Режим чтения
Скачать книгу

Парсек налево читать онлайн - Олег Здрав

Парсек налево

Олег Здрав

Мечтаете о космических путешествиях? Добро пожаловать к звездам! Но для начала отработайте кредит за путешествие. Всего-навсего 101 год ударного труда на благо Компании, и вы свободны.

Парсек налево

Олег Здрав

© Олег Здрав, 2016

© Алис Идрисович Мусейбов, иллюстрации, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Холодно и зябко, особенно сильно мерзнут голые ноги.

– Вставай, сейчас новые хозяева появятся.

Открываю глаза, осматриваюсь и остаюсь в полном недоумении. Огромный ангар, до сводчатого потолка не менее десяти метров. Матовые светящиеся панели вместо светильников и ряды кушеток, на которых лежат и сидят пациенты. Другим эпитетом наградить этих несчастных в коротких одинаковых белах халатах язык не поворачивается.

На мне точно такое же одеяние, похожее на тогу из дешевой синтетики, даже не из хлопка. Похоже на морг или на психиатрическую больницу во время ревизии. Не могу понять, что именно наталкивает на эту мысль – голова раскалывается, словно от похмелья. Хотя вроде и не пил …вчера? Такое ощущение, что это вчера было очень давно – точно крыша поехала без опохмела.

– Поешь, я на тебя порцию взял, – странный лысый гражданин в больничном халате, как у меня, протягивает завтрак. Или ужин?

С трудом поднимаюсь, сажусь на койку, беру невзрачный кусок пластилина и пластиковый прозрачный пакетик с водой.

– Это точно съедобно? – пластилин крошится в руках и вызывает стойкую ассоциацию с оконной замазкой. Раскрошил кусок, понюхал – пахнет какой-то химией.

Сосед хмыкает и с завидным аппетитом хрумкает точно такой же брикет.

– После разморозки обязательно надо поесть и воды выпить, даже если неохота. У меня уже третья ходка, так знаю, что говорю. Тем более, никто не знает, когда нас в следующий раз покормят

На автомате следую совету и сую в рот кусок «замазки». Неожиданно съедобно, только пресное и несоленое. Вода и не водой оказалась вовсе. Настоящий «энерджайзер» с привкусом лимона, витаминов и бодрит, словно кофе.

– Мы где? – подсознание намекает, что надо быстрее определяться во времени и пространстве.

Надеюсь, я в России, а не в камбоджийской тюрьме или конголезской больничке с подозрением на эболу? Что-то мне рожи соседей не очень нравятся. Нет, я не невоспитанный хам, и оскорблять людей без всякого повода не в моих правилах. Однако и лицами их физиономии никак нельзя назвать. Ночью в Гарлеме и то приятнее встретишь. Даже затрудняюсь сказать, в какой стране такой человеческий типаж распространен. И не европейцы, и не арабы, на китаезов вообще не похожи, или тем более на негров. Странные, и цвет кожи разный: от бледно-белого, до красно-коричневого и медно-красного. Еще сильнее удивляет разнообразие фигур. От могучих амбалов до худосочных дистрофиков на подгибающихся конечностях. Есть и почти карлики, разной степени упитанности и «накачанности». Человек пятьдесят в палате и ни одной рязанской, или, на худой конец, европейской физиономии!

– Мы где? – повторяю вопрос, обращаясь к соседу, как к единственному знакомому.

Тот странно пожимает плечами, словно грек какой-то, который кивает, когда обозначая несогласие:

– То мне не знакомо, – и опять непонятное чувство, словно он не по-русски говорит. – Вольные миры, где-то. Планета явно не освоенная, скорее всего, ни в одном реестре не указана.

– …планета? Мы не на Земле?

– Никогда не слышал о такой. Меня зовут Пкуб, с Шейэрхона. Последние два года на кремниевых рудниках. Но хозяин обанкротился, поэтому меня сюда продали.

Все-таки попал. Не уверен, что это лучше варианта с психушкой – там хотя бы кормят нормально.

– Влад, – представился в ответ, и только тут сообразил, о чем речь. – Как это продали? Тебя продали в рабство?

Пкуб смущенно улыбнулся, опустив глаза.

– Рабство запрещено во всех развитых мирах. Я в кредитном залоге пожизненно. Хотя, если быть честным, эти понятия ничем не отличаются.

– Ничего себе! А выплатить кредит ты не пробовал? – развитая космическая цивилизация и

Старик, а сейчас я отчетливо понял, что он очень стар, грустно усмехнулся:

– За сорок лет кредитного залога его сумма только выросла. Выплатить его практически невозможно. Ведь условия погашения зависят от хозяина, а кто же откажется от своей выгоды?

– Не может быть, чтобы не было никакого выхода! Ведь это противозаконно? – не могу поверить в услышанное.

– Все так. Сейчас ты съел пищевой брикет, а какова его стоимость даже не поинтересовался. Смысла в этом никакого, поскольку другой еды здесь, все равно, нет и не будет. Поэтому и цена может быть, сколько угодно высокой, а расценки наоборот, предельно низкими. И каждый день твой долг будет только увеличиваться, как бы ты не старался.

– Подожди, но я ведь не оформлял договор? Ты хочешь сказать, что я тоже в долговой каббале? – новость просто шокировала.

– Конечно! – Пкуб даже улыбнулся немного, видя такую наивность. – Затраты на межпространственный перелет должен же кто-то оплатить.

– Но я не просил об этом, и даже не помню, как сюда попал, – попытался ухватиться за соломинку. – На нашей планете никто даже не подозревает, что в космосе есть другие цивилизации.

– Значит, все ещё хуже, чем я думал. Скорее всего, на тебя оформлен выкупной платеж. Естественно в кредит, и под грабительские проценты. И сумма завышена втрое, если не вчетверо – контрабандисты людоловы не имеют твердых расценок, поэтому твои хозяева могут вписать в договор любую понравившуюся им цифру.

– Проехался автостопом по галактике, – вспомнилась не к месту одноименная книга известного фантаста.

– Не переживай. Может, еще поживем, держись рядом. Я на пищевых концентратах такую бражку ставить умею – пальчики оближешь!

Что-то зацепилось за краешек сознания.

– Если мы в космосе, то откуда ты так хорошо говоришь по-русски, с использованием редких лингвистических оборотов? Бражка, «пальчики оближешь»?

Пкуб недоуменно замолк, пытаясь уловить смысл претензии, потом огорошил ещё одной невероятной новостью.

– Я по-русски ни бельмеса. Мы с тобой на инретлингве разговариваем.

И только в этот момент я понимаю, что мы реально общаемся на чужеземном наречии. Однако в голове моей эти звуки мгновенно трансформируются в привычные слова на языке Пушкина и раннего Брежнева.

– Не переживай сильно. Подумаешь, пару тысяч добавят в сумму кредита за изучение языка. Все равно, это ничего не меняет. Сто лет выплачивать кред или сто два года – невелика разница.

В этот момент начинается какая-то движуха. Створки открываются, и появляется парочка весьма колоритных персонажей. Здоровый бугай в брутальном скафандре и невзрачный худой коротышка в сером комбинезоне под горло.

– Серный крошень тебе в шестернки! Вот же, невезуха! – узрев вошедших, Пкуб со злостью плюнул на пыльный грязный пластик пола.

– Все так плохо? – сразу насторожился я, почувствовав его настроение.

– Хуже только на кипящих озерах у псергов. Судя по эмблеме у главного – Вторая Вольная Когорта Пожирателей Пустоты. Кровопийцы ещё те! А боевой скаф намекает, что планета не только
Страница 2 из 18

не пригодна для пребывания людей, но и агрессивная.

– Не боись, прорвемся! – изображаю в ответ бодрость и уверенность, которой и в помине не наблюдается.

Тем временем новоприбывшее начальство удобно устроилось у выхода, и началась перепись новичков.

Через четверть часа дошла очередь и до меня.

– Хочу сделать заявление, – не стал откладывать в долгий ящик выяснение своего статуса. – Меня незаконно похитили и доставили сюда. Требую освободить меня и доставить в любое цивилизованное место.

Пкуб схватился за голову и зажмурился. Однако молния не сверкнула и ничего страшного не произошло.

Здоровяк на секунду замер, потом заржал. Канцелярская крыса в сером вообще никак не прореагировала, порылася в своем планшете, и сообщила.

– Субъект А00АА0—00А. Личность подтверждена генетическим кодом. Задолженность по кредиту 4720 кредов. Ориентировочный срок погашения – 12 лет.

Внимательно выслушал эту абракадабру и твердо, с безграничной уверенностью в своей правоте, возразил:

– Образец ДНК взят без моего согласия, в тот момент, когда я был без сознания. Договор не подписывал.

Громила снова захохотал, а бюрократ выдал ещё одну порцию канцелярской жвачки.

– Расходы компании по выкупу и транспортировке кредитного бенефециара не могут быть оспорены ни в каком случае. Договор считается заключенным после внесения генетического материала. Отсутствие сознания в этот момент времени не является основанием для отмены соглашения о кредите. Ваше время исчерпано, не задерживайте очередь. Пройдите в сектор 00АА, получите спецодежду и направление на инструктаж.

– Проходи быстрее, – чувствительно толкнул меня в спину Пкуб. – Пока штраф не впаяли.

Прохожу в соседнее помещение, больше похожее на склад китайских оптовиков после внезапной налоговой проверки. Огромные баулы, мешки и контейнеры в полном беспорядке.

– Развитые космические технологии? – скептически оценил картину этого вещевого хаоса.

– После выгрузки беспорядок. Повезло тебе, ты же «глубокой заморозки», поэтому проспал аврал в криокамере, а мы это всё руками таскали.

– Разговорчики в строю! Щаз в зубы дам, а не умолкнете – в карцер засажу! – заорал кладовщик, он же бравый интендант в таком же бронированном скафандре, как и начальник.

Скрипя зубами, молчу, благо предупрежден заранее. Иначе точно возмутился бы. Потому что выдали мне откровенное хламье.

Во-первых: бывшее в употреблении и сильно поношенное. Во-вторых: скафандр мне не выдали! Два комбинезона из материала похожего на резину, с застежкой на груди и кучей разъемов для дополнительного оборудования, два комплекта нижнего белья, похожего на кальсоны! Только вдумайтесь – на чужой планете! Сапоги модные, до колен с подошвой, усеянной шипами. И все! Даже комнатных тапок не дали!

– Респиратор получишь перед сменой на выходе, – напутствует громила каждого новобранца. Особо невезучих ещё и пинками награждает. Нам с Пкубом везет, и благословение сапогом нас минует.

Поделился опасениями со стариком, что в такой одежке на поверхности будет явно некомфортно.

– С одной стороны, боевой скаф – оно, конечно, безопаснее. С другой – усыпляет бдительность. Я десяток мастеров и двух инженеров похоронил на рудниках за столько лет, и, как видишь, до сих пор жив. А эти нацепят брони побольше и подороже, вместо того, чтобы думать головой и не нарываться на проблемы. К тому же, дорого он стоит – нам такие выплаты не потянуть никак. Даже если одним воздухом питаться.

– Подожди, ты же говорил, что нет никакой разницы платишь кредит или нет, все одно добавят.

– Так-то оно так. Но хозяева тоже не дураки, им надо работников как-то стимулировать, чтобы пахали, а не филонили. А какой стимул у раба, который ничего не зарабатывает и не имеет шансов на освобождение? Поэтому существует система поощрений. Выполнил норму – получи паек, перевыполнил – получаешь на счет немного денег, которые можешь потратить здесь же в лавке компании. Цены, конечно запредельно высокие, но кой-какие сладости или стимуляторы можно прикупить. Оно, конечно, по-разному бывает, но принцип такой общий у всех Компаний.

Следом получаю тощий матрас из вспененного пластика и подушку с обкусанным углом. Крысы инопланетные погрызли? И что тогда стало с бывшим хозяином?

После помывки и переодевания быстрый инструктаж и сразу же первая рабочая смена.

– Норма – три стрежня хлоя с каждого. Патрон респиратора рассчитан на 18 часов, после чего вы не умрете, но дышать местным воздухом больше четверти часа не советую – потеря сознания, через сутки – кома. Меня зовут мастер Хоонй, по всем вопросам обращаться только ко мне. Разговоры с охраной или вольнонаемными запрещены. Наказание штраф. Воровать и нарушать правила не рекомендую – Контролер здесь строгий, никаких вольностей не допускает.

Еще раз осмотрев наше воинство, Хоонй (едва с третьего раза выговорил) поморщился и махнул рукой.

– Для начала хватит. Кто поумнее – сам поймет, остальным и не надо. Разбираем инструмент, выходим и строимся.

Не понравилась мне оговорка о том, что остальным и не надо знать правила.

– О чем это он?

– Судя по тому, что в бараке половина коек пустая – убыль работников постоянная. Естественный отбор в чистом виде. Кто не следует инструкции, тот досрочно закрывает кредитный договор в связи с прекращением жизнедеятельности организма.

– Пкуб, ты точно на шахте всю жизнь провел? Слишком сложные и умные фразы для рудокопа.

– Где только нелегкая меня не носила и кем только быть не приходилось. Здесь не принято спрашивать, откуда ты и кем был до кредита. Когда-то я был учителем в химнасии, но это было давно и неправда.

Не хочет рассказывать и ладно. Оно мне сейчас и не надо, гораздо важнее ознакомится с заветными инструкциями.

– Пкуб, а кто такой Контролер?

– Дык, электрический надсмотрщик. Компьютер, который управляет базой. Верный сторожевой пес Компании.

– Искусственный интеллект?!! Вау!

– Какой там, обычная дурилка электронная – и вообще, не бывает компьютеров разумных. Это же третий постулат Лекида для самообучающихся машинных систем. Если электронная система достигает уровня разумного интеллекта, то она переходит в энергетическую форму существования, как наиболее оптимальную. Поэтому Искусственный интеллект и приближенный к нему, запрещен к использованию во всех мирах – да и кому нужен разумный кусок кода в виде энергии. Только деньги на космический ветер и полностью разряженные накопители в радиусе полсотни миль.

Между тем, очередь на выход дошла и до нас. Респиратор, больше похожий на противогаз, перчатки и… топор на длинной рукояти. У канадских лесорубов на телеканале «Дискавери» похожие топорики видел, только здесь рукоятка из пластика, а не из дерева.

– Выходи не задерживайся! В колонну по трое становись.

Темное синее, почти черное чужое небо. Две крошечные луны неестественного багрового цвета и низкие свинцовые клубящиеся, словно живые, облака. Красный, местами рыжий, песок под ногами и противная поземка, поднимающая клубы пыли. Похоже на Каракумы или пустыню Сахару, раскрашенную школяром
Страница 3 из 18

в Фотошопе в самые нелепые и неестественные цвета. Судя по всему, сейчас ночь, хотя относительно светло и если бы не пыль, то видимость была бы хорошая.

Третьим с нами в одном ряду старослужащий, он же наставник и воспитатель на сегодня. Зовут его Уанья. Унылый и неразговорчивый абориген с Тау-Шерты, судя по татуировке на лбу. Это Пкуб сразу определил – встречал их на рудниках.

– Хорошие ребята. Выносливые и трудолюбивые, только с тараканами в голове, – охарактеризовал Пкуб нашего нового напарника.

– Моя все слышит, – невозмутимо отреагировал Уанья. – Меньше болтаешь – дольше живешь.

В подтверждение сказанного умолк, причем надолго.

