Режим чтения
Скачать книгу

Опять совещание?! Как превратить пустые обсуждения в эффективные читать онлайн - Дэвид Перл

Опять совещание?! Как превратить пустые обсуждения в эффективные

Дэвид Перл

Корпоративные собрания, деловые встречи, совещания и конференции – все эти мероприятия прочно вошли в нашу жизнь и превратились в рутину. Мы воспринимаем их как скучное, утомительное, часто бессмысленное и бесцельное времяпрепровождение и даже не задумываемся о том, что их можно изменить. Актер, писатель, режиссер и международный бизнес-консультант Дэвид Перл уверен: привычные «недособрания» должны превратиться в полноценные встречи и запустить этот процесс способен каждый, независимо от того, на какой ступеньке карьерной лестницы он остановился. Прежде всего нужно понять цель и задачи совещаний разных типов, определить, какой вклад в решение вопроса должен внести каждый из участников и какую роль он будет играть, сформулировать, как решение конкретной проблемы отразится на долгосрочных целях организации и на ее отношениях с внешним миром, ну а потом уже принимать решения. Звучит просто, а вы попробуйте реализовать!

Остроумно написанная, полная тонких наблюдений и мудрых жизненных советов, книга будет интересна и полезна всем, кто стремится к эффективному общению, – и в особенности тем, кто значительную часть рабочего времени проводит в переговорных.

Дэвид Перл

Опять совещание?! Как превратить пустые обсуждения в эффективные

Руководитель проекта И. Гусинская

Компьютерная верстка М. Поташкин

Арт-директор С. Тимонов

© David Pearl, 2012

Originally published in the English language by HarperCollins Publishers Ltd. under the title Will There Be Donuts?: Start a Business Revolution One Meeting at a Time

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Альпина Паблишер», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru (http://www.litres.ru/))

* * *

Прочитав эту книгу, вы:

• узнаете, как вылечить свою компанию от «острого собраниита» (привычки обсуждать самые незначительные вопросы на многочасовых собраниях);

• научитесь заранее определять, полезной ли будет встреча лично для вас, и аргументированно отказываться терять свое время на «недособраниях»;

• сможете грамотно планировать и проводить совещания так, чтобы за короткое время все вопросы были решены – а участники, довольные собой, разошлись претворять решения в жизнь.

Джоанне, Эльзе и Зэкери

Благодарности

Спасибо всем, кто поделился своим опытом и мыслями:

– Сью, Шелли, Мишель, Полу, Эспериде, Каю и всей команде Pearl Group;

– моему агенту Джулиану Александеру, который проводит правильные встречи с правильными людьми в правильное время;

– моему издателю Нику Кэнхему, который помог разжечь эту революцию;

– Стиву Бердету, усердно работавшему над рукописью; Лоре Лиз за великолепный пиар, Тиму Броутону за маркетинговый анализ и всем в HarperCollins, кто превратил эту работу в истинное удовольствие;

– моим родителям, источнику множества занятных примеров. Они будут удивлены (надеюсь, приятно удивлены), обнаружив, что я использовал эти примеры в своей книге;

– Джин и Томасу, совершившим как минимум одну революцию;

– Джереми, Брюсу и Lively Artists, а также Филу и его коллегам в Upstage;

– двум Дэвидам, Глассу и Маккриди, лучше всех прочих научившим меня, что в действительности происходит, когда люди собираются вместе;

– и, наконец, всем вам, кому надоели псевдовстречи и кто решил проводить их по-настоящему. Так держать!

Предисловие

В марте 2011 г., на первой стадии подготовки этой книги, мой редактор Ник Кэнхем организовал встречу. Он хотел заинтересовать рукописью своих коллег в издательстве HarperCollins, хотел произвести на них впечатление, обеспечить их поддержку. И ему это удалось, иначе бы вы сейчас не читали это. Мне стало интересно, каким образом он обаял прожженных профессионалов издательского дела. Их привлекла актуальная тема? Покорила неотразимая логика? Изысканный стиль понравился?

– Я пообещал им пончики, – сказал Ник.

Отсюда название. И с этой отправной точки мы двинемся в путь. Если до сих пор самым интересным на ваших встречах были пончики, эта книга для вас в самую пору.

Рад встрече

Мы часто произносим эти слова и почти всегда лицемерим. Но я и правда радуюсь встрече с вами, пусть и через посредство книги.

Я написал ее с целью сделать наш мир интереснее. Точнее, чтобы вы сделали мир интереснее. Я только помогу вам.

Мы осуществим это поэтапно, одну прекрасную встречу за другой.

Догадываюсь, что, беря эту книгу, вы не ставили перед собой подобной цели. Наверное, вы думали о том, насколько лучше стала бы жизнь, если бы собрания, на которых каждый из нас вынужден присутствовать, сделались бы менее скучными, бессмысленными и до исступления надоедливыми. А если бы в рабочей неделе освободились часы, потраченные на бесплодные встречи, то и продуктивность бы выросла. И уж какое было бы счастье, если б деловые собрания приносили пользу, а тем более – если бы вдохновляли.

Конечно, вы правы.

Но вот я о чем: если мы с вами и миллионы таких же страдальцев примемся за дело вместе, мы сделаем для настоящего и будущего куда больше, чем все помпезные призывы и пророчества вместе взятые.

Сложите воедино время, потраченное нами на собрания, и получите миллиарды часов, которые давно пора вернуть в дело и обратить на пользу.

Да, не самый громкий, не эффектный и не героический путь к преобразованию мира. В финале «Западного крыла»[1 - Американский телесериал, созданный Аароном Соркиным и шедший на телеканале NBC с 1999 по 2006 г. В центре сюжета – работа вымышленной администрации президента США от партии демократов Джосая Бартлета, которого сыграл Мартин Шин. – Прим. пер.], когда заканчивается правление демократов, персонаж, похожий на Билла Гейтса, предлагает руководителю администрации Си-Джей возглавить его гуманитарный фонд и спрашивает ее, что она считает нужным сделать, чтобы мир стал лучше. «Строить дороги в Африке», – выпаливает она. Дороги позволят доставлять лекарства, повысить производительность, улучшить связи между регионами, создать рынки. Миллиардер не ожидал столь практичного и приземленного ответа. Но раз Си-Джей считает, что ключ к успеху – дороги, он ее поддержит.

Примерно так же я воспринимаю собрания и встречи. Для каждого из нас по отдельности это всего лишь часть будничной рутины, однако посмотрим внимательнее: встречи – это возможность обменяться информацией, вести бизнес, творить будущее, заводить друзей, улаживать конфликты. И для бизнеса, и для мира в целом будет немалая польза от хорошо проведенных встреч.

Итак, я приглашаю вас пусть не в головокружительное, но, тем не менее, в героическое приключение. Герои – это ведь не какие-нибудь суперчеловеки, это самые обычные люди, как вы да я. Порой им удается вырваться из рутины и сделать что-нибудь необыкновенное.

Так как насчет пончиков? Этот вопрос звучит повсюду – в офисах, рекламных акциях, на конференциях, семинарах и презентациях. А вот еще несколько вопросов. Присмотритесь,
Страница 2 из 15

знакомы ли они вам. Если вы имеете обыкновение задавать хотя бы один из них, читайте книгу дальше.

Это собрание когда-нибудь закончится?

Если вам случалось побывать на опере Вагнера, то вы знаете: можно позволить себе немного соснуть, за это время ничего особенного не произойдет. И на собраниях, которые я называю «вагнеровскими», тоже хорошо спится, пока солист, вооруженный не копьем, но маркером, выводит свои рулады. «Вагнеровские» собрания, как и вагнеровские оперы, тянутся бесконечно – чем длиннее, тем с виду значительнее, потому-то выступающий никак не заткнется. Это как ремонтные работы в Италии – не работа, а скрытая форма безделья. Весь смысл в том, чтобы провозиться безо всякой пользы как можно дольше и уйти на приличную пенсию прежде, чем кто-нибудь уличит «вагнерианца».

На что ушел мой день (неделя, месяц, год)?

Собрания-грибы. Напоминания о них разрастаются в ваших еженедельниках, словно древесная губка, нарост на гнилом пне. Это размножение спорами? Или вирус? Никто не знает, но стоит на миг утратить бдительность, и утром, открыв электронную почту, вы наткнетесь на них – на целую поросль, не оставляющую места собственно для работы. Особенно это ощутимо в бизнесе, где по каждому поводу требуется отдельное собрание. Возникает что-то вроде зависимости.

Один из видов того же симптома – собрания-стоунхенджи. Это регулярные встречи существуют искони, как неолитические сооружения в долине Солсбери, и точно так же никто не знает зачем.

Это работа или политика?

Если вы задаетесь таким вопросом, то вы попали на «Партийную Политическую не-Передачу». Во многом такие встречи напоминают короткую политическую рекламу, которую показывают по телевидению в пору выборов, но с тремя существенными отличиями: во-первых, хотя эти собрания от и до политические, предупреждающая заставка отсутствует. Во-вторых, они длинные. И, в-третьих, здесь откровенный разговор – табу. Никто даже не затрагивает вслух политические соображения, хотя на самом деле все на таком собрании связано с личным влиянием и распределением сил. Да, и еще одно важное отличие: это руководство нельзя устранить путем голосования.

Кто-нибудь когда-нибудь примет решение?

О, это страшно. Вы попали в демилитаризированную зону, вроде нейтральной полосы между Северной и Южной Кореей, только еще ужаснее. Вы сидите вне пространства и времени и тупо соображаете: разве то же самое не обсуждалось на прошлой неделе? С какой стати мы снова говорим об этом? Или мы принимаем на собраниях решения лишь затем, чтобы после собраний негласно их отменять?

Что я здесь делаю?

Весьма распространенный и весьма способствующий дезориентации синдром Лилипутии: вы попали на собрание, которое лично вас никоим образом не касается. Название отсылает к тому эпизоду из «Путешествий Гулливера», в котором герой (да-да, герой – это вы) после кораблекрушения попадает на остров, где живут маленькие человечки, болтающие на причудливом языке. Совершенно чужой мир, но выбраться герой не может: его связали тысячью тонких нитей и лишили возможности двигаться. Вы в плену!

Заметим, что этот синдром обнаруживается и в том случае, когда встреча не нужна вам и когда вы не нужны на встрече.

Если я оболью себя бензином и поднесу спичку, кто-нибудь обратит внимание?

Так, это у нас синдром Человека-невидимки. Вас никто не видит. Никто не слышит ваш голос. Отчасти потому, что выступающие не делают пауз. Берегитесь: вы можете увязнуть в трепотне. Пустозвонство весьма популярно там, где путают количество слов со значительностью и сложность выражений – с выражением ума.

Эй, вы там? Вы меня слышите? Ау!

Командировки не в моде. Объем работ растет. Вам поставили интегрированную многоуровневую систему телекоммуникаций с рядами кнопок и километрами кабеля. А теперь займитесь-ка делом, общайтесь поверх часовых поясов и языковых барьеров с людьми, которых вы никогда не видели. И вы таращитесь в пустой мерцающий экран и слушаете долгий гудок телефона…

Меня сморило?

Один клиент виновато признался мне в том, что однажды уснул на встрече. Я сказал: дело обычное, тут нечего стыдиться.

– Вы не понимаете, – возразил он. – Встреча проходила один на один, и вел ее я!

Возможно, за последнее время вам не случалось впадать в кому, но ведь, правда же, собрания бывают удивительно, потрясающе, невыразимо, несказанно СКУЧНЫ!

Никто не приглашает гостей с целью до смерти им надоесть. Если друзья сочтут вас скучным человеком, они либо скажут вам это в лицо, либо перестанут приходить в гости. Почему же скука допустима и считается нормой для деловых встреч? Ее подчас даже пытаются выдать за профессионализм. Не принято указывать собеседнику, что у него в зубах шпинат застрял. Джон Клиз[2 - Джон Марвуд Клиз (род. 1939) – британский актер-комик. – Прим. пер.] высмеивал деловых людей, путающих солидность и скуку: чем зануднее, тем якобы достойнее. Давно устаревшая идея, от нее даже самые серьезные и солидные бизнесмены отворачиваются. Недавно я организовал мероприятие, в ходе которого группа топ-менеджеров должна была помочь эковолонтерам очистить детскую площадку от камней. Я наведался к ним ближе к полудню – солидные люди радостно, голыми руками собирали осколки гранита. Они даже пели! И финансовый директор шепнул мне: «Лучше на каторгу, чем на очередное собрание!»

Нормальные у нас собрания, а нельзя ли сделать их замечательными?

О, привет! Если вы задаетесь таким вопросом, значит, вы из тех редких людей, которым нет нужды исправлять свою жизнь и остается лишь улучшать ее, добиваться большей продуктивности, вовлеченности и отдачи. Вы не исправляете, вы повышаете качество. И к врачу вы ходите не тогда, когда прихватит, а пока все хорошо, потому что хотите быть еще бодрее и здоровее. Как-то раз я проходил курс лечения гипнозом, и все мы (и я тоже) пришли туда затем, чтобы справиться с той или иной проблемой. Все, за исключением одного мужчины. Когда его спросили, чего он ждет от сеанса, он поморгал глазками за толстыми стеклами очков и попросил:

– Загипнотизируйте меня так, чтобы с каждым днем я любил жену все больше и больше.

