Режим чтения
Скачать книгу

Созревшие нивы. Жизнь в Церкви читать онлайн - Андрей Ткачев

Созревшие нивы. Жизнь в Церкви

Андрей Ткачев

Книги протоиерея Андрея Ткачева

Новая книга Андрея Ткачева о всей полноте жизни верующего в Церкви. Настоящие духовные сокровища православия в простом и популярном объяснении для современных людей. Верующий человек живет в двух измерениях: повседневная жизнь, измеряемая календарем, и жизнь в Церкви, в священном измерении ее постов и великих праздников, когда все православные отмечают ключевые события священной истории. Эта книга поможет читателю достичь духовной зрелости в понимании того, зачем нужна Церковь и чем живут церковные люди. Отец Андрей раскрывает смысл церковных постов и праздников и напоминает нам о самом главном в жизни каждого человека.

Протоиерей Андрей Ткачев

Созревшие нивы. Жизнь в Церкви

Предисловие

Долгая дорога начинается с маленького шага. Это еще древние знали. Кто-то первым сказал, остальные подхватили, с тех пор так и повелось. Кстати, об этом стоит почаще вспоминать тем, кто еще не решается двинуться к цели. Только вот то ли тот первый мудрец был слишком хитрым, то ли просто забывчивым, но он не сказал о другом, – а для тех, кто уже в пути, это «другое» намного важнее.

Дорога не просто начинается с маленьких шагов. Она из них состоит. Каждый новый шаг, каждая новая ступенечка на пути к вершине – это путь длиной в целую вечность. И если идти очень-очень долго, то может показаться, что сам застыл на месте, а меняются, проще говоря, одни колдобины да буераки. И звери разные из зарослей таращатся. И вот тогда-то можно все-все позабыть – и куда шел, и откуда, и зачем, да и есть ли она вообще, эта дорога…

Милые мои христиане, вы ведь понимаете, что я не о пеших турах говорю?

Люди всегда знали, сколь опасно сбиться с пути. И там, где им доводилось пройти, оставляли вехи – жерди, бревна, каменные столбы…

Прошли века, необходимость в каменных столбах, слава Богу, исчезла, а вот вехи в нашей жизни остались – как повороты судьбы, определяющие и наш жизненный путь, и то, как мы смотрим на мир. И зрелым человеком, по-настоящему зрелым, мы называем только того, у кого за плечами немало таких вех.

Есть такие вехи и у любого христианина. Причем их больше, намного больше – и они должны, они просто обязаны быть!

Христиане, любимые мои христиане, вы ведь помните, что каждый из нас – неотделимая клеточка единой Церкви? Ее жизнь – это наша жизнь. Церковь жива и сильна нами. Но и мы живем ее историей, ее памятью. И мы можем обрести новые силы и новую жизнь, если вместе, снова и снова, будем переживать все, что с ней происходит сейчас – и если ни на мгновение не забудем, что происходило в те далекие дни, когда Господь наш ходил по земле. События. Имена. Дни памяти. Дни великой скорби. Дни столь же великой радости. Все они должны пройти сквозь наши души, будто свет через призму, и тогда каждый праздник, каждое имя, каждый след, навсегда оставшийся в людской памяти, снова даст нам возможность вспомнить, почувствовать, задуматься…

Я решил посвятить книгу именно таким вехам. Решил снова рассказать о торжествах, составивших церковный год; об их истинной сути; о событиях, ставших причиной их появления; о людях с великой судьбой, ставших светом и надеждой христианства… Кто слышит о них в первый раз – слава Богу, что услышал. Кто уже знает, пусть вспомнит еще раз, – и пусть напоминает себе снова и снова. Возлюбленные мои во Христе, мне хочется не просто рассказать вам о торжествах и христианстве – я от всего сердца хотел бы разделить с вами свои чувства, свою веру, передать вам частичку моей души. Надеюсь, у меня получится. А там – на все воля Божья.

Братья и сестры, поверьте, мне невыразимо горько, когда на Светлую Пасху мы заботимся лишь о том, чем красить яйца и из какого теста делать куличи. Мое сердце болит, когда тыква на Хэллоуин ребенку милей, чем веточка вербы. А ведь то, как мы относимся к нашим настоящим основам – к нашей истории и культуре, к нашей стране, к нашей религии и вере, – это, в конце концов, и определяет, какими мы станем людьми. Незнание – это, конечно, враг, но справиться с ним довольно легко. Можно в первый раз попасть на праздник – и при этом прекрасно понять его суть. Можно даже не знать смысла тайных обрядов. Если это просто незнание, а не добровольно выбранное невежество, то ничего страшного в этом нет. А вот если второе…

Мне хочется верить, что многие еще просто не выбирали. Между «не знаю» и «не хочу знать» раскидывается бездна. И пока мы еще можем выбирать – а это величайшее благо, поверьте мне, – до этих пор наш путь продолжается. Мы все – ростки. Мы все – грядущие колосья. И только от нас зависит, что будет вокруг – бурьян или цветущая нива.

Я все же верю в хорошее.

Аминь.

Часть I

Двунадесятые праздники

Двунадесятые праздники – двенадцать самых важных после Пасхи церковных праздников. Посвящены они событиям земной жизни Иисуса Христа и Богородицы. Одни совершаются постоянно в одни и те же числа (непереходящие), а другие зависят от даты празднования Пасхи (переходящие). Каждому празднику предшествуют дни приготовления (предпразднство) и дни продолжения его воспоминания (попразднство). Перед праздниками Рождества Христова и Успения Церковью установлены посты.

Рождество Пресвятой Богородицы

21 (8) сентября

Пресвятая Дева Мария Своей чистотой и добродетелью превзошла не только всех людей, но и Ангелов. День Ее Рождества – день всемирной радости. В этот день исполнились пророчества и чаяния людей – родилась Преблагословенная Дева Мария, предназначенная Божественным Промыслом послужить тайне воплощения Бога Слова, Господа нашего Иисуса Христа.

Рождество Пресвятой Богородицы: за семью стоит бороться

Всего три дня рождения отмечает Церковь: Рождество Христово, Рождество Иоанна Предтечи и Рождество Пресвятой Богородицы – первый двунадесятый праздник в богослужебном году.

О Рождестве Пресвятой Богородицы нам ничего не сообщает Священное Писание. В одном из акафистов Божией Матери говорится о Ней, что Она есть тайна, недоведомая для народов и племен, до времени скрытая. О Ее родителях мы узнаем из Священного Предания. Пусть никого не смущает то, что Библия умалчивает об отце и матери Богородицы, а Предание Церковное нам об этом говорит, – в этом нет ничего удивительного.

Они же были евреи, а у евреев не забываются связи родства, и память не только об отце, деде, прадеде хранится благоговейно в памяти ортодоксального еврея, воспитанного в религиозных традициях, но и память о многих-многих далеких предках, восходящих еще к родоначальникам еврейских колен.

Церковь видела в Божией Матери первейшую ученицу Своего Сына и живой центр, живое сердце Иерусалимской общины.

Поэтому нет ничего удивительного, что имена родителей Богородицы известны Церкви. Звали их Иоаким и Анна. Они, несомненно, были известны Церкви Иерусалимской, которая видела в Божией Матери первейшую ученицу Своего Сына и живой центр, живое сердце Иерусалимской общины. Было известно общине и место их погребения, поскольку евреи хоронили своих мертвых в родовых усыпальницах, на тех местах, которые принадлежали им веками. И вот, у подножия Елеонской горы Гефсиманского сада есть такая родовая усыпальница
Страница 2 из 15

родственников Богоматери, там погребены Ее родители, о которых мы сегодня неизбежно вспоминаем.

Существует так называемое Протоевангелие Иакова – апокриф, который по имени автора относится к апостолу Иакову, но Церковь отказывает ему в этом достоинстве. Однако Церковь считает, что многие вещи, содержащиеся в этом документе, имели место. Некоторые моменты, связанные с рождеством Богородицы, обстоятельствами Ее жизни, перекликаются с этим апокрифическим сказанием.

В частности, Церковь учит, что Божия Матерь родилась от престарелых родителей, которые зачали Ее и родили после долгих усердных молитв, испытанные крестом бездетности.

Крест бездетности – это нечто совершенно непонятное современному человеку. Ведь современный человек, к сожалению, очень часто не чувствует на себе священной ответственности исполнить заповедь Божию – плодиться и размножаться, оставить после себя потомство. По части блуда современный человек перегнал древних людей, исполнил на себе слова пророка: «Блудить будете, но не размножитесь». Люди сегодня озабочены сексуальными вопросами, но не вопросами оставления потомства.

«Это потом, – говорят, – когда-нибудь, когда мы на ноги встанем, карьеру сделаем…» А потом, растратив силу в блуде и безобразной жизни, приходится искусственно зачинать, иметь дело с пробирками и прочим.

Но не об этом речь, а о том, что Иоаким и Анна, по учению Церкви, не имели детей, а хотели этого. И это жуткая боль, это распятие, это крест, это гвозди, это в буквальном смысле поношение для еврейской семьи. Кроме того, Иоаким и Анна были царского рода, от корня Давидова, и хотели лично поучаствовать в приближении времени рождения Мессии и, не имея детей, очень сильно от этого страдали.

Этими скорбями Господь выжигал из их души неизбежные для каждого человека гордость, тщеславие, какие-то тайные движения души, и они усовершились к старости. Они смирились, покорились воле Божией и достигли праведности. И вот, когда уже им нечего было греховного передавать своему потомству, они родили Дочку.

Самый драгоценный ребенок в нашей жизни – это первенец, как правило, рожденный в юности. Он самый первый, по-особому любимый, но он же зачастую и жертва наших жизненных ошибок и страстных движений души. В него, в первенца, вливаются все наши буйные юношеские порывы, все наши неочищенные от страстей душевные силы.

А вот рожденные в старости дети бывают по-особенному нежны, по-особенному чутки, по-особенному глубоки, их по-особому любят и они сами по себе особенные. Такой была Пресвятая Отроковица Мариам – Дева Мария, будущая Богородица. Рожденная в старости от праведников, испытанных, как золото в горниле, бездетностью, Она родилась, как священный плод не только Иоакима и Анны, но и всего человечества.

Когда мы приходим в какую-то семью, в которой родился ребенок, мы не можем не умиляться этому маленькому существу, невесть как появившемуся на свет.

Это тайна до сегодняшнего дня – как это все происходит? Екклесиаст Премудрый говорит, что мы не знаем, «как образуются кости во чреве беременной» (Еккл. 11:5). Хоть наука нам и показывает это все, и современные средства дают нам возможность смотреть фильмы про внутриутробное развитие, чудо не перестает быть чудом.

За семью стоит бороться. Если исчезнет христианская семья, исчезнет все хорошее, что только есть в этом мире.

Мы приходим в дом к родившей женщине и радостному отцу, поздравляем их, смотрим на младенца и думаем: что же вырастет из этого ребеночка? Мы желаем ему счастья и здоровья – по отсутствию фантазии мы больше пожелать ничего не можем, наши пожелания стандартны и скучны. Мы желаем только богатства, здравия и житейского успеха.

Когда сегодня мы мысленно приходим в дом к Иоакиму и Анне и смотрим на младенца Марию, лежащую в своих детских яслях, мы уже знаем, что будет из этого ребенка. Мы знаем, что Она будет правильно воспитана. Что от отца и матери и от всего еврейского народа, вложившего в Нее все свое стремление к Богоугождению, Она унаследует чистую молитву, и всецелое доверие к Богу, и всецелую преданность Ему. Что этот ребенок вырастет в Ту, Которая сможет стать вместилищем невместимого Бога. Тайна эта выше всяких слов. Но началась она именно тогда, когда в семье престарелых праведников Иоакима и Анны, подобно тому как в семье Авраама и Сарры, родилась Девочка.

Кстати говоря, девочек не сильно жаловали в древние времена и не всегда им радовались. Например, в арабских сказках пишется о том, что, когда рождается девочка, стоит всплакнуть. Две девочки равны одному мальчику, – говорят арабы.

А эта Девочка принесла радость не только отцу с матерью, но и всему миру. Потому что родился Священный Сосуд, Вместилище, Ковчег святыни. Родилась Та, Которая станет дверью, через Нее Всевышний смог спуститься на землю и стать человеком.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы – это повод не только напомнить о нашей надежде на молитвы Богородицы, но и повод подумать об обязанностях супругов, о рождении детей, о семейственности, о том духе взаимной любви и согласия, на котором должен строиться каждый христианский дом, каждая христианская семья.

Мы страдаем от разводов, от отсутствия тепла и любви, от неумения жертвовать собой, от этого холода, который свистит в наших домах – вселенского холода, прорывающегося из мира в наши семьи. За семью стоит бороться. Если исчезнет христианская семья, исчезнет все хорошее, что только есть в этом мире.

Воздвижение Креста Господня

27 (14) сентября

Праздник установлен в честь обретения Честного Креста Господня, найти который пожелал святой равноапостольный царь Константин. Решающую роль в поисках сыграла мать императора, святая равноапостольная царица Елена, которая в 326 году отправилась для этого в Иерусалим, где и произошло Обретение Честного и Животворящего Креста Господня.