Наконец, тронулись. Впереди шестиколесная каракатица, похожая на открытый джип, с двумя охранниками и пулеметом на турели. По крайней мере, агрегат похож на пулемет, а не на брандспойт для полива или тушения пожара. Следом выстроилась длинная колонна заключенных в серых комбинезонах-робах. По моим прикидкам – человек восемьдесят. Замыкает мрачную процессию огромный внедорожник-грузовик, по всей видимости, именно его мы должны заполнить добытым хлоем.

– Пкуб, а что это стержни хлоя? С чем их едят и как добывают?

К сожалению, именно этого названия ходячая энциклопедия не знает, и даже не слышал о таком никогда. Уанья вообще проигнорировал вопрос, да и не очень удобно разговаривать в респираторе.

Почти час идем пешком. Ещё работать не начали, а промок насквозь, в сапогах скоро хлюпать от пота будет, даже смотровое стекло запотело, да так, что почти ничего не видно. Иду, словно зомби, с трудом переставляю ноги по корявой поверхности чужой планеты, спотыкаясь о бесконечные камни – дорог нет, и асфальт никто не догадался положить.

Не выдержал, содрал респиратор, чтобы протереть стекло изнутри и тут же пожалел об этом. Дышать местным воздухом невозможно – такое ощущение, что вдыхаешь концентрированный пекинский смог вместе с ароматом печной трубы и запах дохлого скунса одновременно. Прокашлялся до слез, зато пришел в себя и протрезвел, а тут мы и прибыли.

За всеми этими дыхательными упражнениями и не заметил, как поменялся окружающий пейзаж. Голая песчаная и каменистая ровная пустыня сменилась невысокими холмами и заметно более живой природой. Появились невзрачные чахлые кустарники, кривые деревца, похожие на кораллы, местами видна колючая сухая трава.

– Не Рио-де-Жанейро, – оптимистично подвел итог наблюдениям я.

За холмами и оказался наш фронт работ. Выяснилось, что хлой – это растение, похожее на пирамиду и на конус одновременно. Метра два высотой, покрыто толстой прочной корой с огромным количеством длинных острых шипов. Внутри этой бронированной оболочки и находится сердцевина – тот самый «стержень», который надо добыть и сдать.

– И в чем проблема? – искренне удивился я. – Да тут делов на два часа, не больше!

Пкуб хмыкнул, Уанья невозмутимо промолчал, жестом предложив подтвердить мое заявление реальным результатом.

– Смотрите и учитесь!

Размахнувшись посильнее, со всего маху влепил топором по цели. Неожиданно (для меня) топор резво отскочил и чуть не уполовинил одну из моих нижних конечностей. На толстом шипе появилась неубедительная и неглубокая царапина.

Пкуб улыбнулся, Уанья грустно и печально посмотрел на небо, видимо, призывая своих далеких богов посмотреть на это представление.

– Черти что! Технологическая цивилизация, а мы кактусы рубим топорами. Что за бред?

На этот раз Уанья соизволил ответить, причем с подробностями. Оказывается, по штатному расписанию каждому работнику положен вибронож для разделки хлоя. И что самое печальное, норма выработки точно и научно рассчитана исходя из этого факта. Однако высоколобые умники не удосужились проверить, как работает вибронож в реальных условиях. Он действительно неплохо режет кору и шипы, но совершенно неожиданно разряжается через несколько часов, хотя штатный срок разряда батарей – неделя! Мало того, что это фантастический перерасход энергии, так ещё и срок службы батареи снижается в десятки раз! А они стоят весьма прилично.

– Начальство решило, что руками и топорами будет проще, дешевле и без проблем с отчетностью для Компании, – вынес окончательный вердикт Пкуб. – Кристаллический кремний мне в почки! Это полная за… сада, даже хуже, чем представлял.

– Всегда есть шанс, что будет ещё хуже. Через неделю начнется миграция силикатных крысоидов. Тогда будет совсем плохо, – добавил позитива старожил этих мест.

В результате, за десять часов непрерывного адского труда мы выполнили лишь половину нормы. Да и то, в основном, благодаря Уанье.

Как добрался до барака – не помню.

Глава 2

Думал, что хуже быть не может, а оказалось, что ошибался. На следующее утро неприятности посыпались, как из дырявого рога изобилия. Для начала нам объявили, что за невыполнение нормы на всех новичков наложено ограничение пайка. Теперь мы будем получать на десять процентов меньше корма, воду с витаминами, правда, оставили в прежнем объеме.

Вторая новость ещё хуже – теперь мы считаемся обученными специалистами (за один день!) и наставник нам не положен. И норма теперь не ученическая, а обычная стандартная. Теперь мы должны сдавать семь стержней хлоя на двоих.

– Семь!!! Они спятили? Мы и двух не срубим за смену.

– Они не спятили, они проворовались. Теперь списывают недостачу за наш счет. Не повезло нам, дополнительного приварка к котлу не будет.

– Но ведь ты сам говорил, что Компании выгодно, чтобы мы работали лучше. Ведь нужен же им тот же хлой, раз на необитаемую планету полезли. Кстати, где его вообще используют?

– Интересы Компании и наемников не всегда совпадают. А «Пожираетели Пустоты» никогда не славились честностью и гуманным отношением к рабам. Им проще все соки выдоить из нас, чем мучиться с выполнением контракта. Здесь же шелупонь нищая, отбросы кланов и проштрафившиеся вояки в ссылке, а не высокое начальство, которое имеет основной гешефт. Те в цивилизованных благодатных мирах пребывают. Вот и воруют здесь все и всё, до чего руки дотянутся, и никакой Контролер за ними не уследит.

Череда неприятностей не закончилась, в чем мы убедились, выбравшись наружу. В дополнение, для полного комплекта, началась песчаная буря.

Капюшон встроен в комбинезон, надо лишь прикрепить его к маске респиратора, в результате получается почти полностью герметичный защитный костюм. В данной ситуации – весьма кстати, местный песок по химическому составу мало похож на земной и наверняка в нем полно всякой вредной дряни. В виде исключения, нас загрузили в грузовик, чтобы мы не ползли два часа в условиях нулевой видимости, практически на ощупь, сбиваясь с дороги. Неслыханная щедрость и гуманизм. Правда, всю поездку пришлось вертикально стоять в кузове, запрессованному, словно шпрота в банке, но все лучше, чем пешком топать. На джипе, к слову, быстро соорудили тентованную крышу из тонкой, но прочной пленки, загерметизировав салон. Так что охранники наши едут с полным комфортом.

Буря закончился также внезапно, как и началась, но настроение от этого сильно не улучшилось.

– Пойдем покурим,
Страница 4 из 18

чего зря надрываться – нормы мы сегодня по-любому не сделаем, предложил Пкуб, выдирая долгожданную сердцевину. Всего лишь, первую с начала дня.

Не знаю, как можно курить, не снимая дыхательной маски, но в принципе не возражаю откосить от работы хотя бы на четверть часа. Чтобы не маячить на виду у охранников, а они изредка, все же вылезают из кабины и осматривают окрестности через оптику, спускаемся в неглубокую ложбину, на дне которой течет вялый, полузасохший мутный ручей с подозрительной радужной пленкой на поверхности. Пить из такого не стал бы даже под страхом смерти.

– Интересно, для чего нужен хлой? – спросил просто для того, чтобы что-то спросить. Не сидеть же в тишине, пережевывая тоскливые безнадежные мысли по третьему кругу.

– Уанья сказал, наркотик это или стимулятор. Предупредил, чтобы не вздумали пробовать.

– Это ещё почему?

– Мозги вышибает сразу, никакого кайфа – не очищенный и не переработанный, наверное. Потом три дня отходняк – работать не сможешь. Охрана тебе все ребра переломает – счет за реанимацию два года к сроку добавляет. Не стоит оно того.

– Да я и не собирался!

Только этого мне не хватало, мозги – это единственное, что у меня осталось для того чтобы выбраться из этой инопланетной ямы.

С топ! Если мозги есть, то почему я ими не пользуюсь? Жду, когда окончательно превращусь в вечно голодное и обессиленное существо, мечтающее лишь об очередной пайке? Думай, Вадик, думай – пока серое вещество ещё не атрофировалось за ненадобностью.

– Пкуб, а если нам подпалить, этот чертов хлой! Пожечь его, а когда кора обгорит, вытащить сердцевину, – осенила меня идея, претендующая на гениальность в этом локальном куске космического пространства. – Растения обычно горят, так ведь?

– Хлой не горит. Уанья сказал. Каждый новичок, у кого осталась хоть капля мозгов, пытался его поджечь. И подкопать не получится – снизу кора ещё толще.

Хм, если Пкуб знает ответ на этот вопрос, то получается, что эта идея к нему пришла раньше, чем ко мне? И он уже выяснил все подробности, пока я ещё только соображал насчет сожжения. Переоценил я себя – сильно переоценил. Но не отчаялся. Мозги заработали в нужном направлении, и это самое главное!

Норму мы, естественно, не сделали, но это меня это не волнует – план созрел и оформился. Осталось лишь его реализовать.

Следующим утром сразу приступил к его исполнению, даже не пытаясь рубить чертов кактус. Если идея сработает, то это и не потребуется.

– Зачем утащил этот хлам? Поймают – карцер получишь. И было бы из-за чего. Дырявый старый комбинезон. У тебя все в порядке с головой? На кой он тебе сдался?

Не обращаю внимания на старческое жужжание, сейчас слишком ответственный момент, чтобы отвлекаться на разговоры. Не так просто кредитному заключенному найти способ добыть огонь во времена космических технологий, но я, все же, сообразил, как это можно сделать. Кислород в атмосфере точно есть, а значит, и процесс горения присутствует согласно законам физики. У местных старожилов даже зажигалки водятся – сам видел, но просить у них никак нельзя. Боюсь, что мою идею тут же уведут, а это чревато самыми серьезными потерями. Если обычный зэк сможет легко делать две нормы, то… Правильно! Норму тут же поднимут в два раза. И все вернется на круги своя, только второго шанса вырваться из этой западни может уже и не представится.

Кроме комбинезона, я стащил ещё несколько банок с непонятным содержимым и полканистры какого-то технического масла. Чудом все это протащил, не привлекая внимания охраны, провонял химией и весь перемазался разлившейся за пазухой липкой дрянью, похожей на олифу.

– Душ у нас хороший, и что самое важное – бесплатный, – утешил я сам себя.

Наступает самый ответственный момент. Первая куча, собранная их сухого хвороста и веток не загорелась – «олифа» оказалась негорючей. А может искра от украденной батарейки слишком слабая. Но не сработало.

Зато вторая кучка, обильно политая жидкостью из жестяной баночки, полыхнула сразу. Сейчас самое главное – займутся ли дрова местного происхождения или окажутся пожаробезопасными?

– Горят! – завопил я, узрев густое ровное пламя необычного ярко красного цвета с голубыми искрами.

– И что с того? Хлой – негорюч.

– Пкуб, ты не понял. Мы только что сделали двойную норму! Вспоминай рецепт бражки настоянной на брикетах. Скоро он нам понадобится.

– Сбрендил от волнения и голода, – сделал логичный, но неправильный вывод Пкуб. – Комбинезон тоже сжигать будем?

– Нет. Мы в нем воду таскать будем и поливать наш кактус. После того, как он раскалится от огня! Или я незаслуженно имел пятерку по физике в средней школе, или законы мирозданья по-другому работают в этой части Вселенной. В любом ином случае скорлупа хлоя от резкого перепада температуры лопнет, как перезрелый орех.

План сработал на отлично. Не сказать, что на порядок быстрее получается, чем вручную топорами долбить, но затраты физических сил ни в какое сравнение не идут. Сиди себе, жди, пока раскалится поверхность, потом плеснешь холодной воды на неё и с удовольствием наблюдаешь, как трещит и разрывается корка. Топором все же придется поработать, чтобы трещины расширить, но это сущий пустяк на фоне предыдущих мучений.

На двоих добыли девять «кочерыжек» – так я их ласково называю в память об утерянных земных корнеплодах. Можно и больше, но охрана раньше времени решила закруглиться – с базы пришло штормовое предупреждение о новой песчаной буре.

– Ничего, завтра ещё больше сделаем!

Пкуб хмыкнул в ответ. Боится, что нас спалят, сядут на хвост и ноу-хау утечет из рук, вместе с заработками. Правильно боится, но у меня уже есть решение. Нам нужна крыша! В привычном понимании, а не в строительном.

Впрочем, всему свое время, а сейчас прямиком после душа в лавку. Инопланетные сладости – разве я мог мечтать об этом ещё недавно? Или давно? Вот же засада, попробуй, угадай, сколько я в заморозке пролежал, и сколько раз мою охлажденную тушку перепродавали. Если же вспомнить старика Эйнштейна и его теорию о разной скорости течения времени у путешественников в космосе и тех, кто остался на старушке Земле, то вполне возможно у нас там уже праправнуки мои бегают. Попробуй, проверь, как оно там, в реальности и найди нашего желтого карлика среди миллионов других звезд.

А может, преувеличиваю, и наша планета тихо и спокойно числится под каким-то номером в реестре планет, и туда даже возят туристов. Тех, кто победнее и не может позволить себе выбраться в центр Вселенной на выходные. Шутка. Таких длинных выходных не бывает.

– Для начала проверим личный счет, может выработку сегодняшнюю ещё не закрыли и начисление не прошло.

Пкуб прикладывает палец к дисплею и удовлетворенно констатирует.

– Все в порядке! Есть три креда на локальном счете! Можем идти в лавку.

– Подожди, а можно посмотреть мой счет? Очень любопытно.

– Нет никаких проблем. Прикладываешь палец сюда и смотришь

М-да. Как-то невзрачно выглядит алтарь информационных технологий. У нас терминалы в супемаркетах для пополнения счетов на мобильных телефонах и то новее выглядят. Зря
Страница 5 из 18

критиковал – голографическое меню появилось. Правда палитра блеклая – и здесь экономят.

– Вот же ёшкин кот! И как это понимать?

Редкой степени непонятная абракадабра. Ни одной знакомой буквы или цифры, и даже интуитивно не поймешь, куда надо жать или наоборот… тянуть?

– Долго ты ещё? Мы так к вечерней выдаче пайка опоздаем, – действует на нервы Пкуб.

– Ничего не пойму. Может, ты посмотришь?

Пкуб заглянул через плечо и громко продекламировал прямо в ухо:

– Субъект А00АА0—00А. Личность подтверждена генетическим кодом. Задолженность по кредиту 5633 кредов. Ориентировочный срок погашения – 13 лет.

– Здесь, правда, это написано? – если бы Пкуб внезапно стал читать по внутренностям жертвенной курицы, я удивился бы меньше. – И на каком языке?

– Ты шутишь? На интерлигве – на чем же ещё.

Внимательно посмотрел на меня, потом ещё раз заглянул в окошко терминала и, поразмыслив секунду, пришел к сенсационному выводу.

– Ты не умеешь читать – но можешь говорить и понимать на интерлингве. Поздравляю! Тебя в очередной раз надули.

– В каком смысле?

– Судя по всему, недогрузили в твои мозги эту часть знаний. Вот же крохоборы, наверняка в договоре указали полную стоимость, а сами сэкономили пару часов в медкапсуле. Куда мир катится – вокруг одни аферисты и казнокрады!

– И что же делать? Стоп! – внезапно до меня дошло, что цифра долга должна быть несколько другой. – Откуда взялась сумма в пять тысяч триста шестьдесят? Ведь было 4700 кредов – я точно помню! И срок на год увеличился?

– Одежда, снаряжение, питание, прививки – вот и набежало. Не удивлюсь, если на тебе уже числится сломанный вибронож – надо же их куда-то списывать.

