрешила красавицам удалиться, а когда за ними закрылась дверь, без сил рухнула на постель и закрыла глаза.

Неугомонная По, которой и так весь день пришлось изображать из себя благовоспитанную метелку, тут же плюхнулась рядом, стараясь прижаться ко мне потеснее. Я машинально обхватила ее рукой, и мы какое-то время просто валялись, размышляя каждая о своем.

Мои мысли, разумеется, крутились вокруг моранов. Я думала о том, как они живут, чем дышат и почему у них все не так, как у людей.

По этой теме Ринаре и Альнаре поведали немало, причем большая часть полученных сведений была совершенно новой для меня. В частности, то, что мораны заселили не весь подземный мир, а лишь сравнительно небольшую его часть, которую то и дело приходилось отвоевывать у обитающей здесь намного более многочисленной, чем у нас, нежити. Что именно поэтому в Морале (так называлось их царство) имелись особые привилегии для касты воинов. И, скорее всего, потому же среди моранов рождалось гораздо больше мужчин, чем женщин.

Кстати, о местных жительницах мои помощницы отзывались не очень хорошо. Как выяснилось, оказавшиеся в центре мужского внимания местные дамы были несколько… избалованы. И, как следствие, довольно капризны. Причем настолько, что ради их благосклонности регулярно устраивались кровавые поединки и даже проводились своего рода состязания, условия которых озвучивала сама невеста. Победитель, как водится, получал все, но при этом даже в замужестве моранки нередко диктовали мужьям свою волю. Озабоченные необходимостью иметь наследника мужчины чаще всего шли на поводу у своих вторых половинок, которых, кстати, проклятие «одноразового» чувства почему-то не касалось.

Еще девчонки поведали немало интересного об особенностях имен местных жителей. Как выяснилось, по имени можно определить, какого моран роду-племени, с кем он жил и успел ли завести детей.

Естественно, все я запомнить не смогла, но самое важное для себя уяснила. В частности, то, что двойная гласная в имени означает принадлежность морана к знати, а если это одна и та же гласная, то к высшей знати. Причем чем ближе к началу алфавита буква, тем выше статус обладателя имени. Вплоть до правящего дома, представители которого были единственными, кто имел право носить в имени двойную букву «а». Как, скажем, Таалу.

Еще я узнала, что окончание «ре» в имени женщины указывает на ее замужество, как и «ру» в мужском имени – на женитьбу. По сочетанию некоторых согласных можно определить наличие и пол рожденных в браке детей. А по общей длине имени – примерный возраст морана и даже… прости господи… количество постоянных половых партнеров.

Конечно, человеческих имен многие вещи не касались, но общий смысл сводился к тому, что в течение жизни моран мог несколько раз сменить себе имя. И если ему при рождении дали, к примеру, имя Риат, то в зрелом возрасте он мог бы зваться Риату; после женитьбы сменил бы имя на Риару, которое с рождением первенца приобрело бы приставку «ро» или «ра» в начале или в конце имени – в зависимости от пола ребенка.

Но, что меня поразило больше всего, Ринаре и Альнаре хором подтвердили, что человечек среди моранов проживает немало. Более того, все они пришли сюда добровольно, все до единой счастливо жили в браке и терпеливо растили сразу по несколько детей, от которых мужья-мораны были без ума.

Отношение к семье и детям у этой расы почему-то оказалось намного более трепетным, чем у людей. Ни один моран, если верить девчонкам, никогда не поднял бы руку на женщину. Ни один не посмел бы ударить ребенка. Более того, они не делали различий между чистокровными моранами и полукровками, а единственное, что мешало последним по жизни – это исходно низкий социальный статус. Как и у всех, кто постоянно проживал в Морале, но не имел врожденного дара сдерживать энергию Смерти.

Насчет самого повелителя я девчонок пытать не стала – они никогда его не видели и понятия не имели, как и кем проводится отбор невест. Единственное, что они знали точно, что владыка – сильнейший маг подземного мира. И что рядом с ним простые смертные долго находиться не могут.

– Даже мораны начинают болеть, если долго живут во дворце, – пояснила Ринаре, когда я задала ей терзавший меня вопрос. – И они так же, как и мы, быстро стареют и умирают. Поэтому службу здесь несут самые стойкие воины из числа высшей знати. Но и им приходится делать перерывы, сменяя друг друга примерно раз в месяц.

– А как же вы? – озадачилась я. – Для вас это тоже может быть опасно.

