Режим чтения
Скачать книгу

Одинокая звезда читать онлайн - Дженнифер Чиаверини

Одинокая звезда

Дженнифер Чиаверини

Пестрые судьбы

Переехав в Пенсильванию, Сара оказалась в одиночестве и растерянности – ни работы, ни близких друзей. И вдруг – неожиданное предложение: стать помощницей семидесятилетней Сильвии Компсон. Поначалу Саре совсем не понравилась старушка, и она уже готова была отказаться от работы, но совершенно случайно увидела удивительное лоскутное одеяло ручной работы, которое сделала Сильвия. Неужели острая на язык старая леди, живущая отшельницей, способна создать такое чудо?

И это все решило. Сара согласилась на предложение Сильвии и получила не только работу, а гораздо большее – научилась шить одеяла и услышала от Сильвии множество историй о женщинах, когда-то переживших предательство, но не утративших веру в добро и любовь.

Пестрые лоскутки под проворными иглами становились красивейшими одеялами, а удивительные истории, рассказанные Сильвией, придавали Саре уверенность в себе: если героини этих историй смогли справиться с трудностями, то и она обязательно сможет.

Дженнифер Чиаверини

Одинокая звезда

Джеральдине Нейденбах и Мартину Чиаверини – с любовью

Jennifer Chiaverini

THE QUILTER’S APPRENTICE (Book 1)

Copyright © Jennifer Chiaverini, 1999

Originally, published by Simon & Schuster, Inc.

Photograph © Steve Garfinkel

© Гилярова И., перевод на русский язык, 2016

© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

Романы Дженнифер Чиаверини входят в список бестселлеров New York Times. Ее героини живут в предвкушении счастья. И главное – они ценят дом, близких, друзей – все, что может поддержать в трудную минуту. Оригинальные сюжеты, искренность и любовь, с которыми писательница рассказывает о своих персонажах, неизменно привлекают внимание и читателей, и критиков.

Дженнифер Чиаверини создала нечто волшебное – роман, способный согреть душу.

    Booklist

Глава 1

Сара прислонилась к кирпичной стене и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы хоть немного успокоиться и перебороть бурлившую в душе досаду. Она изо всех сил старалась держаться непринужденно и надеялась, что прохожие не обращают на нее внимания, не удивляются, почему в такой жаркий день она надела строгий костюм. Загородив ладонью глаза от солнца, Сара поискала глазами на дороге красный грузовичок Мэтта – их пикап, – хотя и не рассчитывала его увидеть. Нет, Мэтт не опаздывал, это она пришла на условленное место слишком рано. Собеседование оказалось самым коротким на ее памяти.

Струйка пота побежала по позвоночнику к талии, где шелковая блузка была заправлена в темно-синюю юбку. Сара сняла жакет и, аккуратно сложив, перекинула через руку. Конечно, все это бесполезно, скорее бы влезть в привычные шорты и майку. Густые каштановые волосы, укрощенные надо лбом заколкой, падали волнами на шею и плечи. Люди, медленно шедшие мимо нее на работу, за покупками или на занятия в расположенном неподалеку Уотерфордском колледже, обливались потом и страдали от духоты так же, как и она. Через несколько месяцев Сара будет ныть и проклинать снег, как и все жители центральной части Пенсильвании, но сегодня ей ужасно хотелось, чтобы поскорее наступила осень.

Ручка портфеля впилась в ладонь. Сара переложила его в другую руку и посмотрела на соседнее здание, на крутящуюся дверь. При определенном везении кто-нибудь из тех, с кем она только что беседовала, пойдет на ланч и увидит ее. Возможно, ее станут уговаривать зайти внутрь, в прохладу кондиционера, и ей придется вежливо отказаться. Либо послушаться и смиренно прошмыгнуть сквозь стеклянную карусель, как бедная родственница. При мысли об этом она невольно прижалась к стене еще сильнее.

Раздались два отрывистых гудка. Сара увидела красный грузовичок, остановившийся на противоположной стороне улицы. Она оттолкнулась от стенки и поспешила к нему.

– Как результаты? – поинтересовался Мэтт, когда она села рядом с ним.

– Не спрашивай, – отмахнулась Сара.

Как ни старалась она говорить беззаботно и весело, лицо Мэтта помрачнело. Он отъехал от бордюра, потом похлопал ее по коленке.

– Ты понимаешь, как мне жалко, что все так получилось?

– Почему жалко? Ты ведь приехал вовремя…

– Я не об этом. Не прикидывайся, что не понимаешь. Мы никогда бы не переехали сюда, в этот маленький город, если бы не моя работа.

– Ты же не тащил меня за волосы. – Сара закрыла глаза и откинулась на сиденье. – И вообще, ты тем более не виноват в том, что я не могу показать себя в выгодном свете и всегда выгляжу идиоткой.

– Ты не идиотка.

– А ты не виноват в том, что меня никто не берет на работу.

– Ну, и все равно мне от этого не легче, – ответил он, встраиваясь в поток автомобилей. – Я серьезно, Сара. Мне в самом деле жаль.

Конечно, ему жаль, что тут удивительного? Ей тоже, но это не поможет найти работу. Как не помогло все ее усердие, с которым она добивалась в колледже высокого среднего балла GPA и посвящала все свободное время подработке и летней практике, чтобы набраться опыта. Даже те годы, которые она отдала своей последней работе, пожалуй, принесли ей скорее вред, чем пользу. Потенциальные работодатели смотрели резюме, видели специализацию и поэтому отказывались ее брать на какую-то другую работу.

Иногда Сара вспоминала первые годы после колледжа и удивлялась, что они с Мэттом были такими неисправимыми оптимистами, наивными молодоженами, полными радужных надежд. Впрочем, тогда и перспективы у них выглядели лучше. Потом ощущение от новизны самостоятельной жизни исчезло. Сара работала бухгалтером в местной торговой сети, ее дни текли унылой чередой. Мэтт трудился ландшафтным архитектором в университете Пенсильвании, и ему это очень нравилось. Но вскоре после его повышения до начальника смены, законодатели штата урезали университетский бюджет. Начальство решило, что им проще обойтись без новых клумб и деревьев, чем без книг для библиотеки и зарплат для преподавателей, и Мэтт вместе с другими озеленителями оказался без работы.

Постоянной занятости в небольшом городке Стейт-Колледж не предвиделось. Мэтт лишь изредка выполнял заказы профессоров-аграрников. Его бывшие коллеги один за другим уезжали в другие города, иногда даже в другие штаты. Но Мэтт решил найти себе что-нибудь в городе, где они встретились с Сарой, где сыграли свадьбу и где надеялись когда-нибудь растить детей.

Но со временем растаял даже природный оптимизм Мэтта. С каждым месяцем он все больше терял надежду. Утром, уходя на работу, Сара размышляла, что ей сделать, как помочь мужу. В то же время она боялась проявлять чрезмерную активность, иначе Мэтт подумает, что она сомневается в его самостоятельности.

Время шло, ее тревоги утратили остроту, но не исчезали. Мэтт превосходно выполнял частные заказы, какие удавалось получить, и Сара гордилась им. Она видела его упорство и старалась не жаловаться на собственную скучную работу. Нет-нет, год за годом она трудилась в положенные часы, получала зарплату и благодарила босса за ежегодные бонусы. Она понимала, что должна быть признательна судьбе за удачу, но в душе чувствовала, что ей чего-то не хватает.

В один из декабрьских дней, когда они с Мэттом наряжали елку, Сара подсчитала, какое по счету Рождество они будут встречать в маленькой квартире на Колледж-авеню.

– Так
Страница 2 из 16

много? – спросил Мэтт. В его глазах появилась печаль. – Я-то рассчитывал, что к этому времени у нас уже будет собственный дом.

Сара повесила на высокую ветку искрящийся шар и ответила с улыбкой:

– Многие люди ждут еще дольше, а кто-то даже и не мечтает о доме. К тому же мне тут нравится.

– Так много лет в этой квартире… и еще больше времени без постоянной работы.

– А я много лет занимаюсь всякой ерундой. Удивительно, как у меня еще не расплавились мозги.

Мэтт невесело усмехнулся.

– Может, у нас просто наступил кризис среднего возраста?

– Это ты о себе? Я же еще молодая.

– Ты понимаешь, что я хотел сказать. Может, нам имеет смысл начать все сначала, ведь теперь мы знаем то, что не знали когда-то.

Сара взяла его руку и сжала – показала, что она его понимает.

Через пару недель они с друзьями встречали Новый год в их крошечной квартире. Весь день смотрели футбольные матчи и болели за «Ниттани Лайонс», а последние два часа до полуночи наблюдали по телевизору, как на Таймс-сквер спускался шар времени, и по очереди говорили о своих пожеланиях и надеждах на будущий год. Когда Сара сообщила, что собирается сдать экзамен на сертифицированного бухгалтера, потому что после этого сможет начать собственный бизнес, все рассмеялись и резонно возразили, что работа такого специалиста ненамного отличается от той, которую она со стонами выполняет сейчас. Сара понимала их правоту, но надеялась, что любые перемены, даже незначительные, принесут ей облегчение.

Потом встал Мэтт и объявил о решении найти постоянную работу, даже если ради этого придется уехать в другое место.

Сара удивленно подняла брови, он тут же понял этот безмолвный знак и поспешно добавил:

– Конечно, если ты не станешь возражать, дорогая. Если ты не против переезда.

– По правде говоря, я осталась бы здесь.

– Но ведь мы с тобой хотим начать все заново. Ты сама сказала об этом.

– По-моему, ты слишком много выпил. Тебе пора остановиться. – Она улыбнулась, смягчая резкость своих слов, и взяла из его руки банку пива. Ее огорчили не столько его слова, как то, что он сообщил о таком важном решении неожиданно для нее – еще и перед посторонними. Мэтт всегда был последовательным и терпеливым, никогда не преподносил сюрпризов. Не в его привычках принимать решение, касающееся их обоих, не посоветовавшись с ней.

Сара дождалась ухода гостей, навела порядок, убрала посуду и потом нагрянула в ванную, где Мэтт чистил зубы.

– Знаешь что, милый мой? В следующий раз ты все-таки предупреждай меня, когда принимаешь важное решение. Особенно если сообщаешь о нем нашим друзьям.

Мэтт сплюнул зубную пасту.

– Прости, Сара. Я ляпнул, не подумав. – Он прополоскал рот. – Впрочем, это не совсем так. Я часто размышляю об этом.

– О том, чтобы куда-то перебраться?

– О том, что нам нужно начать все сначала где-то в другом месте. Сара, ты сама подумай. Ты ненавидишь свою работу; я вообще не могу ничего найти. Хуже не будет, а я осмелюсь предположить, что будет даже лучше. – Он пристально взглянул на нее. – Ты готова рискнуть?

Сара смотрела на него и думала о том, как долго он искал постоянную работу, как иногда заполнял свой рабочий график несколькими странноватыми заказами. А еще о том, как ее собственная работа настолько ей опротивела, что даже не хотелось вставать по утрам.

– Я подумаю. Утро вечера мудренее, – произнесла она.

Наутро она сказала мужу, что готова рискнуть.

Через несколько недель Мэтт наконец-то нашел работу – в маленьком городке, в двух часах езды от Стейт-Колледжа. Сара радовалась вместе с ним и старалась не показывать своего разочарования, когда он описал Уотерфорд, расположенный в глухой части Пенсильвании, где рынок труда был еще более скудным, чем в Стейт-Колледже. Но как могла она отказаться, если Мэтт был так воодушевлен? И как могла она не поддержать мужа, когда ее мать заорала по телефону: «Ты хочешь сказать, что поставишь крест на своей карьере и поедешь в глушь с этим… этим… этим земледельцем?»

Сара сухо напомнила матери, что «этот земледелец» ее муж и что он бакалавр ландшафтной архитектуры. Еще она добавила, что если мать так недовольна их решением, тогда Сара не сообщит ей их новый адрес. Женщина никогда не понимала Мэтта, даже не пыталась понять. Она просто поджимала губы и отказывалась видеть то, что видела ее дочь: интеллигентного, деликатного, заботливого человека с добрым сердцем, который любит и природу, и дожди, и все, что растет из земли. И мать Сары ошибалась, когда сетовала, что ее дочь связала свою жизнь с неотесанным чурбаном…

* * *

Сара погладила мужа по кудрявой голове. С апреля по октябрь он ходил с выгоревшими на солнце волосами и обгоревшим носом.

– Прошло всего лишь восемь недель. Я и не рассчитывала, что найду работу сразу после нашего переезда. Это было бы из области фантастики.

Мэтт посмотрел на нее и снова перевел взгляд на дорогу.

– Я понимаю, ты просила не задавать вопросов, но все-таки как все было?

– Да как всегда, – буркнула Сара. – Чем больше я говорила, тем больше стекленели его глаза. Потом он сказал: «Если честно, то мы ищем такую сотрудницу, которая соответствует духу нашей компании». Далее улыбка, галантное рукопожатие, а потом он просто выпроводил меня за дверь.

– Что за дух такой у их компании?

– Вероятно, он просто имел в виду, что я им не подхожу.

– Обычно они хотя бы выжидают пару дней и уж потом сообщают об отказе.

– Спасибо, милый. Я должна как-то утешиться после твоих слов?

– Ты знаешь, что я подразумевал. – Мэтт виновато улыбнулся. – Ты сказала ему, что больше не хочешь работать в бухгалтерии?

– Да, сказала. Не помогло. У меня ощущение, будто я характерная актриса, для которой больше не находится подходящей роли.

– Ну-ну, не сдавайся. Что-нибудь рано или поздно получится.

– Да-а… – Сара вздохнула. Она решила помолчать, потому что не была уверена, что сможет скрыть сарказм. Что-нибудь получится… Так и сама она утешала Мэтта по крайней мере раз в неделю, когда он искал работу, а он никогда не верил ей. И вот теперь Мэтт повторял эти слова, но они успели приобрести статус заклинания или проповеди, потому их не хотелось слушать. Сара любила мужа, но иногда он доводил ее до бешенства.

Мэтт включил левый поворотник и свернул с шоссе на узкую дорогу.

– Надеюсь, ты не возражаешь против небольшого отклонения от маршрута.

– Куда мы едем? – поинтересовалась Сара, когда грузовик запрыгал по гравию, оставляя за собой клубы пыли.

– Вчера в офис заглянула новая клиентка. Она оставила несколько снимков своего дома, но мне нужно лично посмотреть на фронт работ, прежде чем Тони подпишет окончательный контракт. Там у этой леди небольшой коттедж с участком. Я подумал, что ты поможешь мне его оценить.

– Ладно, давай. Я никуда не спешу. – В самом деле, куда ей теперь торопиться? Она обшаривала взглядом окрестности, но не видела никаких домов, только фермерские угодья, на которых колыхались под ветерком бледно-зеленые стебли каких-то злаков, а за ними темнели в синеватом летнем мареве лесистые холмы.

