Режим чтения
Скачать книгу

Назад в школу! Бесценные уроки великого бизнесмена и инвестора читать онлайн - Уоррен Баффет

Назад в школу! Бесценные уроки великого бизнесмена и инвестора

Уоррен Баффет

В книгу вошли классические лекции гения инвестиций, миллиардера с многолетним стажем – легендарного Уоррена Баффета. Лекции содержат бесценный обучающий материал и отражают наиболее важные экономические, психологические и философские аспекты профессиональной деятельности финансового гуру современности. В лаконичной и легкой для восприятия и усвоения форме раскрываются ключевые темы бизнеса: от профессиональных секретов инвестиционного успеха и принятия единственно правильного решения в ситуации риска и вплоть до секретов жизненного успеха вообще – «Оракул из Омахи» раскрывает все свои карты!

Уоррен Баффет

Назад в школу! Бесценные уроки великого бизнесмена и инвестора

Уоррен Баффет отвечает на вопросы студентов Уортонской школы бизнеса при Пенсильванском университете

(12 ноября 2004 г.)

Вопрос: Можно ли утверждать, что сегодня гораздо труднее, чем в прошлом, отыскать предсказуемый бизнес, так как в большинстве отраслей постоянно происходят перемены? Не в этом ли заключается причина того, что вы пересмотрели стратегию долгосрочного инвестирования «купил и держи»? Ведь многие потребительские марки, например, Coca-Cola или Gillette, более не способны к росту?

Ответ: Известны два основных подхода к переменам. Мы считаем, что перемены отрицательно сказываются на инвестициях. В противном случае, самыми богатыми людьми были бы библиотекари. Некоторые отрасли стремительно изменяются. Мы ищем те, которых не коснулись перемены. Если вы способны предсказывать характер изменений, то станете очень богатым человеком. Но с точки зрения инвесторов в акционерный капитал и чистых инвестиций (например, тех, о которых говорилось в связи с Китти-Хок[1 - Уоррен Баффет считает ошибкой инвестиции в компанию U. S. Air, сделанные в 1989 г., несмотря на то, что в 1998 г. ему удалось с выгодой продать акции. Размышляя о положении дел в отрасли, он писал: «Если бы дальновидный капиталист присутствовал в Китти-Хок, когда Орвилл Райт проводил испытания первого в мире самолета, он оказал бы потомкам огромную услугу, пристрелив изобретателя». – Прим. пер.] – в авиационную отрасль), перемены – это в высшей степени отрицательное явление.

Например, у меня есть список из 2000 компаний, которые некогда производили автомобили. В настоящее время две оставшиеся из них, GM и Ford, испытывают немалые затруднения. Сотни и сотни компаний давно вышли из дела. Большинство из вас и не подозревают, что когда-то производством автомобилей занимались корпорации Maytag и DuPont. Таким образом, чистые инвестиции в эти компании не принесли прибыли.

Мы ищем стабильности. Вы упомянули Gillette. Спустя 100 лет после основания, компании принадлежит 70 % рынка. В ее товарах, дистрибуции и используемом сырье нет ничего загадочного, никаких тайн. Компания выжила в условиях капитализма, и можно не сомневаться, что ее товары будет востребованы и впредь.

На долю компании Coca-Cola приходится 50 % мирового рынка газированных напитков. Это 1,3 млрд бутылок емкостью 240 мл. В этом году она продала больше напитков, чем в прошлом, а в прошлом – больше, чем в позапрошлом году. Гарантирую, что марки «Coca-Cola», «Gillette» и «Wrigley» будут и дальше доминировать. Интернет не влияет на то, какие бренды нравятся людям.

Нам не нужны перемены. Компании Fruit of the Loom и Haynes продают в США 80 % нижнего белья для мальчиков. Полагаю, что белье будут носить и в будущем. Не ищет перемен и Билл Гейтс. Он стремится исключить этот фактор из своего бизнеса. Такое впечатление, что компании Microsoft и eBay защищены от остального рынка глубокими рвами. Здорово, если вы умеете предсказывать перемены, но тогда вы обязаны учитывать риски. Возможно, ваша стратегия не будет работать. Поэтому мы ищем стабильные отрасли и компании.

Мы не хотим терять деньги. Капитализм – жестокая вещь. Мы ищем обычные товары, в которых всегда будут нуждаться люди. Патенты – наихудший способ обеспечения спроса. Есть множество других возможностей определения предсказуемого спроса. Проблема не в недостатке возможностей, а в ценах.

Вопрос: В 1969 г. вы ликвидировали компанию Buffett Partnership, частично из-за виртуального исчезновения инвестиционных возможностей, которые были бы привлекательными с точки зрения количественных факторов. Как вы считаете, современная ситуация больше подходит для инвестирования, чем 1969 г.? Она лучше или хуже?

Ответ: В 1969 г. я столкнулся с немалыми трудностями в работе. Мое состояние выросло со 105 тыс. долл. до 100 млн долл. Я получил множество предложений продать партнерство. Если бы у меня была такая же компания, я закрыл бы ее в 2000 г., на пике интернет-бума.

В марте 2000 г., когда индекс NASDAQ достиг рекордной отметки, все мои средства были вложены в инвестиционные трасты недвижимости (REIT). Если бы у меня была большая компания, я бы свернул деятельность, но мне принадлежала маленькая. В данном случае нужно было учитывать не только мои чувства, но и чувства партнеров. Я терпел убытки и чувствовал себя негодяем, хотя негодяи обычно хорошо зарабатывают. Я не хотел быть слишком настойчивым в своих попытках заработать, потому что плохо понимал, что происходит. Инвестировать и рисковать деньгами других людей куда сложнее, чем своими собственными.

И все же у нас оставались кое-какие возможности: например, в 2002 г. компания вложила 8 млрд долл. в бросовые облигации, а если бы мы располагали временем, то инвестировали бы 22 млрд долл. Мы старались покупать как можно быстрее.

Инвестирование – лучшая игра в мире. Я владел крупными магазинами. В этом бизнесе необходимо не отставать от конкурентов и постоянно обороняться. А мне не хочется этого делать. Инвестирование – тот самый бизнес, где не нужно непрерывно защищаться. Надо лишь следить за пролетающими мячами, а потом сделать ловкий бросок. Надо научиться выжидать время для броска. Проблема в том, что тебе приходится инвестировать на публике. С «трибун» то и дело раздаются крики: «Давай, давай, болван! Чего ты ждешь?!»

Но люди в вашем возрасте могут обойтись и небольшими деньгами, и я знаю, как это сделать.

Вопрос: В интервью журналу «Fortune» вы заявили, что в следующем десятилетии получите 7 % прибыли.

Учитывая, что, во-первых, маржа вашей прибыли должна быть по крайней мере на 30 % выше среднестатистической, во-вторых, соотношение цены/ВВП должно быть на 25 % выше среднестатистических значений и, в-третьих, процентная ставка должны быть на 25 % ниже среднестатистического показателя, и предполагая возврат к среднему значению, можно ли утверждать, что если рост экономических доходов и дивидендов составит 7 %, то мы находимся на неустойчивом стоимостном плато?

Ответ: Мы приближаемся к верхней границе стоимостного диапазона, но пока не достигли ее. Я уже четыре или пять раз давал свои оценки положения на рынке в интервью журналу «Forbes» (в 1969, 1974 и 1981 гг., а в 1977 г. – журналу «Fortune»). В большинстве случаев мы можем лишь сказать, переоцениваются ли некие ценные бумаги или они недооцениваются, то есть выделить крайние значения.

Оценки обычно варьируются в широком диапазоне. Главное – определить крайние точки. Когда я «высматриваю» привлекательный бизнес, то ищу энергичных людей. Гораздо проще заметить то,
Страница 2 из 10

что оценивается в 98 или 6 баллов, а не в 63 балла. Это правило действует и в жизни, и в бизнесе. Вы упомянули мою статью, опубликованную в 2001 г. Но прибыль не превысила 7 %, так что, полагаю, оценка стоимостного диапазона была не совсем точной.

Я думаю, что сейчас ценные бумаги переоценены. Все так дорого, что я не вижу особо выгодных предложений. Но, думаю, когда-нибудь вам удастся «попасть в плавающую в бочке рыбину». Вы должны быть готовы сыграть по-настоящему, когда наступит подходящий момент. Это значит, что вы не имеете права «заигрывать» со всеми и каждым.

Вопрос: Однажды вы сказали, что лучше приобрести отличный бизнес по честной цене, чем честный бизнес по отличной цене. Но если цена устраивает и продавца, и покупателя, и второй не сумел существенно улучшить бизнес, то я не понимаю, как он может получать сверхприбыли? Ведь уплаченная за компанию цена привела к снижению стоимости бизнеса.

Очевидно, что вы рассчитываете на крупную прибыль. Не могли бы вы объяснить, каким образом вам удается покупать компании по справедливой цене, которая, тем не менее, делает возможными сверхприбыли?

