Режим чтения
Скачать книгу

Начальник для чародейки читать онлайн - Алиса Одинцова

Начальник для чародейки

Алиса Одинцова

Руны любви

Рэйвен Мара, в недавнем прошлом могущественная магесса Ордена, после выгорания работает следователем тайной службы по раскрытию магических преступлений. Лишившись магии, она стала обычным человеком. Но стала ли обычной ее жизнь? В стране зреет опасный заговор, на горизонте объявляются люди из прошлого, и уже понятно, что ее выгорание – не просто несчастный случай, а чей-то злой умысел. Бывшие коллеги становятся врагами, а тот, кого всегда считала соперником, – близким другом и защитником…

Алиса Одинцова

Начальник для чародейки

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© А. Одинцова, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Глава 1

Все, что не убивает, делает нас сильнее

Я отодвинула щеколду и толкнула створки входной двери. Фейт предусмотрительно стоял поодаль и изучал первую полосу «Ксианского вестника». На мгновение он отвлекся от газеты и мы обменялись кивками.

– Рэйвен.

– Фейт.

Отступила назад, давая ему возможность пройти в дом. Новый помощник главы Ордена, как всегда, был одет на зависть столичным франтам. Коричневые туфли в тон жилету из дамаска с мелким цветочным узором. Из кармана брюк свисала золотая цепочка часов. Поверх рубашки завязан шелковый платок. Дорогое шерстяное пальто с бархатным воротом Фейт небрежно перебросил через плечо. Похоже, он не собирался задерживаться у меня надолго. Это хорошо.

– Прекрасно выглядишь, – коротко прокомментировала я. – Пришел похвастаться новым назначением или позлорадствовать?

Маг остановился в прихожей и осмотрелся. Провел рукой по тумбе для обуви, затем брезгливо встряхнул пальцами, избавляясь от пыли.

– Пришел узнать, как ты.

Ну да, конечно. Скорее бы демон зашел в гости к архимагу, чем Фейт ко мне.

– Отлично. Кофе выпьешь? – Я сделала приглашающий жест в сторону кухни. Маг шлепнул газетой по тумбе, подняв столб пыли. Пока я шла в кухню, затылком чувствовала его пристальный взгляд и слышала стук его каблуков по дубовому паркету. Мне стало не по себе, что я встречаю гостя в неглиже, и дело не в стремлении соблюдать приличия, а в том, что выглядела я паршиво. Рядом с Фейтом, блестящим, как новенький ливрен, мои растрепанные волосы и глубокие тени под глазами заставляли чувствовать себя неуместной в собственном доме.

Я поставила турку на песочную баню, которую раньше использовала для создания эликсиров. Пристально следила за приготовлением напитка, чтобы подольше не поворачиваться к бывшему коллеге лицом. Когда густая шапка пены достигла краев, аккуратно сняла турку и разлила кофе по чашкам.

– Слышал, ты скоро будешь в строю… – издалека начал маг, нарушив молчание. Теперь до моего понимания дошла цель его визита. Воспользовавшись моментом, когда Фейт вешал свое драгоценное пальто на спинку стула, щедро плеснула ему в чашку скотч тридцатилетней выдержки.

– Со следующей недели вступаю в новую должность, – подтвердила я и поставила перед ним кофе.

– Так ты теперь цепная собачка Аки? – Фейт презрительно изогнул брови, которые наверняка с утра причесывал, так ровно лежали волоски. Не успела я придумать подходящую реплику, как он сделал глоток из чашки и тут же шумно выплюнул, забрызгав усы и подбородок. Крайняя степень возмущения, отобразившаяся на холеном лице Фейта, – первое, что порадовало меня за долгое время. – Скотч!

– Тридцатилетний, между прочим, – я позволила себе усмехнуться.

– У меня аллергия на крепкий алкоголь!

– Слышала от Абархама. Решила проверить.

– Решила отравить меня, чтобы никто не заподозрил?

Теперь я рассмеялась, почти искренне и немного истерично.

– Если бы я хотела тебя отравить, выбрала бы менее забавный способ.

Фейт протер усы моим кухонным полотенцем и демонстративно бросил его на пол. Маг вернул под контроль мимику и даже нашел в себе силы снисходительно улыбнуться.

– Зря ты так. Чтобы ты знала, мы все очень, очень переживаем. Абархам просил навестить тебя, чтобы убедиться, что все в порядке и ты знаешь, что делаешь.

– Передай ему, что все в порядке и я знаю, что делаю, – я пригубила свой кофе, наблюдая за Фейтом поверх чашки.

– Ты обижена, – констатировал маг, поправляя запонки. – Пойми же, мы ничем не можем помочь. Какой смысл тебе оставаться в Башне? Лаборатория? Рэйвен, тебе лучше смириться с выгоранием и жить дальше.

– Что я и делаю. Но, похоже, вы там не рады моим успехам, – горькая ирония в моем голосе побудила Фейта подойти вплотную и попытаться приобнять за плечи. Я перехватила его руку на полпути. Мне не нравилось, что со мной разговаривают, как с душевнобольной.

– Рэйвен…

– Фейт, я живу дальше. Оставьте меня в покое. Я не собираюсь раскрывать законникам ваши секреты.

– Наши секреты, Мара, наши! – Он назвал меня по фамилии. Мне захотелось поскорее закончить этот разговор. Без своей магии я чувствовала себя голой.

– Я давала клятву, – решила напомнить.

– Как и все мы. Но есть те, кто преступает священный обет.

– И я не отношусь к их числу.

Фейт больно ухватил меня выше локтей и заглянул в глаза. Внутри что-то сжалось, но я не привыкла бояться. Я смотрела с вызовом.

– Ты подавлена, озлоблена на Орден и винишь во всем Абархама. Ты растеряна и… теперь ты обычная баба… – Взгляд мага медленно опускался ниже. Никогда не слышала, чтобы он выражался, как простолюдин. Я резко вырвалась и схватила нож для хлеба – первое, что попалось под руку. Фейт лукаво улыбнулся и погрозил мне пальцем, как нашалившему котенку. – Ну же, Рэйвен, мы оба знаем, что этим никого не остановить. Ты так же слаба, как тысячи других женщин. И ты для меня, как кость в горле. Я давно хотел сбить с тебя спесь. Теперь мне даже не понадобится прибегать к магии.

Он перехватил мою руку и с силой вывернул кисть. Я вскрикнула от боли, нож с тоскливым звоном упал на пол. Фейт осклабился, наблюдая, как я прижала к груди запястье. Во мне вскипели злость и отчаяние. Я проклинала свое магическое бессилие, ведь раньше этот расхорохорившийся денди не осмеливался даже слово поперек сказать. Тем временем Фейт завел больную руку мне за спину и рванул ворот халата. Ткань с треском разошлась.

– Не льсти себе, ты не в моем вкусе, – шептал маг, сжимая мою обнажившуюся грудь. – Я просто хочу услышать, как ты умоляешь.

– Какое же ты ничтожество… – яростно прошипела я и сомкнула челюсти на ухе обидчика. Помощник главы Ордена вскричал и ударил меня кулаком в живот. Я услышала, как клацнули мои зубы, и едва не подавилась куском ушной раковины. Согнувшись, упала на колени и выплюнула на пол окровавленный хрящик. Фейт поднял с пола кухонное полотенце и прижал его к слуховому каналу.

Раздался стук в дверь. Маг опрометью бросился ко мне и попытался зажать рот. Не жалея сил, я шлепнула его по свежей ране и завопила, как сельская чернавка. Через несколько секунд послышался треск выбиваемой двери и приближающийся топот.

Начальник тайной службы Альдогара Эйрик Аки застал меня на четвереньках с человеческим ухом в правой руке. Опухшую левую я прижимала к обнаженной груди. Фейта в комнате уже не было. Он успел ретироваться с помощью мгновенного портала.

Эйрик нахмурился и первым делом
Страница 2 из 22

стал осматривать помещение.

– Он прыгнул, – мне удалось скрыть дрожь в голосе.

– Что?

– Прыгнул, – повторила я. – Телепортировался.

– Вот как, – Аки подошел и набросил мне на плечи свое пальто, чтобы прикрыть наготу. – Маг высокого уровня?

– Не такого, каким была я до… до… – почувствовав, как подступают слезы, я нажала на опухшую руку, чтобы почувствовать боль, и тихонько зашипела. – Это был помощник главы Ордена.

– Который из них?

– Фейтворд Фаавел.

Эйрик взял меня под мышки и поставил на ноги. Он дал мне платок вытереть кровь и принялся осторожно изучать мою руку, которая уже начала синеть. Через некоторое время такого обследования, не говоря ни слова, резко рванул кисть. Как именно – даже не успела понять, только инстинктивно вырвала руку и подалась назад.

– Что он хотел? – как ни в чем не бывало продолжил мужчина.

Глупее вопроса я бы не придумала.

– Пришел сыграть со мной партию в сквош.

Аки проигнорировал мой сарказм.

– Обычно несерийные насильники оправдываются тем, что пришли с добрыми намерениями, а жертва сама их соблазнила и вынудила.

– Насильники, может быть. Но Фейт – не насильник. Он хотел меня унизить, – глухо произнесла я, чем заработала сочувствующий взгляд серо-зеленых глаз Эйрика. Я начала злиться. – Не нужно меня жалеть!

– Ладно. – Он поднял руки в примиряющем жесте. – Не буду. Но эту проблему нужно решить. Привлечь мы его, конечно, не сможем. Но я поговорю с главой Ордена Абархамом по поводу Фейтворда.

– Нет! – сказала я громче, чем хотела. – Нет. Фейт – племянник Абархама и его помощник по делам обучения адептов. Я сама обо всем позабочусь. От вас требуется только оказать мне необходимое содействие.

– Это просьба такая? – улыбнулся Эйрик.

– Официальный запрос. Прошение будет у вас на столе к вечеру.

Брови начальника тайной службы удивленно поползли вверх.

– Значит, вы приняли мое предложение?

Я кивнула.

– Удивительно, но Абархам догадался об этом раньше, чем вы. И послал Фейта, чтобы поговорить со мной о секретах Ордена.

– Хм… хм… И это Абархам надоумил своего родственничка вас изнасиловать?

– Не думаю. Скорее это была личная инициатива.

Мне надоело стоять полуголой перед Эйриком. Я ненадолго оставила его, чтобы переодеться во что-нибудь приличное и почистить зубы. Не то чтобы вкус крови вызывал во мне рвотные рефлексы (все-таки я не какой-то там впечатлительный студиоз), но ощущать его во рту было неприятно.

Моя гардеробная пребывала в жутком хаосе. Некоторые вещи были безжалостно порваны в приступах самобичевания. Другие оказались настолько мятыми и несвежими, что показаться в них на людях было бы стыдно. Я попыталась найти что-нибудь приличное, что можно было бы надеть. Наконец отыскалось простое синее платье под цвет глаз. Чтобы не замерзнуть, надела поверх жакет-спенсер, подбитый мехом.

За время своей, так сказать, магической импотенции я значительно убавила в весе. На лице отчетливее проступили скулы, из-за чего создавалось ощущение, что у меня запали щеки. Опущенные книзу уголки глаз раньше придавали моему лицу проницательное и немного стервозное выражение. Теперь они отражали только смертельную усталость. Темные круги дополняли образ болезненной женщины, которая оказалась не в силах себя защитить. Горло сжалось спазмом, по щекам покатились зппоздавшие слезы. Я громко всхлипнула и сразу испугалась, что услышит Аки. Зря: звукоизоляция у этих стен отменная. Нужно взять себя в руки. Сделав несколько медленных вдохов-выдохов, успокоилась. Аккуратно зачесала волосы назад и соорудила подобие ракушки. Вот в таком виде уже можно появиться среди людей и не чувствовать себя оборванкой с большой дороги.

Как бы там ни было, к Эйрику я спустилась в относительно сносном расположении духа. Он тем временем успел отведать мой скотч и должна заметить, оценил его лучше, чем Фейт.

– Бражничаете на службе?

– Взял выходной. – Его улыбка стала шире. Аки даже позволил себе окинуть меня оценивающим взглядом и одобрительно хмыкнуть. Хороший скотч.

– Значит, вы не по делу зашли?

– Вообще-то нет… Не совсем. Вы читали сегодняшнюю газету?

Как-то сразу холодок по спине пробежал. Я взяла экземпляр, который Фейт оставил на тумбе в коридоре. С первой полосы на меня смотрела девица, и взгляд ее будто бы говорил: «Ты – ничтожество». Этот фотопортрет был снят почти год назад, когда меня перевели в главный корпус Ордена в Ксиане. С того момента никаких Башен, никаких маленьких кабинетов и общественных лабораторий. Больше не было пытливых учеников, отвлекавших по мелочам и надоедливых лекторов, пытавшихся взвалить на меня свои проблемы. Я жила в собственном особняке и присутствовала на совете Ордена, занималась самыми опасными делами по обеспечению безопасности адептов, чем заслужила пристальное внимание общественности. А теперь оказалась по другую сторону баррикад. Именно об этом и сообщалось в свежем номере «Ксианского вестника»: «Жизнь после выгорания: бывшая магесса Ордена Рэйвен Мара получила предложение, от которого нельзя отказаться». Пробежав глазами по статье, я неожиданно развеселилась.

– Не вижу ничего смешного, – сказал Эйрик, заметив мою улыбку. – Когда я прочитал этот заголовок, был уверен, что вы отклоните предложение работать в тайной службе. Всем назло.

– Я настолько упряма?

– И горды сверх меры. Никто не любит, когда его загоняют в угол, а вы особенно.

– Хм, так, значит, я – ценный кадр, раз сам начальник службы пришел опровергнуть городские сплетни?

– Я и предложение по работе лично делал, – фыркнул Эйрик. – От имени Правителя.

– А на клятве меня будет приветствовать Правитель? – нагло осклабилась я.

– Ну, знаете ли…

И я рассмеялась, искренне. Эйрик нахмурился, но потом не выдержал и тоже растянул губы в улыбке. Так начиналось мое вступление в должность.

После того как Аки покинул мой особняк, я укрепилась в мысли, что настало время привести дом в порядок. На обувной тумбе остался тонкий след пальцев Фейта, который я со злостью смахнула. Тщательно отерла пыльную руку о пальто несостоявшегося насильника, в спешке оставленное мне «на память».

Кухня была проходной, а дверь на противоположной стене вела в столовую. Там все осталось на своих местах: широкий дубовый стол с резными ножками, стулья с высокими спинками, обитыми кроваво-красным бархатом… и трупы в ливреях, равномерно усеявшие паркетный пол. Обесточенные, мои несчастные слуги-зомби выглядели брошенными и уже немного пованивали. Хорошо, что «ожившие трупы», даже лишенные магической подпитки, разлагаются намного медленнее обычных. Я достала из кармана брюк тонкие кожаные перчатки, которые обычно ношу с собой, и начала методично оттаскивать бывших зомби в сторону выхода. У парадной двери собралась немалая куча. Раньше работой по утилизации отслуживших препаратов занимался мой помощник, ну или же новообращенные слуги-зомби. Теперь я, слабая женщина с больной рукой, вынуждена заниматься этой тяжелой, утомительной рутиной самостоятельно. Рука болела немилосердно, но я тешила себя мыслью, что с момента выгорания регенерация не успела замедлиться до уровня нормы обычного человека. Завтра все должно быть в порядке. Сетуя на несправедливость,
Страница 3 из 22

я открыла дверь нараспашку и стала вытаскивать трупы из дома и скатывать по лестнице. Время от времени выдавала нелестные выражения в адрес всего неживого, которые сопровождались непочтительными по отношению к усопшим пинками.

Через несколько минут такого действа за кованым забором участка собралось немало зрителей. Я застонала, вспоминая, что отвод глаз от особняка теперь ведь тоже не работает. Без магии как без рук! Между тем публика была разношерстной: от жалкого нищего до родовитого дворянина, от портовой шлюхи до утонченной дамы – все смотрели на мой труд с явным неодобрением. Кое-кто взирал со святым ужасом в глазах, но уйти не мог – такова уж природа человеческого любопытства и стадного инстинкта (в толпе-то не так страшно). На лицах других отчетливо проступал гнев – к выходкам магов горожане уже привыкли, но чтоб так, средь бела дня!..

Эх, была бы я в полной силе, разогнала этих зевак так, что они бы пятки стерли, убегая от моих заклинаний. Как улаживать подобные конфузы, не прибегая к помощи боевой магии или хотя бы иллюзий, я, к сожалению, не знала. Поэтому решила сделать вид, что ничего необычного не происходит, и пружинящим шагом подошла к забору. Люди как-то сразу отошли на несколько шагов назад, некоторые шарахнулись в сторону, кто-то даже выставил пальцы в защитном жесте (будто бы это помогало).

– День добрый! – поприветствовала я народ. – Среди вас извозчика не найдется? А то мне тут… э-э-э… препараты надо бы в мертвецкую отвезти.

Гробовая тишина. Несколько десятков глаз уставились на меня, словно до них не дошел смысл слов. Но я терпеливая, я повторю.

– Извозчик есть?! – рявкнула.

– Есть, есть, госпожа магесса… Сейчас все скоренько доставим куда надобно, – жалобно подал голос мужичок во втором зрительском ряду.

– Да не магесса она вовсе, – отмахнулась жеманная дамочка в нежно-голубом платье, похожем на шмиз. Куртизанка, судя по виду. И не очень сообразительная. – Мне сказывали, она силы лишилась.

Это кто ж такой языкатый? Точно какой-то ученик Ордена, кому еще придет в голову такое обсуждать с ночной бабочкой. Уж прочитать сама она точно не могла.

– Лишилась не лишилась, а жмуриков вон скока! – отозвался извозчик, протискиваясь между спинами. – Да и мне лишний ливрен поперек горла не станет. Все отвезу, госпожа, куда скажете.

– Проходи, монетой не обижу, – смилостивилась я и впустила извозчика. Закрывая ворота за мужичком, зыркнула на девицу легкого поведения так, что та ойкнула и попятилась. То-то же. Магессам, даже бывшим, перечить вредно.

Поняв, что представление окончено, толпа потихоньку стала расходиться. У забора остались только самые любопытные и те, кому нечем заняться прекрасным воскресным днем. Куртизанка, к слову, ушла одной из первых. То ли меня поостереглась, то ли работы было по горло.

Извозчик, в котором было метра два роста, быстро погрузил препараты в свою повозку, предварительно застелив днище мешковиной. Мужик оказался молчаливым и понятливым. По улицам Ксиана мы прокатились со скрипом и без ветерка: колеса телеги давно никто не смазывал, а кобылка еле-еле тянула мертвую ношу. Наконец наш импровизированный катафалк подкатил к высокому зданию в романском стиле. Если бы не черный мрамор, можно было бы подумать, что в доме не трупы складируют, а проводят светские рауты. Мертвецкая занимала весь первый, а также второй и третий этажи. Наверху располагались кабинеты городских прозекторов и некромантов Ордена. И так как в мои планы не входило болтать о жизни со старыми знакомыми, я попросту приказала извозчику выгрузить тела на землю. По истечении нескольких минут напротив входа в здание мертвецкой красовался премилый взгорок просроченных зомби. Я удовлетворенно обвела взглядом картину и сделала знак возвращаться.

Без груза обратный путь занял меньше времени. Я расплатилась с извозчиком и, накинув сверху несколько монет, пригрозила обратиться к нему снова. Мужик такой новости не огорчился, а очень даже обрадовался, довольно позвенел заработанными ливренами и спрятал в поясной кошель.

Домой заходить не стала. Время близилось к обеду, а поесть у меня было нечего. Поэтому я пешком направилась в трактир «Волчья пасть», которая славилась восхитительными рыбными блюдами. Несмотря на довольно брутальное название, внутри было уютно и по-домашнему спокойно. Но это днем, конечно же. Вечером лучше не появляться в «Волчьей пасти» без компании, если ты не маг, не страж и не мазохист.

– Рэйвен! – Ульв надвигался на меня с радостным оскалом. Хозяин заведения обладал мощной комплекцией бывшего воина. И хотя горы мышц уже слегка заплыли жирком, в каждом движении мужчины чувствовалась недюжинная сила. Сегодня Ульв был одет, как и всегда, – в облегающие штаны, подвязанные на бедрах кожаным поясом, простую тунику с грудным вырезом и короткую жилетку. На шее висел талисман – серебряный медальон с полным руническим кругом. Пшеничные волосы были собраны на затылке в пышный хвост, которому позавидовала бы любая барышня.