Впереди снова была развилка, и Мэтт направил грузовичок на узкий проселок, нырявший в густой лес.

– Видела ту дорогу? – спросил Мэтт, показывая через плечо пальцем. – Она ведет прямо к
Страница 3 из 16

фасаду того дома, вернее, вела, когда мост через речку Элм-Крик был цел. Хозяйка участка предупредила нас, чтобы мы ехали именно тут. По ее словам, она устала от жалоб автомобилистов на то, что им приходится возвращаться пешком в город и вызывать грузовик для буксировки завязнувшей в грязи машины.

Сара слабо улыбнулась и вцепилась в сиденье, когда пикап, наклонившись набок, запрыгал по грунтовке в гору. Дороги Пенсильвании известны своими ухабами, но эта превосходила все мыслимые пределы. Когда подъем стал круче, Сара понадеялась, что им никто не едет навстречу. Двум машинам тут явно невозможно разъехаться, не задев за деревья. Или хуже того…

Неожиданно лес кончился. Впереди, на склоне холма, стоял двухэтажный красный амбар. Дорога – теперь уже две колеи среди высокой травы – шла совсем круто в гору и скрывалась за ним. Мэтт переключил передачу и надавил на газ.

Прямо за амбаром находился низкий мостик. За мостиком дорога расширилась, под колесами снова захрустел гравий; началась аллея, обрамленная старыми деревьями.

– Вязы, – сказал Мэтт. – Выглядят здоровыми, но надо проверить. Дом уже где-то рядом.

– Вон там он, я вижу что-то за деревьями, – сообщила Сара и вытаращила глаза, когда они подъехали ближе. Она не ожидала увидеть такое великолепие. Перед ними высился трехэтажный каменный особняк с тюдоровским декором и черными ставнями, обрамлявшими многочисленные окна. Особняк был построен углом, его короткая часть смотрела на запад, прямо на них, другое крыло простиралось к югу. На углу, где встречались оба крыла, четыре каменные лестницы вели к стрельчатой двери.

– Мэтт, почему ты сказал, что это небольшой коттедж?

Пикап медленно выехал на дорогу, огибавшую два огромных вяза. Мэтт остановился и, усмехнувшись, надавил на тормоз.

– Ну как? Впечатляет, правда?

– Не то слово. – Сара открыла дверцу, спрыгнула на гравий и, не отрывая глаз от здания, захлопнула ее. В сознании промелькнула искра зависти, но она поскорее скрыла ее.

– Я так и думал, что тебе понравится. – Мэтт подошел к жене. – Тони повезло, что у него появилась такая клиентка. Мне не терпится взглянуть на остальную территорию.

Они поднялись по ступенькам и постучали в дверь. Пока они ждали, Сара с закрытыми глазами наслаждалась свежим ветерком. Несмотря на яркое солнце, тут было словно градусов на десять прохладнее, чем в городе.

Через пару минут они постучали снова.

– Может, никого нет дома? – засомневался Мэтт.

– Тут знают, что мы приедем?

– По словам Тони, он договорился на сегодня. Обычно я звоню перед приездом, но в этом доме нет телефона. – Он занес руку, чтобы постучать в третий раз.

Неожиданно дверь распахнулась. Мэтт поспешно опустил руку, когда на пороге появилась семидесятилетняя леди в светло-голубом платье. Она была выше и стройнее, чем Сара; ее серебряные волосы были разделены на пробор и подстрижены на несколько дюймов ниже подбородка. Единственными мягкими линиями на ее лице были чуть обвисшая кожа и тонкие морщинки вокруг глаз и рта. В ее осанке что-то говорило о том, что она привыкла к повиновению, и Сара едва не сделала вежливый реверанс. В общем, кем бы ни была эта немолодая особа, она так же подходила к этому гордому старинному особняку, как Мэтт к своему угловатому надежному пикапу, а сама Сара – к чему? Как ни старалась, она не придумала ничего, что могло завершить эту мысль.

Женщина надела очки, болтавшиеся на тонкой серебряной цепочке на ее шее.

– Слушаю вас, – произнесла она, хмурясь, словно не была уверена, что ей нравится увиденное.

– Здравствуйте, мэм. Я Мэтт Макклур из «Ландшафтной архитектуры». Мне поручено сфотографировать ваш участок перед началом работ по реставрации.

– Хм-м. – Подозрительный взгляд переместился на Сару. – А кто вы?

– О-о, я… Сара. Жена Мэтта. Просто приехала с ним за компанию. – Она поспешно улыбнулась и протянула женщине руку.

После небольшой паузы пожилая леди пожала ее.

– Что ж, вероятно, вы знаете, что я Сильвия Компсон. Можете называть меня миссис Компсон. – Она оглядела Мэтта с ног до головы и нахмурилась. – Я рассчитывала, что вы приедете раньше. – Повернувшись, она вошла в вестибюль, обронив на ходу: – Что ж, заходите, Мэтт и «о-о… Сара». Заходите в дом. Только закройте за собой дверь.

Быстро переглянувшись, Сара и Мэтт последовали за миссис Компсон. Она провела их в просторную кухню. Вся левая стена ее была занята буфетом и полками, под окном стояла раковина. Микроволновка почему-то находилась на столешнице рядом с ветхой печью. За печкой виднелась арка, на другой стене была еще одна дверь, закрытая. В центре кухни красовался длинный деревянный стол. Миссис Компсон присела у него на низкую скамью и устремила на Сару и Мэтта долгий взгляд.

– Хотите стакан лимонада или, может, ледяного чая? – спросила она наконец, обращаясь к Мэтту.

– Нет, благодарю вас, мэм. Мне просто нужно, чтобы вы показали участок. Я должен сделать несколько снимков, и после этого мы уедем.

Не отрывая взгляда от Мэтта, миссис Компсон кивнула в сторону Сары.

– А она? Может, она хочет что-нибудь?

– Я была бы признательна за стакан лимонада, – сказала Сара. – Благодарю вас. Я стояла в городе на улице и…

– Стаканы в буфете, а кувшин с лимонадом в холодильнике. Не рассчитывайте, что я буду вас обслуживать.

Сара растерянно заморгала.

– Спасибо. Конечно, я сама. – Она напряженно улыбнулась и, обойдя стол, пошла к буфету.

– Ну вот, теперь нам придется ждать, когда вы выпьете лимонад, хотя вы и так опоздали и отрываете меня от работы.

Сара застыла, не зная, что и подумать.

– Если это причиняет вам столько хлопот…

– Миссис Компсон, – вмешался Мэтт, беспомощно посмотрев на Сару за спиной немолодой леди. – Тони договорился с вами на два часа. Мы прибыли на пять минут раньше.

– Хм. Раньше на десять минут – это «вовремя», а на пятнадцать минут – «рано»! Нет, теперь никто не заботится о том, чтобы произвести хорошее впечатление на клиента. Ну, она так и будет стоять, разинув рот, пока не пустит корни? Или все-таки нальет лимонад?

– Миссис Компсон…

– Не беспокойся, Мэтт, – оборвала его Сара, надеясь, что она отвечает на строгий взгляд миссис Компсон с такой же строгостью. – Я подожду вас тут. – Лучше уж она посидит здесь на кухне и выпьет стакан лимонада, чем проведет еще хоть одну минуту в обществе миссис Компсон. Жаль, конечно, что не посмотрит на территорию вокруг этого прекрасного особняка, но что поделаешь…

Миссис Компсон удовлетворенно кивнула.

– Пойдемте, – чопорно сказала она Мэтту, поднимаясь со скамьи. – Я покажу вам переднюю часть участка. – Не оглядываясь, она вышла из кухни.

Удивленная Сара схватила Мэтта за рукав, когда он повернулся, чтобы последовать за хозяйкой усадьбы.

– Что я такого сделала? – шепнула она, стараясь, чтобы пожилая леди не слышала ее слов.

– Да все было абсолютно нормально. Я не понимаю, что она так взъелась. – Он взглянул на дверь и сокрушенно покачал головой. – Слушай, может, я отвезу тебя домой? Фотографии могу сделать и в другой раз.

– Нет-нет, все в порядке. Иначе будет только хуже. Я не хочу, чтобы ты влип из-за меня в неприятности.

– Я никуда не влипну.

– Все в порядке. Я вовсе не возражаю против того, чтобы посидеть здесь.
Страница 4 из 16

Честное слово.

– Ну, если так… – Мэтт неуверенно взглянул на нее и кивнул. – Ладно, я постараюсь все сделать как можно скорее, и мы уедем отсюда. – Он торопливо чмокнул ее в щеку и зашагал вслед за миссис Компсон.

Сара проводила его взглядом, вздохнула и открыла дверцу буфета, удивляясь, почему эта вздорная старуха вообще предложила им лимонад и чай, если для нее это обернется столькими хлопотами. Она нашла стакан, а когда закрывала дверцу, посмотрела в окно и увидела их пикап. Может, лучше ей подождать Мэтта там, но тогда старуха решит, что напугала ее, а Сара не намерена доставлять ей такое удовольствие.

Налив лимонада, Сара поставила кувшин на место, села на скамью и оперлась локтями на стол. Она потягивала прохладный сладкий напиток и оглядывала кухню. Мэтт не закончит свои дела и за час. Эта мысль ужасно расстроила ее.

Взгляд Сары остановился на двери. Гонимая любопытством, она встала и переложила стакан в левую руку. Вытерла об юбку влажную правую ладонь и потрогала дверную ручку. Дверь была не заперта. Сара открыла ее и увидела крошечную комнатку. Это была кладовая, судя по полкам, заставленным овощными консервами, компотами в банках и матерчатыми мешками с крупами и мукой. Она закрыла дверь и, бросив быстрый взгляд в ту сторону, куда ушла миссис Компсон, прошла в арку.

Она очутилась в приятной гостиной, наполненной солнцем. Здесь было просторнее, чем на кухне, возле окон и перед камином стояла мягкая мебель. На стенах висели красочные акварели, на столике примостилась швейная машинка. Рядом стоял стул, словно машинкой кто-то недавно пользовался. На широком диване лежали две подушки и небольшая стопка аккуратно свернутых простыней, прямо рядом с…

Затаив дыхание, Сара подошла ближе. Развернула одной рукой одеяло и положила на диван. Оно было не простое, а лоскутное. Сара погладила его ладонью. Ромбики всех оттенков синего, пурпурного и зеленого складывались в восьмиконечные звезды на нежном фоне цвета слоновой кости. Мелкие стежки очерчивали еще более мелкие ромбики внутри каждого цветового пятна, а светлая ткань была покрыта плавными, перистыми узорами. Стежки были поразительно крошечными и ровными. Узкая виноградная плеть изумрудно-зеленого цвета вилась по краям.

– Какая прелесть, – прошептала Сара и поднесла край одеяла к глазам, чтобы лучше рассмотреть рисунок.

– Если вы прольете лимонад на одеяло, обещаю, что вы пожалеете об этом, – раздался за спиной строгий голос. Ахнув, Сара уронила одеяло и обернулась. В дверях стояла, уперев руки в бока, сердитая миссис Компсон.

– Миссис Компсон, я думала, что вы ходите с Мэттом…

– Кажется, вас никто сюда не приглашал, – перебила старуха. Сара отскочила в сторону, а миссис Компсон подошла к упавшему одеялу и медленно нагнулась за ним. Потом с усилием выпрямилась, тщательно сложила его и вернула на место.

– Можете подождать вашего супруга на улице, – бросила она через плечо. – Конечно, если я могу рассчитывать, что вы благополучно найдете дверь и не будете бродить по дому.

Сара молча кивнула. Она оставила стакан в раковине на кухне и поспешила из дома. Идиотка, ругала она себя, распахивая дверь. Сара сбежала по ступенькам заднего крыльца и помчалась во всю прыть к пикапу. Залезла на пассажирское место, положила локоть на дверцу и стала грызть ноготь. Вдруг миссис Компсон рассердилась и откажется от контракта? Если Мэтт потеряет работу из-за того, что Сара оскорбила важную клиентку, она никогда не простит себе этого.

Через полчаса Мэтт появился из-за южного крыла дома. Сара видела, как он подошел к задней двери особняка и постучал. Дверь открылась почти мгновенно, но из кабины грузовичка Сара не могла разглядеть миссис Компсон. Она беспокойно ерзала, пока Мэтт разговаривал с заказчицей. Наконец он кивнул и поднял руку, прощаясь. Дверь закрылась. Мэтт сбежал по ступенькам и пошел к пикапу.

Когда он садился за руль, Сара с тревогой вглядывалась в его лицо.

– Я думал, что ты подождешь меня в доме, дорогая. Что ты тут делаешь? – спросил он с веселой усмешкой и, не дожидаясь, ответа, продолжил: – Эх, видела бы ты всю территорию!

– Хотелось бы, – угрюмо пробормотала Сара.

Если Мэтт и слышал ее слова, то был слишком переполнен энтузиазмом, чтобы обратить на них внимание. Вместо этого он всю обратную дорогу описывал обширную лужайку перед домом, одичавший сад и ручей, протекавший по участку. В другой ситуации Сару бы заинтересовало все это, но сейчас она слишком тревожилась – что скажет муж, когда она сообщит, что шныряла по дому его клиентки?

После обеда, когда справляться с тревогой было уже невмочь, она осмелилась спросить:

– О чем вы говорили с миссис Компсон перед отъездом?

Мэтт ополоснул ножи с вилками и выключил кран.

– Так, о деталях заказа, – ответил он, складывая столовые приборы в металлическую корзинку. – Она поинтересовалась, что я думаю о северных садах, и сказала, что ждет меня завтра.

– Так она не отказалась от контракта?

– Нет. А с чего бы ей отказываться?

Сара помялась.

– Ну, вообще-то я разгуливала по ее дому, и она застала меня.

Мэтт насторожился.

– Разгуливала?

– Все не так страшно. Я просто вошла в ее гостиную и потрогала одеяло. А она разозлилась. – Сара виновато потупилась. – Я боялась, что она откажется от тебя и потребует прислать другого специалиста.

Мэтт засмеялся и включил посудомоечную машину.

– Ты слишком много беспокоишься. Она не отказалась от контракта. – Он обнял жену.

Сара скользнула в его объятия и вздохнула с облегчением.

– Конечно, мне надо было сидеть на кухне, но я заскучала и захотела взглянуть хоть на кусочек дома, раз уж я не пошла с вами.

– Я буду работать там все лето и покажу тебе территорию как-нибудь в другой раз.

– Если об этом не узнает миссис Компсон. – Саре не хотелось встречаться со столь злой особой еще раз. – Скажи мне, Мэтт, почему этой грубой старухе достался красивый дом с садами, еще и роскошное одеяло в придачу, а мы с тобой, хорошие и вежливые люди, вынуждены жить в старенькой «двушке»? Как несправедливо.