Воздвижение Креста Господня: Голгофское таинство

Что такое три столетия? С чем их сравнить? Это время, протекшее от Петра I до наших дней. Велик ли этот исторический период? Очень велик. Он огромен не только по годам, часам и минутам, но, главное, по внутренней насыщенности событиями! И эту протяженность такого длительного периода, его событийную загруженность нужно себе представить, потому что именно такой промежуток времени отделяет утрату Креста Христова от его обретения, а значит, и Воздвижения.

Возьмите иные триста лет с небольшим хвостиком или без оного. Всюду это будет одна эпоха или несколько. От открытия Америки до Французской революции примерно столько лет. От Лютеровой реформации до Наполеона примерно столько же.

Может быть, в Китае за это время не успевают смениться династии и не нарушается метрика привычного стиха. Но в христианском мире за триста с небольшим лет проходит невообразимое для обычного сознания количество событий. Таков период времени от Воскресения Христова до обретения Его Креста. Это три столетия, в которые Иерусалим был разрушен до состояния отсутствия камня, лежащего на камне, как и пророчествовалось. Потом город был отстроен, но с другим именем и без восстановления Соломонова храма, а также без памяти о Христовых страданиях и Воскресении. Все самое важное, связанное с городом Давида и Христа –
Страница 3 из 15

сына Давидова, покрылось двойным слоем: забвения и нарочитого пренебрежения. И именно в эти столетия Церковь переживала период интенсивного роста.

Она, словно дерево, пускала корни в направлении всех сторон света. Она росла тайно, скрыто от посторонних глаз, катакомбно, но она проникала всюду: и в царские палаты, и в лачуги простолюдинов. Она росла без всякой государственной поддержки, напротив – в условиях жесткого государственного неприятия, периодически проявляющегося в гонениях. Но слово Божие не вяжется (2 Тим. 2:9), и со временем втайне молящаяся Церковь стала такой, которую нельзя не заметить. Наконец настало время «Золушке» явиться во всей красе. Гонения утихли, храмы выросли, императоры склонились перед Крестом. Только тогда возникла мысль об обретении Креста Господня.

Пусть это будет первым и одним из главных уроков праздника: внутренний рост Церкви, ее подлинное развитие возможны в условиях попрания или утраты ее самых важных святынь или невозможности открыто эти святыни почитать. Церковь и впоследствии не раз теряла свои святыни, теряла с такой болью и таким позором, что дальнейшая жизнь казалась невозможной. В Софии Царьграда[1 - В константинопольском храме, освященном в честь Софии Премудрости Божией и захваченном мусульманами после взятия ими Константинополя.] имамы возглавляли молитву мусульман. На заброшенной Софии Киевской при униатах[2 - После подписания Брестской унии в 1596 году киевский собор святой Софии находился во власти униатов до 1633 года.] росли деревья, а внутри птицы вили гнезда. На месте московского храма Христа Спасителя зимой и летом еще не так давно парил хлоркой плавательный бассейн[3 - На месте уничтоженного храма до 1994 года находился бассейн «Москва».]. Но Церковь продолжала жить, что-то утрачивая снаружи и чем-то богатея внутри.

Богу всегда нужен какой-то один человек, который не захочет спать посреди общей спячки и не будет страдать беспамятством посреди всеобщего безразличия. Таков закон возрождения, поскольку сразу все возрождаться не способны.

Затем происходил очередной исторический сдвиг, и ситуация менялась. Находилось потерянное, вспоминалось забытое, сияло вновь то, что казалось навеки потускневшим. Чтобы место страданий Христовых увенчалось храмом, а Крест искупления был найден в земле, Бог отыскал добрую в женах – царицу Елену. Богу всегда нужен какой-то один человек, который не захочет спать посреди общей спячки и не будет страдать беспамятством посреди всеобщего безразличия. Таков закон возрождения, поскольку сразу все возрождаться не способны.

Елена предприняла путешествие в Иерусалим. Она нашла место страданий Христа, где в это время находился храм Венеры. Оказывается, храм «покровительницы блудных удовольствий» с бесовской прозорливостью был воздвигнут на Голгофе. Бесовской прозорливостью здесь назван тот умный и злой опыт, согласно которому ничто так не погашает жизнь духа, как разврат. Разврат – оружие почище многих ракет и пушек, поскольку видимо оставляет людей в живых, но невидимо убивает их, делая неспособными ко всякому благому делу.

Вдумайтесь: храм Венеры долгие годы стоял на Голгофе! Блуд мешал евреям овладеть землей обетованной и безопасно путешествовать по пустыне. Блуд мешал им удержаться в земле Израиля, и они ушли в плен, неся на себе наказание за капитуляцию перед ритуальным развратом окрестных народов. Блуд всегда мешает людям верить, молиться и не отчаиваться. Он и ныне входит, как лакомство, во внутренности чрева и растлевает человека, лишая его силы и радости. Блуд – один из главных врагов веры, поэтому храм Венеры на Голгофе возник не случайно. Не случайно он был и разрушен. И велика та, которая приказала сравнять его с землей!

Уже само воспоминание об этом историческом событии должно подсказать нам, что если где-то Крест Христов забыт, или не замечен, или пренебрежен, там с неотвратимостью будет построен, а может, строится уже капище для принесения блудных жертв ложным богам.

Какие интересные уроки! Голгофа попрана врагами Креста, а вера растет и ширится, не боясь ничего. Над Голгофой стоит храм томной «богини», зажигающей огонь в крови обычного человека. Падший дух «выдает себя с потрохами». Блуд на месте святе – его главная радость. Но Бог велит – и приходит святой человек, разрушающий твердыни греха, как кубики, и возвеличивающий веру в Господа.

Разврат – оружие почище многих ракет и пушек, поскольку видимо оставляет людей в живых, но невидимо убивает их, делая неспособными ко всякому благому делу.

Таков наш праздник. Воздвижение Креста Господня роднит нас с галатами, о которых апостол Павел в послании к ним говорит, что Христос словно был распят у них перед глазами (ср. Гал. 3:1). Такова была их вера при первом слышании благовестия – словно пред очами их висел на Кресте невиновный Сын Божий! Так и перед нашими глазами должно произойти Голгофское Таинство в сей праздник. Мы увидим в храме, как Крест возносится и опускается, как он осеняет поочередно все стороны света. Мы сопроводим его освящающее движение многократным «Господи помилуй!». И слова еще одной молитвы в это время пусть зазвучат в душах верных: «Крест восходит – и падают духов воздушных чины! Крест нисходит – и нечестивые все ужасаются, яко молнию видяще крестную силу!»[4 - См. Слово на Воздвижение Креста Господня св. Андрея Критского.]

Кресту Твоему поклоняемся, Владыко

Крест и Воскресение неразрывно связаны между собой. Каждое воскресение мы с вами поем: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим!» Крест был известен давно, но тогда никто ему не поклонялся, его боялись, само слово «крест» было оскорбительно для слуха римского гражданина, поскольку означало намек на позорную смерть человека, переступившего все законы Божеские и человеческие.

Когда человечество переступило эти законы и стало достойно подобной казни, Христос взял на Себя все его преступления и пошел на Крест, как последний из последних для того, чтобы искупить все человечество. Сегодня мы, вынося крест перед лицом людей, собранных в Храме, смотрим на цену нашего спасения. Цена спасения человеческого – это крестные страдания Господа Иисуса Христа. Он не был обязан страдать на кресте, ничто не вынуждало Его. Это акт любви, добровольный и свободный.

Господь Иисус Христос принес Себя в жертву, и Крест получил высокое достоинство жертвенника. Крест освятился в сознании людей и превратился в знак победы над смертью. Теперь они связаны вместе в сознании человеческом – Крест и Воскресение.

Крест рожден количеством и качеством наших с вами грехов. Позор Креста рожден позором наших беззаконий. Тяжесть Креста рождена тяжестью наших злодейств. Болезненность Креста рождена болезнью всей жизни человеческой, которая после грехопадения стала трудновыносимой.

Благодаря Воскресению Христову Крест освятился и оправдался, как знамя нашего спасения, как жертвенник Нового Завета. Господь Иисус Христос принес Себя в жертву, и Крест получил высокое достоинство жертвенника. Таким образом, Крест освятился в сознании людей и превратился в знак победы над смертью. Теперь они связались вместе в сознании человеческом – Крест и
Страница 4 из 15

Воскресение.

Мы обрели Честный Крест благодаря блаженной царице Елене. Мы видим на ее примере, как творится история, как появляются люди, в сердцах которых рождаются великие мысли, вдруг озаряющие сердце человека, способного реализовать грандиозную идею.

Представьте себе, что более трех столетий Церковь жила, не имея никаких видимых знаковых святынь. Креста нет, храмов больших нет, ничего нет, есть только катакомбы, подвалы, благовествуемое Евангелие и кровь мучеников, их святые тела, хранимые в тайных местах, воскресные литургии, постоянная угроза лишения имущества, пыток, допросов – и мученичество, мученичество… Так Церковь жила очень долго.

Но вот меняются времена. Наступает пора, когда империя готова склонить свою гордую голову перед новой верой, которая живет и не хочет исчезать. Сначала ведь думали, что христианство – это какая-то блажь. Потом поняли, что оно довольно живуче, и решили его истребить. Истребляли, истребляли – не получается. Надеялись, что само исчезнет – не исчезает. Тогда гордая империя дрогнула.

Елене было уже много лет – семьдесят, а может, и больше. Она была совсем старушкой. На престоле ее сын Константин, правитель империи. Она – царствующая мать и живет в своей резиденции. Вдруг в ее сердце вселяется от Духа Святого мысль – найти Крест, найти это место, где плакал Христос до пота кровавого, где ходили Его стопы. Где это все?

Господь провел большую часть Своей жизни в Назарете и потом, проповедуя, ходил больше по Галилее. Но самое главное Он совершил в Иерусалиме. Смерть мученическая Христова, Его искупительные страдания и воскресение из мертвых произошли в Иерусалиме.

К тому времени Иерусалим на карте мира отсутствовал, да и карт не было. Но если бы и были, его все равно бы там не было. Город был разрушен.

Лет за тридцать до разрушения Иерусалима, Христос плакал о нем, говорил: Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! (Мф. 23:37). Тогда ученики сказали Господу: «Смотри, учитель, какие здания!» Но Он сказал: «Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне; все будет разрушено». Так и совершилось после распятия Христова и Его Воскресения и после четвертого нежелания еврейского народа признать Христа, водимого своими слепыми, а вернее, зрячими, но злыми поводырями.

Еврейские вожди лучше всех знали, Кого они убили, знали, что Христос воскрес, но Воскресшему не поклонились. Они сознательно погрузили свой народ в бездну богопротивления и запрещали всяческими угрозами апостолам говорить о Воскресшем Христе и вообще упоминать Его имя. Они прекрасно понимали, что совершилось чудо Божие – Начаток умерших, Господь воскрес! Но почему-то приняли странный совет в своем сердце – свой народ удержать от веры и заключить его в тесные рамки своих предписаний законных. И так продолжается до сегодняшнего дня.

Спустя несколько десятилетий, когда были еще живы те, кто кричал в претории Пилату «Распни! Распни Его!», Иерусалим был разрушен. Когда-то он был единственным в мире центром религиозной жизни, в котором поклонялись истинному Богу, и Храм был в городе один на весь мир. Других таких городов не было, хотя храмов было много – в Индии, Египте, Китае. Любая языческая страна так или иначе пыталась украсить себя храмами в честь своих божеств, но Храм истинному Богу был только в Иерусалиме – это было сердце мира.

Когда Христос пришел в мир и совершил дело нашего спасения, воскрес из мертвых и ниспослал Духа Святого на учеников и апостолы пошли проповедовать в мир, Иерусалим, как исполнивший свое дело, был сметен с лица земли. Он сослужил свою службу, и Господь попустил полное уничтожение этого города. Город был не только разграблен, не только сожжен, как это бывает часто во время войн, город был разрушен до основания и развалины были перепаханы плугом. Так что слово Иисуса Христа о том, что камня на камне здесь не будет, исполнилось буквально. Не было ни одного камня, который бы лежал на камне. Все лежало на земле, и земля была пропитана кровью, и, как помет, лежали миллионы трупов, а оставшихся в живых евреев продавали на невольничьих рынках за цену раба, которая есть тридцать сребреников. Тридцать серебряных монет – цена самого дешевого раба. За эту цену продавали оставшихся в живых иудеев, которые не умерли от голода, болезней и не были убиты в уличных боях.

Городу дали новое римское имя – его назвали Элия Капитолина. С таким именем Иерусалим существовал несколько столетий. Туда пришли жить новые люди, возможно, остались и старожилы, знавшие местные предания. Под страхом смертной казни там было запрещено селиться евреям. После разрушения Иерусалима они были рассеяны по всему миру. Некоторые еврейские смелые души, любители града своих отцов, жили там в страхе наказания. Осталась и малая часть христиан. Люди благоговейно хранили в сердце память о святых местах, которые здесь были: где был Храм, где Голгофа, где Господь молился в саду перед страданиями, где Гефсиманский сад, где чья гробница. Это все жило в памяти людей, но уже очень ненадежно: казалось, умри еще один свидетель, и все забудется.