– Так дорого за ношенное тряпье и некачественный инструмент?!

– Цены устанавливает Компания. Такова жизнь – я тебя предупреждал.

– Тфу на них. Смотри, сколько у меня лимит для лавки и пойдем.

Пкуб попытался нажать на какой-то иероглиф-завиток, но голограмма тут, же схлопнулась.

– Нет доступа. Генетический код другой, – извинился за неудачу, словно это его вина.

Лавка разочаровала, а может просто настроение не подходящее оказалось для шопинга.

Протиснулись сквозь пленку, которая здесь вместо дверей и сама затягивается после посетителей. На всем экономят – нормальных дверей не найдешь.

Размер торговой точки тоже не впечатляет – крошечная конура и ассортимент под стать – десяток пакетов и банок.

– Скромно как-то.

Продавец услышал и радостно оскалился в улыбке.

– Какие покупатели – такой и ассортимент. Но если у тебя появится свободная сотня кредитов, то можно найти много чего интересного. Любая змея вам в постель за ваши деньги, – местные поговорки не всегда правильно переводятся, иногда получается черти что. Как в этом случае.

– А язык выучить можно? – поинтересовался тем, что меня больше всего волнует.

Пкуб объясняет ситуацию, ЙЙосо, а именно так зовут нашего кладовщика, долго ржет, держась за живот.

– Вот же проходимцы! Надо же до такого додуматься, – насмеявшись вволю, продавец все же обнадеживает меня, – достанешь две сотни – договорюсь с братом Зуфи, он у нас заведует медблоком. Оплата мимо Контролера – тогда должно хватить.

На три креда сильно не разгуляешься, но хоть какое-то разнообразие можно добавить к осточертевшим пайкам. Берем несколько упаковок с витаминами и микроэлементами, пару сухих «соков» – углеводы нужны, прежде всего, для качественной работы мозга, а в пайке их явный недостаток. На оставшиеся деньги берем «скумбрию» – универсальный эквивалент обмена на всех зонах, извиняюсь, базах. Название не выговоришь, поэтому именую по созвучию, и вкус чем-то похож. На самом деле, это никакая не рыба, а осьминог сушенный, но очень популярный и распространенный во всех мирах – его промышленно выращивают даже в невесомости. Имеет очень хороший и сбалансированный состав по жирам и белкам – за это и ценится.

– За тысячу «скумбрий» на рудниках можно место бригадира купить, – поделился жизненным опытом Пкуб.

– Почему бы кредами не расплатиться?

– Ну, ты даешь! Как ты мимо Контролера этот платеж проведешь и объяснишь его назначение?

После ужина пришла пора для переговоров по вопросу обустройства крыши нашего безнадежного предприятия. Для этой цели у меня единственная кандидатура – Уанья. Он старожил, и авторитет происхождения из расы свирепых космо-абреков на него работает. Да и нет у меня других вариантов.

– Правильно сделал, что сразу пришел. Люди сегодня интересовались, что это за необыкновенные ребята, которые втрое больших других хлоя взяли.

Да уж, накрылась наша конспирация в первый же день медным тазом. Ну, да и к лучшему, жаба не будит мучить, что упускаем свой доход.

Выслушав рассказ о технологии добычи, Уанья, похвалил за сообразительность и тут же опустил на землю из бриллиантовых облаков будущей халявы:

– Фартовый, ты парень. Повезло тебе, что ручей рядом оказался. Но это и для нас главная проблема – мы, же не можем только вдоль него двигаться. День-два и рядом все вырубится, и с каждым днем придется уходить все дальше и носить воду «за три звездные системы». Через две недели выгоднее будет опять топорами рубить, чем тащиться за водой целую милю.

– И что же делать? – такого разочарования я давно не испытывал. Такое ощущение, что меня в очередной раз обворовала судьба злодейка.

– Не все так плохо. На неделю нашей бригаде работы хватит, немного деньжат поднимем – и то радость. А потом ты ещё что-нибудь придумаешь? Верно же? – хитро подмигнул старый разбойник.

Потом приложил ладонь к груди и наигранно торжественно произнес:

– Добро пожаловать в общество, братья.

Глава 3

В нашем «сообществе» оказалось шестнадцать человек, из них только мы с Пкубом новички – остальные давно уже здесь срок мотают, так что можно сказать, что статус наш заметно вырос. Вот только денег от этого заметно не прибавилось. Три креда в день стабильно выходит, но не больше. Уанья обещает решить вопрос, но пока что-то не выходит.

– Надо охранников заинтересовать, – предлагает идею Пкуб. – Как-то на Пционе мы скинулись, проплатили – нам норму вдвое снизили, зачли как скальный грунт. И все довольны.

– Хорошая идея, но кроме нашего общества здесь ещё полсотни работников. Как с ними быть? – резонно озадачился Уанья. – Мы не можем за них заплатить, и норму нам отдельно никто не снизит.

– Может просто сдать завтра двойную норму за каждого? Это кредов по десять выйдет каждому. Или сто пятьдесят, если считать на все общество! Может рискнуть? Первый раз точно проскочит – не успеют зажать выплату, а мы в тот же день все в «скумбрию» переведем, – предложил один из «братьев», имени которого никак не запомню. – Хороший куш, надо рисковать!

– Глупо. Один раз возьмешь, а потом что? Схему вычислят и норму сразу поднимут. И тогда другие «обчества» нам претензию предъявят. Мы же их сильно подведем, а это не хорошо, – осадил молодого коллегу Уанья.

Безымянный «брат» стушевался, пробормотал что-то в оправдание и больше не вмешивался в разговор.

– Может, пустим выработку через новичков? Им все равно деваться некуда,
Страница 6 из 18

согласятся. Оформляем стержни на них, а после смены они отоваривают креды в лавке и отдают нам продуктами, – предлагаю свою схему обналички. – Правда, так получится вывести только то, что сверх нормы идет.

– Это же, сколько мы теряем! Они же никто даже полнормы не делают! – дружно возмутились старослужащие, – Не бывать такому!

– Успокойтесь, братья. Влад дело говорит, в этом что-то есть, – остудил горячие головы Уанья. Сделал знак, чтобы я продолжал.

– Да, мы теряем половину. Но, во-первых: мы можем привлечь новичков к работе, а значит, выработка увеличится. Во-вторых: мы получим дополнительно пятьдесят-шестьдесят кредов в день, ничем не рискуя. В-третьих: не будет заметного перевыполнения нормы, а значит, и повысить её не будет повода! Бинго.

В результате бурного обсуждения мой план был принят. С единственной оговоркой – привлечь к сотрудничеству не только новичков, но и старожилов из других сообществ. Мы им стержни хлоя, они нам вечером половину стоимости наличкой, то есть сушеными осьминогами.

Через два дня, выгружаясь из грузовика, а мы теперь постоянно ездим в кузове, что обходится нам в две «скумбрии» ежедневно, получаю подарок от Уаньи.

Странная продолговатая штуковина, завернутая в грязную промасленную холстину.

– Вибронож! Пользуйся на удачу, – надо полагать, награда за гениальную и прибыльную идею.

Так вот ты какой, северный олень! Нож похож на помесь меча и бензопилы из арсенала магистра Йоды – на рукояти выключатель, лезвие неестественно тонкое и зазубренное.

– И зачем он мне? Разрядится через час, потеряю ещё, – попытался отделаться от лишнего груза, но безуспешно.

– Если хлой не резать, то он две недели заряд держит. Будешь ветки для костра рубить – быстрее получится.

Странная история. Неужели никого не интересует такое необычное поведение ручной бензопилы-ножика?

– Техник в самом начале смотрел, говорит – кактус батарею разряжает.

– И что потом? – заинтересовался я.

– Потом его пилобрюх сожрал. И некому стало разбираться в загадках.

– Как сожрал? – настолько неожиданно и буднично это прозвучало, что меня озноб пробил.

– Вышел ночью кабель проверить, охрану не предупредил. Утром нашли, то, что от него осталось. Пилобрюх – его ни с чем не спутаешь.

Веселые истории здесь случаются.

– И чем все закончилось?

– Нового техника на его место прислали. Только он редко в сознании бывает – из запоя не выходит. Ты это, нож при себе держи постоянно – скоро силикаты хвостатые появятся. Но лучше настругай несколько кусочков хлоя – крысы от него дуреют. Бросишь в самую кучу, пока дерутся – быстро и без оглядки мчишься в сторону грузовика.

– Понял, – только инопланетных крыс мне и не хватало для полного счастья.

К счастью, в этот день силикаты так и не появились. Зато исчез один из новичков. Просто так, взял и исчез. Пока напарник ходил «до ветру», по физиологическим нуждам, а в комбинезоне, это процесс не быстрый, тот взял и испарился. Словно и не было его – даже следов не нашли.

– Хлоя нажрался, мозги закипели – он и пошел, куда глаза глядят, – предположил один из охранников. На этом оперативно-розыскные и поисковые мероприятия завершились. Ещё один кредитный договор закрыт досрочно.

Возвращаемся на базу в подавленном настроении и гробовом молчании. Не очень хочется повторить судьбу этого несчастного, а придется, если ничего не придумать.

Вечером подвожу промежуточный итог моего пребывания среди звезд и наркосодержащих кактусов. Неутешительный баланс, я вам скажу – хотя могло быть и хуже. Стабильный доход в четыре кредита в день – по местным меркам просто роскошно, с точки зрения стратегии – застой и полное отсутствие перспектив. Достаточно сменится начальнику конвойной службы на базе и наша шабашка тут же усохнет или уйдет в минуса, впрочем, и нынешнее начальство может в любой момент внезапно проснуться и заинтересоваться, чем мы тут занимаемся. К тому же вся наша технология привязана к наличию воды, и с каждым днем мы неумолимо отдаляемся от ручья. Хлой растет не очень густо, и все окрестности рядом с оврагом мы скоро зачистим.

– Куда ни кинь – всюду клин.

Пкуб на мои мрачные прогнозы не реагирует – он пофигист по жизни и живет одним днем. Говорит, что иначе нельзя – слишком много разочарований и несбывшихся надежд иссушают душу, а без неё человек не может жить и трудиться нормально – чахнет или умирает. К тому же он занят важным делом – заправляет бражку.

– Кто не рискует – тот кредит никогда не выплатит, – сформулировал я первое правило попаданца в космическое рабство. – Пкуб, не в службу, а в дружбу – ты можешь всем рассказать, что это я бражку приготовил? Тебе все равно, а мне для дела надо. Тем более, я для нас двоих стараюсь.

– Мне не жалко, но зачем тебе это? – подивился старый зэк моей неожиданной проснувшейся жажде славы и популярности.

– Заранее готовим общественное мнение к продвижению нашего кандидата, то есть, товара. Если человек умный, химик-технолог, то он не будет глупостями заниматься – так ведь?

По округлившимся глазам напарника стало ясно, что ему ничего не ясно.

– А кто у нас химик-технолог? И причем здесь бражка?

– Напиток богов, а не бражка. Забудь это слово и не произноси вслух. Мы улучшим твой рецепт. Путем добавления в него спирта и ароматизаторов, я уже поинтересовался у ЙЙосо – пять скумбрий за сто грамм. Инженером-химиком буду я – твоя кандидатура не подходит, ты уже растрепался, что сорок лет по рудникам кочуешь. Я же – темная лошадка, никто обо мне ничего не знает.

– Зря. Это очень дорого и неразумно. Брага в десять раз дешевле. Но если ты хочешь шикануть, то зачем портить спирт недобродившей сивухой?

– В этом и состоит мой замысел. Мы угощаем нашим продуктом из обычных концентратов собратьев, и слава о великом химике тут же разносится по всей базе, – мне бы треуголку на голову и можно сразу в палату к таким же Наполеонам.

– Ты собираешься торговать брагой себе в убыток? – окончательно запутался Пкуб.

– Нет, конечно. Это будет одноразовый аттракцион щедрости. Потом неожиданно выяснится, что нужный ингредиент закончился, и чуда больше не будет. Но нужное впечатление мы уже произведем. Гений в изгнании – от него можно ждать любых сюрпризов. Вот наш продажный образ. Или продаваемый? Не важно.

– И для чего нужен этот образ? Собираешься произвести впечатление и соблазнить девицу из медблока?

Ничего себе, здесь и бабы есть?! Вот так новость.

– Ты ничего не путаешь? Ййосо называл его братом Зуфи, – надеюсь, он не меняет пол на противоположный раз в неделю. Кто их здесь разберет, технологически развитых.

– Брат Зуфи – фельдшер, заведует арестантским блоком. У вольнонаемных свой лазарет – не будут же они вместе с зэками лечиться. По разговорам, заведует там роскошная дамочка. Глаза – во, все остальное ещё лучше! – Пкуб продемонстрировал, активно размахивая руками, насколько объект привлекателен. Получилось нечто неопределенное и объемное. Размер 120 или больше по нашим российским меркам. Или он приукрасил слегка от избытка чувств? Очень надеюсь на это.

– И не мечтай. В офицерскую
Страница 7 из 18

половину базы нам вход запрещен. Да и не сунешься к ней, меньше, чем с сотней кредов. Охранники судачили вчера – я подслушал.

– Может они от зависти? Наговаривают на бедную девушку, которая им отказала, – мечтательно вздохнул, представляя сто кредитов на своем счету. Это же, сколько скумбрии можно купить за раз!

– Уважаемый инженер-химик, – прервал мое путешествие в мир грез ехидный старик. – Вы не рассказали, для чего вам слава великого самогоновара?

Последнее слово меня чуть не вывернуло наизнанку – кто этот переводчик программировал? Вспомнил, что это мой собственный мозг так чудит и решил не критиковать его попусту, за неимением достойной альтернативы, так сказать.

– Это первая часть плана. Следующий этап начнется завтра, но для начала нам надо арендовать ещё один шкаф для хранения.

Каждому работнику полагается отдельный ящик для хранения личных вещей. Высотой чуть больше метра, шириной и глубиной вполовину меньше. Закрывается механическим замком – хлипким на вид, и предназначенным, скорее для морального спокойствия владельца, чем для реальной защиты от кражи. Плата символическая – полкреда в неделю. Стоит пояснить, что в неделе здесь восемь дней, а месяц состоит из трех восьмидневок. Сколько длятся сутки я так и не смог определить. По ощущениям – заметно длиннее земных, хотя проверить это никак не получится.

– Ещё одна глупая трата. Пользуйся моим, если тебе так надо – он все равно пустой почти. Зачем деньгами разбрасываться? – опять завел свою шарманку экономный Пкуб.

– Все правильно! Окружающие будут думать в точности так же. И резонно зададутся вопросом, зачем ему тратить деньги? Но не это главное! Мы этот шкаф ограбим! Представляешь, какой ажиотаж вызовет эта новость?

Пкуб задумчиво потер нос и вынужденно согласился:

– Соглашусь. Это будет очень необычно и непонятно. Начинаю подозревать, что ты не спятил от переедания двойного пайка, а действительно придумал какой-то сумасшедший план. И что же будет в этом шкафу?

– Древесина хлоя! – торжественно озвучил я ключевое звено своего плана.

– Три кометы мне в почки! Ты все же спятил от переедания.

Понять его можно – кроме сверхпрочной коры и ценной кочерыжки, хлой внутри заполнен древесиной, или «копрой» – твердой, как камень и полностью бесполезной в хозяйстве. Содержание наркоты, в отличие от стержня, в ней ничтожное, и поэтому её обычно просто выбрасывают.