Мэтт отстранился и посмотрел на ее лицо.

– Я не пойму, ты шутишь или нет. Неужели тебе в самом деле хочется стать такой, как она, и жить в одиночестве в огромном доме, без семьи и даже без собаки?

– Нет, конечно. Старушка явно не стала счастливее среди этой красоты. Я лучше буду жить вместе с тобой в маленькой хижине, чем одна в самом роскошном в мире дворце. Ты и сам знаешь это.

– Так я и думал. – Он обнял ее еще крепче.

Сара прижалась к нему – но не перестала злиться на себя. Когда же наконец она научится следить за собой и не выпаливать все свои мысли сразу. То же самое касается и ее собеседований с работодателями. Если она не научится вести себя разумно, то пресловутая маленькая хижина действительно может стать их будущим домом.

Глава 2

На следующее утро Сара сидела в гостиной за столиком, листала газету и тихонько завидовала Мэтту, торопившемуся на работу. Она слышала, как он ходил наверху, и по шуму за стенкой знала, что кто-то из шести студентов, снимавших вторую половину дуплекса, тоже куда-то собирается. Ей казалось, что каждое утро всем надо идти куда-то, где их ждут, всем, кроме нее.

– А ты сидишь тут и ноешь. Как будто это поможет, –
Страница 5 из 16

пробормотала она. Сара отпила кофе и перевернула страницу, хотя не прочла на ней ни словечка. Студенты включили стерео достаточно громко, чтобы басовый диапазон назойливо пульсировал в ее ушах, хотя и не так громко, чтобы Сара с оправданным негодованием имела право постучать в стенку. По опыту она знала, что это гудение закончится к полудню и снова возникнет где-то между половиной седьмого и семью – и так уж до самой полуночи. По выходным иногда этот порядок менялся, но ненамного.

Возможно, шум и не раздражал бы ее, если бы не скверное настроение. Отсутствие работы перестало восприниматься как отпуск уже больше месяца назад, когда стало понятно, что ей не годятся практически никакие объявления о найме, публикующиеся в местной газете. После восьми недель, четырех унылых собеседований и множества разосланных писем с резюме, на которые ни разу не пришел ответ, Сара начала всерьез опасаться, что она больше никогда не устроится на работу.

Мэтт сбежал по лестнице, остановился за ее стулом, обнял Сару за плечи и поспешил дальше в кухню.

– Есть что-нибудь интересное? – крикнул он, наливая кофе в дорожную кружку.

– Не знаю. Я еще не просматривала объявления.

– Ты ведь всегда смотришь этот раздел раньше других.

– Да, конечно. Просто меня заинтересовала статья о… – Она взглянула на самый крупный заголовок. – О Молочной принцессе. Только что выбрали новую.

Мэтт возник в дверях и усмехнулся.

– Думаешь, я поверю, что ты забыла посмотреть объявления, потому что тебя так заинтересовала новая Молочная королева?

– Не Молочная королева, а Молочная принцесса. – Сара сложила газету, оперлась локтями о стол и потерла глаза. – «Молочная королева» – это кафе-мороженое. А Молочная принцесса… ну, я не знаю, что это такое.

– Может, тебе нужно позвонить ее величеству? И она наймет тебя счетоводом, дабы ты помогала ей считать коров?

– Эй, сегодня ты просто искришься юмором, так?

– Угу, это я, Мэтт Макклур, комедиант. – Он погладил ее по плечу. – Ладно, Сара. Знаешь, рано или поздно ты найдешь работу, которая тебе понравится. Я не говорю, что это будет быстро или легко, но это случится.

– Пожалуй, – без особой уверенности отозвалась Сара.

Мэтт взглянул на часы, потом опять на жену.

– Слушай, мне не хочется оставлять тебя в таком унынии…

– Не говори глупости. – Сара встала и резко отодвинула стул. – Все нормально. Если будешь пропускать работу всякий раз, когда у меня будет плохое настроение, скоро и ты окажешься безработным.

Она проводила его до двери, поцеловала на прощание и посмотрела сквозь стекло, как он уехал. Потом заставила себя вернуться к столу и снова взять в руки газету. Через пятнадцать минут чтения в ее душе зашевелилась надежда. В двух новых объявлениях требовалась степень бакалавра в области бизнеса или торговли. С газетой и чашкой кофе она поднялась по лестнице наверх в маленькую комнату, из которой они сделали кабинет. Пожалуй, ей нужно принять философию Мэтта. Возможно, тут нужны упорство и капля везения. Если Сара будет и дальше методично продолжать поиски, то в конце концов найдет хорошую работу еще до того, как достигнет пенсионного возраста.

Диск «Поиски работы» лежал возле компьютера, там, где она оставила его, когда в последний раз писала резюме. Она внесла пару исправлений, распечатала несколько копий, приняла душ и оделась. Через час Сара уже стояла на остановке и ждала автобус, идущий в деловой центр.

Уотерфорд, небольшой городок в штате Пенсильвания, насчитывал около тридцати пяти тысяч жителей, но когда в Уотерфордском колледже начиналась сессия, население увеличивалось на пятнадцать тысяч молодых людей. Деловой центр граничил с кампусом и, помимо нескольких муниципальных офисов, в основном состоял из баров, странноватых ресторанов и магазинов, обслуживавших студентов. Местные понимали, что их финансовое благополучие зависит от изменчивой студенческой популяции, и многим это не нравилось. Иногда коллективное недовольство горожан выливалось в серию предписаний насчет условий проживания и запретов на шум. В ответ студенты устраивали бойкоты и писали саркастические заметки в своих газетах. Сара не могла сказать, на чьей она стороне. Студенты считали ее подозрительной представительницей истеблишмента, а местные видели в ней презренную студентку. Она пыталась компенсировать это вежливостью ко всем без исключения, даже к грубым соседям и к владельцам магазинчиков, которые глядели на нее так, словно она сейчас убежит, прихватив с собой половину их товара. Но вежливость ей не помогала.

Она сошла с автобуса у почты. В рюкзачке лежали ее резюме и другие материалы. Погода была облачной и сырой. Бросив опасливый взгляд на серые тучи, она ускорила шаг. За последние недели Сара уже накопила неприятный опыт – в этом городке ливни всегда были внезапными и короткими, словно на тебя неожиданно выливали ведро холодной воды. Ей надо было торопиться, чтобы успеть на обратный автобус и не промокнуть.

Дела на почте заняли несколько минут, после них Сара купила кое-что из бакалеи, и у нее осталось еще немного времени. Она возвращалась к автобусной остановке, глядя на витрины и прислушиваясь к далеким раскатам грома.

Тут ей на глаза попалось яркое пятно, она остановилась, чтобы рассмотреть его ближе – и у нее перехватило дух от восхищения. В витрине было выставлено зелено-красное одеяло. Шесть одинаковых ромбов, каждый из которых складывался из шестнадцати мелких ромбиков, составляли большую восьмиконечную звезду. Цвета были подобраны так искусно, что создавалась иллюзия, будто из центра звезды исходит свет. Между концами звезды на основном поле крошечными стежками были вышиты затейливые веночки. Что-то в этом одеяле показалось ей знакомым. Она напрягла память и вспомнила: этот узор был похож на вчерашний, который она видела в гостиной у миссис Компсон.

Сара разглядывала одеяло. Ей захотелось и самой создать что-нибудь такое же красивое. Ей всегда нравились лоскутные одеяла, чудесным образом преображавшие кровать или диван, нравилось ощущать пальцами их ткань. При виде такого одеяла она сразу вспоминала покойную бабушку, и в ее душе шевелилась болезненная смесь любви и тоски. В детстве ее семья ездила два раза в год, летом и на Рождество, в маленький домик, стоявший на Верхнем полуострове Мичигана. Зимние приезды были самыми интересными. Все спали на диване, укрывшись двумя или тремя старыми бабушкиными одеялами, ели пирожки, пили горячий шоколад и смотрели в окно на снега, покрывавшие землю. Некоторые бабушкины шедевры до сих пор украшают родительский дом Сары, но она не помнит, чтобы мама когда-нибудь держала в руках иголку. Если изготовление лоскутных одеял было мастерством, передававшимся от матери к дочери, то ее мать оказалась слабым звеном в этой цепочке. Бабушка наверняка научила бы Сару шить, если бы она хотела учиться.

Сара запрокинула голову, посмотрела на вывеску магазинчика и тут же засмеялась от удивления, увидев слова «БАБУШКИН ЧЕРДАК», выведенные золотыми буквами на красном фоне. Она взглянула на часы, потом на автобусную остановку и решительно вошла в магазин.

Все стены и большую часть помещения занимали стеллажи с рулонами ткани, нитками и
Страница 6 из 16

мелкими галантерейными товарами. В глубине помещения звучал негромкий кельтский фолк. В центре комнаты несколько женщин болтали и смеялись, стоя возле обширного раскройного стола. Одна из них, с короткими и темными волосами, подняла голову и улыбнулась Саре, а Сара улыбнулась в ответ. Обойдя кассу, она подошла к витрине и обнаружила, что вблизи одеяло еще красивее. Она стала прикидывать, как оно будет выглядеть на кровати.

– Я вижу, что наша «Одинокая звезда» очаровала еще одного посетителя, – прозвучал приятный голос, оторвав Сару от раздумий. Она повернулась и увидела рядом с собой женщину, которая улыбнулась ей минуту назад. Ей на вид было где-то за пятьдесят.

– Оно называется «Одинокая звезда»? Ах, какое красивое!

Женщина стряхнула с рукава обрывки ниток и перевела взгляд на одеяло.

– О да, прелестное, правда? К моему сожалению, его сшила не я, а одна из наших местных мастериц. Оно двуспальное, целиком ручная работа.

– Сколько вы просите за него?

– Семьсот пятьдесят долларов.

– Что ж, спасибо, – выдохнула Сара, не в силах скрыть разочарование.

Женщина сочувственно улыбнулась.

– Да, конечно – очень дорого, правда? Но если вы возьмете цену и рассчитаете почасовую ставку, то увидите, что это даже дешево.

– Охотно верю. Вероятно, над ним работали чуть ли не год.

– Многие покупатели любуются одеялом, потом слышат его цену и идут в какой-нибудь дискаунтер за дешевым товаром. – Женщина вздохнула и покачала головой. – Люди просто не понимают, что у таких одеял не сразу разглядишь разницу в качестве материала и работы. Но миссис Компсон неплохо получает за вещи, которые выставляет здесь.

– Миссис Компсон?

– Да, Сильвия Компсон. Два месяца назад умерла ее сестра, и теперь она живет в особняке Элм-Крик. Энергичная, как черт, – мне пришлось установить над витриной маркизу,[1 - Маркиза – особая конструкция для затенения разнообразных уличных объектов.] и она только после этого согласилась выставлять в ней свои одеяла. Но она права, конечно. Жалко, если какой-то фрагмент ее шедевра выгорит на солнце. Два ее одеяла хранятся в постоянной коллекции Американского общества квилтеров в городе Падука.

– Это хорошо, да?

– Хорошо? Да я умру от счастья, если мои работы будут приняты хотя бы на ежегодную выставку этого общества, – засмеялась женщина. – По-моему, все квилтеры знают Сильвию Компсон и ее работы.

– Я встречалась с миссис Компсон, но я не квилтер. Хотя мне очень нравятся лоскутные одеяла.

– Правда? Тогда вам надо научиться их делать.

– Эй, глядите-ка! Бонни сейчас завербует еще одну жертву, – воскликнула одна из женщин.

– Беги отсюда поскорее, милая, – предупредила другая, и они расхохотались. Бонни улыбнулась.

– О'кей, признаюсь, что у меня свой интерес. Довольны? – Она с деланой строгостью посмотрела на подруг и снова заговорила с Сарой. – Мы в самом деле даем уроки, миссис…?

– Сара. А вы и есть та бабушка с вывески?

– О нет, – со смехом возразила Бонни. – Пока еще нет, слава богу, хотя меня часто спрашивают об этом. Тут нет бабушки. Чердака тоже нет. Мне просто понравилось название. Оно такое уютное, домашнее, правда? Как вы уже слышали, меня зовут Бонни, а это мои подруги, Мастерицы запутанной паутины. Мы группа ренегатов, отделившаяся от местной Уотерфордской гильдии квилтинга. Мы очень серьезно относимся к квилтингу – и к самим себе. – Тон голоса Бонни говорил о том, что в ее словах была немалая доля шутки. Она протянула Саре копию календаря. – Вот расписание занятий. Может, вас это заинтересует. Вы хотели что-нибудь еще?

Сара покачала головой.

– Ну, тогда спасибо, что заглянули к нам. Приходите еще. А теперь, простите, мне пора вернуться к девушкам, а то Диана опять спрячет мои круглые ножницы. – Улыбнувшись, она вернулась к раскройному столу.

– Спасибо, – поблагодарила Сара, сложила бумагу и сунула в рюкзак. Она вышла из магазина, потом рысью пробежала полквартала до остановки и вскочила в автобус, когда на тротуар упали первые тяжелые капли дождя.

Глава 3

У Сары забилось сердце, когда она вернулась домой и увидела, что на автоответчике мигает огонек. Значит, пришло сообщение. Неужели ей позвонили из Уотерфордского колледжа насчет работы консультанта по приему абитуриентов? Бросив на пол пакеты, она нажала на кнопку. Или, может, из корпорации сотовой связи Пенсильвании? Это было бы еще лучше.

– Привет, Сара. Это я.

Мэтт. Это был Мэтт!

«Сейчас я звоню из офиса, но утром был в особняке Элм-Крик и… ну, пожалуй, расскажу обо всем, когда вернусь. Надеюсь, что у тебя нет планов на завтрашний день. До вечера. Целую».

Перемотав сообщение, Сара оставила рюкзак на полу в прихожей и отнесла в кухню продукты. Интересно, о чем это Мэтт говорил? Что именно может подождать, пока он не вернется домой? Ей даже захотелось позвонить Мэтту и спросить, в чем дело, но она все-таки решила не отрывать его от работы. Вместо этого Сара убрала в буфет продукты и прошла в гостиную. Там открыла дверь, чтобы по дуплексу погулял ветерок, растянулась на диване и стала слушать шум дождя.

Чем бы ей заняться? Стиркой она убивала время вчера, обед готовить еще рано. Пожалуй, настал момент позвонить кому-нибудь из школьных подруг. Нет, не получится. В это время все они сидят на работе или в университете.

Вот как все изменилось. В колледже у нее всегда были ясные цели, она выбирала нужные курсы, присутствовала на всех полезных дополнительных занятиях, проходила летом практику. Ее подруги часто сетовали на то, что их карьерные планы были слишком неопределенными или их не было вовсе. И вот теперь все они работали, а она праздно сидела дома и тосковала.