– Как поживаешь, Ульви? – я не смогла сдержать улыбки, называя этого огромного мужчину уменьшительно-ласкательным именем.

– Недурственно, недурственно, – протянул он, пародируя столичную манеру вести разговор, и обвел рукой помещение. Я отметила появление новой стойки из орехового дерева взамен старой, треснувшей во время драки. В углу висело две шкуры – медвежья и лисья, которых раньше не было. Охотился? Старый камин обрел вторую жизнь: Ульв наконец сделал обкладку из колотого жадеита, о которой много говорил в нашу последнюю встречу. – Кстати, поздравляю с назначением. Теперь при деле. Значит ли это, что ты будешь реже заходить на огонек?

Время после выгорания я проводила в «Волчьей пасти» за кружкой эля. Маги спиртное презирают, но мне-то уже было все равно. В особо плохие вечера я топила свои надежды, а заодно и накопления в отменном бреннивине, называемом среди северян «черная смерть». В один из таких вечеров Ульв и подошел ко мне. «Я преодолел свой трепет перед женщиной, способной прикончить бутылку бреннивина. Я должен с вами познакомиться!» – заявил хозяин трактира, подсаживаясь за мой стол. Остаток мы допили на двоих.

– Мне нужно поговорить с тобой, – вместо ответа перешла сразу к делу.

– Оу. Что-то настолько серьезное, что ты не хочешь немного потрепаться со своим приятелем? – Мужчина сделал знак подавальщице. Через несколько минут на столе стоял поднос с хлебом и паштетом из куриной печени с черносливом. Следующим заходом к яствам присоединилось ароматное жаркое из окорока с гвоздикой. На мой беззвучный вопрос Ульв развел руками.

– Рыбы сегодня нет в меню. Но! – При этом он поднял указательный палец вверх. – Зато на днях мне доставили партию восхитительного хаукарля.

– Чего? – неприлично говорить с набитым ртом, но я с ним не заморачивалась.

– Хаукарль – блюдо моего народа. Вяленое мясо акулы. Особенно хорошо под бреннивин. Тебе понравится.

– Два часа дня – рановато пьянствовать, – заметила я, вспоминая выпитый утром скотч.

– Раньше тебя это не останавливало, – возразил Ульви, но все-таки вернул служанке сосуд со спиртным. Передо мной же поставил тарелку с нарезанным, дурно пахнущим чем-то и любезно предложил
Страница 4 из 22

угоститься первой. Возможность заработать несварение – наиболее вероятное развитие событий после такой трапезы. И все же Ульв – один из тех немногих людей, которых не хотелось обижать. Я осторожно положила в рот кусочек хаукарля и изобразила подобие улыбки.

– Очень вкусно…

– Пха-ха-ха! – был ответ. При этом бывший воин, не сдерживая эмоций, громко стукнул по столу кулаком так, что приборы подскочили. – Ты настоящий викинг, Рэйвен! Вернее сказать, валькирия. Я ценю твою дружбу, потому не настаиваю на продолжении дегустации.

Я возвела очи горе и проглотила недожеванный кусок акулы. Про себя подумала, что хорошо бы предложить этот деликатес Фейту, тогда он не скоро решится навестить меня снова.

– Ульв, помнишь, мы говорили о рунах?

– Угу.

– Ты рассказывал, что в ваших землях есть мастера, владеющие искусством составления рунических заклинаний.

– Эрили, – кивнул мужчина. – Я был пьян. Чтобы руны имели силу, нужна чистая северная кровь. А ваши маги очень постарались, чтобы у нас было как можно больше смешанных браков.

– И все же они еще остались? Как мне найти надежного эриля, неподконтрольного Ордену?

– Надежного, значит. Что ж, я весь твой.

– Ты?!

– Я.

На секунду мне показалось, что он шутит. Но мужчина был серьезен, ни намека на улыбку. Ульви, мой знакомый Ульви, предприимчивый хозяин пивнушки, с которым мы провели так много беззаботных вечеров и который все это время молчал. Впрочем, чему удивляться? Я ведь не спрашивала.

– Значит, у тебя в роду все северяне… Почему же ты женился на девушке с Анизара? – Вопрос был риторическим. Эмма умопомрачительно красива.

– Ну, я влюбился. – Развел руками бывший воин. – А еще, с тех пор как маги Анизара обратили внимание на северных переселенцев, магия рун стала не даром, а проклятием. Когда я взял в жены Эмму, с меня сняли слежку. Рэйвен, я не хочу, чтобы мои дети жили под постоянным наблюдением, как будто их кто-то рассматривает в лупу. Нет, им лучше не быть эрилями. Не в этом мире.

Такая откровенность меня озадачила. Мы часто обсуждали личные темы, но только если они не касались действительно важных аспектов. О его семье я практически ничего не знала. Так, пару раз видела рыжеволосую красавицу Эмму, она с детьми иногда заходила в трактир проведать мужа.

– Оставим семейные драмы, – прервал мою задумчивость Ульв. – Тебе нужен мастер рун? Я перед тобой.

– Это может привлечь внимание моих бывших коллег по цеху, – честно предупредила я.

– Готов рискнуть ради друга. Тем более если друг – настоящий викинг. – Мужчина подмигнул и потряс передо мной куском хаукарля.

– Спасибо, Ульв. Если у нас получится, я перестану быть такой беззащитной. И покажу кое-кому зубы. – Теперь я улыбалась. Зловеще. Предвкушающе.

* * *

Эйрик Аки влетел в свой кабинет и, бросив пальто на вешалку, плюхнулся в рабочее кресло. Ни дня покоя! На столе лежали бумаги, требующие подписи, а у входа в здание тайной службы ждал Гвидо Рейни – начальник отдела по расследованию государственных преступлений – в обществе трех дознавателей. Обычно такая компания могла навести страху на кого угодно, однако сегодня они собрались по другому поводу. Отметить разоблачение крупного заговора договорились с шиком, в питейном доме «Брианский замок». По этому поводу Аки специально взял выходной, который, к большому сожалению, уже подходил к концу.

Мужчина зажег лампу для плавки сургуча и взял в руки перо. Разрешение на арест, разрешение на арест, приговор, приказ об увольнении, приговор… Когда все было подписано, его внимание привлек документ на другом конце стола.

Начальнику тайной службы Эйрику Аки

от следователя отдела по раскрытию магических преступлений

Рэйвен Мара

Заявление

Прошу выдать мне заключенного № 174 Джерласса Призрака для использования в рабочих целях под личную ответственность.

И подпись, без даты. «Надо бы научить ее писать официальные документы», – подумал Эйрик и поставил дату. Ему и самому бумажная волокита надоела до зубовного скрежета, но по-другому на государственных постах никак.

Просьбой выдать арестанта начальник тайной службы, конечно, заинтересовался. Призрак – фигура широко известная. На его счету несколько грандиозных расхищений, из тех, о которых пишут в газетах и строят догадки. Поговаривали, что его способность приходить и уходить незамеченным связана отнюдь не с осторожностью, а с познаниями в области магии. Орден открещивался от такого адепта, Джерласс молчал, тайной службе оставалось только предполагать. Пока Призрак не попался. Совсем глупо, даже бездарно. При последнем ограблении он убил мальчика, а вот свидетельницу почему-то оставил в живых. Не заметил? Спешил уйти? Вора помогли найти представители Ордена, это был редчайший случай сотрудничества тайной службы и магов. Суда не было, следствия тоже. По закону убийца ребенка подлежит смертной казни без возможности обжалования.

А теперь Рэйвен изъявила желание забрать этого детоубийцу «для использования в рабочих целях под личную ответственность». Каких таких «рабочих»? Да и наличие у нее ответственности, в классическом понимании этого слова, Эйрик ставил под сомнение. Мужчине приходилось сталкиваться с магессой еще во времена ее участия в совете Ордена. И каждый раз тайная служба оставалась с носом: Рэйвен умело заметала следы магических преступлений. Убийцы, насильники, воры – все, кто был адептом Ордена и находился под его покровительством, – оставались безнаказанными. Это ли есть ответственность, когда одна организация возвысилась настолько, что может игнорировать правосудие? Ирония судьбы, что она теперь на стороне закона. Иметь при себе человека, который знает Орден изнутри, – удача, о которой Эйрик когда-то даже не мечтал. Поэтому он поставил свою подпись и печать тайной службы. Зачем бы ей ни понадобился Призрак, пусть получит желаемое. Это малая цена за обретение такого союзника.

Глава 2

Тайна вымирающего города

Могла ли я предположить, что, вернувшись домой вечером, обнаружу неподалеку давешнюю знакомую куртизанку? Фигурка в длинном сером плаще жалась к каменной стене дома напротив и почти сливалась с темнотой. Ее мысли были явно направлены на меня, поскольку еще на подходе к дому я ощутила чье-то присутствие легким покалыванием в затылке. Все-таки некоторые способности не уходят даже после выгорания. Шестое чувство и второе зрение – мелочь, всего лишь утешительный приз в дополнение к магическому бессилию, но иной раз вполне может спасти мне жизнь. Впрочем, сейчас куртизанка не желала мне зла. Волнение, исходящее от нее, ощущалось столь явственно, что казалось осязаемым. Я обернулась и выжидающе посмотрела в ее сторону, поджав губы.

– Вечер добрый, госпожа, – куртизанка сдержанно поклонилась, чем вызвала откровенное недоумение. Днем она не была столь учтива. Наверное, что-то такое проскользнуло у меня на лице, потому что особа решила объясниться: – Простите мою наглость, мне не следовало болтать лишнего тогда у ворот, и если бы можно было…

– Чего ты хочешь? – Мне не хотелось тратить остаток дня на проблемы этой представительницы древнейшей профессии.

– Мне бы поговорить.

– Я тебе не стряпуха из придорожного трактира. За разговорами
Страница 5 из 22

иди в «Медную кружку». – И собралась закрыть за собой ворота, но она схватила меня за рукав, хотя тут же отдернула руку и затараторила:

– Ко мне один магик хаживает… Временами сказывает всякое. И о вас говаривал, так, по мелочи. А сегодня днем ворвался сам не свой, петушился долго, а потом ка-а-ак повалил… И все ваше имя повторял. Мадам потом с него грозилась двойную плату взять, он же мне чуть кости не переломал.

– М-м? И как он выглядел? – проявила я обычное женское любопытство.

– Очень важный господин. Высокий такой, темные волосы, карие глаза, усы… Кажется, он их укладывает воском. Сегодня с перебинтованным ухом пришел.

На этом моменте мне стало очень интересно. Нет, визит Фейта к бабочке меня не удивил. Но история о помощнике главы Ордена, доведенном до белого каления, обещала стать изюминкой вечера. Мы с куртизанкой проследовали в дом.

Я налила поздней гостье скотча – единственное, чем были богаты мои закрома. Она схватилась за стакан обеими руками, и я заметила свежие кровоподтеки на ее запястьях.

– Это он?

– Кто?

– Тот маг.

– А-а… Нет, это один чиновник на побегушках у градоправителя. К мадам такие частенько заходят, серьезные с виду люди, а творят… – И бесстыдно задрала подол платья. Синяки, ссадины, шрамы. Ноги худые, с торчащими, как у подростка, коленками и невыразительными икрами. Да и сама она выглядела совсем девочкой, хотя две параллельные складки между бровями говорили об обратном. У куртизанки было довольно миловидное, но непримечательное лицо в обрамлении светлых волос. Полные, красиво очерченные губы, нос с горбинкой, будто надломленный (может, так оно и есть, учитывая особенности ее ремесла). Диковатый взгляд голубых глаз с синей каймой выдавал в ней склонность к сильным переживаниям. Веки немного заплывшие, как будто она много пьет или много плачет. А может, и то и другое. Груди и бедер совсем нет. Даже удивительно, что ее взяли в публичный дом.

– Как тебя зовут?

– А как вы хотите… – по привычке начала она, но осеклась. Потом задрожала и залпом выпила предложенный скотч. – Незабудка. Все так называют. Я денег немного скопила, уйти хочу, за городом поселиться. Но мадам не дает. Говорит, уйдешь – через неделю в канаве найдут.

– Ты пришла, потому что боишься своей мадам?

– Нет, совсем нет. Мадам, конечно, женщина суровая, но и я не первый раз замужем. Этот магик, он вас хорошо знает. Мне вообще-то обычно плевать на личную жизнь моих клиентов, но сегодня он напугал меня до смерти. Он вел себя очень грубо и нетерпеливо, но к этому я привыкла, – горько усмехнулась. – А после всего впал в какой-то странный сон. Глаза были все время открыты. Он начал шептать, и голос был совсем чужой, даже не человеческий. Тогда мне стало действительно жутко. Я пыталась привести его в чувство водой и нюхательной солью, а потом позвала мадам. Она только взгляд бросила в сторону магика и сразу схватила меня за волосы, потащила вон из комнаты. Сказала, что жизнь мне, дуре, спасает. Спросила, слыхала ли я, что он говорил во время этого сна. Я соврала, что не разобрала слов, и она немного успокоилась. Даже чаю мне заварила и настоящим шоколадом угостила. Приказала сидеть тихо в другой комнате, а с магиком пообещала сама разобраться. Но я не могла усидеть на месте, пришла сюда, но вас не было дома…

– Мадам – очень мудрая женщина. Тебе лучше помалкивать, что видела мага в состоянии спиритического транса.

Незабудка побледнела и стала одним цветом со стулом из беленого дерева, на котором сидела. Она теребила рукава своего бледно-голубого платьица и периодически нервно поглядывала в окно. Наверное, боялась узреть там лик неведомого чудовища из глубин сознания или в лучшем случае Фейта.

– Мадам тоже так сказала. Это из-за того, что я услышала?

– Возможно, но основная причина не в этом. Большой позор для мага оказаться в заложниках у потустороннего существа. В данном случае подчинение налицо, учитывая, что Фе… маг не смог воспротивиться зову и впал в транс в самый неподходящий момент, при свидетелях. На его месте я бы убила тебя и твою мадам. Если Абархам Фаавел прознает об одержимости одного из своих адептов, его отлучат от Ордена и блокируют магию. Так что это знание, девочка, очень опасно. Особенно учитывая высокое положение твоего… кгм… гостя.

– Что же мне делать?! – Куртизанка была на грани срыва. Ее существование было таким жалким и полным боли, но и она не желала прощаться с этим миром. Почему люди так цепляются за жизнь? Нет, не мне судить. Когда передо мной встал выбор, я предпочла потерять магию, но жить. И позднее не раз жалела об этом.

– Прежде всего успокоиться. Не люблю истерик. Сейчас ты расскажешь мне все, что слышала, а потом решим, как быть дальше.

Незабудка всхлипнула, а я похолодела в ожидании неминуемых рыданий. Неужели мне придется ее утешать, чтобы вытащить наружу грязное белье Фейта? Но она удивительно быстро овладела собой, взяла со стола бутылку и плеснула еще скотча.

– Как я уже говорила, он был очень взбешен. Едва не сорвал дверь с петель, когда я немного замешкалась с щеколдой. Его ухо было неумело перебинтовано и еще кровило. Я хотела помочь ему с повязкой, чтобы потянуть время и немного смягчить свою участь. Мужчины благосклонно относятся к тем, кто о них печется, пусть даже обычная шлюха. Он вывихнул мне руку. Хвала всем богам, это закончилось быстро. Магик был слишком возбужден и каждый раз, делая мне больно, шипел ваше имя. Похоже, он вас сильно любит.

Наверное, мое лицо вытянулось, потому что Незабудка снисходительно улыбнулась, впервые с момента нашей встречи.

– У меня были сотни мужчин, я знаю такие истории наизусть. У этого господина не все дома. Я поняла это, как только он переступил порог борделя. Абсолютно безупречный, с идеальными чертами лица и безукоризненными манерами. Слишком стерильный. Такие типы не пропускают богослужения и раскладывают органы своих жертв в алфавитном порядке.

Теперь уже мне стало не по себе. Я познакомилась с Фейтом, когда мы оба проходили обучение в Третьей Башне. Позже мы несколько раз пересекались на практике и даже некоторое время работали в паре под наблюдением Абархама. Правда, этот период продлился недолго: пижон не смог вытерпеть верховодства женщины. Иногда я замечала на себе его пристальные взгляды, но списывала их на крайнюю степень неприязни. Кстати сказать, взаимную.

– Ладно, оставим светлые чувства маньяков. Мне нужно знать, что он говорил во время транса.

– В общем-то, его речь была не очень связной. Но несколько фраз магик сказал очень четко. «Некоторые из них догадываются, что в окрестностях Зиррода нечисто». «Этот газетный писака нам не помешает. Я решу проблему завтра же». «Сосуд давно готов». Дальше он говорил не по-нашему, но часто повторял ваше имя – Рэйвен Мара.

– Потому ты решила прийти именно ко мне, – сделала я резонный вывод. То, что Фейт упоминал меня в разговоре с неизвестным существом, мне очень не понравилось. К тому же тот факт, что на данный момент я совершенно лишена магической защиты, делал меня легкой добычей. Нужно как можно скорее выяснить, что это за чудище и с чем его можно съесть. – У тебя же бывали иностранцы? Можешь приблизительно предположить, на каком языке он говорил?

– Бывали. Я слышала
Страница 6 из 22

десятки разных языков, но этот не похож ни на один из них. Много рычащих звуков, как будто говорящий – зверь и ему неудобна человеческая речь. Я так испугалась… Постойте… Он несколько раз повторил фразу… кажется, что-то похожее на «errda um rrdat». Что это значит?

Куртизанка честно попыталась воспроизвести звуки чужой речи, но получилось у нее не очень хорошо. Сказанное было полной тарабарщиной. В Ордене я выучила девять языков, три из которых очень древние и уходят корнями к эпохе зарождения государств на Анизаре. Еще несколько десятков языков я просто узнавала, потому что имела представление об особенностях произношения. Во время собственных спиритических трансов (доминантой и инициатором которых была я, разумеется) мне приходилось слышать множество наречий потусторонних сущностей, которые обычно содержали шипящие и сипящие звуки. Конечно, я знаю далеко не все. Потому фраза «errda um rrdat» – хороший повод наведаться в городскую библиотеку. Неплохо было бы проштудировать книжные полки Ордена, но кто ж меня туда теперь пустит?

– Что это значит, я пока не знаю, но обязательно выясню. Мне есть над чем подумать этой ночью. Маг говорил что-нибудь еще? Или делал что-то необычное?

– Н-нет, не припомню.

– Его глаза были открыты. Зрачки реагировали на свет?

– Поначалу нет. Когда я плеснула ему воды в лицо, то на мгновение взглянул на меня, не поворачивая головы. А потом снова уставился в никуда.

– Понятно… Вот что, Незабудка. У тебя есть дом? – Я старалась сохранить бесстрастное выражение лица и ровный тон. Так врачи говорят с безнадежно больными пациентами.

– Мы с девочками живем прямо у мадам.

– Хорошо, но сегодня там лучше не ночевать. Я провожу тебя на постоялый двор, а завтра поговорю с мадам по поводу твоего ухода из борделя.

Упоминать, что мадам, скорее всего, уже не будет в живых, не стала.

– Спасибо! Мне хотелось бы еще кое о чем попросить…

– Конечно.

– Нам не полагается спрашивать о своих клиентах. Никогда. Но мне хотелось бы знать, кто этот магик. Моему страху нужно имя.

– Его зовут Фейтворд Фаавел, новый помощник главы Ордена.

Незабудка только кивнула и сразу как-то поникла, будто у нее больше не осталось сил. А может, что-то почувствовала своим прожженным нутром. Я не желала куртизанке зла и не стала бы раскрывать имя мага, если бы не была уверена, что та уже мертва. Сегодня ночью девушки не станет. Тварь, говорившая с Фейтом, заметила ее.

Я отвела Незабудку в приличную гостиницу и сняла лучший номер. Мимолетная сентиментальность обошлась мне в десять полновесных ливренов, но это единственное, чем я могла скрасить последние часы куртизанки. Бордель мы благоразумно обошли стороной. Я опасалась, что Незабудка начнет паниковать. Фейту не стоит знать, что его бабочка упорхнула и успела наябедничать.