Заявить, что именно копру мы будем сбывать, как ценный ресурс – это примерно, то же самое, что объявить о распродаже песка бедуинам посреди пустыни. Более абсурдное, трудно что-либо представить.

– Ты не прав, Пкуб. Во-первых: добыть копру весьма непросто! И это важное преимущество для уникального торгового предложения. В отличие от песка, древесина хлоя не так доступна – требуется вскрыть кактус, а это не так просто. Во-вторых: у нас монополия на добычу этого материала, пусть он и побочный результат нашего труда. И не надо так страдальчески морщиться – мы монополисты, и кроме нас никто её больше не добудет! Так?

– Пусть так. Но ведь он никому даром не нужен!

– Это раньше он был не нужен. А теперь из достоверных источников, близких к телу единственного инженера-химика станет известно, что на некоторых планетах эту дрянь, извиняюсь, прелесть, перерабатывают и стоит она весьма дорого.

– Так они тебе и поверят на слово, – резонно усомнился в моих талантах напарник.

– Если такое скажу вслух – могут не поверить. Поэтому я буду, наоборот, категорически это отрицать. Никого не надо убеждать – люди сами с этой задачей справятся лучше меня, домыслив, все что надо. Мы лишь предоставим повод для этого.

Мне и самому эта копра не нравится, как эксклюзивный товар – слишком много её добывается и выбрасывается. Но деваться некуда – ничего другого, более подходящего для этой аферы, в наличии нет.

Уанья выслушал нас с невозмутимым видом – посвящать во все детали плана мы посчитали излишним, во избежание утечки информации, и поэтому наша идея со стороны выглядит достаточно дико.

– И зачем нам это?

– Ходят слухи, что она тоже стоит денег, – я многозначительно подмигнул, намекая на прекрасные перспективы.

Уанья сильно озадачился. Весь его жизненный опыт на этой планете говорил об обратном.

– Даже если слухи не подтвердятся – мы ничего не теряем. Но лучше подстраховаться и взять все запасы под свой контроль. Соберем и спрячем в укромном месте. Зато потом можем торговаться на своих условиях. Такой шанс нельзя упускать.

Бывший контрабандист почесал затылок, потом дернул себя за ухо, что означало высшую степень задумчивости, и согласился.

– Ты прав. Даже если это глупые сплетни – подстраховаться мы обязаны.

Глава 4

– А ну стоять! Что в мешке?

Проверка на входе в шлюз обычно формальная. Ну что можно принести из пустыни, кроме пары килограммов песка за шиворотом? Однако в этот раз, охрана явно заинтересовалась содержимым моего баула – да и трудно не обратить внимание на чувал размером с кресло.

– Дерево для личных нужд. Имею полное право.

Ответ не удовлетворил стража крепостных ворот, содержимое мешка вываливают прямо на землю.

– Меферакс штыля, – непереводимое словосочетание на чужом языке, судя по интонации, выражает недоумение и неодобрение. – Что за …?

Вызвали начальника смены, потом медбрата Зифа. И только после его разъяснения фельдшера, что это действительно обычная древесина, не содержащая бетаруксонлкоида (с первого раза не выговоришь) меня пропустили, проводив тяжелыми недоверчивыми взглядами.

Следующие два дня картина повторялась в точности, разве, что без вызова начальства обошлось. Но проверяли мой мешок и меня заодно с изрядной тщательностью. Не найдя ничего отпускали, злобно шипя в спину.

Слухи уже начали гулять по базе, и множество взглядов преследовали меня теперь повсюду. Я же и не думал скрываться, укладывая куски копры и поленья в арендованный сундук у всех на глазах. Пусть любуются и гадают, зачем мне это понадобилось. Добавило сумятицы новое требование к новичкам – сдавать всю копру нашему «обсчеству». Деваться им некуда – без наших стержней они план не сделают, однако отдавать бесплатно – кому понравится? Даже если ты это раньше просто выбрасывал.

С другими сообществами старожилов договорились полюбовно, правда, только после того, как оприходовали все старые бесхозные запасы копры в свою пользу.

– Продаем копру базе только по согласованным ценам, – выставил ультиматум, офанаревшим от такого счастья, коллегам.

Вся подготовительная фаза проведена, пришло время кульминации. Ночью мой склад, как и планировалось, обчистили, выломав хлипкую дверцу. Вся запасенная древесина исчезла без следа. Да и откуда ему взяться, этому следу, если всю копру мы заранее спустили в утилизатор, а Пкуб, пока я изображал спящего, взламывал уже пустой ящик.

На следующее утро вся наша половина базы знала, что у новичка увели почти центнер ценнейшей копры.

– Почему обнесли? А потому, что древесина – она почти, как стержевина, только надо знать, как её обрабатывать. Химик – не дурак, сразу сообразил – что значит, профессионал! А какую он
Страница 8 из 18

«прэльэсть» из обычных брикетов гонит – словами не передать! – примерно так рассуждали окружающие, но я об этом мог лишь догадываться.

Масла в огонь подлило странное происшествие. После окончания смены, к охраннику на грузовике подошел один из заключенных и предложил тайно провезти на базу несколько килограммов целлюлозы хлоя. И что самое удивительное, пообещал заплатить пять «скумбрий» за это! На вопрос, почему он сам не может пронести, причем совершенно бесплатно, зэк, испуганно оглянувшись по сторонам, сообщил, что профсоюз, будь он съеден пилобрюхом, запретил вынос и продажу древесины в индивидуальном порядке. Может и не такими интеллигентными словами, а более простыми, народными, но суть от этого не меняется.

Штрейкбрехера выловили тем же вечером и хорошенько пропесочили, изъяв контрабанду и оштрафовав в пользу профсоюза на те же пять скумбрий, но джин уже был выпущен из бутылки.

Впрочем, обвиняемый не сильно расстроился – скумбрии для подкупа охранника ему выдал Уанья, а штраф никто и не собирался с него брать, поскольку товарищ выполнял ответственное задание по просьбе руководства профсоюза. Забыл упомянуть, что мы только что создали эту прекрасную организацию, хотя сама мысль отстаивать свои интересы в противостоянии с администрацией и охраной привела народ в замешательство.

– Посадят в карцер руководство и паек сократят, – все участники первого профессионального объедения наркозаготовителей Чужих планет единодушны. Предсказать самую очевидную реакцию начальства не трудно.

– И норму поднимут в наказание, – дополнил кто-то из задних рядов. Передние ряды согласились и с этим предположением.

Отдуваться пришлось мне, как идейному вдохновителю.

– Во-первых: всех в карцер не посадишь, план по заготовке никто не отменял. Через месяц придет транспорт, и с нашего начальства шкуру спустят и премии лишат, если они не загрузят в трюм требуемое количество тонн стержней хлоя. Сразу скажу, что арестанты на все время заключения получают оплату из общей кассы в размере полторы нормы в сутки.

– Я не против, пусть меня сажают! – тут же объявился первый доброволец. На него дружно шикнули и решили выбирать сидельцев по жребию.

– Второй пункт. Продавать древесину можно только с разрешения профсоюза, чтобы не сбивать цену. Все понятно?

Почему-то именно этот пункт вызвал особо ожесточенные споры. Одно из сообществ потребовало себе право торговать самостоятельно. Но Уанья быстро поставил их на место.

– Только попробуйте. У нас столько древесины, что мы можем обрушить цены почти до нуля. Если вы попробуете продать её самостоятельно, то перебьем ваш ценник и предложим вдвое дешевле. И если вы снизите вслед за нами – то мы ещё в два раза упадем в цене. И так будет до того момента, пока вы сами не откажетесь от этой идеи. Выбирайте: либо продаете через нас по пять кредов за пудовую унцию, либо отдаете охранникам почти даром за просроченные пайки.

– Сколько?!! Пять кредов? – собрание акционеров пораженно выдохнуло. – Это же дороже, чем хлой!

– Не совсем так. Вы сравниваете с расценками для работяг, а рыночная цена на хлой в тысячи раз выше. Поэтому пять кредов за унцию – это очень дешево. К тому же у древесины есть очень важное преимущество в сравнении со стрежнями хлоя – она не учитывается Контролером, и нет никаких ограничений на её вывоз с планеты! В принципе, любой из нас может вывезти хоть тонну древесины и это будет абсолютно законно. Тоже самое, могут сделать вольнонаемные работники базы, если, конечно, смогут добыть эту древесину своими нежными ручками. Впрочем, они могут купить у нас.

Последняя часть моего обращения рассчитана на охранников и сотрудников базы – наверняка, эта информация через пару часов дойдет до их ушей.

В конце концом пришли к согласию.

– Ты не ответил на вопрос, что мы будем делать, если начальство не пойдет на уступки? – подошел ко мне Уанья после того, как делегаты первого съезда профсоюзов разошлись.

– Согласятся, никуда не денутся. Запаса пайков, который мы создали, хватит на две недели, а если экономить, то даже дольше. Но это не потребуется. Транспортник ждать не будет.

– Твоими руками, да пайки раздавать, – привел Уанья красивое образное сравнение из лагерного фольклора. – А если комендант Зодд не дурак, и, например, потребует норму древесиной сдавать? Что тогда делать будешь?

Комендант – это тот здоровый тип в броне, который встречал нас в день прибытия.

– Не имеет права. Только Контролер может изменить норму выработки, а древесины нет в списке, добываемого на этой планете. Изменить список утвержденный Компанией никто не может. Так, что если Зодд попробует это сделать, то можно его смело посылать …за официальным распоряжением Контролера. А его он никогда не получит!

– Следующий этап – укрепление реального обменного курса. Пока наша деревянная валюта имеет чисто виртуальную стоимость, да и то не слишком высокую.

Де жа вю какое-то. Чувствую себя председателем Банка России в момент очередного обвала рубля. Нет, ну надо же – и здесь деревянный!

– И как это сделать? – всем своим видом Уанья выражает отсутствие энтузиазма и продуктивных идей.

– Прежде всего, можно выдавать часть заработка работягам, то есть самим себе. Но не самой копрой, а расписками на право её продажи. Этим мы немного наполним бюджет профсоюза реальными кредами, которые сэкономим на ежедневных выплатах. Так сказать, создадим личные накопительные деревянные счета.

Не, ну точно, чувствую себя председателем правительства РФ или беглым Мавроди, впрочем, одно другому не мешает.

Старый контрабандист в отчаянье хватается за голову.

– У меня сейчас мозги закипят! Ты можешь нормально сказать, зачем зэкам дерево вместо денег?

– Если мы сами станем относиться к целлюлозе хлоя, как ценному ресурсу, то окружающие тоже станут её так воспринимать. Берут же охранники взятки скумбрией вместо денег – чем наша валюта хуже? Вопрос риторический. Она – лучше! Она дает шанс заработать в сто раз больше, или даже в тысячу! Это устроители лотереи знают, что выигрыша в ней нет, а все участвующие наоборот очень на это надеются.

– Ты хочешь обмануть общество, да ещё и меня втянул? – насупился бывалый зэк, оскорбленный до глубины души.

– Вот ещё! Наоборот, я хочу, чтобы мы вместе заработали. А в нужный момент древесины хлоя просто не окажется у нас на руках – мы от неё избавимся, получив взамен вполне реальные деньги.

– Плачет по тебе карцер, – сделал оптимистичный вывод Уанья.

– Постепенно начинаем вводить наш деревянный кред в повседневный оборот. Например, за перевозку в грузовике можно предложить охранникам половину унции в день. Типа с хорошей скидкой.

– Думаешь, возьмут? И куда им его девать?

Могут и не взять, не настолько мощная и длительная у нас была пиар-компания, но расстраивать компаньона не спешу.

– С руками оторвут, и ещё попросят. Но, чтобы наверняка, нужен последний убедительный пример. Как думаешь, если ЙЙоссо возьмет копру в оплату – это произведет на них впечатление?

– Тогда чего стоим, кого ждем?

Кладовщик встречает нас без особой радости,
Страница 9 из 18

после обильной трапезы ему просто лень что-то делать, куда-то идти.

– Если меньше пяти кредов, то лавка закрыта. Приходите завтра.

– Дело на двести кредов. Или больше, если договоримся.

Толстяк мгновенно преобразился, вскочил словно мячик – и куда исчезла сонливость и вялость.

– Не шутите?

Уанья загадочно молчит – он здесь для представительности, переговорщиком отрабатываю я.

– Разве такими суммами шутят? – в свою очередь задаю встречный вопрос.

Ййосо соглашается, в нетерпении потирая руки.

– Нам нужно три десятка виброножей.

Продавец разочарованно сдулся, лицо его приняло кислое печальное выражение.

– Я-то думал, а они вон о чем. Нет ножей. Точнее, нет работающих ножей. Последний вам же отдал позавчера.

– Мы в курсе. Нам сойдут и такие. Но вместе с батареями.

– Это можно, – прояснилась физиономия спекулянта, продающего нам то, что и так положено выдать бесплатно. Точнее, то, за что с нас деньги все равно вычитают. – Двести скумбрий и можете три недели не возвращать. Кредами не возьму – сами понимаете, Контролер он не спит.

Очень важный момент, что он сам предложил оплату мимо кассы, впрочем ничего другого я не ожидал, и на этом построен наш план.

– Хорошо. Цена нас устраивает. Но оплатим мы деревом хлоя.

Несколько секунд до Ййосо не доходит смысл предложения, потом он пытается отказаться, но мы не уступчивы и стоим до последнего. Конечно же ему неохота связываться с древесиной, однако отказаться от внезапной халявы тоже выше его сил.

– И куда я дену эту древесину? – возмущается недовольный прохиндей.

– Продашь на ближайшей планете. Вывозить её не запрещено, а прибыль сумасшедшая. Пару тысяч ты легко выручишь, а если найдешь выход на прямых покупателей, то и десять срубишь. Тем более, мы тебе скидку сделаем. Не по пять кредов за унцию посчитаем, а по четыре с половиной!

– Дороже, чем по четыре не возьму! – резко сбил цену кровопийца.

Сошлись на четырех с четвертью.

– Договорились. Однако у нас небольшая просьба. Боюсь, по шесть кредов за унцию у нас никто её брать не будет, если узнает, что мы так дешево отдали. Если кто спросит невзначай, то мы по пять и пять отдали.

– И с техником сами договаривайтесь, чтобы зарядил. Меня не просите – он все одно в запое вторую неделю. И вообще трафика энергии лишнего нет – он же солнечные панели не развернул, так что не знаю, где вы заряжать будете.

Вот же гад, получил оплату и только после этого сообщил, что продал нам абсолютно бесполезный инструмент. Впрочем, задача была другой и мы её выполнили. Однако, виброножи нам тоже нужны позарез, извиняюсь за невольный каламбур. Нашествие крыс начнется со дня на день. Говорят, уже видели отдельных особей.

С алкоголиком-техником дело оказалось даже хуже, чем мы думали. Как ранее упоминал, база разделена на две части: для вольнонаемного персонала и для кредитных заключенных. По закону подлости, нужный нам организм оказался на той половине, куда нам вход запрещен. Кроме того выяснилась и причина всех наших бед. По штату положены два техника по энергооборудованию, а на базе оказался только один, да и тот – лодырь и бездельник, хоть это и синонимы.

Так вот, этот пропойца и подложил нам свинью – жирную и упитанную. Пользуясь ситуацией, он убрал из своих обязанностей самую тяжелую и неблагодарную работу, оправдываясь перед начальством, что работы вдвое больше положенного. И главной жертвой такого отношения стал наш сектор базы. Энергии он получает всего 13% от положенного! Что впритык едва-едва хватает для поддержания нормальной жизнедеятельности и очистке атмосферы.