Сара перевернулась на бок и уставилась на пустой телевизионный экран. Сейчас там ничего нет – во всяком случае, ничего приличного. Ей даже захотелось, чтобы у нее нашлось какое-то дело по хозяйству. Зря она не выбрала в свое время другой профиль – маркетинг или, может, менеджмент. Или что-то из области науки. Но в старших классах школы консультант по профессиональной ориентации сказала, что для бухгалтеров всегда найдется работа, и Сара приняла эту информацию всерьез. В их доме она была единственной, кто знал с первого дня занятий, какой профиль выберет в конце года. Ей казалось нелепым и лишним спрашивать себя, нравится ли ей бухгалтерское дело, раз она так верила в свою успешную карьеру. Эх, лучше бы она послушала тогда свое сердце, а не чужого человека. Впрочем, она понимала, что ей надо винить исключительно себя одну в том, что у нее нет другой, запасной профессии, а есть только бухгалтерская.

Борясь с внезапным приступом отчаяния, она приказала себе не ныть. Да, верно, у нее нет работы, но она не должна хандрить и жаловаться. Так поступила бы ее мать. Саре нужно просто найти какое-нибудь сносное, но временное занятие, пока не подвернется хорошая работа. Переезд в дуплекс пару недель отвлекал от ненужных тревог. Может, ей вступить в местный клуб книголюбов или прослушать курс в Уотерфордском колледже?

Тут ее мысли вернулись к одеялу, которое она видела в витрине. Сара вскочила с дивана и сбегала в прихожую за рюкзаком. Расписание уроков квилтинга было на месте, только слегка отсырело, пока она бежала под дождем от автобуса. Сара развернула его, как
Страница 7 из 16

следует разгладила и стала изучать названия занятий, числа, часы и цены.

У нее опустились руки. Цены вполне разумные, но даже такие траты сейчас были неподъемными для их семейного бюджета, ведь она больше двух месяцев не держала в руках платежный чек. Как и многое другое, уроки квилтинга придется отложить до тех пор, пока в семье Макклуров не появится нормальный доход. Но чем больше Сара думала об этом, тем больше ей нравилась эта идея. Занятия квилтингом позволят ей найти новых знакомых, а лоскутное одеяло ручной работы украсит их дуплекс, привнесет в него уют. Ей надо поговорить об этом с Мэттом. Может, они как-нибудь найдут для занятий деньги.

Сара решила обсудить этот вопрос вечером за ужином.

– Мэтт, – начала она. – Я весь день думала вот о чем…

Мэтт положил добавку и усмехнулся.

– Ты имеешь в виду послание на автоответчик? Я удивляюсь, почему ты не спросила об этом раньше. Обычно ты не любишь, когда я долго держу тебя в неведении.

Сара поразилась – она совсем забыла про звонок мужа.

– Да, верно. Ты сказал, что хочешь о чем-то поговорить.

– Прежде всего скажи, есть ли у тебя планы на завтра?

Что-то в его тоне насторожило ее.

– А что?

– Да или нет?

– Я боюсь отвечать, пока не узнаю, почему ты спрашиваешь.

– Ну-у… Такая подозрительная. – Мэтт отложил вилку и нерешительно посмотрел на Сару. – Я провел весь день в особняке Элм-Крик, проверял деревья. И нигде ни следа голландской болезни вязов, представляешь? Не знаю, как им это удалось.

– Я надеюсь, ты не попал под дождь?

– Вообще-то, как только загремел гром, миссис Компсон позвала меня в дом. Даже приготовила нам ланч.

– Ты шутишь! Невероятно! Она не заставила тебя самому готовить его?

– Нет. – Он засмеялся. – Между прочим, она замечательно готовит. Пока я ел, мы разговорились. Она хочет, чтобы ты завтра заглянула к ней.

– Что? Это еще зачем? Что ей от меня нужно? – перепугалась Сара.

– Она не объяснила. Просто сказала, что хочет сообщить тебе об этом лично.

– Я не поеду. Передай ей, что я не могу приехать. Передай, что я занята.

На лице Мэтта появилось выражение, какое появлялось всегда, когда он ожидал неприятностей.

– Я не могу. Я уже сказал, что ты приедешь со мной завтра утром.

– Зачем ты это сообщил? Позвони ей и соври – ну, придумай что-нибудь. Скажи, что я записана к стоматологу.

– Не могу. У нее нет телефона, ты забыла?

– Мэтт…

– Давай посмотрим на все так: там гораздо прохладнее, чем в городе, верно? Ты хоть немного отдохнешь от жары.

– Лучше я останусь дома и включу кондиционер.

– Ой, ладно, Сара, что тебе стоит? – Он с мольбой посмотрел на жену. – Пожалуйста! Ведь старушка важный клиент.

Сара поморщилась.

– Пожалуйста!

– Ох, ну ладно, – со вздохом уступила она. – Только в следующий раз, пожалуйста, спрашивай меня, прежде чем втянуть в какую-то авантюру.

– О'кей. Обещаю.

Сара покачала головой и вздохнула. Она знала своего мужа.

Следующее утро было солнечным и ясным, влажность уменьшилась, и было не так, как накануне вчерашней грозы.

– Интересно, почему она хочет меня видеть? – снова спросила Сара, когда Мэтт вез ее к дому миссис Компсон.

– В четвертый раз говорю тебе, что я понятия не имею. Вот приедем, и ты все узнаешь.

– Вероятно, она потребует извинений за то, что я рыскала по ее дому. – Сара вспомнила разговор в гостиной. Извинилась она или нет, когда миссис Компсон застала ее? – Что-то я не помню, попросила ли я у нее прощения. Тогда я была слишком ошарашена. Возможно, она хочет прочесть мне лекцию о хороших манерах, вот и вытащила.

Желудок Сары сжался в тугой узел, когда колеса пикапа зашуршали по гравию на подъезде к особняку.

– Ты сразу извинись, не дожидаясь, когда она напомнит тебе об этом, – сказал Мэтт, останавливая пикап. – Старые люди обожают, когда с ними обращаются вежливо, любят извинения и всё такое.

– Ага. А я также слышала, что они не любят, когда их называют старыми, – пробормотала Сара. Впрочем, Мэтт, пожалуй, был прав. Она вылезла из кабины, захлопнула дверцу и поплелась за мужем к задней двери особняка.

Миссис Компсон сразу открыла дверь.

– А-а, вы приехали. Вдвоем. Ну, заходите.

– Миссис Компсон, – окликнул ее Мэтт, когда они шли за ней по широкому, слабо освещенному коридору. – Я планировал поработать в саду. Или вы хотите, чтобы я сделал что-нибудь еще?

Она остановилась и повернулась к нему.

– Нет-нет, займитесь садом. Сара может остаться со мной. – Мэтт и Сара озадаченно переглянулись. – Ах, не беспокойтесь. Сегодня утром я не стану перегружать ее работой. Вы встретитесь за ланчем.

Мэтт неуверенно посмотрел на жену.

– Ты согласна?

Сара пожала плечами и кивнула. Она-то думала, что миссис Компсон захочет, чтобы она приехала, извинилась и ушла, но теперь все затягивается. Сара начинала злиться. Что поделаешь, ведь миссис Компсон важный клиент.

Виновато улыбнувшись, Мэтт тем же путем отправился на улицу. Сара посмотрела ему вслед и решительно повернулась к пожилой женщине.

– Миссис Компсон, – начала она, стараясь, чтобы в ее голосе звучало сожаление. – Я хотела извиниться за то, что вошла с лимонадом в вашу гостиную и без разрешения потрогала одеяло. Мне не следовало этого делать. Простите.

Миссис Компсон смерила ее удивленным взглядом.

– Извинение принято. – Она повернулась и жестом велела Саре следовать за ней.

Смущенная Сара тащилась за гордой леди. Неужели этих извинений недостаточно? Но что еще Сара должна ей сказать?

Они дошли до конца коридора, повернули направо и вышли в просторный холл. У Сары захватило дух. Даже сейчас, когда огромные, до потолка, окна были завешены тяжелыми драпировками, она видела, каким великолепным мог быть парадный вестибюль при надлежащем уходе. Пол из черного камня; слева от Сары мраморные ступени вели вниз к массивным двустворчатым деревянным дверям. Картины и зеркала в резных рамах украшали стены. В противоположном конце зала виднелись такие же двустворчатые двери, но чуть поменьше, а третьи двери находились справа. Между ними в углу начиналась деревянная лестница; первые пять ступенек, полукруглые, заканчивались клиновидной площадкой, с которой лестница шла на балкон второго этажа, окружавший весь холл. Запрокинув голову, Сара увидела еще одну лестницу, ведущую на третий этаж. С расписного потолка свисала огромная хрустальная люстра.

Миссис Компсон осторожно спустилась по мраморным ступенькам, подошла к самым большим дверям и, отмахнувшись от помощи Сары, медленно открыла массивную створку.

Сара чувствовала себя туристом, осматривающим королевский дворец. Они стояли на просторной каменной веранде, занимавшей весь фасад особняка. Высокие белые колонны поддерживали крышу. В центре веранды начинались две каменные лестницы, грациозным полукругом спускавшиеся до земли. Дорожка, идущая от крыльца, вела к большой скульптуре в виде скачущих коней и огибала ее с двух сторон. Вглядевшись, Сара поняла, что это фонтан, забитый старой листвой и полный дождевой воды. Зеленая лужайка бежала от особняка вниз, к далеким деревьям. Ее рассекала дорога.

Миссис Компсон поглядывала на Сару, наблюдая за ее изумлением.

– Ну как? Вы поражены? – Она на минуту зашла в дом и появилась оттуда с метлой. Потом вручила ее Саре. –
Страница 8 из 16

Конечно, поражены, как все, кто впервые видит этот дом. Во всяком случае, так у нас было прежде, до того как все пришло в упадок.

Сара стояла в ошеломлении, глядя то на метлу, то на миссис Компсон.

– Сегодня вы одеты подходящим образом, для работы, не то что в прошлый раз. – Миссис Компсон обвела широким жестом веранду. – Приведите всё в порядок, только тщательно, чтобы в углах не осталось сухих листьев. Я позже приду и посмотрю. – И она повернулась и пошла к двери.

– Подождите, – крикнула ей вслед Сара. – По-моему, тут какая-то ошибка. Я не могу подметать вашу веранду.

Миссис Компсон хмуро посмотрела на нее.

– Неужели такая взрослая девочка не умеет подметать?

– Нет, не в этом дело. Подметать я умею, но только…

– Не любите работать, да?

– Нет, просто я думаю, это какое-то недоразумение. Вероятно, вы думаете, что я тоже работаю на фирму Мэтта? Но это не так.

– А-а. Они вас уволили, да?

– Нет, конечно. Меня никто не увольнял. Я никогда там не работала.

– Если это так, тогда почему вы приехали с ним в тот раз?

– Нам было по пути. Мэтт вез меня домой после собеседования с работодателем.

– Хм-м. Ладно, хорошо. Но вы все-таки подметите веранду. Раз вы ищете работу, считайте, что нашли ее. Радуйтесь, что я не прошу вас выкосить лужайку.

Сара сердито сверкнула глазами.

– Ну, знаете, это уже слишком! – Она отшвырнула метлу и уперлась в бока кулаками. – Я попыталась извиниться, старалась быть вежливой, но вы просто… нет, я не нахожу слов! Если бы вы попросили меня нормально, я, может, и подмела бы вашу веранду в качестве одолжения вам и Мэтту, но теперь…

Миссис Компсон усмехнулась.

– Что вы усмехаетесь? Считаете смешной такую бесцеремонность?

Пожилая женщина пожала плечами. Ее явно забавляла ситуация, и это разозлило Сару еще сильнее.

– Просто я хотела проверить, есть ли у вас характер.

– Поверьте мне, есть, – процедила сквозь зубы Сара и быстро пошла к ближайшей лестнице.

– Постойте! – крикнула миссис Компсон. – Сара, пожалуйста, задержитесь на минутку!

Сара хотела бежать, но вспомнила про контракт Мэтта, вздохнула и остановилась на нижней ступеньке. Обернулась и увидела, что миссис Компсон хочет спуститься к ней. Сара сообразила, что тут нет перил, а каменная стенка слишком гладкая, чтобы служить надежной поддержкой. Миссис Компсон споткнулась, и Сара инстинктивно протянула руки, как бы желая поддержать ее, хотя стояла слишком далеко и в случае падения старушки ничего бы не смогла сделать.

– Ладно, – сказала Сара. – Я никуда не ухожу. Можете не гнаться за мной.

Миссис Компсон покачала головой и все равно спустилась вниз.

– Мне в самом деле нужна помощь, – сообщила она, тяжело дыша. – Я вам, конечно, заплачу.

– Я ищу настоящую работу. Я закончила колледж, у меня есть диплом.

– Конечно, конечно. Но вы могли бы работать у меня, пока не найдете что-нибудь более приличное. Я не стану возражать, если вы будете время от времени ездить на собеседования.

Она замолчала и ждала ответа, но Сара просто смотрела на нее с каменным лицом.

– Видите ли, я тут больше никого не знаю, – продолжала миссис Компсон, и, к удивлению Сары, у нее дрогнул голос. – Я планирую продать особняк, и мне требуется помощь. Я хочу, чтобы кто-то помог разобрать личные вещи моей покойной сестры и выполнить перед аукционом инвентаризацию имущества. Здесь так много комнат. Я даже понятия не имею, что хранится на чердаке, ведь мне трудно подниматься по лестницам.

– Вы собираетесь продать особняк? – с испугом и удивлением переспросила Сара.

Пожилая женщина покачала головой.

– Такой большой дом мне не потянуть. У меня есть собственное жилище в Севикли. – Ее губы дернулись и растянулись в подобие улыбки; казалось, что они отвыкли от этого. – Я знаю, что вы подумали: «Работать на эту вредную старуху? Да ни в жизнь».

Сара старательно следила за своей мимикой, чтобы она ее не выдала.

– Я понимаю, что со мной бывает трудно, но я постараюсь быть более… – Миссис Компсон сложила губы трубочкой и покрутила головой, словно подыскивая подходящее слово. – Более мягкой. Как мне вас убедить?

Сара посмотрела на нее, покачала головой.

– Мне нужно время, чтобы подумать.

– Хорошо. Можете остаться здесь или на кухне, если хотите, а можете осмотреть территорию. Фруктовые сады на западе, за амбаром, а другой сад – то, что от него осталось – к северу отсюда. Когда вы что-то надумаете, приходите ко мне. Я буду в гостиной. По-моему, вы уже знаете, где это. – С этими словами она поднялась по ступенькам и скрылась в доме.