На обратном пути у меня было время подумать. Первое, что беспокоило сильнее всего, – существо мной живо интересуется. Я потеряла силу и уже не состою в Ордене, не обладаю достаточной властью и не участвую в делах магов. Больше не было реальных причин, почему кто-то или что-то мог бы счесть мою скромную персону достойной внимания. Как показывает практика, неравнодушие потусторонней сущности к миру живых редко заканчивается хорошо. «Еrrda um rrdat»… В Ксиане есть отличная библиотека. С нее и следует начать, если не хочу быть съеденной, разорванной, убитой во сне или еще что похуже.

«Некоторые из них догадываются, что в окрестностях Зиррода нечисто». Некоторые из них – это могут быть члены совета Ордена. И я даже догадываюсь, кто именно: Даэр Кали и Свард Амунди. Они всегда проявляли заинтересованность в исследовании аномальных явлений в том районе. Тот факт, что я лишилась магии недалеко от этого злосчастного города, раньше казался мне просто нелепой случайностью. Теперь я поняла – с любопытными людьми иногда случаются нехорошие вещи.

Мысль о том, что Фейт может быть причастен к моему выгоранию, жгла не хуже щупалец мертвой воронки, в которую я попала близ Зиррода. Внутри зашевелилась ненависть, которой раньше ни к кому не испытывала. Она настойчиво протягивала свои ледяные лапки и мешала сосредоточиться на главном. В ушах шумело, как будто мне только что отвесили хорошую оплеуху. Я чуть не налетела на прохожую парочку, отпрянула и, ударившись лбом о вывеску мясной лавки, осела на грязную брусчатку. Мимо проходили люди, они не обращали на меня внимания. Я подумала, что так, наверное, чувствуют себя нищие на улицах Ксиана – невидимки, до которых никому нет дела. Не знаю, сколько просидела так, обхватив руками колени.

Из прострации меня вывел звон монет, падающих к ногам от сердобольного пожилого мужчины. Я проводила подателя милостыни раздраженным взглядом. Принять меня за убогую в жакете с мехом горностая? Однако же сейчас не время злиться на кого-то, кроме Фейта… Поэтому я поднялась на ноги и одернула платье. Больше всего мне хотелось вернуться домой, помыться и проспать до полудня. «Этот газетный писака нам не помешает. Я решу проблему завтра же», – всплыли в голове слова, переданные Незабудкой. Значит, если сейчас пойти по намеченному маршруту к горячей ванне и мягкой кроватке, завтра кого-то может не стать. Кого-то, кто мог бы пролить свет на события, происходящие вокруг Зиррода. И я развернулась в направлении библиотеки.

В такой час книгохранилище уже закрыто, но я надеялась получить от знакомого библиотекаря доступ к отделу желтой прессы. Нужно было найти номер «Ксианского вестника» месячной давности. Кажется, именно в тот период я читала материал об аномалиях в этом пограничном городе. Если автор статьи подписался своим именем, найти его не составит труда.

«Сосуд давно готов»… Пока что слова Фейта не складывались в целую картинку. Ясно было одно: скоро должно произойти что-то плохое, и это событие продумывалось давно и тщательно. У меня были некоторые соображения, вроде воплощения потусторонней сущности или массового жертвоприношения жителей Зиррода, но все они казались слишком апокалиптичными. Слишком мало информации, слишком много эмоций.

Здание библиотеки щедро освещалось магическими светильниками. Я любила это место тишины и знаний, потому для меня не составило труда найти точки соприкосновения с библиотекарем. Мужчина как раз стоял на крыльце и курил самокрутку, вглядываясь в окна противоположного дома. Ему нравилось наблюдать за другими людьми, время от времени примеряя на себя их жизнь. Каково было бы, стань он тем воином в окне второго этажа, который две недели назад вернулся к жене из похода? Или пекарем, который каждый день встает затемно, чтобы испечь пару лишних булок для голодных ртов? А мог бы он стать няней трех очаровательных карапузов, если бы родился женщиной? Ивар – так звали библиотекаря – казался себе лишь бледным призраком настоящей жизни, прячущимся за тоннами корешков и закладок. Так он сказал мне однажды вечером, когда я надолго задержалась в читальном зале и попросила помочь с архивом по ядоварению. Он был одинок до скрипа подгнивших половиц в пустом доме. Настолько одинок, что цеплялся за любую возможность скрасить свой вечер, пусть даже гвоздь программы – опасная магесса, по долгу службы заметающая следы магических преступлений. В определенном
Страница 7 из 22

смысле библиотекаря даже можно назвать соучастником. Когда я выгорела, Ивар был одним из тех немногих, чье отношение ко мне не изменилось ни на йоту. Он не жалел меня и не радовался украдкой, не вздыхал с облегчением у меня за спиной. Мужчина просто воспринял новость как должное. Как если бы однажды сообщила ему: «Я села на диету и мне больше нельзя есть с тобой булочки». «Я потеряла магию, и меня отстранили от дел Ордена». Вот так.

– Ивар!

– А, Рэйвен. Вспомнили обо мне наконец. – С тенью обиды в голосе библиотекарь затушил окурок и спрятал в карман, чтобы не мусорить. Он галантно придержал дверь, пока я пыталась найти подходящее оправдание своему отсутствию.

– У меня были тяжелые времена.

– Но они закончились, когда вам предложили место в тайной службе.

– К сожалению, они только начались.

– Помощь нужна?

За это я его и ценю.

– Мне нужно найти все номера «Ксианского вестника» за прошлый месяц. Это очень срочно.

– Да понял я, что срочно, – усмехнулся Ивар и открыл неприметную дверь, ведущую в отдел прессы. – В этой комнате хранятся все газеты с момента открытия типографии. Вот здесь, – он указал на ближний стеллаж, – лежат номера за последние полгода. Я буду в своем кабинете, если понадоблюсь.

– Спасибо вам. Я зайду чуть позже.

Мужчина кивнул и направился вглубь коридора к одинокому книжному шкафу, служившему потайным входом в кабинет. Логово библиотекаря – чудаковатая прихоть Ивара, но там он чувствовал себя умиротворенным.

Я просмотрела пять выпусков, прежде чем в руки попал нужный экземпляр. Статью нельзя было не заметить: заголовок красовался на первой полосе, а сам материал дополнялся множеством фотографий. Учитывая дороговизну каждого такого снимка, я предположила, что редакция выделила немалый бюджет на этот репортаж.

Вымирающий город: зона аномалий на теле континента

Я несколько раз перечитала последний абзац и аккуратно вырвала страницу со статьей. Может быть, прочитаю еще раз на свежую голову. Снимки в газете не представляли научной ценности, но отлично передавали гнетущую атмосферу того места. Ракурс, композиция, свет – такие нюансы удивительным образом сплетались в бытовые картины мрачной городской жизни. Зирродцев на фотографиях не было. Наверное, двухминутная выдержка – слишком долго, чтобы успеть запечатлеть кого-то живого. О позировании не могло быть и речи.

Я положила газету без одной страницы на место и, покинув отдел прессы, прошла в конец коридора. Я знала, за какую книгу потянуть, чтобы открыть вход в кабинет Ивара, но все же вежливо постучала по боковой стенке шкафа.

– Входите, – послышался приглушенный голос библиотекаря. – Ну что за варварство! – возмутился Ивар, увидев в моих руках вырванный газетный лист.

– Там еще три экземпляра этого номера.

– Нашли что искали?

– И даже больше. – Я присела рядом с мужчиной на диван, обитый темно-зеленым бархатом. На деревянном полу виднелись длинные царапины. Ивар иногда двигал мебель, чтобы как-то менять обстановку. – Вы засиделись здесь. Проветримся?

– Пожалуй, откажусь. Обычно наши прогулки закачиваются под утро, а мне еще нужно навести порядок в читальном зале. Сегодня был какой-то набег студиозов, и они не потрудились расставить книги по местам.

– Ладно. Раз вы все равно заняты в библиотеке, может, изволите помочь мне с одним делом?

– М-м?

– Я наткнулась на кое-какую тревожную информацию о Зирроде. Мне нужно найти одного человека, который сможет пролить свет на всю эту дурацкую историю.

– Напомните-ка мне, не то ли это место, где вас чуть не убила мертвая воронка?

– То самое. Но сейчас дело не во мне. Я напала на след чего-то серьезного, больше похожего на заговор, чем на геопатогенную катастрофу. В этом замешаны высшие чины Ордена, потому прошу вас хранить молчание ради вашей же безопасности.

– Я нем, как пойманный лазутчик, – заверил Ивар.

– Тогда нужно, чтобы вы достали словари всех языков и диалектов мира, включая потусторонние.

– Да вы, наверное, шутите? – Библиотекарь округлил глаза и озадаченно пригладил взъерошенные русые волосы. – Помилуйте! Мне придется перебрать сотни томов! Дайте хотя бы наводку.

– Ищите язык, в котором преобладают рычащие звуки. Что-то похожее на «errda um rrdat» – единственная зацепка. Больше мне ничего не известно.

– Хм… хм… Никогда не слышал ничего подобного.

– Не зацикливайтесь на этой фразе, вполне возможно, что мне передали неправильное произношение.

– Рычащие звуки, значит. Поглядим, что я смогу сделать. Заходите через пару дней, может, что найдется.

– Спасибо, Ивар. В сотый раз. – Я доверительно положила руку ему на плечо.

– В этот раз не буду говорить «не за что», – заулыбался библиотекарь. – Уже уходите?

– Хочу побеседовать с Браном Геррке, пока его не убили.

– Это тот путешественник, охотник за аномалиями? Нет в вас жалости.

– Жалость – глупое чувство, в отличие от сострадания. Но и в сострадании нет смысла, если не можешь помочь.

– Мы можем спрятать его на время у меня в кабинете…

– И вы будете носить ему бульон в баночке, – фыркнула я. – Тоже мне убежище! Ивар, ваш кабинет найдет всякий, кто знаком с конструкцией секреток. А таких любителей тайников в Ордене очень много. Я не хочу подставлять вас под удар.

– А Брана?

– Бран знал, на что шел. Готова поспорить, что представители Ордена предупреждали его не лезть в это дело.

– Значит, его можно принести в жертву?

– Я не приношу никого в жертву, я просто не вмешиваюсь. Думаю, Геррке – большой мальчик и, раз он все еще жив, может о себе позаботиться.

– Возможно, вы правы. Когда вы говорите такие вещи, это кажется разумным и правильным, но… все же я не могу так хладнокровно решать, кому жить, а кому умереть.

– Опять вы за свое! – Я начала злиться. Как можно не понимать очевидного? Последующие слова дались мне нелегко. – В данном случае я ничего не решаю. Сейчас у меня нет сил противостоять тому, кто придет за Геррке. Если я решусь на открытый конфликт, подставлюсь по-глупому. Он узнает, что мне известно, и убьет.

– Простите. Я слишком привык к вашей неуязвимости.

– Я тоже. И жестоко поплатилась за эту привычку. Не повторяйте моей ошибки. Я больше не могу никого защитить, даже себя. Будьте осторожны, Ивар. Пожалуйста.

– Буду, – кивнул мужчина. – И вы берегите себя.

Я молча кивнула и покинула кабинет библиотекаря.

От Ивара я ушла в прескверном настроении. Второй раз за день собственное бессилие напоминало о себе. Мне нечего противопоставить Фейту и его сверхъестественному хозяину, и от осознания этого факта в душу пробирался холод и безнадежность. В былые времена я могла бы порвать пижона на тхераттский флаг. Теперь придется действовать осторожно, чтобы не раскрыть себя и остаться в живых. Интриги – не самая сильная моя сторона, но я всегда готова учиться.

Время близилось к полуночи, а мне еще предстояло узнать адрес Геррке. Я двинулась в сторону здания тайной службы, попутно стараясь придать своему лицу бодрое и доброжелательное выражение. Эйрик наверняка уже десятый сон видит, остальные мои коллеги тоже. Двери, естественно, закрыты. Значит, придется иметь дело с охранниками, и я очень рассчитывала, что
Страница 8 из 22

господин Аки успел предупредить о моем назначении.

Возле входа в здание дежурили двое из ларца, одинаковых с лица. И это даже не сарказм. По обе стороны двери стояли, вытянувшись по стойке «смирно», близнецы. Военная выправка и внушительные габариты не давали места сомнениям – враг не пройдет! При моем появлении они одновременно повернули головы в мою сторону и так же синхронно, не говоря ни слова, расступились. Как будто вместо мозга у них был отлаженный механизм.

– Уважаемые, дверь-то откройте. – Я безуспешно подергала за круглую ручку.

Наконец на лице Первого (так я мысленно окрестила более высокого) промелькнула хоть какая-то эмоция. Он повернулся так, чтобы закрыть широкой спиной обзор со стороны улицы, и несколько раз провернул ручку-скобу в разных направлениях. К своему стыду, мне не пришло в голову сосчитать. Дверь тихо щелкнула и открылась.

– Три вправо, два влево, на себя, потом снова три вправо, от себя и на себя, – прокомментировал свои действия Первый.

– Это что, упражнения экзерсиса?

– Чего? – вытаращил на меня глаза охранник.

– Экзерсис. На балет, что ли, никогда не ходили? – хихикнула я, представив Первого в обтягивающем трико.

Первый посмотрел, как на умалишенную, и сделал приглашающий жест в сторону входа. Мол, иди уже. Дверь закрылась за моей спиной, и я услышала знакомый щелчок.

– Маги, ёть их колоть, – послышалось за стеной.

В здании тайной службы я бывала не раз, но всегда днем. Сегодня я передала заявление для Эйрика его помощнику, и была бы умна, спросила бы, как проходить в ночное время. Сейчас здесь горели только две лампы, освещая лестницы по бокам холла. На втором этаже располагались кабинеты отдела по расследованию уголовных преступлений. Судя по тонким полоскам света, в некоторых из них еще кипела работа. На третьем, четвертом и пятом этажах мне не встретилось ни одной лампы. Похоже, сотрудники отделов по финансовым, государственным и магическим преступлениям гоняли балду. Постойте-ка, да это же я!

Поднявшись на последний этаж, я миновала кабинет начальника тайной службы и проследовала в угловую комнату с табличкой «АРХИВ», в которой кемарил дежурный.

– Вечер добрый!

Лысеющий мужчина лет пятидесяти нехотя оторвался от своего благородного занятия и подслеповато посмотрел на позднюю посетительницу.

– Кто такая будешь? – Дежурный без предисловий перешел к делу.

– Рэйвен Мара, следователь отдела по раскрытию магических преступлений.

– Как прошли?

– Так меня ваши однояйцевые у входа пропустили, – пожала плечами я.

Мужчина несколько раз моргнул, спросонок соображая, кого я имела в виду и почему у них только по одному яйцу.

– А надо чего?

– Адрес узнать.

Дежурный поднялся из-за стола и подошел к ряду ячеек за его спиной.

– Имя?

– Бран Геррке.

– Гэ, гэ, гэ… – бормотал мужчина, читая буквы на ячейках и забавно вытянув шею вниз. Про себя я решила называть его Лапчатым. Все-таки еще работать вместе, а он не представился. – Ага, вот! В Ксиане проживают два Брана Геррке. Вам какой нужен: тот, который жиголо или исследователь?

– Определенно исследователь.

Лапчатый крякнул.

– Тогда вам не повезло. Этого приняли в Бедахский монастырь по собственному желанию.

– Бедахский монастырь? Это тот, куда ссылают бесноватых со всех трех государств?

– Ну да. Адрес подсказать?

– Угу.

Дежурный скрипнул пером по бумаге. Через пару секунд он протянул мне лист с неровными краями, на котором крестиками были отмечены две точки: Бедах и монастырь.

– У вас талант картографа. По крайней мере, общее направление понятно. – Скептически заметила я и, вернув «карту» на стол, развернулась к двери. Намек был ясен. Хорошо хоть, Лапчатый не отправил меня в пустующий дом Геррке. И на том спасибо.

Что ж, визит к исследователю аномалий, лишившемуся рассудка, придется отложить. Я понимала, что Фейт доберется до него первым. В Ордене есть стационарный портал с привязкой прямо к окрестностям монастыря, в то время как я смогу воспользоваться только городским, ведущим в Бедах. А от Бедаха до обители еще полдня ходу по пересеченной местности. Так что в лучшем случае мне светит побеседовать с санитарами (то есть монахами) и узнать, не рассказывал ли чего их пациент (простите, послушник).

Домой я шла, одолеваемая неприятными мыслями. Чтобы немного поднять себе настроение, на выходе изобразила несколько балетных па и послала Первому воздушный поцелуй. Тот насупился, а Второй постарался скрыть смех кашлем.

Я задала быстрый темп, желая поскорее снять туфли и погрузиться в сладкое забытье. День выдался чересчур насыщенным, а мне было необходимо выспаться перед завтрашним выходом на службу. Эйрик Аки обещал лично представить меня коллективу, и я намеревалась произвести не слишком отталкивающее впечатление.

Мои шаги эхом отскакивали от стен сонных домов. Лавочные вывески покачивались и тоскливо скрипели на ветру. Несколько раз я заметила оборванцев, жавшихся друг к другу в узких боковых улочках. Где-то внутри зазвенел колокольчик, что без магии время одиночных ночных прогулок подошло к концу и мне следует быть осмотрительнее. Черт, в этом платье я даже не смогу убежать, возжелай кто из этих бродяг обчистить меня или залезть под юбку. Пообещав себе в следующий раз взять Эйрика или кого-то из новоиспеченных коллег, свернула на аллею, которая ведет прямо к моему особняку.

Вопреки необъяснимому предчувствию, не покидавшему меня со времени чтения материала о Зирроде, ничего плохого так и не приключилось. Уже лежа в кровати, еще раз перечитала статью Брана Геррке. И хотя я никогда не отличалась излишней впечатлительностью, сегодня во сне меня преследовал запах жареного мяса.

10 лет назад

Уже полчаса я сидела у дверей кабинета Верховного и от скуки разглядывала бестий, нарисованных на высоких арочных сводах. Здесь не было уродливых человекоподобных падальщиков или гулей, драугров или вампиров, трау или сприганов – тех, с кем неосторожный путник до сих пор может столкнуться в отдаленных и безлюдных уголках Анизара. На сводах изображалась битва боевых магов Ордена с созданиями, давно забытыми и канувшими в Лету. Красочное, яркое до рези в глазах изображение, казалось, вот-вот зальет коридор кровью адептов, смешавшейся с желтовато-коричневым ядом мантикор. Если смотреть долго, не отрываясь, можно увидеть, как сжимаются змеиные кольца нагов, хлещут крыльями виверны и поливают огнем смертоносные аспиды – потомки древних драконов. Нелегка была работа боевого мага в те времена…

– Рэйвен! Можешь войти, – раздался голос Одхана – Верховного Третьей Башни.

В роскошно обставленном кабинете сидели Одхан, Абархам и незнакомый парень немногим старше меня. Взгляды всех троих сошлись на мне, заставив невольно поежиться. Это сборище не предвещало ничего хорошего. В уме я перебирала, что успела натворить за этот триместр: стащила из лаборатории несколько «конвертов» на пару с Джером, слегка подкоптила роспись на стене в торжественном зале, взгрела запрещенным заклинанием нескольких старших адептов, достававших дразнилками… и еще много чего, о чем, по идее, никто не должен был узнать. Как же так?

– Итак, Рэйвен, я пристально наблюдал за твоими успехами, – начал глава
Страница 9 из 22

Ордена, указывая мне на свободное кресло, – и пришел к выводу, что пора тебе научиться работать в команде. Да, да, боевой маг – это одиночка, но все же иногда возникает необходимость слаженных действий. Важно быть готовой к любому повороту событий. Или ты уже передумала становиться боевым магом?

Абархам смотрел на меня лукаво, с насмешкой, словно бросая вызов. Он знал, что я терпеть не могу выстраивать командную защиту или атаку.

– Нет, не передумала, – сцепив зубы, ответила я, искоса изучая незнакомого парня. Тот, к слову, тоже не выглядел довольным жизнью. Он сидел, брезгливо поджав губы, и всем своим видом излучал попранное достоинство. Темные волосы, немного вьющиеся на концах, были старательно выпрямлены и зализаны назад воском, будто парень не хотел, чтобы они вились. Отвратная прическа.