Для того чтобы совершенно предать забвению Господа Иисуса Христа и Его святое дело, которое Он совершил на Голгофе, на месте Его страдания был насыпан большой холм, и на нем язычники построили храм Венеры. Крест был зарыт, все было заровнено, холм насыпан и стояло здание языческого храма, где совершались жертвоприношения идолу.

И Бог вкладывает царице Елене мысль – найти это место, найти этот город, вернуть ему былую славу, возвеличить место искупления человеческого рода. И она предпринимает путешествие, чтобы вернуть этому городу, уже не существующему, его достоинство.

Теперь представьте, что Елена приезжает в Иерусалим и начинает искать место, где был распят Господь Иисус Христос. Находит каких-то людей, которые что-то от кого-то слышали, устраивает расследование. Находит тех, кто доподлинно знает, где это было. Нанимает людей, они копают, уничтожают храм Венеры. Роют днем и ночью. Елена поселяется вблизи места поисков. Ей ставят небольшое жилище, чтобы она могла наблюдать за работами. Она подстегивает рабочих, приплачивает им, чтобы копали не останавливаясь. Неизвестно, сколько нужно было холмов в Иерусалиме перекопать, если он весь в холмах, но она заставляет продолжать работы, она молится, она ждет. Господь дает ей мужество, терпение, настырность, энергию. Вдруг рабочие натыкаются на какое-то дерево: одно, второе, третье. Нашли!

Нашли кресты, крепко сбитые толстыми римскими гвоздями. Нашли три креста, какой из них Господний – кто сейчас разберет? Но, имея веру Божию и водимые благодатью, они думали, что не может Крест Спасителя затеряться среди крестов разбойничьих, он должен как-то проявить себя. И тогда стали искать какого-то чуда, вразумления, как помощи. Слепому нужна помощь.

И Господь совершает чудо. По одним источникам, совершилось исцеление больного, по другим – воскрешение мертвого. На кладбище несли человека, процессию остановили и стали покойника класть на эти кресты. Но, так или иначе, Господь показывает знак – прикосновение к Кресту
Страница 5 из 15

Господнему возвращает жизнь умершему человеку. Крест получает имя Животворящего. Господь явил очевидное знамение того, что найдена святыня.

Крест впитал в себя силу Божию, потому что по нему Кровь невинная текла, Кровь искупительной Жертвы. И Господь, весь истерзанный так, что не было ни одного целого сантиметра на Его Теле, весь был растянут на этом Древе, и оно все пропиталось Его кровью. Оно не могло не освятиться. И гвозди, и Кровь Господня, и страдания, совершившиеся на нем, превратили Крест в жертвенник, в жертвенник Нового Завета. На жертвеннике приносится жертва, и всякий жертвенник свят, не потому что он сам по себе свят, а он свят благодаря жертвам, которые на нем приносятся. А Крест освятился в силу той Жертвы, Которая была на нем принесена.

Когда Моисею было указание от Бога сделать переносной Храм – скинию, то был там и устав о жертвеннике, о том, как он должен быть устроен. Были указаны размеры и даже дана инструкция насчет лопаток, щипчиков, метелочек, чтобы пепел убирать. Все это очень сложно, все это описывается в Пятикнижии. Там говорится, что жертвенник, на котором сжигаются телеса закланных Богу животных – свят. Жертвенник святыня великая (Исх. 40:10), – говорит Господь. Никто не может прикасаться к этой великой святыне, кроме иереев. Телеса животных, которые сжигаются на жертвеннике – это прообразовательная жертва, потому что никого кровь козлов, волов, овец не очищает. Это символы и образы. Это приготовление человечества к открытию дверей веры. Если эти прообразовательные жертвенники являются великой святыней, то что мы должны сказать о том жертвеннике, на котором принесена та единственная настоящая, искупительная, все удовлетворяющая жертва Христа? Христос приносит Себя как Священник, приносящий Себя же как дар, как жертву на кресте. Крест есть жертвенник Нового Завета. И вот этот Крест найден.

Святое Древо достали из земли и, за многолюдством собравшихся людей, подняли Его высоко вверх при помощи многих сильных рук служителей. Крест подняли над головами людей, и множество собравшихся, не сговариваясь, стали кричать одно и то же, они стали восклицать: «Господи, помилуй! Господи, помилуй! Господи, помилуй!» Крест подняли на одну сторону, но люди стояли по кругу, тогда Его подняли на другую сторону, третью, четвертую. Вот так на четыре стороны поднимается Крест, а люди плачут. Они не верят, что это с ними происходит, что это они сейчас здесь стоят, а из земли извлечено это бесценное сокровище – Древо Креста. Невозможно представить себе тогдашнюю радость христиан. Христиане жили во множестве в Иерусалиме, если только слово «множество» подходит к тому месту, которое было весьма негусто населено. Однако их собралось большое количество. От многолюдства некоторые даже не могли увидеть этот Крест. Его нужно было поднять над головами людей, чтобы все, стоящие сзади, тоже увидали это сокровище, из земли извлеченное и вдруг поднявшееся спустя триста лет над головами людей. Люди словно увидели, как будто перед ними распинают Христа, когда над их головами поднялся этот Крест. Это удивительно трепетное зрелище.

Это и есть всемирное воздвижение Креста Христова. С тех пор Церковь разбогатела великим богатством. Долгие столетия богатством Церкви были только мощи мучеников, а все остальное было скрыто и спрятано. И вдруг извлекается из земли нечто чрезвычайно драгоценное, а именно – Крест Господа Иисуса Христа. Елена не просто извлекла Крест, она стала застраивать Палестину храмами, тратить огромные средства на строительство церквей, больниц, приютов, часовен. Этим должна была усеяться Святая Земля, чтобы на всяком месте, связанном с тем или иным священным событием, люди приходили, молились, пели, каялись, очищались. Она поднимает на свои старческие плечи величайший труд миссионерского застраивания Палестины, которая с тех пор усеялась огромным количеством вещественных святынь.

Без крестного знамения – нет христианства. И если человек говорит, что он христианин, но не изображает на себе крестного знамения, то мы можем его сторониться, ибо нет в апостольской вере такого признака – во Христа верить, а крест на себе не изображать.

Христиане всегда на себе изображали крест, нет такого христианина, который бы не крестился. Православные в разные времена крестились по-разному: то двумя перстами, то тремя, иначе крестятся римокатолики, армяне, копты, но везде есть крест. Нет такого христианина, который не изображал бы на себе креста каким-либо образом. Без крестного знамения – нет христианства. И если человек говорит, что он христианин, но не изображает на себе крестного знамения, то мы можем его сторониться, ибо нет в апостольской вере такого признака – во Христа верить, а крест на себе не изображать. Как говорил святой Кирилл Иерусалимский, знаменующийся Крестом является собственностью Распятого.

Когда люди увидали Крест, они стали восклицать: «Господи, помилуй!» И когда мы видим крест над храмом, возвышающийся над нашими головами, то мы тоже вспоминаем о том, почему кресты увенчивают наши святые храмы, чем это куплено и как приобретено. Это приобретено Христовой победой.

Не так славно то, что Христос воскрешал мертвецов, что Мессия открывал слепым глаза, по воде ходил или, ломая хлеб, умножал его для многих, но славно то, что Мессия, Царь Славы, пошел на Крест. Его позор – это наша слава. Именно унижение Христово, Его великий позор, я без преувеличения это говорю, ибо то был великий стыд и великий позор. Позор всех грешников, стыд всех позорников упал на Иисуса Христа. Он был опозорен, обесчещен, избит и измучен, терпел казнь последнего злодея.

Христос был унижен до края, до последней нижней точки, до самой глубины страдания был измучен, и это Его мучение стало нашей славой. Он добровольно лишился всего – с Небес сошел на землю, отказался от славы, от богатства, чудеса на Кресте никакие не творил, был бессилен до полного изнеможения. И это Его бессилие превратилось в могучую силу для всех тех, кто любит Христа Иисуса и верует в Него всем сердцем.

В Первом послании к Коринфянам апостол Павел говорит: Я рассудил быть у вас незнающим ничего, кроме Иисуса Христа, и притом распятого (1 Кор. 2:2). То есть можно ничего не знать, многого не понимать, но делать одну очень важную вещь – носить перед собою образ Христа Иисуса. Но не Христа, обнимающего деток, и не Христа, запрещающего ветру и морю, и не Христа, проповедующего в храме, а Христа Иисуса распятого. Это самое важное. Он для этого пришел.

В «Символе веры» мы говорим: «Верую и во Единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия… и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася», и дальше мы сразу же говорим: «Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате». Мы не говорим, что веруем во Иисуса Христа, Который по водам ходил, Который бесов выгонял, мертвых воскрешал. Мы говорим: «Родившегося от Духа Свята и Марии Девы…», а дальше «распятого за нас при Понтийстем Пилате». Больше ничего не надо, все остальное приложится. То есть если ты веришь, что Христос исцелял, но не веришь, что Он страдал и воскрес, то бесполезно тебе верить, что Он воскрешал. А если ты веришь, что Христос страдал и воскрес, тогда все остальное правильно, тогда во все остальное можно верить,
Страница 6 из 15

но только после этого.

Далее апостол Павел говорит: Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость (1 Кор. 1:22–24). Как надо понимать эти слова? Почему для иудеев соблазн?

Иудеи знают Бога Великого. Бог являлся иудеям как великий. Он горы ломал, и горы горели огнем, когда Господь разговаривал с Моисеем. Он совершал величайшие дела, Он море гнал в одну сторону и в другую, и вел их за Собой. Он кормил их неизвестной пищей – манной, Он совершал перед ними многое-многое. Иудеи, когда им проповедуется Христос, говорят: «Ну что вы, мы верим в Великого Бога, а вы нас заставляете верить в Человека, Которого распяли наши отцы». Но самые великие иудеи верили во Христа, как и мы. Кто это? Это Моисей и Илия.

Нет выше праведников в еврейском народе, чем Моисей и Илия. А они в какого Бога верили? В смиренного! Илия, когда хотел Бога видеть, то Господь прошел перед ним страшным ветром, страшным землетрясением, но не было там Господа. А потом повеяла такая тихая-тихая прохлада, как прохладный ветерок, и там Господь! (См.: 3 Цар. 19:11–13). Господь – как кроткий – являлся Илии и также Моисею. Моисей и Илия настолько любили Господа, что когда на Фаворе Иисус преобразился перед учениками, то они пришли к Нему даже из другого мира, чтобы посмотреть на воплотившегося Христа. Моисей и Илия верят в кроткого Бога, и в Иисусе узнают Мессию.

Язычники же двояки. Половина языческого мира живет для плоти и только для плоти, для удовольствия плоти, для здоровья плоти – только интересами плоти. Вторая половина языческого мира презирает плоть. У них чуть-чуть больше ума, они понимают, что плоть смертна, не вечна, что нужно от плоти освободиться. И они додумываются до таких высоких мыслей, что плоть – это темница души. Нужно сбросить ее, пренебречь ею и искать мудрость. Это лучшая часть язычества.

Так вот, когда этим лучшим язычникам апостолы говорили, что Бог стал Человеком, то одни из них не могли понять, о чем речь, а другие говорили, что это невозможно.

Вот две категории людей – одни слишком умные, другие слишком жестокосердные. Иудеи знамений просят, эллины премудрости ищут. Для иудеев Христос распятый – это соблазн, для эллинов – безумие, а для нас, призванных, неважно кого по национальности, Христос – Божия Сила и Божия Премудрость.

И мы с вами каждый раз делом исполняем нашу веру, когда на себе крест изображаем, когда лобзаем Святое Древо, где бы то ни было начертанное – на иконе, на стене, на святых сосудах, на своей груди перед сном, если целуем крест Господний. Кроме того, у каждого из нас есть свой личный крест, который никто в мире, кроме нас самих, до конца донести не сможет. Друг другу можем только помогать в несении этого креста, но главная тяжесть креста лежит на плечах каждого человека. И нужно свой крест нести смиренно и покорно, памятуя о безгрешном Господе, влачившем на Себе крестную тяжесть на Голгофу.

Вот таким образом мы почитаем Господа распятого и непременно Господа воскресшего. Если бы воскресения не было, то какой был бы смысл крест почитать? Но воскресение засияло на весь мир, и лучами своей славы весь мир освятило. Поэтому мы говорим: – Слава, Господи, Кресту Твоему Честному и Воскресению. Мы не отделяем креста от Воскресения.