Вот человек, который стремится к совершенству.

Если одна из обрисованных ситуаций (а тем более несколько) вам знакома, значит, я писал эту книгу для вас.

Читая раздел 1, вы убедитесь, что вы не одиноки. Миллионы людей страдают, чаще всего молча, на скверно организованных собраниях, на этих недособраниях, которые портят их профессиональную жизнь.

В разделе 2 мы рассмотрим другую сторону медали: правильную встречу.

Задача этой книги – подготовить вас к настоящим собраниям и встречам. Вы должны вникнуть в анатомию собраний и понять, как их организовывать (раздел 3), в разделе 4 мы разберем семь основных типов собраний и способы их проведения. И, наконец, в разделе 5 мы подумаем над тем, как осуществить реформу конкретно в вашей организации и обеспечить долговременные перемены в культуре собраний, не потеряв при этом ни друзей, ни работу.

Но я бы не причислял эту книгу к пособиям из разряда «как делать то или это». Как общаться, мы и так знаем. Это врожденный человеческий навык. Я бы сказал, эта книга скорее про то, как НЕ НАДО, ее задача – устранить
Страница 3 из 15

препятствия, которые мы сами себе создаем.

Все получается, если перестать делать то, что заведомо не работает, а мы зачем-то продолжаем делать это.

Итан Хант: Это будет трудно.

Суонбек, руководитель миссии: Мистер Хант, эта миссия не трудная, это – невыполнимая миссия. «Трудная миссия» для вас все равно что прогулка в парке.

    («Миссия невыполнима – 2»[3 - Фильм режиссера Джона Ву с Томом Крузом в главной роли. В роли Суонбека – Энтони Хопкинс. – Прим. ред.], 2001).

Люблю я сцены в фильмах, когда негероический с виду человек или группа неудачников вдруг осознают, почему это приключение выпало на их долю и в чем заключается миссия. Чиновник из министерства с трубкой в зубах тычет в карту или в модель, разъясняя, отчего прежде никто не отваживался на такое. Или же закулисный наставник шпионов показывает новую цель на размытой кинопленке, а на заднем плане свиристит проектор.

Мне кажется, именно это происходит с нами сейчас, когда мы готовимся к путешествию по причудливому миру собраний, к приключениям над и под его территорией. Заглянем на миг в то, что нас ждет, постараемся приготовиться и взять с собой все необходимое.

В джунглях будь настороже[4 - It’s a Jungle Out There – песня Рэнди Ньюмена для сериала Monk (в русском прокате – «Дефективный детектив»). – Прим. пер.]

Найдется немало книг о собраниях, которые скучнее самих собраний. Не хотелось бы мне пополнить этот список.

В джунглях будь настороже. А если это джунгли скуки?

На каждой странице книги будем задавать вопрос (он вполне применим и к собраниям): «Это как, поинтереснее еды или секса?»

Позвольте пояснить.

Почти все мои знакомые бизнесмены могли бы жить интереснее, однако они терпят и молчат, когда их томят скукой. Невежливо было бы прервать докладчика или уйти, так что все сидят и маются.

У артистов разговорного жанра, среди которых я рос, все обстоит честнее и проще. Комик сразу же чувствует недовольство аудитории и, если тут же не сменит курс, его начнут перекрикивать, дразнить, а там и пустыми бутылками закидают. Обратная связь в действии.

В театре это чтимая традиция.

Перенесемся в оперный зал XVIII века. Для той эпохи опера была тем, чем для нас является кино – самым драматичным, насыщенным переживаниями, звуками и красками зрелищем, какое только можно было увидеть. И оперные театры старались поддерживать свою репутацию в том числе и потому, что зрители тогда располагались в ложах. Ложа – это комнатка с видом на сцену: наскучат актеры, можно укрыться в глубине ложи, выпить, поужинать и даже предаться любовным утехам. Если зрителям не нравилась опера, голосовали ногами и прочими частями тела. Вот почему каждый спектакль был увлекательным и ярким, глаз не оторвешь, зрелищем: интриги и тайны, танцы, кораблекрушения, вражда богов, человеческие страсти. И лишь когда в залах появились ряды сидений, из которых не выберешься заскучав, театр стал наводить скуку.

Если бы мы с вами общались лично, я бы посоветовал вам прием, который рекомендую всем клиентам: как только докладчик начинает растекаться мыслью по древу, подаем условный знак: большие пальцы вверх. Это значит: «Понял, переходи к следующему пункту». Все-таки это любезнее, чем жест ладонью по горлу, которым порой докладчику напоминают, что лимит времени исчерпан.

Но, поскольку мы с вами друг друга не видим, поступим так: если вам станет скучно, отложите книгу, задерите ноги на стол и угоститесь чем-нибудь[5 - Вопреки названию приносить на встречу пончики я не советую. Центр по борьбе с ожирением штата Нью-Йорк уведомляет: «Обычный пончик состоит из рафинированного сахара, муки, искусственных ароматизаторов и частично гидрогенизированного масла, то есть трансжиров. С точки зрения здоровья в нем полезна только дырка». – Прим. авт.]. А уж насчет секса разбирайтесь сами.

Если я сам себя утомлю, я поступлю точно так же. Уговор?

Полезные термины

По мере продвижения в страну собраний и встреч я буду использовать следующие термины и выражения.

«Встречи» и «собрания»

Книга не ограничивается рассмотрением лишь формальных встреч, на которых с десяток человек рассаживается вокруг большого деревянного стола. Нас интересуют и камерные встречи с глазу на глаз, и гигантские собрания с участием сотен и тысяч человек. Речь пойдет о встречах «вживую», но и виртуальные тоже учитываются. Ныне многие мои клиенты мучаются с проведением виртуальных собраний, и в конце концов все, что пригодится на обычном собрании, еще в большей степени понадобится на виртуальном.

«Ваши встречи»

Под «вашими» я подразумевают и те собрания, которые вы сами проводите, и те, на которых вы присутствуете. С определенного уровня (к которому будем стремиться) и те и другие собрания – ваши, даже если вы пока этого не ощущаете.

«Они»

«Они» – люди, от которых все зло. Они-то читать мою книгу не станут, придется вам сделать это за них. В школе такие сидят за первой партой и гордятся аккуратными пеналами. Зану-у-уды. А мы не такие. На том и договорились.

«Клиенты»

В основу этой книги положены многие годы работы с компаниями и деловыми людьми в разных странах. Кое-кого я называю по имени, другим присваиваю псевдонимы, поскольку эти люди продолжают революционную деятельность в своих организациях и я не хочу лишать их прикрытия. Я буду называть их просто по имени и по должности: консультант Рон, гендиректор Доминик. Речь пойдет и о представителях иных сфер, помимо бизнеса, – о главе британского отделения Oxfam[6 - Независимая международная благотворительная организация. – Прим. пер.] Барбаре Стокинг, о защитнике окружающей среды Ашоке Хосле, об ученом и социальном активисте Джиме Гаррисоне и других, то есть о людях, чьи собрания и встречи влияют не только на бизнес, но и на мир в целом.

«Опробованные технологии»

Все практики, правила, приемы, которые я описываю в этой книге, были тщательно опробованы в полевых условиях. Ну или почти все. Не удержался – добавил кое-что из неопробованного. Осторожно: вдруг взорвется в руках. Вы же настоящий искатель приключений, вас это не смутит. Надеюсь, что вы зайдете дальше, проявите еще больше отваги и готовности к экспериментам. Поделитесь со мной своими открытиями, жду с нетерпением, электронная почта david@willtherebedonuts.com (mailto:david@willtherebedonuts.com).

«Бизнес»

О бизнесе я буду говорить часто, однако не стоит замыкаться лишь на коммерции. Аналогичную работу можно и нужно проводить в государственных заведениях, в правительственных структурах, в общественных организациях и даже в школах. Вопрос «дадут ли пончиков?» звучит всегда, где бы ни собрались люди в современном мире, который с каждым днем все более усложняется. Я также допускаю, что у деловых людей имеется личная жизнь (понимаю, это чересчур смелое предположение) и там тоже неплохо бы применить те же принципы и технологии.

«Театр»

Как вам предстоит убедиться, я частенько ссылаюсь на театр и зрелищные искусства. Признаюсь откровенно: в бизнесе я человек со стороны. Может быть, именно поэтому деловые люди обращаются ко мне за консультацией. А родом я из театра. Всю жизнь я в качестве исполнителя, режиссера, автора, продюсера создавал для публики музыку, спектакли, оперу, телефильмы и кино.

Я не думал окунаться в мир бизнеса, и если
Страница 4 из 15

бы крупнейшая консалтинговая фирма не пригласила меня в начале 90-х поставить для них оперный спектакль, чтобы в ходе репетиций сплотить команду работников, я бы так и не вошел в этот мир.

Вот уже два десятилетия я брожу в этих сферах, к постижению которых я не был подготовлен, и убедился в том, сколь прекрасно быть своим среди чужих: постоянно дивишься тому, как странно ведут себя нормальные люди, оказавшись на рабочем месте.

Меня часто спрашивают: «Как давно вы ушли из театра?», и я отвечаю, что и не уходил. В моих глазах бизнес – тот же театр, а собрание – подмостки. Некоторые компании весьма напоминают мне патетическую и кровавую оперу. Креативность – непременный элемент бизнеса. Деловитость вообще не чужда творческому началу. Шекспир, между прочим, был опытным дельцом и скупал недвижимость. Кажется, будто между миром театра и миром бизнеса лежит пропасть, а на самом деле страсти и устремления все те же.

Соберите команду

В великолепном фильме об ограблении «Одиннадцать друзей Оушена» (2001) Джордж Клуни (Дэнни) спрашивает Брэда Питта (Расти, посредник), что им понадобится для ограбления неприступного казино. Брэд отвечает не «что», а «кто»: «С ходу могу сказать, тебе нужны Боски[7 - Иван Боски – американский биржевой воротила 1980-х гг. Был осужден за использование конфиденциальных сведений. – Прим. ред.], Джим Браун[8 - Американский спортсмен, бывший профессиональный футболист, актер и продюсер. – Прим. ред.], мисс Дейзи[9 - Героиня фильма «Шофер мисс Дэйзи» (1989) режиссера Б. Бересфорда. – Прим. ред.]… и Леон Спинкс[10 - Американский боксер-профессионал, олимпийский чемпион 1976 г. – Прим. ред.]. Hе говоря уже о самой большой Элле Фицджеральд в мире». Вывод очевиден: если вы задумали нечто грандиозное (а изменить формат собраний и встреч – вполне амбициозная затея), то вам нужна весьма разношерстная команда, столь же преданная делу (и даже фанатичная), как вы сами. «Ищите голодного самурая», как сказано в фильме Куросавы «Семь самураев».

Дороти на пути в страну Оз помогали Железный дровосек, пугало Страшила, Лев, жевуны, феи и песик. И вам в вашем приключении понадобятся соратники того же настроя, что и вы, но совсем других способностей, люди, разделяющие ваше негодование по поводу рутинных собраний, однако мыслящие иначе: они могут подсказать неожиданные подходы к решению той или иной проблемы.

К тому же, если вы не занимаете руководящую позицию, желательно привлечь кого-то из начальства, кто обеспечит вам свободу действий, предоставит покровительство на высоком уровне. Я советую клиентам объявлять на несколько месяцев «перемирие», срок, в течение которого подчиненным разрешено пробовать и ошибаться без дурных последствий. Можете, конечно, действовать и в одиночку, но даже у агента 007 имеется М, чтобы прикрыть тылы, и Q, который снабдит его стреляющей ручкой и автомобилем-амфибией.

Вам понадобится экипировка

В подседельной сумке истинного борца со скучными собраниями нет постеров, инструкций по управлению кадрами или книг по менеджменту. Ему неинтересно знать о том, как проходят собрания: он собирается проводить их по-новому.

Каждому революционеру я рекомендую в качестве обязательного минимума прихватить с собой:

• бензопилу (покрепче);

• пару садовых ножниц;

• семтекс или другую мощную пластичную взрывчатку;

• клеевой пистолет.

Бензопила понадобится для того, чтобы прорубиться сквозь густые заросли недособраний, расчистить большую поляну, впустить солнечный свет. Садовыми ножницами вы подстрижете немногие выпадающие на вашу долю настоящие встречи и придадите им форму. Устоявшаяся привычка к псевдособраниям у коллег уже сцементировалась и покоится на солидном фундаменте. Пустите в ход семтекс, чтобы разнести это сооружение в клочья. А напоследок – клеевой пистолет, чтобы закрепить перемены в практике собраний.

Узнав, что я пишу такую книгу, клиенты посоветовали мне включить в экипировку еще пару предметов (и это уже не метафора). Возьмите:

• Резиновую курицу

Вирджиния озверела от того, что коллеги вечно опаздывают на собрания. Она позаимствовала у своего пса большую резиновую курицу и вручила ее тому, кто явился последним. Команде новшество понравилось, и появился новый ритуал. Ныне тому члену команды, который посмеет явиться позже назначенного времени, приходится выставлять курицу на своем рабочем столе вплоть до следующей встречи (а проходят они раз в месяц). Такое вот переходящее знамя позора. Забавный, но действенный способ.