Сара смотрела вслед миссис Компсон и недоверчиво качала головой. Сказав, что ей нужно какое-то время на размышления, она имела в виду несколько дней, а не минут. Но вскоре Сара приняла решение. Она расскажет об этом Мэтту, а как только он перестанет смеяться, заставит отвезти домой. И больше она никогда в жизни не увидит эту странную и грубую старуху.

Сара обвела взглядом фасад особняка. Миссис Компсон была права: дом произвел на нее сильное впечатление. Да и кто остался бы равнодушным? Но она сомневалась, что сможет работать у такой взбалмошной хозяйки, как миссис Компсон. Дом, конечно, великолепный, но Сара не мазохистка… Она шла вокруг северной стороны здания, усаженной липами, и вдоль западного крыла. Шла быстрым шагом, но все равно путь до амбара занял десять минут; еще пять она шла до фруктового сада, где увидела Мэтта, который доставал из кузова пикапа рабочие инструменты.

– Ты не поверишь, – выпалила Сара. – Миссис Компсон нужен кто-то, чтобы помочь ей подготовить особняк к продаже, и она собирается нанять меня.

Вопреки ее ожиданиям, Мэтт не расхохотался. Вместо этого он положил инструменты на землю и оперся о задний борт машины.

– Милая, это замечательно. Когда ты приступишь?

Сара так удивилась, что буквально онемела.

– Когда я что..?

– Но ты ведь будешь ей помогать, правда?

– Вообще-то я не планирую этого, – ответила она.

– Почему не планируешь? Не хочешь здесь работать?

– Но ведь это ясно как день. Ты видел, как грубо она обращалась со мной?

– Неужели тебе ее не жалко?

– Жалко, конечно, но это не означает, что я готова проводить рядом с ней каждый день.

– Это ведь лучше, чем слоняться целыми днями по дому, правда?

– Не совсем так. Если я начну подметать веранды, то не смогу посылать резюме и ходить на собеседования.

– Я уверен, что ты что-нибудь придумаешь.

– Мэтт, ты не понимаешь. Я вложила годы в карьеру и образование. По-моему, у меня слишком высокая квалификация для уборщицы.

– Кажется, мы с тобой решили начать все сначала.

– Одно дело начинать сначала и другое начинать с самого дна. Разница есть.

Мэтт пожал плечами.

– Особой разницы я не вижу. Честная работа и есть честная работа.

Сара была озадачена. Ведь он всегда первым напоминал ей, что она должна делать карьеру. Теперь же он практически давит на нее, заставляя согласиться на работу, не требующую даже окончания старших классов школы.

– Мэтт, если я соглашусь, у моей мамы будет инсульт.

– Какая разница, что думает твоя мать? К тому же ей все равно. Да она и рада будет, что ты помогаешь старой леди.

Сара хотела что-то ответить, но замолчала и лишь покачала головой. Если бы только он знал. Она уже слышала в голове знакомый вопль:
Страница 9 из 16

«Я ведь говорила тебе!» Согласившись на работу, она подтвердит, что ее мать была права, когда предсказала: если Сара уедет ради Мэтта из Стейт-Колледжа, ее карьера неизбежно начнет скользить вниз по спирали.

Тут в ее мысли закралось подозрение.

– Мэтт, что происходит?

– Ничего. Что ты имеешь в виду?

– Во-первых, ты привез меня сюда после собеседования. Далее, не посоветовавшись со мной, обещал старушке, что я приеду еще раз. Ты ничуточки не удивился, когда я рассказала о ее предложении, и теперь подталкиваешь меня, чтобы я приняла его. Ты знал заранее, что она предложит мне работу, не так ли?

– Я не был уверен в этом. То есть она намекала на нечто подобное, но прямо ничего не говорила. – Он посмотрел себе под ноги. – Кажется, мне эта идея нравится больше, чем тебе.

Сара ужаснулась и не сразу нашлась, что сказать.

– Почему?

– Ну, мне будет приятно работать вместе с тобой в одном месте. Мы будем чаще видеться.

– Да, пожалуй, но что еще?

Мэтт вздохнул, снял бейсбольную кепку и провел пальцами по кудрявым волосам, взъерошив их еще сильнее.

– Ты подумаешь, что я глупый.

«Глупый» было более мягким определением, чем те, которые крутились в голове Сары.

– Возможно, и подумаю, но ты все равно расскажи.

– Ладно, только не смейся. – Он улыбнулся, но в его глазах была печаль. – Миссис Компсон… ну… она напоминает мне мою маму. Такие же манеры, тот же стиль одежды; они даже внешне похожи. Кроме ее возраста, конечно. Я понимаю, она годится нам в бабушки.

– Ох, Мэтт, – тихо произнесла Сара.

– Просто… моя мама, возможно, живет где-нибудь совсем одна, и я бы хотел, чтобы какая-нибудь молодая пара могла присматривать за ней.

«Если твоя мать живет где-нибудь в одиночестве, то это ее вина – не надо было сбегать от тебя и твоего отца», – подумала Сара и поскорее сжала губы, чтобы нечаянно не ляпнуть какую-нибудь бестактность. Вместо этого она крепко обняла мужа. Как мог Мэтт помнить манеры матери? Миссис Макклур бросила семью, когда ему было всего пять лет, и хотя Сара никогда не затрагивала эту тему, она подозревала, что Мэтт знал свою мать только по фотографиям.

Муж погладил ее волосы.

– Прости, если я был слишком настойчив. Я не нарочно. Мне надо было раньше поделиться с тобой своими мыслями.

– Вот именно.

– Прости. Правда. Я больше не буду.

Сара чуть не заявила, что не даст ему такую возможность и что впредь будет всегда настороже, но Мэтт так виновато поглядывал на нее, что она передумала.

– Ладно, – пробормотала она. – Забудем. К тому же ты прав. Нам будет приятно поработать вместе.

– Возможно, днем мы будем видеться нечасто, зато станем вместе есть ланч.

Сара кивнула. Ей ведь очень хотелось заняться чем-то другим, а уж подобная работа точно отличается от прежней. К тому же она продлится максимум несколько месяцев, поможет ей заполнить скучные дни и отвлечься от неудачных поисков.

Тут она вспомнила про лоскутное одеяло, которое видела в первый приезд, и обнаружила еще одну причину согласиться на работу.

– Так что ты скажешь? – спросил Мэтт.

– Дом роскошный, и здесь намного прохладнее, чем в городе, как ты и говорил. – Сара сжала руку мужа. – Сейчас я вернусь к старой грымзе и скажу, что согласна. О'кей? – Она повернулась и пошла к особняку.

– О'кей, – крикнул вслед Мэтт. – Увидимся в полдень.

По дороге Сара решила, что в сложившейся ситуации много плюсов, способных перевесить эксцентричные выходки миссис Компсон. К тому же она всегда может уйти, если их отношения не сложатся. Кроме того, Сара придумала, как миссис Компсон сможет платить ей за работу. И это будет замечательно. Она взбежала по ступенькам и постучала в дверь.

Миссис Компсон немедленно открыла.

– Ну как, решили? – Она выпятила губы, словно в ожидании плохих новостей.

– Я согласна, но при одном условии.

Миссис Компсон подняла брови.

– Я и так планирую кормить вас.

– Спасибо, но я не об этом.

– Что же тогда?

– Научите меня создавать квилты.

– Простите, что?

– Научите меня шить лоскутные одеяла. Научите меня, и я буду помогать вам во всем.

– Вы шутите? В Уотерфорде есть несколько превосходных мастеров, дающих уроки. Я могу написать вам их адреса.

Сара покачала головой.

– Нет. Таковы мои условия. Вы научите меня шить лоскутные одеяла, а я помогу вам провести инвентаризацию и подготовить особняк к продаже. Я видела ваши работы и… – Сара попыталась вспомнить, что ей говорила Бонни. – И вы постоянный член Союза одеяльщиков. Значит, вы можете научить меня.

– Вы имеете в виду Ассоциацию квилтеров? Впрочем, это не важно. Разумеется, я смогу научить вас. Это не вопрос. – Пожилая женщина пристально посмотрела на Сару, словно оценивала ее возможности, но потом пожала плечами и протянула ей руку. – Хорошо. Договорились. Помимо платы за работу я научу вас шить лоскутные одеяла.

Сара отдернула руку за секунду до рукопожатия.

– Нет, я имела в виду не это. Уроки и станут моей платой.

– Господи, детка, разве вам не надо оплачивать счета? – Миссис Компсон вздохнула и воздела глаза к небу. – Пусть вас не обманывает эта разруха. Моя семья хоть и не такая, какой когда-то была, но мы не готовы принимать чужую благотворительность.

– Я не это имела в виду.

– Да-да. Конечно. Но я настаиваю на какой-то форме платежа. Иначе моя совесть не даст мне покоя.

Сара немного подумала.

– О'кей. Договоримся. – Она не собиралась использовать ситуацию и обижать одинокую леди, какой бы грубой она ни была раньше с ней.

Они сошлись на плате, но Сара все-таки была уверена, что сделка получилась неравноценной. Когда они пожали друг другу руки, в глазах миссис Компсон вспыхнул триумф.

– Если бы вы знали, сколько тут нужно сделать, вы бы запросили более высокую плату.

– Я надеюсь, что скоро найду настоящую работу.

Миссис Компсон улыбнулась.

– Не обижайтесь, но я надеюсь, что этого не случится. – Она открыла дверь, и Сара вошла внутрь. – А вы правда были готовы бесплатно подмести веранду, если бы я вежливо попросила?

– Да. – Сара немного подумала и решила быть честной. – Возможно. Я не уверена. Но теперь я это сделаю, поскольку уже нанялась к вам.

– Дайте знать, когда будете готовы перекусить, – сказала миссис Компсон, когда Сара пошла по коридору к парадному входу.

Глава 4

Сара, как и обещала, подмела огромную веранду. Она собрала каждый сухой листок, вымела сор из углов, одним словом, постаралась завоевать одобрение миссис Компсон. Но большая часть утра все еще была впереди. Тогда она решила заняться округлыми ступеньками и стала сметать с них ветки, листья и цементную крошку, спускаясь все ниже. Часто ей приходилось наклоняться и выдергивать пучки травы, выросшей в трещинах между серыми камнями. До этого она не замечала ни этих трещин, ни растительности и напомнила себе, что надо сообщить об этом Мэтту. Возможно, ему придется заменить кое-где на нижних ступеньках камни и замазать трещины свежим цементным раствором.

Когда Сара работала, ласковый ветерок прогонял жару. К полудню она неожиданно почувствовала, что ее мысли успокоились и что ей стало хорошо. Видела бы сейчас ее мать! Сара представила себе ее реакцию, когда та узнает о новой работе своей дипломированной дочери, и невольно улыбнулась.

Потом Сара вернулась на
Страница 10 из 16

кухню и увидела, что Мэтт накрывает стол, а миссис Компсон перемешивает салат из тунца. Когда они ели, миссис Компсон расспрашивала их о сделанном за утро и с удовлетворением кивала, выслушивая ответы. Впрочем, когда Мэтт решил показать миссис Компсон предварительные эскизы северного сада, она лишь мельком взглянула на них и резко встала со стула.

Мэтт и Сара озадаченно переглянулись. Значило ли это, что ей понравились идеи Мэтта? Или наоборот, не понравились?

– Мы поможем убрать посуду, – сказала Сара, вставая.

Мэтт тоже вскочил и стал собирать грязные тарелки, приговаривая:

– Нет-нет, сидите. Я сам все сделаю.

Миссис Компсон удивленно посмотрела на него.

– Вы? Уберете?

– Конечно. – Он усмехнулся и отнес посуду в раковину. – Не волнуйтесь. Я ничего не разобью.

– Надеюсь. – Миссис Компсон повернулась к Саре. – Что ж, я полагаю, что благодаря этому у нас будет больше времени на разговор о квилтинге. Но сейчас, Сара, пойдемте со мной.

Сара поцеловала Мэтта в щеку и поспешила за миссис Компсон. Хозяйка дома остановилась у маленького шкафа, достала из него связку тряпок, сунула их в руки Саре и пошла по длинному коридору.

– Мы начнем сверху, – объявила миссис Компсон, когда они вошли в передний вестибюль. – Вернее, вы начнете сверху.

Сара плелась за ней.

– Куда ведут эти двери?

Не замедляя шага, миссис Компсон ткнула пальцем в двустворчатые двери справа.

– Банкетный зал. Парадная столовая в особняке Элм-Крик. – Она показала на другие двери, которые были прямо перед ними, слева от клиновидных ступенек, ведущих в темный угол. – Бальный зал. Когда-то почти весь первый этаж этого крыла был отдан исключительно развлечениям. – Подойдя к лестнице, она неловко схватилась за перила и повела Сару дальше, наверх. – Мы начнем с библиотеки. Она прямо над бальным залом.

– А это что?

– Детская. О-о, я знаю, что вы думаете. Зачем нужна такая большая детская? Что ж, я согласна с вами. Она гораздо больше того, что нужно.

Сара кивнула, прикидывая, какой должна быть разумная величина детской. Когда они поднимались по лестнице, она думала, надо ли ей поддержать пожилую женщину. Но потом решила, что миссис Компсон это не понравится, и не стала рисковать.

На полпути до второго этажа миссис Компсон остановилась, тяжело дыша.

– Дальше идут спальни, – сообщила она, махнув рукой в неопределенном направлении. – Каждая с собственной гостиной.

– Почему их так много?

– Этот особняк был задуман как семейное гнездо – чтобы несколько поколений, тетки, дяди и кузены, все счастливо жили вместе под одной крышей.

– Какие из этих комнат ваши?

Миссис Компсон острым взглядом посмотрела на нее и продолжила подъем.

– Моя гостиная внизу.

– Вы хотите сказать, что спите на диване? Неужели в спальнях нет мебели?

Миссис Компсон не ответила. Сара закусила губу в запоздалой попытке ограничить сферу вопросов. Одолев последнюю ступеньку, миссис Компсон вздохнула с облегчением и пошла влево по очередному коридору.

– Моя сестра сохранила тут все, – сказала она наконец, когда они проходили мимо двух закрытых дверей. Когда коридор расширился и уперся в еще одни двустворчатые двери, миссис Компсон остановилась. – Да-да, буквально все. Старые журналы, газеты, дешевые книги. Помогите мне отделить хлам от более-менее ценных вещей.

Решительно сложив губы трубочкой, миссис Компсон распахнула двери и вошла в библиотеку. В ноздри Сары ударил затхлый запах. Заваленное хламом помещение занимало весь дальний конец южного крыла. Пылинки лениво плавали в неярком свете, который просачивался сквозь высокие окна на трех стенах. Между окнами помещались шкафы из бука, полные книг, безделушек и каких-то бумаг. В центре стояли два дивана, по бокам от них на столиках пыльные лампы, между всем этим находился низкий кофейный столик, почему-то перевернутый. В восточной части библиотеки рядом с массивным дубовым письменным столом валялись на полу книги и бумаги. В середине южной стены перед камином стояли два мягких стула с высокими спинками, третий стул лежал, опрокинутый набок.