На иконах мы рисуем святых и Богоматерь с нимбами, а Христа рисуем с нимбом особенным, так называемым тройчатым, как бы разделенным крестом. Тень креста ложится на нимб Господний, и он разделен такими полосами, складывающимися в крест. Тройчатый нимб говорит нам, что Христос и во славе Своей креста не чурается и не отказывается от него. На нимбе справа, слева и сверху стоят три греческие буквы – O (омикрон), W (омега) и N (ню), образующие слово «Сущий» – Яхве или Иегова. Сый благословен Христос Бог наш – это имя Божие, потому что Христос есть Бог, ставший человеком. И Его слава с Крестом связана, Его воскресение через Крест пришло.

«Приидите вси вернии, поклонимся Святому Христову Воскресению, се бо прииде Крестом радость всему миру»[5 - Из воскресного песнопения по Евангелии «Воскресение Христово видевше».]. Крест – это слава ангелов, язва демонов, царей держава, христианам всякая благодать. Это действительно Древо Жизни, посреди рая Божьего растущее, а рай Божий есть Церковь Бога Живого – столп и утверждение истины.

У каждого из нас есть свой личный крест, который никто в мире, кроме нас самих, до конца донести не сможет. Друг другу можем только помогать в несении этого креста, но главная тяжесть креста лежит на плечах каждого человека. И нужно свой крест нести смиренно и покорно, памятуя о безгрешном Господе, влачившем на Себе крестную тяжесть на Голгофу.

Посему еще раз, паки и паки, осенившись крестным знамением во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, с благодарностью вспомним о том, что посреди Своих страданий Господь Иисус Христос растерзал рукописание всех человеческих грехов, и наших с вами личных тоже. Все наши грехи убиты на Кресте, сожжены на Кресте, испепелены и развеяны на Кресте. Поэтому если согрешишь и тяжко станет, читай из Евангелия о распятии Господнем, читай канон Кресту, погружайся в тайну Креста, осеняй себя крестом и знай, что Крест Господний сильней всякого греха.

Никто пусть не отчаивается, никто пусть крепко не унывает за безмерие своих слабостей, потому что Крест Господень сильнее всех, и Господь Иисус Христос полюбил нас, простил и очистил, собрал нас со всех распутий всех вместе и создал из нас Церковь.

Введение во храм Пресвятой Богородицы

4 декабря (21 ноября)

После того как Пресвятой Деве Марии исполнилось три года, Иоаким и Анна решили выполнить свое обещание посвятить дочь Богу. Пригласив родственников и множество молодых дев в Назарет, Иоаким и Анна одели Пречистую Марию в лучшие одежды и с пением священных песней, с зажженными свечами в руках повели ее в Иерусалимский храм. На ступенях храма Отроковицу встретил первосвященник со множеством священников. Здесь же совершилось и первое чудо.

Введение во храм – праздник деятельного восхождения

Наши праздники – события духовные, их нужно праздновать соответствующим образом и понимать суть происходящего. Поэтому у каждого праздника есть период приготовления, назовем его предпразднество, и период попразднества.

Праздник Введения во храм – это праздник деятельного восхождения к Богу. Маленькая девочка Мариам, отделившись от рук Своих родителей, побежала вверх по ступеням Иерусалимского храма, где ждал ее первосвященник. Это есть некий образ нашей жизни.

Идеальная жизнь – это движение вперед и вверх. Там, наверху, нас ожидает Первосвященник, Архиерей грядущих благ, вошедший во Святая Святых Своею Кровью – Господь Иисус Христос, Начальник Нового Завета. Он наверху, а мы движемся к нему снизу вверх, и души наши похожи на маленького ребенка. И мы стремимся на руки к нашему Небесному Царю, что, собственно, и символизируется праздником Введения во храм.

В Псалтири царя Давида есть пятнадцать или шестнадцать так называемых степенных псалмов, или песней степеней (119–133 псалмы. – Прим. ред.). В Иерусалимском храме было шестнадцать ступеней и, поднимаясь на
Страница 7 из 15

каждую ступень, люди прочитывали или пропевали определенный псалом. Эти псалмы символизируют собой такое деятельное восхождение к Богу. Их нужно читать в праздник, и нужно читать в домах своих.

Я рад тому, что вы любите храм Божий, приходите молиться, потому что человек живет, пока молится. Потом, когда не молится человек, он живет уже по инерции. Когда инерция иссякает и трение о воздух останавливает его, он начинает гнить. Не молящийся человек – это гниющий человек или движущийся по инерции. Поэтому у нас с вами нет больше ничего настоящего, твердого в жизни, кроме молитвы.

Поэтому, пока мы будем молиться, мы худо-бедно будем жить. Когда мы прекратим молиться, откажемся от молитвы – устанем, или соблазнимся чем-то, или будем обмануты диаволом, Бог да сохранит нас от этого, – то сначала мы будем радоваться, что получили некую свободу от духовных упражнений. Все обманутые диаволом и отведенные от Бога сначала претерпевают период такого безумного веселья – наконец-то мы сбросили с себя средневековые узы, мы перестали упражняться в благочестии, мы просто начали жить и радоваться этой жизни. Но это кратковременный период. А потом начинаются настоящие скорби, которые уже не заканчиваются. Покуда молится человек – он жив. Жизнь – это не место наслаждений.

Хотелось бы, конечно, радоваться всегда, но радость обещана только тем, кто исполнил заповеди. Им сказано: «Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех» (Мф. 5:12). А покуда заповеди не исполнены, человеку предстоят труды и скорби. «Скорбь и теснота всякой душе человека, делающего злое, во-первых, Иудея, потом и Еллина! – говорит апостол Павел. – Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину!» (Рим. 2:9–10).

Человек живет, пока молится. Когда он не молится, то живет уже по инерции. Когда инерция иссякает, то он гнить начинает. Поэтому у нас с вами нет больше ничего настоящего, твердого в жизни, кроме молитвы.

Поэтому наша жизнь есть тяжелый путь из Египта в Палестину, из земли рабства в землю свободы. Этот путь не может быть легким, и мы подкрепляемся на этом пути молитвой. Посему я хотел бы, чтобы вы всегда любили Христа, и всегда молились Ему, и всегда призывали сладчайшее имя Девы Марии – нашей Матери во Христе, и Заступницы, и Ходатаицы. И так, этой верой укрепленные и окрыленные, дошли бы до самых ворот Царства Небесного, которые вам, даст Бог, откроются. Потому что, как говорит Иоанн Лествичник, «опирающийся на посох молитвы не упадет, ежели же и упадет, то легко ему будет подняться».

Не знаю, как можно жить, не молясь. Помню, когда-то я посещал одного больного, при смерти, священника, старенького такого протоиерея, которого очень любил, и спросил его: «Отче, а вы молитесь?» А он лежал – он не поднимался уже, – и у него был молитвенник на тумбочке. И он ответил: «А как же, сынок, не молиться? Без молитвы можно и с ума сойти». Я навсегда запомнил эти слова, и тоже считаю, что без молитвы можно с ума сойти. Многие и молящиеся с ума посходили, не без того, конечно. Но чтобы не молиться и остаться в здравом разуме, я не знаю, что нужно сделать и что нужно в себе иметь. Поэтому не сходите с ума, братья и сестры. Дай Бог вам всем здравого разума, здравого духа в здравом теле, а для того любите храм и любите молитву.

Рождество Христово

7 января (25 декабря)

Праздник Рождества Христова был установлен самими апостолами для прославления величайшего события человеческой истории – Христова воплощения. Событие праздника наиболее подробно описано евангелистом Матфеем во второй главе его Евангелия, которое читается в этот день за богослужением. Празднику предшествует Рождественский сорокадневный пост, а продолжается празднование Рождества Христова до 13 января (31 декабря).

Приближаясь к колыбели. Слово в преддверии Рождества Христова

Рождество на пороге, и скоро ангельская песнь возвестит пришествие в мир Христа Спасителя. Мысли тех, кто любит Его, в эти дни прикованы к моменту, когда земная жизнь чудесного Младенца лишь начинается…

Хотели бы вы, забирая новорожденного из роддома, получить в нагрузку книгу с описанием его будущей жизни? Страшно, правда? Вот где страх подлинный и неподдельный.

Книга была бы весьма объемной в том случае, если бы языком Толстого, или Тургенева, или Джойса в ней описывались детство, отрочество, юность; перипетии взросления, привычки, страсти, мечты, друзья; цели достигнутые, идеи реализованные; планы, растаявшие, как Снегурочка; мечты, отлетевшие как сон… Не все доживают до старости, но если старость и не была бы предусмотрена, – все равно книга была бы толстой, возможно – многотомной. Трудно было бы удержаться от того, чтобы не прочесть оглавление или пролистать последние страницы! Что там? Как там? Последний вздох, подпись на завещании, а может: «пропал без вести», «братское захоронение»…

Жизнь каждого человека – это материал как для многотомника, так и для единственного листка с сухими датами. Но, согласитесь, какое это все-таки томительное счастье – оставаться в неведении!

Но книга могла бы быть и тоненькой. Даже не книга уже, а так – тощая тетрадка или папка с двумя листками. Это в случае, если жизнеописание было бы дано в виде сухой биографии – вроде тех, что пишут при приеме на работу или в некрологе: «родился, учился, женился; супруга, дети, имущество; стоял на учете, лечился от… Умер в возрасте N лет». Эта жалкая версия земной биографии, пожалуй, страшней, чем объемная. Все же, когда холм насыпан, крест водружен и лития пропета, лучше оставить по себе подобие романа, нежели подобие жалкого меню в дешевом ресторане.

Жизнь каждого человека – это материал как для многотомника, так и для единственного листка с сухими датами. Но, согласитесь, какое это все-таки томительное счастье – оставаться в неведении! И какое милостивое чудо то, что, принимая в роддоме из рук медсестры драгоценный конверт с пятидневным сокровищем, мы не получаем в нагрузку точного знания о будущей жизни новорожденного! О, возлюбленные! Как ни лезем мы иногда в будущее, как ни стремимся отодвинуть занавеску на окнах земной темницы, – лучше не заглядывать далеко, лучше не знать, что будет завтра.

Но вот теплый праздник в холодную пору года опять привычно приближается к нам: Рождество приближается к нам, и мы через Рождество приближаемся к Богу. Ведь мы идем к колыбели, не правда ли? Мы идем к Новорожденному и Его Матери. И вот теперь нам пригодится все, что было сказано несколько выше.

Мы идем к колыбели Ребенка, жизнь Которого нам известна. Здесь не стоит гадать и спрашивать: что же из тебя вырастет, маленький? Не стоит раскладывать перед дитем книгу, машинку, рабочий инструмент, надеясь, в зависимости от того, к чему ребенок потянется, угадать его судьбу и род занятий, – все уже известно. Разложив перед Сыном Марии много вещей из мира взрослых, мы рискуем увидеть, как Он потянется к рубанку или пиле, которыми будет зарабатывать на хлеб рядом с Иосифом. А потом, возможно, Он возьмет в ручку гвоздь, и никто из нас не ошибется с ответом на вопрос «почему?».

Он пришел страдать, умирать – и потом разрывать смертные оковы. Поэтому в «Символе веры» сразу после слов о вочеловечении идут слова «и страдавша, и
Страница 8 из 15

погребенна. И воскресшаго в третий день…» Но страдать нужно будет в возрасте совершенной жертвы, в зрелости. Поэтому нужно будет сначала расти, проходить поступательно детство, и отрочество, и юность, наполняя Собою человеческую природу.

Если люди в толстых книгах описали подробно и увлекательно свое и чужое детство, а Он Свое детство от нас утаил, то не потому, что Его детство было менее интересно, нежели наше. Наоборот, именно уверовав в Него, люди стали способны создавать то, что называется детской литературой. В детстве, в котором долгими веками люди видели только слабость, глупость и лишний рот, совсем не так давно научились видеть свежесть, святость и трогательную наивность. Посольством иных миров стали дети в новое время. Только в новое. И лишь потому, что Он сказал: таковых есть Царство Небесное (Мф. 19:14); и еще потому, что Сам Он был ребенком.

Вот уже много столетий для всех христиан Иисус это Младенец, «в нагрузку» к празднованию Рождения Которого людям выдается книга о Его жизни – Евангелие. И надо идти к Младенцу, помня обо всем, что будет.

Будет крайняя простота в детстве и юности, будет полная неразличимость с миром простых людей. Ведь действовать нужно вовремя – не позже и не раньше. А потом, когда Иоанн проповедью даст знак, поднимется вихрь событий – от Крещения на Иордане до самой Голгофы, и далее до слов: Я с вами во все дни до скончания века (Мф. 28:20).

Он мог родиться в царской палате и в любой роскоши, но родился в пещере, потому что Царство Его не от мира сего.

Никто не дарил и не обещал человечеству больше, чем Иисус Христос. Своим Воскресением Он окрылил человечество надеждой на окончательную победу и подлинную вечную жизнь. Закваску бессмертия Он уже вложил в род наш, но Он и растревожил многих, смутил, измучил загадками, истомил тяжестью вечных вопросов. Люди будут недоумевать о Нем, спорить, злиться, сомневаться. Они будут листать старые книги, размышлять по ночам, вопрошать Небо, отчаиваться. Они будут приходить к вере и отпадать от нее, будут воевать с Ним и потом склоняться перед Ним же, когда благодать растопит лед упрямства. Так будет и при Его жизни, и после Его Вознесения даже до конца истории.