– Нас попросили о помощи, – пожала плечами девушка. – Поскольку вы здесь надолго не задержитесь, то особой опасности мы не видим. Потерянный месяц или даже год жизни не такая большая плата за то, что обретут наши мужья после этого.

Я понятливо кивнула.

Что ж, оно и правильно. Раз уж моранам так дороги их женщины, то владыке наверняка пришлось немало пообещать тем, кто согласится отпустить сюда жен. Да и самим женам, думаю, начислят неплохой гонорар, так что, может, девчонкам и стоило рискнуть. К тому же я не особенно привередливая госпожа, и трудностей со мной быть не должно. Ну а если мы не сойдемся во мнении, они всегда смогут вернуться домой, так что, пожалуй, мне не стоит забывать, что девушки – не служанки, а добровольные помощницы. И вести себя с ними надо соответственно.

Когда в комнате окончательно стемнело, я со вздохом поднялась с постели и, воспользовавшись мудреной техникой моранов, принцип действия которой мне недавно объяснили все те же девочки, впервые за два дня по-настоящему привела себя в порядок. После чего снова забралась в постель и, накрывшись одеялом, честно попыталась уснуть.

Сон, как назло, не шел. Видимо, слишком много сил я хватанула от солнца. Поэтому вместо спокойных снов мне, как обычно, мерещилась всякая муть. А время от времени растревоженное сознание возвращалось к напугавшим меня этим утром видениям, заставляя раз за разом переживать не самые приятные ощущения и мысленно гадать, почему же именно сейчас они решили вернуться.

Да, я не сказала моранам главного – не только из-за отбора невест мне сегодня поплохело.

Проблема предчувствий в том и состоит, что порой невозможно угадать, из-за кого тебя вдруг накроет. Хороший или плохой, умный или дурак, могущественный король или обычный ребенок… не ведьма выбирает, какие видения ее посетят, и кого именно они затронут. Определяющим фактором обычно является внутренняя сила стоящего рядом человека. И чем сложнее и запутаннее нити его судьбы, тем тяжелее нам, ведьмам, с ними расстаться.

А владыка Таалу – очень сильный мужчина. Правитель, маг, просто огромной воли моран… поэтому нет ничего странного в том, что, помимо невест, я нечаянно заглянула и в его будущее. Конечно, краешком глаза, но все-таки подсмотрела самый трудный и опасный момент в его жизни. Едва-едва коснулась нитей судьбы, но этого оказалось достаточно, чтобы свалить с ног не самую слабую ведьму.

«Владыка скоро умрет, – отстраненно подумала я, раз за разом вспоминая его посеревшее, искаженное мукой лицо, больше похожее на посмертную маску. – Носитель он Смерти
Страница 16 из 18

или нет, но он тоже не вечен. И если я правильно все поняла, то его срок уже подходит к концу».

Где это будет, как, когда именно случится… и почему именно мне довелось это увидеть, я не знаю. Мы, к сожалению, не контролируем свои предчувствия. Но последний взгляд умирающего владыки Таалу я, наверное, не забуду никогда. Как и его лицо, расчерченное пугающе глубокими морщинами и трещинами. Истончившуюся кожу, больше похожую на облетающие с засохшего цветка лепестки. Тоненькую струйку крови, стекающую вниз по узкому подбородку. И хриплый, полный невыносимого страдания голос, в котором отчетливо звучало только одно слово:

– Уходи…

Интересно, чувствуют ли мораны приближение собственной смерти? И если да, то знает ли повелитель, что его время заканчивается? А если мы с нелюдями похожи даже в этом, и он действительно не в курсе, то должна ли я ему об этом сообщить? Или же это будет воспринято как угроза?

Так и не придя ни к какому конкретному выводу, я все же закрыла глаза, перевернулась на бок и наконец-то уснула. Но даже во сне меня упорно преследовали пугающие видения и настойчивый хрипловатый голос, то и дело зовущий по имени.

Первое, что я увидела, открыв глаза, – воинственно вздыбленное помело, мелко вибрирующее над постелью. Туда-сюда, туда-сюда… причем так быстро, что за ним нелегко было уследить.

Чуть дальше обнаружилась и причина столь неуравновешенного состояния боевой подруги. А именно – господин Риату собственной персоной, который невесть зачем приперся ко мне в спальню и с явной опаской следил за исполняемой исключительно для него пляской смерти.

– Эй, у вас тут что, вообще стучать не принято? – хрипловатым со сна голосом осведомилась я, когда поняла, наконец, что к чему. – И в покои к дамам разрешается врываться без предупреждения?