Сара чихнула.

– Будьте здоровы. – Миссис Компсон улыбнулась. – Давайте откроем окна и посмотрим, избавимся ли мы таким образом хоть немного от пыли.

Положив тряпки на стол, Сара помогла старушке распахнуть настежь окна, собранные из стеклянных ромбиков, спаянных между собой свинцовыми скрепами. Некоторые створки были прозрачные, но другие помутнели от возраста и непогоды. Сара высунулась в окно и за деревьями разглядела крышу амбара.

Она с улыбкой повернулась к своей новой работодательнице, которая безуспешно пыталась поднять опрокинутый стул.

– С чего мне начать, как вы думаете? – спросила она, торопясь ей на помощь.

– Начните с чего хотите. Просто постарайтесь, чтобы работа была сделана. – Миссис Компсон отряхнула пыль с ладоней. – Сложите в стопку старые газеты, журналы. Сдадим их на переработку. Отдельные бумаги тоже кладите туда – или просто выбрасывайте, как хотите. Отложите старые книги в бумажной обложке. Потом мы уберем те, что в хорошем состоянии, в коробки и отдадим в библиотеку. Книги в твердом переплете я бы сохранила, хотя бы на некоторое время. Их вы можете очистить от пыли и вернуть на полки.

– Уотерфордской библиотеке придется открыть новый филиал, чтобы уместить все эти томики, – заметила Сара, обводя взглядом полки. – Ваша сестра, вероятно, любила читать.

Миссис Компсон засмеялась. Ее смех напоминал скорее кашель.

– Сестра любила читать всякую чепуху – дешевые романы, самые тривиальные истории. В последние годы она собирала газеты, но не думаю, чтобы она их когда-нибудь читала. Нет, она просто складывала их тут, создавая пожароопасную среду, а теперь нам приходится все это убирать. – Она покачала головой. – Хорошие книги собирал мой отец. Частично и я.

У Сары запылали щеки, и она решила, что ей пора оставить в покое семью миссис Компсон.

– Пожалуй, я приступаю к делу, – твердо заявила она.

Старушка отрывисто кивнула.

– Поработайте до четырех, потом приходите ко мне в гостиную, и мы поговорим насчет уроков квилтинга.

Сара вздохнула с облегчением, когда миссис Компсон вышла из библиотеки. Кажется, пожилая леди была не слишком высокого мнения о своей сестре. Или, возможно, так горевала, что ей было невыносимо думать о ней, отсюда и ее резкость. Сара нагнулась и принялась собирать рассыпанные по полу газеты, строго наказав себе держать впредь язык за зубами и как можно меньше задавать личных вопросов.

Работать в библиотеке было тяжело даже с открытыми окнами. Сортируя бумажный хлам, Сара нашла несколько книг в кожаном переплете и, тщательно вытерев с них пыль, поставила на протертые дочиста полки. В северо-восточном углу она наткнулась на стопки пожелтевших бумаг, занимавшие целый шкаф, и перелистала их в надежде, что эти газетные вырезки из счастливых для особняка лет расскажут ей о людях, которые тут жили. Но к ее разочарованию все газеты относились к середине 1980-х годов. Вскоре она убедилась, что миссис Компсон была права, когда с пренебрежением говорила о книжных пристрастиях покойной сестры.

В четыре часа Сара услышала, как миссис Компсон позвала ее снизу. Она выгнула спину, потянулась и отерла лоб
Страница 11 из 16

чистым уголком тряпки. Работы осталось еще много, но даже взыскательная хозяйка согласилась бы, что в библиотеке стало гораздо чище.

Она поспешила вниз.

– По-моему, на вас сейчас больше пыли, чем было во всей библиотеке, – усмехнулась миссис Компсон.

Сара торопливо обтерла руки о шорты и одернула блузку.

– Не беспокойтесь. Пыли там хватит на всех.

Старушка засмеялась и жестом пригласила Сару идти за ней.

– Что вы сегодня успели сделать?

– Я разобралась со всем, что валялось на полу, и навела порядок в шкафах возле северной и западной стен. Закрыла окна на всякий случай, вдруг пойдет дождь. Хотите посмотреть, что я приготовила на выброс?

– Вы сделали все так, как я говорила? Внимательно отобрали?

– Думаю, что да, но ведь это ваши бумаги и газеты. Вдруг я выброшу что-то, о чем вы потом пожалеете. Может, вы сами посмотрите еще раз?

Они вошли в кухню.

– Нет необходимости. Все, что мне когда-либо хотелось сохранить в этом доме, бесследно пропало. Ничего не осталось. – Миссис Компсон махнула рукой на раковину. – Приведите себя в порядок и приходите в гостиную.

Сара помыла руки, умылась и нерешительно подошла к дверям гостиной. Миссис Компсон вытаскивала лоскутные одеяла из кедрового сундука и набрасывала их на диван. На краю стола лежали раскрытые книги. Хозяйка дома повернулась и заметила Сару.

– Ну, что же вы не заходите? Все в порядке. На этот раз вы приглашены, не то что в первый день.

– Я надеялась, что вы забыли о том случае.

– Я никогда ничего не забываю, – строго заметила миссис Компсон.

Сара подумала, что, вероятно, пожилая леди также ничего не прощает. Она вошла в гостиную и посмотрела на квилты. Материя казалась линялой и вытершейся, кое-где даже виднелись еле заметные пятна, но стежки и расположение крошечных кусочков ткани были такими же красивыми, как и на новых одеялах, которые она недавно видела. Сара осторожно провела кончиком пальца по узору на красно-белом квилте.

– Их тоже вы сделали?

– Да, все это моя работа. Они старые.

– Они великолепны.

– Хм-м. Молодая леди, если вы и дальше будете говорить такие вещи, мне, возможно, придется оставить вас при себе. – Миссис Компсон закрыла сундук и расстелила на диване последний квилт. – Их нельзя так хранить. Контакт с деревом может повредить ткань. Но Клаудия была слишком взбалмошной, чтобы запомнить такие простые вещи. – Вздохнув, старушка присела на стул возле стола. – Хотя это не важно. Лоскутные одеяла шьются для того, чтобы ими пользовались и снашивали до дыр. Я достала их для того, чтобы вы для начала получили какое-то представление о них.

«Клаудия, вероятно, ее сестра», – подумала Сара, подвигая стул ближе к миссис Компсон.

– В последний раз ученица была у меня очень давно – да, лет пятьдесят назад, – сказала пожилая леди, словно размышляя вслух. – Да она не очень-то стремилась чему-то научиться. Я уверена, что вы освоите эту премудрость гораздо лучше.

– Ах, я очень хочу научиться. Моя бабушка шила лоскутные одеяла, но она умерла, когда я была еще маленькая. Я не успела ничего узнать от нее.

Миссис Компсон подняла брови.

– Я научилась, когда мне было пять лет, – с гордостью сообщила она, потом надела очки и заглянула в одну из книг. – Думаю, вы научитесь лучше всего, если начнете шить собственный квилт. Между прочим, я буду учить вас традиционному шитью, когда кусочки сшиваются вручную и одеяло простегивается тоже вручную. И не рассчитывайте, что закончите лоскутное одеяло на этой неделе или даже в этом году.

– Я знаю, что на него уходит много времени. Я готова к этому.

– Существует много других вполне приемлемых современных способов, благодаря которым шить лоскутные одеяла быстрее и проще. – Она кивком показала на швейную машинку. – Я и сама иногда ими пользуюсь. Но пока мы займемся ручной работой.

Сара недоверчиво покосилась на маленькую швейную машинку.

– Вы можете шить на этой игрушечной машинке?

У Мэтта тоже бывало на лице такое выражение, какое появилось у миссис Компсон: когда Сара принимала лилию за амариллис или когда называла грязью все от смеси для мульчирования до торфа.

– Это не игрушка. Такая модель больше нигде не производится, но это одна из лучших швейных машинок, о каких может мечтать мастерица, занимающаяся пэчворком и квилтингом. Не следует судить о вещах по их величине или по их возрасту.

Пристыженная Сара сменила тему.

– Вы сказали, что нужно самой сшить квилт?

Миссис Компсон кивнула.

– Какого размера должно быть готовое одеяло? Большое, двуспальное, на нашу с Мэттом кровать.

– Вам нужно сшить примерно двенадцать разных блоков, если мы будем делать прямую сборку с промежуточными полосами и каймой. Затем мы пришьем между блоками широкие полосы фоновой ткани и саму кайму. У вас будет масса возможностей поупражнять руку и научиться делать аккуратные стежки. – Миссис Компсон протянула Саре одну из книг. Выберите на свой вкус двенадцать разных блоков. В тех книгах есть и другие узоры. Я помогу вам подобрать хорошее сочетание.

С помощью миссис Компсон Сара выбрала из сотен рисунков двенадцать блоков.[2 - Блоки, которые выбрала Сара, можно увидеть в конце книги.] Миссис Компсон объяснила ей разницу между пэчворком, т. е. наборными блоками, которые получаются при сшивании воедино отдельных лоскутов, и блоков с аппликациями, где рисунок нашивается на фоновую ткань. Миссис Компсон посоветовала ей выбрать узоры разных стилей. И вот они выбирали, обдумывали, от чего-то отказывались… и время пролетело быстро. Не успела Сара оглянуться, как уже наступила половина шестого. Мэтт тихо стоял в дверях гостиной и улыбался.

– Как школа квилтинга? – спросил он и, подойдя к Саре, обнял ее.

– Я сейчас получу домашнее задание, – ответила Сара.

– Да, Сара решила снова стать студенткой, – сообщила миссис Компсон, делая какие-то записи в блокноте. Потом оторвала верхний лист и протянула его Саре. – Здесь список тканей и инструментов, которые вам понадобятся для пошива лицевой стороны одеяла. О других материалах мы позаботимся потом. Вы видели в городе магазинчик квилтинга?

– Я даже заходила туда.

– Попросите кого-нибудь, чтобы помогли вам выбрать все необходимое. Хозяйка там Бонни Маркхэм. Очень приятная женщина. Она знает, что надо делать.

Сара кивнула, вспомнив темноволосую приветливую женщину. Она пробежала глазами список, сложила бумагу и сунула в карман.

– Значит, встретимся в понедельник.

Миссис Компсон проводила их до двери, и Сара с Мэттом поехали домой.

Когда они вошли в дуплекс, огонек на автоответчике приветливо мигал. У Сары перехватило дыхание; она обогнала Мэтта и нажала на кнопку.

«Это Брайен Тернбулл из сотовой корпорации Пенсильвани».

Сара закрыла глаза и подавила стон.

«Я пытаюсь дозвониться до Сары Макклур и поговорить по поводу присланного нам резюме. Если вы по-прежнему заинтересованы в работе, позвоните мне сегодня до пяти, чтобы мы договорились о собеседовании».

Сара огорченно взглянула на часы. Почти шесть.

«Если вы не сможете мне позвонить, я буду в офисе утром в понедельник». Он быстро произнес номер телефона и закончил разговор.

– Ну не безобразие? – пробормотала Сара, хватая телефон. – Стоило мне на один день отлучиться из дома, так
Страница 12 из 16

именно тогда он и позвонил.

– Возможно, Брайен еще там. Ты попробуй с ним связаться.

Сара набрала номер, но наткнулась на автоответчик и положила трубку, не оставив сообщения.

– Эх, вот если бы я была дома… Вдруг он подумал, что мне не нужна работа? Возможно, он уже предложил ее кому-нибудь еще.

– Успокойся, дорогая, – прошептал Мэтт, растирая ей плечи. – Ведь он сказал, чтобы ты позвонила в понедельник, верно? Зачем ему нужно было бы так говорить, если он не заинтересован в сотруднике?

Сара покачала головой.

– Это знак.

– Нет, не знак.

– Нет, знак. Очень плохой знак.

– Сара, ты преувеличиваешь. Тебе не надо… – Мэтт замолчал, вздохнул и с преувеличенной беспомощностью развел руками. – Я вот что тебе скажу. Давай прежде всего приготовим ужин. Я страшно голодный.

Сара постепенно успокаивалась.

– А потом что?

– Потом мы наведем порядок.

– А после?

– После, – сказал он, обнимая ее за талию и прижимая к себе, – мы надолго забудем о работе. – Он улыбнулся, и в его глазах сверкнуло озорство.

Сара улыбнулась ему в ответ.

– Зачем же так долго ждать?

Глава 5

Субботним утром Сара читала за завтраком объявления «Требуется помощь» более спокойно, чем все предыдущие недели. Теперь она могла рассчитывать на регулярные платежи от миссис Компсон, и ей не нужно было искать серьезную работу прямо сейчас. К тому же ей очень даже хотелось провести лето, работая в особняке Элм-Крик, а не корпеть над цифрами в офисной коробке с кондиционером.

Сара нашла три новых объявления о поисках бухгалтера и увидела в них знак того, что ей наконец-то начало везти. Обычно она мучительно долго подбирала подходящие слова для сопроводительных писем к резюме, но сегодня ее пальцы летали над клавиатурой. Повинуясь капризу, она поменяла шрифт своего резюме с гельветики на New Century Schoolbook, поскольку он выглядел более оптимистичным и мог произвести благоприятное впечатление. В десять часов они с Мэттом поехали в центр города на почту, и она, окрыленная надеждой, отправила резюме. Потом Мэтт отправился по своим делам, а Сара поспешила в «Бабушкин Чердак».

Народу там было больше, чем во время ее первого визита. Несколько покупательниц ходили возле стеллажей, тщательно сравнивали разные рулоны ткани или листали у входа книги и образцы рисунков. Бонни стояла с пятью женщинами в дальнем конце длинного раскройного стола. Сара уже собиралась подойти к ним, когда женщины дружно расхохотались. Испытывая неловкость, она попятилась. Женщины не казались высокомерными или замкнувшимися в своем узком кружке, но их дружба была настолько ощутима, что Сара почувствовала себя лишней. Не подходя к столу, она незаметно махнула рукой, надеясь привлечь к себе внимание хозяйки магазина. Сара не хотела прерывать их оживленной беседы.

Поглядела в ее сторону, улыбнулась и отошла от стола самая молодая женщина из группы, высокая, с прямыми и рыжеватыми волосами, разделенными на пробор.

– Вам помочь? – спросила она. По оценкам Сары, она была моложе нее на несколько лет, ей было около двадцати.

За ней следом подошла и Бонни.

– Итак, Сара, вы все-таки решили заняться квилтингом?

Сара вытащила из кармана список миссис Компсон.

– Да, я должна купить у вас всякую всячину. Вот только я не уверена… ну, вот, например, «три ярда среднего ситца». Средний это как? Среднего размера?