О, Великий Царь родился нам в городе Давида! Это такой Царь, который даже в детстве не будет играть мягкими игрушками. Верите ли, что Он – Царь и даже больше, чем Царь?

Не беря в руки оружия, Христос объявит и возглавит такую войну в истории человечества, какую не под силу вести обычным владыкам и полководцам. Не покидая за время земной жизни Палестины, кроме как однажды в младенчестве, Он после Воскресения, дориносимый[6 - Дориносимый – сопровождаемый почетной стражей копьеносцев (от др. – греч. «????» – «копье») (Прим. ред.).] Своими служителями, в Тайнах и книгах, в чудесах и знамениях посетит все континенты, содействуя проповедникам и покоряя вере народы. Сегодня повсюду на земле есть следы присутствия Христа и веры в Него.

Он мог родиться в царской палате и в любой роскоши, но родился в пещере, потому что Царство Его не от мира сего. На земле мир (Лк. 2:14) – пропели Ангелы над головами пастухов, но Он добавит потом: Не мир пришел Я принести, но меч (Мф. 10:34), – потому что любовь Его зрячая; она не смешивает добро и зло, но различает и разделяет, благословляет одно и проклинает другое.

Мы умиляемся детству, страстно влюблены в сильную и здоровую молодость и боимся старости. А Он? Ему не дано постареть. Это не Его чаша. Он должен будет умереть молодым и воскреснуть. Что же до детства, юности и зрелости, то всюду Он – Царь: простой без потери величия; иногда незаметный, как воздух, но такой же необходимый; сильный, хотя и не окруженный страхом.

Рождество: печаль человечества свела с небес Сына Божия

Жестокость мира – от демонов. Разврат мира – оттого что весь человек стал плотью, и только плотью. И радость мира – шумная и надрывная радость, от которой тяжело, как с похмелья, это лишь декорация: аналог репродукции картины на стене, висящей только для того, чтобы закрыть дыру в обоях.

До начала мир пуст. После грехопадения он пуст, как барабан; пуст, как опустошенный вором кошелек. Оттуда, из чрева пустоты, выползает медленная и звенящая тоска – та самая, с которой если кто не знаком, то не сможет понять и ощутить сердцем, чему можно радоваться в Рождество.

Пустой мир – и человек, сдувшийся как шарик. И если надо дальше жить, даже если и не хочется, но придется, то нужно «развеселить себя» чем-то.

Пустота – от грехопадения. Суета и шум – от невозможности сидеть на месте и в тишине. Разврат – от угасания духа, от тотальной власти плоти и невозможности этой власти сопротивляться. А уже злоба – от демонов. В особенности – лукавая злоба, в которой улыбаются и держат паузу. В которой вынашивают замысел и строят планы. В которой жестокость не порывистая, а осмысленная, санкционированная, идеологическая. Что еще есть вокруг, что ускользнуло из списка? Чего не назвали?..

И вот на землю, подпадающую под наше описание, пришел Христос. На развратную от отчаяния землю – пришел Сын Девы, не имевший в Себе греха. На поглупевшую землю пришла Премудрость Божия: туда, где пустота, пришел Тот, в Котором полнота. И поскольку земля из-за демонов стала лукава и жестока, милосердного Христа ждали на земле сети словесных уловок, крики распинателей и плетки солдат претории. Он это знал и все же Он пришел. Не отрекся. Не отказался. Прими благодарный поклон, Спаситель мой и Благодетель.

Пустота – от грехопадения. Суета и шум – от невозможности сидеть на месте и в тишине. Разврат – от угасания духа, от тотальной власти плоти и невозможности этой власти сопротивляться. А уже злоба – от демонов. В особенности – лукавая злоба, в которой улыбаются и держат паузу.

Мы празднуем Рождество, господа! Рождество, говорю, празднуем, товарищи! Братья и сестры, мадам и месье, Воплощение Сына Божия торжествуем!

Нам праздники даны не для воспоминаний о событиях, а для сердечного участия в них – в этих самых празднуемых событиях. По замыслу и в идеале мы не «вспоминаем» и едим, а соучаствуем и веселимся. И если праздник способен приобщить человека к радости пастухов, слышавших ангельский хор, и волхвов, принесших дары, то Рождество способно заострить также и ту тоску дохристианского мира, от которой в томлении издыхало человечество.

Не издыхает ли оно вновь, только уже не как ждущее Искупителя, а как отрекшееся от Него, и, следовательно, более виновное? Предпраздничная тоска. Непонятная пустота, день за днем сосущая сердце. Смутное недовольство всем вообще и ничем конкретно: шуба не греет, покупка не тешит, анекдот не смешит; новости страшат, разговоры утомляют, – знакомо? Если нет, то чему вы радуетесь в Рождество?

Книге нужен переплет и картине – рама. Так и для радости нужен печальный контраст, потому что и сама радость – это ответ Бога на печаль мира. Конкретный ответ на конкретную печаль. Речь не о личной печали, которая у всех своя, а о печали вселенской, которой дышат все без исключения. И благодать, та, что обрезает не крайнюю плоть, но сердце, делает человека внутренне чувствительным не только к движениям Духа, но и к тонкой печали века сего.

Эта печаль погибающего человечества, печаль, мало кем осознанная, но
Страница 9 из 15

несомненная, свела с Небес Сына Божия. Это Он сжалился, глядя на нашу бедность, на наше угасание, на наше бесплодное ползание в пыли. Он ведь с Отцом и Духом не для того нас создал, чтобы мы жили вот так, как живем обычно. Пропасть лежит между тем, какими мы быть должны и какими стали. И дело нужно было исправить, но не человеческой рукой – слаба она. Дело нужно было исправить рукой Божественной. Рукой, на первых порах – младенческой. Это и есть Рождество.

Чувствуя странную, нездешнюю радость от того, что Он пришел, мы вполне обязаны обрезанным сердцем чувствовать и вкус той трагедии, которая привела к Воплощению, а затем к Крестному страданию Иисуса и Его воскресению. Нечувствие радости есть точный диагноз неверия. И излишний праздничный шум – это лишь звуковая завеса. Рождество хочет тишины. Тишины и простоты. Тишины, простоты и слез. Слез в тишине и радостного ужаса: ужас прогоняет тоску и приносит смысл. Ибо если и есть что-то подлинно ужасное (в смысле не бытовом, но библейском), то это Истина, завитая в пеленки, которую вдруг распеленали.

Пропасть лежит между тем, какими мы быть должны и какими стали. И дело нужно было исправить, но не человеческой рукой – слаба она. Дело нужно было исправить рукой Божественной.

Говорить можно много, и если разговорился, то уже и хочется говорить дальше… Но надо ли? Что скажет человек, когда ангелы поют, да и не поодиночке, а хором! Такое привычное, но совершенно неизвестное празднование. Морозное, елочное, в шарах и лентах, измучившее приближением, оглушающее приходом. Рождество пришло. Пришло Рождество. Пришло…

О благодати, о грехе и о празднике. Несколько слов о Рождестве Христовом

Благодать праздника обличает грех

Рождество у нас и снежно, и морозно, и многолюдно. Но главное – оно благодатно. Как старый сундук, наполненный сокровищами, это архаичное слово таит немало загадок. Несколько слов о благодати, если позволите – всего несколько слов.

Что делает благодать? – Обличает грех. Она врачует, умудряет, утешает. Но вначале – обличает затаившийся грех. А что делает грех, обличенный и проявленный? – Он буянит и дебоширит, как разбуженный бандит во хмелю. Если ангелы радуются, то бесы воют; если бесы хохочут, то ангелы плачут, – и никогда не бывает так, чтобы и те, и другие радовались или плакали одновременно. Не значит ли это, что у праздников, кроме хлопушек, гирлянд и дежурных поздравлений, есть еще одна – болезненная сторона? Как вам кажется, друзья?

Лично я думаю, что если праздник благодатен и проникает внутрь сердца – туда, где грех живет, – то грех просыпается и берет в руку палку, как Каин на Авеля. А если праздник не благодатен (так только – мишура и сопливое сюсюканье), то грех продолжает спать и улыбаться во сне улыбкой сытого людоеда.

Праздник без печали – сущее беснование

Невозможно побывать всюду, но через окошко телевизионного экрана мы можем поглядеть на праздничные площади мировых столиц. А еще можно почитать и послушать, о чем говорят, что поют, какие поздравления произносят. Потом рождаются выводы: вот ими я и хочу с вами поделиться.

«Грех нам друг, а Христа мы не знаем, и убедительная просьба не навязывать нам свое мрачное мировоззрение», – такой текст можно прочесть на лбу у многих.

На Западе – успешные попытки выгнать Христа из Christmas[7 - Период празднования Рождества и Нового года (в западных странах с 25 декабря по 1 января).]. У нас – небезуспешные попытки Христа на Christmas не пустить. Повсюду же – желание оставить только елку с конфетами и корпоративы. И не есть ли это – желание помириться с грехом и окончить изнурительное противостояние? Ну да. Именно это и ничто иное. «Грех нам друг, а Христа мы не знаем, и убедительная просьба не навязывать нам свое мрачное мировоззрение», – такой текст можно прочесть на лбу и на правой руке у многих. Только текст. Никаких цифр. Кстати, любой текст можно перевести в цифры, но не всякие цифры превращаются в текст. Впрочем, об этом не сейчас.

Настоящие праздники нужны для опечаленного человека, а капля печали необходима для празднующего. Печаль без праздников – путь к самоубийству, а праздники без нотки печали – сущее беснование. Ведь зачем мы солим пищу, зачем добавляем перец, корицу и прочие специи в блюда? Если бы на столе было только сладкое, разве это не было бы пыткой и неестественностью? И разве не печально, что Христос родился для Крестной муки? Ух, показали бы мне вы того, кто виноват в неизбежности Крестной Жертвы и крика: Или, Или! лама савахфани?[8 - Предсмертный возглас Спасителя с Креста, который означает: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46).] (Мф. 27:46). Я б ему…

Подхожу к зеркалу и вижу знакомые черты одного из виновников коллективного преступления. Ну и сколько теперь нужно выпить шампанского, чтобы затушить тревогу? Мадам Клико, отворяй подвалы!

Два полюса мира

Мои мрачные теории о войне греха с благодатью, друзья, подтверждаются историей.

Звезда повлекла в путь волхвов. Волхвы растревожили Ирода. Не обрадовали, а растревожили. Вместо того чтобы каяться, благодарить, поклоняться, Ирод решает Христа убить. Что же это такое? Это – действие благодати на осатаневшую душу. Лучи благодати осатаневшую душу только жгут, только мучают: никакого спокойствия, умиления или радости.

За окном – снег и мороз, а в доме у нас – елка в гирляндах. Но думаю я не о них. Я думаю о бесснежных зимах в Палестине; об Ироде, обдумывающем убийство Младенца в комнате дворца; о длинных тенях, которые бросает на стены комнаты горящая перед царем жаровня.

Ирод – это полюс безблагодатности. На противоположной стороне Мария, ангелы, Иосиф. Все остальное человечество – посередине. Блаженный Августин говорит, что весь мир помещается между двумя крайними состояниями: любовь к себе до ненависти к Богу, и – любовь к Богу до ненависти к себе. Эти слова глубоки, и размышлять о них можно долго.

Празднуя Рождество

Я мучаюсь, друзья, от участившихся требований практической пользы. «Чего ты хочешь добиться? Зачем ты это говоришь и в чем смысл твоих слов?» – приходится слышать все чаще. Как будто так уж легко объяснять смысл, к примеру, музыки и доказывать ее необходимость. Но смысл, думаю, в том, что мы не празднуем какое-то «просто Рождество», а празднуем Рождество по плоти Сына Божия, Христа Иисуса.

Смысл еще и в том, что если вы Христа любите, но наполняетесь радостью не полностью: если с недоумением обнаруживаете в себе особую печаль посреди самого торжества или после него, не удивляйтесь. Грех, который в нас, мешает полноте радости, и огонь на душевных алтарях коптит.

Сам праздник способен разбудить в душе нашей нечто до тех пор спавшее и утаившееся. Благодатный праздник, друзья, всегда – опыт углубленного самопознания. Самопознание же – такое занятие, которое вовсе не всегда связано с приятными новинками. Оно скорее пугает или печалит, оно заставляет искать утешения от Духа. И поэтому вникать нужно не только в себя, но и в учение, причем – постоянно (ср. 1 Тим. 4:16).

Если вы с недоумением обнаруживаете в себе особую печаль посреди самого торжества или после него, не удивляйтесь. Грех, который в нас, мешает полноте радости, и огонь на душевных алтарях коптит.

В заключение

Ведет Иосиф под
Страница 10 из 15

уздцы ослика. Сидит на ослике молодая Мать с Младенцем Иисусом, и все они движутся в Египет, оставляя за спиной Святую Землю. Египет всегда был для евреев символом греха. Но вот, в земле Израиля Христа ищут убить, а в Египте Ему будет спокойно. Странно.