• Пластиковую бутылку (пустую)

Производство, ориентированное на вторсырье, находит множество применений для использованных пластиковых бутылок: из них делают водонепроницаемую ткань, украшения, солнечные панели, теплоизоляцию, органайзеры. Мои клиенты Ален и Билл, оба с научным образованием, изобрели замечательный новый способ использовать пустые бутылки для укрепления внимания во время встреч.

Рассказывает Билл:

«Ален толкал меня в плечо, когда я переставал слушать докладчика и утыкался в свой ноутбук. Я оказывал ему такую же любезность. Но Ален – малый здоровый, толкается больновато. Как-то раз я допил воду из бутылки, глянул на Алена – а он копается в своем BlackBerry, и я автоматически стукнул его по голове пустой бутылкой. Это оказалось столь же эффективно, как удар в плечо, и притом гораздо легче и безболезненнее. И новый обычай привился. На прошлой неделе Мартина бросила бутылку через комнату в Франческу: та печатала на SameTime. И теперь на собрание руководящих кадров мы всегда приносим с собой пустую бутылку».

«Желаю удачи! Она вам понадобится»

В Италии я встретился за обедом с американским дипломатом. Профессионал с двадцатилетней карьерой за спиной, он держался спокойно и приветливо – пока я не упомянул о своей книге.

– Собрания! Собрания – проклятие моей жизни! Пустая потеря времени! – он вскочил на ноги, размахивая хлебной палочкой. – Теперь я говорю любым собраниям «Нет!». Всем за исключением одного: одно собрание в неделю я посещаю. Только затем, чтобы вспомнить, почему я не хожу на них!

Постепенно он слегка остыл, но после обеда отвел меня в сторону.

– Желаю удачи! – сказал мне этот дипломат, словно посылая на безнадежное дело. – Она вам понадобится.

Он был прав. Решившись всерьез изменить формат собраний, вы столкнетесь с устоявшейся культурой бизнеса и с привычками коллег. Выяснится, что настоящая проблема не в собраниях как таковых, они – лишь симптом. Вы рушите статус-кво – нелегкая и опасная затея.

Прекрасная цель – научиться проводить хорошие собрания. Вопрос в том, готовы ли вы пойти на жертвы, которых требует путь к этой цели. [Ремарка помощнику режиссера: «Музыка из приключенческого фильма, бьют барабаны, поет одинокий рожок, сперва в отдалении, под конец главы – все внятнее и ближе»].

Нам нужны не инструкторы (уверен, это слово происходит от латинского глагола «тащить и тянуть»), но агенты под прикрытием. Агенты перемен.

Это вам не бумажки с места на место перекладывать. Это настоящая революция в бизнесе, а для революции нужны революционеры. Мы ищем людей, которые хотят осуществить перемены, а радикальные перемены требуют от нас порой и озорства, и непослушания. Мой призыв обращен к
Страница 5 из 15

людям, которые хотят радикально преобразить собрания и встречи и закрепить этот эффект. (Кстати говоря, удалось ли мне завербовать вас? Неплохой прием: с самого начала установить цель, вовлечь слушателей в процесс. А если еще добавить предостережение…)

Но прежде, чем вступить в наши ряды, учтите одну вещь: мир недособраний очень опасен. Тамошние обитатели ох не любят, чтобы их беспокоили. Они и сдачи дадут. Они тоже вполне отважны и готовы к бою. Вам придется совместить в себе миссионера, тайного агента, психолога и работника «скорой помощи».

Для начала спросите себя, сможете ли вы:

• Действовать под прикрытием, менять внутренний и внешний облик в зависимости от контекста собрания? Способны ли вы на полную ассимиляцию, «прикинуться туземцем», притвориться, будто вы один из этих скучающих людей, завоевать их доверие?

• Стать экспертом по фальсификациям, научиться отделять ценные собрания от псевдособраний?

• Вырывать инициативу у людей, не умеющих проводить собрания, иной раз устроить полномасштабный мятеж, чтобы установить контроль над собранием, если руководство дремлет?

• Создавать революционные ячейки, действовать по новым правилам без разрешения свыше, без страха?

• Обезвреживать неразорвавшиеся бомбы эмоций, которые таятся под поверхностью пристойных с виду собраний, а порой допускать направленный взрыв?

• Вести биологическую войну, распространять вирусы, которые вызовут у коллег аллергию к дурным видам собраний и породят новые, полезные привычки на смену прежним?

• Быть «плохим»? Ничего не изменится, если вы не решитесь на праздник непослушания. В качестве основного требования к претенденту – записи в школьном дневнике «мешал на уроке». Но тот, кто ведет себя плохо, тот порой и выглядит плохо. Вы решитесь попробовать нечто новое и рискнуть провалом? Спрашиваю потому, что многие люди на все пойдут, лишь бы не признавать своих промахов, и даже закаленные революционеры могут сдать, когда под угрозой окажется их эго. Ошибки неизбежны, раз уж вы пытаетесь делать все по-новому. Вы готовы справляться со своими ошибками и учиться на них?

И, наконец, сумеете ли вы:

• стать беспощадным, безжалостно искоренять недособрания, от которых нет никакой пользы? Удар за ударом врубаться в подлесок собраний, удушающих ваш день, отгонять милых пушистых зверюшек – короткие встречи по делу, эти спонтанные «на два слова», которые глядят щенячьими глазами и просятся: «Приюти меня, времени я много не отберу, а сразу почувствуешь себя та-а-а-аким полезным»?

Сумеете на каждый из этих провокационных вопросов ответить «да» – вперед, к следующим главам. Встаньте и стоя повторите за мной девиз Гильдии Разрушителей собраний: Finis ad Fastidium![11 - Некоторые клиенты предпочитают другой латинский лозунг: Quaerimus Et Si Non Invenimus Facimus Malum («Ищем неприятностей, а не отыщем – сотворим сами»), но он не поместится на футболке. – Прим. авт.] Это латынь. Попросту говоря, «Прикончим скуку».

Эта книга не про скучные собрания и не про то, насколько они вам нужны. Эта книга – про скучную жизнь. Хотите жить скучно?

1. Недособрание-полувстреча

«Главные цели» бизнеса ценой в миллиард

Несколько лет назад я работал с крупной британской страховой компанией. Каждый год члены совета директоров с энтузиазмом спрашивали гендиректора о главной цели на следующий период и получали неизменный ответ: «Сделать на одну ошибку меньше». Опыт подсказывал, что доход-то будет, но главное – не растратить полученные деньги зря. Если избежать повторения ошибок, которые не предотвратили в этом году, то доход не утечет в бездонную яму, собственноручно вырытую сотрудниками компании.

А эта глава посвящена той ошибке, которую большинство компаний обязательно сделает в этом году. И в следующем тоже. И через год снова. Назовем эту ошибку «недособранием» или «полувстречей».

Как диагностировать недособрание?

«Недо-» – любое собрание, на котором присутствующие не получают пользы от общения. И время, и усилия многих людей пропадают зря, ни участникам собрания от этого никакой выгоды, ни всей их организации.

На полувстрече проблемы полурешаются, предмет обсуждения понимается отчасти, правильные слова остаются недосказанными. Еще бы чуть-чуть – и все получилось бы. Если вы бредете с собрания, пошатываясь и пытаясь понять, что пошло не так и в какой момент вы упустили нить, вероятно, вы побывали на полувстрече. Требовалось обсудить проблемы и найти практический выход, а они почти обсуждены и полурешены.

Вспоминается волшебник (его роль сыграл Билли Кристал) из романтической комедии «Принцесса-невеста»[12 - Фильм Роба Райнера 1987 г. – Прим. ред.] по сказке Уильяма Голдмана: он говорит, что герой ни жив ни мертв, а «главным образом» мертв. Вот и мы «главным образом» проводим собрание. «Главным образом», а не полностью и по-настоящему. И это полностью выматывает.

Часто жалуются на трудности виртуальных собраний, как будто все стало бы просто, окажись люди в одной комнате, вместо того чтобы общаться по телефону. Недособрания всегда виртуальны, хотя бы мы и общались лицом к лицу. Несправедливо говорить в таком случае даже о «полувстрече» – встреча не состоялась.

– Трудный был день, дорогой?

– Убийственный. Непрерывные собрания с 7.30.

Недособрания – ничейная земля между одиночеством и подлинным общением. И на этой нейтральной полосе мы проводим большую часть рабочего времени.

Подсчитываем убытки

Ай-яй-яй! Узнаю этот взгляд, слегка сведенные брови, жесткую линию губ: «Я – крепкий бизнесмен, какое отношение твоя болтовня имеет к моим финансам?»

Я видел его во всех уголках делового мира, от зала заседаний совета директоров до магазинов. И когда я вижу этот взгляд, я прошу клиентов – так же, как я сейчас прошу вас, – произвести следующие подсчеты:

Предположим, по должности вы проводите на встречах три часа в день. Эффективность встреч, допустим, равна 70 %. В компании 100 человек занимают аналогичные должности с зарплатой, скажем, 60 тысяч. Это ведь более-менее соответствует реальному положению дел, верно?

О’кей, идем дальше.

В этом году вы потратили на собрания 82 дня, и вашей компании это обошлось в круглую сумму – миллион. Более того, если так продолжится и дальше, за время своей карьеры вы угрохаете девять лет, шесть месяцев и три дня.

Пусть это и гипотетическое построение, однако от действительности не так уж далеко. А вот реальный пример, который я привел руководству серьезной фармацевтической компании, чтобы убедить наконец в том, сколь вредоносны бесконечные собрания для бизнеса. Эта компания обратилась ко мне с просьбой придать больше креативности повседневной деятельности фирмы. Людям часто кажется, будто улучшить работу можно какими-то внешними мерами, но они вскоре убеждаются, что желанной креативности препятствует их собственная рутина.

Что касается наших фармацевтов, они тратили в день в среднем 4,5 часа на собрания, результативность не превышала 60 %, задействовано в этом было 2500 сотрудников со средней зарплатой €100 000. Подставьте числа в вышеприведенную формулу, и хлынут слезы: невозвратные часы на сумму €56 млн евро попросту сливаются в канализацию.

Это серьезная ошибка по любым меркам. И ее
Страница 6 из 15

продолжают совершать.

Так что напрасно кому-то кажется, будто проблема собраний расплывчата, туманна и не так важна. Вынырните из тумана – наткнетесь на большую, опасную гору: последствия для вашего финансового и общего благополучия могут быть самые неблагоприятные.

В разговорах с людьми, склонными делить проблемы на «человеческие» и «технические», я отношу проблему собраний к «техночеловеческим»: к человеческим, поскольку в первую очередь тут задействованы люди, и к техническим, потому что с ней очень трудно справиться.

Занявшись реформой собраний, вы бросите вызов культуре бизнеса, а ничего более сложного и представить себе нельзя. Вы были готовы к культурным переменам, пока находились в каком-нибудь симпатичном теплом местечке на слете топ-менеджеров и витали мыслями в небесах. Но проведите пару недель спустя ревизию, и вы вновь не увидите ничего, кроме недособраний и полувстреч. О том, как добиться радикальных перемен, мы поговорим чуть позже.

В мире буйствует эпидемия недособраний, а в эпидемиях лучше многих разбирается мой клиент Томас Брейер. Томас не держит в офисе кубков по гольфу и не вешает невразумительные постеры с гавайским закатом и лозунгом о подлинном лидере.

Брейер, по образованию врач-эпидемиолог, возглавляет Департамент всемирной вакцинации (Global Vaccine Development, GVD) в GlaxoSmithKline Vaccines. В этом отделе развешены фотографии африканских женщин с детьми как напоминание о необходимости поскорее создать вакцину от малярии, или же смертность в Африке достигнет чудовищных показателей. Малярия – лишь одна из многих сфер, требующих повышенного внимания. Угроза свиного гриппа также пришлась на «дежурство» Томаса. Теперь понятно, почему Томас терпеть не может зря терять время и борется с устаревшими процедурами?

Заступив на эту должность, Томас первым делом провел неформальные, в небольшом составе ланчи с представителями различных групп (всего в его подчинении 1400 человек).

«Все, как один, твердили мне: куча времени и денег уходит на собрания. Мы сжигаем время и деньги, от такой расточительности недолго и спятить. Чем нанимать внештатников, искать субподрядчиков, мы могли бы использовать внутренние ресурсы. Я понял: если организовать собрания более разумно, высвободится время именно тех сотрудников, кто давно уже работает в нашей организации и обладает необходимыми навыками».

Как же завлечь группу врачей и ученых на собрание, когда они предпочли бы спасать мир от ротавируса, опоясывающего лишая, рака или чего похуже? Ответ оказался прост: не ломать себе голову, как бы повысить эффективность собраний, а собраться с мыслями и заняться здоровьем. Мы устроили «клинику собраний» и три месяца кряду принимали в нее больные, полумертвые собрания и возвращали их к жизни. Многие методы, о которых пойдет здесь речь, были отработаны в приемном покое этой клиники.