Ответ: Иногда цены на рынке ценных бумаг устанавливаются иррационально. В прошлом великие компании не раз продавались по ценам, которые были до смешного низкими. В отличие от переговоров о продаже той или иной компании, рынок – это, скорее, аукцион. Торгуемые ценные бумаги, как правило, не воспринимаются как доля в собственности на бизнес. Например, цены на фермерские земли или квартиры в Небраске мало отличаются от среднестатистических, и мы не можем рассчитывать на значительные отклонения. С другой стороны, стоимость ценных бумаг в некоторых случаях может различаться на 50 % и даже 100 %. Таким образом, у нас появляются возможности приобрести акции компаний по низким ценам.

Поэтому мы действительно стремимся покупать великие компании по смешным ценам. Например, в 1973 г. компания The Washington Post была выставлена на продажу всего за 80 млн долл. (5 млн акций по 16 долл.).

В то время этой корпорации принадлежали несколько газет (в том числе «The Washington Post»), четыре телеканала и ряд журналов (в том числе «Newsweek»). Большинство аналитиков считают, что действительная цена этих активов составляла 400–500 млн долл. Но у вас есть возможность приобрести небольшие «кусочки» компании по значительно более низкой цене. Воспользовавшись ею, мистер Баффет за 20–30 сделок купил у институциональных инвесторов, которые хотели побыстрее избавиться от ценных бумаг, 9 % акций компании за 10 млн долл. Он покупал, а владельцы акций были уверены, что их цена будет снижаться.

Никто не спорил, что компания стоила по меньшей мере 400 млн долл. Однако цены на ее акции падали. Постепенно мистер Баффет увеличил долю Berkshire Hathaway до 22 %. Сегодня бизнес The Washington Post стоит около 10 млрд долл.

Покупки на договорных рынках, цель которых приобретение компании в целом, – специфическое занятие. Вы можете добиться отличного результата. Такого рода сделки почти не подвержены влиянию аукционного рынка. Питер Линч часто повторяет, что компании будут вырывать цветы и поливать сорняки. Попав в сложное положение, они очень часто выставляют на продажу «коронные драгоценности», свои наиболее ценные и выгодные активы.

Вопрос: Как вы считаете, какой ценностью будет обладать через год 1 доллар, который вложите в дело вы лично?

Ответ: Все зависит от его покупательной способности в течение года. Используя ставку дисконтирования (например, взяв за образец казначейские ценные бумаги с тем же самым сроком платежа), вы должны будете определить текущую стоимость 1 долл. Процедура анализа во многом сходна с оценкой денежных потоков компании. На какой объем денежных потоков в долгосрочном периоде вы рассчитываете при той или иной ставке дисконтирования? И конечно, вам необходимо будет оценить изменение процентных ставок в средне– и долгосрочном периодах.

Ваше ожидание «нормальной» процентной ставки определяет норму дисконтирования, которую вы, например, используете для оценки денежных потоков японской компании в середине 1990-х гг. Если вы думаете, что процентная ставка значительно изменится, и вы не хотите покупать долгосрочные облигации, вам следует поразмыслить о том, следует ли вам сделать ставку на прибыль, которую вам принесут доходы компании в длительной перспективе. Если же вас устраивает доход от долгосрочных облигаций, инвестируйте в стрипы (ценные бумаги, образуемые при разбиении купонной облигации на несколько ценных бумаг, обращающихся независимо друг от друга).

Вопрос: На этой неделе Эрик Розенфельд рассказывал о последних днях фонда LTCM и вашем участии в выходе из кризиса. Он считает, что если бы им, во время пребывания на Аляске, удалось дозвониться вам, компания была бы спасена: «Я и сейчас уверен, что у нас все получилось бы, если бы мистер Баффет был на месте… А так, без консультаций с ним, никто не желал взять на себя ответственность за инвестиции в размере 4 млрд долл.». Не могли бы вы рассказать, что вы думаете об этой истории?

Ответ: Эрик позвонил мне в воскресенье, во время игры в бридж. По его голосу я сразу понял, что происходит что-то серьезное. В понедельник вместе с Биллом Гейтсом они были на Аляске. Он разговаривал по спутниковой связи, а Билл любовался живописными видами. Капитан судна приблизился к берегу, чтобы они посмотрели на медведей или еще кого-то. Гейтс пребывал в прекрасном расположении духа.

Во вторник Эрик приехал в Йеллоустон и вел переговоры при посредничестве банка Goldman Sachs. В среду утром он сообщил посреднику свои условия. Эрик попросил Питера (банкира GS) сделать предложение о покупке: 3 млрд долл. от У. Баффета, 750 млн долл. от AIG и 250 млн долл. от GS. Подпись на пресловутом документе поставил от его имени Питер. Сначала банкир бурно протестовал, но мистер Баффет велел выполнять указание. Так что Питер подписался за меня, а также за Джона Корзина и Хэнка Гринберга. Он решил, что раз уж все равно «попал на крючок», то может подписаться за всех. Не думаю, что кто-либо позволял себе такое ранее. После этого я сел на автобус до Йеллоустоуна, где спутниковая связь не работала.

Джон (Мерриуэзер) получил 150 (или 250?) миллионов долларов. Однако со среды до понедельника предстояло здорово поработать. «Если бы я был в Нью-Йорке, мы бы заключили сделку (по словам Эрика Розенфельда)… Это очень точное описание произошедших событий».

LTCM и глава Федерального резервного банка Нью-Йорка Макдонноу сделали все так, как им было выгодно… А я хотел увидеть гейзер «Старый служака»… Впоследствии я не раз говорил Биллу Гейтсу, что эта экскурсия обошлась нам слишком дорого.

Я понимал, что они задумали. Я выполнил бы свои обязательства, и мы получили бы несколько миллиардов долларов. Я не раз зарабатывал как раз на выходных.

Я не виню Мерриуэзера. Он получил всего лишь 150 миллионов долларов.

Вопрос: Вы с Чарли Мангером считаете, что легче всего обмануть самих себя. Скажите, а вы не обманываете себя, следуя доктрине «купил и держи»? Наверное, это очень соблазнительно? Ведь работаете не вы, а правильные инвестиции?

Ответ: Люди верят в то, во что им хочется верить. Объяснить, оправдать свои действия задним числом, может каждый. Хорошо, что у меня есть такой партнер,
Страница 3 из 10

как Чарли Мангер. Он всегда укажет на ошибку. Наша сила в том, что мы обдумываем свои действия и помогаем друг другу. Мы не подвержены влияниям со стороны. Чарли считает, что мы добились успеха, потому что благоразумны и много работаем.

Перефразируя высказывание Дж. М. Кейнса («Проблема не в том, чтобы придумать новые идеи, а в том, чтобы избавиться от старых»), У. Баффет заметил:

Проблема не в том, чтобы ухватиться за новые идеи. Проблема в том, как избавиться от старых. Ч. Дарвин вспоминал, что постоянно записывал новые мысли. У него было множество идей. Однако если он не записывал свои озарения, то через полчаса подсознание «стирало» их и возвращалось к старым верованиям.

Вопрос: Как вы думаете, от чего зависит конкурентоспособность США в будущем, и какие меры вы предприняли бы в связи с этим? Например, как быть с системой здравоохранения и разрывами в распределении социальных благ и пенсионных пособий?

Ответ: Одна из главных проблем, стоящих перед США, – оружие массового поражения. Но с этим ничего не поделаешь (террористы были, есть и будут).

Важнейшая экономическая проблема США – дефицит торгового баланса (на 90 % он обусловлен дефицитом счета текущих операций). Это очень сложная проблема, но о ней почти не упоминается в дебатах. Трудности в системе здравоохранения и социального обеспечения – одно из следствий внешнеторгового дефицита.

Отсутствие внешнеторгового дефицита означает отсутствие чистой прибыли, которую получали бы иностранцы. В настоящее время правительство направляет на социальное обеспечение и здравоохранение 22 % валового продукта США. Эти вопросы, то есть перераспределение доходов между теми, кто производит продукт, и теми, кто ничего не производит – предмет постоянных «внутрисемейных» политических перепалок. Внешнеторговый дефицит – это передача прав собственности или «долговых расписок» относительно ее передачи новым владельцам. Таким образом за границу «утекает» около 1,8 млрд долл. Решить эту проблему не так-то просто. Если торговый дефицит в том же объеме сохранится в течение ближайших 6–10 лет, иностранцам будет принадлежать 3 % выпущенной в США продукции.

Можем ли мы это допустить? В принципе, да. Помощь иностранным государствам, которая была оказана им в соответствии с планом Маршалла после Второй мировой войны, была закономерной. Однако расплачиваться по накопленным долгам придется будущим поколениям, потому что отцы не захотели их возвращать. Этот фактор может сыграть важную роль в дестабилизации финансового рынка в будущем. «Если на театральной сцене начнется пожар», а значительная часть активов будет принадлежать иностранцам, то это, вкупе с другими обстоятельствами, может привести к тому, что торговый дефицит станет важнейшей финансовой проблемой.

Что касается здравоохранения, то нам следует переосмыслить спрос на медицинские услуги, поскольку их стоимость постоянно возрастает. В сложившейся ситуации структура спроса неустойчива. Нам необходимо добиться изменения ожиданий людей, изменения понимания того, что является приемлемым уровнем предоставления медицинских услуг.