– Рад это слышать. В таком случае познакомься, это Фейтворд, твой новый напарник для тренировок. Для начала мы проведем пробный спарринг, чтобы вы ознакомились с возможностями и силами друг друга. Под присмотром, разумеется. Уверен, скучать вам не придется, – Абархам ехидно усмехнулся, – мой племянник тоже любит баловаться с запрещенными заклинаниями. Идите в тренировочный зал и ждите Одхана. Нам еще нужно решить кое-какие вопросы.

Так, значит, ко мне привязали племянника главы Ордена. Чудесно. И что теперь делать? Играть в поддавки? Нет уж, родственничек огребет от меня на спарринге по самые бубенцы, так что у Абархама и Одхана отпадет желание навязывать мне своих подопечных. При этой мысли я хищно улыбнулась, глядя в глаза будущему противнику. Парень взгляд не отвел, но смотрел не с вызовом – с пренебрежением. Что же, тем приятнее будет стереть это выражение с его лица.

– Придумала стоп-слово? – с надменной ухмылкой спросил Фейтворд, как только мы вошли в тренировочный зал.

– Что? – Я равнодушно наблюдала, как пижон разминает шею и хрустит суставами пальцев.

– Слово, которое будешь кричать, когда станет слишком больно, – услужливо пояснил он и перешел на театральный шепот: – Но предупреждаю: я не всегда останавливаюсь.

– Я тоже.

Первое правило боевого мага – всегда будь готов. Я ударила без предупреждения. Сила взвилась во мне по первому зову, наполняя энергией до краев, и вырвалась наружу стремительным потоком. Это была пробная атака, только чтобы заставить его раскрыть уровень. Мой противник немного растерялся, но успел закрыться слабым щитом. Ударная волна оттолкнула его на два шага назад, но вреда не причинила. На мгновение Фейт потерял контроль над маскировкой, и аура прорвалась ослепительным багрово-коричневым светом. Десятый уровень, не ожидала.

– Решила начать без рефери? Тем хуже для тебя! – прошипел он, в последний момент отклоняясь от снопа кислотных искр. Капли смертоносным дождем упали на пол и оставили в нем глубокие дыры с тлеющими краями.

– Подол дядюшки тебе не поможет. – Теперь уже мне пришлось воздвигать щит и уворачиваться от электрических разрядов, прошивающих пространство зала в разных направлениях. Одна молния таки попала в барьер, но я ощутила лишь вибрацию и слабый зуд. Отмахнулась, как от назойливой мухи, и мгновенно закрыла брешь.

Мы практически равны по силе, а мне хотелось выйти из боя безоговорочным победителем. Пришлось сменить тактику. Пижон был одержим идеей доказать собственное превосходство, это стало понятно при первом же взгляде на него в кабинете Одхана. Я дразнила его простыми атаками, провоцируя на мощные, затратные заклинания.

Наконец с пальцев Фейтворда сорвался «огненный спрут» – один из запрещенных приемов. Горящие щупальца расползлись по каменному полу и потянулись ко мне, словно обладали живым разумом. И все же какая удача, что он выбрал именно это заклинание! Силы пижона были почти на исходе. Я закрылась самым сильным щитом, который знала, позволяя пламени подступить вплотную и лизать невидимые стены барьера. В следующий момент резко сжала воздух вокруг тела «спрута», спровоцировав взрыв. Бах! Прилив жара окатил меня и подбросил в воздух, опалив щеки. Если бы не барьер… Мне удалось смягчить падение воздушной подушкой и приземлиться на ноги.

Фейтворда уже не хватило на приличный щит. Его обожгло намного сильнее и отбросило футов на пятнадцать. Из-за стены магического огня я не видела, как именно упал пижон, но судя по тому, что «спрут» потух, лишившись подпитки, он был без сознания.

– Рэйвен! – В дверях показался Одхан, злой, как раненая фурия. Взгляд мага упал на Фейтворда, лежащего в другом конце зала без чувств. Верховный стремительным шагом пересек помещение и проверил пульс племянника Ордена. Убедившись, что тот жив, привел его в чувство легким импульсом.

– Су-у-ука-а… – захрипел пижон обожженным горлом, но Одхан раздраженно встряхнул его за плечи.

– Было велено подождать меня, прежде чем начинать тренировку!

– Это она, – процедил Фейтворд, пытаясь вывернуться из рук Верховного, чтобы посмотреть на меня. Я благодушно вышла в поле его зрения, демонстрируя, что на мне нет значительных повреждений. Мой противник выглядел неважно. Лицо он успел прикрыть руками, но шея сплошь пошла волдырями и смотрелась как одна сплошная болезненная рана. Его тлеющая одежда, похоже, местами вплавилась в тело. Я почти пожалела, что отделала его так сурово. А впрочем, сам виноват. В следующий раз подумает, прежде чем создавать «огненного спрута». Будь на моем месте адепт послабее, от него могла бы остаться горстка пепла.

– Конечно, запрещенное заклинание тоже она применила, – будто читая мои мысли, скептически заметил Одхан.

Вообще-то, могла бы, но предпочитаю менее затратные и более изощренные способы покончить с противником.

– Вы оба ослушались. Фейтворд наказал сам себя… Тогда ты, Рэйвен, в качестве наказания отведешь его в лазарет и будешь ухаживать, пока он не оправится.

– А как же занятия? – с надеждой спросила я, вспоминая, что на завтра назначена совместная тренировка со старшими адептами.

– Подождут, – отрезал Одхан. – Вот твои занятия на ближайшее время. Потом придете вдвоем и приберете здесь все.

Я одарила пижона недружелюбным взглядом, раздумывая, как бы не пригреть его по дороге, а то так он будет оправляться до конца следующего триместра. Верховный маг прочитал короткую проникновенную нотацию о том, почему некоторые заклинания запрещены, посулил сейчас же доложить обо всем Абархаму и удалился, оставив нас с Фейтвордом наедине.

– Прости, забыла спросить твое стоп-слово. – Я вернула пижону ухмылку, подхватывая его под руку, чтобы дотащить до лазарета.

Глава 3

Начало новой жизни

Утро началось совсем как в годы моего обучения. Я проспала! Наскоро приводя себя в порядок, я чувствовала себя студиозусом, к которому в комнату вот-вот войдет Абархам и сделает «ай-яй-яй». Конечно, обычно глава Ордена не наносил личных визитов опаздывающим адептам, но в моем случае делал исключение. Справедливости ради стоит заметить, что опаздывала я тоже по исключительным причинам – например, до глубокой ночи штудировала бестиарий или отрабатывала постановку защитных блоков.

Благо, кожаный саквояж был собран с вечера (с ночи): я хорошо знала, какое множество вещей полагается носить с собой следователю. В Ордене единственное,
Страница 10 из 22

что требовалось иметь при себе, – голову на плечах. Под громким названием «специалист по обеспечению безопасности адептов» скрывалась тонкая и часто довольно мерзкая работа. У магов всегда хватало недоброжелателей, которые время от времени… умирали. А моей основной задачей было делать так, чтобы места магических преступлений выглядели как обычная бытовуха.

Большую часть гардеробной занимали брючные костюмы. Я отдавала себе отчет, что все, что сходит с рук магессам, не прощается нашим обществом простым женщинам. Мне предстоит работать в мужском коллективе, где обязательно отыщутся желающие указать мне в сторону кухни. На их-то бурную реакцию я и рассчитывала, когда выбирала пару черных брюк и рубашку с высоким козырем. Волосы разделила на пробор и собрала в низкий хвост, а глаза густо подвела сурьмой. Такой макияж считался вызывающим и даже неприличным, но именно это прибавило мне уверенности. Позволило вернуться на несколько месяцев назад, когда я считалась одним из лучших адептов Ордена. Мне в спину сыпались сотни недовольных и завистливых взглядов, а слова порицания произносились исключительно шепотом.

На улице было холодно, поэтому сверху я надела строгий редингот с двойным рядом серебряных пуговиц. Дополнили образ сапоги до колен на низком, устойчивом каблуке. Теперь издалека меня можно было принять за наездника или просто очень худого мужчину.

Позавтракать я не успела, как ни старалась. Ускорения придавал тот факт, что Аки обещал встретить меня у входа в здание и официально представить коллегам. Как он выразился, «чтобы между вами не возникло недопонимания».

Рабочий день в тайной службе ненормированный, но основная часть сотрудников приходила к восьми утра. За последнее время я навела справки и узнала, что в розыскную работу официально вовлечены сорок восемь человек. Это дознаватели, следователи, штатные прозекторы, эксперты различных направлений и начальники отделов. Активная фаза осуществлялась боевиками, которые подключались на необходимых этапах и формально составляли отдельную структуру. Были еще информаторы, но их численность держалась в секрете, и подозреваю, что была известна только Эйрику.

Раньше тайная служба занималась только государственными заговорами, отсюда и название. Но полвека назад, по указу Правителя того времени, организация расширила свою деятельность, в том числе до расследования магических преступлений. Это был первый шаг на пути к уменьшению влияния Ордена. Начиналось все непросто, главным образом потому, что тайной службе было нечего противопоставить адептам. Маги игнорировали букву закона и порой даже не трудились скрывать следы преступлений. Можно было сколько угодно расследовать и выносить приговоры, но привлечь к ответственности виновных не представлялось возможным. Ситуация изменилась, когда подтвердились слухи о том, что некоторые люди обладают врожденной невосприимчивостью к магии. Адепты Ордена прозвали их inanem – «пустыми» – и уничтожали всех, кого удавалось выследить. На младенцев с необычной способностью открыли настоящую охоту. Агенты Правителя забирали детей из семьи и отдавали на обучение воинскому искусству, формируя боевой отдел тайной службы. Начался период активного противостояния, период смуты, который в некоторой степени продолжается по сей день. Ордену пришлось учредить должность специалиста по безопасности, в чьи обязанности входил целый спектр неприятных задач. Основной заботой обычного «чистильщика» было скрывать настоящие следы преступлений, подделывать улики и доказывать непричастность магов. Не пойман – не вор, как говорится. Мои задачи были несколько шире и опаснее. То, что бывший специалист по безопасности Ордена будет работать на тайную службу, – это беспрецедентный случай, как если бы волк стал помогать собакам загонять стаю. Лично меня забавляла ситуация, в которой я оказалась. А вот Абархама, видно, не очень.

По дороге я купила у лоточника два маффина с изюмом и как раз поглощала один из них, когда чья-то рука подхватила меня под локоток.

– Задерживаетесь, – с укоризной констатировал начальник тайной службы.

– Это вы задерживаетесь, а я бессовестно опаздываю.

Мой ответ поставил его в тупик. Похоже, это не то, что привыкли слышать руководители от своих подчиненных. Эйрик не стал раздумывать над встречной колкостью, а просто бесцеремонно отобрал у меня второй маффин и разом откусил половину.

– Среди коллег общайтесь со мной более уважительно.

– Разумеется, господин Аки, – поддразнила я.

– Кстати, вы не могли одеться более вызывающе? Не было рубашки с вырезом?

– А что, хотели бы меня в ней увидеть?

– Вы невыносимы.

– А вы зануда.

Закончив обмен любезностями, мы замолчали до следующего перекрестка. Господин Аки шел размашистым шагом, а я семенила за ним, как моська за хозяином.

– Мы почти на месте. Есть что-то, что мне следует знать, прежде чем вы представите меня публике?

– Не шутите с Финном. Это наш архивариус.

– Ваш совет уже не актуален, – проворчала я, вспоминая Лапчатого.

– Когда это вы успели познакомиться с Финном?

– Вчера ночью. Заглянула узнать адрес одного незадачливого естествоведа.

– Мне стоит знать подробности? – Эйрик казался заинтересованным.

– Без сомнения. Зайду к вам после того, как обоснуюсь на рабочем месте.

– Хорошо. Не забудьте вежливо постучаться.

Я фыркнула. Мы подошли к зданию тайной службы и, как школьники, разделились, чтобы войти по отдельности. В холле уже кипела бурная деятельность, но мое появление не осталось незамеченным. Кое-кто смотрел удивленно, большинство – с презрением. Привычно не обращая внимания на реакцию, я гордо прошествовала к лестнице и стала подниматься. Женщина в штанах удалилась, шоу закончилось, и работа тайной службы вернулась в привычное русло. Тогда в холл вошел Эйрик. Я услышала, как он велел всем собраться возле его кабинета.

Отдел по расследованию магических преступлений (среди сотрудников – «кунсткамера») располагался на пятом этаже. Так как это подразделение было самым малочисленным, на этом же этаже находились кабинеты начальника тайной службы и двух его помощников. Всего здесь было семь рабочих комнат, а также архив, прозекторская и лаборатория.

Эйрик, начальник отдела, прозектор и лаборант удостоились чести иметь собственные помещения. Мне же предстояло делить пространство с двумя дознавателями и экспертом-мифологом, чьи полезные функции я сразу поставила под сомнение. Каково же было мое удивление, когда в кабинете меня встретили вчерашние охранники-близнецы.

– О, вот и наша балетная фея, – скользнул по мне взглядом Первый. – Где ваша пачка?

– А где ваше трико? – парировала я. Они дружно заржали. У братьев была типичная наружность уроженцев северного Альдогара, доставшаяся им по наследству от осевших в тех краях викингов. Высокие, крепкого телосложения, с широкими плечами и массивной шеей. Чертами лица близнецы напоминали мне Ульва, если бы не были рыжими, как заморские орангутанги.

– Я – Бадарн, а этот начинающий балерун – Баот, – представился Второй, пожав мне руку. Первый с улыбкой протянул свою лапищу и, когда я подалась навстречу, подхватил и подбросил, как пушинку. От
Страница 11 из 22

неожиданности я тихонько взвизгнула на радость братьям. И так, как не успела закрыть за собой дверь, их раскатистый хохот разнесся по всему этажу.

– Рэйвен, – наконец назвалась я, оправляя подскочившую под рединготом рубашку.

– Знаем, наслышаны. Наш сказочник еще не пришел. Проспал, наверное, – сказал Баот и указал на стол, заваленный бестиариями и канцелярскими принадлежностями. Стена позади была декорирована карандашными рисунками зверей, нечисти, а то и вовсе незнакомых мне чудищ. Очевидно, что сказочником он величал эксперта-мифолога.

– А вы, ребята, совсем не спите? – поинтересовалась я, выкладывая из саквояжа некоторые книги, которые решила прихватить с собой. Как единственной даме в коллективе, мне любезно предоставили место у окна.

– Вообще-то спим… – вздохнул Баот. – Но кое-кто вчера накосячил, и господин Аки оставил нас на ночное дежурство.

– Он еще и так может?

– Угу, может. Но вам это не грозит, – отозвался Бадарн.

– Это еще почему? – Со стороны можно было подумать, что я возмущена такой несправедливостью. – Из-за того, что я женщина?

– Не-а. Просто не решится. С тех пор как он узнал о вашем выгорании, только и говорил, как было бы хорошо заполучить вас в «кунсткамеру»… ну, то есть в магический отдел. Так что теперь не отпустит.

– Значит, я могу потребовать собственный кабинет? – обнаглела я.

– Вы не возникайте-то особо. Эйрик – мужик нормальный. Если действительно будет нужен отдельный кабинет, за ним дело не станет.

В этот момент дверь распахнулась и в комнату ввалился чудаковатый парень в визиточных брюках и вестоне. Красная бабочка в этом ансамбле была явно лишней. В руках он держал цилиндр, который выронил и едва не упал сам, споткнувшись о порожек на входе.

– Тал явился!

– Это Рэйвен? – сразу просиял парень и вытащил из кармана руку для приветствия. У него были длинные изящные пальцы и гибкая кисть, какие бывают только у музыкантов и аристократов. – Талейн Акли, эксперт по мифологии. Очень рад знакомству. Много о вас слышал.

– Хорошего, полагаю? – я позволила себе небольшое ехидство. Надо же, такой молодой, а уже эксперт.

– Ну… всякого. Интересного. – Его эмоции очень живо отображались на лице, и я сразу поняла, что парня снедает любопытство. Однако он проявил невиданный для его возраста такт и решил сменить тему: – Господин Аки велел всем собраться возле его кабинета.

Мы с Талом повесили верхнюю одежду на тремпеля и вышли вслед за близнецами. Коридор постепенно наполнялся людьми. Сотрудники тайной службы оторвались от своих дел, чтобы поприветствовать меня в новой должности. Такое внимание должно было мне польстить, но отчего-то казалось, что большинство из них не будут радоваться моему назначению. Были среди них и знакомые лица. Например, тот коренастый мужчина с кривыми ножками и пивным животиком – оружейный эксперт. Я никак не могла вспомнить его имя, хотя раньше мы не единожды спорили касательно орудия убийства. Однажды мне даже удалось выдать порезы, нанесенные ритуальным кукри, за раны от керамбита, которым часто пользуются наемные убийцы. Мужчина был неплохим специалистом, поэтому я считала этот успех большим своим достижением. Сама бы я ни за что не определила, каким из двух ножей было нанесено смертельное ранение, если бы не знала наверняка.

Эксперт поздоровался со мной коротким кивком. Я ответила едва заметной улыбкой – работать вместе как-никак. Баот и Бадарн пробирались между спинами, расчищая мне дорогу к кабинету Эйрика. Начальник тайной службы уже ждал меня, чтобы сделать свое объявление. Я только сейчас заметила, что ростом он лишь немного уступает близнецам. Он снял пиджак, и я подавила смешок. Почему-то меня всегда веселили мужчины в подтяжках.

– Как вы знаете, у нас пополнение в магическом отделе, – начал Эйрик, когда мне наконец удалось подобраться к нему вплотную. В голосе мужчины сквозила гордость нумизмата, пополнившего свою коллекцию редкой монетой. – Это Рэйвен Мара, некоторые из вас уже имели возможность с ней познакомиться. Для тех, кто не в курсе. До недавнего времени Рэйвен работала на Орден и была… мм… специалистом узкого профиля. В связи с этим я выражаю надежду, что ее глубокие познания помогут раскрыть немало преступлений магического характера.

– «Кунсткамера» пополнилась новым экспонатом… – послышался доброжелательный шепот откуда-то с галерки. Я не успела засечь говорившего. Зато поняла, что магический отдел почему-то недолюбливают, а значит, на активную помощь коллег рассчитывать не приходилось. Кажется, я снова оказалась по другую сторону баррикад.

– Как я уже говорил, – Эйрик повысил голос, – Рэйвен только поступила на службу, поэтому я жду, что все здесь будут оказывать ей всяческую поддержку. На этом все. Можете приступать к работе.

Толпа начала потихоньку расходиться, а к нам подошел невысокий мужчина в распахнутом камзоле. По-видимому, только с улицы и не успел раздеться. Его карие глаза неспешно ощупали меня сверху донизу. Было неуютно, но я не поежилась и не засмущалась, как полагается приличной даме.

– Приветствую. Морвран Хидд, начальник магического отдела.

– А-а, господин директор цирка. – Во мне неожиданно проснулась язва.

– Что, простите?

– Цирк. Кунсткамера, – любезно пояснила я.

Морвран рассмеялся, чем вызвал еще большее раздражение. Он перевел вопросительный взгляд на Эйрика, но тот лишь поднял руки в защитном жесте. Мол, я в это вмешиваться не собираюсь.

– Надеюсь, у нас еще будет время поболтать. До встречи.

Руку мне пожимать не стал. Нет, я бы и сама отказалась, но все же такое пренебрежение задело. Кажется, первый кандидат в шовинисты обнаружен, и это мой непосредственный начальник! Я возрадовалась, что Морвран сидит в отдельном кабинете, но на этом поводы для радости иссякли. Работа обещала быть нескучной.

– Рэйвен, задержитесь на минутку. Пройдемте ко мне, – и Эйрик пригласил меня в святая святых здания тайной службы.

В его офисе я не увидела стандартного набора декораций для кабинета руководителя. Не было ни портрета Правителя в рамочке над столом, ни набора ежегодных грамот за отличную службу. Никаких тебе изысков в виде чучел убитых животных или дорогих канцелярских принадлежностей. Простое, почти аскетичное убранство и минимум мебели. За стеклянной стенкой шкафа стояли папки с делами и несколько книг: в основном техническая литература, справочники и… словарь? Там же я заметила фотографию светловолосой девушки на фоне какого-то полупустого помещения. Лица не удалось рассмотреть из-за пятнышка чернил, расплывшегося в районе носа.