Результат можно использовать в рекламе, как фотографии до и после разгрузочной диеты. Через три месяца 97 % участников сочли собрания целесообразными, понятными и интересными.

Итак, правильно подобранными лекарствами с применением инновационных технологий мы сумеем исправить недособрания. Но вот вопрос: если их вредность столь очевидна, почему же от них давно не избавились?

Мы «почти встречаемся», потому что… в безумном мире это кажется разумным

Если бы мне пришлось каждый день ходить на работу в офисы, где трудятся мои клиенты, через неделю я бы и сам участвовал в недособраниях.

Одна компания, которую я консультировал, проводила раз в месяц шестичасовую видеоконференцию с участием ста сотрудников со всех концов света. 72 часа в год, две рабочие недели. Умножим это на число участников и получим полтора года. Не правда ли, столько времени стоит тратить только на очень важные дела? Но нет, это стало рутиной. Никому не хотелось отсиживать на этих видеоконференциях, по крайней мере уж никак не шесть часов сряду. Однако и увильнуть казалось невозможным, и вот сто человек сидели, кося глазами по сторонам – один глаз на BlackBerry, другой на циферблат часов, – и якобы общались. Логичное поведение в нелогичной ситуации.

Мы разделались с этим собранием, и очень советую вам применить в своей организации такой же простой и действенный метод. Мы попросту отменили этот обычай, а потом восстановили с нуля только самое необходимое. Выяснилось, что существенные вопросы прекрасно можно решать на веб-форуме дважды в месяц, а неформальный обмен информацией проходит теперь в конце рабочего дня примерно раз в шесть недель в формате «посиделок».

Мы «почти встречаемся», потому что… график рабочей недели вышел из-под контроля

Однажды я понял: деловой календарь – как дом. И то и другое зарастает ненужным хламом.

В 2008 г. семейство Перл надумало провести пару лет в Италии. Сдав жильцам наш лондонский дом, мы оставили половину его обстановки на хранение, а остальное добро повезли с собой в Пьемонт. По возвращении пришлось пользоваться лишь половиной прежней мебели, и жилось нам прекрасно! Иными словами, раньше мы загромождали свой дом лишней мебелью, но этого не чувствовали: мы привыкли к тесноте и не замечали ее. А теперь загляните в свой ежедневник, переберите все встречи. Какую половину отправить на склад? Там найдутся две разновидности собраний: постоянные и импровизированные.

Постоянные собрания распределяются по дням, неделям, месяцам и кварталам с начала рабочего года или с начала работы над проектом. Это водопровод, электричество, встроенные шкафы. Вы уже не вспомните, кто их назначил и почему эти собрания происходят так давно, что вы перестали обращать внимание, они слились с фоном вашей жизни. И есть другие собрания – импровизированные, по случаю. Они возникают внезапно в связи с некоей ситуацией, проблемой, запросом. Можно сравнить их с импульсивными покупками в выходной или с почтой, в том числе рекламными буклетами, которую запихивают вам в почтовый ящик, назойливо требуя внимания.

Правила очистки дома и ежедневника от мусора весьма похожи.

Прежде всего беспощадно выпалывается все лишнее, что вы успели накопить, а затем вводится строжайшая антиспамовая политика, чтобы больше никакая ерунда не лезла к вам через порог.

Мы «почти встречаемся», потому что… это намного приятнее, чем работать

Стив, известный в Лос-Анджелесе консультант по бизнесу и налогам, весьма серьезно воспринимает свою ответственность перед клиентами. Еще бы: его клиенты принадлежат к разряду небожителей, они привыкли получать обслуживание на высочайшем уровне в любое время дня и ночи. Если вам кажется, будто у вас требовательные начальники, попробуйте покрутиться денек-другой среди звезд – из глаз искры посыплются. В молодости, когда я был связан с миром оперы, я услышал анекдот: щедро одаренная и не менее капризная певица-сопрано ехала по Манхэттену в лимузине и почувствовала, что на заднем сидении становится жарковато. Нет, она не соизволила наклониться вперед и попросить водителя включить кондиционер. Певица сняла трубку телефона, вызвонила своего агента (в Лос-Анджелесе!), а уж тот позвонил в Нью-Йорк водителю и передал соответствующие указания.

Стив вспоминал начало своей карьеры в крупной корпорации, где полагалось
Страница 7 из 15

ежедневно являться к 11.00 на собрание, носившее название «пончикового» (честное слово!), потому что больше там ничего интересного не было. Стив рассказывает:

«Я чувствовал себя не при делах. Я оказался одним из немногих сотрудников, кто воображал, будто в клиентской службе главное – обслуживать клиентов. Мне казалось: чем сидеть за круглым столом и сотрясать воздух, не пора ли заняться делами, которые ждут от нас клиенты, – заняться собственно тем, за что нам и платят. Я уворачивался от пончиковых собраний и отправлялся беседовать с клиентами. Вот так просто снимал трубку и говорил с людьми. Похоже, большинство сотрудников как раз этого и боялись. Спрашиваешь, проведен ли разговор с клиентом А – да-да, ему звонили. Когда? Три недели назад. А с тех пор? А с тех пор не было времени, все заседания.

Клиентам неинтересно слушать про ваши собрания. Вы должны быть тут, на проводе телефона. Тяжко сообщать клиенту-миллиардеру дурные новости, но лучше уж сообщить, чем утаивать. Вместо того чтобы посетить “пончиковое собрание”, я отправлялся на личную встречу – и делал дело».

Стив точно сформулировал одну из основных идей этой книги. Вместо пустопорожних собраний отправляйтесь в реальный мир, проведите реальные, действительно существенные встречи и обсуждения.

Надпись для футболки: «Чем меньше собраний – тем собраннее».

Мы «почти встречаемся» потому что… с технологиями[13 - Алан Кей, пионер в области американской компьютерной индустрии, говорил, что «технологиями» называются всякие новинки, появившиеся после нашего рождения. Так, для поколения моих родителей «технологией» было цветное телевидение, а для моего – что телевидение, что водопровод – дело привычное. Мы восхищаемся ноутбуками и wi-fi, но что будет «технологиями» в глазах наших детей? Только представьте себе: когда-то в далеком прошлом стол о четырех ногах казался самой продвинутой, изумительной технологией общения. Я бы не отказался вернуться в то время. – Прим. авт.] нет ничего проще

10.58 на переполненном, гудящем лондонском вокзале. Вдруг бабуля отбрасывает трость и пускается в пляс. Вся платформа присоединяется к ней. Люди танцуют молча, сосредоточенно, соблюдая ритм: у каждого на голове наушники iPod. Ровно через 2 минуты 11 секунд танец прекращается столь же внезапно, как начался, и участники растворяются в толпе.

Только что у нас на глазах разыгрался флешмоб – яркий пример того, как технологии способствуют полувстречам. Без Интернета подобная затея осталась бы неосуществимой. Участники столковались в Сети, отрепетировали танец каждый у себя дома перед веб-камерой, обменялись SMS с указанием места и времени встречи. Все было подготовлено и согласовано заочно. Прекрасно и печально: не столько развлечение, сколько разделенный на всех личный опыт тех, кто в курсе. Танец в тишине, непрофессиональный, не на публику. Толпа танцующих одиночек – это XXI век. Наглядная иллюстрация обеспеченных технологиями недовстреч.

Я искренне восхищаюсь людьми, умеющими творчески воспользоваться этими технологиями недовстреч: людьми вроде Эрика Уайтакера, который основал потрясающий онлайновый хор, или же создателями игры StreetWars – через посредство социальных сетей они поднимают целые города на войну, где главным оружием служит водяной пистолет.

Но и с такой оговоркой я все же сомневаюсь в способности цифровых технологий по-настоящему сблизить людей.

На днях я беседовал с лондонским таксистом. Явный болтун, но тут он притих.

«Только что я подвозил даму и спросил ее: “Как поживаете?”, а она вытаращилась на меня и орет: “Я замужем, идиот!”, как будто я сделал ей непристойное предложение». Похоже, в такие ситуации он попадает частенько: простейшее человеческое общение стало восприниматься как угроза.

Американцы, самая интернетная нация мира, все более превращаются в нацию одиночек. В книге «Одинокий боулинг» (Bowling Alone) гарвардский профессор Роберт Патнем показывает, как разрушаются связи между американцами. За четверть века на 43 % сократилось число семейных ужинов, люди на 35 % реже приглашают к себе домой друзей, в американские боулинги все чаще вместо компаний заглядывают одиночки и состязаются сами с собой.

Благодаря Twitter, Facebook и LinkedIn мы обрастаем «друзьями», с которыми никогда не увидимся. Зачастую развиртуализация не поощряется, даже запрещается. Мой восьмилетний сын хорошо знает, что, обсуждая новинки Lego с ровесниками из Сиэтла и Бразилии, он не должен показывать им свое лицо или называть подлинное имя.

Чем больше у вас «френдов», тем лестнее, но отцедите из этого множества случайных знакомых и тех, кто пытается вам что-то продать, – много ли реальных отношений останется?

На днях женщина, которую я не видел более 20 лет – да и тогда я был едва с ней знаком, – окликнула меня в театре и поздравила с днем рождения. Как она, черт побери, узнала? Прочла на «стене», очевидно. Современные «стены» имеют не только уши, но и рты. Я не был польщен. Скорее, я почувствовал себя затравленным.

Технологии связи непрерывно совершенствуются – в отличие от нашего умения ими пользоваться.

И нигде технологии не способствуют превращению собраний в недособрания так, как в наших деловых-деловых делах. Сотрудники переписываются, сидя в одной комнате, – могли бы оторваться от мониторов и поболтать. Столы для собраний выпускают с розетками под ноутбуки: мы все больше смотрим в экран, все реже – друг другу в лицо.

Жду не дождусь того времени, когда кто-нибудь введет собрания лицом к лицу в качестве гениальной и неслыханной «технологии». Думаю, недалеко уже это время. Тем более что сейчас начался ажиотаж вокруг новых технологий, которые обеспечивают – подумать только! – трехмерное изображение. Господи, да трехмерное изображение окружает нас со всех сторон, оторвите глаза от двухмерных экранов!

Как мы любим применять слова, связанные с осязаемыми или динамичными явлениями, – «форум», «живой журнал», «твиттер»[14 - От англ. twitter – щебетание, болтовня. – Прим. ред.] – для обозначения беззвучного, неподвижного, отчужденного и безликого «общения». Забавно, что мы говорим о позволяющих нам оставаться на связи технологиях, когда связи вовсе нет. О’кей, я иной раз нежно глажу мой «Мак», но, право…

Я не луддит[15 - Луддизм – форма протеста английских рабочих против сокращения рабочих мест в результате промышленного переворота, выражавшаяся в разрушении станков (начало XIX века). В настоящее время слово «луддит» обозначает человека, выступающего против развития технологий. – Прим. ред.] и не призываю на борьбу с техникой. Техника действительно помогает бизнесу сэкономить время и деньги, без нее гораздо труднее было бы собрать в одном месте коллег из разных уголков земли. И, кроме того, чем меньше трансатлантических перелетов, тем меньше выбросов углекислого газа и лучше для всей планеты.

Однако виртуальные собрания нельзя путать с реальными. Происходит почти, почти совсем, почти-почти совсем встреча. Нелегко поддерживать настоящие отношения с бестелесными голосами или с отрубленными головами, находящимися на другом берегу океана, в другой временной зоне. Далее в этой книге мы поговорим о том, как выжать максимум из этих средств связи и «установить близость на
Страница 8 из 15

расстоянии».

Пока что промежуточный итог: технологии соединяют нас, но не объединяют.

Один мой коллега рассказал душераздирающую историю своей знакомой, корпоративного юриста высочайшего уровня. Эта женщина все время носилась с одного конца мира на другой, всегда оставалась на связи с клиентами, рассылая с двух BlackBerry SMS, MMS и сообщения на электронную почту. И так, в гонке с одной встречи на другую, она перевернулась в автомобиле и чуть не погибла. Выбравшись из-под обломков, безумно счастливая, что осталась жива, она взялась за телефон, желая сообщить близким о своем спасении, – и вдруг поняла, что звонить-то и некому.

Способность к реальному общению дарована человеку от природы, однако требует практики, иначе эта способность увядает, отчего страдает и бизнес, и личная жизнь.

Мы «почти встречаемся» потому что… именно этого мы и хотим

Посмотрим правде в глаза: иметь дело с людьми не так-то просто. Они еще и не соглашаются с нами! У них свои взгляды, свои интересы. Почему-то эти гады отнюдь не всегда склонны нами восхищаться. Сложные люди, требовательные, порой утомительные.

Так зачем же общаться по-настоящему? Куда лучше притвориться, будто встреча состоялась. Кивайте, но пропускайте все мимо ушей. Улыбайтесь, не вкладывая в улыбку никаких чувств. Держите «их» на безопасном расстоянии, не расходуйте зря энергию.