Если бы не это, то за скромную взятку мы бы без проблем зарядили все наши аккумуляторы для виброножей. Но в данный момент в нашей части базы всего три точки зарядки, и они заняты круглые сутки местной аристократией из охраны и кладовщиков. Даже им приходится занимать очередь за сутки, чтобы воспользоваться розеткой – куда уж тут нам пролезть, тем более с таким количеством батареек. Одну бы зарядить за деньги – и то счастье.

Стоит пояснить, что основную энергию база получает от местной звезды – такого же, как у нас желтого карлика, посредством огромных солнечных батарей, развернутых рядом. Впрочем, название «солнечные» здесь и сейчас – явный анахронизм, а сами «батареи» – это огромные невесомые конструкции из тончайшей светопоглощающей пленки, которая и вырабатывает электричество. Задача техника – развернуть эту конструкцию, похожую на гигантский парус, закрепить якорем и подсоединить кабель. Всё! Конструкция самораспаковывается, трудовые затраты минимальны, и вся операция выполняется за один раз по прибытии. Так нет же – этот гад за три месяца, что он здесь находится, не удосужился этого сделать. И выманить его, чтобы предложить взятку за подсоединение никак не выходит, и даже посредника найти не получается.

Глава 5

– С этим надо что-то делать.

Пкуб, Уанья мрачно кивают в знак согласия. Ситуация вышла из-под контроля. Нашествие проклятых крыс спутало все наши карты. Четверо серьезно покусанных, один погибший. План по заготовке рухнул, работать в таких условиях практически невозможно. В наличии всего три действующих виброножа, а этого хватает лишь, чтобы отбиться от небольшой стаи и сбежать под защиту грузовика. К слову, все из-за той же нехватки энергии, второй джип не может выехать с нами в качестве усиления. Один алкаш – а сколько из-за него проблем!

Поодиночке силикатные крысы не очень опасны, только когда стая большая. Но даже тогда можно отбиться, если ты вооружен – стоит зацепить или ранить хвостатую тварь, как товарки набрасываются на неё и разрывают на куски. Пара удачных взмахов и начинается свалка, где они грызут сами себя. Внешне силикаты напоминают скорее не крыс, а ящериц, только о шести лапах и необычно длинным хвостом. На спине гребень из тонких длинных игл – здесь вся местная флора и фауна на шипы богата.

Есть ещё один способ – бросить крысам пару кусков хлоя, но у этого метода есть серьезный недостаток – если силикатные гады его распробуют, то остановить их уже невозможно, крысы впадают в бешенство, и остается только бежать побыстрее оттуда. Плохо то, что распробовав хлоя, стая уже не уйдет с этого места – так и будет крутиться вокруг несколько дней. Для нашего рабочего процесса – самое оно.

– Если мы не можем попасть к нему, то сделаем так, чтобы он сам пришел к нам! Это я про техника-бездельника. Сделаем так…

План был признан сумасшедшим, но принят к исполнению. Пока не грянула война с администрацией, мне нужно научиться читать и писать, поэтому мой путь лежит к медбрату. Рекомендации у меня есть, формальное разрешение потратить сорок унций древесины со своего личного счета получено без проблем – для пользы дела, опять же. Ведь я убивают двух зайцев сразу – получаю знания и увеличиваю денежный оборот древесины внутри базы, хотя и звучит это странно.

Может медбрат и не согласился на оплату деревом, если бы, не неожиданное осложнение – нужных мне блоков данных на базе не оказалось. То есть, вообще!

– Зачем же обещал? – всерьез расстроился я.

Так и придется жить безграмотным
Страница 10 из 18

неучем – вот ведь, засада.

– Думал в офицерском медблоке раздобуду, а оказывается редкость большая, только на заселенных планетах, или там где рабами торгуют. Здесь-то она зачем нужна?

– Неужели ничего нельзя сделать? Может заказать с транспортом? – попытался ухватиться за соломинку.

– Гм. Даже если неофициально, в обход Контролера, выйдет не меньше тысячи кредов. Но я не представляю, как и с кем договариваться. Экипаж может быть другим, а задаток придется отдавать сразу, и не факт, что они найдут требуемое. Транспорт с хлоем явно не на планету не идет, а на перевалочную базу, где-нибудь на астероидах или на орбите перегружается.

Но оказалось не все так плохо, как думалось.

Жажда халявной наживы творит чудеса, что и подтвердилось в случае с братом Зуфи. Мне был предложен альтернативный план обучения, или скорее, извращенный.

– У меня есть обучающая «прога» для стажеров. Сама по себе, для тебя она бесполезна, но в неё заложена ассоциативная база по профессиональным терминам и названиям, – увидев мои стекленеющие глаза, экспериметатор-самоучка, пояснил. – Принцип действия немного другой, но читать ты сможешь.

– В чем подвох? – сразу насторожился опытный кролик в моем лице.

– Читать ты сможешь, но не сразу и не в полном объеме, – немного помявшись, добавил. – И только медицинские тексты.

– ???

– Прога… она для стажера-фельдшера. Не переживай, со временем начнешь понимать и все остальное – только читать надо больше, тренироваться.

– А кто-нибудь до меня такое пробовал? И каковы результаты?

– Об этом не беспокойся – сертификат три звезды, производство корпорации «ХТТГО» с Фобскурана. Сам пользуюсь их прогами – никаких нареканий!

Как-то неожиданно, а с другой стороны, куда деваться?

– По другой специализации проги у тебя нет? – как-то не очень мне улыбается полгода зубрить анатомию и устройство медкапсулы.

– Есть прога «электрик-энергетик». Сертификат – две звезды, да и те сомнения вызывают. Производитель – понятия не имею, кто. Осталось от техника, которого пилобрюх загрыз.

– Чего он у себя в медблоке не учился?

– Дык, дорого же официально. А здесь по знакомству – быстро и качественно.

Насчет качественно – это он явно себе польстил. Но выбирать особо не из чего.

– Давай техника – хоть какая-то польза. Даю сорок унций. По официальному курсу это как раз двести кредов.

– Чего это, по официальному? – возмутился эскулап. – Какая мне тогда выгода? Лучше кредитами – так надежнее.

А вот это в мои планы никак не входит.

– Не хочешь – не бери. Только учти, что транспорт уже скоро! А это, значит, что?

– Понятия не имею, и что это должно означать? – пожал плечами медбрат.

– Чем ближе прилет, тем выше курс обмена! Через неделю он будет не меньше семи, а за пару дней до приземления и по десять-пятнадцать не найдешь!

В голове у продавца от медицины тут же зашевелились шестеренки, причем в правильном направлении. Тут он внимательно посмотрел на меня и усмехнулся.

– Ты забыл упомянуть – какой будет курс на следующий день после отлета транспорта!

Смотри-ка, быстро соображает.

– Думаю три-четыре креда за унцию. Дешевле никак не упадет – ведь транспорт не последний, через два месяца следующий прилетит, – и подмигнул в ответ. – Но ведь умный человек не будет ждать отлета, а сдаст весь товар заранее? На то он и умный!

– По четыре возьму.

– Сорок две унции – мое последнее слово, у меня лимит, больше все одно не дам. За неделю до прилета ты их легко скинешь за четыреста-пятьсот кредов, а если выдержки хватит, то за пару дней до спуска вдвое больше получишь. Или не получишь – тебе решать, рисковать или нет.

– Черная дыра с тобой! Согласен. Залезай в капсулу.

Как оказалось, потомок Гиппократа, все же надул меня, в некотором смысле. Загрузка в память этой проги напрямую не предусмотрена, только после установки основной «базовой» версии.

Это как установить на комп патч, без самой игры! Дополнение есть, а основы – нет!

В результате два дня страшной головной боли, две бессонные ночи в подарок и полезный эффект, практически не отличимый от абсолютного нуля. Разве, что отдельные слова на экране через пятый-десятый раз понимаю.

– Так и должно быть, – уверил меня фельшер и по совместительству аферист. – Читай больше и через полгода смело можешь идти сдать тест на гражданство в какой-нибудь окраинной Деспотии.

По всей видимости, в этих окраинных деспотиях для сдачи теста достаточно прочитать название планеты и гражданство получишь автоматически. Только этим я могу объяснить оптимизм брата-фельдшера.

– Это тебе в качестве бонуса! – торжественно вручает …инструкцию по замене аккумуляторов и техническому обслуживанию гравиплатформ.

Издевается что ли? Где он здесь хоть одну такую платформу видел? Вот же написано, что они только в условиях космических чего-то-там… Написано?!! Я прочитал это и даже почти все понял?

Брат Зуфи довольно улыбается:

– А ты не верил!

Хоть одна хорошая новость, поскольку все остальные плохие. Обстановка резко накалилась. Крысы теперь повсюду, даже в окрестностях базы появляются, а в районе вырубки они просто кишмя кишат. План выполняем, но с огромным трудом – количество покусанных растет с каждым днем, и начальство стало проявлять интерес к древесине хлоя, пока вялый, но с тенденцией к усилению. Надо срочно выманивать техника – иначе нам труба. Как-то все не слишком удачно наложилось.

– Что в ящике? – охранник явно заинтересовался нашим грузом.

Не удивительно – странные скребущие звуки, которые раздаются внутри коробки, любого насторожат.

– Только не открывай. Там силикатные крысы – могут покусать! – невозмутимо ответствует Пкуб.

– Вы спятили? – отшатывается от него, как от прокаженного, охранник. – Зачем вам крыса?

– Её можно зажарить и съесть. Шутка, – быстро дополняет юморист, пока слушатели не вышли из шока и не накостыляли от души. – Мы будем выводить крысиного короля!

Потом долго и подробно описывает технологию выращивания каннибала-суперкрысоеда. Идею подсказал я, вспомнив байки об истреблении мышей и крыс на корабле. Сажаем несколько штук в одно ведро или клетку, после чего не кормим их неделю, пока они друг друга не начнут грызть. Самая сильная крыса в результате съедает всех остальных, после чего добавляют следующую партию, и опять их не кормим, чтобы они друг друга жрали. В итоге, в конце остается только самый сильный и ловкий крыс, причем привыкший питаться только крысиным мясом. Для ускорения отбора можно проводить параллельный процесс в двух или трех клетках одновременно. Конечно же, в реальности вывести Кинг-крысу таким способом невозможно, либо на это потребуется несколько месяцев, но нам это и не нужно! Это всего лишь пиар-акция или операция прикрытия.

Нам нужна официальная причина для выхода наружу, и убедительный способ решения проблемы с крысами. Внутри базы держать крыс в оптовых количествах, нам никто не позволит ни за какие деньги, а снаружи – за мзду малую – почему бы и нет? Нам это и требуется.

– Хорошо, вырастите вы этого монстра. А потом он куда денется?

– У нас на корабле
Страница 11 из 18

ему вшивали под шкуру нанокапсулу с ядом. После того, как он всех выловит – посылаешь радиосигнал, мембрана растворяется, и крыса тут же умирает, – вдохновенно вешает лапшу слушателям на уши Пкуб.

Как и ожидалось, идею нашу охранники одобрили – крысы их тоже достали, тем более, что за развлечение им ещё и платят.

На самом деле, хвостатые инопланетные ящерицы нам нужны для диверсии! Чтобы перегрызть парочку электрических кабелей. И тогда нашему неуловимому технику хочешь не хочешь придется появиться для устранения аварии.

Просто так нанести ущерб имуществу компании мы не можем – нас мгновенно вычислят, засадят в карцер и оштрафуют на астрономическую сумму. Поэтому все улики должны указывать на местную живность. Крошечная проблема – жрать пластик местные твари не желают никак. Ну, не входит он в их природный рацион.

Но и эта задача решена находчивым эмигрантом с Земли, то есть мной. Собственно, технология ловли крыс уже давала подсказку. Стоило в клетку сунуть кусочек сердцевины хлоя, как там почти мгновенно появлялась заветная крыса.

Технология проведения диверсии:

Обильно натираешь кабель хлоем.

Выпускаешь крыс на некотором расстоянии, чтобы был запас по времени.

Пока крысы добегут и прогрызут оплетку кабеля, возвращаешься в блок.

Короткое замыкание. Половина базы без электричества.

К чести коменданта, пистон технику он вставил быстро и качественно – через два часа свет в блоках появился вновь. Но на следующий день ситуация повторилась в точности, только погрызенных кабелей оказалось три. Свет на базе появился лишь под утро – по счастливой случайности, пострадала только офицерская половина. Случайное совпадение, не иначе!

Один день перерыва и новый рекорд – четыре кабеля оборваны! По слухам техник, даже перестал пить, но это мало помогло. Пора и нам появится на сцене.

– Ййоси! Не хочешь заработать?

– Разве я похож на человека, которому не нужны деньги? – ответил вопросом на вопрос владелец торгового предприятия.

– Ты же в курсе, что творится с энергоснабжением в последнее время?

– Эти крысы уже всех достали, – согласился Ййоси с наличием проблемы. – У меня морозилка потекла – полбаллона криопены как не бывало!

– У нас есть решение проблемы. Кинг-крыса – мы её две недели выращивали. Берегли для себя, но для общего дела готовы пожертвовать.

– Не похож ты на человека, готового пожертвовать хоть что-то кроме песка на условиях самовывоза, – поделился сомнениями наглый торговец. – Неужели вырастили? Ни за что бы ни поверил, что получится! Думал, глупостями занимаетесь, а оно вон как вышло. И что ты хочешь взамен?

– Новый кабель к нашему блоку и розетку.

– А в чем мой интерес? – тут же вспомнил о себе любимом Ййоси.

– Кто-то меня упрекал в жадности и скупердяйстве? – вернул комплимент и добавил уже конкретно по делу. – Половина наполовину. Ты пользуешься столько же времени, сколько и мы.

– Договорились. Надеюсь, ваш монстр не подведет.

Глава 6

Обмен каннибала и чемпиона на кабель произошел на следующий день. Несчастная крыса, незаслуженно получившая такой великолепный титул, была торжественно выпущена и, обезумев от свалившегося счастья, дернула в пустыню на всех своих шести ногах. Только её и видели. Однако миссию свою она выполнила с честью – отключения электричества тут же прекратились.

– Настоящее чудовище вырастили! – красочно расписывал Пкуб благодарным слушателям о героической эпопее. – В последние дни Кингкрыс на меня уже плотоядно косится начал, даже к клетке подходить страшно стало.

Как бы то ни было, свой отдельный кабель мы получили, и проблема с виброножами была успешно решена. К сожалению, радость омрачило событие, давно ожидаемое, впрочем, —администрация проявила интерес к свежим финансово-древесным потокам.

Появился тот самый гнусный тип, канцелярской наружности и зачитал указ коменданта, что вся древесина хлоя подлежит изъятию в пользу …, тут бюрократ замялся, невнятно опустив этот момент и бодро закончил:

– Норма увеличивается. Кроме того, что положено ещё двадцать унций древесины с каждого.

Не мудрствуя лукаво, начальство решило ограбить нас полностью и без особых заморочек.

Толпа встретила сообщение неодобрительным гулом, мы хотя и предвидели такой поворот, но степень жадности и наглости недооценили. Представитель профсоюза, тот которому выпал жребий сидеть в карцере, вышел вперед и твердо заявил наш протест.

– Без официального уведомления Контролера увеличение нормы незаконно. Древесины нет в калькуляции у нормировщика.

– В карцер, – небрежно отмахнулся от него гражданин начальник. – Ещё кто-то хочет возразить?