Например, должны ли мы поддерживать жизнь человека в течение его последних 3–6 месяцев? Является ли получение максимума медицинских услуг условием здоровья людей? Правительству необходимо правильно распределять эти блага, учитывая степень готовности людей подождать.

Вопрос: Можно ли сказать, что значительную часть дохода вам приносят активные инвестиции (то есть влияние на управленческие решения в компаниях и т. п.)? Если так, то что вы думаете о роли и долгосрочном успехе пассивного инвестора, не влияющего на решения менеджмента компании? Правда ли, что вы стали меньше интересоваться пассивными инвестициями, потому что разочарованы тем, как ведутся дела в большинстве американских корпораций? В таком случае, какое значение это имеет для США?

Ответ: Если вкратце, то мы с Чарли не имеем и не должны иметь особого влияния на действия руководства в большинстве наших компаний. Вы бы очень удивились, если бы узнали, сколь незначительно наше влияние на менеджмент. У исполнительных директоров свой стиль работы. Они сами знают, что им подходит. Если провести аналогию со спортом, они умеют забивать голы, даже если делают это не так, как другие. Бессмысленно давать указания, если у них и так все прекрасно получается. Мы нанимаем хороших игроков.

Если говорить о нашем влиянии на руководителей публичных холдингов (открытых акционерных обществ), то здесь мы просто «беззубые тигры». Мы не контролируем эти компании и никогда не угрожали продать их акции, если к нашим советам не прислушиваются. Да, мы очень похожи на беззубых тигров.

Мы делаем долгосрочные вложения, а значит, не получаем прибыли от краткосрочного роста цен на акции компании. Более того, нам выгодно, чтобы цены на некоторое время падали, потому что в таком случае мы можем купить больше акций и увеличить нашу долю в собственности компании. Однако правила в отношении гласности финансовой отчетности делают это затруднительным. Например, мы редко делаем инвестиции в Великобритании, поскольку там существует «правило 3 %» и мы не можем сформировать крупный пакет акций, прежде чем компания станет публичной. Поэтому мы показывали лучшие результаты в тех случаях, когда правила публикации финансовой отчетности были не слишком строгими. Однако эти правила постоянно ужесточаются.

Пример того, что соблюдение подобных правил может обойтись в сотни миллионов долларов – наши инвестиции в компанию PetroChina. Мы были вынуждены заявить о том, что приобрели долю в ней после покупки всего 1 % акций. После этого цены резко взлетели.

Акционеры должны думать и действовать, подобно настоящим владельцам компании. Если вам принадлежат акции публичной компании, вам следует задать себе три вопроса. Довольны ли вы работой ее исполнительного директора? Правильно ли он себя ведет? Не слишком ли он увлекся поглощениями и строительством империи, забыв о прибыли, которую получают акционеры? Институциональные собственники должны сосредоточиться на этих трех аспектах деятельности руководства компании.

Мы с Чарли считаем, что заработали бы больше денег, если бы могли действовать инкогнито. Вы не представляете, как ничтожно наше влияние на менеджмент. Руководство компаний – разные люди, с собственными характерами, состояниями, возможностями. Мы не указываем, во что они должны инвестировать, да это и не важно. Ведь мы не покупаем и не продаем. Если цена на акции компании поднимется, мы ничего не выиграем. Если мы будем таскать менеджеров на закорках, ничего хорошего из этого не выйдет.

Но нам приходится очень трудно на публичной арене, там где люди не желают этого понимать. Да, я на 99 % владею компанией Berkshire Hathaway. Но, если существует такая возможность, то я предпочитаю анонимные покупки.

Бывало, что мы просили соблюдать конфиденциальность, но Комиссия по ценным бумагам и биржам США не всегда прислушивается к нашим просьбам.

Роль пассивного инвестора: крупные институциональные инвесторы должны действовать и вести себя, как собственники. Важнейший момент – хороший ли руководитель стоит во главе компании? Не слишком ли велика
Страница 4 из 10

предоставленная ему свобода, даже если это опытный менеджер? Исполнительного директора могут остановить лишь другие руководители компании или собственники… а совет директоров сделает это лишь в том случае, если собственники укажут ему на ошибки. Иногда руководители компаний совершают невыгодные в экономическом смысле действия, повинуясь примитивным импульсам. Я считаю, что институциональные собственники ведут себя лучше, чем 10 лет назад.

Вопрос: Я тоже из Омахи. Когда я рассказываю знакомым о вашей скромности, они изумляются. Скажите, что вы думаете о богатстве? Как вы считаете, как ваше отношение повлияло на успех компании Berkshire Hathaway?

Ответ: У. Баффет счастлив, что родился в США (выиграл в родильной лотерее, так сказать). По его мнению, у него есть все качества, которые помогают добиться успеха в капиталистическом обществе. И главное из них – врожденное умение обращаться с деньгами. Общество позволяет ему зарабатывать, и он считает, что в конце концов деньги должны вернуться обратно обществу. Он считает справедливым прогрессивный подоходный налог. Общество помогло ему разбогатеть, а значит, должно извлечь из этого пользу.

У. Баффет рассуждал о влиянии, которое богатство оказывает на людей и на него самого в частности. Деньги означают свободу. У него есть свобода выбора. Он не хочет быть землевладельцем. Ведь для того чтобы организовать обработку даже 10 гектаров земли и поддержание определенного порядка, требуется значительное время. У него нет и желания потратить 4 года на строительство дома. Мистер Баффет вполне счастлив в доме, в котором он живет с 1958–1959 гг. Яхты его также не привлекают – это слишком хлопотно. Деньги нужны ему для того, чтобы заниматься любимым делом с теми людьми, которые ему нравятся.

Он доволен своей жизнью. Он тепло относится к сотрудникам, и за 15 лет из Berkshire Hathaway не уволился ни один человек. У. Баффет не покупает компании, которыми владеют люди, к которым он испытывает антипатию.

Если спросить Чарли, почему они добились успеха, он ответит, что это произошло благодаря «разумному процессу принятия решений» и тому, что они никогда не зависели и не оглядывались на мнение других людей. Кроме того, У. Баффет подчеркнул, что счастлив тем, что родился в США. По его словам, это все равно что выиграть в лотерею – 1 шанс из 50. У него есть подходящие способности для того, чтобы стать успешным в крупной капиталистической державе, где востребовано умение правильно использовать капитал.

У. Баффет проиллюстрировал свое утверждение, процитировав Билла Гейтса, который однажды заявил, что «если бы он родился несколько тысяч лет назад, то непременно стал бы добычей какого-нибудь хищника».

Что касается блеска роскоши, то он и так вполне доволен своей жизнью. Мистер Баффет предостерег студентов от подражания богатым людям. Не стоит делать что-то лишь потому, что все так делают. Например, ему не нужна большая яхта, потому что приносимые ею удовольствие и польза не оправдывают хлопоты и затраты, с которыми связано владение и ремонт. Однако богатство дарит ему «главную роскошь»: У. Баффет каждый день занимается тем, что ему нравится, и чувствует себя намного счастливее, чем большинство 74-летних людей. Огромный особняк ему также ни к чему. Он предпочитает работать с приятными людьми.

Похоже, эта симпатия взаимна, поскольку за 15 лет из штаб-квартиры Berkshire Hathaway не уволился ни один из 18 сотрудников компании. Кроме того, У. Баффет никогда не заключает сделок только ради денег. Это так же нелепо, как жениться по расчету, если у тебя огромное состояние. Деньги подарили ему роскошь выбора. Богатство и заключается как раз в богатстве выбора.

У. Баффет вспомнил о том, как смотрел бой боксеров-средневесов по платному телеканалу. Просмотр обошелся ему в 54,95 долл. Но разве это цена? В недавнем прошлом такой боксерский поединок могла посмотреть лишь собравшаяся в Мэдисон-сквер-гардене относительно небольшая аудитория. Боксеры оказались в выигрыше, потому что благодаря техническому прогрессу за их выступлениями могут следить миллионы людей.

Поэтому У. Баффет положительно относится к прогрессивному подоходному налогу. Аналогичные чувства, по его мнению, должны испытывать и спортсмены: благодаря обществу они получают огромные гонорары, и для того, чтобы такое положение сохранялось, они должны делиться своими заработками с другими людьми.

Вопрос: Очевидно, что вы никогда не прибегнете к выравниванию доходов в Berkshire Hathaway. Однако вы продаете страховые продукты, которые помогают другим компания выравнивать доходы или, во всяком случае, добиться того, чтобы их положение не выглядело плачевным. Нет ли здесь противоречия?

Ответ: Идея страховки состоит в том, чтобы откладывать некую сумму каждый год для того, чтобы защитить себя от кризиса, который случается раз в 20 лет. Сама природа страхового продукта состоит в выравнивании доходов. Возьмем для примера автострахование. Вы платите 400 долл. (или 350 долл., если позвоните в Geico), чтобы обезопасить себя от потенциальных угроз. Иногда компании неправильно применяют страхование, но сама услуга здесь ни при чем. Если вы заключили сделку на «трансфер без риска» со страховой компанией, в случае необходимости, вы получаете возможность воспользоваться ее услугами. Berkshire заключила две крупнейшие страховые сделки, имеющие обратную силу.