Когда нет необходимости торчать в Лондоне и не приходится в очередной раз куда-то лететь, я отдыхаю в сельской местности Италии. Прожив всю жизнь в городе, я не устаю удивляться тому, как мало людей встречаешь за день в североитальянской провинции. Но чем меньше людей, тем они заметнее. Ты видишь их, они видят тебя. Вы встречаетесь глазами. Машете друг другу руками. Кратко обсуждаете, долго ли еще зреть томатам, пойдет ли сегодня дождь, у кого где болит и продержится ли «Ювентус» до конца сезона, не опозорив себя, регион и всю страну. В таких декорациях общаться с людьми – одно удовольствие. В Лондоне все по-другому. Едва я добираюсь – на самолете, такси, метро – до центра метрополии, мозг перегружается от избытка людей вокруг. Их попросту чересчур много. Я начинаю фильтровать их, закрываться, как невольно зажмуривается человек на ярком солнце. Через несколько минут я создаю вокруг себя кокон и могу пройти сквозь толпу на Оксфорд-стрит, не замечая никого.

Способность разума фильтровать информацию обеспечила развитие человеческого рода и его выживание в современном мире. Способность фильтровать звуки, отбирая слова, выделяя те, что обращены к нам, является основой коммуникации. Когда-то нашему предку необходима была и селективность зрения: отбрасывать те детали пейзажа, которые неважны (скажем, растительность), чтобы сосредоточиться на жизненно важной информации (не проглядеть саблезубого тигра).

Сейчас все больше появляется тревожных сообщений о том, что привычка слушать музыку через наушники ведет к несчастным случаям на дорогах. Лондонские власти борются с «айподовыми зомби», Сан-Франциско потратил миллионы на борьбу с ношением наушников на улице. «Неужели вы хотите, чтоб Бетховен стал последним, кого вы услышите?» – взывали плакаты к джоггерам.

Мы «почти встречаемся»… потому что путаем эффектность с эффективностью

Авторитетнейший консультант по управлению Питер Друкер однажды высказался: «Многие компании стараются придать собраниям эффектность, но от того они не становятся эффективными».

Один мой знакомый тоже занимается консультациями по управлению. Назову его Роном, деликатности ради и чтобы не огорчать его клиентов. Он консультировал фирму, достигшую высот в искусстве быть эффектным и неэффективным. Сплошной перевод бумаги. Каждый филиал компании еженедельно производил сотни тысяч страниц контрактов и договоров, сотрудники развили в себе недюжинный талант перекладывать, хранить и повторно пускать в ход бумаги. Вкладывали средства в эргономическое оборудование для переноски документов (я так понимаю, это кейсы), в транспорт и хранение документации. Все пребывали в восторге от самих себя, пока Рон не задал недопустимый вопрос: «Зачем вам столько бумаг?» Ответ имелся: «Поскольку нам требуется подпись клиентов». Однако Рон настаивал: «Да, но зачем ставить подпись на бумаге?» Он нажил себе вечного врага в лице начальника отдела логистики, но ведь, и правда, в наш электронный век существуют разные формы юридически приемлемой подписи и росчерк на бумаге – лишь одна из многих. Можно щелкнуть по соответствующему полю в готовой заявке, можно переслать отсканированную подпись, удостоверить отпечатком пальца и даже узором радужки. Рон пытался сказать, что пусть даже компания достигла высот эффектности в обращении с бумагой, куда эффективнее было бы вложить капельку этого времени, энергии и денег в переговоры с инспекцией и поиски безбумажных вариантов. В очередной раз эффектность затмила эффективность.

Случалось мне наблюдать эффективные собрания – тщательно спланированные, безукоризненно проведенные, все строго по графику – и ни малейшего результата. (Попозже мы обсудим, как проводить собрания, чтобы в них эффектность сочеталась с эффективностью). Это классический пример недособраний, которые происходят по всему миру каждый день, в том числе и сегодня. Присутствует (по крайней мере, физически) множество людей, заказан зал или же проходит видео-конференция, но реального контакта нет как нет.

Мы «почти встречаемся» потому что… не видим альтернативы

И, наконец, самый обычный резон: мы «почти встречаемся», потому что не понимаем, не верим, забыли, что можно встречаться по-настоящему.

Мы как-то раз взялись провести семинар для высшего руководства крупнейшей европейской компании, специализирующейся на финансовых услугах. Проводили семинар в роскошном замке в предместье Парижа. Под конец третьего дня участники подытожили, чему они научились. Один из участников, который был известен своим вкладом в компанию и, по собственному признанию, лучше чувствовал себя с цифрами, произнес неуклюже и запинаясь:

«Каждый понедельник я встречаюсь с людьми, которые мне отчитываются, и каждый раз мне хочется поскорее закруглиться. Не вижу никакой надобности выслушивать подробности, как у них дела и чем они занимаются. Я – человек дела, для меня это потеря времени. До сих пор я даже не понимал, что передо мной сидит реальный, живой человек».

После этой речи он уселся с немного виноватым и озадаченным видом: странно сделать подобное открытие, вроде бы и тривиальное, но чрезвычайно значимое, не только для работы – для жизни в целом.

Полагаю, этот наш клиент высказался за всех нас, за тех, кто несется через рабочий день, спеша справиться с множеством задач и пренебрегая контактами с коллегами. Коллеги для нас не люди, попросту «винтики».

Из-за подобных историй я и начал интересоваться тем, как проходят собрания. Мы приходим на встречи в состоянии полной изоляции – не только друг от друга, но и каждый от собственных мыслей, чувств, тела, своей подлинной природы.

Осознав, что в основном вы практикуете «почти встречи», вы сделаете первый большой шаг к тому, чтобы начать встречаться по-настоящему.

Цена полувстреч

Наши полувстречи-недособрания дорого
Страница 9 из 15

обходятся не только нам самим и бизнесу, но и всей планете.

Настоящие, подлинные встречи могли бы спасти мир. Дурные причиняют ему вред. Вот очевиднейший пример упущенного шанса мировых масштабов: конференция ООН по изменению климата 2009 г. в Копенгагене. Я там не был, но от друзей слышал, что вышла катастрофа. Глобального уровня недособрание с глобальными последствиями.

Проблемы начались еще до начала самой конференции. Из-за неудачной организации (а может, то был злонамеренный саботаж) очередь на вход растянулась на сотни метров, и люди стояли часами на улице, в жуткий мороз, без обогрева, пищи и даже без горячего кофе. Уличные торговцы готовы были разносить кофе, но их не допустили. Выглядело все так, словно датчане, обычно весьма гостеприимные, старались отпугнуть участников этого съезда.

Они даже не предусмотрели отдельного входа для VIP-персон. Ашок Хосла, глава общественной организации «Альтернативы развития» (Development Alternatives) со штаб-квартирой в Нью-Дели, он же действующий президент Международного союза охраны природы и природных ресурсов (International Union for the Conservation of Nature, IUCN), оказался затерт в неподвижной людской «пробке» и опаздывал на собственное выступление. Любой человек, знакомый с темой устойчивого развития, знает, кто такой Ашок. В программе ООН по окружающей среде его именуют «легендой в сфере устойчивого развития, человеком, воплощающим мечты и чаянии миллиардов, обреченных на муки крайней нищеты». Но для каменноликих охранников это не аргумент. Ашок сумел просочиться на конференцию лишь хитростью: отвлек охранницу, похвалив упитанность ее овчарки.

Внутри (а многие сдавались прежде, чем попадали внутрь) дела обстояли еще хуже. Малосимпатичное заведение, гордо именуемое Bella Centre, словно специально предназначалось для того, чтобы сбить человека с толку: заблудиться в лабиринте маленьких конференц-залов ничего не стоило, да еще и знаки были неправильно размещены.

На YouTube выложен ролик с тогдашним премьер-министром Великобритании Гордоном Брауном: он уверенно заходит в конференц-зал – как он думает – и попадает в кладовку. Президент Обама тоже рыскал по коридорам, пока не выяснилось, что его встреча с китайской делегацией уже началась – без него.

Что же касается китайского премьер-министра, он был «где-то поблизости», но не пожелал встретиться с главой США лицом к лицу. Что это было – проявление враждебности? Дипломатические игры? Неготовность к настоящей встрече?

Журналист Guardian Марк Лайнас был уверен: «Китайский премьер Вэнь Цзябао не почтил встречу личным присутствием, вместо него напротив Обамы сидел второразрядный чиновник из министерства иностранных дел. Очевидное и грубое нарушение дипломатического этикета имело также практические последствия: заседание несколько раз прерывалось, и главы могущественнейших мировых держав дожидались, покуда китайский делегат сходит позвонить “начальству”».

Это чистой воды силовые игры, грубейший вариант «почти встречи». На подобных конференциях у каждой страны имеются собственные интересы: кто-то опасается за свой экономический рост, кому-то, как Мальдивам, буквально удержаться бы на плаву – море прибывает. Различие интересов не превратилось бы в непреодолимое препятствие, если бы участники искренне старались воспользоваться встречей для того, чтобы сделать наш мир чище и безопаснее. Вот только они не старались. Китай, как и многие другие, вел свою игру. Вскоре мы убедимся: все зависит от наличия или отсутствия желания.

Силовая игра в Копенгагене послужила в 2011-м образцом для конференции по изменению климата (COP-17)[16 - 17-я Конференция сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата. – Прим. ред.] в Дурбане, где мы стали свидетелями поучительного зрелища: нефтяные шейхи из Саудовской Аравии взяли конференцию – а тем самым весь мир – за горло и добились компенсации на случай, если будет прекращено сжигание ископаемого топлива и они понесут убытки. Economist сообщал:

«Большинство присутствовавших на конференции дипломатов пришли в ужас, в том числе представители маленьких островных государств, Кирибати и Тувалу, которые исчезнут под водой задолго до того, как саудовцы исчерпают свою нефть. Но их негодование никого не интересовало… Несколько часов препирательств – и саудовцы вырвали злосчастное обязательство».

Это – полувстреча. Люди не сотрудничают, они торгуются. Шанс совместной деятельности упущен в столкновении противоборствующих идеологий. Недавно я был на конференции, где Тревор Мануэль, прежде министр финансов при Нельсоне Манделе, а теперь глава Плановой комиссии Южной Африки, разъяснял изъяны такого подхода: «Идеология дает ответ, не выслушав вопроса». Вместо реального разговора скачет туда-сюда пинг-понговый шарик заведомых мнений, заранее сформированных взглядов.

Конференции COP – особо важное мероприятие, но, мне кажется, почти на каждом собрании происходит то же самое: мы наносим хотя бы небольшой ущерб нашему миру.

Полувстречи не «малопродуктивны», а контрпродуктивны – они подрывают веру в возможность настоящей встречи.

А настоящая встреча могла бы изменить мир…

2. Настоящая встреча

Одну из самых настоящих «настоящих встреч» проводил на моих глазах мой учитель и вдохновитель, загадочный, медвежеватый на вид Майкл Брин. Этот пионер нейролингвистического программирования (НЛП) и великий бизнес-консультант немногословен, однако к его словам стоит прислушаться: каждое из них значимо.

Майкл встал перед аудиторией, оглядел нас с улыбкой и спросил: «Вопросы есть?»

Вот оно. Вопросов оказалось предостаточно, и встреча прошла «на ура». Два часа промелькнули как одна минута. Но, если бы у собравшихся не нашлось вопросов, Майкл на том бы и остановился. Получилось бы самое короткое собрание в истории. Но и такое собрание было бы настоящим.

Хотелось бы мне по такому же образцу построить эту главу. Я ведь достаточно поиздевался над полувстречами, я разобрал их по косточкам, порубал в куски, и теперь ценность настоящей встречи для всех моих читателей очевидна. Почему бы не удовлетвориться этим?

И все же…

Я достаточно долго проработал в бизнесе, чтобы понимать: вопросы будут. Они так и посыплются на вас, если вы попытаетесь изменить формат встреч.

Для вас очевидно: настоящая встреча с братьями по разуму, эффективная, подлинная, во всех смыслах слова красивая, пойдет на пользу вашей компании, улучшит отношения с коллегами и клиентами, разрешит домашние и трудовые конфликты, усовершенствует мир. Вам кажется, спорить не о чем: настоящая встреча, а не полувстреча принесет лучшие решения, более ясный план действий, породит новые, полезные продукты и виды услуг.

Вы так думаете. И все же – ждите вопросов и возражений. Вроде бы никто не любит скуки и посредственности, но, боже, как все начинают цепляться за привычное и скучное, стоит только попытаться что-то изменить.

На вашем пути вы непременно столкнетесь с Воином Роллекса. Он (как правило, это «он») подойдет, скорее даже подкатит к вам в баре, в полосатой – в глазах зарябит – рубашке и спросит в лоб: «В чем смысл этого трепа про “настоящие встречи”?»

Вопрос риторический. На самом деле он не спрашивает, а утверждает: «Нет никакого смысла. Так
Страница 10 из 15

устроен бизнес. Скучно – что поделать. Меняться ничего никогда не будет».