– Темный, средний и светлый означают качество ткани, – пояснила рыжеволосая девушка.

– То есть указывают на цену?

Девушка улыбнулась еще шире, а на ее щеке появилась ямочка.

– Нет-нет. Сейчас я вам объясню. Качество в нашем ремесле означает, насколько тон темный или светлый, сколько черного или белого добавляется к общему фону. Вам нужны в одеяле контрастные тона, чтобы ярче проявился рисунок. Это все равно что вы пройдете в сапогах, испачканных коричневой грязью, по светлому, бежевому ковру. Грязь и ковер имеют очень разный тон, и ваши следы будут заметны. Но если вы в таких же сапогах пройдете по темно-синему ковру, следы будут еле заметны. Если ваша мама похожа на мою, то она даже не заметит таких пятен.

– Слышу, слышу, детка, – крикнула одна из женщин из-за стола, тоже рыжеволосая, но более полная, чем ее стройная дочка. – Не надо рассказывать всем про мои недостатки.

– Она не говорит ничего нового, Гвен, – засмеялась ее соседка, поразительно хорошенькая, высокая, стройная и загорелая, с короткими светлыми кудряшками девушка.

– К тому же, ма, я сделала это по уважительной причине. Я помогала новенькой.

Гвен пожала плечами.

– А-а, в таком случае давай, валяй!

Женщины снова расхохотались. Сара почувствовала, как в уголках ее губ заиграла улыбка.

– Похоже, что Саммер знает про квилтинг не меньше, чем все мы. Может, я передам вас в ее умелые руки? – предложила Бонни.

– Я не все еще знаю. Я пока учусь, – ответила Саммер, явно довольная этими словами, и повела Сару к ближайшему стеллажу с рулонами ткани.

Сара перебрала ткани всевозможных рисунков и расцветок, и ей понравился ситец среднего тона с пестрым узором разных оттенков красного, синего, кремового и коричневого, похожий на кашемировую шаль. Затем Саммер показала ей, как подбирать к первому ситцу по цвету другие ткани. Сначала Сара выбрала только растительные узоры, но Саммер объяснила ей, что разные рисунки – одни крупные, другие мелкие, с «воздухом», третьи геометрические, какие-то однотонные, какие-то многоцветные – придадут готовому одеялу более интересный вид.

– Так много нужно учитывать, – поразилась Сара. – Я всегда знала, что сшить хороший квилт непросто, но если проблемы начинаются даже с выбора ткани, как же трудно будет все остальное! Мне становится страшно.

– Дальше будет проще, но я понимаю, что ты имеешь в виду, – ответила Саммер, понизив голос и переходя на «ты», возможно, незаметно для самой себя. – Когда несколько лет назад мама стала учить меня квилтингу, я чувствовала то же самое. Но только не говори ей, что я так сказала. Она считает меня вундеркиндом, и я не хочу разрушать свой безупречный имидж.

Сара рассмеялась и обещала молчать. Ей было радостно, что она снова может говорить с кем-то нормально, по-дружески. Внезапно, с болезненным уколом, она осознала, что ужасно скучает по своим подругам. Они тоже много общались, делились друг с другом переживаниями, смеялись, шутили, независимо от того, где были и что делали. Даже совместные походы в прачечную превращались в развлечение, и все конфликты на работе или ссоры с матерью отступали перед умением подруг посочувствовать и утешить. Ей показалось, что женщин, стоявших у раскройного стола, связывала такая же тесная дружба. Пока Саммер помогала ей искать другие товары из списка миссис Компсон, Саре захотелось подружиться с ней. А еще захотелось, чтобы она познакомила ее с остальными женщинами, такими веселыми и приветливыми.

– Ты будешь брать уроки у Бонни? – спросила Саммер, когда они принесли рулоны и положили на свободный край раскройного стола. Она отмотала кусок материи и стала отрезать.

– Нет, меня будет учить Сильвия Компсон.

Саммер от удивления вытаращила глаза; ножницы застыли в ее руке.

– Сильвия Компсон? Не может быть!

Веселая беседа на другом конце стола оборвалась. Женщины посмотрели на Сару, кто с
Страница 13 из 16

легким интересом, кто с откровенным удивлением. Молчание нарушила женщина с азиатской внешностью.

– Сильвия Компсон всегда шьет в одиночку – во всяком случае, так говорят. – За ее спиной сидел в переноске ребенок, и она, произнося эти слова, вытащила из его кулачка прядь черных волос.

Старшая из всех, миниатюрная и седовласая женщина покачала головой.

– По-моему, Джуди права. – Ее голубые глаза изумленно глядели на Сару сквозь розоватые стекла очков. – Насколько я знаю, она не берет учениц уже много лет.

– Похоже, Бонни, тебе грозит конкуренция, – добавила блондинка, стоявшая рядом с Гвен.

– Я рада этому, – заявила Бонни. – Миссис Компсон такая талантливая. Замечательно, что она передаст кому-то свой дар.

– Пора бы ей уже расстаться со своим высокомерием, – пробормотала блондинка. – Хотя она все равно не вступит в гильдию.

– Помолчи-ка, Диана. – Гвен толкнула ее локтем в бок. Диана открыла рот, хотела что-то сказать, но раздумала.

– Не всем нравится работать в гильдии, – сказала Джуди. – К тому же Сильвии Компсон очень долго не было в городе, только после смерти Клаудии она вернулась сюда. Кто знает? Может, она и состояла в какой-нибудь гильдии – ну, там, где жила все это время.

– В Севикли, – заметила Сара.

На нее устремились шесть пар глаз.

– А вы тоже из Севикли? – спросила самая старшая. – Вы ее подруга? Расскажите нам, как у нее дела. Я миссис Эмберли. Миссис Компсон не стала бы возражать – вообще-то, я уверена, она знает, что я спрошу вас о ней. Вы ее родственница?

– Нет-нет, я хотела сказать, что я не родственница. Я работаю у миссис Компсон. Но я не из Севикли. Я из Стейт-Колледжа. – Сара старалась говорить как можно спокойнее и искреннее. – Вообще-то я не очень хорошо знаю миссис Компсон…

– Ах, так. Стейт-Колледж. – Гвен усмехнулась. – Конечно, это значит, что вы выпускница Пенсильванского университета?

– Да. Я недавно переехала сюда.

– Вы уже вступили в какую-нибудь группу или работаете отдельно?

Сара удивленно подняла брови.

Саммер поспешила ей помочь.

– Мама спрашивает, ты вступила в Уотерфордскую гильдию квилтинга или пока еще ищешь группу?

– Вообще-то я нигде не состою, но ведь…

– Тогда вступай в нашу! – воскликнула Саммер. – То есть, если хочешь. Если ты не очень занята.

– Я бы с удовольствием. Но я ведь только начинающая мастерица. Это ничего?

– Мы все когда-то были начинающими, – заверила Гвен. Она представила других женщин, и они с улыбкой кивали Саре.

Гвен объяснила, что сто членов Уотерфордской гильдии встречаются раз в месяц в кампусе колледжа, обсуждают различные вопросы, деловые и творческие, а в остальное время они разделены на небольшие группы и раз в неделю собираются у кого-нибудь дома и вместе рукодельничают.

– Наша группа называется «Мастерицы запутанной паутины». Она начиналась как одна из таких групп, но со временем мы перестали ходить на ежемесячные собрания гильдии. Я, например, устала от бюрократии, выборов комитета, руководителей… вся эта чушь отнимает много драгоценного рабочего времени. Мы с радостью примем вас в нашу группу, если у вас свободен вечер четверга.

– Сара, вам понравится, – тепло произнесла Бонни. – Приносите сюда свою работу и приготовьтесь рассказать нам историю вашей жизни.

Диана усмехнулась.

– Или, как мы это называем, «Шить иголкой и чесать языком».

Все рассмеялись.

– Зря ты это сказала, – одернула ее миссис Эмберли, пряча улыбку. – Она решит, что мы ужасно грубые.

– Нет-нет, неправда, – заверила Сара. Мастерицы запутанной паутины еще сильнее напомнили ей подруг из колледжа.

Саммер отрезала куски ткани для Сары, а Гвен записала для нее информацию о собрании группы на следующей неделе. Сара заплатила за покупки, попрощалась с новыми подругами и вышла из магазина. Весело размахивая сумкой, она прошла вверх по улице до кофейни, где они с Мэттом договорились встретиться за ланчем. Впервые после переезда Уотерфорд казался ей тем уютным, приветливым местом, которое расхваливал риелтор.

– Эта Диана, похоже, ревнует к миссис Компсон, – заметил Мэтт, когда Сара рассказала ему о посещении «Бабушкиного Чердака».

– О-о, по-моему, она очень приятная. Они все показались мне невероятно симпатичными. – Сара посмотрела на мужа, пряча улыбку. Похоже, он был готов броситься на защиту миссис Компсон, как только слышал, что кто-то злопыхательствует в ее адрес.

– Пока ты была в магазине, я забрал на работе телефон, – продолжил Мэтт. – Решил, что так будет удобнее, раз мы собираемся проводить много времени в Элм-Крик.

– Молодец, это хорошо.

– Может, попробуем уговорить миссис Компсон, чтобы она поставила в доме телефон? Не для нас, а для нее, на всякий случай, мало ли что… Я не понимаю, почему она живет без него. – Внезапно он нахмурился и озадаченно посмотрел на Сару. – Почему ты смеешься? У меня что, крошки прилипли к губам, да? Или испачкан нос?

– Я смеюсь над тобой, – сказала Сара. – Ты такой трогательный, так волнуешься за миссис Компсон. По-моему, даже считаешь себя ее опекуном.

Мэтт смутился.

– Не делай из меня бойскаута.

– Ты очень милый. – Она протянула руку и с нежностью сжала его пальцы. – Да, ты прав насчет телефона. Действительно, вдруг что-нибудь случится. Что она будет делать без него? Если она позовет на помощь, кто ее услышит?

– Никто не услышит. Дорога слишком далеко от дома, да и ездят по ней нечасто. Особняк Элм-Крик слишком изолирован от мира, особенно если ты не водишь машину.

– А она не водит?

– Сама подумай. Ты видела хоть раз машину возле особняка? Кроме нашей, конечно.

Сара задумалась и опустила глаза.

– Кажется, нет. И она наверняка оставляла бы машину как можно ближе к задней двери, ведь ей тяжело ходить. – Эта мысль обеспокоила ее. Ни телефона, вероятно, ни машины. И никого в доме, кроме тех часов, когда там работает Сара. Как же миссис Компсон делает покупки? А вдруг с ней произойдет несчастный случай или еще что-нибудь?

– Неудивительно, что она хочет продать дом и вернуться в Севикли. – Мэтт покачал головой. – Это плохо. Когда мы закончим работу, дом засверкает, а она не сможет этим насладиться.

– Да, жалко. – Сара нахмурилась и забарабанила пальцами по кофейной чашке.

Глава 6

В понедельник, перед тем как ехать с Мэттом в Элм-Крик, Сара набралась храбрости и позвонила мистеру Тернбуллу из сотовой корпорации Пенсильвании.

– Пожалуйста, ступай наверх, – сказала она Мэтту, набирая номер на кухонном телефоне. – А то ты меня отвлекаешь.

– Ладно, – согласился Мэтт, но лишь вышел за дверь и остановился в коридоре.

После нескольких гудков ответила секретарша и попросила немного подождать. Волнение вернулось, у Сары перехватило дыхание.

– Не нервничай, – прошептал Мэтт, заглядывая в дверь.

Сара сердито махнула на него рукой, но он лишь отошел на шаг назад.

– Тернбулл слушает, – рявкнул внезапно грубый голос.

– Доброе утро, мистер Тернбулл, – начала Сара, стараясь изо всех сил говорить уверенно. – Это Сара Макклур. Вы звонили мне в пятницу по поводу…

– А-а, да, точно. Сара Макклур. – В трубке зашелестели бумаги. – Вы подали резюме и хотите работать в нашем пиар-отделе, верно? У вас весьма приятное резюме.

– Благодарю вас.

– Знаете, я сам
Страница 14 из 16

закончил Пенсильванский университет. Конечно, раньше вас. Я вижу, что вы прошли курс расширенного аудита. Скажите, профессор Кларк по-прежнему там преподает?

– Да… То есть, кажется, преподает… Я училась у нее несколько лет назад.

– Я любил ее лекции и ненавидел экзамены. – Мистер Тернбулл захихикал. – Ну, давайте подумаем вместе. Я посмотрел, где вы работали. У вас солидный опыт, Сара. Вообще-то вам больше подходит работа в нашей бухгалтерии.

У Сары испортилось настроение. Она стала лихорадочно придумывать убедительные аргументы в пользу работы в пиар-отделе.

– Кстати, мы открываем еще и вакансии начального уровня, – продолжал мистер Тернбулл. – Но пока еще не сообщали об этом. Что скажете? Вам это интересно?

– Да, конечно, но мне также очень интересно и другое…

– Хорошо. Тогда наши сотрудники из бухгалтерии встретятся с вами, и вы все обсудите. Что скажете, если мы попросим вас прийти на этой неделе?

– Это было бы замечательно, спасибо…

– Как насчет завтрашнего дня, допустим, в час?

Так скоро? Сара была ошарашена.

– Хорошо… – Она знала, что должна сказать напоследок что-то еще, что-то умное, запоминающееся, но все слова куда-то улетучились.

Мистер Тернбулл быстро сообщил, как добраться до офиса, и Сара наспех все это записала.

– Значит, до завтра.

– Спасибо, мистер Тернбулл. Я жду встречи с вами. До завтра. Еще раз спасибо.

В течение всего разговора Мэтт изучал выражение ее лица, и, когда она повесила трубку, он вошел на кухню. Сара застонала, закрыла глаза и прислонилась к стене.

– Ну, кажется, все не так уж и плохо, – заметил Мэтт. – За такой короткий разговор ты не успела наделать много ошибок.

– Эх, мне надо было заранее отрепетировать речь, которую я должна была сказать. Боже, неужели я никогда не научусь правильно себя вести? – С досады она ткнула головой стену.

– Дорогая, если ты пробьешь дыру в обоях, это ничего не исправит.

– Он не считает, что я гожусь для работы в пиаре.

– Да ты что? Разве ты только что не договорилась на завтра о собеседовании?

– Да, для работы в бухгалтерии. Всякий раз, когда я заговаривала о пиаре, он переводил разговор на нее.

– Но ведь ты встретишься с ним завтра, верно? Вот и поговори об этом.

– Нет, ничего не получится. Первое впечатление обычно определяет все, а оно было ужасным. Может, надо позвонить и отменить встречу?

Мэтт засмеялся.