Усмешка сползла с его физиономии, когда процесс повторился в точности. Второй представитель угнетенного пролетариата произнес то же самое.

– Карцер, на пять суток! – завизжал крысочеловек.

Следом отправился ещё один представитель профсоюза, после чего народ угрюмо разошелся.

– Жалко Кинга выпустили, он бы тебе показал! – крикнул кто-то из толпы, и народ дружно заржал. Сходство с крысой отметили все, и не только внешнее.

На следующий день план по заготовке хлоя рухнул, классическим стремительным домкратом. Древесины не сдали ни одной унции, стержней в три зама меньше, чем накануне.

– Итальянская забастовка. На работу ходим, делаем вид, что трудимся, а в результате – пшик, – разъяснил я политику партии на современном этапе.

Следующая смена дала результат впятеро меньший от обычного. Не сказать, что бездельничали – вполне себе вкалывали, только почти ничего не сдавали. Заготовляли дрова, зачищали территорию от силикатных ящериц. Соорудили несколько резервуаров в земле, застелили пленкой и натаскали воды. То есть, кропотливо готовили почву для будущей ударной работы и рекордных показателей.

Ещё раз появился «серый кардинал» – оказывается, он заместитель коменданта по бухгалтерской и хозяйственной части. Посадил ещё двоих в карцер, снизил в очередной раз паек и пообещал сгноить нас всех. После чего ретировался под веселое улюлюканье и крики «Кинг-крыс вернись!».

Для разнообразия следующим вечером мы сдали десятую часть от нормы.

Мрачные нервные охранники отказались нас везти и погнали пешком, что нисколько не испортило нам настроения. Грызя пайки мы затянули веселую песню про Кинг-крыса, который скоро вернется. Стихи мои, музыка народная.

На пятый день наступил перелом. Появился комендант, вместе с заместителем, который имел вид пришибленный и мятый. Похоже, мои предположения оправдались – крысоподобный решил заработать в обход начальства. Задумка была не плохая, поскольку комендант, бравый штурмовик и корсар, тяготился хозяйственными заботами и самоустранился от ведения дел. Если бы не наша итальянская забастовка и скорое прибытие транспорта. Катастрофический провал плана по заготовке скрыть не удалось, и начальство узнало о происходящем.

Не стоит клеветать и наговаривать на коменданта Зодда понапрасну – деньги он тоже любит, и поэтому отказываться от внезапно образовавшейся халявы не стал.

Поэтому предложил простой и гениальный в его понимании план. Мы сдаем
Страница 12 из 18

копру просто так, без всякой отчетности ему коменданту лично, а взамен он снижает норму выработки на стержни хлоя. Неимоверно щедрое предложение, если учесть, что в результате мы получим ту самую норму, которая записана у Контролера! Оказывается, все последнее время мы работали по безбожно заниженным расценкам, а разницу получал в карман тот самый заместитель по тылу.

– Десять унций в день, – подвел итог командор, на крысеныша в этот момент нельзя было вглянуть без слез.

К слову, из карцера выпустить арестованных забыли – впрочем, они остались не в обиде. Полуторный паек и такая же норма им все одно причитается.

– Поздравляю! – Уанья, как всегда, невозмутим лишь в глубине глаз довольные веселые искорки. – Не верил, что твой сумасшедший план сработает! И каковы наши дальнейшие планы?

– Сейчас мы будем стричь купоны. В течение недели мы продаем или меняем большую часть наших запасов. Думаю, что спрос будет высоким и цена резко пойдет вверх – если командор вкладывается в это дело, то разве простой охранник или кладовщик откажется от шанса получить тысячу процентов прибыли, вложив мизерную сумму, в их понимании?

– Почему сейчас? Может лучше придержать? Ты же сам говорил, что к прилету транспортного судна цена поднимется!

– Молодец, уяснил главную мысль. А это означает, что все остальные тоже так думают! На этом и сыграем. Продаем пока цены высокие, через шесть дней они рухнут втрое!

Финансовая математика оказалась слишком сложной для старого контрабандиста, пришлось разъяснять.

– Ровно через шесть дней наш медицинский брат Зуфу публично огласит результат исследований, что копра – бесполезный продукт и от неё нет никакого толка.

Уанья побледнел.

– В таком случае, карцером мы не отделаемся. Вывезут в пустыню и закопают живьем. Может ему заплатить, чтобы не рассказывал?

– Ни в коем случае. Вообще-то это моя идея, а доклад мы вместе сочиняли. И дату выступления я назначил.

– Так это липа? – начал догадываться председатель единственного профсоюза в этой звездной системе. – Но зачем?

– По моим подсчетам на копре мы можем заработать три, максимум четыре тысячи кредов. Даже учитывая, что наша доля в несколько раз выше, чем у обыкновенных членов профсоюза, на каждого из нас приходится по триста кредов.

– Так это же замечательно! Здесь за год и половины этой суммы не накопишь. Да и то растратишь обязательно.

– Триста кредов меня не устраивают категорически. Такими темпами я не выберусь с этой планеты и через десять лет. Афера с копрой может раскрыться в любой момент, и чем это закончиться, ты только что обрисовал. Поэтому валить надо обязательно, а значит, нужны деньги. Так зачем отказываться от них, если они сами в руки текут?

В течение последующих дней ажиотажный спрос на копру загнал цену выше восьми кредов за унцию, и по самым скромным прикидкам мы реализовали почти тонну высококачественной, но абсолютно бесполезной, инопланетной целлюлозы. Это не считая пяти центнеров, сданных в личный фонд коменданта. Все вырученные деньги тут же были конвертированы в натуральную форму – из лавки вымели все! Ййосо, естественно, поднял отпускные цены, но было уже поздно – товар перешел к новым владельцам. Стратегический запас пайков и витаминов достиг двухмесячного уровня, а виброножи появились даже у тех страдальцев, кто норму с трудом выполнял. Комбинезоны на всех – новенькие, прямо со склада, некоторые даже пластиковыми накладками обзавелись – броня так себе, укус пилобрюха не выдержит, но силикатам уже не по зубам. В общем, свой моральный долг перед обществом, я исполнил – пора позаботится о себе.

Гром грянул на шестой день. Брат Зуфу не поленился, известил всех о своем докладе, и к назначенному времени в коридоре, рядом с дежурным постом, собралась жидкая толпа из десятка зевак. Впрочем, медицинский брата не смутился от такого скромный интереса, и правильно сделал – новость распространилась по базе со скоростью пожара на спичной фабрике.

Через два часа не было ни одного человека внутри базы, включая последнего монтажника или оператора, который бы не знал, о том, что древесина хлоя – абсолютно бесполезная, никчемная фигня! А учитывая, что этим «стратегическим» сырьем закупились почти все, разве что, кроме самого командора и, знакомого нам, техника, который блаженно пребывал в стране грез и возлияний, и не подозревал, какой участи избежал.

К вечеру цена на копру упала до двух кредов за унцию – и её никто не хотел брать! Профсоюз временно приостановил продажу до разъяснения ситуации на рынке. Утром обстановка накалилась до предела, взволнованные акционеры МММ пытались продать мякоть хлоя хоть по какой цене, но получалось это не у всех. Спасло от настоящего бунта лишь то обстоятельство, что суммы инвестиций были все же невелики. Это для зэков сотня кредов – целое состояние, а для вольнонаемного – один дневной заработок.

Развязка произошла неожиданно. Кто-то из охранников случайно заметил, как Ййоси тащил два огромных баула в сторону медблока. И вдруг из одной из этих сумок оторвалась ручка, и содержимое вывалилось на пол. К удивлению охранника это оказалась копра. Из медблока выглянул брат Зуфи и быстро помог затащить груз внутрь.

Событие может и прошло бы незамеченным, если бы на сцене не появилась моя персона с сенсационным сообщением.

– В энциклопедии «Палеохимии тау-подобных планет», о которой говорил брат Зуфи – нет статьи о бетаруксонлкоиде на которую он ссылается!

Возбужденная толпа двинулась к медблоку, чтобы выяснить, зачем фельдшеру понадобилась копра, которая, как он утверждает, никому даром не нужна, и почему в энциклопедии нет статьи, на которой основывается его якобы «доклад»!

Брат медикус не стал отрицать, что доклад не настоящий, но, ни капли раскаянья не проявил.

– Научных данных подтверждающих ценность древесинных хлоя нет!

Может ему и удалось отбрехаться, но в этот момент появился ещё один персонаж с мешком, в котором при досмотре была обнаружена все та же копра. Пойманный и не думал отрицать и сразу признался, что принес её на продажу.

– Мастер Зуфи обещал по пять кредов за унцию взять!

Обернувшись, народ обнаружил, что брат фельдшер исчез за пленочной «дверью» и забаррикадировался.

– Ничего не докажите! И вообще, скупка древесина не запрещена!

Цена на копру взлетела к десяти.

До прилета транспортника осталась неделя.

Разбудил меня странный шум, похожий на отдаленный раскат грома. Судя по темноте, время подъема ещё не наступило, хотя на соседних койках, судя по приглушенным ругательствам, тоже проснулись. Кто-то крайний попытался включить освещение, однако это простейшее действие почему-то не получилось. Свет не зажегся.

– Здесь грозы бывают? – поинтересовался в темноту, в том направлении, где, по идее, должен находится Пкуб.

Мой товарищ, словно привидение, неожиданно оказался с другой стороны и, волнуясь, срывающимся голосом, тихо прошептал:

– Вад, двухвост меня побери, если ошибаюсь – это не гроза и не гром. Это кое-что похуже.

– Наш техник с перепоя упал на провода и устроил глобальное короткое замыкание, оставив
Страница 13 из 18

базу без электричества? – самое очевидное и простое объяснение, обычно самое верное. И чего он так разволновался.

– Может и так, но ты упустил ещё одно обстоятельство. До спуска транспортника осталось двое суток. И это все меняет.

– А это здесь причем? Корабль прилетел раньше? – искренне удивился я, не улавливая логической связи.

– В данный момент на базе находится максимальное количество хлоя. Даже если его раньше ради предосторожности хранили в каком-нибудь секретном хранилище, то сейчас его весь перевезли сюда. По самым скромным прикидкам рыночная стоимость такой партии хлоя несколько миллионов кредов. И все это здесь и практически без охраны.

– Как это без охраны? А наши бравые вояки?

– Против серьезного штурмового отряда при поддержке бронетехники наши конвоиры не продержатся и полчаса.

– К чему ты это все? – как-то меня начинает напрягать направление беседы.

– Судя по звуку – орудие среднего калибра. Могу поспорить, что первым выстрелом снесли вышку гиперсвязи. Чтобы мы уже никому и ничего не успели сообщить.

– Вот же, кря! – только и осталось, что ругаться в темноту. – Чего сидим, кого ждем? Валить отсюда надо, пока нас всех не накрыло.

Выбраться из кубрика удалось без труда, а дальше пройти не смогли – все выходы заблокированы, вооруженные и облаченные в броню охранники лишь цыкнули на нас с Пкубом, чтобы не мешались под ногами, пообещав засадить в карцер для полного счастья.

– Что будем делать? – включилось аварийное тусклое освещение, но светлее на душе от этого не стало.

– Нужно выбираться через гражданскую секцию, но без проводника мы выход сами не найдем.

На наше счастье Ййосо оказался на месте. Несколько раз переспросив, открыл вход и впустил нас, не забыв выглянуть в коридор и убедиться, что хвоста нет.

Предложение свалить с базы он принял без возражения, лишь попросил пару минут на сборы.

Через мгновение снаружи опять что-то грохнуло, стены дрогнули, освещение опять выключилось.

Пришлось пробираться в полной темноте, освещая путь фонариком.

К сожалению, удача отвернулась от нас – на очередном повороте нас повязали, не забыв настучать по ребрам прикладами и сапогами для профилактики. Потом долго тащили по каким-то коридорам, пока не представили пред грозные очи командора.

От немедленной расправы нас спасло чудо – один из бойцов срочно позвал командора к экрану.

– Корранский планетарный штурмовик, и два тяжелых бронехода. Это то, что мы смогли определить. Работает мощный генератор помех – ничего больше не разобрать, – судя по всему, сейчас мы наблюдаем подготовку к штурму.

– Нам и этого с гарантией хватит для того, чтобы отправится в Сияющие Чертоги! – мрачно произнес командор Зедд.

– Получено уведомление от неопределенного абонента. Вывести на экран? – сообщил оператор.

Прочитав сообщение, командор смачно и не без изящества выругался.

– Требуют отдать им весь хлой. Взамен обещают не трогать базу и всех. кто в ней находится.

– Может, отдадим, ведь у нас нет никаких шансов, – заместитель по финансовой части тоже здесь оказывается. И ожидаемо в первых рядах капитулянтов.

– Если мы отдадим груз, то через неделю будем на месте этих животных, – некстати вспомнил о нашем существовании начальник базы. – С кредитным долгом на полвека. Компания все, до последнего креда, повесит нам на шею.

– Повесит? – слово не пришлось командору по вкусу. – Может лучше повесить? Этих двоих, например. Как дезертиров?

Что примечательно, Ййосо выбыл из числа будущих обладателей пенькового галстука, поскольку вольнонаемный.

– Не надо нас вешать – это непрактично и неразумно. Поскольку только мы можем решить все ваши проблемы.

Удивились все: и командор, и Пкуб, и даже я, поскольку понятия не имел, каким образом можно выполнить это обещание. Однако альтернатива закончить путешествие по галактике подвешенным за шею, в богом забытой дыре, в окружении зэков и кактусов, показалась мне безвкусной и несовершенной с эстетической точки зрения. Категорически протестую – это вульгарно, пошло и некрасиво.

– Но сразу предупреждаю, бесплатно спасать ваши шкуры я не буду!

Оторопев от такой наглости, камрад Зедд предложил все же повесить меня.

– Ну и напрасно. Не стоить экономить по пустякам. Какие-то жалкие шесть тысяч мне за то, что я сберегу вам несколько миллионов? Да это просто даром! Плюс билет до ближайшей населенной планеты на транспортнике. В качестве бонуса.

– Мне нравится этот проходимец, – неожиданно усмехнулся Зедд. – И как же ты убедишь этих милых людей на бронеходах, что им не нужен хлой, и они зря сюда притащились?

– Деньги вперед. Шесть тысяч. Вы прямо сейчас закрываете мой кредитный договор и под запись гарантируете мне билет на ближайший транспорт, если грабители уберутся с планеты, оставив здесь все запасы сердцевины хлоя.

– Хорошо. Я закрываю твой кредит прямо сейчас. Но если ты не выполнишь обещание, то обещаю, что смерть твоя будет долгой и мучительной. А кредит в случае гибели так и так закрыть пришлось бы.

– Договорились.

Несколько минут ожидания, пока оператор регистрирует изменение моих данных у Контролера и долгожданное радостное сообщение:

– Субъект А00АА0—00А. Личность подтверждена генетическим кодом. Задолженность по кредиту отсутствует. На локальном счету: 408 кредов.

Свободен! Чертовски приятное ощущение, лишь совесть немного мучает.

– Пкуб, я обязательно тебя вытащу отсюда! Вернусь и вытащу! Веришь мне?

Старик по-отечески ласково обнимает меня.

– Конечно, верю.

Как только раскрываю идею своего плана, Зедд начинает хохотать как обезумевший. Терпеливо жду, пока успокоится – нервный срыв у человека.

***

– Я рад, что ты уберешься, наконец, с моей базы, – двинул меня по плечу Зедд, провожая в последний путь по этой планете.