– Ваша невеста? – указала в сторону снимка.

– Сестра.

Я кивнула, а про себя удивилась внезапному чувству облегчения.

– Получил вчера ваше прошение об освобождении заключенного. Зачем вам Призрак? – Эйрик открыл верхний ящик стола и вытащил мое заявление.

– Для использования в рабочих целях, – невозмутимо ответила я и устроилась в кресле напротив.

– Это я понял. Но хотел бы знать, в каких таких рабочих целях вы решили использовать преступника, осужденного на смертную казнь.

Со своего места я заметила, что заявление уже подписано и пропечатано, но все же решила рассказать.

– Сейчас я скажу вам кое-что, из-за
Страница 12 из 22

чего в Ордене ко мне возникнут вопросы. Джерласс Призрак – вор и сорвиголова, но не убийца. Когда-то он был подающим надежды адептом и обучался у самого Абархама вместе со мной и нынешним Верховным магом Третьей Башни.

– Так он ваш друг? – удивился Эйрик.

– Неправильный вопрос. Он невиновен в убийстве ребенка, вот что главное.

– Я вам верю, но его невиновность еще нужно доказать. У нас на руках были факты, доказывающие обратное. Давайте переведем его в общую камеру, где он будет ожидать следствия. К нему и без этого много вопросов.

– Мне он нужен по другому поводу. Не поймите меня неправильно, я за справедливость и все такое, да и спасать Джера от плахи не было моим приоритетом. В свое время он основательно попортил кровь мне и другим магам. Не буду говорить, в чем было дело, но с некоторых пор Призрак стал неудобным для Ордена, и его решили подставить. Дальше вы знаете. Как знаете и то, что на данный момент Джерласс – единственный маг за решеткой казематов тайной службы. Не до конца обученный, с плохо контролируемой силой, но все же маг. И мне нужна его помощь.

– Хм… Почему вы рассказали о Призраке? Вы теперь в опасности? В Ордене узнают, что его освободили, и быстро поймут, откуда ноги растут.

– Верно, но мне терять нечего. Если хотите знать, я до сих пор жива только благодаря помощи старого друга. Я намекнула Абархаму, что вела записи по многим делам Ордена, которые могут совершенно случайно всплыть после моей смерти. Как вы понимаете, эти записи в надежных руках.

С Аэлмаром мы учились и работали вместе целую вечность, а год назад совет избрал его Верховным магом Третьей Башни. С тех пор мы виделись очень редко. В последний раз после того, как Джера собирались упрятать за решетку. Тогда я решила, что нужно иметь пути к отступлению, и передала записи Элу с просьбой обнародовать их, если меня вдруг тоже решат подставить. Когда достигаешь определенных вершин, нужно думать, как подстелить себе соломку на случай падения. Но тогда я и предположить не могла, что в действительности все зайдет намного дальше. Как бы там ни было, Аэлмар согласился без лишних вопросов, и с тех пор я обязана ему жизнью. Допускаю, что теперь я – кость в горле Ордена, ко мне несколько раз наведывался Фейт с «визитами вежливости», и наверняка установлена слежка. Но я все еще жива.

Эйрик встал из-за стола и заходил по комнате. Каблуки его сапог стучали по деревянному полу, будто были подбиты металлом.

– Значит, Орден пока что оставил вас в покое, и Фейт действительно приходил не по наводке Абархама.

– Об этом я вам говорила. Или вы не поверили? Знаете, Абархам, в общем-то, не такой уж засранец. Уж точно он не станет посылать своего племянника насиловать бывшую адептку, чтобы запугать. На его плечах лежит ответственность за весь Орден…

– Как будто это оправдывает убийство, – искренне возмутился начальник тайной службы. Я невольно умилилась: такой большой, а в сказки верит.

– Не всегда, но оправдывает. В некоторых случаях проблему легче предотвратить, чем потом решать.

– Что ж, теперь их проблема – это вы. Я подумаю, как можно вас защитить. Может, испрошу аудиенции у Кайдена…

– Господин Аки! Я к вам не жаловаться пришла и не просить покровительства. Я смогу защитить себя сама, если вы отдадите мне Джера. – Мысль, что он собирался оберегать меня от обидчиков, вызвала странное щемящее чувство, до сих пор мне незнакомое, которое я тут же подавила возмущением.

С начала века в Альдогаре настала эпоха правления Парламента. Во многом этому поспособствовал Орден, в свое время настроив общественность против монархии. Как несложно догадаться, немалая часть чиновников в правительстве – маги. Но Олан Кайден – министр департамента внутренних дел – не просто человек, он inanem. Как и Эйрик Аки. Когда-то эти двое обучались в одной группе боевиков и пользовались особым расположением Правителя. Даже были напарниками до того момента, как между ними пробежала кошка. Подробностей, а также имени этой «кошки» никто не знал, но, по слухам, она была благородных кровей.

Как бы там ни было, по всем вопросам адептов Кайден общался только лично с Абархамом, и мне лишь однажды довелось иметь с ним дело. Это человек жесткий и практичный и, что главное, на своем месте. К сожалению, взаимным уважением он ко мне не проникся. Так что я глубоко сомневалась, что господин министр захочет мне помочь.

– Ладно, ладно, я понял. Не буду лезть в ваши магические штучки или чем вы там собираетесь заниматься с этим Призраком. Только прошу вас, если что – просто придите ко мне.

Мне было неведомо, чем я заслужила еще одного человека в моей жизни, к которому можно было бы просто прийти за помощью.

– Спасибо. Обязательно, – согласилась я, давая себе противоположное обещание.

– Вот, держите, – он протянул мне подписанное прошение. – Я сегодня подготовлю соответствующие указания, а завтра скажете Баоту, чтобы проводил вас в казематы. Покажете это дежурному охраннику, он выпустит Призрака.

Раздался стук в дверь. Следом в кабинет зашел мужчина, одетый в униформу стражника. Завидев меня, он остановился у входа, не решаясь пройти дальше.

– Говорите. Что случилось?

– Ну… – стражник напряженно сверлил меня взглядом.

– Да говорите уже, это наш новый следователь.

– Там это… э-э-э… господа жалуются, что бордель в Цаплях закрыт.

Мы с Эйриком переглянулись. Цапли – так в простонародье называли элитный район Ксиана, в котором находились особняки состоятельных горожан. Мой в том числе.

– А я-то здесь при чем? – озадачился начальник тайной службы.

– Говорят, там не все чисто. Закрыто еще с прошлого вечера, хотя заведение работает круглосуточно. На окнах все шторы задернуты. Изнутри ни звука. Свидетель говорит, что видел в одной из комнат мертвую женщину. – Стражник неловко почесал затылок и продолжил извиняющимся тоном: – Дело-то пустяковое, наверняка отдыхают шлю… дамы. Мы бы с мужиками сами проверили, но свидетель – господин важный, кого-то из вашего ведомства просит.

– А не тот ли это богатый извращенец, которого вы в прошлом месяце за подглядывание и рукоблудие в общественном месте задержали?

– Он самый.

Эйрик сделал кислую мину.

– Ясно. Тогда разбирайтесь сами. Мало ли что кому привидится, а мы будем ресурсами разбрасываться.

– Вообще-то, я думаю, стоит послать кого-то из моего отдела, – осторожно вмешалась я. На мне моментально сошлись взгляды обоих мужчин. Впору и засмущаться.

– Рэйвен, вы ничего не хотите мне рассказать? – притворно ласковым голосом вопросил начальник тайной службы.

– Хочу, но позже. Сейчас гораздо больше вам расскажет то, что мы можем найти в борделе.

– Тогда пойдемте вместе проверим. Спускайтесь вниз, а я зайду за Морвраном.

– И прозектора надо бы позвать. И Талейна.

– Так, может, всю тайную службу возьмем на куртизанок поглазеть?

– На мертвых куртизанок, – уточнила я и демонстративно махнула рукой. – Эка невидаль.

Стражник топтался, ожидая завершения нашего разговора. Эйрик бросил быстрый взгляд в его сторону и тяжело вздохнул.

– Ладно, берем прозектора, мифолога и кого там еще нужно. Только в следующий раз я хочу быть в курсе событий.

– Разумеется.

Через несколько минут мы вшестером встретились на первом
Страница 13 из 22

этаже: четверо сотрудников магического отдела, начальник тайной службы и городской стражник. Мне было интересно, что случилось с Незабудкой, жива ли она еще. Наведаться на постоялый двор одна я не решилась, а вот под прикрытием официального расследования – пожалуйста. Конечно, меня не очень устраивало, что с нами идет Морвран, но здесь уж ничего не поделаешь.

Район Цапли располагался совсем недалеко от здания тайной службы, но мы воспользовались казенным кебом. Штатный извозчик всю дорогу молчал и показался мне самым приятным человеком, которого я встретила за день. За время короткой поездки я пыталась представить, что ожидает нас в доме терпимости. На зависть всем наемникам вместе взятым Фейт каким-то образом умудрился расправиться с девушками очень тихо. Настолько тихо, что ни одна из бабочек не заподозрила неладное и не подняла шум. Значит, обошлось без насилия: он воспользовался магией. Докладывать о преступлении в Орден Фейтворд не стал, иначе пришлось бы придумать хорошее объяснение массовому убийству куртизанок. Стоит ли упоминать, что за подчинение потустороннему существу Абархам даже своего племянника по голове не погладит? Это значит, что Орден не присылал на место специалиста по безопасности, другими словами – «чистильщика». Фейту пришлось заметать следы самостоятельно, а он всегда был недостаточно внимателен для этой работы.

Кеб остановился напротив вывески «Мятная пастила». Поговаривают, что заведение обосновалось в элитном районе не просто так, а с подачи самого Правителя. Правда или нет, но с того момента, как дом открыл свои двери жаждущим, от богатых клиентов не было отбоя. Частично это объяснялось тем, что в городе вдруг закрылись все другие бордели приличного уровня. Остались только уличные бабочки, оказывающие услуги в дешевых лачугах, и «Пастила».

Входом в обитель любви служила двустворчатая дверь с ручками-кольцами. Над дверью располагалось веерное окно, не прикрытое занавесками, в которое иногда пытались подглядывать подростки.

Эйрик несколько раз постучал, но никто, естественно, не ответил. Тогда он с невозмутимым видом достал из кармана набор отмычек и стал деловито изучать устройство замка. Смешно сказать, но до этого момента я представляла процесс вскрытия дверей, как некий экшн, сопровождаемый треском ломающегося дерева и криками: «Открывайте! Это тайная служба!» Впрочем, скорее всего так и было бы, займись взломом кто-нибудь из стражников. Эти поборники закона плохо умеют действовать бесшумно и почти всегда поднимают гвалт.

Нам повезло: перед тем как покинуть бордель, Фейт не потрудился задвинуть щеколду. Поэтому, когда Эйрик справился с замком, мы беспрепятственно прошли внутрь. В холле безошибочно чувствовалась близость смерти. Она была в самих стенах, в идеально чистых поверхностях, в плотно задвинутых шторах. Тишина здесь казалась другой, незыблемой, нерушимой, и она создавала гнетущий вакуум в пастельно-лиловом интерьере борделя. Создавалось ощущение, что жизнь покинула этот дом недавно и как-то внезапно. На кофейном столике стояли бокалы с недопитым вином и следами помады. Истлевшая сигара, оставленная кем-то на бортике пепельницы, грозилась вот-вот осыпаться. Спинку кресла кокетливо украшали чулки с подвязками. В воздухе витал аромат дорогого цветочного парфюма. Этот запах казался неуместным и оттого все больше въедался в ноздри. Смерть не должна так пахнуть. Для обычных людей она пахнет слезами, для следователей – загадкой, для магов – напоминанием, но никогда цветами. Это неправильно, ненормально.

Очень скоро мы обнаружили источник запаха. В смежной комнате на диване полулежала старуха, держа в руках пустой флакончик. Содержимое пролилось на ее шелковый пеньюар. Тело некогда молодой женщины усохло до самых костей, так что по ее скелету можно было изучать анатомию. Кожа побледнела и истончилась. На обивке дивана я заметила мелкие частицы, похожие на перхоть, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это остатки шелушащейся кожи. На запавших губах еще виднелись следы красной помады. Глаза открыты и неподвижны, с мутной роговицей. Выкрашенные хной волосы – единственное, что осталось от былой красоты куртизанки, но на фоне худого старушечьего тела походили на некий жуткий, гротескный парик.

В доме мы нашли еще семнадцать трупов, все с одинаковыми признаками. Двое лежали на полу недалеко от первой жертвы, очевидно, смерть застала их, когда они были на ногах. Остальные пятнадцать находились в приватных комнатах на втором и третьем этажах. Многие из них были раздеты или прикрыты только полупрозрачными шмизами. Никакого беспорядка, никакой крови. Только тихая смерть.

Дуах Эйхо – так звали прозектора – сказал, что не стоит рисковать, доставляя препараты в мертвецкую, настолько сухими и хрупкими оказались останки. Он выбрал для вскрытия один из трупов, тот, что лежал на полу. Эйрик захотел увести меня в соседнюю комнату, подальше от неприятного зрелища. Я не сопротивлялась, но только лишь по той причине, что собиралась внимательнее рассмотреть здесь все, пока коллеги увлечены анатомированием. Очень скоро ко мне присоединился бледный как мел Талейн. Морвран остался с прозектором.

– Вы как? – спросила я ровным голосом, хотя внутри меня все дрожало от тревожной догадки и чувства запоздавшего страха. Только что я увидела восемнадцать наглядных пособий, как могла бы выглядеть, не хвати мне сил свернуть воронку. Впервые за все время я не жалела, что выжгла себе магические артерии, но осталась жива. Даже более того – не постарела. Не всем магам до меня везло так же.

– Что это такое? – голос Талейна был хриплым. Парень плелся за мной на автомате, не особо соображая, куда мы идем и зачем. Нервы у эксперта по мифологии ни к черту. Мне пришла мысль, что он еще не бывал на местах преступлений, и сегодня я, на жаргоне следователей, «вывела его в свет».

– Мертвая воронка.

– Но что за человек мог такое сделать? Разве это возможно?

– А с чего вы взяли, что это был человек? – Я обернулась и скользнула по нему взглядом. Мне показалось, что к Талейну постепенно возвращается способность мыслить. Он перестал смотреть мне в спину и начал осторожно оглядываться по сторонам, пытаясь зацепиться взглядом за что-то привычное и уютное. Таких предметов в комнате было хоть отбавляй, но все они хранили на себе некую мрачную печать, незримую для глаз, но ощутимую сердцем.

– Я не знаю существ, которые питаются жизненной энергией. Кровью, плотью, эмоциями… но не жизнью. Разве что сама Смерть.

– Не стоит драматизировать, – я попыталась ободрить парня. – В мире есть много такого, чего мы с вами не знаем. Скорее всего, это какая-то разновидность вампира, который питается… жизнью.

Я понимала, насколько глупо это прозвучало. Вампиры – существа вполне реальные, со своим устройством пищеварения, которое и вынуждает их употреблять в пищу такую же реальную кровь.

– А правда, что воронка высасывает не только энергию, но и душу?

Вопрос был детским. До сих пор не доказано наличие у человека души, хотя священники и твердят об этом вот уже восемнадцать столетий. На мгновение я представила это правдой. Вдруг мертвая воронка успела выпить и мою душу? И вовсе не я сумела ее
Страница 14 из 22

свернуть, а она, выпив достаточно, насытилась и отступила? После выгорания я долгое время не чувствовала ровным счетом никаких эмоций, только пустоту. Во мне не было чувства вины или хотя бы тени сомнений, когда я вела Незабудку в гостиницу на смерть. Я не колебалась, оставляя Брана Геррке на милость Фейтворда и его потустороннего хозяина…

Ну что за глупости?! Я встряхнула головой и зло уставилась на Талейна.

– Уборная за углом. Пойдите и умойтесь, может, к вам вернется разум.

И прошла в другой конец холла, оставляя за спиной обиженно сопящего мифолога. Зря понадеялась, что место преступления может что-то подсказать ему об этом существе. Одно было ясно совершенно точно: это дело рук не человека. То есть, конечно, что-то очень могущественное с помощью мага могло создать воронку такого размера и силы, чтобы разом выпить восемнадцать человек. Но в этом случае обнаружить следы значительно сложнее, и я не была уверена, что мне хватит второго зрения. Тем не менее попытаться стоило.

Вопреки частому заблуждению, второе зрение не имеет ни малейшего отношения к магии. Однако и не является врожденной способностью, как, например, шестое чувство у магов или боковая линия у рыб. Навык видеть скрытое обретается путем особых тренировок под грамотным руководством. Я же овладела этим навыком в совершенстве и не раз использовала в своей работе.

Я закрыла глаза и настроилась на эфирный план. Не знаю, связано ли это с концентрацией или это плод моего воображения, но в такие моменты все другие чувства притупляются. Я перестала слышать монотонный голос прозектора, вслух описывавшего свои манипуляции. Пропал вездесущий аромат цветочного парфюма. Коснувшись пальцами оконных стекол, я убедилась, что не чувствую холода. Каждый раз не могу удержаться, чтобы не проверить.

В холле смотреть особо было нечего. Я заметила несколько предметов, источавших негативную энергетику слабой степени интенсивности, но вряд ли они имели отношение к убийству. Талейн предстал передо мной с выраженным темно-синим ореолом, что подтверждало состояние испуга и спутанности сознания. Его тревога была настолько сильной, что я не смогла рассмотреть за этой пеленой обычные цвета ауры мифолога.

В комнату, где проходило протоколирование, заходить не стала. В моем распоряжении было предостаточно трупов, чтобы провести индивидуальный осмотр и никому не мешать. Я поднялась по лестнице на второй этаж, где было убито большинство девушек. Первое, что отметила, – отсутствие ярких вспышек в ауре мертвых куртизанок. Такие вспышки обычно наблюдаются в течение нескольких дней после случайной или насильственной гибели. Оболочка пожилых людей меркнет постепенно и после естественной смерти обретает нейтральный бледно-серый цвет. Это делает мертвую воронку идеальным средством для убийства стариков, чье стремительное увядание не вызовет подозрений. Существо выбрало этот способ для умерщвления молодых женщин, а это подтверждает теорию о его питании энергией жертв. Другой вопрос – мог ли Фейт пропустить эту энергию через себя, чтобы передать своему хозяину? Или же воронка связана с первоначальным создателем напрямую, к примеру посредством тех же магических синусов или некой энергетической пуповины?

В обстановке комнаты не было ничего необычного. Некоторые предметы, в основном драгоценности, хранили в себе следы энергетики других людей. По всей вероятности, украшения были подарены девушкам добровольно. Вряд ли мадам в заведении такого класса, как «Мятная пастила», позволила бы своим подопечным промышлять воровством. В следующем помещении я обнаружила несколько пузырьков эссенции для потенции, добавляемой в питье клиентам без их ведома. Трупа не было. Возможно, здесь жила одна из тех бабочек, которых нашли лежащими на полу. Или Незабудка.

Не отыскав ничего интересного и в остальных комнатах, я проследовала на последний, третий этаж. Здесь все было обставлено более шикарно и предназначено для приема особо важных гостей. Небольшие комнатки удовольствий сменились роскошными апартаментами, выполненными в разных цветовых гаммах. На полу лежали пышные ковры, которые я не поленилась приподнять в поисках магических узоров и символов. В винных шкафах красовались бутылки элитного алкоголя. В апартаментах даже были свои умывальни, но в туалет все же приходилось спускаться на первый этаж или пользоваться ночными вазами.

Во всем этом великолепии не отыскалось ничего, что приблизило бы меня к разгадке. Я чувствовала себя уставшей и раздосадованной и пришла к выводу, что прошлая работа по заметанию следов давалась мне легче. Разрушать – не строить, а прятать – не находить. Хотя стоило ли расстраиваться, учитывая, что Фейт мог не оставить следов вовсе? Если его действиями руководил чей-то злой разум, вполне возможно, что он позаботился о том, чтобы сделать все чисто. И все же франтоватый племянник Абархама не вязался с образом безвольной куклы, выполняющей чьи-то приказы. На мгновение ко мне пришла отчаянная мысль рассказать обо всем главе Ордена. Когда я числилась адепткой и его любимой ученицей, логично было бы так и поступить. Однако после того как я угрожала Абархаму раскрытием тайной информации и согласилась работать на конкурирующую организацию… Мои слова против слов его племянника. Нетрудно догадаться, что будет, когда глава Ордена откажет в помощи, а Фейт узнает о том, что мне известно. В общем, несолоно хлебавши я спустилась в холл, где проводили мозговой штурм Эйрик и Морвран.