Первая из них имела место, когда White Mountain купила One Beacon, а вторая – когда ACE приобрела Cigna. Каждый из покупателей заплатил по 1,5 млрд долл., чтобы сократить платежи, связанные с неприятными происшествиями в прошлом. У Berkshire было больше возможностей противостоять рискам, чем у White Mountain и ACE (обе компании с трудом оплатили свои сделки). Но и наши силы не безграничны.

В США было несколько случаев трансферов с нулевым риском. Но в последние пять лет они осуществляются очень редко, потому что адекватность рисков трансфера должны подтвердить аудиторы. Это нужно не только для бухгалтерии. В общем, первичный страховщик и перестраховщик должны понимать друг друга и тесно сотрудничать. Если перестраховщика убили, то первичный страховщик не может просто передать дело кому-то еще. Он должен будет учесть полученный опыт в квоте следующего года. Сегодня эта практика встречается довольно редко, потому что из-за появления брокеров страховщики ориентированы не столько на клиентов, сколько на количество транзакций. Развитие отношений с клиентами никого не волнует. Главное – более низкая цена.

Вопрос: Несколько недель назад на конференции по инвестициям с участием директоров по инвестициям компаний Barclays Global Investors, State Street и Vanguard, мы обсуждали использование деривативов (производных ценных бумаг) в управлении портфелями ценных бумаг. Всем известно, что в прошлом, приобретая те или иные компании, вы не раз шли на риск. Было бы интересно узнать, считаете ли вы, что в современных условиях некоторые институты способны контролировать риск и имеют возможность использовать деривативы, чтобы его снизить.

Ответ: Berkshire использует деривативы. В принципе, в них самих нет ничего плохого. Без деривативов было бы труднее контролировать риски. Но все оговорки в контрактах делаются в пользу трейдеров, а не в нашу пользу. В настоящее время простых ценных
Страница 5 из 10

бумаг не осталось. Они приносили весьма небольшую прибыль, и потому люди придумывают очень сложные деривативы.

Berkshire продолжает развертывать позиции. Три года назад перестраховочная корпорация General Re имела 23 тыс. контрактов, а сего дня – лишь 3 тысячи. Производными ценными бумагами очень сложно управлять. После 11 сентября 2001 г. огромные убытки понесли все – и владельцы крупных акционерных капиталов, и собственники крупных портфелей деривативов (особенно тех, за которыми неизвестно что скрывается). Потери компании неизбежно отражаются на марже ее прибыли и т. д.

Еще одна проблема производных ценных бумаг состоит в том, что движущие мотивы выписывающих их людей не всегда совпадают с интересами компаний. Например, один из самых высокооплачиваемых сотрудников General Re подписывал чрезвычайно запутанные договоры, которые далеко не всегда шли на пользу компании.

И наконец, крупные портфели деривативов обычно напрямую отражаются в структуре акционерного капитала. Это означает, что миллиарды долларов в вашем балансовом отчете в значительной степени зависят не только от результатов деятельности вашей компании, но и от результатов других (других собственников акционерных капиталов).

«Деривативы чем-то напоминают СПИД – важно не то, с кем вы спите, а то, с кем ваш партнер спал до вас».

Вопрос: Вы часто подчеркиваете, как важно инвестировать в людей, которые вам нравятся, которым вы доверяете и восхищаетесь. Однако вы покупали компании и спустя всего несколько дней после того, как узнали об их существовании. Принимая решение об инвестициях, как вы оцениваете деловые способности менеджеров и владельцев компании?

Ответ: У. Баффет подтвердил, что не раз покупал компании после короткого телефонного разговора, но признал, что «и на старуху бывает проруха». Однако «шансы выиграть в инвестиционной сделке все-таки выше, чем когда ты женишься». Кроме того, он сказал, что «со временем лучше узнаешь людей». Сейчас ему не требуется долгих раздумий для того, чтобы найти нужного человека.

Прежде чем принять решение, У. Баффет должен понять, в чем более заинтересован менеджмент потенциального объекта поглощения – в бизнесе или в деньгах? Он опасается предлагать деньги в том случае, если чувствует, что владелец/менеджер не настолько предан своему делу, чтобы продолжать усердно трудиться и после продажи компании Berkshire. Мистер Баффет пояснил, что ищет тех людей, которые «явно увлечены делом», и ему «отлично удается их распознавать».

Для таких владельцев собственный бизнес – главный интерес всей их жизни. У. Баффет сравнивает их с художниками: «Вы отдали жизнь для того, чтобы нарисовать великую картину. Теперь вы можете ее продать, и она будет висеть на почетном месте в музее. В то же время, вы можете передоверить ее перекупщику, а потом увидите свое произведение в секс-шопе».

«Однажды я купил по телефону ювелирную фирму. Я сразу понял, что мы сработаемся с ее владельцем. Компанию основал его прадедушка. Было ясно, что этот человек действительно любит свое дело».

Вопрос: Прибыль финансовых компаний в совокупной прибыли корпораций США небывало высока (40 %). Вы считаете, что это результат удачных спекуляций, которым рано или поздно придет конец, использования фиктивных деривативов. Или здесь имеются более глубокие причины?

Ответ: Я не считаю, что стоимость доллара завышена, если исходить из паритета его покупательной способности. Макроэкономика – это не самая простая игра. Однако если те или иные экономические факторы бросаются в глаза, мы стараемся их использовать. Мы не занимаемся мусорными облигациями, но если вы посмотрите по сторонам, то всегда найдете возможности для прибыльных сделок. Я не готов рисковать деньгами других людей. Мы работаем лишь с восемью крупнейшими валютами.

Я не знаю, курс какой из них повысится по отношению к доллару. Полагаю, что ослабление доллара продолжится. Государства стремятся к укреплению своих валют. Впрочем, Япония сдерживала рост курса йены, и доллар стоил достаточно дорого. Возможно, Китай и Гонконг откажутся от «привязки» курсов своих валют к американской валюте. Я получаю доходы в разных валютах, потому что их можно прибыльно конвертировать в доллары. В то же время, большую часть наших денежных средств мы держим в американской валюте.

Вопрос: О вероятностном мышлении. Нам всем это нравится. Но не могли бы вы сказать, как отделить субъективное вероятностное мышление от продиктованных предвзятостью догадок?

Ответ: Конечно, мы стараемся принимать решения, основываясь на вероятности, а не на догадках. Я разделяю воззрения Роберта Рубина, которые он изложил в книге «В мире неопределенности» (In An Uncertain World). Все есть вероятности. Мы с Чарли испытываем трудности только в том случае, когда нам приходится кого-то увольнять.

Неудивительно, что У. Баффету нравится страховой и инвестиционный бизнесы, в которых необходимо тщательно продумывать все принимаемые решения. Но некоторые из них – простые вероятности. Тем не менее, добавил мистер Баффет, ему не чуждо ничто человеческое, и вероятностное мышление не всегда возможно. По его словам, когда речь заходит о других людях, например, о том, что кого-то нужно уволить, он иногда забывает о вероятностном мышлении. Например, он на протяжении года не желал признавать, что один из руководителей его компаний страдал болезнью Альцгеймера, хотя окружающим это было совершенно ясно. У. Баффету было трудно принять решение об увольнении менеджера, не способного исполнять свои обязанности, потому что он тепло относился к этому человеку. Поэтому он постоянно откладывал решение. Более того, он искал опровержения, поскольку терпеть не может увольнять симпатичных ему людей. Мистер Баффет утверждает, что старается не ограничивать своих помощников. Он пошутил, заявив, что отныне покупает только те компании, которыми могут управлять люди с болезнью Альцгеймера.

В заключение он подчеркнул, что бизнес действительно подразумевает вероятностное мышление. Однако вряд ли следует просчитывать все и вся (например, свои отношения с близкими и человеческие отношения в целом).

Вопрос: Год или два назад вы сказали, что доля прибыли корпораций в валовом внутреннем продукте (ВВП) США слишком высока (она составляла 6 %), и вскоре должна снизиться. Однако с тех пор эта доля увеличилась до 8 %. Как вы считаете, почему это произошло? Изменилась ситуация? Или вы по-прежнему уверены в том, что доля прибыли в ВВП скоро упадет?

Ответ: У. Баффету не верится, что эта доля (8 %) сохранится. Он считает, что 6 % – более приемлемое значение. Тем не менее, он не до конца понимает, каким образом высокая прибыль корпораций (даже если она составляет 6 %) соответствует федеральным налогам, которые платят корпорации (в настоящее время они также находятся на очень высоком уровне и составляют целых 1,5 % ВВП).