Так грех и святость могут неожиданно поменяться местами в праздник.

Таковы наши праздники, любезные друзья. А каковы ваши?

Рождество: Бог явился во плоти…

Рождество Христово – праздник встречи Ветхого и Нового Заветов. Его ожидали пророки, о нем возвестили Ангелы, о нем вдохновенно говорили апостолы. Среди апостольских посланий, быть может, самым ярким словом о Рождестве является вдохновенный отрывок из Послания Павла к Тимофею, написанный в форме гимна:

И беспрекословно – великая благочестия тайна:

Бог явился во плоти,

оправдал Себя в Духе,

показал Себя ангелам,

проповедан в народах,

принят верою в мире,

вознесся во славе (1 Тим. 3:16).

Слово «плоть» – многозначное. Часто это синоним понятия «человек» в общем значении, человеческой природы. Слово «плоть» нередко обозначает немощь, тяжесть, ограниченность: Симон назван блаженным, потому что узнал в Иисусе Сына Живого Бога, и не плоть и кровь, а Отец открыл ему это (ср. Мф. 16:16–17). Когда человек отчужден от жизни Божией, то признается, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе (Рим. 7:18).

Что значит «оправдал Себя в Духе»? Это значит, что Воплотившийся Мессия был настолько смирен и прост, что лишь в делах Он познается как Сын Всевышнего и Бог Всемогущий.

И именно поэтому явление Бога во плоти названо Павлом великой тайной благочестия (ср. 1 Тим. 3:16). Через Воплощение Божие наши плоть и кровь, прежде чуждые святости, раздираемые страстями, получают возможность освящения. Именно получают возможность, а не освящаются «автоматически». Через плоть Господа, ставшего нам единосущным, и мы становимся причастниками Божеского естества (2 Пет. 1:4). Открывается возможность освящения не только помыслов и намерений сердечных, но и всего существа человеческого, всего душевно-телесного состава.

Это – тайна, тайна великая. Тайна благочестия.

Что значит оправдал Себя в Духе (1 Тим. 3:16)? Это значит, что воплотившийся Мессия был настолько смирен и прост, что лишь в делах Он познается как Сын Всевышнего и Бог Всемогущий.

Достигнув возраста полной человеческой зрелости, Христос выходит на служение, посреди которого Он врачует всякие болезни, изгоняет демонов, воскрешает мертвых, повелевает стихиями. Дела эти Он совершает всенародно и без каких-либо приготовлений. Силу чудотворения Он дает также учениками Своим, и те одним лишь именем (!) Учителя совершают знамения (см.: Мк. 16:17). В этих обильных делах, каких никто другой не делал (Ин. 15:24), Божество Иисусово было ясно видимо и пробивалось лучами сквозь завесу плоти, как солнце – сквозь облако.

Со стороны ангелов Господь был окружен служением на всем протяжении земной жизни. Его зачатие благовещено Гавриилом. Его Рождение воспето с небес. Его пост в пустыне укрепляем служением ангельским, равно как и слезная молитва в Гефсимании. Воскресение возвещено мироносицам ангелами, и Его Вознесение окружено ангельским предстоянием.

Ангелы светлые, отличаясь несравненно большей силой ума и большей степенью любви к Творцу, чем люди, удивлялись, видя своего Господа воплотившимся, и служили Ему со страхом и одновременной радостью. Они легче и быстрее, чем мы, отличают ложь от истины, и такое благоговейное внимание к жизни Господа Иисуса с их стороны убеждает нас в том, что Иисус есть Бог воплотившийся.

Господь Иисус не пришел исключительно для одних евреев. Радость богопознания и светлую перспективу вечной жизни Он принес для всего человечества. Понести проповедь во все концы мира Он поручил малому числу самых простых учеников Своих. И то, что Церковь Христова не умерла в первые годы бытия своего, то, что она, как могучее дерево, укоренилась и распространила ветви на всю широту земную, есть еще одно неоспоримое доказательство Божественности Спасителя.

Не на острие меча, как Мухаммед и его последователи, не хитростью и мудростью земной, как многие учителя и философы, а в простоте жизни и слова, в силе Духа Святого действовали Христовы ученики. Успех их деятельности заключался не в их личных талантах, а в постоянном Господнем содействии и подкреплении их слова последующими знамениями (Мк. 16:20). Можно повторить вслед за Павлом, что Господь намеренно избрал немощное и ничего не значащее, чтобы сильное и значащее посрамить (см.: 1 Кор. 1:27–29).

До чего же удивительно, что странную веру, пришедшую с небес, выпадающую за пределы всех логических схем, веру, где Дева рождает, где Бог распинаем, где от последователей требуется безропотность в страданиях и любовь к врагам, приняли великие множества самых разных людей! И смягчились сердца, и укротились нравы, и просветлели лица! Сила Христа Воскресшего восторжествовала над грубостью и черствостью миллионов сердец. И поныне она продолжает торжествовать, приводя к покаянию, к благим изменениям блудниц, мытарей и гонителей.

Бог сердца моего (ср. Пс. 72:26) – так может назвать Иисуса всякий человек, вкусивший, яко благ Господь (Пс. 33:9). Верующий готов петь Богу песнь новую: «Кроме Тебя, иного не знаем, имя Твое именуем»[9 - Цитата из богослужебного гимна «Воскресение Христово видевше».]. Как тает от любви сердце Суламиты в Песне песней, так тает и горит, горит и тает сердце верующего человека, уязвленное Божественной любовью. От благовония мастей твоих имя твое – как разлитое миро… Влеки меня, мы побежим за тобою… достойно любят тебя (Песн. 1:1–3).

Быть может, лучше прочих доказательств Божественности Спасителя – то чувство нашей умиленной любви к Нему. К Нему, Которого, не видев, любите, и Которого доселе не видя, но веруя в Него, радуетесь радостью неизреченною и преславною, достигая наконец верою вашею спасения душ (1 Пет. 1:8–9).

До чего же удивительно, что странную веру, пришедшую с небес, веру, где Дева рождает, где Бог распинаем, где от последователей требуется безропотность в страданиях и любовь к врагам, приняли великие множества самых разных людей!

Совершив все, исполнив волю Отца, Христос видимо покинул этот мир. Небо приняло Его до времени Страшного Суда и Второго Пришествия. Приняло не как Еноха и Илию, ибо те – рабы Божии и были взяты, а Он – Господь и вознесся. Вознесшись, Он обещает быть с нами во все дни. И Он управляет миром, поскольку Ему дана всякая власть на небе и на земле (см.: Мф. 28:18–20). Своим Вознесением Христос показывает нам, что Он не от земли, как первый Адам, а с Неба, и что Он – Адам второй. Так и говорит апостол Павел: Первый человек – из земли, перстный; второй человек – Господь с неба (1 Кор. 15:47). Кто же еще этот второй человек и Господь с неба, как не Христос, Который пришел в мир и совершил спасение, а затем видимо покинул мир, чтобы прийти для справедливого Суда?

Теперь, собрав воедино все Павловы слова относительно Рождества, что еще нужно сделать нам, как не сказать, преклонив колени, Родившемуся в Вифлееме: «Слава Тебе, Господи, слава Тебе»?

Просвещенные верою в Тебя, Сладчайший Иисусе, мы на Тебя и надеемся, Тобою хвалимся, в Твоей любви хотим возрастать и укрепляться. Твоя благость да очистит наши
Страница 11 из 15

ранее содеянные грехи. Она же да удержит нас на будущее от совершения грехов новых.

Твоя милость да не оставит нас и да усладит нас во всякой неминуемой житейской горечи.

С Иосифом служить Тебе считаем мы себя недостойными.

Близ Матери Твоей стать не позволяет нам внутренняя наша нечистота.

Все, включая пастушков, этих смиренных свидетелей всемирной радости, опередили нас в добродетелях.

Но рядом с осликом, волом и овцами позволь нам стоять в ночь Рождества.

Да будем и мы овцами Твоего стада, да будешь и Ты – наш Пастырь. Пастырь добрый, пришедший положить душу за овец (ср. Ин. 10:11).

Рождество Христово: «до» и «после»

В разных культурах слово о Рождестве соединено с разными трудностями. Слово вообще рождается трудно. А если нужно родить слово о Слове, Родившемся от Девы (ср. Ин. 1:14), то немоты можно ожидать от самого говорливого. Сам дай мне слово, Слове Божий, да и в этом году прославится нами Твое Пришествие в мир.

Мы имеем счастье быть окутанными христианством и имеем хамство этого не замечать. У нас разговор о Рождестве как будто легок и привычен. А вот попробуйте сказать о воплотившемся Боге, находясь внутри индуистской культуры, у которой сотни тысяч богов. Эти боги являются среди людей постоянно, они способны к бесчисленным воплощениям и развоплощениям. И не нужно ехать в Индию, чтобы об этом узнать – можно хотя бы побеседовать со знакомым кришнаитом славянского происхождения.

Между тем христианская весть о воплотившемся Боге уникальна и ни к чему не сводима. Вся грандиозность события заключается именно в том, что речь идет о Боге Израиля, о Боге Ветхого Завета, со всеми теми Его качествами, которые мыслятся с непременным страхом. Это Бог, могущий все, то есть Всемогущий. Это Бог Вечный, Всезнающий, не безразличный к человеку, умеющий как любить, так и наказывать. Ему служат солнце и луна. Его Престол, закрывая лица, окружают Херувимы. В травинке видна Его премудрость, а в горных хребтах и морских глубинах очевидно Его всесилие – и именно Он родился в пещере от Девы…

Если мысль мечется между небом, которое есть Престол Божий, и землей, которая есть подножие ног Его (см.: Мф. 5:33–34), если мысль пытается удержать в памяти все, что знает о великом Боге, и соединить эту память с Дитем, положенным в ясли, то нельзя не изнемочь человеку. Человек тогда опускается на колени, точь-в-точь как волхвы на бесчисленных средневековых картинах. Человек не приносит дары и не держит в руках ни ларца, ни посоха. Он просто стоит на коленях перед Младенцем и Девой. Возможно, он уже и не думает, но созерцает.

Рождество – праздник, требующий вначале размышления, затем усталости от последнего и перехода в созерцание. Это глубокий праздник – и над ним нужно стоять, как над колодцем, в котором ночью отражаются звезды. Отсюда все праздничное умиление и вся тишина сочельника[10 - День накануне Рождества – 24 декабря (6 января по новому стилю).]. И даже громкий смех детей и взрослых на святках[11 - Праздничный период с 25 декабря по 5 января (7–18 января по новому стилю).] – не более чем разрядка для души, немного уставшей от громадности чуда.

Мы имеем счастье быть окутанными христианством и имеем хамство этого не замечать. У нас разговор о Рождестве как будто легок и привычен.

Да, друзья, от чуда можно устать. Потому что оно большое, а я маленький. Потому что моя душа не всегда готова жить чудом и только чудом, а оно между тем таково, что, поселившись в душе, неумолимо вытесняет из нее прочь все нечудесное. И тогда возникает соблазн любить чудо не «от всея души и от всего помышления», а частично, умеренно и привычно, как пушистую домашнюю зверушку. Этот соблазн – от усталости.

Что уж там индуизм с миллионом воплощающихся и испаряющихся богов! Не намного ли опасней современное «культурное» басурманство, при котором и женщина – не тайна, и роды – не чудо, и дети «заводятся» или сами, как тараканы, или сознательно, как пекинес?

Мария и младенчески беспомощный Бог на Ее руках – это целое Солнце, от которого рождается тепло и текут во весь мир умные лучи. Любовь к этому удивительному вифлеемскому событию должна разрезать жизнь человечества на «до» и «после».

Что значит «до»? Значит, что женщина – объект мужских желаний и своеволия; что ребенок – лишний рот, пока не вырастет; что сама жизнь – мрачная пещера, даже если жить в пространных покоях.

Что значит «после»? Значит, что Одна Дева и Жена (ср. Лк. 1:42) стала вместилищем Тайны, и теперь всех жен в благодарность Той Одной нужно любить, защищать, уважать и быть для них рыцарем. Значит, что ребенок – это умилительно более, чем обременительно. Значит, что поклоняться нужно отныне не грубой силе и фактическому могуществу, а такой силе и такому могуществу, которые способны унизиться до образа раба, и отдать Себя на девические руки, и сопеть безмятежно на этих самых руках. И то, что эти руки будут обнимать отныне всю человеческую историю – тоже значит.

За оконным стеклом вихрем кружатся белые хлопья, хрустит под ногами снег и опять в церквях поют: «Таинство странное вижу и преславное: небо – вертеп, Престол херувимский – Деву»[12 - Ирмос 9-й песни Рождественского канона.]. То есть небо – это не то, что вверху. Настоящее Небо – там, где Бог. Христос родился в пещере – и пещеру сделал небом. До Воплощения только Небесные Силы, да и то не все, были так близко допущены к Божеству, что Господь именовался Сидящим на Херувимах и Ездящим на Серафимах. А теперь Он приблизился к Деве и через Нее так приблизился к нам, что Она превзошла близостью херувимские престолы. Так поют в церквах от лица всех думающих об этом и понимающих это. И каждый из нас может сказать вслед за ирмосом: «Вижу!»