– Удалось обнаружить что-нибудь новое? – равнодушным тоном осведомился начальник магического отдела. Вокруг него мерцал красновато-коричневый ореол, какой отличает людей амбициозных и деятельных. В некоторых местах прорывались алые пятна, указывающие на гордость обладателя. Аура Эйрика представляла собой оболочку глубокого изумрудно-зеленого цвета с мерными оранжевыми сполохами. Я непроизвольно засмотрелась.

– Рэйвен… Рэйвен? – начальник тайной службы смотрел на меня в упор.

– Простите. Я… задумалась, – мне стоило некоторых усилий отвести взгляд и перейти на нормальное зрение.

– Над делом, как я понимаю? – хмыкнул Морвран, с усмешкой глядя на меня и Эйрика. Я почувствовала, как начинаю краснеть, что мне совсем не свойственно. Пришлось спешно отвернуться и отойти к кофейному столику, якобы забрать саквояж.

– Именно над делом. Я полагаю, все уже догадались, что причиной смерти куртизанок стала мертвая воронка…

– Мертвая воронка? Насколько я знаю, она проявляется стихийно и возникает в местах, на которые наложено проклятие. Я бы скорее поставил на заклинание мгновенного старения. И похоже, злоумышленник действовал не один.

Я снисходительно улыбнулась.

– Действие этого заклинания основывается на многократном ускорении всех процессов в организме. Так что, если бы злоумышленник применил его, здесь пахло бы совсем не цветами. Кроме того, я видела ауры жертв. Энергия покинула тела сразу после смерти. В случаях с мгновенным старением, которым, кстати, мои бывшие коллеги пользуются крайне редко, энергия блуждает в теле еще несколько дней. Иногда недель, если усопший был магом.

Эйрик нахмурился.

– Но как объяснить появление мертвой воронки в
Страница 15 из 22

центре Ксиана? Земля проклята? Кому-то еще грозит опасность?

– Пока не знаю, – солгала я. Мне не хотелось озвучивать сырую теорию при Морвране, хотя и понимала, что это глупо.

– Значит, какой-то маг наслал выборочное проклятие на… бордель?

– Примерно так. Кстати, придется заехать еще в одно место. В записях мадам сказано, что одна из бабочек вчера ублажала клиента на выезде. Гостиница «Гиацинт».

Вот так. Стоит начать врать, и остановиться бывает сложно.

– У нас еще третий этаж, там два трупа, – отозвался Дуах, помахивая протоколами.

– Хорошо. Давайте покончим с этим.

Я снова поднялась на третий этаж вместе со всеми. Талейн меня почему-то сторонился. Ну, не обиделся же из-за какого-то пустяка? Зато успокоился и начал более внимательно смотреть по сторонам, подмечая детали. Мне даже захотелось снова перейти на второе зрение, чтобы посмотреть, какой стала его аура. Морвран быстро записывал надиктованные Дуахом сведения. Тихое поскрипывание его перьевой ручки было единственным звуком в стенах апартаментов. Все молчали.

Наконец все закончилось. Нет, правда, это было чуть ли не первый раз в моей жизни, когда мне настолько сильно хотелось поскорее покинуть место преступления. Эйрик заметил мое нетерпение и полностью его разделял. Как и все, кроме Дуаха. Прозектору было все равно, какие трупы осматривать. Не здесь, так в другом месте для него всегда найдется работа. Его также не особо беспокоила причина смерти куртизанок. Возможно, ему уже приходилось сталкиваться с подобными останками.

Мы приехали в «Гиацинт», но выяснилось, что осматривать уже нечего. Хозяин ресторана на первом этаже гостиницы опознал в Незабудке ночную бабочку, когда та спустилась поужинать в одиночестве. Поэтому, после того как обнаружилось, что куртизанка мертва, ее решили по-тихому вытащить из номера. Владелец «Гиацинта» страшно сокрушался по этому поводу. Уверял, что, несмотря на странную смерть, даже не предполагал, что блудницей может заинтересоваться тайная служба. Пояснял, что не хотел испортить репутацию заведения, ведь что бы подумали люди? Клялся, что в следующий раз обязательно доложит страже, если не дай бог еще раз приключится подобное. В конце концов попытался дать взятку Эйрику и Морврану.

В управление мы вернулись уставшими. И хотя время уже близилось к полднику, есть никому не хотелось. Дуах по пути в «Гиацинт» без зазрения совести заточил сэндвич. Он пояснил, что всегда носит с собой еду на случай таких вот затяжных осмотров. Война войной, а обед по расписанию. Морвран вручил близнецам протоколы и дал задание опросить жителей района и людей, работающих рядом с борделем. Сам заперся в своем кабинете под предлогом, что необходимо поднять старые записи. Говорил, что уже слышал о чем-то подобном. Лично я в этом сомневалась, разве что у него имеются записи по Зирроду. Тал обложился книгами в тщетных попытках найти упоминание о существе, способном создавать мертвые воронки. В отличие от начальника магического отдела, он поверил мне на слово, что преступление совершил не человек.

Все были при деле, и у меня наконец появилась возможность переговорить с Эйриком. Я вспомнила наш утренний разговор по дороге к зданию тайной службы, когда упомянула естествоведа. Наверное, с него и следовало начать.

– Так и знал, что вы недоговариваете, – заметил Эйрик, глядя, как я по-хозяйски усаживаюсь в кресло его кабинета. – Что вам известно?

– Я знаю, кто это сделал, – ответила я и замолчала, выдерживая театральную паузу. Однако мужчина не спешил засыпать меня вопросами. Он спокойно смотрел мне в глаза и отчего-то улыбался. Ждал, пока я продолжу сама. Ну что же… – Вам известно, кто такой Бран Геррке?

– Исследователь аномалий. Он ведет колонку в журнале СИИ, который я выписываю.

– Раз вы читаете его статьи, то наверняка знаете, что иногда материалы его исследований частично публикует «Ксианский вестник». Так вот, около месяца назад напечатали отрывок из его доклада об аномалиях в районе Зиррода.

И положила перед начальником тайной службы вырезку из газеты, предусмотрительно взятую мной из библиотеки. Он внимательно прочитал текст статьи. Я видела, что некоторые строки он перечитывал по нескольку раз. Должно быть, тема аномалий была для него предметом живого интереса.

– Вы намекаете на наличие мертвых воронок вокруг города? – Эйрик сразу уловил суть. – Считаете, это может быть как-то связано с убийством в борделе? Но Зиррод находится в тысяче миль от Ксиана. И, если мне не изменяет память, считается, что земля подверглась мощному проклятию. Это вполне объясняет происхождение воронок в том районе. Понимаю, именно там вы выгорели и для вас это болезненная тема, но давайте не будем смешивать одно с другим.

Я разозлилась.

– Если вам неинтересно, я могу уйти, и вы будете расследовать это дело до второго пришествия.

– Ладно. Извините. Продолжайте, пожалуйста.

Вот так-то лучше.

– Геррке описал сами аномалии, но не смог понять их причину. Я думаю, замешана потусторонняя сущность, с которой наука и магия еще не сталкивались. По крайней мере, ни о чем подобном я раньше не слышала. Это существо питается энергией жертв, высасывая ее через воронки. Результат мы уже видели сегодня в борделе.

– Что позволило вам прийти к такому выводу? – Голос Эйрика сочился сомнением. Я чувствовала себя маленькой девочкой, которой не верят, что в шкафу завелось чудовище.

– Случайность. Вчера вечером ко мне заявилась куртизанка из «Мятной пастилы» и… одним словом, ей просто не повезло. Один из постоянных клиентов – маг – впал при ней в состояние спиритического транса. Это существо выдернуло его из реальности без малейших усилий, как пробку из бутылки. Они говорили о Зирроде. Бабочке удалось разобрать кое-что из их разговора, прежде чем существо заметило ее.

Я слово в слово пересказала Эйрику услышанное от Незабудки, включая фразу на неизвестном языке. Поведала, как отвела куртизанку в гостиницу и пошла в библиотеку, чтобы найти сведения об авторе статьи, как узнала от Финна, что Геррке ушел в Бедахский монастырь.

– Так всех этих девушек убили из-за того, что они могли узнать о Зирроде?

– Вероятнее всего, – мне не хотелось погружаться в объяснения, что подчинение потусторонним силам среди магов считается поводом для изгнания из Ордена. Похоже, в данном конкретном случае это не играло большой роли.

– Но почему куртизанка решила обратиться именно к вам? Она вас знала?

– Фейт.

Одного имени хватило. Я видела, как лицо Эйрика застыло ледяной маской. Наконец он начинал мне верить. Мужчина внимательно посмотрел на меня и задал самый неожиданный вопрос из всех.

– Вы в порядке?

– Что? – тупо переспросила я. Конечно, в порядке. Не меня же нашли в борделе сморщенную, как сушеная слива.

– Я имею в виду… Похоже, Фейт вас преследует. С этим парнем что-то серьезно не так, если он разговаривал о вас со шлюхой.

Первый раз услышала, чтобы Эйрик ругался.

– То есть вас больше волнует тот факт, что он говорил обо мне с куртизанкой, чем его задушевные беседы с создателем мертвых воронок?

– В общем-то, да. Не одному же мне пришло в голову странное совпадение, что вы выгорели именно по пути в Зиррод? Вы тоже наверняка об этом думали. Потому и
Страница 16 из 22

спросил, в порядке ли вы. Так как?

Похоже, он не успокоится, пока не услышит положительный ответ.

– Да, со мной все нормально.

– Хорошо.

Начальник тайной службы встал из-за стола и заходил по комнате. Несколько минут он молча обдумывал услышанное, а я просто слушала звук его неторопливых шагов.

– Хорошо, – снова повторил Эйрик. – Если это и есть крупный заговор, то цели его пока не ясны. Формально Зиррод принадлежит Тхератту. Кроме того, ситуация осложняется тем, что на эту территорию всегда претендовал Альдогар. Так что вряд ли власти соседнего государства обрадуются вмешательству тайной службы, если начинать серьезное расследование. Для начала нужно проверить, насколько верна ваша теория.

– Это легко сделать. Достаточно убедиться, что Геррке мертв.

– Я не пущу вас одну в Бедах, – насупился Эйрик. – Вы сейчас слишком уязвимы. С вами поедет господин Хидд.

– Только не это! – сразу же запротестовала я.

– Я заметил, что между вами кошка пробежала. В чем дело? Морвран работает в тайной службе уже несколько лет и…

– И сколько магических преступлений он раскрыл за это время?

– Немного, – согласился начальник тайной службы. – Но в этом в основном ваша заслуга. Кроме того, раньше он служил в уголовном отделе.

– Это говорит только о том, что я работаю лучше.

– Ах, вот оно что! – Эйрик добродушно рассмеялся. – Обычная неприязнь подчиненного к начальнику. Хотите быть боссом?

На мгновение я растерялась. Конечно, хочу! Но заявить об этом в первый же день работы даже мне показалось излишне наглым.

– Совсем нет. Я просто хочу, чтобы отделом руководил человек, разбирающийся в своем деле. По-моему, это вполне разумно.

– Разумно. Но сразу видно, что вы не работали в команде. Всегда найдется тот, кто разбирается в чем-то лучше. Лидер должен уметь направлять знания своих коллег в нужное русло.

Мне не нравилось то, куда ведет этот разговор. Вот только поучений мне не хватало.

– Вы знали, на что шли, когда нанимали меня. А с Морвраном не пойду, – сказала, как отрезала. Встала с кресла и нарочито медленно потянулась, демонстрируя полное равнодушие к недовольному лицу начальника тайной службы.

– Одну не пущу, – упрямо повторил он и вздохнул. – Рэйвен, ну чего вы от меня хотите? Баот и Бадарн будут заняты опросами до конца недели, у Дуаха дел всегда полно, а от Талейна в схватке толку немного.

– Я в состоянии сама о себе позаботиться. Но раз вы настолько против, можно найти компромисс. Завтра я заберу Джера из тюрьмы, и мы вместе отправимся в Бедах.

– Вот еще! – возмутился Эйрик и как-то странно взглянул на меня. Сердито, хмуро. – Отправитесь неизвестно куда с преступником?

– Так в Бедах же, – напомнила я.

– Да помню, что в Бедах. От города до монастыря еще несколько часов ходу. Ладно. Разберетесь с Призраком – сразу ко мне. Вместе поедем.

На том и порешили.

5 лет назад

Выманить и убить. Кхирийский червь давно обитал в недрах озера на юго-востоке Тхератта, но лишь вчера градоправитель Кхиры отправил запрос в Орден на ликвидацию паразита, еще и доплатил за срочность. Такую спешку можно объяснить только визитом комиссии из Кен-Карры, столицы южного государства. Абархам, конечно, не упустил случая раскрутить заказчика еще на пару сотен ливренов за вредность работы, ссылаясь на то, что чрезвычайно дорожит прекрасной половиной Ордена. Дело в том, что кольчец предпочитал трапезничать именно девами, обделяя вниманием мужское население Кхиры. Такая избирательность наводила на подозрения, что тварь создана магом.

Умертвить червя поручили мне… и Фейтворду. Причем для меня была уготована незавидная роль приманки. За последние пять лет Абархам еще несколько раз предпринимал попытки сделать из нас напарников, уж не знаю, чему он обязан такому упорству. Мы с Фейтом – одни из самых сильных боевых магов в Третьей Башне, только вот гонора в нем на десятерых, а смирения ни на йоту. То ли глава Ордена хотел таким способом укротить норов своего племянника, то ли в очередной раз проявилось изощренное чувство юмора учителя, но главной в паре он назначил меня.

На рассвете по дороге от Кхиры к озеру мы с Фейтом дежурно обменивались любезностями, впрочем, не переступая черту.

– Раздевайся, – властно велел пижон, как только мы подошли к воде. Я была так сосредоточена на придумывании ответной колкости на предыдущую реплику, что растерялась. Фейт усмехнулся: – Прекрасная жертвенная дева, ты же не будешь лезть в воду в одежде?

Под пристальным взглядом пижона я избавилась от блузы и брюк, оставшись в бюстье и коротких штанишках. Наглец осматривал меня оценивающе, как кобылу на торгах.

– Неплохо, – снисходительно прокомментировал он. – Побольше бы кружев.

– Сосредоточься на задании, – зло бросила я, касаясь ступнями прохладной воды.

Фейт фыркнул.

– Это совсем нетрудно.

– И не вздумай убивать тварь раньше времени! Я хочу выяснить, кто создатель.

Погрузившись в воду по плечи, позволила себе расслабиться, совсем ненадолго. Есть в этом некая ирония: каждый день видеть море из окна комнатки в Третьей Башне, но не иметь возможности поплескаться вволю. Лекции, тренировки, практики, самостоятельные занятия, медитации, снова лекции… Я заплыла дальше от берега и с удовольствием начала плескаться, привлекая червя. Следующие полчаса принадлежали исключительно мне. Я ныряла, брызгалась, разгоняла волны, лежала на спине, раскинув руки, подпрыгивала и переворачивалась над водой, как летучая рыба. Тщетно. Тварь все не приходила. Странно, ведь я даже замаскировала свою магию, чтобы червь не учуял подвоха. Фейт только посмеивался над моими попытками.

– Выпарить к чертям это озеро, да и все! – крикнул он мне с берега.

– Нам не заплатят!

Признаться, с каждой минутой купания предложение пижона казалось мне все более заманчивым. Я начала замерзать, один раз ногу свело судорогой. Чтобы немного отдохнуть, но не возвращаться с неудачей к Фейтворду, я выплыла на небольшой островок посреди озерной глади. Заросли аира и стрелолиста покрывали этот холмик почти полностью. Мне удалось пристроиться на самом краю, где начиналась вода и переливались перламутровые створки эйонельских кувшинок. Их толченые лепестки – излюбленное средство альдогарских дам для отбеливания кожи. Мне это было ни к чему: от постоянных недосыпов и так была бледнее моли. Я сорвала один цветок и заправила себе за ухо, задумчиво полядывая в воду на свое отражение.

Ветер подул мне в спину и принес с собой едкий, сладковатый смрад, похожий на запах гниющей плоти. Я даже подскочила от неожиданности. Царапаясь о мелкие камешки и острые листья аира, перебралась на другой конец островка и застыла от омерзения. Там, под путаницей зарослей и водорослей копошились личинки кхирийского червя. Несколько десятков пастозных, одутловатых тел, каждое размером с откормленного кота, они вяло перекатывались и ворочались, словно разбухшие языки утопленников. Меня одолела гадливость. Не думая, что делаю, я вскинула руку в сторону личинок. Массированный поток огня вырвался наружу, сметая все на своем пути, пожирая всю гнусь и принося этому озеру очищение.

– Что там такое?! – донесся до меня далекий окрик Фейта.

– Здесь личи…

Договорить я не успела.
Страница 17 из 22

Гигантский, разъяренный кольчец вынырнул из воды и предстал передо мной во все свои тридцать с лишним футов. Темно-бурое, осклизлое туловище с поперечными сегментами заканчивалось ртом-присоской с тремя рядами наростов, похожих на зубы. В эту минуту мне очень хотелось послать к чертям Абархама с его срочным заданием и позорно дать деру с озера. Червь обвился вокруг островка, лишая меня пространства для маневра. Я успела высоко подпрыгнуть и придать себе ускорения магией, прежде чем кольцо мускулов булькнуло и сомкнулось под моими ногами. Приземлившись на тварь, я поскользнулась на слизи и скатилась вниз, как с детской горки. Надо мной навис открытый зев кхирийского червя. С трудом напомнив себе не убивать кольчеца, я наотмашь метнула ударной волной и отшвырнула его на несколько футов от себя. Бурое тело взвилось в воздухе и, падая, подняло высокие столбы брызг. Хвост упал на землю, где еще бушевало пламя. Ошпарившись, он конвульсивно дернулся, едва не сбив меня с ног.

Похоже, чудовище поняло, что не сможет справиться со мной, как со своими жертвами, и решило отступить. Ну уж нет! Как только червь отполз на безопасное расстояние и собрался погрузиться в воду, я накинула на него магическую сеть, оплетая и стягивая туловище твари. Кольчец, загнанный в ловушку, развернулся и последним мощным рывком устремился на меня. Я успела бы увернуться или выставить силовой щит, но Фейт, как всегда, решил все по-своему. Пижон с берега запустил в червя разрывающее заклинание. В другой ситуации я похвалила бы его точность (с такого расстояния он умудрился попасть в цель и не задеть при этом меня), но сейчас чуть не взвыла от досады. Кхирийский червь лопнул, как перезревший чумной бубон. Темные внутренности брызнули во все стороны и окатили меня зловонным фонтаном. Я стояла спиной к берегу, молча сжимая и разжимая кулаки, опасаясь, что, если повернусь и увижу физиономию Фейта, убью его.

– Жива? – услышала я самодовольный голос.

Это было последней каплей. Готова поспорить, он специально выбрал именно это заклинание! Борясь с подступающей тошнотой, я телепортировалась за спину пижону и прижалась к нему сзади, размазывая требуху червя по рубашке и дорогому жилету.

– Аргх! Пфу! – скривился Фейт, силясь оттолкнуть меня от себя.

– Ну, что же ты? Поцелуй спасенную прекрасную деву! – прошипела я сквозь зубы, проводя грязными руками по шее и лицу пижона.

Он подставил мне подножку, и, сцепившись, мы покатились по земле. Наверное, это было глупое и жалкое зрелище: двое озлобленных, измазанных в ливере магов Ордена, катающиеся по берегу, как дворовые шавки. Однако в тот момент меня охватило какое-то мстительное остервенение. С нашей первой встречи, когда я отделала его в тренировочном зале, Фейтворд всегда пытался вывести меня из себя. И сегодня ему это удалось!

Я вскочила на ноги и, не давая ему опомниться, толкнула неоформленной силой. Пижона вдавило в землю, но он даже не потрудился закрыться щитом, только крякнул от боли и сразу ударил в ответ. Я впечаталась спиной в ближайшее дерево. Фейт перевернулся и поднялся на четвереньки, тяжело глядя на меня исподлобья.