Вкратце высказавшись о доле прибыли и налогах на корпорации в ВВП, мистер Баффет выразил интересную точку зрения о федеральных налогах. Можно сказать, что в каждой корпорации правительству принадлежит определенный класс ее ценных бумаг (условно говоря, класс АА[2 - Ценные бумаги, которые отличаются высокой способностью своевременно и полностью выполнять свои долго
Страница 6 из 10

вые обязательства. – Прим. пер.]). Например, в прошлом году Berkshire заплатила государству налоги на сумму 3,4 млрд долл. (все равно что дивиденды акционеру). Чем больше средств компания вкладывает в бизнес, тем выше в следующем году прибыли и налоги (то есть тем выше дивиденды и стоимость ценных бумаг класса АА). Более того, правительство в любой момент может изменить долю направляемых ему доходов (то есть налоговую ставку). Если правительство когда-нибудь захочет создать открытое акционерное общество с ценными бумагами, обеспеченными будущими налоговыми выплатами Berkshire, они будут иметь высокую цену. Дельцам с Уолл-стрит это понравится. Если налоговая ставка составит 35 %, то ценные бумаги будут стоить столько же, сколько сама компания Berkshire.

Лекции Уоррена Баффета «Трилогия»

(Университет Нотр-Дам, 1991 г.)

Предлагаем вашему вниманию отрывки и расшифровки лекций легендарного У. Баффета. Эту трилогию должен прочитать каждый, кто хочет заниматься бизнесом, независимо от возраста. В своих лекциях У. Баффет рассказывает обо всем, начиная от секретов успешного инвестирования и заканчивая советами о том, как перестать беспокоиться и жить счастливо.

Обзор

[Для тех, у кого нет времени прочитать текст всех трех лекций, мы выделили главные, самые интересные мысли У. Баффета, а также то, о чем он никогда не говорил ранее.]

Секреты успешного инвестирования

Когда мне было 20 лет, я заметил одну странность. Как-то я решил ознакомиться с тысячестраничным руководством «Банковское дело и финансы» компании Moody’s. Я прочитал его дважды и обратил внимание на компанию Western Security Insurance из Форт-Скотта (штат Канзас). В то время ей принадлежало 92 % акций вполне успешной компании Western Casualty and Surety. Я был знаком с людьми, которые представляли последнюю в Омахе. Чистая прибыль на акцию – 20 долл., цена акции – 16 долл. Я дал объявление в местную газету о покупке этих акций. У компании было всего 300 или 400 акционеров. Это было выгодное вложение средств. Во главе компании стояли толковые люди.

Кстати, почти все, кого я знаю на Уолл-стрит, придумывают не меньше хороших идей, чем я. Но у них бывают и дурацкие идеи. Серьезно. Знаете, покупая акции Western Security Insurance, стоившие 16 долл. и приносившие прибыль 20 долл., я вложил в дело половину своих сбережений. Сначала я все проверил – сходил в комиссию по страхованию, прочитал стандартный отчет и рейтинги Best. В общем, подготовился. Понимаете, я имею в виду, что мой отец не занимался страхованием. Я прослушал курс о страховании в Колумбийском университете, но, тем не менее, решился на инвестиции. И у меня получилось. Значит, и у вас получится.

Согласен, озарения в области программного обеспечения или биотехнологиях бывают далеко не у всех. Конечно, не все располагают теми же сведениями, что и я, и могут делать на этом основании разные предположения. Однако в 1962 г., когда я обратил внимание на компанию American Express, те же самые выводы могли сделать очень многие люди.

Может быть, дело в том… Дело в том, что у всех разные характеры? Или их парализовало от страха? Или они не хотели отличаться от других людей? Или еще что-нибудь в этом духе? Я не знал о кредитных картах или дорожных чеках ничего такого, что не было бы известно всем остальным. Тем более, что преимущества карт и чеков очевидны. Мне это было интересно, и когда я хотел что-то делать – я делал, а если не хотел – то не делал. Поверьте, не так важно, какой у вас коэффициент интеллекта. Интеллектуалов не так уж мало. Конечно, умение соображать не помешает, но характер куда важнее. Это 90 % успеха.

Поэтому я советую вам прочитать книгу Б. Грэхема [В. Graham] «Разумный инвестор» [The Intelligent Investor], в которой перечисляются качества, необходимые тем, кто намеревается вкладывать деньги с прибылью.

Прежде чем покупать акции, изучите отчетность компании.

Я считаю, что акции следует покупать лишь в том случае, если вы уверены, что их продают по более низкой цене, чем они стоят на самом деле, учитывая все факторы бизнеса.

Я говорил людям с фондовой биржи, что прежде чем человек купит 100 акций компании General Motors, они должны написать на листке: «Я покупаю 100 акций General Motors по цене Х», потом умножить цену на количество акций и «следовательно, корпорация стоит больше 32 млрд долл.» (или сколько там получится), «потому что [пусть перечислит основания]».

Если он не выполнит задание, заявка на покупку не принимается.

Этот тест должен быть обязательным. Я никогда ничего не покупал, если не мог ответить на поставленные вопросы. Даже если я ошибался, я всегда знал, почему это случилось.

«Я покупаю бумаги Coca-Cola, 660 млн акций по цене чуть меньше 50 долл. Если бы я приобретал компанию целиком, это обошлось бы мне примерно в 32 млрд долл». Прежде чем вы купите 100 акций по 48 долл., необходимо будет продолжить предложение: «Сегодня я плачу за Coca-Cola 32 млрд долл., потому что…» [барабанит по столу, чтобы подчеркнуть свои слова]. Если вы не можете обосновать свое решение, ничего не покупайте. Если вы приведете несколько причин, вы хорошо заработаете.

Проверка бизнеса

Предлагаю вам пару коротких тестов, которые помогут оценить бизнес. Первый вопрос: «Как долго придется раздумывать руководству компании перед тем, как поднять цены на товары?» Если вы смотрите в зеркало и спрашиваете себя: «Свет мой зеркальце, скажи, сколько мне придется заплатить за бутылку Coca-Cola этой осенью?», и слышите ответ: «Больше», то вам крупно повезло. Это хороший бизнес.

А бывает и так, как на наших текстильных фабриках. Вы встаете на колени, молитесь всем богам и робко шепчете: «Давайте поднимем цену хотя бы на полцента за метр». А в ответ раздаются голоса покупателей: «Нет, мы не согласны». Совсем другое дело, верно?

Представьте себе, что вы входите в магазин и говорите: «Мне бы шоколадку “Hershey”». А вам отвечают: «Извините, “Hershey” у нас нет, но я могу предложить вам другой шоколад, на пять центов дешевле». Тогда вы просто перейдете улицу и купите “Hershey” в другом магазине. Вот это и есть хороший бизнес.

Возможность повышать цену означает, что компания чем-то отличается от других производителей и, следовательно, ее товары стоят дороже. Значит, она занимается выгодным делом.

Я задам вопрос: какая американская газета является самой дорогой? [Пауза] [В дальнейшем У. Баффет пояснил, что большинству студентов она прекрасно известна.] Самая дорогая ежедневная газета в США – это «Daily Racing Form». Она существует более 50 лет, издается тиражом 150 тыс. экземпляров, и продается по цене от 2 до 2,25 долл. (и ее стоимость продолжает расти). Неплохо, верно?

Предположим, вы собираетесь на ипподром. У вас есть выбор: поставить на день рождения жены, последовать совету неизвестной газетенки или прислушаться к мнению «Daily Racing Form». Вы, как серьезный игрок, выберете последнее. Цена на газету может быть 1,5 долл., 2, или все 2,5 долл. Ее будут покупать. Прибыльный бизнес. Не менее доходный, чем продажа одноразовых шприцев наркоманам. Стабильный бизнес. Он не потеряет значения и спустя 5 или 10 лет.

Вы должны принять во внимание, будут ли через несколько лет скачки столь же популярны, как и сегодня. И еще. Какой способ получения информации о выступлениях лошадей в прошлом будет наиболее предпочтительным? Сначала необходимо ответить на эти два вопроса. И тогда вы
Страница 7 из 10

поймете, насколько выгодным является бизнес «Daily Racing Form». Издание делает огромные наценки – больше, чем другие газеты. Можно сказать, что они устанавливают такую цену, какую считают нужной. В общем, ориентироваться в бизнесе не так уж сложно.

Да, есть такой товар как «Daily Racing Form», но есть и листовой прокат. Это день и ночь, лед и пламень. В общем, далеко не одно и то же.

Бизнес-агония и бизнес-экстаз: Пример 1

Очень важно то, в какой бизнес вы хотели бы вкладывать деньги. Давайте рассмотрим пример с «Компанией А» и «Компанией Э». Пока я не скажу, как они называются. Вам нужно знать лишь одно: одна из них стоила своим инвесторам дороже, чем любая другая компания в мире. Вторая компания, напротив, принесла своим инвесторам виртуально больше денег, чем любая другая бизнес-организация. Еще раз повторяю: «Компания Э» сделала своего владельца одним из пяти самых богатых людей в мире, а «Компания А» повинна в том, что ее акционеры значительно обеднели.