Несколько потрепанный мужчина перевел на меня растерянный взгляд:

– Госпожа, вы живы?!

– А что, были какие-то сомнения?! – в свою очередь изумилась я и села на постели, неловко придерживая на груди сползающее одеяло.

По, взмахнув помелом в последний раз, яростно крутнулась вокруг своей оси и плавно опустилась на пол, дав мне ухватиться за рукоять.

– Я… я не знаю, госпожа. Простите, – неожиданно отступил моран, одновременно склоняясь в глубоком поклоне. – Владыка срочно пожелал вас видеть, но вы не ответили на стук, поэтому я счел возможным потревожить вас лично.

– Да? А девушек, которых вы мне вчера оставили, нельзя было попросить разбудить меня? – ядовито осведомилась я, кутаясь в одеяло.

– По условиям контракта они не ночуют во дворце.

– И поэтому вы решили, что можете спокойно зайти ко мне в спальню?! – Я спустила ноги на пол и раздраженно махнула свободной рукой. – Прекрасно! Просто прекрасно! Господин Риату, я в восторге от ваших обычаев!

Метла сердито шваркнула помелом по полу, и моран, не разгибаясь, попятился к выходу.

– Еще раз прошу прощения за вторжение, госпожа, но должен сообщить, что ваш артефакт изволил оказать сопротивление…

– Скажите спасибо, что ей запрещено без приказа нападать на живых!

По снова гневно шваркнула, на этот раз – гораздо ближе к нелюдю, и тот попятился еще дальше.

– Я очень старался ее не повредить, – уже из-за двери отозвался Риату. На что я только фыркнула и, наконец, встала.

– Если бы вы повредили По, я бы вам шлем до самых пяток натянула. И как долго, спрашивается, вы изволили сюда стучаться?

– Не меньше получаса, госпожа, – смиренно отозвался нелюдь из соседней комнаты.

– Тогда почему я этого не слышала?

– Возможно, потому, что… у вас слух не такой острый, как у моранов?

– Браво! – невольно восхитилась я, подходя к шкафу и отбрасывая одеяло в сторону. – Какая гениальная догадка! Очень жаль, что она не пришла в вашу голову немного раньше!

Из-за двери донесся тяжелый вздох.

– Вы правы, госпожа Нораатис. Я снова допустил непростительную оплошность. Но вчера вы слишком долго пробыли у повелителя. И я решил… то есть мне показалось, что это могло негативно отразиться на вашем здоровье.

Порывшись в шкафу, я кое-как влезла в первое попавшееся платье из числа тех, что принесли девчонки, и принялась раздирать образовавшийся на голове за ночь колтун.

Нет, ну надо же, а? Интересно, у всех ведьм такие проблемы, или мне несказанно повезло заполучить это рыжее богатство, имеющее свойство каждое утро превращаться в воронье гнездо?

– Ничего на мне не отразилось, – пробурчала, ожесточенно работая расческой. – Хотя никто и не знает почему. А что вашему повелителю от меня понадобилось в такую рань?

– Он планировал показать вас сегодня оракулу. А поскольку тот отвечает на вопросы только в утренние часы, владыка распорядился привести вас как можно раньше.

Я так и замерла с занесенной над головой расческой.

– Что ж вы сразу-то не сказали?!

С нечеловеческой скоростью приведя себя в порядок, я молниеносно влезла в любимые синие туфли, наплевав на то, что с зеленым платьем они совсем не сочетались, и буквально вылетела из спальни, по пути чуть не снеся Риату с ног.

– У нас ведь еще есть время? Мы же не опоздали, да? А если и так, то не может ли ваш оракул сделать для меня одно ма-а-аленькое исключение?

Риату спокойно поднял шлем, который выронил при столкновении, и с достоинством выпрямился.

– Время еще есть, госпожа. Поэтому я взял на себя смелость заказать вам завтрак.

– К дмурту ваш завтрак, – нетерпеливо отмахнулась я, протягивая руку. Оставленная в спальне По тут же прыгнула в ладонь и воинственно встрепенулась. – Идемте. Поесть я и потом могу, а встреча с оракулом промедления не терпит.

Риату молча поклонился. И так же молча вышел, бережно придерживая на груди загадочно поблескивающий шлем. А я торопливо выскочила вперед, с перепугу обогнав даже молчаливую стражу и очень надеясь, что все-таки не заблужусь в этих изогнутых, ненормально похожих друг на друга тоннелях. И не стукнусь обо что-нибудь головой на особо крутом повороте.