В хорошем смысле этого слова – это мои последние шаги по проклятой пустыне. Корабль Компании ждет на орбите, чтобы унести меня к другим, более интересным планетам и мирам. Вместе со мной летят на орбиту в челноке три тонны сердцевины хлоя – план по заготовке выполнен на сто процентов и возможно Контролер даже выпишет премию коллективу базы, за исключением нашей половины, конечно же.

Где-то в двух днях пути отсюда, плывут между звезд довольные пираты, успешно обчистившие базу, как они думают. Пожирают парсек за парсеком, уверенные, что в трюме у них ценный груз стоимостью во многие миллионы. Испуганные аборигены, устрашенные мощью захватчиков, сами открыли хранилище и выдали три тонны хлоя, приготовленного к отправке. За что были помилованы – штурмовать базу захватчики не стали. Мороки много, а взять с них особо нечего, да и куш отхватили хороший. Конечно же, проверили содержимое при помощи анализатора, хотя какие могут быть сомнения – разве там могло оказаться что-то другое? Но все же, ради порядка, проверили. Проба дала стопроцентную гарантию, что это именно хлой. Удачный налет – редко такие бывают.

М-да. А ведь все висело на волоске. Достаточно было грабителям заглянуть в соседний отсек, и вместо копры они получили бы три тонны настоящего хлоя. Но нам
Страница 14 из 18

повезло.

Глава 7

– Не Рио-де-Жанейро, и даже не Жмеринка, – сделал я грустный вывод, ступив на новую планету. Судьба-злодейка в очередной раз выдала мне пустой лотерейный билет. Карнас – это не то место, где я хотел бы провести остаток своих дней. Однако конечную точку маршрута выбирал не я – билет оплачен только до этой станции. Крошечный естественный спутник гигантского газового гиганта наподобие Юпитера. Планетоид даже без своей атмосферы. Маленькое зеленое местное солнце едва различимое на фоне звезд – вот и все достопримечательности. Город Карнас напоминает бесформенную кляксу или морскую звезду, прилепившуюся к телу каменного звездного путешественника. Полезных ископаемых здесь нет, поэтому город-порт выполняет функции перевалочной и ремонтной базы. Окружающий пейзаж немного напоминает лунный, но чтобы его наблюдать в первозданном виде потребуется отойти подальше от города – ибо все ближайшие территории представляют собой одну большую бесконечную свалку, разбавленную для разнообразия полями солнечных батарей. Унылое захолустье, запертое в скорлупе стальных куполов и подземных туннелей.

Пять стартовых площадок для транспортников, один пассажирский терминал, несколько зенитных комплексов, парочка огромных сетчатых радаров или телескопов – попробуй, разберись. Население – примерно пять тысяч человек, не считая транзитных путешественников.

Государственное устройство – какая-то оффшорная республика, религиозных и политических ограничений нет. Вот и все, что можно узнать из информационного терминала с моим уровнем чтения. Вообще с этим умением сложилась невероятная и несуразная ситуация, которая грозит довести меня до нервного истощения и попытки суицида с разбега о ближайшую стальную стену.

Это просто кошмар, какой-то! Общепринятая в здешних мирах система обучения подразумевает простой и логичный подход: от простого к сложному, от общего к узкоспециализированному. То есть, сначала даются базовые знания, потом надстройка к ним по требуемому профилю.

Существует несколько уровней обучения. К примеру, для технических направлений:

*Базовый

*Специализированный

*Профессиональный

*Экспертный

*Исследовательский и/или конструкторский

Так вот, у меня в памяти сейчас массив данных второго, специализированного уровня, но без основного. Сейчас, я понимаю абсурдность такого подхода, но тогда выбора не было, пришлось загружать в мозги то, что в наличии оказалось. Это как идея бросить пассажира за борт посреди Тихого океана, ради того, чтобы он научился плавать. Вполне возможно, что пациент научится плавать – куда ему деваться, вот только что ему делать с этим умением в тысяче километров от берега? Правильно! Плыть, в надежде на чудо. Так и мне теперь хочешь, не хочешь, а приходится каждую свободную минуту читать, зубрить, повторять выученное, чтобы хоть немного упорядочить тот объем знаний, что по глупости засунул себе в голову. Учитывая, что кроме инструкций и технических формуляров другой доступной литературы у меня нет, то, можно представить, какое это удовольствие. Схема дублирования подачи питания при витой связке мне уже снится по ночам.

К слову, две звезды у проги – это не уровень знаний, который ты получаешь, а показатель качества самой базы данных. И двойка – это очень низкий показатель, означает, что разработчик её толком не сертифицировал, и в ней полно багов. Хуже только – одна звезда, а если учесть, что производитель – малоизвестная контора, то можно только удивляться, как оно все трамбуется внутри моей черепушки. Добавим к этому тот факт, что память и знания у меня не очень типичные для Содружества миров, и понимаем, что проблема весьма серьезная. Скажем, попытка прочитать и понять определение электрического тока привела меня в ужас.

«Когерентное ** сопряжение атомов *** магнитного ****** в условиях эмиссии *** ** проявление **** выраженное в ***».

Робкая попытка вспомнить школьный курс физики и найти в этой абракадабре хоть что-то похожее на «поток заряженных частиц» ничего не дали. Не только язык, но и представления о физическом устройстве мира у нас кардинально отличаются. Примерно так же как у Шекспира и Эйнштейна по вопросу о возможности термоядерной реакции.

И чтобы совсем никаких иллюзий не осталось – вишенка на торте. Если разговорный интерлинг практически идентичен во всех мирах, то письменный имеет десятки, если не сотни вариантов! То есть письменный язык у медика или техника разный! Нет, они прекрасно поймут общий смысл, но узкоспециализированные термины так и останутся неясными. В принципе, и в нашем мире мерчандайзер и артиллерист поймут друг друга с трудом, но здесь разделение языка по специальностям носит глобальный и почти непреодолимый характер. Две трети слов и понятий не совпадают по написанию и звучанию, если их используют люди разных профессий!

И только Контролеры понимают всех без исключения. Но и с ними не все ладно. Нигде в этих мирах нет аналога Интернета! Не то, что аналога – даже жалкого подобия не найти. Информационные сети фактически отсутствуют, либо это локальные пародии с примитивными терминалами, обычно замкнутые на одного единственного Контролера. Между собой недоразвитые искины общаются только через диал-ап! Коммутируемый доступ на космических станциях?!

Когда я это осознал, меня постиг настоящий футуристический шок. Будущее и без Интернета? Оказалось, что именно так. Объединение двух Контролеров в одну сеть почти гарантированно приводит к «пороговому» скачку – фактически до уровня искусственного интеллекта. За этим следует ждать развоплощение искина – переход в энергетическую форму существования, причем в любой, самый неподходящий момент. Понятно, что доверять такой, непредсказуемой и саморазрушающейся, системе существование целой базы или города неразумно. Поэтому от сетей практически отказались, и вовсе не из-за технической отсталости. Впрочем, военные вроде бы используют и такие, только уровень Контролеров заметно ниже порогового.

Как бы то ни было, я ступил на поверхность Карнаса, а город и планетоид называются одинаково, с двумя рюкзаками и тремя сотнями кредов в кармане. Шутка, нет здесь наличных денег, а креды хранятся… у меня в крови! Один укол и наномаркеры с информацией внутри моего организма. Для Контролера любой другой планеты – стопроцентное подтверждение моей платежеспособности или наоборот.

Провожу ревизию имущества и прихожу к выводу, что дела мои скорбные не так уж и плохи, как показалось вначале. На самом деле – все ещё хуже, чем ожидалось. Достаточно посмотреть цены на услуги общественного транспорта – 12 кредов, за то, чтобы только добраться до центра! Впрочем, ближайшие три часа «автобуса» не будет. Это, какие же здесь цены на все остальное?!

Хорошо, что голод мне не грозит в ближайшее время – один рюкзак почти полностью забит пайками, сумбрией и витаминными концентраторам. За неделю путешествия в космосе, а пассажирам на транспортнике положен лишь литр воды в сутки, объем запасов уменьшился где-то на четверть, и легко посчитать, что провизии мне хватит примерно на месяц,
Страница 15 из 18

но при жестком режиме экономии. Вторая немаловажная проблема – вода. Решение этого вопроса обошлось мне в восемьдесят кредов – Ййоса безбожно задрал цену, но без этого прибора лучше вообще в космос не соваться. Парофильтрат – вещь жизненно необходимая, хоть и не дешевая. Мой не слишком мощный, но зато компактный – размером с пачку сигарет, плюс емкость для конденсата. Производит до двухсот миллилитров питьевой воды в час, при условии, что в воздухе присутствует водяной пар. Может работать в автономном режиме, подсоединенный к маске респиратора, извлекая влагу из выдыхаемого воздуха. Две запасные батарейки гарантируют мне отсутствие проблем с этой стороны в течение пары месяцев.

Из остального имущества – запасной, почти новый, комбинезон в комплекте с маской и респиратором, несколько пар белья, сухая пена для мытья – один флакон, плюс какая-то мелочевка. Вибронож – одна штука. Вот, собственно, и все. Прямо скажем – не богато.

Надо срочно устраиваться на работу, искать недорогое жилье и делать карьеру. Хотя последнее – явно для красивого словца, с моими умениями и знаниями трудно рассчитывать на должность выше старшего уборщика.

Для начала, загляну-ка я в ближайший бар! Очень уж аппетитные голограммы у него над входом сияют. Очень похожие на обычный гамбургер или сендвич. От предвкушения даже в животе заурчало – фиг, с ними с деньгами, позволю себе один!

– Семьдесят кредов за бутерброд? – аппетит тут же куда-то испарился.

Бармен усмехнулся, внимательно посмотрел на меня, оценил костюм и два рюкзака в руках, после чего порекомендовал взять нап и тост в комплекте – все вместе за двадцадку, дешевле ничего нет.

– Извини, но у нас без заказа за столиком сидеть нельзя. Хозяин не разрешает.

Видя, что клиент колеблется, добавил:

– Не пожалеешь. Тосты из дрожжевого бикуса с зеленой хлореллой, а нап – свежий, только перебродивший. И в качестве бонуса дам тебе пару ценных советов, благодаря чему ты сэкономишь не одну сотню кредов.

– Гулять, так гулять! Давай свои водоросли, – соблазнился я, в первую очередь, обещанием полезных инструкций.

Тост оказался невкусным, сильно сдобренным какими-то специями. Да ещё и на один хороший укус всего. Зато нап мне очень понравился – в оригинальной стеклянной колбочке с носиком для питья, по вкусу напоминает пиво, смешанное с квасом и сильно газированное. После трех месяцев однообразной диетической пищи из одних пайков, мне все за счастье – даже резиновые тосты из хлореллы.

– Недавно откинулся? – начал разговор бармен с редким именем Коонтельма, дождавшись пока я отведаю местных деликатесов.

– Что так заметно?

– Трудно не догадаться. Учитывая, что сегодня на пятую арену кроме транспортника Восьмой Трастовой Компании другие корабли не садились – то обычным пассажиром или путешественником ты быть никак не можешь. Да и наряд у тебя излишне скромный для туриста.

– Есть такое дело, закрыл на днях свой кредитный договор. Хочу здесь обосноваться.

– Надо же! На моей памяти ты первый, кто смог это сделать. Да ещё в таком юном возрасте. Бывает, что дряхлых стариков освобождают, когда они работать уже не в состоянии. Но чтобы сам выплатил?!

– Оказал услугу Компании. В награду получил полное прощение долга и билет до ближайшей обжитой системы. И вот я здесь! – преувеличенно бодро заявил в ответ, уклоняясь от конкретики.

– Из всех доступных вариантов ты выбрал не самый лучший, – обрадовал меня абориген. – Хуже только в Великой Сатрапии – там тебе сразу электрод в мозг вживят и на строительство гигантских тетраэдров в честь своих кровавых богов. Они их уже сто лет возводят без перерыва – всю планету застроили.

– Неужели все так плохо?

– Если работу найдешь – то выжить можно. У тебя какой уровень знаний по профам?

Смущенно признаюсь, что вообще никакого. В наличии только мои руки и относительно умная голова.

– Тогда тебе здесь ловить нечего. Без квалификации платить будут сущие гроши, и найти даже такую работу почти невозможно. Для начала надо получить регистрацию, а это значит, что автоматически с тебя будет удерживаться акциз на воздух.

– Налог на воздух? – я не ослышался?

– Что тебя удивляет? Мы же на планетоиде без собственной атмосферы. Кислород для дыхания сам по себе не появляется – а его регенерация денег стоит. Так что мой тебе совет – не спеши регистрироваться.

– Есть ещё какие-то особенности или правила, о которых желательно знать заранее?

– По проезжей части ходить запрещено, может и задавить – автоматика она бездушная, ей плевать на твою жизнь. Спать на улице не советую – загребут и такой штраф впаяют, что мигом опять на рудники окажешься.

Что-то мне становится совсем неуютно.

– Извиняюсь, а с естественными выделениями как здесь вопрос решается? – в ужасе представляю, во сколько обойдется посещение богоугодного заведения.

Коонтельма громко ржет в ответ.

– Не переживай, с этим делом проблем нет. Желтые кабинки – они тут на каждом углу. Посещение совершенно бесплатно. Гидропонная компания только спасибо скажет за ваш визит – органика здесь на вес золота. А вот с гостиницей вопрос решай сразу! Могу посоветовать «Аурную звезду» – шестьдесят кредов за койку. Дешевле точно ничего не найдешь.

М-да, гостиница мне не по карману – иначе через пять дней я останусь без ломаного гроша на счету.

Поняв, что клиент некредитоспособен, бармен задумался и предложил альтернативный вариант.

– Тогда тебе надо на первый палец, – выдал загадочную фразу, как-то подозрительно звучащую для земного уха.

Но все оказалось проще. Местные жители ассоциируют город не с морской звездой, а раскрытой ладонью. Соответственно, каждый палец – это ответвление от центральной части города к арене – посадочной посадке для космических судов. По соображениям безопасности космодром нельзя делать вплотную к жилым отсекам-кварталам, поэтому они разнесены на некоторое расстояние. Правда «пальцев» оказалось шесть, а космодромов вокруг города даже семь, но определенное сходство присутствует.

В данный момент нахожусь на пятом «пальце», а мне нужно перебраться на первый. В том районе много старых, заброшенных и неиспользуемых складов, и если повезет, то можно найти место для ночевки. Без удобств и далеко от центра, но зато совершенно бесплатно.

Два часа потратил на то, чтобы добраться почти до самой оконечности первого пальца, образно выражаясь, до самого «ногтя» дошел, а ничего подходящего так и не обнаружил. Давно уже закончились обжитые места, где заметны следы присутствия человека, а ни одного открытого склада или бокса на глаза так и не попалось. Ободранные, давно не ремонтируемые ставни, ржавые ворота, потрескавшаяся тротуарная плитка – такое ощущение, что здесь уже лет десять никто не появляется. Лишь редкие грузовики управляемые автопилотами, доверху груженные мусором и бесшумно проносящиеся мимо, напоминают, что где-то все же существует жизнь.

Воздух тяжелый и спертый – вентиляция здесь не работает, хотя трубы под потолком гудят, прокачивая воздух в направлении первой арены, но «отдушины» закрыты наглухо – чего зря
Страница 16 из 18

расходовать ценный ресурс, если здесь никого живого не бывает.

Через некоторое время и склады закончились, зато началась… свалка старого оборудования и металлолома. Придется здесь ночевать – других вариантов я в упор не вижу.