– Я велела не убивать червя, – процедила я, восстанавливая дыхание.

– Прости, что не дал тебе сдохнуть, – не остался в долгу пижон.

– Ты идиот. Я поймала тварь. Все, что требовалось от тебя, – не вмешиваться. Теперь мы не изловим создателя.

– Нам за это не платили. Мы уничтожили червя – и все на этом.

– Ты идиот, – повторила я и подошла к воде, чтобы умыться. – А скажи на милость, что мы предъявим градоправителю Кхиры в доказательство, что червь мертв?

– Думаю, тех ошметков вполне достаточно, – отмахнулся Фейт. – Если он не поверит, я сделаю из них голема и снова запущу в озеро.

Я хмыкнула и отвернулась. Внутренности червя отмылись, но въедливый запах остался. Мне предстояло появление в таком виде в Третьей Башне, долгий банный день и доклад перед Абархамом. Про себя я твердо решила, что больше ни за что не пойду на задание с Фейтвордом.

Глава 4

Отголоски прошлого

Тайная служба

Отдел безопасности Ксиана

ЛИЧНОЕ ДЕЛО № 174

Заключенный: Джерласс Атирне

Прозвище: Призрак

Возраст: 27–29 лет

Внешние данные

Рост: 1,78 м

Телосложение: худощавое

Цвет глаз: голубой

Цвет волос: блондин

Особые приметы: татуировка в виде сюжета из бестиария на левом запястье, родимое пятно под левым ухом

Демографические данные

Место рождения: неизвестно

Место проживания: неизвестно

Местонахождение на момент ареста: Ксиан, Альдогар

Семейное положение: холост

Дети: нет

Служба в армии: нет

Состояние в организациях/сообществах/сектах: неизвестно

Работа до заключения: нет

Личностные характеристики:самоуверенность, демонстративность, непредсказуемость, независимость, осторожность, расчетливость

Самооценка: завышенная

Предрасположенность к деструктивному поведению: высокая

Статус: опасен

Обвиняется:убийство несовершеннолетнего

Сопутствующие преступления:кража драгоценностей из музея Псилера (не доказано), кража фамильной реликвии градоначальника Физы (не доказано), кража артефакта из Третьей Башни Ордена магов Анизара (не доказано), кража личных дел преступников из управления тайной службы (не доказано), ранение трех стражников, оказание сопротивления при задержании сотрудниками тайной службы

Приговор:год заключения в одиночной камере, смертная казнь через гильотинирование

– Так, это в мусор… – сосредоточенно пробубнил себе под нос надсмотрщик, откладывая страницу личного дела. Он занимался сортировкой документов и просматривал характеристику заключенного № 174. Что интересовало его больше всего, так это участие магов в его задержании и вынесении. Сверху даже настояли на том, чтобы Призрака посадили в одиночную камеру и ежедневно окуривали помещение специальными травами, которые каждую неделю поставляли в тюрьму со складов тайной службы. Якобы на всякий случай. Ага, как же. Арни – не дурак, Арни понимает, что такие меры предосторожности применимы лишь к злоумышленникам с магическими способностями. От дыма этих трав надсмотрщика мутило. Заключенного тоже, поэтому приходилось, помимо испражнений, убирать еще и блевотину. Арни с удовольствием бы этого не делал, если бы не чертово предписание каждое утро окуривать камеру. Если не прибраться, войти в маленькое помещение три на три было невозможно.

Узник поначалу храбрился и вообще был остр на язык. Ему даже удавалось насмешить Арни, оттого охранник немного проникся к нему симпатией. Конечно, нельзя сочувствовать детоубийцам, но, когда целыми днями общаешься только с преступниками, сложно оставаться в стороне от всего этого.

В комнату вошел главный тюремщик. Его жену и детей убили, а сам он бывший следователь, поэтому уголовников ненавидел люто. Когда стар стал для охоты на преступников, сам в тюрьму работать напросился. А сейчас так и заскрежетал зубами, едва взглянув на дело на краю стола.

– Везучий, скотина, – процедил тюремщик. – Моя воля, я б его… эх!

Он энергично потряс кулаком.

– А чего с ним случилось-то? Оправдали? – полюбопытствовал надсмотрщик, за что схлопотал злой взгляд начальника.

– Этого-то оправдали? Да он же ребенка убил,
Страница 18 из 22

Арни! Ребенка! А вчера пришел приказ: «Заключенного номер сто семьдесят четыре Джерласса Призрака освободить». И все. Ни строчки больше. Никакого пояснения, дописки. Вот так работаешь, работаешь среди этих… зверей, служишь верно. И даже объяснения в итоге не заслуживаешь. Арни, Арни… Проклятое место. Ты молодой, у тебя еще все впереди. Шел бы ты отсюда… да хоть в городскую стражу. Оклад приличный, и на старости в почете будешь…

А надсмотрщику не хотелось уходить. Нравилось ему здесь, в тюрьме. Все его слушались, старались задобрить. А если кто ретивый артачиться начинал, того можно и палицей стукнуть. Чтобы другим неповадно было. Так что Арни здесь важным человеком себя чувствовал. Зачем уходить-то?

– Там, говорят, какая-то краля за ним придет. За Призраком. Велено выдать без вопросов.

– Краля? Не слышал. А может, кто из Ордена? Какая нормальная баба в тюрьму может так запросто наведываться да еще преступников изымать? Заберут вот этого мокрушника, чтобы по своим маговским законам судить, – с надеждой, почти мечтательно проговорил главный тюремщик.

– Посмотреть бы…

– На кого? На кралю? Или на суд Ордена?

– Да на все. А то одно развлечение – тюремные байки, – Арни как-то взгрустнулось. Все-таки по Призраку он будет скучать.

– Не беда. Будут тебе еще забавы, вот послужишь с мое… – посулил начальник и раздосадованно махнул рукой. – Документ не жги и не выбрасывай. Отдашь той, которая за уголовником придет. Пущай сама решает, что с этим делать. А я больше ничего знать не желаю.

И вышел, громко хлопнув дверью. «М-да, странный денек», – подумал Арни и, весело насвистывая, вернулся к своему неторопливому и кропотливому занятию.

Она зашла где-то между делом № 238 и № 257. Надсмотрщик перепутал стопки с заключенными на пожизненное и приговоренными к смертной казни. Теперь он старательно выискивал, где закралась ошибка, и не сразу обратил внимание на стук в дверь.

– Утро доброе! – сказала барышня и протиснулась мимо Арни, как только тот приоткрыл тяжелую створку. «Вот так клюква!» – подумал надсмотрщик, оглядывая чудную гостью. Не часто встретишь женщину в брюках, разве что в Ордене. У них там, говорят, черт-те что творится: бабы вовсю в штанах вышагивают, а мужики в длиннополые рясы рядятся. Ну куда это годится?

– Доброе. Это вы за сто семьдесят четвертым пожаловали?

– За кем? – переспросила гостья. У нее были глубокие темно-синие глаза, особенно выделяющиеся на лице из-за черной как смоль подводки. Ишь, разукрасилась. Срамота-то какая…

– «Заключенного номер сто семьдесят четыре Джерласса Призрака освободить», – Арни процитировал текст приказа и исподлобья уставился на пришлую. Надсмотрщик обладал крепким телосложением и средним для мужчины ростом, но вынужден был смотреть на гостью снизу вверх. Это ему тоже не понравилось. – Так что, бумага на выдачу есть? Забирать изволите или как?

– Или как, – огрызнулась барышня. – Сами мне его и выведете. А я пока у вас здесь подожду. А то несподручно мне, даме, по кутузкам шастать.

Надсмотрщик аж крякнул от возмущения.

– Не пойдет так. У меня вон стопка важных документов на столе. Не положено.

Гостья улыбнулась и развернула перед его носом распоряжение тайной службы. Арни нахмурился. Выходит, не магесса перед ним вовсе, а новый следователь магического отдела. То-то начальник подивится!

– Ладно, можете подождать. Сейчас я вашего беззаконника выведу.

Надсмотрщик привычно спустился в подвал, где в камерах без окон держат самых опасных преступников. Он следовал этому маршруту каждое утро вот уже в течение трех месяцев. Вход в узилище Призрака был предпоследним в череде одинаковых дверей с зарешеченными окошками. Мужчина в грязной робе сидел в той же позе, что и каждый день: скрещенные ноги, прямая спина, руки покоятся на коленях. Он не обратил внимания на приход Арни. Наверное, ждал, что тот снова станет окуривать камеру травами.

– Подъем. На выход, – коротко бросил надсмотрщик.

– Пора? – Вопрос прозвучал безразлично, будто заключенный слишком давно ждал, чтобы его задать. Его отросшие засаленные волосы сползли с глаз, когда он поднял голову.

– Да, пора. Тебя ждут.

Призрак внезапно откинулся назад и дико захохотал. Арни не любил истерик. Он подошел и несколько раз пнул узника ногой. Обычно это срабатывало.

– Вставай давай, да поживее. На воле посмеешься. А мне еще камеру драить…

– Что? – водянисто-голубые глаза сфокусировались на охраннике. – Как на воле?

– Ждут тебя, говорю же.

Мужчина медленно поднялся на ноги и сделал нерешительный шаг в сторону выхода, будто не веря своему счастью. Его не остановили, и он, шатаясь, побрел по длинному коридору. На лестнице надсмотрщику пришлось поддержать его, чтобы тот не свернул себе шею.

– Получите и распишитесь, – пропыхтел Арни, опуская заключенного на стул.

Призрак отдышался и посмотрел на свою спасительницу. Ничего хорошего этот взгляд не предвещал.

Я сидела на жесткой кушетке и скучала, рассматривая незатейливую обстановку комнаты. Надсмотрщика не было всего несколько минут, но я мужественно удерживала себя от того, чтобы взглянуть на дела арестантов, напоминая, что работаю в тайной службе и могу получить эту информацию в любую минуту. Минут через пятнадцать вернулся надсмотрщик, таща на себе что-то, некогда бывшее Джерлассом Атирне. Он почти бережно опустил на стул свою ношу, в которой едва угадывались черты прежнего Призрака.

– Ты?! – Вскричал Джер, завидев меня. Подскочил (откуда только силы взялись?) и попытался приблизиться, но крепкие руки надсмотрщика удержали его и вернули на место.

– Я. Тоже рада тебя видеть, – изобразила невозмутимость. Перед тем как поставить подпись, сделала вид, что передумала и задумчиво посмотрела на бывшего приятеля. – Будешь плохо себя вести, пойдешь назад в камеру.

Это подействовало. Призрак переменился в лице и замер на стуле. Я – чудовище.

– Понял.

Я выдала ему шерстяной армяк, чтобы он закрыл тюремную робу и не замерз на улице. Следующие несколько минут мужчина смиренно ждал, пока я закончу с бумажной волокитой и поведу его… куда? В Орден? Во время моего выгорания он уже находился под стражей и вряд ли имел возможность следить за новостями.

Когда мы выходили из здания тюрьмы, я искоса наблюдала за Джером. Видела, как он щурился от яркого света и жадно вдыхал городской воздух, полный запахов чада и горящего металла из соседней кузницы. Временами на его лице мелькала улыбка – появлялась и сразу исчезала, как будто ее и не было. Мне оставалось только гадать, что довелось пережить Призраку за время заключения. Сейчас он был похож на зверя – настороженный и сжатый, как пружина. Так вели себя волки, в зимнее время часто забредавшие в город.

Я собиралась отвести его к себе домой, купить продуктов и оставить до вечера. Или до ночи, смотря как быстро мы с Эйриком управимся в Бедахе. Однако Джерласс первым нарушил молчание.

– Зачем? – голос был полон боли. Никогда бы не поверила, что это тот самый Призрак, которого я знала. Что ж, время идет, люди меняются, и никто не выходит из подземелий тюрьмы прежним.

– Что значит зачем? А ты думал, я брошу тебя умирать?

– Разве не это было твоей целью? Или ты хотела проучить меня? Это вполне в твоем
Страница 19 из 22

стиле. Поздравляю, ты получила желаемое, как и всегда.

Он перестал смотреть по сторонам и шел, низко опустив голову, так, что я не могла разглядеть его глаз.

– Знаешь, я не настроена сейчас откровенничать. Но все же, будь добр, поясни, что ты имеешь в виду.

– Хорошо, я буду добр, хотя ты этого и не заслуживаешь. Дрянь. Ты подставила меня! Убила того ребенка и позаботилась, чтобы все доказательства указывали на меня. Должен признать, я восхищен. Ловко все обставила. Ты всегда была хороша в своей работе, но это… это…

Я не выдержала и ударила его по лицу. Голова Джерласса откинулась назад, но он удержал равновесие. На челюсти проступили желваки, Призрак сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели, а на руках проступили жилы. На мгновение мне показалось, что он ударит в ответ. Пусть. Я была не менее зла. Люди вокруг оборачивались и бросали тревожные взгляды. На другом конце улицы замаячила троица стражников.

– Пойдем, – глухо сказала я и взялась за рукав армяка, чтобы увести от посторонних глаз. Когда мы скрылись в одной из узких безлюдных улиц, я заставила его остановиться и развернула к себе. Мне необходимо было видеть его глаза – каким-то чудом они остались прежними на его истощенном лице.

– Я этого не делала. Не подставляла тебя. И ты просто несчастный идиот, если все это время думал обратное.

– Да брось. Ты была зла на меня, и, признаю, у тебя было право сердиться. Но чтобы вот так… Неужели одной ошибки достаточно, чтобы разом перечеркнуть все, что между нами было?

– А что между нами было? Годы дружбы, на которые ты плюнул, когда залез ко мне в постель ради очередного заказа?

– Я извинился.

– Он извинился! – теперь уже я готова была ругать его последними словами.

– Рэйвен, я же объяснял тебе… Это была не кража ради наживы. Я сделал это для будущего Анизара. Мир должен иметь альтернативный путь развития, а не только магический. Разве ты не видишь, что Орден слишком сильно тянет одеяло в свою сторону?

– Теперь вижу. Но тогда ты мог просто сказать мне, что тебе нужно имя изобретателя, а не просматривать исподтишка мои бумаги.

– И ты бы помогла?

– Нет, – честно ответила я. – Но ты бы не сидел три месяца в тюрьме.

– Да, и Орден истребил бы еще одного гениального ученого во имя своего процветания. А ты бы в очередной раз представила это как убийство на почве ревности или еще что-нибудь в этом же духе.

Мы оба знали, что он говорил правду. Именно так бы я и сделала. Сильный пожирает слабого. Магия устраняет науку. Все изобретения, которые Орден считал угрожающими его безопасности и благополучию, быстро устранялись. Тогда это казалось правильным и закономерным. Но что-то изменилось в окружающем мире или во мне самой, и я уже не могла противиться аргументам Джерласса.

– Я не подделывала доказательства против тебя, не убивала того мальчика. Я была лучшим «чистильщиком» Ордена, но далеко не единственным.

– Хочешь сказать, что они послали на это задание не тебя? Постой… Почему была? Тебя повысили до помощника главы?

Он смотрел на меня, требуя ответа. Джер думал, что меня повысили сразу после того, как я своими руками приговорила его к смертной казни. Я опустила голову, ощущая, как в груди все сжимается от осознания, что мне придется сказать все вслух. Вдруг его руки с неожиданной силой сжали мои плечи.

– Что с тобой произошло?! Рэйвен… ты… выгорела? – последнее слово Призрак произнес шепотом, будто оно доставляло ему боль. Выгорание – то, о чем большинство магов говорят с содроганием. Я была благодарна, что мне не пришлось рассказывать об этом самой. Джерласс увидел все вторым зрением.

– Так ты веришь мне?

– Верю. Прости меня. Я настоящий дурак…

– Вот уж точно! – У меня вырвался нервный смешок. – Только не спрашивай, как я себя чувствую.

– Не буду.

Он крепко обнял меня и несколько минут мы просто стояли. Два проигравших полководца на руинах своих крепостей. А потом, как и все проигравшие, стряхнули землю с колен и стали жить дальше.

* * *

Кабинет секретаря департамента внутренних дел Альдогара пребывал в идеальном порядке. На столе не было ничего лишнего, только письменные принадлежности и кусок сургуча. Все документы, печать, а также именной кинжал хранились в правом ящике. Со времен службы в боевом отделе Олан Кайден привык к тому, что все вещи должны лежать на своих местах и никак иначе. Уже пять лет, как он стал министром и не занимался оперативной работой, а старые привычки остались. В открытую оружия он, конечно, не носил, но голенище сапога приятно грела родная бичва. Про взгляд Эйрика Аки этого сказать было нельзя. Серо-зеленые глаза бывшего напарника смотрели на Олана холодно и равнодушно, будто и не было между ними многих лет дружбы. Со времени их ссоры министр принимал Эйрика у себя в кабинете считаные разы, в основном на официальных мероприятиях, когда слушал ежеквартальные отчеты или раздавал награды. На этот раз начальник тайной службы пришел к нему сам. Министр вздохнул и покачал головой.

– Хорошо, Эйрик. Я сделаю это, но только потому, что твои слова не лишены смысла, – нехотя согласился он, теребя серебряную запонку на манжете. – Хотя в целом ты знаешь мое отношение к твоей затее нанять «чистильщика» на должность следователя.

– Бывшего «чистильщика», – поправил начальник тайной службы.

– Да-да, конечно… Я доверяю твоему чутью, и это единственное, что заставило меня согласиться на такую авантюру.

Эйрик промолчал. Не время напоминать, что решение о приеме на работу новых сотрудников принимает только он.

– И раз уж госпожа Мара согласилась на твое предложение, я обеспечу ей должное заступничество. Но исключительно в целях недопущения утечки. – Олан заходил по кабинету, как всегда делал, когда что-то обдумывал. С бывшим напарником он был практически одного роста и лишь немного у?же в плечах, но за последние годы обзавелся ленивым брюшком. На удивление, министра это не портило. – Послезавтра у меня встреча с главой Ордена, я лично поговорю с ним об этом. Ох, как же я не люблю вести беседы с этим софистом…

– Напомни ему, что его бывшая адептка теперь сотрудник тайной службы и любые противозаконные действия в ее сторону будут расценены как намерение нанести вред должностному лицу. Не мне же тебя учить. – Эйрик оперся плечом на шкаф и скрестил руки на груди. Он понимал, что вряд ли глава Ордена оставит мысли прижать Рэйвен, но разговор с министром Кайденом хотя бы заставит его снять слежку. Абархам будет знать, что, если тайная служба обнаружит «хвост» за одним из своих следователей, Орден получит по носу.

Олан присел в свое кресло и взял со стола один из документов.

– Будем считать, что этот вопрос мы закрыли. Тогда объясни мне, зачем нужен запрет на приближение Фейтворда Фаавела к Рэйвен Мара?

– Есть основания полагать, что господин Фаавел хочет нанести ей физический вред.

– Упомянутый тобой господин Фаавел – племянник главы Ордена и с недавнего времени один из его помощников. С какой стати ему причинять ей вред? Я уже согласился поговорить с Абархамом, так зачем еще этот цирк?

– Это моя личная просьба, – стиснув зубы, отозвался Эйрик. Он бросил на Олана хмурый взгляд, словно напоминая, что тот ему должен. Какое-то время начальник тайной службы и
Страница 20 из 22

министр молча смотрели друг на друга. Олан пытался прочесть в глазах бывшего напарника, почему это так важно для него.

– Ну, раз личная… – вздохнул Кайден. – Заявления о наложении запрета от госпожи Мара, я так понимаю, у тебя нет. И ждать решения суда ты тоже не желаешь. Что ж, я подпишу запрет своим именем, но надеюсь, что впредь ты не будешь злоупотреблять такими просьбами.

– Можешь быть спокоен на этот счет, – заверил его Эйрик.

Получив документ с подписью и личной печатью министра Кайдена, начальник тайной службы пожал ему руку и вышел из кабинета.

Глава 5

Бедах. Хребты Эйдирсгул

Бедах. Этот маленький живописный городок уже много веков служит источником вдохновения для писателей и художников. Здесь в водах горного озера Лайлэ отражаются заснеженные вершины хребтов Эйдирсгул и островерхие крыши домиков, которые жмутся друг к другу, словно так им будет теплее. Сюда приезжают за уединением и новыми идеями. Мы с Эйриком собрались посетить Бедах по совершенно другой, более прозаической причине.