На этот раз идти нам пришлось чуть ли не в два раза дольше, чем до кабинета владыки. Я аж притомилась, пока цокала на каблуках рядом с неторопливо вышагивающими моранами. Они, как обычно, игнорировали все мои вопросы и вообще присутствовали скорее «для антуражу», ведь, если подумать, нападать на меня в этих наполненных Смертью чертогах было некому. Ну, за исключением владыки, конечно.

Когда по коридорам загулял вполне ощутимый ветерок, я, честно говоря, удивилась. Откуда тут взяться ветру, если мы под землей?

Когда впереди появилось слабое, не похожее на обычное дворцовое освещение, свечение, я опять удивилась. А когда следом за моранами вышла на некое подобие террасы, чуть не упала от изумления, потому что до этого дня искренне верила, что подземное царство – это нечто вроде самого обычного, хоть и расположенного в толще земляной тверди, муравейника.

Но, как выяснилось, подземный мир… по крайней мере, видимая его часть, являлся одной гигантской пещерой. А вернее, сетью пещер, плавно перетекающих одна в другую и соединенных специально возведенными для этого каменными перемычками. Причем глубина основной, так сказать, «пещеры» была неимоверной. Исполинский колодец, которым она передо мной предстала, имел бесчисленное количество уровней и
Страница 17 из 18

уходил вниз настолько глубоко, что не было видно дна. С каждого уровня наверх и в стороны расходились узкие каменные мостики, лестницы, уступы, по которым шустро сновали человеческие фигурки. Освещение, правда, оказалось скудным, но общую картину я все-таки ухватила. А когда подошла к краю террасы, вдоль которой шел невысокий, украшенный изящными барельефами бортик, и осторожно взглянула вниз, то чуть не пошатнулась.

Мать-богиня…

Оказывается, дворец владыки действительно был выточен в огромной скале, основание которой уходило глубоко в землю, а вершина упиралась в свод пещеры. Внутри, надо думать, скалу вдоль и поперек изъели тоннели и коридоры, которые разветвлялись на десятки тысяч ходов. При этом громадный фасад превратили в гигантскую лестницу, состоящую из расположенных друг над другом просторных, но однотипных террас, усеянных одинаковыми колоннами. А та, на которой стояла я, располагалась примерно посередине этого монументального строения.

– Хорошего вам дня, госпожа Нораатис, – с хитрой улыбкой сказал Риату, одновременно с этим надевая шлем. Стоящая за его спиной молчаливая четверка дружно отдала честь, синхронно развернулась и, блистая начищенными доспехами, потопала в обратную сторону.

Я проводила нелюдей понимающим взглядом и прислонилась плечом к ближайшей колонне. Все правильно: если они уходят, значит, повелитель уже близко. И значит, мне не придется ждать визита к оракулу слишком долго.

Так оно и оказалось.

– Тебе идет этот цвет, – буквально через пару минут раздался у меня за спиной знакомый баритон.

Я обернулась, запоздало вспомнив о приличиях, отвела метлу в сторону и изобразила неглубокий реверанс. А повелитель, на этот раз возникший из открывшегося в соседней стене проема, сделал несколько шагов навстречу и остановился, внимательно изучая меня непроницаемо черными глазами.

Что уж он во мне такого загадочного углядел, не знаю – с По моран уже успел познакомиться, так что удивляться вроде не должен. Хотя, возможно, цветовое восприятие подземных жителей несколько отличалось от нашего, поэтому нежно-салатовое платье с богатой вышивкой и множеством оборочек пришлось повелителю по душе.

Я неловко кашлянула:

– Благодарю. Мы уже можем идти?

Владыка Таалу только усмехнулся, а затем неожиданно предложил мне руку. А я, хоть и удивилась, все же не рискнула от нее отказаться. И, предварительно убедившись, что перчатка на месте, осторожно ухватилась за чужой локоть кончиками пальцев.

Признаться, я была уверена, что мы сейчас начнем долго гулять по бесконечным дворцовым коридорам и попутно беседовать о том о сем, благо обстановка к этому располагала. Даже старательно продумала, каким образом и какие именно сведения вытяну за это время из высокопоставленного собеседника. Уже составила подробный план. Все подготовила, наметила темы для задушевного разговора. Однако планам моим не суждено было сбыться, поскольку моран вовсе не собирался уходить далеко. А открывшаяся в стене при его приближении полукруглая ниша заканчивалась… как ни странно, тупиком.