Сейчас я расскажу вам о них подробнее (мы подходим к вопросу о различиях между бизнесами). На «Компанию А» работали тысячи людей, получивших бизнес-образование. У «Компании Э» не было ни одного дипломированного специалиста в бизнесе. Пожалуйста, обратите на это внимание. «Компания А» предлагала сотрудникам работу, опционы на акции, льготы, пенсии. У «Компании Э» никогда не было никаких опционов. «Компании А» владела тысячами патентов – пожалуй, большим их количеством, чем любая другая американская компания. «Компания Э» никогда ничего не изобретала. Сотрудники «Компании А» не покладая рук совершенствовали выпускаемые товары. Продукт «Компании Э» оставался прежним.

Скажите, этого достаточно, чтобы догадаться, какую компанию ждал успех и почему?

Предположим, что вы собираетесь купить одну из этих компаний. Вы не знаете о них ничего, кроме того, что услышали от меня. У вас есть право задать мне один вопрос. Если это будет правильный вопрос, то вы примете соответствующее решение об акциях компании, и разбогатеете.

Обе компании производили товары повседневного спроса. Обе начали с того, в чем люди испытывали настоятельную потребность. Никакой эзотерики. Однако у «Компании А» много патентов, потому что ее бизнес в большей степени связан с технологиями.

Вопрос из зала: А сколько у них конкурентов?

Хороший вопрос. Очень хороший вопрос. На самом деле, у обеих не было конкурентов. В отдельных случаях это очень важно.

Что ж, продолжу рассказ. Я назвал так компании, потому что «Компанию А» ожидала бизнес-агония, а «Компанию Э» – экстаз. Первая – это American Telephone and Telegraph (AT&T). Я пропустил слева восемь нулей. Дело в том, что в 1979 г. AT&T продавалась на 10 млрд долл. дешевле, чем сумма, которую вложили в нее акционеры. Другими словами, если акционерный капитал компании составлял X долл., то ее рыночная стоимость – X минус 10 млрд долл. Повторяю, рыночная стоимость вложенных, или оставленных в бизнес AT&T денег уменьшилась на 10 млрд. долл.

Что касается прекрасной «Компании Э», то я поставил шесть нулей. Компания называется Thompson Newspapers. Наверное, вы о ней и не слышали. Но Thompson Newspapers принадлежит 5 % американских газет. Правда, маленьких газет. Как я уже говорил, в компании нет сотрудников с бизнес-образованием и не практикуется предоставление опционов. Однако она сделала своего владельца лордом Томпсоном. Когда Томпсон начинал дело, никто и предположить не мог, что когда-нибудь он станет лордом. Его первой инвестицией стало приобретение радиостанции в Норт-Бей, Онтарио за 1500 долл. Но после того как Томпсон стал одним из богатейших людей, титул лорда не заставил себя ждать.

У AT&T, несмотря на ценных сотрудников, опционы и т. п., была одна проблема. Она отражена в цифрах внизу левой колонки. Это вложения в производственные фонды телефонного бизнеса. Первоначально они составляли 47 млрд долл., а через восемь-девять лет выросли до 99 млрд долл. Для того чтобы компания приносила доход, в нее приходилось вкладывать все больше и больше денег. В результате ее доходы увеличились с 2,2 млрд до 5,6 млрд долл.

Итак, они получали деньги. Но и вам ничто не мешает получать деньги со сберегательного счета, если вы постоянно его пополняете. Увеличение доходов телефонной компании было возможно лишь потому, что она продолжала класть деньги на сберегательный счет. Однако, если честно, результаты ее деятельности, учитывая сложившиеся в 1970-х гг. условия, не соответствовали затратам. А вот лорд Томпсон, купив газету в Кансил-Блаффс, не вложил в нее ни цента. Напротив, это газета ежегодно приносила ему немалый доход. И когда у него стало больше денег, он приобрел и другие газеты. Лорд говорит, что его надгробная надпись будет звучать примерно так: «Он покупал газеты ради того, чтобы заработать денег и купить больше газет, и т. д.».

В общем, Томпсон просто поднимал цены на товары и услуги, зарабатывая все больше, и ничего не вкладывая в бизнес.

В одном случае мы видим прекрасное, выгодное дело, в другом – провальную затею. Если вам нужно выбрать между компанией, которая требует больших вложений, и компанией, которая их не требует, советую предпочесть вторую. Знаете, мне потребовалось 25 лет, чтобы это уяснить.

Бизнес-агония и бизнес-экстаз: Пример 2 (две компании, принадлежавшие Berkshire Hathaway)

Рассмотрим пример еще двух компаний. Слева – еще одна успешная «Компания Э». Как видите, она неплохо зарабатывает: прибыль возросла с 4 млн долл. до 27 млн долл. Поскольку стоимость ее активов – всего 17 млн долл., это и впрямь неплохой бизнес. Располагая средствами в размере 17 млн, компания заработала 27 млн долл. (то есть инвестированный капитал увеличился на 150 %). Просто прекрасно.

Справа мы видим злополучную «Компанию А», в которую вложили 11 или 12 млн долл. Бывали годы, когда она кое-что зарабатывала, но чаще терпела убытки.

Мы снова должны задать себе вопрос: в чем разница между этими компаниями? Скажите, кто-нибудь знает, почему «Компания Э» показала себя намного лучше, чем «Компания А»? Обычно люди говорят: «Наверное, “Компанией Э” лучше управляли». К сожалению, это неправильный ответ, потому что у обеих компаний был один руководитель – ваш покорный слуга!

«Компания Э» производит конфеты (See’s Candies в Калифорнии). Я не знаю, кто из вас жил на Западе, но она занимает первое место среди производителей шоколадных конфет в коробках. Доходы компании возросли с 4 млн до 27 млн долл., а в этом году они составили 38 млн долл. Другими словами, компания каждый год «посылает» нам заработанные деньги, развивается и получает все большие доходы. В общем, все счастливы.

«Компания А» занимается производством текстиля. К сожалению, лишь спустя 22 года я понял, что это не очень выгодный бизнес. Да, мы выпускаем половину всей подкладочной ткани для мужских костюмов в США. Если вы носите костюмы, вероятность того, что подкладка изготовлена на фабрике, принадлежащей Hathaway, довольно велика. Мы занимались этим и во время Второй мировой войны, когда доступ к этой продукции был ограничен. Сеть универмагов Sears Roebuck назвала нас «Поставщиком года». Они были чрезвычайно довольны сотрудничеством. Однако наши покупатели не соглашались платить за ткань хотя бы на полцента за метр больше, потому что никто не приходит в магазин, чтобы купить костюм непременно
Страница 8 из 10

с подкладкой Hathaway. Никто не обращает на нее внимания.

Если мы предлагаем покупателям ткань по 79,5 цента за метр, никого не будет волновать, кто с кем ездил на рыбалку, кто поддерживал их во время Второй мировой войны, кто дружил с президентом компании. Если мы хотим по 79,5 цента за метр, то «так дело не пойдет».

А вот See’s Candies производит привлекательный для людей продукт. Публику буквально тянет к шоколадным наборам. Скоро наступит День всех влюбленных. Вы можете себе представить, что вручите жене коробку шоколадных конфет со словами: «Дорогая, я взял то, что подешевле»?

В течение 19 лет я каждый год 26 декабря поднимал цены на конфеты. И все эти годы люди продолжали их покупать. Раз в десять лет я пытался поднять цены на подкладку, хотя бы на полцента, а в ответ звучал недвусмысленный отказ. Качество подкладки ничем не хуже качества конфет. Кроме того, управлять текстильной фабрикой намного сложнее, чем производством кондитерских изделий. Если бизнес идет плохо, это, к сожалению, не всегда значит, что вы мало работаете.

Честно говоря, я думаю, что если бы Альфред Слоан (легендарный президент General Motors во времена расцвета компании) занялся текстильным бизнесом, ему не суждено было бы заработать. Наша подкладка ничем не отличается от остальных. С шоколадными наборами дело обстоит с точностью до наоборот. [У. Баффет сравнил бренды «Hersheys» и «Coca-Cola» с другими, немаркированными и более дешевыми товарами.]

Товар по-настоящему вам нравится, если, не обнаружив его в магазине, вы идете в другой и покупаете то, что хотите. Однако никого не волнует, из стали какого производителя изготовлен кузов автомобиля.

Вы хоть раз слышали о чудаке, который приходит в салон, где выставлены автомобили Cadillac, и говорит: «Мне нужна машина, кузов которой изготовлен из стали, произведенной на заводе South Works компании US Steel»? Вряд ли. Поэтому, когда General Motors нужна сталь, специалисты по закупкам обзванивают все металлургические заводы и говорят: «Вот лучшая цена, которую нам до сих пор предлагал. Или вы предложите нам более низкую цену, или ваши сотрудники будут сидеть без работы».

На что способен руководитель: Cap Cities против CBS

Рассмотрим пример компаний Cap Cities и CBS. В 1957 г. мой приятель Том Мерфи возглавил Cap Cities. Компании принадлежала маленькая обанкротившаяся УКВ-радиостанция в Олбани, вещавшая из дома для престарелых монашек. Очень мудро, кстати, потому что им (радиостанции) оставалось только молиться. Корпорация CBS в то время была крупнейшей рекламной площадкой в мире: она зарабатывала 385 млн долл., тогда как Cap Cities – 900 тыс. долл. Ежегодная прибыль Cap Cities составляла 37 тыс. долл., а Мерфи получал соответственно 12 тыс. долл. В свою очередь прибыль CBS до уплаты налогов достигала 48 млн долл. Первую компанию продавали за 5 млн долл., но желающих приобрести ее не находилось. Вторая корпорация стоила в то время 500 млн долл.