Архивариус Финн, после недолгих пререканий (с начальником тайной службы особо не поспоришь), все-таки соизволил подобрать для нас маршрут, каким можно было в кратчайшие сроки добраться от города к монастырю. Так как я была уверена, что Геррке уже мертв, в спешке не было необходимости. И все же меня немного беспокоил тот факт, что вернуться до темноты мы успеваем впритык. Дома ждал бесхозный профессиональный вор, который в отсутствие хозяйки особняка мог найти что-нибудь неожиданное. Например, мою магическую лабораторию, расположившуюся аккурат за стеной гардеробной (как банально). Там не было ничего такого, что необходимо утаить от Джерласса, просто я не люблю, когда копаются в моих вещах. Обнадеживал лишь тот факт, что для того, чтобы проникнуть в помещение, требовалось пройти сквозь стену. Для этого Призрак был еще слишком слаб. Я, как можно догадаться, не обладала такой возможностью вовсе. Поэтому результаты моих экспериментов пылятся в ожидании того момента, когда я найду хороший способ выбить кирпичную стену толщиной в три фута, не обрушив при этом дом.

Городской телепорт находился в специально отведенном здании с величественной архитектурой и залами ожидания для путников. Обстановка внутри отличалась сдержанной роскошью, так что вошедший сразу чувствовал себя причастным к чему-то величественному. Работу порталов требовалось поддерживать круглосуточно, поэтому весь второй этаж занимали покои обслуживающего магического персонала. Запросы адептов-телепортеров были не кислые, поэтому воспользоваться таким способом путешествий могли только очень состоятельные люди. Бедняки вынуждены передвигаться дилижансами или на своих двоих. По трехсторонней договоренности для пребывания в Араксикаре и Тхератте альдогарцам не требовалось получать разрешение. Потому сейчас в зале собралось около сотни толстосумов, которых прельщала возможность мгновенно оказаться на другом конце Анизара. Некоторые из них перемещались впервые. Они нервничали, мяли полы своих дорогих пальто и беспокойно поглядывали на скучающих адептов, чьей единственной задачей было перед каждым «прыжком» менять точку прибытия.

В зале с табличкой «Араксикар» я увидела первое преимущество работы в тайной службе. Мы с Эйриком невозмутимо прошествовали в начало очереди мимо возмущенных денди и их расфуфыренных дам. Ввиду моего нетрадиционного для женщины туалета, гнев пал только на меня. Одни молча сверлили брезгливыми взглядами, другие не стеснялись в выражениях. Даже через теплую бекешу я ощутила руку Эйрика на своей спине. Он показал дежурному магу грамоту тайной службы и шикнул на очередь позади нас. Я не удержалась от прощальной колкости.

– Эх, голытьба! – притворно сочувствующе бросила через плечо, входя в портал. Худшего оскорбления для богачей трудно и представить.

В свое время я много путешествовала по делам Ордена, но в Бедахе еще не бывала. Нас перебросило в небольшой арочный зал со светлыми стенами, вдоль которых стояли скамьи. Людей здесь было на удивление мало. Видимо, в это время года путники старались обходить хребты стороной. Виной такому туристическому спаду – внезапные бури и грозы, господствующие в этой части Араксикара весь осенний период.

Как только мы вышли на улицу, я заметила восхищение Эйрика. Наверное, то же самое отобразилось и на моем лице, потому что мы переглянулись и понимающе заулыбались друг другу. Я почувствовала себя восторженным студиозусом на каникулах. От здания телепорта расходились узкие мощеные улочки, по бокам которых один к одному выстроились многочисленный таверны, лавочки и постоялые дворы. Из их дымоходов сочился дымок, дразнил и обещал усталым путникам кров и еду. Вдалеке над городом возвышались острые пики Эйдирсгула, подернутые белесыми облаками.

Рабочее настроение исчезло, как его и не было. Впервые за последние месяцы мне захотелось просто расслабиться и наслаждаться моментом. Пока я предавалась лени, изучая витрину сувенирной лавки, Эйрик нашел нам пару лошадей. По узкой горной тропе на повозке никак не проедешь, поэтому придется добираться верхом. Не сказать, чтобы я этому известию очень обрадовалась. Нет, конечно, лошадей я любила. А кто не любит? Благородные животные вызывали у меня чувство глубокой симпатии, но лишь до той поры, пока не начинали своевольничать. Наездник из меня был довольно паршивый, о чем я со смущением сообщила своему спутнику.

– Как же вы передвигались? – удивился начальник тайной службы.

– А вот так, – и щелкнула пальцами.

– Вот ничего у вас, у магов, не бывает просто. В седле удержитесь?

– Ну… если не быстро.

– Хорошо. Там, где мы поедем, особо и не разгонишься.

Я вставила правую ногу в стремя, когда руки Эйрика опустились на мою талию. Он поддержал меня и помог забраться в седло. Это было уже второе прикосновение за день. Мне было приятно, но я решила сделать вид, что ничего не заметила. И мы отправились к монастырю.

Покинув пределы городка, мы беспрепятственно миновали широкий луг и ступили на лесную тропинку. Отрезок пути от Бедаха до леса был самым легким. Лошади шли спокойно, не норовили понести, и я стала наслаждаться поездкой верхом. Открывающиеся вокруг монументальные пейзажи этому занятию только способствовали. Эйрик время от времени подсказывал мне основы правильной посадки в седле, и его советы оказались весьма полезными. По крайней мере, спустя час я все еще могла чувствовать мягкое место.

– Вы неплохо справляетесь, – довольно прокомментировал он. – Если взяться за ваше обучение как следует, через пару месяцев можете стать заправским наездником.

– Не думаю, что мне следует этим заниматься.

– Это еще почему?

– Предпочитаю полностью контролировать процесс. Когда что-то зависит не только от меня, я нервничаю.

– Не понял.

– Лошади… Иногда не вы ими управляете, а они вами.

Начальник тайной службы рассмеялся. Я бы обиделась, если бы его смех не был таким заразительным.

– Хотите сказать, что когда-то вас понесла лошадь и теперь вы избегаете ездить верхом?

Я закатила рукав бекеши и продемонстрировала ему небольшой шрам выше запястья.

– О, это страшная рана, – пошутил Эйрик.

– Я лучше
Страница 21 из 22

позволю демону укусить себя, чем еще раз пущу лошадь в галоп.

– Это не обязательно. Мы можем начать постепенно.

– Мы? – Я отвлеклась на него и пропустила ветку. Колючая еловая лапа хлестнула меня по шее.

– Осторожней. Не больно?

Я сердито посмотрела на Эйрика, потирая саднящее место. Мой грозный взгляд мужчина бессовестно проигнорировал.

– Точно! Я все решил. Будем заниматься по два раза в неделю после того, как разберемся с этим делом.

Мне послышалось? В последний раз за меня решали, когда совет Ордена определялся с местом моей практики. Это было много лет назад и давно кануло в Лету.

– Эйрик, мне кажется, это не самая удачная мысль.

– Что именно? Сделать из вас хорошего наездника?

– Нет. Учить. У меня скверный характер.

– А я терпеливый. К тому же раз справился Абархам, справлюсь и я.

Ну что ж, предупрежден – значит, вооружен. Было бы глупо отказываться от новых знаний.

За беседой время пронеслось незаметно. Очень скоро хвойный лес сменился карликовыми деревьями и кустарником. Трава мягким ковром стелилась под копыта лошадей. Время от времени среди зелени мелькали яркие вкрапления незабудочника и ледникового лютика. Мы поднялись выше шести тысяч футов. До монастыря оставалось всего ничего.

Холодало. Я выдохнула пар изо рта и втянула голову в плечи, чтобы ветер не задувал за шиворот. Перчатки с собой взять не догадалась, и казалось, что руки уже намертво примерзли к поводьям. Окончательно задубеть мне мешало усилие, которое я прилагала, чтобы не свалиться с лошади.

Наконец показались очертания монастыря. В отличие от ярких кровель Бедаха, на крышах обители лежала темно-серая невзрачная черепица. Сами верхушки были практически плоские, чтобы не создавать сопротивления сильным ветрам. Деревянные окна оборудованы прочными на вид ставнями, половина из которых плотно закрыта. Незатейливая кладка из грубо обработанного камня по стилю напоминала поселения на севере Альдогара. Всю территорию окружал невысокий забор, за которым мелькали коричневые рясы.

– Доброго вам дня! – я приветливо поздоровалась с одним из монахов и очаровательно улыбнулась ему. Чего не сделаешь ради тепла и крыши над головой. Мои потуги быть вежливой он не оценил, только посмотрел хмуро и пошел звать настоятеля. Через пару минут к воротам подошел другой послушник. Как и все, он был одет в длинную шерстяную рясу, но на груди висел серебряный крест. У других я видела только деревянные. Стало ясно, что это настоятель. На усталом лице проступало множество морщинок, но, несмотря на этот налет старости, его можно было назвать миловидным. Русые волосы с проседью забраны обручем. Он улыбнулся нам мягко и как бы извиняясь.

– Боюсь, сегодня наш монастырь закрыт для посещений. Вы проделали долгий путь, и мы сожалеем, что не сможем принять вас. Я распоряжусь вскипятить чаю. Отогреетесь и еще успеете вернуться в Бедах до темноты. Проходите, пожалуйста.

Ну, мы и прошли. Эйрик привязал лошадей к забору с внутренней стороны двора и достал из седельной сумки провиант, купленный для монастыря. Следом извлек из кармана грамоту тайной службы.

– Так быстро? – Настоятель выглядел удивленным. – Я ведь только сегодня послал весть в город.

– Что у вас произошло? – спросил Эйрик, хотя мы оба знали ответ.

– Скончался один из наших послушников. Пришел к нам совсем недавно, и вот… Нашли его только днем. По утрам он обычно молился, поэтому мы не беспокоили его. Быть может, если бы мы зашли раньше…

– То это бы ничего не изменило, – вздохнула я и достала из саквояжа записную книжку.

– Так вы считаете, что это убийство? Все настолько серьезно? Послушник был жителем Альдогара… Поэтому прислали вашу тайную службу?

Мы с Эйриком во все глаза уставились на настоятеля. Человек вдруг высыхает до самых костей, а он не видит ничего подозрительного? Похоже, жизнь среди душевнобольных не проходит даром.

– Вы собираетесь записывать на улице? Пройдемте в дом, я расскажу все по порядку.

– С момента прибытия в ваш монастырь этого послушника. Как, говорите, его звали?

– Бран.

Я бросила многозначительный взгляд на Эйрика. Настоятель представился Бреттом и провел нас в самую большую постройку, в которой располагалась столовая. На втором этаже разместились покои некоторых послушников, которые не пренебрегали мирской мудростью: подальше от начальства, поближе к кухне. Как объяснил наш провожатый, сюда определялись самые слабые здоровьем люди. Из-за готовки в комнатах было тепло даже в зимние морозы, а из окон открывался прекрасный вид. Бедахский монастырь славился тем, что излечивал больные души, и я подумала, что, очевидно, размещение над столовой – часть терапии.

Мы присели за одним из длинных столов, а настоятель сам поставил воду для чая. В окно я пронаблюдала, как догадливые монахи увели наших лошадей в конюшню. Над Хребтами я заметила темнеющее небо, не предвещавшее нам ничего хорошего.

– Я расскажу вам все, что знаю. Бран пришел к нам около месяца назад. Он был своеобразным человеком, тонко чувствовал мир, но никогда не жаловался. Поначалу я не понимал, что привело его сюда. Он мало рассказывал о себе и иногда кричал во сне. Видимо, что-то в его прошлой жизни не давало ему спокойно спать, но он точно не был болен. У нас есть традиция. Мы собираемся раз в неделю, в выходной день, чтобы обсудить то, что тревожит каждого больше всего. Бран никогда не делился. Вместо этого часто рассказывал какие-то истории походной жизни или описывал приключения выдуманного персонажа. Всем нравилось слушать. Однажды я посоветовал ему написать книгу, – Бретт заулыбался. – Он ко всем относился одинаково хорошо, часто помогал на кухне и с некоторыми… тяжелыми послушниками. Поэтому мне казалось, что однажды все произойдет само собой, он скажет нам, что случилось, и освободится от своей ноши. Но этому так и не суждено было сбыться…

Сведения о внутреннем мире Геррке были увлекательными, но уже не актуальными. Видимо, Эйрик подумал о том же.

– Кто нашел его мертвым? – задавая вопрос, он неотрывно следил за тем, как я записываю слова настоятеля, будто хотел убедиться, что я ничего не пропустила. Это я-то?

– Один из моих помощников, Гверн. Я пошлю за ним.

– У вас есть помощник?

– Разумеется. И не один. Сейчас у нас живет более тридцати скорбных разумом. За ними нужен постоянный присмотр, а самому мне не справиться.

– Мне показалось, у вас здесь довольно спокойно.

– Это верно. Но такое бывает нечасто. После того, что случилось, я отправил всех по комнатам во избежание… инцидентов. Остались только мои помощники. Их можно отличить по коричневым рясам. Больные ходят в серых. Некоторые из них очень привязались к Брану, и я не знаю, как им все объяснить. Скорее всего, скажу, что его забрали родные. У него ведь есть родственники?

– Боюсь, что нет. Труп лучше уничтожить. Ну, или то, что от него осталось.

По правде говоря, я не знала, была ли у Геррке семья. Но если кто-то узнает о том, что живые люди превращаются в мумии, начнется паника.

Эйрик согласно кивнул и продолжил задавать вопросы:

– Что было накануне смерти Брана? Было ли в его поведении что-то странное? Он общался с кем-то?

– Нет, все было как обычно. Вчера целый день занимался хозяйственными делами,
Страница 22 из 22

а после ужина ушел в свою комнату. Он всегда так делал, кроме тех дней, когда мы собирались вместе для разговора.

– У него были друзья среди ваших помощников или больных?

– Говорю же, он общался со всеми понемногу, никого не выделял.

– У вас в монастыре часто бывают посетители?

– Да, мы ведь местная достопримечательность. Люди приходят сюда, чтобы полюбоваться красотой хребтов и получить ответы на свои вопросы. Многие покупают поделки наших послушников на память. Кстати, встречаются очень достойные работы. На эти деньги мы и живем. Ну еще, конечно, чем сами богаты, – Бретт указал в сторону стройных грядок, над которыми корпели монахи, и хлева.

Я по инерции законспектировала наличие огорода и домашнего скота. Вычеркнула. Эйрик шепнул, что пусть остается, мол, лишние сведения всегда лучше, чем их нехватка.

– А вчера кто-нибудь заходил?

– Да. Семейная пара с тремя детьми, но они быстро ушли. Дети испугались немого послушника, когда тот попытался с ними заговорить. Приходил мужчина, местный, из Бедаха. Он заглядывает к нам каждую неделю, чтобы посоветоваться о своем браке. Несколько воинов искали ночлега, но так и не остались, узнав, что до города несколько часов езды. Один гость отужинал с нами. Потом ему стало плохо после посещения галереи, и пришлось постелить ему в одной из комнат.

– Что значит – стало плохо от галереи? – недоумевала я.

– Это выставка работ наших послушников. Восприимчивым людям иногда становится не по себе. Маги называют таких сенсорами. Я же считаю, что это просто излишняя впечатлительность и перепад высот. Здесь, в горах, не все чувствуют себя хорошо в первый же день. Чтобы привыкнуть, некоторым требуется время. Правда, в большинстве случаев это проявляется просто усталостью.

– А что было с этим?

– Его постоянно рвало. Я знаю, о чем вы подумали, но он не мог убить Брана. С ним в комнате все время находился мой помощник, менял тазы и носил воду.

– Где он сейчас?

– Кто? Помощник или наш гость?

– Оба.

– Кун работает на огородах, а пришлый покинул монастырь утром, как только ему полегчало.

В столовой повисло молчание. Я прокручивала в голове теорию, что этим гостем был Фейт. Тошнота и головокружение – признаки магического истощения. Еще бы он не истощился, если накануне существо создало с его помощью мощнейшую воронку для убийства восемнадцати человек. Другое дело – почему он не обессилел сразу, а свалился только через сутки? И вообще, с чего бы ограничился одним Браном, если мог таким же способом порешить весь монастырь? В общем, все это пока притянуто за уши. Вполне вероятно, что этот гость не имеет никакого отношения к убийству. Но Геррке мертв, а значит, Фейт все же приложил здесь лапу.

Эйрик поднялся из-за стола, чем прервал мои размышления.

– Хорошо. Давайте сначала посмотрим на труп, а потом можно пообщаться с вашими помощниками… Гверном и Куном.

Как только мы вошли в комнату усопшего, я засияла, как карбункул на венце Правителя. Тело Геррке лежало на кровати, а от него в разные стороны расползались сгустки энергии. Они излучали яркий насыщенный свет и периодически вспыхивали.

– Идиот! Какой же идиот! – простонала я, не в силах поверить в увиденное. Настоятель посмотрел на меня так, будто я только что съела его собаку.

– Убийца – идиот, – пояснил за меня начальник тайной службы. – Ждите в столовой, а мы пока здесь сами осмотримся.

Когда мы ехали в монастырь, я ожидала увидеть ту же картину, что и в борделе. Но труп выглядел обыкновенно. Мужчина средних лет лежал на спине и выглядел спящим. Смерть наступила во сне и выглядела вполне естественно, если бы не едва заметное потемнение ауры в области сердца. Слепящий свет мешал рассмотреть другие детали, поэтому я перешла на обычное зрение и надела перчатки. Судя по степени окоченения, Геррке умер почти сутки назад. Трупные пятна, бледнеющие при надавливании, говорили о том же. Эйрик подал нож, и я взрезала рубаху. Отток крови от спины и ягодиц свидетельствовал, что мужчину не переворачивали после смерти. Я задумалась.

– Так в чем дело-то? – не выдержал Эйрик.

– Фейт хотел выдать убийство за сердечный приступ. С монахами этот фокус удался, но он оставил следы воздействия на ауре Геррке. Наверное, просто не думал, что кто-то будет расследовать это дело. Или чувствовал себя слишком паршиво, чтобы замести следы.

– Думаете, Фейтворд и был тем тошнотиком, которого ночью откачивал помощник Бретта?

– Ага! – слишком весело отозвалась я. Радовало меня не столько дрянное самочувствие пижона, сколько его феноменальная глупость. – Тут вокруг все сверкает от вспышек энергии! По всей видимости, недоделыш хотел подпитаться от умирающего, как это делало существо.

– И почему вас это так забавляет?

– Подумайте, господин Аки, что будет, если вылить в литровый кувшин ведро воды. Фейт переоценил свои силы и ему, скажем так, поплохело. А непоглощенная энергия вылилась наружу.

– Насколько я знаю, он довольно сильный маг. Почему же тогда он не смог иссушить обычного человека, как это сделало существо?

– Вам следует смириться, что маги не всемогущи, – с усмешкой ответила я. – Это такие же люди, как и все. Большинство животных не едят особей своего вида. Человек не переваривает жизненную энергию другого человека. Это каннибализм, запрещенный природой.

– Но исключения все-таки есть?..

– На это Фейт и понадеялся.

Я быстро записала сведения, полученные в результате осмотра тела. Настало время обследовать помещение. Помимо кровати, из мебели здесь стояли только письменный стол и два стула, один из которых использовался в качестве вешалки. В верхнем ящике Эйрик нашел кое-какие записи, в основном касающиеся времяпрепровождения Геррке в монастыре. Были также зарисовки горных пейзажей, короткие заметки о некоторых послушниках, описание повседневного быта. Ничего такого, что хоть как-то касалось бы Зиррода. Очевидно, он поставил перед собой цель навсегда забыть о проклятом городе.

Заметки мертвого исследователя отправились в мой саквояж. Мы с Эйриком покинули этот корпус и перешли под гостеприимную крышу столовой, где уже вовсю готовился ужин. Я вспомнила, что с утра ничего не ела, и запах простой монашеской пищи пробудил аппетит. Настоятель ждал нас за тем же столом. Рядом с ним сидели двое угрюмых мужчин – Гверн и Кун, как я поняла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=14115992&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Сообщество исследователей и изобретателей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.