Не намного ли опасней современное «культурное» басурманство, при котором и женщина – не тайна, и роды – не чудо, и дети «заводятся» или сами, как тараканы, или сознательно, как пекинес?

Видишь ли ты это, брат мой и сестра моя? Если не видишь, то не январская пурга мешает тебе и не слабое зрение, но какой-то «-изм»[13 - Автор намекает на типичное окончание слов, определяющих мировоззрение: атеизм, неоплатонизм и т. п.] попал в твое нежное око. А может, просто суета, да предпраздничный шопинг, да забот полон рот, да на работе проблемы. Только – знаешь? – никогда суета не закончится и никуда не уйдут проблемы. Они будут мухами жужжать над ухом и появляться ниоткуда, как вездесущая пыль. Особенно если даже раз в год ты не выкроишь кусочек бесценного времени для того, чтобы в удивлении постоять над входом в одну пещеру. Там сопит вол, там слышен стук копыта, ударяющего о каменный пол, там тихо поет Мария. Возможно, Ей подпевают Ангелы, но этого мы с тобой не слышим. В этой пещере скрыто твое и мое главное Сокровище. Оно пока маленькое и нуждается в защите Иосифа. Но вообще-то по-настоящему маленькие – мы. И мы нуждаемся в Нем постоянно.

С Рождеством тебя, брат мой или сестра моя!

Крещение Господне, или Богоявление

19 (6) января

Установление праздника Богоявления восходит к апостольским временам. О событии его повествуют все евангелисты. Господь Иисус Христос является на Иордане, крещается от Иоанна. В это время сверху слышен голос Отца, а Дух Святой в виде голубя слетает с Небес. Бог являет Себя миру. Освящается водное
Страница 12 из 15

естество.

Богоявление: начало Евангелия – Иордан

О, Иордан! С какой стороны мне мысленно подойти к тебе?

С востока ли, откуда пришел из пустыни народ, имеющий наследовать землю за твоей границей и которому ты позволил перейти по осушившемуся повелением Бога дну своему (см.: Нав. 3:7–17)?

Или с запада, откуда пробирались к твоим водам люди, желающие крещения Иоаннова? Сложен был тот последний путь, и много опасностей ждало путешественников. Но, видно, силен был голос вопиющего в пустыне (Лк. 3:4), раз рисковали люди быть ограбленными, но шли за духовным сокровищем.

Надо было когда-то одним перейти через Иордан, чтобы вселиться в землю, текущую молоком и медом. Надо было и другим окунуться в Иордан, чтобы уверовать в Того, на Кого Иоанн указывал.

«Начало мира – вода, и начало Евангелия – Иордан»[14 - Свт. Кирилл Иерусалимский. Огласительное поучение третье.].

Христос не ходил среди людей, говоря им громко или на ухо: «Я – Мессия». Очень редко слышим мы в Евангелии голос Иисуса, говорящего о Себе, что Он есть Обещанный и Долгожданный. Нужно иметь свидетельство от другого. И этот другой должен быть человеком, достойным всяческого вероятия, бескорыстным, праведным, ревнующим об Истине. Иоанн был таковым.

Сын священника, рожденный отцом и матерью в старых летах, житель пустыни, он должен был казаться иудеям Ангелом. Они спрашивали, не Илия ли он, не Мессия ли? Он отвечал словами Исаии (см.: Ин. 1:21–23). Слушавшие должны были понимать.

Он пришел во свидетельство, чтобы указать на Того, Кому считал себя недостойным развязать ремень на обуви.

Главное в проповеди Иоанна – покаяние. Ни капли сентиментальности. Один грозный голос, как рык львиный, созывал к нему множество людей со всех пределов земли обетованной. Они шли посмотреть, потолкаться, но им приходилось слушать. Он говорил, и они опускали головы долу. Потом, неся на лице краску стыда, они входили в воду, и он погружал их в нее (крестил) в покаяние и ради веры в Того, Кто имел прийти (см.: Мк. 1:5).

Имевший прийти пришел.

Иоанн узнал Его. Не по словесному или писанному портрету, но по биению сердца, по волнению души, по извещению от Духа Святого.

– Ты ли идешь ко мне? Мне нужно у Тебя креститься! – сказал пророк.

– Оставь сейчас. Нам надлежит исполнить всякую правду, – отвечала Истина (ср. Мф. 3:14–15).

Иисусу нужно чтить закон и почитать пророков. Иоанну надлежит смириться. Так грубых людей Промысл смиряет, ломая их о колено, а смиренные и чистые смиряются сугубо от благодати.

Безгрешный вошел в воду и, как говорит Лука, молился (см.: Лк. 3:21–22). И по молитве Его произошло то, что мы празднуем: «Троицы явление на Иордане бысть». Бог истинный явился как Троица. А Иисус из Назарета явился как Христос.

Христос не ходил среди людей, говоря им громко или на ухо: «Я – Мессия». Нужно иметь свидетельство от другого. И этот другой должен быть человеком, достойным всяческого вероятия, бескорыстным, праведным, ревнующим об Истине. Иоанн был таковым.

Отец проявил Себя голосом.

Сын стоял в воде иорданской.

Дух сошел на смиренное Слово в виде голубя.

Иоанн сказал: Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым (Ин. 1:33). Мы говорим: «Явился еси днесь вселенней, и свет Твой, Господи, знаменася на нас»[15 - Кондак на праздник Богоявления.].

Отец сказал: Сей есть Сын Мой Возлюбленный (Мф. 3:17). В каждом празднике есть догмат и есть назидание. Есть правило для ума и есть закон для поведения. Сей есть Сын Мой Возлюбленный – это догмат.

В Нем Мое благоволение (ср. Мф. 3:17) – это учение о невозможности угодить Богу Небесному, не слушаясь Его воплотившегося Сына. Точно так же скажет апостолам Отец на горе Преображения со временем: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, – и добавит: Его слушайте (Лк. 9:35).

Догмат и заповедь. Заповедь и догмат. Разорви связь – и отделишь душу от тела, то есть совершишь убийство.

Далее у них – разные пути.

Сын Девы (Иисус Христос. – Прим. ред.) уйдет в пустыню, чтобы сразиться с диаволом и впервые дать естеству человеческому возможность отразить все того выпады и удары. Сын Елисаветы (Иоанн Креститель. – Прим. ред.), исполнив службу, вскоре сядет в тюремное подземелье, чтобы не выйти оттуда иначе, как только через пролитие крови и отсечение праведной своей главы от постнического своего тела.

Сын священника умолкнет. Сын Марии подхватит проповедь. Ему должно расти, а мне умаляться, – скажет Иоанн (Ин. 3:30).

Но и Сын Человеческий пришел не для того, чтоб Ему служили, и потому проповедь Свою начнет с повторения Иоанновых слов: Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное (Мф. 4:17).

Мы же, со склянками и баклажками пришедшие во множестве[16 - Автор адресует свой укор «обрядоверам» – тем, кто пришел за крещенской водой как потребитель, не вникая в суть празднования Богоявления (Прим. ред.).], словно измученные жаждой и добравшиеся до водопоя, что услышим сердцем?

Пришедши за водой, примем Дух, а вместе с Духом – страх ко исправлению. Представим, что нам, а не кому-то другому, сказано устами Иоанна: Порождения ехиднины! Кто внушил вам бежать от будущего гнева? Сотворите же достойный плод покаяния (Мф. 3:7–8). И да не подумаем говорить в себе: «Мы-де право веруем. Мы хорошие. Мы, мол, ничего такого, а, наоборот, то да се». Сказывает нам Иоанн, что Бог от камней может сотворить детей Аврааму. Еще сказывает, что секира у корня всякого древа лежит. И срублено будет дерево, не принесшее плода. А уж огонь, в котором гореть ему, не угаснет (ср. Мф. 3:9–10). Это тоже для нас сказано.

В каждом празднике есть догмат и есть назидание. Есть правило для ума и есть закон для поведения. Сей есть Сын Мой Возлюбленный – это догмат.

Иисуса, явившего, что Он есть Христос, да возлюбим.

Богу, явившему над водами, что Он есть Троица, верою да поклонимся.

Ну а там уже можно и в полынью скакнуть.

Не простудимся.

Святое Богоявление

«Ты бо еси Бог наш, Иже водою и Духом обновивый обетшавшее грехом естество наше. Ты еси Бог наш, водою потопивый при Ное грех. Ты еси Бог наш, Иже морем свободивый от работы фараони Моисеом род Еврейский. Ты еси Бог наш, разразивый камень в пустыни, и потекоша воды, и потоцы наводнишася, и жаждущия люди Твоя насытивый. Ты еси Бог наш, Иже водою и огнем пременивый Илиею Израиля от прелести Вааловы»[17 - «Ибо Ты, Бог наш, водою и Духом обновил обветшавшее от греха естество наше. Ты, Бог наш, водою потопил при Ное грех. Ты, Бог наш, морем освободил от рабства фараону чрез Моисея род еврейский. Ты, Бог наш, расторг скалу в пустыне, и потекли воды, и потоки переполнились, и жаждущих людей Твоих Ты насытил. Ты, Бог наш, водою и огнем избавил чрез Илию Израиль от обольщения Ваалом» (Из молитвословия на великой вечерне службы празднику святого Богоявления).].

Вода присутствует во всех деяниях Божиих, и Богоявление – это праздник начала Священного Писания и начала Евангелия.

Когда мы вспоминаем, как Дух Божий в виде голубином носился над Христом на Иордане и сошел на Него, то вспоминаем и голубя, возвестившего Ною окончание потопа. Когда воды, тяжелые, темные, мрачные воды потопа, были полны смерти, когда носились по волнам раздутые трупы беззаконников, и вороны сидели на них, выклевывая глаза, тогда
Страница 13 из 15

среди этих вод, убивающих грехи вместе с грешниками, прилетел голубок с масличной веточкой в клюве в Ноев ковчег, и забрал его Ной. Это значило, что есть уже сухая земля. Голубь нашел что-то на земле, и принес Ною весть, и пришла милость Божия.

Теперь мы так же видим над Господом Иисусом Духа Божия в виде голубине на Иордане, возвещающего о спасении, потому что водой Господь может и миловать, и губить. «Вода и огонь – это хорошие слуги, но плохие хозяева», – говорят англичане. Они если греют, то греют, а если жгут, то беда. Если моют и питают, то хорошо, а если топят, то тоже беда.

Вода Крещения – это вода спасения. Кроткий Христос пришел на Иордан вместе с грешниками. Иоанн не знал Его, он говорил: «Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым» (Ин. 1:33), и когда увидал Христа, к нему грядущего, то вострепетал и пожелал сам у Него креститься, потому что, без сомнения, меньший должен креститься у большего. Но Христос для того и пришел, чтобы стать ниже всех, и пошел креститься первым. И Господь, крестившись, вышел из воды, разверзлись небеса, и Дух Святой сошел на Него, и было явление Троицы на Иордане.

Водой Господь может и миловать, и губить. Вода Крещения – это вода спасения.

Праздник Богоявления – это праздник явления Бога как Троицы и Иисуса как Христа. Христос явил Себя как Христос, а Бог явил Себя как троичное единое Божество. Единовременно все три ипостаси явили себя: Сын, в воде крестящийся, Отец, голосом благовествующий, и Дух Святой, сходящий в виде голубине. Одновременно это все произошло, то есть «Троицы явление на Иордане есть», как говорится в одном святом песнопении.

А Иисус явился Христом. Не стал Христом, а явился. Еретики различного толка говорили, что Иисус стал Христом, когда на Него Дух Святой сошел на Иордане. А родила Мария Иисуса-мальчика, и вот этот мальчик рос праведным, хорошим и т. д. Потом Он пошел на Иордан, на Него Дух Святой сошел, и Он стал Христом. А Церковь говорит – явился, а не стал. То есть родился уже Господь. Когда Ангелы пели с небес, то они говорили и Марии, и Иосифу, и пастухам: «Мы возвещаем вам великую радость, родился здесь в Вифлееме Христос Господь» (см.: Лк. 2:10–12). Христом нельзя стать, Христом можно только родиться.

Кстати говоря, антихристом нельзя родиться, им можно только стать. Это очень важно, потому что многие люди говорят: «Антихрист родился, антихрист родился…» Антихрист будет всего лишь человек и никто более, но по глубине лукавой души станет вместилищем диавола и всякой хитрости и злобы, и по гордости захочет соперничать с Христом, занять Его место. Он станет антихристом, когда диавол войдет в него. Он согласится на это избрание, и когда все люди будут готовы поверить в это, тогда это совершится и он станет антихристом. Антихристом нельзя родиться, можно родиться просто ребенком, просто мальчиком, просто девочкой. Антихристом можно только стать, поэтому когда говорят: «Антихрист родился», – не верьте этому, это ерунда, это совершенно бессмысленно с точки зрения Закона Божия.