Я смотрю на него в упор и отвечаю: «Смысл настоящей встречи? А вы спросите жену. То есть – бывшую жену». Так я отвечаю этому придурку в мечтах, где мою роль исполняет Киану Ривз в черном плаще, ловко уворачивающийся от пуль[17 - Подразумевается роль Киану Ривза в кинофильме «Матрица» братьев Вачовски. – Прим. пер.]. В реальной жизни я впиваюсь пальцами в кружку пива, удерживаю на лице вежливую улыбку и, вероятно, прежде всего привожу такой довод:

Настоящая встреча помогает нам поумнеть

Раз в месяц я выхожу на театральные подмостки в лондонском Вест-Энде и пою партию, которую никогда не учил, под музыку, которую впервые слышу, окруженный актерами, чья роль незнакома мне, и вообще я понятия не имею о сюжете, интриге, развязке. Похоже на страшный сон, в котором мы появляемся на людях голыми, помноженный на другой кошмар – выступать без подготовки. Учтите, кстати, что некоторые испытывают патологической ужас при одной мысли, что придется петь перед залом.

Правда, я тут не один, со мной такие же любители острых ощущений, собравшиеся в единственную в мире импровизационную оперную труппу – Impropera (www.impropera.co.uk (http://www.impropera.co.uk/)).

Да, жутковато, однако это ценнейший опыт: каждый раз мы убеждаемся и подтверждаем, что под сильным давлением люди способны всем коллективом изобрести нечто новое. Есть даже специальный термин – «коллективное сознание», обозначающий способность нескольких индивидуальных разумов мыслить заодно. После удачного выступления каждому из нас кажется, будто хорошие идеи исходили от кого-то другого. Этим клеем скрепляются импровизационные телешоу вроде «Чья это реплика?» (Whose Line Is It Anyway?). И я считаю это одним из ключевых элементов настоящей встречи.

Во время настоящей встречи люди не цепляются за свои идеи, но подхватывают и развивают чужие. Вместо бесконечных «но», которые удушают любую полувстречу и останавливают творческий процесс, настоящая встреча состоит из «да», радостного принятия всего, что появляется на свет и тут же получает продолжение. Это мелодия, бизнес-джаз.

Консультант Рон рассуждает скорее как джазовый импровизатор, чем как профессиональный бизнесмен: «Хорошее собрание – собрание, на которое вы являетесь с двадцатистраничным докладом, но не зачитываете и строчки. Вы занимаете свое место, убираете лекционные плакаты и вместе с аудиторией решаете все проблемы».

Разительный контраст с принципом «каждый за себя», который царит на полувстречах. Вот что рассказывает топ-менеджер Pharma Томас Брейер:

«Фундаментальная проблема: собрание превращается в ряд монологов. Так соблазнительно выдвинуть свою идею и пуститься ее разжевывать. Мы с коллегами научились говорить: “Я внимательно вас выслушал, а теперь позвольте откликнуться на ваши слова и высказать свое мнение”. Удается достичь гораздо большего, когда по-настоящему сосредоточишься на предыдущем выступлении, а не потащишь слушателей в противоположном направлении, предложив им нечто совершенно не связанное с тем, что они только что слышали. Теперь мы сознательно добиваемся лучшего результата, соединяя точки линиями. Когда мы так делаем, толк от собрания возрастает в несколько раз».

Отдавшись потоку, вы чувствуете, как ваша личность подменяется групповой личностью. Идеи исходят не от отдельных людей, а рождаются в пространстве между ними.

Вы как пальцы одной руки. Спортсмены часто говорят о подобном эффекте командного чувства. Схожее явление наблюдается в отряде солдат в тяжелый момент. Смешно было бы представить себе, как спорят большой палец с указательным, но именно это происходит на полувстречах.

Посмотрите на собрание с высоты птичьего полета – я всегда рекомендую именно такой взгляд, если собрание топчется на месте: участники встречи похожи не на людей, а на элементы большой сети. Словно радиолокаторы, которые вместе обеспечивают гораздо лучший прием, чем каждый из них по отдельности. С такой точки зрения становится видно, что собрание не столько вырабатывает идеи, сколько усиливает и транслирует сигнал, уловленный извне.

Извне – то есть от клиента, из той области, где разворачивается бизнес, где формируется будущее, где должны осуществляться инновации. Любители собраний, сосредоточенных на внутренних процессах, должны повернуть тарелочку наружу – только там они отыщут нечто ценное.

Опыт потока, слияния всех сознаний в одно, знаком ансамблям. Слово «ансамбль» происходит от французского ensemble, «вместе», и означает группу музыкантов или артистов, которые вместе выступают, играют, сочиняют. При всей популярности мифа об одиноком гении, большую часть работы осуществляют ансамбли – те, кто умеет по-настоящему встречаться и творить вместе.

Настоящая встреча обеспечивает ясность

Одна из особенностей настоящей встречи в том, что после нее мы начинаем отчетливее представлять себе свои цели и задачи. Ясность – святой Грааль бизнеса, то, что ищут все, что нелегко найти. Ясности в одиночку не добьешься. Когда мы слушаем, через наш мозг проходит множество сигналов. Наступает время, когда требуется ясность, а наш разум ни на что не годен.

«Откуда я знаю, что я думаю? Вот скажу – тогда узнаю!» – маленькая девочка задавалась правильным вопросом[18 - Кэрролл Л. Алиса в Стране Чудес. – Прим. пер.]. Настоящая встреча помогает нам всем вместе добиться большей ясности, чем получалось у каждого по отдельности.

Обычно религию критикуют за то, что она принуждает без размышлений поверить в догму. Лично я не очень-то религиозен, но, как еврей, не могу не заметить, насколько требовательны мои собратья именно к ясности в вере. Любой вопрос обсуждается со страстью, порой весьма шумно. Сидя напротив друг друга за длинными столами, талмудисты только тем и занимаются, что спорят о значении каждого слова, каждого оборота. Не стану утверждать, что именно поэтому из еврейской среды выходит столько юристов, но по крайней мере этим можно объяснить, почему семейные трапезы моего детства всегда были такими шумными.

Настоящая встреча – это не скармливание истин, а яростный спор за столом. Священные тексты не принимаются в готовом виде, они обретают значение лишь благодаря упорному спору. Только вместе мы можем добиться ясности…

Настоящая встреча инклюзивна

В истории музыки поворотным моментом стал рубеж XIII и XIV веков: церковный хор перестал петь в унисон, и родилась полифония: множество голосов, поющих разные строки, сплетались в богатой, сложной гармонии.

Вот на что похожа настоящая встреча. Это стереофонический, окружающий со всех сторон звук. Слышны все голоса… даже самые тихие.

Томас Брейер признает, что достичь такого эффекта непросто, но дело того стоит:

«Собрав представителей разных сфер деятельности, разных уровней иерархии, вы потратите сколько-то времени, пока все они смогут высказаться и вклад каждого будет воспринят. Всякая иерархия на инновационных собраниях вредна. Я бы сравнил это с оркестром: дирижер должен слышать и группу ударных целиком, и соло на флейте.

Если вокруг меня сидят сплошь равные по рангу топ-менеджеры, прекрасно. Однако, когда собираются врачи, статистики, аналитики, отвечающие за
Страница 11 из 15

подготовку данных для проекта, нужно поощрять их, чтобы они выступили и были услышаны, то есть внесли свой вклад.

Этим людям часто приходят в голову идеи, благодаря которым разговор мог бы подняться на более высокий уровень или же опуститься на землю. Когда же такие люди не высказываются и уходят с собрания разочарованными, мы все несем потери.

Существует клише, будто нет глупых вопросов, однако от председателя собрания требуется немало усилий, чтобы создать атмосферу, где и вправду ни один вопрос не считался бы глупым. Нужно, чтобы никто не опасался кары за так называемые «дурацкие» предложения. Важны взаимопонимание, общность отправных точек, единая платформа. Руководство обязано выработать общий язык, дать всем возможность действовать, и тогда люди осмелятся высказывать свое мнение.

Помню экстренное собрание в связи с угрозой свиного гриппа. Предполагалось, что придется распределить десятки миллионов доз вакцины, а значит, по экспоненте возрастет количество проводимых мероприятий – их будет в 20, в 25 раз больше, чем в состоянии провести наш департамент безопасности. Мы призадумались: где срочно набрать дополнительные команды? Найдутся ли дополнительные ресурсы в других отделах нашей организации или за ее пределами? И вдруг заговорил один парень – отнюдь не из старшего звена, однако хорошо знавший обычную нашу рутину. Это и был «тихий голос».

– Знаете, – сказал он, – искать новые ресурсы – это вариант, но есть и альтернатива: разобрать нашу процедуру и убрать все лишнее. Мы могли бы связаться с правительственными организациями, поискать способ сократить деятельность по составлению отчетов о продуктах, присутствующих на рынке уже 15 или 20 лет».

Достаточно было этого комментария, чтобы новые идеи хлынули потоком. Вот что такое по-настоящему инклюзивное собрание».

Настоящая встреча способствует настоящему разговору

«Вы же на самом деле не хотите войны, Ваше Высочество?»

Нам с вами нечасто приходится пускать в ход подобную фразу, но пришлось бы, будь мы главой международной НПО вроде Oxfam. Кавалер Ордена Британской империи Барбара Стокинг – энтузиаст настоящих встреч. А как иначе, если речь идет о взрывоопасных международных ситуациях?

«Есть некий глава государства, уверенный, будто весь мир сговорился против него. Он вечно готовится к войне с соседями. И вот недавно мне пришлось сесть в самолет и лететь к нему. Сам факт, что я отправилась туда с визитом, имел немаловажное значение. Иногда хватает просто личного присутствия. Мы поговорили как человек с человеком, и в этом разговоре я в упор спросила его, в самом ли деле он хочет воевать. После долгой паузы он ответил: “Нет, я этого не хочу”».

Полувстреча обходит опасные проблемы стороной. На настоящей встрече люди говорят то, что в самом деле думают, думают то, что говорят, и происходит насущный, имеющий последствия разговор.

Только что я привел прекрасный пример того, как можно «увести гориллу от холодильника». Когда же некая важная тема остается без обсуждения, польза от встречи сомнительная. Представьте себе, что во время воскресного семейного обеда вы увидели возле холодильника гориллу. Все ведут себя как всегда, но все понимают, что дело плохо. Есть другой вариант той же пословицы: «слон в комнате». Животное другое, смысл тот же. Мой совет: сразу же начинайте разговор о том, о-ком-нельзя-говорить. Открывая собрание, можно произнести вводную фразу: «Я знаю, что некоторые из вас думают то-то и то-то» или: «На вашем месте я бы думал о том-то».

Вдаваться в подробности необязательно, сам факт, что запретное было упомянуто, снимает напряжение и задает условия, в которых может осуществиться настоящая встреча.

Томас Брейер указывает два других ключевых элемента, упоминая «общий язык» и «право действовать» как предпосылки настоящего разговора. Та глубинная работа, которую мы провели с ним и его организацией, подтвердила важность общего и единого понимания самого термина «настоящий разговор»; кроме того, мы убедились, что каждый должен верить в свое право вести такой разговор с коллегами, невзирая на свой или их уровень в иерархии. Как только эти две предпосылки оказываются налицо, по всей организации, точно благоприятный вирус, распространяются настоящие разговоры. Призыв «Давайте поговорим как следует» становится обычной фразой и пугает не больше, чем предложение выпить вместе кофе. То, что прежде казалось странной и даже страшной идеей, сделалось расхожей монетой.

Крупные организации чрезвычайно редко проводят такую подготовительную работу, а потому отдельным людям – вроде вас – приходится брать инициативу на себя. Позднее мы обсудим причины, побуждающие нас отступиться, упустить шанс настоящей встречи. Чтобы ухватить этот шанс, требуется достаточная уверенность в себе и подлинная вера в ценность Настоящего Разговора.

«Чтобы задать ему вопрос, готов ли он к войне, требовалась немалая отвага, – признает Барбара Стокинг, а она, поверьте, отнюдь не из робкого десятка. – Но обсудить все в открытую было наиболее правильно. И поскольку я верю, что все люди равны, пасовать перед Его Высочеством я не стала».

В этой истории меня особенно трогает именно этот момент: как только удается установить человеческие связи, по-настоящему заговорить с другим человеком, все становится возможным.

Настоящая встреча трехмерна

Глядя на современные офисы, я все чаще думаю: мы ухитрились создать мир, для которого мы не созданы. Столетиями мы прислушиваемся к голове, пренебрегая мудростью тела, и в результате обустроили мир, вполне разумный с точки зрения головы, но сбивающий с толку то благородное телесное создание, которое таится под деловым костюмом.

«А вот, – с гордостью говорят представители фирмы, показывая свое помещение, – вот и конференц-зал». Огромный, солидный стол в окружении тяжелых дорогих стульев. На столе мисочка с мятными сладостями. Для заключенного внутри каждого из нас животного эта комната – клетка, а не рабочее место.

Настоящая встреча подстраивается под трехмерное, телесное существо, которое создано не только для мысли, но и для движения. Загляните в щелочку во время настоящей встречи, и вы увидите движение: кто-то жестикулирует, рисует в воздухе фигуры, стараясь точнее передать свою мысль, кто-то мерит шагами конференц-зал, а иные задрали ноги на стол и сидят, закрыв глаза и потирая пальцами виски.