Но не все так просто, как ожидается. Почему-то здесь очень холодно – даже в комбинезоне чувствуется. Хотя, казалось бы, за стеной – чистый вакуум, теплоотдача минимальная. Может сама планета снизу тепло тянет?

Нашел несколько кусков плотной пленки, судя по серебристой окраске – должна быть хорошим теплоизолятором. Виброножом разрезал пластиковую трубу на куски, связал оптоволоконным проводом – получился замечательный каркас для палатки. Конструкция получилась немного кривой и хлипкой, но внутри заметно теплее, чем снаружи.

Умылся одним стаканом воды – сухая пена не дает нормального ощущения чистоты и после неё все тело потом чешется. Теперь можно и поспать!

Как бы, не так! Спать в респираторе – сущее мучение, а если его снять, то ощущение, что сейчас задохнешься – и кашель начинается, так что наизнанку выворачивает. Промучился всю ночь, а здесь всего два времени суток – когда свет включают, и когда его нет. Утром понял, что решение расположиться на свалке – не самое удачное из тех, что приходили мне в голову.

Промерз, не выспался и, что самое печальное – только сейчас понял, что мне придется обратно в центр пешком целый час топать. А вечером опять обратно тащиться с двумя рюкзаками – оставлять их без присмотра я категорически не согласен!

Вылезаю из палатки и чуть не вляпываюсь в какую-то мерзкую плесень, белесого трупного цвета. А эта дрянь откуда взялась? Вчера точно не было. Поразмыслив, прихожу к выводу, что во всем виновата вода, которую расплескал при умывании вчера вечером. Очевидно, без влаги эта плесень не размножается. Ещё одна причина убраться отсюда – вдруг она ядовитая.

К сожалению, путешествие в центр цивилизации принесло лишь разочарование – ни одной подходящей вакансии. Два часа рылся в справочном терминале и все напрасно – никому не нужен разнорабочий нулевого уровня знаний и умений. Единственная отрада – на людей посмотрел, даже несколько девушек приятной наружности разглядел, на рекламу полюбовался.

Вернувшись домой, если так можно выразиться по отношению к старой заброшенной свалке, съел брикет, запил водой и задумался о будущем, которое никак не вырисовывается. Самый перспективный вариант, на который и возлагались основные надежды, не сработал. Трудоустроиться и зажить счастливой нормальной жизнью без волнений и хлопот не получилось, и даже предпосылок для этого не наблюдается. Теоретически можно заняться поиском ценных ресурсов и запчастей на свалке – должно же здесь что-то остаться. Проблема в том, что я понятия не имею, на какие детали существует спрос, а какие даром никому не нужны. Не говоря уж о таких пустяках, как отсутствие инструмента для работы и транспорта для вывоза добычи. Да и просто хранить весь этот хлам где-то надо – иначе ему быстро приделают ноги. К тому же есть у меня предчувствие, что богатые трофеи находятся снаружи, а здесь все более или менее ценное давно уже выгребли. Работать в скафандре, а его у меня нет, фактически в вакууме – это пока из области фантастики.

Придется искать другие варианты заработка. Что бы на моем месте сделал бы Великий комбинатор, ну кроме женитьбы на девушке с арбузными грудями, мадам Грицацуевой? Нанялся бы художником на агитационный космолет? Или продавал бы билеты с видом на большой картер из панорамного зала? Впрочем, здесь и без него таких организаторов хватает – взять, к примеру, официальную продажу воздуха. Они бы ещё налог на воду ввели или на силу тяжести.

Последняя мысль показалась мне интересной – что-то в ней есть перспективное. Надо лишь обдумать тщательнее, не упустить вдохновение. Есть идея! Рискованная, но не в моей ситуации отказываться от единственного шанса, пусть он трижды сомнительный.

Три часа ушло только на подготовку документа – как и ожидалось, у юристов оказался свой собственный письменный язык, понять который и разобраться в хитросплетениях законов и актов практически невозможно. Впрочем, на старушке Земле ситуация ничем не отличается. Как бы то ни было, петицию я составил, правда, половины слов не понял, а половину фраз из оставшихся угадывал лишь интуитивно, но получилось здорово. Разоблачения не опасаюсь, поскольку встретить юриста в торговых рядах маловероятно, а все остальные, в случае непонимания, будут грешить на недостаток своих собственных знаний. Главное, чтобы общий смысл уловили и хватит.

Теперь все зависит от моей уверенности и умения убеждать людей.

– Добрый день. Сегодня в семь часов состоится собрание граждан по поводу отмены налога на гравитацию! Площадь на пересечении седьмой радиальной улицы и второй сигмы. Явка обязательна.

Пока ошарашенный продавец пытается понять, что от него требуется, обильно загружаю его печальными перспективами.

– Согласно Статуту Конфедерации свободных оффшоров решение о введении налогов, непосредственно влияющих на процессы жизнедеятельности человека, не относятся к компетенции муниципалитетов! Налог на гравитацию – незаконен! Запрет на использование аппаратов получения воды из воздуха – попадает под действие трибунала о геноциде человечности!

– Подождите секундочку, – взмолилась жертва цунами от юриспруденции. – О каком налоге вы говорите?

– Мало того, что мы платим за воздух, так теперь они хотят ввести налог на силу тяжести! Десятую часть от доходов! Нет у них ни совести, ни стыда!

– Разве такое возможно? Сила тяжести – она ведь, природная! Они её не создают, она сама по себе существует, – искренне удивился гражданин.

– Об этом и речь! Мэрия хочет приравнять нас по статусу к космическим кораблям с искусственной силой тяжести – там плата за гравитацию законна. А у нас нет! Но и этого им мало – они также хотят запретить использование частных парофильтратов, чтобы мы покупали воду у монополистов. Представляете, какие будут цены?

– И что же делать? – побледнела жертва, представив картину будущего в багровых налоговых тонах.

– Бороться! Сегодня митинг, собираем средства на гиперсвязь, чтобы отправить петицию в Конституционный суд Конфедерации, – честно говоря, такого суда не существует, ну да это мелочь на фоне всего остального эпоса.

Сурово посмотрев на гражданина, добавляю доверительным тоном.

– Чем больше нас придет, тем меньше шансов, что нас всех упекут за решетку. Вы уж не подведите! – видя, как бледнеет несчастная жертва, бросаю спасательный круг. – Главное собрать деньги на гиперсвязь – если петиция уйдет, то мэрия сразу откажется от своих планов – боятся за свою шкуру. Рыльце у них в пуху!

– В чем рыльце? – окончательно завис товарищ торговый работник.

– Не важно. Главное, чтобы все пришли на площадь. И деньги не забудьте, само собой, разумеется, – даю вторую подсказку аборигену-тугодуму.

– Может, я прямо сейчас внесу сколько надо? А то вечером мне процедуры надо делать на… на кишечнике, – просительно и даже несколько жалобно предложил
Страница 17 из 18

борец с тиранией. – Скажем, двести кредов?

В соответствии с каноном, я должен был принять вид оскорбленного в лучших чувствах, Остапа Сулеймановича, и поднять сумму минимум вдвое, но не выдержал и согласился на двести. Испугался, что лопну от сдерживаемых рыданий и смеха. Вот, что, значит, русская литературная классика – даже в чужих мирах от неё польза.

Дальше процесс пошел по накатанной колее. В следующей торговой точке, специализирующейся на каких-то порошках и химикатах, оказалось сразу два продавца, но уговаривать их долго не пришлось. Сообщил новость о введении новых налогов, сослался на соседа по улице, которого посетил раньше, и который уже внес пожертвование, добавил ещё виртуальный десяток сознательных граждан, внесших денежку до него, и получил пять сотен сразу. Даже приглашение на митинг не понадобилось – сознательные товарищи попались. Потом ещё сотня от добродушного толстяка по такой же схеме.

На этом удача закончилась. Следующая контора разочаровала – там даже слушать меня не стали, сразу выпроводили за дверь. По закону инопланетной подлости, следом за ними на моем пути оказалась милая девушка с наивными голубыми глазами и косичками в цветах радуги, обмануть которую у меня совесть не повернулась. Впрочем, даже познакомиться не решился – растерялся от неожиданности, и на этом погорел.

Под впечатлением от встречи с неземной красотой, сунулся в соседнюю дверь, не подготовившись и не настроившись на разговор должным образом. За что и поплатился – желчный тощий тип с бесцветным застывшим взглядом выслушал мою ахинею, ничего не ответил, но пообещал подумать. Невзначай попросил мой id для контакта, поэтому пришлось срочно ретироваться, сославшись на нехватку времени.

Как оказалось, интуиция меня не подвела – свернул за угол, подождал минут пять и заметил подъезжающего на скутере полицейского. Сам виноват – тщательнее надо подбирать жертву, но что самое обидное – к симпатичной девушке познакомиться теперь не подойдешь, офис законопослушного стукача, как раз напротив.

Поразмыслив, пришел к выводу, что придется сворачивать этот вид бизнеса, пока не влип. Вычислить меня проще простого – город не очень большой, вполне возможно скрытые камеры понатыканы вокруг, и вероятность провала будет расти в геометрической прогрессии с каждым днем и каждым новым клиентом. Все-таки закон нарушать надо лишь в случае крайней необходимости, а благодаря сегодняшней удаче эта необходимость немного отодвинулась в будущее. Вернуться к этому способу никогда не поздно, но надо поискать более надежные источники дохода и не такие опасные. К тому же, долго и много на этом не заработаешь.

Благие намерения тут же испарились, как только вернулся обратно в палатку. Недавно проведенная модернизация позволяет спать без респиратора – фильтр от него встроен в стену, и худо-бедно очищает воздух, но комфорта от этого не прибавилось. Пятно с плесенью больше не растет и вообще она кажется безвредной – только выглядит мерзко. Ещё раз посмотрел на пейзаж с лишайником, потом перевел взгляд на жалкую самодельную палатку, и тут же передумал становиться законопослушным гражданином. Жилищные условия не позволят такой роскоши – улучшу их немного, и сразу перестану нарушать закон. Наверное. Очень на это надеюсь.

Глава 8

В этот раз пришлось немного потратиться. Сорок кредов на скотч и наклейки. Липкая лента ядовитого желтого цвета с загадочной, даже для меня, надписью: «Деструктивная агрессивная активность. Карантин». Звучит устрашающе и резко непонятно – зря что ли голову ломал и сочинял. А вот знак биологической и радиоактивной опасности скопировал из информатория – в моей памяти крутятся только земные аналоги. И откуда-то знаю знак «Сильная трансфоденция», не иначе из проги бывшего электрика? Что означает – понятия не имею.

Мое новое место жительства в самом начале первого пальца – двадцать минут до центра города, всего один шлюзовый переход – это перегородка между районами-отсеками на случай разгерметизации. Все же мы в космосе находимся. На пути к первой арене таких перегородок три штуки, правда, последняя в районе свалки не работает за старостью лет. Впрочем, проход и проезд свободный. Для грузовиков автоматика проезд открывает, а пешеходы самостоятельно протискиваются через двойной тамбур, расположенный рядом с воротами, вручную открывая тяжелую стальную дверь.

Благодаря такому разделению, в этой части тоннеля воздух намного лучше и качественнее, можно свободно дышать без респиратора, хотя, конечно, не такой чистый, как в жилых кварталах.

И подходящий склад для моего проживания я уже присмотрел. Точнее, их несколько, а какой именно, пока не знаю – от хозяев многое зависит. Кто из них согласится сдать мне в аренду несколько сот квадратных метров, желательно бесплатно.

Район здесь поприличнее, но, ни офисов, ни магазинов нет – только склады. И поэтому люди сюда заглядывают редко, и это меня устраивает больше всего. Без любопытных взглядов и вопросов оно как-то сподручнее.

На некоторых дверях висят таблички с названием фирмы и контактным id для связи. То, что надо! Выбираю небольшой ангар фирмы «Малые и большие контракты от ФВух. ААА00—0А00AА-А00».

Подготовительный этап включает в себя:

Выращивание багровой плесени. Для придания нужного оттенка использован краситель пищевой (1 кред за пакетик).

Наклейка предупреждающих знаков на стену и ворота. Скотч по всему внешнему периметру склада. (расходы указаны ранее)

Фото и видео съемка объекта подвернувшегося бактериологическому заражению. (68 кредов)

Акт о введении карантина на объекте.

Подписка о неразглашении.

С такими аргументами можно не только бесплатно в аренду склад взять, но ещё и доплату получить. Однако в прямую конфронтацию с законом решаю не вступать, достаточно необходимого минимума. Может мне ещё задержаться придется, а случайно встретить жертву можно запросто – город невелик.

Хорошая подготовка и продуманный план – залог успеха, что и подтвердилось в очередной раз. Хозяин фирмы, одноименный с её названием, господин ФВух, настолько перепугался, узнав о неведомой напасти и стоимости услуг по дезинфекции и дезактивации, что мое предложение провести все работы за счет мэрии встретил как настоящий подарок судьбы. Вручил мне карт-ключ от бокса и пообещал месяц не появляться на складе, пока я сам ему не позвоню.

От попытки вручить скромный презент я отказался с гордым и неприступным видом, впрочем, от бутылочки марочной настойки не стал отбиваться, чтобы не вызвать подозрения.

– Приложите палец сюда. Теперь вы официально предупреждены о недопустимости разглашения информации второй степени секретности. За нарушение – штраф 3400 кредов.

– Конечно, конечно. Я все понимаю!

Директор ФВух услужливо тыкает пальцем в экран, не подозревая, что смысла в этом действии нет никакого – такой функции на моем планшете просто нет. Бюджетный вариант за шестьдесят восемь кредов, даже без голографа. Зато экономичный и удобный, и что самое замечательное – розетка не требуется! Встроенный энерго-генератор заряжает
Страница 18 из 18

аккумулятор за счет вибрации при ходьбе. Положил в карман, и забот не знаешь – он ещё и от тепла человеческого тела заряд получает, и от освещения. Можно и электричеством через «вай-фай», но за это уже платить придется.

Местные аборигены такими примитивными устройствами пользоваться брезгуют – только для совсем уж бедных, либо для бюджетников – но для моей легенды в самый раз. Хотя, будь у меня свободные деньги – взял бы комп-браслет с голографическим построителем! Последний писк моды – но две тысячи кредов как с куста!

Впрочем, мой планшет по земным меркам тоже вундер-плюшка, всем гаджетам гаджет. В обычном состоянии он размером со спичечный коробок, но вдвое тоньше. Очень удобен для хранения и переноски, места не занимает и практически ничего не весит. Как же на нем можно хоть что-то рассмотреть, или прочитать? Все очень просто – он масштабируется! Достаточно потянуть за углы, расположенные по диагонали, и он растягивается до размеров листа А4.

Единственное, с чем пришлось помучиться – с управлением. Пока разобрался, пока понял принцип работы – чуть мозги не вскипели. Смотришь на экран, а изображение по нему плавает, вертится и самопроизвольно увеличивается или уменьшается. Рябит так, что сосредоточится невозможно. Закрыл один глаз – изображение перевернулось вверх ногами. Открыл – вернулось обратно. Оказалось, что управление «по умолчанию» завязано на движение зрачков, а также на мимику лица – представляю, как оно будет работать, если я по привычке выражусь на русском фольклорном!

Предупредил господина ФВуха, что часть имущества может быть повреждена или испорчена во время дезактивации, на что он отреагировал довольно спокойно – на складе давно уже нет ничего ценного. Собственно, по этой причине я и выбрал объект для экспроприации – видно было, что ангар пустой и давно не используется. Иначе никто бы не отдал мне его просто так.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/oleg-zdrav-myslin/parsek-nalevo/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.