Есть воля человеческая, эта воля должна быть свободной и должна покориться Господу, а если она покорится диаволу, значит, такова будет ее мера. Итак, Христом нельзя стать, Христом можно только родиться, а антихристом нельзя родиться, им можно только стать. Имейте это в виду, потому что у нас в православной среде постоянно идут эти бесполезные разговоры неграмотных людей. Будьте мудрыми, ибо спасение зависит от веры и мудрости. Спастись трудно, но мудро. Ошибиться легко – совершил глупую ошибку и потом всю жизнь тратишь усилия впустую, а только полезные усилия на пользу человеку.

Христос на Иордане явился и засвидетельствовал, что Он Мессия обещанный. И Отец сказал: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение (Мф. 3:17). Потом то же самое произошло на Фаворской горе во время Преображения. Облако на Христа сошло, и апостолы перепугались, и голос произнес: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение; Его слушайте» (Мф. 17:5).

Вода драгоценней всего остального. Вода – это начало мира. Пока вода есть, можно за нефть воевать. Но когда воды не будет, тогда уже про нефть забудут и будут драться за стакан холодной воды.

Иисус явился как Христос, Бог явился как Троица, повторяю еще раз. Это очень важно понять. Потому что мы – христиане – не просто верим в Бога, мы верим в Единого и знаем тайну о Нем, которую Он Сам нам открыл, что Он един, но Он Троица. Он един в трех – три в Одном. Три свидетельствуют на небе – Отец, Слово, Дух Святой. И вот, сии Трое явились на Иордане, проявили Себя, и мы поклоняемся Богу Троице в Единице – и Единице в Троице.

Во имя Троичного Единства мы крещены – во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Не в имена, а во имя – в одно имя, троичное имя. Не сказано было Христом – идите, крестите во имя Отца, во имя Сына и во имя Святого Духа, или в имена, а сказано: «Крестите во имя…» – одно, потому что один Бог, но троично имя, потому что Бог есть Троица – неслитная, нераздельная, чудотворная. Это все есть предмет догматического богословия, предмет научения христианского, и, конечно, не всегда мы бываем способны к этим разговорам, потому что мы далеко от них отстоим по жизни, по образу мысли. Но в праздник нужно об этом думать.

В сочельник накануне Богоявления совершается первое водосвятие по всем храмам и монастырям: «Днесь вод освящается естество». То есть одно естество, и можно купаться не только в проруби для купания. Если вы нальете ванну и пропоете тропарь Крещения «Во Иордане крещающуся Тебе, Господи…», а потом залезете в эту ванну, в холодную воду или горячую, вы тоже будете принимать освящение, потому что все в одно естество освящается, всякий водный источник.

Вода, которую Господь собирал на второй день и сказал: «Да соберется вода, яже под небесем, в собрание едино…» (Быт. 1:9), вся вода вместе, этот водный резервуар, – он в принципе неизменен по количеству. То есть воды не добавляется в мире и не уменьшается, она в принципе одна, только круговращается в природе: то замерзает, то испаряется, то уходит, то приходит. И все водные ресурсы мира соединены вместе, воедино. И из любого источника освященная вода втекает, так или иначе, в собрание вод единое, в единую мировую водную систему, Богом созданную, и будет благословение Божие на всяком водном источнике. Это очень важно.

Когда люди от хозяйственной деятельности своей и от грехов своих начнут до конца уничтожать свою жизнь, то первыми пострадают моря и реки, водные источники, и там издохнет все живое, всплывет брюхом вверх, и пить нечего будет. Люди будут кусать языки свои. Вода первой отреагирует на грехи человеческие. Как в кровь превращен был Нил, когда Господь Бог забирал евреев из рабства египетского. Сейчас за нефть воюют, а лет через двадцать будут воевать за воду – за Байкал, за Днепр, за Енисей, за Иртыш, за Обь, за Нил, за другие воды. Когда будет такое, если мы еще будем живы-здоровы, если доживем до этого, то мы еще увидим, что войны будут не за уголь и не за золото, а за воду, потому что вода драгоценней всего остального. Пока вода есть, можно за нефть воевать. Но когда воды не будет, тогда уже про нефть забудут и будут драться за
Страница 14 из 15

стакан холодной воды.

Вода – это начало мира. Вода – это начало Евангелия, посему нужно беречь ее, осторожней к ней относиться, она чувствительна, она впитывает в себя более всего другого благодать Божию. Поэтому мы освящаем ее в день водосвятия не погружением креста, а словами священника: «Сам и ныне, Владыко, освяти воду сию Духом Твоим Святым». Троекратно повторив эти слова, троекратно осенивши воду, Христос через священника освятил эту воду, независимо от того, окунули крест в твою банку или в твою кастрюльку. Мы, конечно, всегда страшно переживаем за свою кастрюльку, свою чашечку, свою баночку.

Такие дни – с разбиранием и собиранием баночек, скляночек, кастрюлек с яблочками, со сливками, с грушками, со всем этим смаком – это экзамен на ваше христианское сознание. Пожалуйста, покажите, что вы никуда не спешите, что те три-четыре минуты, которые вам придется подождать, пока вас пропустят туда, к вашему сосуду с водой, для вас есть маленькая и терпимая жертва. Покажите, что вы не желаете портить себе и другим настроение лишней суетой.

Можно молиться пять часов и за две секунды все потерять, можно трудиться пять лет и за полдня потратить. Набирается долго – теряется быстро.

«Дом Мой, – говорит Господь, – домом молитвы наречется» (Мк. 11:17). Вы помолились, но это не значит, что, закончив, можно шуршать, шуметь, спорить, кричать… Дом молитвы пусть всегда таковым будет. Ты замолк – ангелы продолжают молиться. Потом мы на вечерню придем, ангелы умолкнут, начнут слушать нас, мы опять начнем молиться. Пожалуйста, дорогие христиане, будьте максимально отрешенными от вещей, которые и без того терзают и мучают нас в быту, в ежедневной суете. В праздник Преображения с яблоками, на Пасху с крашенками, на Богоявление с водой, на мучеников Маккавеев с травками-муравками – во все эти дни, пожалуйста, будьте людьми, имеющими страх Божий. Знаю по опыту, и вы тоже должны это знать, что можно молиться пять часов и за две секунды все потерять, можно трудиться пять лет и за полдня потратить. Набирается долго – теряется быстро.

И еще. Хотите искушать Господа Бога, – ставьте опыты: закатывайте банку с водой крышкой, ставьте в дальний угол и через десять лет доставайте ее обратно и пейте, – она будет как свежая, как впервые освященная, потому что это великая святыня. Но лучше не экспериментируйте, а эту воду, свежую, новую, освященную, используйте по назначению, – кропитесь, мойтесь, кропите жилища свои, окатывайтесь с ног до головы или на свежем воздухе, или в ванной у себя. Вода попадет в сточные системы, освящая все и там. Освящать нужно все: и хлеб, и скотный двор в селе, и туалет, и всякие прочие помещения, нужно все окропить, всему сообщить эту святыню.

Сретение Господне

15 (2) февраля

При рождении первого ребенка любая семья богоизбранного народа должна была «выкупать» первенца, жертвуя либо агнца, либо двух голубиных птенцов. Этот обычай поспешила исполнить и Преблагословенная Матерь Богомладенца в сороковой день после Его рождения. У храма ее ожидала удивительная встреча («сретение»), в ознаменование которой праздник и получил свое название. Встретил Их старец Симеон, который, по преданию, входил в число 72 переводчиков («толковников») Ветхого Завета на греческий язык. В то время как Симеон переводил Завет, ему было явление Ангела, и он получил от Бога обещание, что не умрет, пока не увидит обетованного Мессию-Богочеловека.

Видеста очи мои… Слово на Сретение Господне

Один из самых известных псалмов – 90-й: «Живый в помощи Вышняго». У нас он читается в чине шестого часа, на панихидах и погребении. Его мы также читаем, желая оградить себя Божественной помощью в сложных или даже опасных обстоятельствах. Подобным образом он использовался и в иудейской традиции. Его читали на погребениях, в утренних молитвах и в молитвах субботы. Это, кроме прочего, значило и то, что псалом был хорошо известен всем сынам Израиля. Псалом составлен так, что речь в нем ведется от лица наставника, перечисляющего наставляемому различные блага, проистекающие из надежды на Бога. А заканчивается псалом тремя стихами, произнесенными уже от лица Самого Бога. Последний стих звучит так: Долготою дней исполню его, и явлю ему спасение Мое (Пс. 90:16).

Вчитываясь в рассказ евангелиста Луки о событии, называемом сретением, можно заметить, что Божественное обещание 90-го псалма исполнилось на старце Симеоне. Этот праведный и благочестивый муж был стар и насыщен днями (ср. Пс. 90:16). И было ему обещано Духом Святым, что он не умрет ранее, нежели увидит собственными глазами Христа Господня (Лк. 2:25–26).

А ведь это и было заветным чаянием всех древних праведников. Они хотели жить как можно дольше не для того, чтобы наслаждаться благами этой грустной земли, а для того, чтобы дождаться Искупителя и увидеть Его собственными глазами. Поколение сменялось поколением, праведники с печалью закрывали глаза и с верой уходили в смертную тьму. Свои надежды они препоручали потомству. И именно поэтому бездетность ощущалась как проклятие. Ведь в этом случае не только ты не дожил до пришествия Христа, но и семя твое не укоренилось на земле и не стало причастным радости.

Шли столетия. Вера оскудевала и засорялась земными мечтами о могущественном царе, который должен дать Израилю политическую свободу и земную славу. Только некий «священный остаток», слишком малый числом, чтобы его заметить, жил чистой надеждой и терпеливой молитвой. Первым среди этого остатка был Симеон. До него многие праведники умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались (Евр. 11:13). А рядом с ним, в одно и то же время, жило множество нечестивых и суетных людей, которые, хотя и дожили до пришествия Мессии, не ощутили дня посещения (1 Пет. 2:12) из-за черствости души. И это – урок для всех. Мало жить во времена праведника. Мало находиться вблизи праведника. Все это не будет на пользу, если не будет веры, которую подает Дух Святой.

О Симеоне сказано, что Дух Святой был на нем (Лк. 2:25). Сей Дух предсказал старцу будущую встречу с Мессией. И Сей же Дух повел Симеона в храм, когда Мать Иисусова с Сыном на руках пришла для исполнения законного обряда. Храм Иерусалимский никогда не был пуст. Он был единственным святилищем для израильтян. Иных храмов, кроме Иерусалимского, никто не смел строить. Весь многочисленный народ Израиля исполнял свои обеты и приносил жертвы в этом храме. Для этого туда со всех сел и городов ежедневно, не говоря уже о праздничном многолюдстве, стекались толпы для принесения жертв: жертв повинности, жертв благодарственных, жертв по обету. И в этом многолюдстве Симеон, ведомый Духом, без труда различил Тех, Кого он так долго ждал, – Мать и Дитя. Он подошел к Матери, взял Младенца Христа на руки и произнес ту молитву, с которой теперь мы заканчиваем прожитый день и надеемся закончить жизнь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=21626688&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек,
Страница 15 из 15

бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

В константинопольском храме, освященном в честь Софии Премудрости Божией и захваченном мусульманами после взятия ими Константинополя.

2

После подписания Брестской унии в 1596 году киевский собор святой Софии находился во власти униатов до 1633 года.

3

На месте уничтоженного храма до 1994 года находился бассейн «Москва».

4

См. Слово на Воздвижение Креста Господня св. Андрея Критского.

5

Из воскресного песнопения по Евангелии «Воскресение Христово видевше».

6

Дориносимый – сопровождаемый почетной стражей копьеносцев (от др. – греч. «????» – «копье») (Прим. ред.).

7

Период празднования Рождества и Нового года (в западных странах с 25 декабря по 1 января).

8

Предсмертный возглас Спасителя с Креста, который означает: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27:46).

9

Цитата из богослужебного гимна «Воскресение Христово видевше».

10

День накануне Рождества – 24 декабря (6 января по новому стилю).

11

Праздничный период с 25 декабря по 5 января (7–18 января по новому стилю).

12

Ирмос 9-й песни Рождественского канона.

13

Автор намекает на типичное окончание слов, определяющих мировоззрение: атеизм, неоплатонизм и т. п.

14

Свт. Кирилл Иерусалимский. Огласительное поучение третье.

15

Кондак на праздник Богоявления.

16

Автор адресует свой укор «обрядоверам» – тем, кто пришел за крещенской водой как потребитель, не вникая в суть празднования Богоявления (Прим. ред.).

17

«Ибо Ты, Бог наш, водою и Духом обновил обветшавшее от греха естество наше. Ты, Бог наш, водою потопил при Ное грех. Ты, Бог наш, морем освободил от рабства фараону чрез Моисея род еврейский. Ты, Бог наш, расторг скалу в пустыне, и потекли воды, и потоки переполнились, и жаждущих людей Твоих Ты насытил. Ты, Бог наш, водою и огнем избавил чрез Илию Израиль от обольщения Ваалом» (Из молитвословия на великой вечерне службы празднику святого Богоявления).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.