Что мы видим сегодня? Cap Cities стоит 7 млрд долл., а CBS – всего 2 млрд долл. Обе компании занимаются одним и тем же делом – вещательным бизнесом. Ни у одной из них нет патентов (во всяком случае, за Cap Cities я отвечаю). Итак, 30 лет назад CBS представляла собой замечательную компанию стоимостью 500 млн долл. Но за прошедшее с тех пор время они заработали совсем немного. А мой друг Мерфи в той же самой отрасли, располагая крошечной радиостанцией в Олбани (прошу учесть, что CBS принадлежали крупнейшие станции в Нью-Йорке и Чикаго), положил их на лопатки! Вам, конечно, интересно, как ему это удалось. Об этом должны рассказывать в бизнес-школах. Вам следует изучать то, как Том Мерфи управлял Cap Cities, а заодно присмотреться к действиям Билла Пейли, который был президентом CBS.

Мы в Berkshire часто повторяем: «Каждый хотел бы знать, где он умрет, чтобы обходить это место стороной». CBS – тот самый случай. Надо проанализировать действия руководства компании и никогда не повторять их. Важно изучить и то, что предпринял Том Мерфи в Cap Cities. Он многое делал правильно, и если бы CBS последовала примеру моего друга, ситуация сложилась бы по-другому.

Сотрудники CBS ничем не глупее сотрудников Cap Cities. В ее штате было в 50 раз больше работников, и все они с утра приходили в офис и поздно вечером расходились по домам. Часть специалистов занимались исключительно стратегическим планированием. Компания нанимала консультантов по менеджменту. Они делали много чего еще, о чем я не буду рассказывать. Тем не менее, CBS проиграла. Они проиграли парню, который плыл в утлой лодчонке, пока они путешествовали в роскошном лайнере.

Однако когда они добрались до Нью-Йорка, парень в лодке привез больше груза, чем морской лайнер. Это реальная история. Я считаю, очень важно обратить внимание на то, что делали разные люди в одной и той же области, и понять, почему одному удалось добиться успеха, а другие потерпели фиаско.

Я не удержался и упомянул на последней странице своих материалов, что компания Cap Cities единственный раз выпустила акции в 1957 г., заработав на этом 300 тыс. долл. Поводом к эмиссии было приобретение радиостанции в Роли/Дареме.

Компания больше никогда не предлагала свои акции к открытой продаже (правда, они продали нам часть ценных бумаг, когда приобретали ABC). Обратите внимание, что наша комиссия за размещение ценных бумаг составила всего 6500 долл.

Опасность бездумного подражания

Напоследок, прежде чем вы начнете задавать вопросы, я хочу показать вам рекламное объявление, опубликованное 16 июня 1969 г., в котором говорится о продаже 1 млн акций American Motors. Это страница из газеты «Wall Street Journal». Скажите, кто-нибудь замечает в рекламе что-то необычное?

[Студенты высказывают различные догадки.]

Компании, о которых говорится в этом объявлении, давно закончили свой жизненный путь. Акции продавали 37 инвестиционных банков, а также компания American Motors, и никого из них уже не существует. Наверное, поэтому такую рекламу называют «могильной плитой». В 1969 г. на Нью-Йоркской фондовой бирже обращались миллионы акций. В настоящее время – в пятнадцать раз больше.

Итак, за 20 лет объем продаж в отрасли увеличился в 15 раз. Поразительный рост. И вот мы видим 37 банков. Некоторые из них были хорошо известны. Они долго работали на Уолл-стрит. Однако все они исчезли. Поэтому я советую вам думать, думать и думать [о том, насколько стабилен ваш бизнес]. Ведь руководители всех этих банков, очевидно, пренебрегли этой необходимостью.

Компаниями управляли умные люди. Они работали, не щадя сил, потому что очень хотели добиться успеха. Они поздно уходили с работы. Все верили, что когда-нибудь станут первыми на Уолл-стрит, и давали советы другим людям, как правильно управлять своим делом. Смешно.

Сегодня вы отправляетесь на Уолл-стрит, и некий молодой человек пытается продать вам компанию, о которой услышал пару недель назад. Он может показать на компьютере, как будет развиваться бизнес следующие десять лет, но понятия не имеет, что он заработает на следующей неделе!

Итак, перед нами список из 37 прекративших существование компаний. Возникает вопрос: что стало причиной тому? Это не может быть простой случайностью. Почему умные, трудолюбивые люди, вложившие деньги в собственный бизнес, – не просто кучка вечно отсутствующих акционеров, – потерпели оглушительное поражение? Я думаю, вам следует поразмыслить над этим
Страница 9 из 10

вопросом, прежде чем вы найдете работу и пуститесь в самостоятельное плавание.

По моему мнению, причина катастрофы заключалась в том, что менеджеры компаний бездумно подражали коллегам. Стоило одному из них предпринять нечто новое, как все остальные 36, будто лемминги, выстраивались в очередь за лидером. Неудивительно, что за последние 15 лет все крупные банки сталкивались с неприятностями. Как только крупная компания совершит глупость, так всем остальным не терпится сделать то же самое. Когда вы закончите учебу, делайте только то, что кажется вам разумным и осмысленным. Вы должны закончить фразу: «Я буду работать в General Motors, потому что…» или «Я покупаю 100 акций Coca-Cola, потому что…». Если вы не можете дать умный ответ на вопрос «почему?», лучше ничего не делайте.

Несколько лет назад я предложил сотрудникам биржи использовать этот способ. Пусть каждый покупатель, прежде чем подать заявку на покупку, напишет на листе бумаги: «Я хочу купить 100 акций компании Coca-Cola, которая стоит 32 млрд долл., потому что…» Заявка принимается только в том случае, если клиент обоснует свое желание.

Именно так я поступаю, когда занят написанием годового отчета. И многому при этом учусь. Я заметил, что когда мне приходится записывать или объяснять другим людям свои идеи, отношение к ним изменяется. Некоторые из них уже не кажутся мне столь уж удачными. Попробуйте объяснить самому себе, почему вы соглашаетесь на предложение о работе, почему инвестируете деньги и т. п. И если вам никак не удается выразить свою мысль в письменном виде, советую не торопиться.

Сотрудники банков из рекламы, о которой я рассказывал, наверняка делали много такого, что не прошло бы эту простую проверку. Некоторые крупнейшие американские банкиры совершали одни и те же ошибки. Один из них, столкнувшийся сегодня с крупными неприятностями, несколько лет назад хвастался мне, что никогда не брал кредитов. И, судя по тому, в каком положении он оказался, никто их ему и не даст.

Понимаете, нельзя управлять крупным банком, если вы никогда в жизни не брали кредита. Так вы никогда не научитесь разбираться в людях.

Опасность использования заемного капитала

Вопрос в том, как практика выкупа контрольных пакетов акций компаний с помощью кредитов (LBO) и мусорные облигации отразились на конкурентоспособности США на мировой арене. Не буду долго распространяться на эту тему. Замечу лишь, что, по моему мнению, с точки зрения финансов они сыграли в высшей степени отрицательную роль. Слишком длинный кредитный рычаг – это большой минус.

Можно провести следующую аналогию (вы увидите на этом примере, каких неприятностей можно ожидать): покупка компании с огромными долгами – то же самое, что вести машину, на руле которой лежит приставленный острием к сердцу водителя кинжал. Человек за рулем, наверняка, будет очень осторожно управлять автомобилем. Он будет предельно внимателен. Но когда-нибудь он обязательно попадет в выбоину или наедет на кусок льда и громко ахнет. Он будет избегать аварий и трудных ситуаций на дороге, но если он все-таки не сумеет уклониться от них, то исход будет весьма печальным. Именно это и происходило с корпоративной Америкой в последние 10 лет. Одна из причин – огромные вознаграждения. И жадность.

Меня поразил один случай. Три года назад в Тампе продавалась одна телевизионная станция. Если бы покупателям пришлось занимать деньги на ее покупку, то проценты по кредиту были бы равны цене этой телестанции!

Даже если бы сотрудники трудились бесплатно… Даже если бы телестанция получала все транслируемые в эфир программы совершенно бесплатно… Даже если бы коммунальные услуги не стоили ей ни цента… Покупателям все равно не хватило бы денег для выплаты процентов. Они просто с ума сошли. Сегодня выпущенные компанией облигации продаются по цене 15 центов за доллар. У компании Чарли Китинга [Lincoln Savings and Loan Association в Калифорнии, которая стала крупнейшим банкротом в сфере сберегательных услуг] тоже были облигации телестанции из Тампы. Да, в последние 5–6 лет происходило много странного.

Чтобы сделка состоялась, они купили станцию за 365 млн долл., одолжив 385 млн долл. Наверное, вы догадываетесь, куда пошли «лишние» деньги. В карманы людям, которые устроили эту сделку.