– Ну да, конечно. Так ты произведешь на него совсем благоприятное впечатление. – Он подошел и обнял ее за плечи. – Сделай перерыв, Сара. Ты слишком переживаешь. Сегодняшний разговор еще ничего не значит, не расстраивайся. Я готов поспорить, что любой человек, с кем он говорит, тоже нервничает, возможно, даже сильнее, чем ты. Скорее всего, твое резюме понравилось ему, иначе бы он не пригласил тебя на собеседование, верно? – Мэтт наклонился так, что их глаза оказались на одном уровне, и с улыбкой спросил: – Я прав? Скажи, что я прав.

Сара с трудом выдавила из себя ответную улыбку.

– Ладно. Возможно, ты прав. Ведь он мог вообще не позвонить. К тому же мы с ним закончили один университет. Он помнит нашу профессоршу Кларк.

– Вот, уже хорошо. Тернбуллу нравится профессор Кларк, а ей нравилась ты, правильно? Считай, что у тебя все в порядке.

– Мэтт, я не уверена, что все так просто.

– Ты никогда не бываешь уверена. – Он быстро чмокнул ее в нос и взял со стола бумажник и ключи. Поехали, нам пора. А то миссис Компсон будет недовольна, если мы опоздаем.

Сара схватила сумку со всем необходимым для квилтинга, накинула дождевик и двинулась следом за мужем к пикапу. Когда он привез ее к особняку, она уже опаздывала на пятнадцать минут. Огибая большие лужи, Сара побежала от гравиевой дороги к ступенькам заднего крыльца.

Миссис Компсон уже ждала ее.

– Вы опоздали, – сказала она, даже не дав Саре возможности поздороваться. – Я думала, что совсем не приедете.

– Извините, миссис Компсон. – Она сняла дождевик и стряхнула с волос воду. – Мне нужно было сделать важный звонок, а офис открывается только в восемь часов.

– В восемь часов вы должны работать у меня, а не звонить куда-то из дома.

– Я же попросила прощения. Больше этого не повторится.

– Хм-м, – фыркнула миссис Компсон, немного успокаиваясь. – Я подозреваю, что вы также забыли купить материалы для квилтинга.

– Все тут. – Сара показала ей сумку.

– Вы постирали и погладили ткань?

– Да, как вы сказали.

– Ну, я полагаю, что сегодня утром вы можете продолжить уборку библиотеки. До ланча. – Миссис Компсон взяла сумку и повернулась, чтобы пойти на кухню. – Обувь оставьте здесь. Еще не хватало, чтобы вы оставили всюду грязные следы, – буркнула она напоследок.

Сара с отчаянием посмотрела в спину пожилой женщине. Ох! У нее просто настоящий дар раздувать скандал из ничего. Она ведь знает, что для Сары главный приоритет – поиски настоящей работы. Если бы у миссис Компсон был телефон, как у всех нормальных людей, Сара приехала бы вовремя и позвонила отсюда. Она раздраженно сдернула с ног туфли, и холод от пола просочился в ступни. Тихонько бормоча себе под нос сердитые возражения, она подтянула носки и последовала на кухню за работодательницей.

– А что, мой квилт все еще висит в витрине «Бабушкиного Чердака»? – спросила миссис Компсон, когда Сара вошла в кухню. Она сидела за столом, уставившись сквозь очки в газету.

– Утром в субботу я видела его там.

Миссис Компсон нахмурилась и покачала головой.

– Может, пора его убрать оттуда. Сомневаюсь, что кто-нибудь его купит. Я уберу квилт в сундук к остальным вещам.

– Ой, не надо, пусть висит. Он такой красивый, глаз не оторвать. Скоро кто-нибудь непременно его купит, я уверена в этом.

Миссис Компсон направила на нее неуверенный взгляд поверх очков.

– Вы в самом деле так думаете?

– Я бы купила, если бы могла.

– Вы милая, добрая девушка, спасибо, но я все же сомневаюсь. Мне кажется, что люди теперь не слишком интересуются такими вещами, как лоскутные одеяла или покрывала.

Саре вспомнились Бонни, Саммер и другие мастерицы.

– Не знаю. По-моему, их любят многие.

Пожилая женщина невесело засмеялась.

– Я бы не сказала. – Она со вздохом вернулась к газете.

Сара посмотрела на нее, потом повернулась и пошла наверх, в библиотеку. Она не считала себя милой и доброй, даже жалела, что не может быть такой, как Мэтт – он никогда не судил о людях второпях, никогда не сердился на кого-то по мелочам. Возможно, миссис Компсон и была несправедливой, но ведь Сара приехала с задержкой, пускай лишь на несколько минут. Теперь она испытывала легкие угрызения совести, но не из-за опоздания, а за то, что так быстро рассердилась в ответ на упреки хозяйки дома.

Миссис Компсон оставила на полу возле письменного стола три пустых картонных коробки, моток бечевки, банку с полиролью для мебели и ворох чистых тряпок. Ветер дул с юга, и Сара открыла окна на восточной стене, чтобы в помещение поступал только свежий воздух и ничто не угрожало намочить паркетный пол или персидский ковер, лежавший в середине комнаты. После этого она взялась за работу – складывала в коробки старые книжки Клаудии и перевязывала пачки газет бечевкой. В это утро в библиотеке стояла приятная прохлада; Сара энергично работала, весело напевая что-то себе под нос и
Страница 15 из 16

прислушиваясь к шуму дождя за окном. Иногда вдалеке рокотал гром, и тогда в комнате мигал свет и дрожали оконные рамы.

В полдень Сара услышала, как миссис Компсон тяжело шагнула с лестницы на площадку. Она отложила тряпку и поспешила открыть дверь библиотеки. За ней стояла хозяйка и держала поднос, нагруженный сэндвичами и фруктовым салатом. Еще на подносе был кувшин с ледяным чаем.

– Зря вы поднялись сюда со всем этим. – Сара забрала у нее поднос и отнесла к кофейному столику. – Я бы сама спустилась.

– Мне захотелось взглянуть, как у вас продвигаются дела. – Миссис Компсон огляделась и, удовлетворенно кивнув, села рядом с Сарой в центре комнаты. – Да, вы хорошо потрудились. Теперь комната выглядит почти так, как в моем детстве. – Она осторожно села на диван, подняв облако пыли.

Сара мысленно велела себе выбить после ланча диванные подушки, села на пол по другую сторону от столика и налила в стакан чай.

– Пожалуй, я тоже поем вместе с вами, – сказала миссис Компсон. – Если вы не возражаете.

– Конечно, я буду рада вашей компании. – Налив чай во второй стакан, она протянула его пожилой женщине. Взяла верхний сэндвич и положила его на изящную фарфоровую тарелочку, которую миссис Компсон поставила перед собой. Тарелочка была почти прозрачная, с фестонами и золотой каемкой, с вздыбленным жеребцом в середине. – Знаете, я вижу по всему дому эту эмблему – вставшего на дыбы коня, – проговорила Сара, забыв про свое решение не совать нос в жизнь миссис Компсон. – Фонтан перед домом в виде коня, эмблема золоченого коня на письменном столе, вот и на фарфоровых тарелках…

– Компсон я стала после замужества, – ответила хозяйка дома, потягивая чай мелкими глоточками. – Ах да, конечно. Ведь вы недавно приехали в Уотерфорд. Вероятно, даже не слышали ничего о Хансе Бергстроме? Или о чистокровных лошадях Бергстрома?

Сара покачала головой.

– Что вы знаете о лошадях?

– Очень немного.

– Ханс Бергстром мой прадед. – Миссис Компсон встала и подошла к письменному столу. Погладила ладонью эмблему с конем. – В свое время он выращивал лучших лошадей в округе. Сама я знаю о нем только по рассказам родителей, но он, по-видимому, был незаурядным человеком. Все мужчины из клана Бергстромов были незаурядными людьми.

* * *

Особенно мне запомнилась одна история. Из всех историй, касающихся этого дома, я люблю ее больше всех.

Мой прадед был младшим сыном из довольно богатой семьи, которая жила в маленьком немецком городке возле Баден-Бадена. Вот я говорю, что эта семья была из Баден-Бадена, но это не совсем так. Дед Ханса переехал туда из Стокгольма, когда женился на немке. Ну, переехал и обосновался на новом месте. Казалось бы, и его потомкам жить там да жить. Но не тут-то было.

Думаю, что Ханс Бергстром был весь в деда – не любил сидеть на одном месте. Его родители прочили ему блестящую карьеру, но он отказался учиться и решил искать приключений в Америке. Совсем молодым парнем, возможно, на несколько лет моложе, чем вот вы, он сел на пароход и отправился за океан без разрешения родителей, даже не сообщив им об отъезде. Знала лишь его старшая сестра, но и она молчала, пока не прошла неделя после отплытия парохода.

Ханс прибыл в Пенсильванию и нанялся к конезаводчикам. Надо сказать, еще в Германии он получил хорошие навыки по уходу за лошадьми. Так вот, он берег каждый цент и упорно шел к своей мечте – купить собственные конюшни и вывести лучших лошадей, каких не видели ни Старый, ни Новый Свет.

Со временем он купил эту землю и построил маленький дом на западном краю участка, там, где теперь фруктовый сад. Он был уверенный в себе парень, даже дерзкий, и не сомневался в будущем успехе. Родным он написал письмо, убеждал приехать к нему, но откликнулась лишь его старшая сестра Герда. Она была незамужняя, очень разумная и правильная, но при этом не побоялась немножко рискнуть.

И вот Ханс отправился в Нью-Йорк встречать сестру. Эта часть истории мне всегда нравилась больше всего. Когда он приехал в порт, в пункт приема иммигрантов, он увидел группу мужчин, которые возбужденно переговаривались и размахивали руками, как бывает всегда, когда люди спорят. Всю жизнь совавший повсюду свой нос, Ханс толкнул одного парня локтем и спросил, что происходит.

– Да вон там девчонка, – ответил ему парень. – Говорят, она торчит тут уже три дня.

– Я слышал, что неделю, – вмешался другой.

Первый пожал плечами.

– В любом случае они хотят убрать ее отсюда. Но пока не знают, что с ней делать.

Заинтригованный, Ханс пробился сквозь толпу и обнаружил там девушку, такую хорошенькую, каких никогда не видел. Да, у нее был усталый вид, но она – я видела ее портрет – с невероятными зелеными глазами и каштановыми волосами показалась ему неземным видением. Девушка сидела на новеньком футляре швейной машинки с ножным приводом, скрестив лодыжки, чинно сложив на коленях руки и гордо вскинув подбородок, так, словно восседала на троне. У ее ног стояли два больших дорожных чемодана. Рядом три человека в мундирах спорили насчет ее будущего, словно она не имела права голоса – впрочем, так оно и было. Она игнорировала их со всем достоинством, какое могла изобразить.

Расспросив соседей, Ханс узнал, что эта молодая женщина приехала из Берлина и что ее три дня назад должен был встретить мужчина, обещавший на ней жениться. Но не встретил, обманул. Все свои сбережения она потратила на билет до Америки и на покупку швейной машинки, с помощью которой надеялась зарабатывать на жизнь. Короче говоря, она пошла на риск, поверив обещаниям этого мерзавца. Портовые служащие не знали, что с ней делать. Она не говорила ни слова по-английски, у нее не было никаких знакомых в этой стране, вообще никого, кто поддержал бы ее в трудный час. Большинство портовых чиновников считали, что ее нужно посадить на ближайший пароход и отправить назад, в Германию, но она не желала двигаться с места. Нет, она не сопротивлялась, но и не проявляла чрезмерную кротость.

В наши дни, окажись я на месте той молодой женщины, я бы так посмотрела в глаза тем мужчинам, что они не посмели бы и близко ко мне подойти, не то что посадить на пароход. Но тогда были другие времена. Думаю, моя жизнь настолько же отличается от ее жизни, как ваша от моей.

Тогда один из портовых служащих в отчаянии развел руками.

– Ну, если кто-нибудь из вас не захочет жениться на ней, я запихну ее вместе со швейной машинкой на следующий же пароход, идущий на восток!

– Я женюсь на ней, – объявил мой прадед, выходя из толпы. Он повернулся к красивой девушке, сидевшей на футляре швейной машинки, и поприветствовал ее по-немецки.

Она удивленно заморгала при звуках родного языка, исходящих от американца. Еще сильнее она удивилась, когда он перевел ей слова, которые сказал мужчинам.

– Я готов жениться на вас сегодня и буду считать себя самым счастливым человеком на свете, – сказал Ханс по-немецки. – Но я не могу рассчитывать, что вы способны принять решение в этих сложных обстоятельствах. Кроме того, мне хотелось бы думать, что моя невеста выбрала меня ради меня самого, а не из-за того, что иначе ей грозит депортация и таков для нее единственный выход.

После таких слов красавица улыбнулась.

– Мы скажем этим людям, что вы моя
Страница 16 из 16

невеста, – продолжал Ханс. – Их это успокоит. Вы можете жить со мной и моей сестрой сколько захотите. Возможно, через год-другой вы скажете, что хотите стать моей невестой. Или найдете себе кого-то другого. Я надеюсь, что вы выберете меня, но хочу, чтобы вы знали, как будете тут жить, прежде чем примете решение.

Она снова улыбнулась и протянула ему руку.

– Для начала скажите, как вас зовут, а о женитьбе мы поговорим позже. Через год или два.

Как оказалось, для принятия решения ей потребовалось всего шесть месяцев. Они полюбили друг друга, и это ускорило ее выбор. Иногда мне кажется, что сначала она полюбила мечту Ханса, его надежды и амбиции, а потом уж и его самого. Или, может, любовь к этому мужчине переросла в любовь к его мечте. Конечно, я никогда этого не узнаю.

Думаю, вы уже догадались, что та красивая девушка, Аннеке, была моей прабабкой. Они с прадедом сыграли свадьбу через восемь месяцев после встречи, и Герда стала подружкой невесты. Со временем они построили особняк Элм-Крик и работали без устали, пока кони Бергстрома не были признаны везде и всюду верхом совершенства. Даже сегодня родословная лучших в мире лошадей прослеживается до конюшен Бергстрома.

Мои прадед и прабабка вырастили здесь своих детей, а когда дети обзавелись своими семьями, их супруги тоже поселились тут со своими детьми. Некоторые разъехались, но когда женился мой отец, он привел сюда мою мать. Помню, как в детстве у меня было четырнадцать маленьких друзей. Замечательное было время, счастливое.

* * *

– Что же случилось потом? – невольно вырвалось у Сары. «Почему миссис Компсон погрустнела, когда заканчивала свой рассказ? И почему все так переменилось? Дом теперь заброшен, в нем не узнать того счастливого семейного гнезда, о котором рассказывала его хозяйка», – подумала Сара.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=19526367&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Маркиза – особая конструкция для затенения разнообразных уличных объектов.

2

Блоки, которые выбрала Сара, можно увидеть в конце книги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.