Если настоящая встреча «застревает», участники сумеют сдвинуть ее с места с помощью физического движения. Делаем паузу, прогуливаемся немного, потягиваемся, объявляем перерыв. Если требуются свежие идеи, впустите свежий воздух, и то ловкое существо, каким мы некогда были, припомнит: наполнив кислородом легкие, мы с легкостью принимаем решения.

Настоящие встречи должны быть трехмерными, как мы сами.

Настоящая встреча – это новая работа

Попросите собравшихся в аудитории поглядеть на кончики своих пальцев. У кого под ногтями угольная пыль, грязь, машинное масло? Современная деловая жизнь не предполагает физического усилия, выкапывания сокровищ из-под земли, сбора урожая, борьбы с железными механизмами.

Мы переходим в постиндустриальную эпоху, где ценнее всего знания и идеи. Эти
Страница 12 из 15

ценности формируются на встречах. Собрания в наше время – все равно что паровой молот, кузнечный горн и мельница индустриальной эпохи. На собраниях создаются новые ценности или же они утрачиваются. Когда люди жалуются, что рабочие встречи мешают работе, нужно вспомнить, что работа все в большей степени и состоит из встреч.

Информация, идеи, концепции – продукты новой эпохи. Интеллектуальная собственность дороже кирпича и известки. Собрания – современная золотая жила…

Названия многих крупнейших компаний – Marks and Spencer, Procter and Gamble, Dolce and Gabbana, Ben and Jerry – свидетельствуют о том, что бизнес начинается со встречи двух или более умов. Само слово «компания», присутствующее в названии многих фирм и предприятий, тоже указывает: новые ценности создаются там и тогда, когда люди собираются вместе.

Даже индивидуальные предприниматели не так уж индивидуальны. Они работают вместе с родственниками или друзьями. Все больше людей трудятся как фрилансеры, но и они отнюдь не остаются в одиночестве. Том Болл, гендиректор лондонского агентства коворкинга Neardesk, поясняет:

«Около 13 % британцев работают сейчас часть недели или всю неделю на дому. Для многих это привлекательная альтернатива поездкам в офис и обратно. Однако люди быстро обнаруживают, что дома им скучно и одиноко. Можно снять маленький офис, но и там будешь одинок. Вот почему мы увидели интересную нишу – коворкинг, то есть создание локальных деловых помещений для таких индивидуальных работников, где они смогут пользоваться всеми преимуществами «коллектива» без дальних поездок и сопряженного с ними стресса. В этих офисах люди общаются, ведут плодотворные беседы, наталкиваются на деловые возможности, которые иначе упустили бы. Иными словами, люди получают все лучшее от обоих видов организации труда. Полагаю, через несколько лет членство в деловом клубе станет естественной чертой современного мира, столь же неотъемлемым его элементом, как членство в фитнес-клубе».

Мак или моцарелла? Вопрос качества

Настоящая встреча помогает решать текущие проблемы и избегать худших проблем в будущем. Это двигатель всего предприятия, путь из прошлого в будущее. С помощью встреч мы заключаем сделки, что-то строим, достигаем своих целей. На встречах мы становимся умнее, чем сами по себе, создаем новые ценности, лучше понимаем мир, в котором мы живем, наша жизнь становится полнее, улучшаются отношения. Именно так мы вырабатываем новый язык и, даст бог, сумеем разрешить конфликты и избежать печального конца – поджарить свою планету или уничтожить взрывом самих себя.

Но как это знание меняет реальное положение дел?

Мне кажется, основной аргумент в пользу настоящих встреч, в пользу выбора подлинного, а не поддельного – это желаемое качество жизни.

Качество жизни зависит от того, с чем вы готовы мириться. Если вас устраивают бесформенные и бесконечные собрания, то у вас их будет все больше и больше. А вот нынче мода на аллергии и фобии, у каждого непременно имеется своя. Так почему бы вам всей организацией не развить у себя аллергию к бессмысленным встречам? Суть аллергии (на белок, арахис, набивку самолетных подушек) в том, что организм без обиняков предупреждает всякий раз, когда поблизости оказывается вредоносное вещество. Если б мы чихали или шли пятнами всякий раз, когда созывают на недособрание, мы бы очень скоро устремились на настоящие собрания.

Появление McDonalds в городе Альтамуре (Апулия) в 2001 г. вызвало бурю негодования у итальянцев. Местный пекарь Луиджи Диджесу решился противостоять оккупанту, и через пять лет гигантская корпорация фастфуда признала свое поражение и ретировалась. Не сила протеста смутила McDonalds, а качество товаров местных конкурентов. Луиджи не пускал в ход никаких воинственных мер, чтобы добиться закрытия McDonalds. Он попросту кормил 65 000 горожан вкуснейшими пирожками с местными ингредиентами – мортаделлой, моцареллой, базиликом, рублеными томатами, и те ели их гораздо охотнее, чем гамбургеры и наггетсы. «Все дело в свободе выбора», – подытожил пекарь-победитель.

Когда вы попытаетесь реформировать собрания в вашей организации, вы столкнетесь с теми же аргументами, с какими пришлось иметь дело Луиджи и другим сторонникам медленной еды: «Пожертвуем качеством ради дешевизны», «пусть неидеально, однако сойдет», «качества сейчас нигде не сыщешь», «хлопот по горло, некогда меняться», «вся отрасль действует по принципу – больше количества, ниже качество. Конечно, всем бы хотелось высокого качества, но это непрактично».

Поступите, как Луиджи: сделайте свои собрания настолько полезными и вкусными, что на вредные для здоровья недособрания никто и не глянет.

А как организовать такое собрание, чтобы все умерли от восторга, а не от скуки?

Читайте дальше!

3. Анатомия собрания

– Есть еще какие-то моменты, на которые вы посоветовали бы мне обратить внимание?

– На странное поведение собаки в ночь преступления.

– Собаки? Но она никак себя не вела!

– Это-то и странно, – сказал Холмс.

    А. Конан Дойл. Серебряный[19 - Пер. Ю. Жуковой.]

В этом разделе мы поговорим о том, что на самом деле происходит во время собраний. Не о том, что лежит на поверхности, а о том, что таится за сценой или ниже ватерлинии. Изучив собрания изнутри, вы сможете лучше их планировать, и в следующий раз, когда что-то не заладится, вы сообразите, в чем проблема и как ее исправить.

«Исправить», наверное, неточное слово. Если ноутбук заартачится, я смогу его исправить – вернее, это сделает Карло или Гай, я же способен только ругаться. Вещь можно исправить или починить, но люди не бездушные предметы, а сложные живые организмы. Собрание, где таких организмов много, устроено еще сложнее.

Некоторые аспекты собраний внятны зрению и слуху, другие остаются невидимыми, их надо уловить. Чтобы по-настоящему вникнуть в ход собрания, нужно следить не только за происходящим, но и, подобно Шерлоку Холмсу, подмечать, когда собака не лает, то есть не происходит то, что должно происходить.

К собраниям не прилагается инструкция по ремонту, их не починишь, как протекающую трубу или шаткий шкаф. Специально говорю об этом, а то в нашу механистическую эпоху многие склонны думать иначе.

Мы живем в материалистическом мире, в особенности материалистичен бизнес. Послушать только, как людей, с их разнобоем и неупорядоченностью, подстраивают под удобные понятия вроде таких, как «процесс», «механизм», «ресурсы», «управление». Лингвистическая ИКЕА. Наводим порядок в языке и вроде как навели его в мире, все стало таким же удобным и послушным.

Еще бизнес умеет превратить нечто невидимое и потому пугающее в нечто наглядное и потому нестрашное. Организации описываются как трехмерные объекты с верхушкой и дном, шириной и глубиной. Есть «задний офис»[20 - Дословный перевод английского словосочетания back office, означающего «административный офис», или «бэк-офис». – Прим. ред.] и «передовая линия»[21 - Дословный перевод английского словосочетания front line, означающего «персонал, работающий с клиентами». – Прим. ред.], внутренние и внешние зоны. Есть даже градусник с областями от «очень горячо» до «вечная мерзлота». Метафоры весьма полезны. Они помогают сделать абстрактное реальным, «приставить к
Страница 13 из 15

туче ручку от чайной чашки», как прекрасно выразился кто-то. Применение метафор к бизнесу окажется весьма полезным при условии, что мы все-таки будем помнить о реальности: организации – не механизмы, люди – не ресурсы, и собрания, в отличие от шатких полок, не чинятся инструментами.

А для больших любителей всевозможных инструментов добавлю два совета:

Во-первых, не думайте, будто, вручив человеку инструмент, вы гарантируете своевременное его использование. У некоторых компаний инструментов больше, чем в строительном супермаркете, но их никто в руки не берет.

Во-вторых, не давайте людям мощный инструмент не по силам. А то возьмут и отрежут себе ногу.

Немало моих знакомых, едва обнаружив MBTI (психометрический тест Myers-Briggs Type Indicator) или какой-нибудь другой тест, предлагающий разложить нас всех по типам личности, превратились в сектантов: они останавливают людей в коридоре и с фанатичным блеском в глазах вопрошают: «Т или J, Красное или Желтое, Лето или Зима?» Знавал я одного коуча, который слегка сдвинулся на «позитивном подходе». Как-то раз жена позвонила ему из другого города: она примчалась в аэропорт с годовалым ребенком, опоздала на самолет, застряла там до следующего рейса – и он додумался задать ей вопрос: «Какой урок мы можем из этого извлечь?» Я же предупреждал: можно остаться без ноги. Или без жены.

Когда я заглянул в Италии в местный магазинчик и попросил бензопилу, владелец внимательно оглядел меня с ног до головы. Ясное дело, англичанин. Конечно же, иностранец понятия не имеет, каких бед способна натворить moto-sega. Он швырнул на прилавок штаны, защищенные кольчугой, и ясно дал понять, что не продаст мне мощный инструмент, если я откажусь приобрести столь же мощную защиту. Нет кольчуги – нет бензопилы.

Итак, люди – не предметы, собирать людей – совсем не то же самое, что собирать бездушные объекты. Вот почему и о собраниях пора начать думать не как о вещах, но как о чем-то живом. Клиентам поначалу это кажется странным, тем более что встречи-то у них, как правило, совсем неживые. Но это мощная и преобразующая идея.

Если рассматривать встречи как «живые»:

• Нас уже не так будет удивлять их сложность.

• Мы начнем воспринимать их в цельности.

• Мы будем относиться к ним со вниманием – это не одноразовая посуда, которую можно и выбросить.

• Мы увидим, как наши усилия окупаются, если мы заботимся о живом духе собраний, а не только об их эффективности.

• Мы поймем, как глупо запирать живое существо в цементный ящик – без окон, без воздуха – на цокольном этаже отеля.

• Мы смиримся с тем, что у этого существа, как и у всех нас, бывают плохие и хорошие дни.

Можете считать это очередной метафорой, но для меня в силу многолетнего опыта метафора превратилась в реальность. Когда шесть человек собираются на встречу, я вижу семерых участников: шестерых присутствующих плюс само собрание.

Когда что-то идет не так, я прошу участников не винить друг друга, но присмотреться и понять, чего же не хватает собранию. Может быть, собрание перегрелось или подвергается слишком большому давлению? У него кончились силы? Ему нужна пауза? Достаточно немного попрактиковаться, и вы научитесь в каждую минуту со всей отчетливостью различать, что именно требуется вашему собранию.

Итак, начиная с этого момента я предлагаю вам воспринимать собрание как живое существо. А значит, мы не чиним и не исправляем собрание, а стараемся лечить его, сохраняя ему здоровье и бодрость.

К несчастью, к живым существам инструкция не прилагается. Если мы хотим, чтобы собрания шли у нас как надо, нужно придумать способ фиксировать все происходящее: очевидные и неочевидные симптомы, когда пес лает и когда он подозрительно молчит. К счастью, я нашел такой способ. В Перу.

Я поехал в Лиму со своей оперно-цирковой компанией (долго рассказывать) и отнюдь не искал там полномасштабную карту-схему для проведения собраний. Я поехал петь, питаться грызунами и терять сознание от высоты. Однажды утром Дэвид, наш директор, вручил мне книгу, которую он нашел у себя в номере на полке. Простите за банальность, но «Краткая история всего» Кена Уилбера[22 - Уилбер К. Краткая история всего. – М.: Аст, 2006.] – из тех немногих книг, которые реально меняют жизнь. По крайней мере мою.

Если вам хоть раз в жизни померещилось, будто все взаимосвязано, вот только вы не знаете, как и почему, настоятельно советую вам прочесть эту книгу. Предложенный Уилбером интегральный подход (www.integralinstitute.org (http://www.integralinstitute.org/)) ныне используется по всему миру, помогая нам думать, действовать, управлять, работать и жить гораздо более цельно и здраво. А тогда, при первом прочтении, меня осенило: этот подход сумеет помочь нам проводить прекрасные собрания.

В основе этой книги – простой рисунок. Великое – по-настоящему великое – всегда просто. Матрица две клетки на две (опять же, как всегда) была придумана автором художественных и научных книг Артуром Кестлером. Он назвал ее «холон».