Ведомая самым опасным в двух мирах нелюдем, я благополучно туда зашла и озадаченно завертела головой, надеясь, что поблизости откроется другой выход. Однако вместо этого каменная дверь в стене просто снова закрылась, оставив нас в кромешной тьме. А потом пол у меня под ногами самым настоящим образом провалился…

Честное слово, я не вскрикнула только потому, что от неожиданности перехватило дыхание. Я только судорожно выдохнула и машинально вцепилась в первое, что попалось под руку – в насмешливо хмыкнувшего морана. А почувствовав, что мы стремительно падаем, инстинктивно к нему прильнула, как к единственной опоре в этом непонятном, жутковатом и совершенно непредсказуемом мире.

– Не бойся, – издал негромкий смешок владыка, крепко обхватив меня за талию. – Дворец слишком велик, чтобы я мог себе позволить перемещаться по нему пешком. Иногда это, конечно, случается, но спуск на двенадцать ярусов обычным способом занял бы много времени.

Я с трудом взяла себя в руки, но отцепиться от морана так и не рискнула.

– Ч-что это?

– Всего лишь устройство для быстрого подъема и спуска внутри скалы.

– Это магия? – несколько успокоилась я, поняв, что мы больше никуда не падаем, а, скорее, парим. И при этом довольно плавно спускаемся внутри узкой каменной шахты.

Повелитель шумно вдохнул:

– Магия лишь приводит в движение механизм. А принцип его работы сводится к использованию естественных свойств самого воздуха, который в горячем состоянии всегда стремится подняться вверх, а когда остывает, наоборот, опускается вниз.

– У вас же нет обычных магов, – мгновенно насторожилась я. – Каким образом вы заставляете диски двигаться?

Моран снова хмыкнул:

– Ты права – среди моих соотечественников простые маги действительно не рождаются. Но их вполне достаточно на поверхности. И многие из них охотно соглашаются на нас работать, а кое-кто даже остается насовсем. Естественно, за хорошую плату.

Вот же дмурт! А мы даже не в курсе, что сотрудничество людей и моранов настолько тесное! Причем не первый год и не только в том, чтобы обучить жителей подземного мира нашему родному языку! Ладно обычные люди, но маги! Впрочем, мораны наверняка внесли в магический договор пункт о неразглашении. Я, если бы захотела сохранить факт договора в тайне, на их месте так бы и поступила. И обязательно прописала в этом пункте срок – пожизненно.

Через некоторое время я все-таки осмелилась посмотреть себе под ноги, но в темноте так ничего и не увидела. В шахте царила кромешная тьма, в которой слабому человеческому глазу было просто не за что зацепиться. Оставалось лишь довериться высокопоставленному морану и надеяться на то, что каменный диск под нами случайно не перевернется и не зацепится краями за стены этой проклятой шахты.

– Не стоит, – быстро проговорил повелитель Таалу, когда я все-таки попыталась отстраниться и вытянула руку с метлой в сторону. Его пальцы властно перехватили мое запястье и требовательно прижали к закованной в доспех груди. Прямо вместе с дрогнувшей от удивления По. – Скорость довольно большая, так что если не хочешь остаться без артефакта – не шевелись.

Я снова застыла, не смея ни отступить от повелителя, ни отнять руку от его груди. Вскоре ощущение падения вновь усилилось, словно дурацкий диск уже не парил, а просто-напросто падал во тьму. Подол моего платья начал едва заметно приподниматься, будто снизу в него поддувал сквознячок, а сама я все отчетливее ощущала, что еще немного, и совсем взлечу.

Если бы не моран и его руки, крепко прижимавшие меня к себе, я бы, наверное, и впрямь полетела. Но повелитель держал крепко. Надежно. И стоял на мелко вибрирующем диске совершенно неподвижно, как самая настоящая скала.

Надо признать, всю свою прежнюю жизнь я не особенно нуждалась в помощниках. У меня не было нужды искать чьей-то защиты или покровительства. Я всегда держалась сама по себе и даже в самых сложных вещах старалась обходиться собственными силами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию
Страница 18 из 18

(https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=33812593&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

Мораны – малоизученная раса нелюдей, обитающая в подземельях, которые принято называть нижним миром. – Здесь и далее примеч. авт.

2

Дмурт – мелкая лесная нечисть, обычно принимающая облик кота и обладающая пакостным характером.

3

Злыдни – одна из разновидностей нечисти. Имеют вид длинных и очень крупных белых червей.

4

Магически созданный маяк, испускающий ровное золотистое свечение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.