Дональд Трамп и опасность использования заемного капитала

В чем была ошибка Дональда Трампа? Проблема была в том, что он постоянно ошибался. Он переплачивал за свои приобретения, но ему удавалось находить людей, которые ссужали его деньгами. Вот это он прекрасно умеет. Если вы сопоставите его активы и суммы займов, которые он получал для их приобретения, вы убедитесь, что здесь и речи нет о реальном капитале. Сейчас Д. Трамп должен около 3,5 млрд долл., а стоимость его активов не превышает 2,5 млрд долл. В балансе образовалась дыра размером в 1 млрд долл. Ну что ж, по крайней мере это лучше, чем долг в 100 долл. Ведь в последнем случае к вам придет судебный исполнитель и унесет с собой телевизор. А если вы должны миллиард, вам будут только сочувствовать: «Держись, Дональд».

Очень интересный вопрос: почему умные люди заблуждаются и делают глупейшие ошибки? Это один из самых интригующих вопросов. Я видел множество умных людей, которые еле-еле перебивались на Уолл-стрит или в бизнесе, только потому, что они сами вставляли себе палки в колеса. Из моторов мощностью 500 лошадиных сил они выжимали не более 50 «лошадей». Или, хуже того, одновременно нажимали и на тормоз, и на сцепление. Такие люди – худшие враги самим себе.

Я бы сказал, что мои главные успехи стали возможными благодаря тому, что я подражал Бену Франклину. В отличие от Дональда Трампа.

Где тонко – там и рвется

Есть одна интересная особенность, которая относится и к людям, и к компаниям: чаще всего не выдерживает самое слабое звено. Получается, что во время заседания вам надо обращать внимание на человека не с самым сильным, а самым слабым характером. Какое значение имеет то, насколько крепка цепь в целом. Проблемы возникнут из-за слабейшего ее звена.

Это могут быть алкоголь или азартные игры. Возможно, не будет никаких особых причин. Но неприятности обязательно будут вызваны самым слабым звеном.

Когда я ищу менеджеров, я ищу не тех, кто просыпается среди ночи и бормочет сложные формулы. Мне нужны те, кто умеет хорошо работать. Это значит, у них не должно быть слабостей. По моему опыту, есть две главные проблемы: алкоголь и заемный капитал, то есть долги.

Дональд Трамп потерпел поражение по второй причине. Ему вскружило голову то, как много денег он может занять, и он не думал о том, что их нужно возвращать.

Как избежать неприятностей и жить счастливо

Никому не советую злоупотреблять кредитным рычагом. Если у вас есть мозги, вы разбогатеете и без заемных денег. Я никогда не занимал крупных сумм. Никогда. И не собираюсь. Еще один мой секрет заключается в том, что я никогда не думал, что буду счастливее, если у меня будет не X, а 2X. Старайтесь поступать так, чтобы всегда быть довольным своей жизнью. Представьте себе, что вы ищете работу. У вас есть возможность поступить туда, где вы будете заниматься тем, что вам не очень нравится. И вы уговариваете себя, что через три года подберете себе что-нибудь по душе. Не поддавайтесь этой «агитации».
Страница 10 из 10

Найдите такую работу, которая вам действительно нравится.

Расшифровки выступлений в Университете Нотр-Дам

Лекция для студентов и преподавателей

Спасибо. Вы спросили меня, чем я занимаюсь. Я попытался ответить на этот вопрос в ежегодном отчете.

[История клоуна Бимера и отрывок из ежегодного отчета компании Berkshire Hathaway за 1990 г.:

Большую часть добавочной прибыли, которая продуцируется в наших компаниях, мы получаем благодаря менеджерам, которые ими управляют. Мы с Чарли не чувствуем ни малейшей неловкости, расхваливая руководство компаний, потому что не имеем никакого отношения к их успехам. Они все сделали сами. Они настоящие суперзвезды. А мы лишь находим талантливых менеджеров и создаем им условия для плодотворной работы. Заработанные «в поле» деньги концентрируются в штаб-квартире компании. И нам остается лишь правильно ими распорядиться.

Я объясню, в чем состоит роль У. Баффета с помощью истории о моей внучке Эмили. Осенью прошлого года мы праздновали ее четвертый день рождения. Среди гостей были другие дети, любящие родственники, а также клоун Бимер, который умеет показывать чудесные фокусы.

Для начала Бимер попросил Эмили «помахать волшебной палочкой» над «коробкой с чудесами», предварительно положив в нее зеленые платочки. Эмили взмахнула палочкой, и Бимер достал от туда голубые платки. Ах, как же так? Клоун вернул «неправильные» платки на место, и после взмаха волшебной палочки достал зеленые. Но на этих платках были завязаны узелки. После череды фокусов, один чудеснее другого, Эмили была на седьмом небе от счастья. Просияв, она радостно воскликнула: «Ого, а у меня здорово получается!»

Примерно такой же вклад в дела компании, если говорить об успехах лучших менеджеров Berkshire – Блюмкинов, Фридмана, Майка Голдберга, Хелдманов, Чака Хаггинса, Стэна Липси и Ральфа Шея – вношу и я. Ваших аплодисментов заслуживают, прежде всего, руководители наших компаний.]

Мы никогда не устраивали собраний для менеджеров. Управляющий кондитерской фабрикой, которую мы купили 19 лет назад [See’s Candies] лишь в прошлом году приехал с женой в Омаху, чтобы присутствовать на ежегодном собрании. Ведь раньше он никогда не участвовал в подобных мероприятиях. Мы ни разу не встречались с советом директоров его компании. Мы перевели штаб-квартиру компании из Лос-Анджелеса в Сан-Франциско, потому что так хотелось его жене. Мы всегда готовы изменить существующие порядки ради людей, которые управляют нашими компаниями.

Пять лет назад мы приобрели в Цинциннати фирму, которая производит униформу (Fechheimers) и приносит около 100 млн долл. прибыли. Директор прочитал в ежегодном отчете рекламу, в которой я объяснял, какие компании желаю приобрести (я верю в рекламу). Он пришел ко мне и сказал: «Я подхожу под ваши параметры, и моя компания тоже». Мы заключили сделку. Я никогда не был в Цинциннати и не видел его фабрику. Может быть, ее и вовсе не существует, откуда мне знать? Однако менеджер предоставляет нам отчеты каждые пять [сокращение], и регулярно перечисляет нашу долю. Меня это устраивает.

Бывают и вовсе удивительные случаи. Восемь лет назад я купил дело у 89-летней женщины, начинавшей его с 500 долл. в кармане. С тех пор она не вложила в него ни цента из личных средств. А зачем, если прибыль до уплаты налогов составляла примерно 12 млн долл. (сегодня – 18 млн долл.)? Ну не знала эта миссис такого понятия, как начисленные расходы, и других специальных терминов…

Несколько лет назад она поссорилась с внуками, которые работали в ее компании, вышла из дела и основала новую фирму. Теперь она конкурирует с нашей фирмой. В следующий раз, когда я буду покупать компанию у 89-летней женщины, то обязательно попрошу включить в договор пункт о недопущении подобной конкуренции. Сегодня этой даме принадлежит новая прибыльная компания.

Эта замечательная женщина родилась в России. Когда она приехала в Сиэтл, то не знала ни слова по-английски, а все ее имущество состояло из именного жетона на шее. Ее родственники жили в Форт-Додже, штат Айова. Женщина добралась до них где-то в 1919 или в 1920 г. Они были ужасно бедны. Она перевезла в США семь братьев и сестер, а также родителей. На это ушло восемь-десять лет. Женщина занялась торговлей ношеной одеждой и время от времени посылала родным 50 долл. Наконец, накопив 500 долл., в 1937 г. она основала собственную компанию по торговле коврами. Поначалу большинство основных поставщиков ее бойкотировали.

А конкуренты подали на нее в суд за нарушение законов честной торговли. Представ перед судьей Чейзом, женщина заявила: «Я плачу поставщикам 3 долл. за метр, ровно столько, сколько и Brandeis (другой магазин ковров). Они продают его по цене 6,99 долл. за метр, а я – за 3,99 долл. Скажите, неужели я должна грабить людей? Если вы вынесете судебное решение, я подниму цену до 4,99 долл. за метр». В зале присутствовали журналисты, которым понравилось ее выступление. А судья купил у женщины ковер за 1400 долл.! Конкуренты подавали на нее в суд четыре раза, но она выиграла все эти процессы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/uorren-baffet/nazad-v-shkolu-bescennye-uroki-velikogo-biznesmena-i-investora/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Уоррен Баффет считает ошибкой инвестиции в компанию U. S. Air, сделанные в 1989 г., несмотря на то, что в 1998 г. ему удалось с выгодой продать акции. Размышляя о положении дел в отрасли, он писал: «Если бы дальновидный капиталист присутствовал в Китти-Хок, когда Орвилл Райт проводил испытания первого в мире самолета, он оказал бы потомкам огромную услугу, пристрелив изобретателя». – Прим. пер.

2

Ценные бумаги, которые отличаются высокой способностью своевременно и полностью выполнять свои долго вые обязательства. – Прим. пер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.