Эта диаграмма напоминает нам о том, что все в мире (в том числе и собрания!) имеет внешнюю и внутреннюю сторону…

И хотя все является «вещью» само по себе, каждая «вещь» входит также в одну или несколько групп:

Соедините их и получите четыре сферы, которые Уилбер назвал:

Посмотрите сейчас на себя, читающего эту книгу. Вы обладаете физической формой, плотью, костями, мускулами, руками и ногами, можете шевелить ими, можете двигать пальчиками. Это правая сторона диаграммы.

Перейдем к левой половине: прикройте на миг глаза и вникните в то, что происходит внутри вас. Там – непрерывное кипение мыслей, чувств, убеждений, образов, понятий.

Чтобы осмыслить верхнюю часть таблицы, сосредоточьтесь на всех аспектах, в которых вы отличаетесь от других, на том, что делает вас особым и уникальным. И, наконец, осознав себя в качестве индивидуума, прикиньте, во сколько групп и «клубов» вы входите: часть человечества, член семьи, коллега; со многими людьми вас объединяет родной язык, имя, знак зодиака, под которым вы рождены, у вас одинаковый рост и так далее. Вы добрались до нижней, коллективной части холона.

В совокупности это карта-схема всего, что мы переживаем из минуты в минуту. В жизни. В работе. А также на собраниях.

У собрания есть внешняя сторона (где что-то говорится и делается) и внутренняя (то, что происходит под поверхностью, в мире убеждений, эмоций, скрытых намерений). Собрание состоит из людей, то есть из индивидуумов, каждый из которых играет свою роль, но они каким-то образом (более или менее успешно) функционируют как группа.

Основываясь на интегральной модели, я назвал эти четыре области:

Разумеется, мы одновременно живем во всех четырех квадрантах. Границы и ярлыки тут искусственные. И все же это замечательно удобная карта-схема собраний, помогающая осмыслить анатомию встреч и позаботиться о том, чтобы на тех встречах, которые мы сами устроим и проведем, все бы пошло как надо. Ладно, передохните, разомните ноги. Вернетесь – разберем каждую из этих областей подробнее.

Цель. «Зачем» проводится собрание

Если вы пришли на собрание и недоумеваете, зачем вы там сидите, настало время сосредоточиться на верхней левой четверти нашей таблицы.

Возможно, самый
Страница 14 из 15

важный момент собрания – тот самый, которого мы не замечаем. Мы проскакиваем мимо, торопясь сделать дело. Этот момент наступает сразу после начала встречи. Вы прибыли или включились в видеоконференцию, устроились поудобнее и только-только начали обсуждать, чему будет посвящено собрание, как вдруг…

Стоп.

Перемотка.

Точно. Как раз перед тем, как объявили, чему посвящено собрание. Это и есть момент выяснения «зачем». В эту минуту вы можете вдохнуть энергию в собрание, пробудить, увлечь и вовлечь всех участников. Упустите этот момент – и, чтобы собрание прошло успешно, вам придется приложить куда больше усилий.

Даже лучшие профессионалы проведения собраний порой упускают этот момент.

Когда авторы блокбастера «Гладиатор» показали предварительную версию фильма, аудитория приняла его без особого воодушевления. Да, замечательный исторический фильм, крепкий сюжет, но чего-то недоставало. И тогда режиссер Ридли Скотт добавил пролог. Примерно такой:

Мы слышим похоронный плач женщины-азиатки. Наплыв камеры: мужская рука гладит золотые колосья пшеницы. Рука – мы этого еще не знаем – принадлежит главному герою, римскому полководцу Максимусу (эту роль исполняет Рассел Кроу). Вскоре он поведет свои верные войска в бой против германских орд. Но сейчас он крестьянин, вспоминающий хлебные поля своей родины. На пальце сверкает обручальное кольцо. Вдали переливается детский смех, звенят струны испанской гитары.

Эта сцена рассказывает нам не о том, что делает или что сделает главный герой, но почему он поступает именно так: раскрывается внутренний мотив, движущая сила его действий. Мы знакомимся с героем начиная с левой половины таблицы (с его внутренней жизни) и лишь затем погружаемся в его повседневное существование, в его дела и замыслы.

В искусстве проводится четкая грань между внешними поступками и невидимой внутренней жизнью человека. В бизнесе разделение не столь строго.

Внешне Гладиатор – солдат и только, но внутри это любящий муж и отец. Под внешней оболочкой профессионального воина таится столь же профессиональный земледелец, который ждет не дождется последней битвы, после которой он сможет вернуться на любимую родину и заняться своим полем.

Ницше утверждал: «Было бы “зачем”, а “как” найдется». Фильм Скотта неплохо иллюстрирует эту мысль. Сделать Гладиатору предстоит очень много: разбить германцев, проскакать всю Европу в тщетной надежде спасти своих близких, пережить рабство, добиться всеобщей популярности уже в качестве гладиатора, проложить себе путь в Рим и отомстить, покончив с тираном-императором. Внушительный список дел.

Все эти «что» отнимают силы. А откуда же берется неисчерпаемая энергия? От «зачем». Хотя это ни разу не оговаривается специально, пролог уже объяснил нам: главный герой движим не яростью, не воинственным задором, не кровожадностью и местью, но любовью.

Собрание, конечно, не кинофильм. Но основной принцип кинорежиссера – завладеть аудиторией с самого начала – обязательно нужно применять и на собраниях.

Кстати говоря, оглянитесь на пролог этой книги и оцените, как я постарался сразу же привлечь ваше внимание. Последуйте моему примеру на следующем собрании: сразу после того, как я вас поприветствовал, я обозначил намерение: сделать этот мир лучше, не более, не менее. Затем я нарисовал более подробную картину, постарался как можно привлекательнее расписать открывающиеся перед нами возможности, показать, к чему мы стремимся и почему дело того стоит.

Хорошие технологии не грех позаимствовать и пускать в ход в начале собрания. Начните хорошо – и у вас появится шанс хорошо и закончить.

Так какова же ЦЕЛЬ вашего собрания?

«Зачем мы собрались?» – спрашиваете вы, и вам обычно называют тему собрания, повестку дня. Знать, что именно будет обсуждаться, важно, однако недостаточно. Этого мало, если у вас нет подлинного желания общаться. Бывает так, что повестка дня – самая что ни на есть правильная, а встреча все равно обернулась потерей времени. Выяснив тему, добейтесь все же ответа на ключевой вопрос: почему это важно, полезно, имеет смысл, стоит обсуждать?

Иными словами: каковы ваши намерения? Какова цель?

Допустим, тема встречи – данные продаж. Но ведь цель встречи не сводится к тому, чтобы обсудить эти цифры. Вы хотите принять существенные решения, благополучно войти в следующий день, защитить свои вложения или…

Мы так привыкли сваливать в одну кучу ближайшую задачу и цель, что забываем разницу между ними. Вот вы купили лотерейный билет. Задача у вас какая? Выиграть. А цель? А целью, или намерением, будет ваша мечта о том, как вы распорядитесь выигрышем.

Чтобы выявить подлинное намерение собравшихся, я советую клиентам повторять вопрос: «И это затем, чтобы…?» до тех пор, пока под слоями тем и задач не обнаружится это самое намерение. То, что я называю «цель цели».

Потренируемся на вымышленном примере.

Представим себе еженедельное собрание команды. Скажем, задача – поделиться информацией. Чтобы выявить цель, я добиваюсь от вас ответа: какая вам польза от этой информации.

Я: Вы делитесь информацией затем, чтобы…?

Вы: …все члены команды располагали этой информацией.

Я: О’кей. И что произойдет, если у всех будет эта информация?

Вы: Мы все будем в курсе.

Я: Хмм… И в результате…?

Вы: Мы сможем избежать ошибок, будем поддерживать связь, принимать более удачные решения…

Я: И если вы добьетесь всего этого, что это вам даст? Это все затем, чтобы…

И так мы спускаемся по лесенке, состоящей из ступенек «затем, чтобы, затем, чтобы», пока не убедимся, что достигли дна, того «зачем», которое передает суть вашего дела, а главное, удовлетворяет вас.

Вы: Чтобы учиться быстрее. Опережать конкурентов!

Я: Отличная цель! Почему бы не сформулировать ее в начале следующего еженедельного собрания? Прежде чем перейти к повестке дня, напомните коллегам, что вы собрались затем, чтобы учиться быстрее и опережать конкурентов. Думаю, это сработает лучше, чем тарелка овсяного печенья.

А вот пример из жизни. Я работал с клиентом, аудитором крупного банка, и этот человек жаловался на скуку во время ежемесячных аудиторских встреч. Его коллеги, похоже, скучали не меньше, чем он сам. Мы пытались извлечь смысл из этих встреч, но без особого успеха. Клиент застрял на одной из первых ступенек лестницы «затем, чтобы», я тоже не знал, куда двигаться. Потом я припомнил, как он рассказывал о сыне-подростке, и по наитию спросил его, ездит ли парень на мотоцикле. Антон побледнел. Да, ездит, и его это беспокоит. Почему?

– Потому что в мире полно опасностей, – эмоционально ответил он.

Антон изо всех сил старался быть хорошим отцом – и хорошим аудитором.

– А это зачем?…

– Чтобы уберечь тех, за кого я отвечаю!

И мы кружным путем пришли к основной цели этих собраний, а может быть, и всей жизни Антона.

Что бы вы предпочли? Скучное собрание по аудиту – или такое, которое поможет вашей компании устоять в полном опасностей мире?

Проделав это упражнение, вы убедитесь, что по лестнице «затем, чтобы» можно спуститься множеством способов и при этом обнаружить разные цели одного и того же собрания. Я бы советовал вам обновлять и разнообразить цели, чтобы поддерживать живой интерес в
Страница 15 из 15

коллегах. Главное – откинуть крышку люка и начать спуск к такой цели, которую вы сможете признать как свою и черпать в ней силы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/devid-perl/opyat-soveschanie-kak-prevratit-pustye-obsuzhdeniya-v-effektivnye/) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

Американский телесериал, созданный Аароном Соркиным и шедший на телеканале NBC с 1999 по 2006 г. В центре сюжета – работа вымышленной администрации президента США от партии демократов Джосая Бартлета, которого сыграл Мартин Шин. – Прим. пер.

2

Джон Марвуд Клиз (род. 1939) – британский актер-комик. – Прим. пер.

3

Фильм режиссера Джона Ву с Томом Крузом в главной роли. В роли Суонбека – Энтони Хопкинс. – Прим. ред.

4

It’s a Jungle Out There – песня Рэнди Ньюмена для сериала Monk (в русском прокате – «Дефективный детектив»). – Прим. пер.

5

Вопреки названию приносить на встречу пончики я не советую. Центр по борьбе с ожирением штата Нью-Йорк уведомляет: «Обычный пончик состоит из рафинированного сахара, муки, искусственных ароматизаторов и частично гидрогенизированного масла, то есть трансжиров. С точки зрения здоровья в нем полезна только дырка». – Прим. авт.

6

Независимая международная благотворительная организация. – Прим. пер.

7

Иван Боски – американский биржевой воротила 1980-х гг. Был осужден за использование конфиденциальных сведений. – Прим. ред.

8

Американский спортсмен, бывший профессиональный футболист, актер и продюсер. – Прим. ред.

9

Героиня фильма «Шофер мисс Дэйзи» (1989) режиссера Б. Бересфорда. – Прим. ред.

10

Американский боксер-профессионал, олимпийский чемпион 1976 г. – Прим. ред.

11

Некоторые клиенты предпочитают другой латинский лозунг: Quaerimus Et Si Non Invenimus Facimus Malum («Ищем неприятностей, а не отыщем – сотворим сами»), но он не поместится на футболке. – Прим. авт.

12

Фильм Роба Райнера 1987 г. – Прим. ред.

13

Алан Кей, пионер в области американской компьютерной индустрии, говорил, что «технологиями» называются всякие новинки, появившиеся после нашего рождения. Так, для поколения моих родителей «технологией» было цветное телевидение, а для моего – что телевидение, что водопровод – дело привычное. Мы восхищаемся ноутбуками и wi-fi, но что будет «технологиями» в глазах наших детей? Только представьте себе: когда-то в далеком прошлом стол о четырех ногах казался самой продвинутой, изумительной технологией общения. Я бы не отказался вернуться в то время. – Прим. авт.

14

От англ. twitter – щебетание, болтовня. – Прим. ред.

15

Луддизм – форма протеста английских рабочих против сокращения рабочих мест в результате промышленного переворота, выражавшаяся в разрушении станков (начало XIX века). В настоящее время слово «луддит» обозначает человека, выступающего против развития технологий. – Прим. ред.

16

17-я Конференция сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата. – Прим. ред.

17

Подразумевается роль Киану Ривза в кинофильме «Матрица» братьев Вачовски. – Прим. пер.

18

Кэрролл Л. Алиса в Стране Чудес. – Прим. пер.

19

Пер. Ю. Жуковой.

20

Дословный перевод английского словосочетания back office, означающего «административный офис», или «бэк-офис». – Прим. ред.

21

Дословный перевод английского словосочетания front line, означающего «персонал, работающий с клиентами». – Прим. ред.

22

Уилбер К. Краткая история всего. – М.: Аст, 2006.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.