Режим чтения
Скачать книгу

Твин Пикс. Беседы создателя сериала Марка Фроста с главными героями, записанные журналистом Брэдом Дьюксом читать онлайн - Брэд Дьюкс

Твин Пикс. Беседы создателя сериала Марка Фроста с главными героями, записанные журналистом Брэдом Дьюксом

Брэд Дьюкс

Подарочные издания. Кино (Эксмо)

К выходу самой громкой сериальной премьеры этого года! Спустя 25 лет Твин Пикс раскрывает секреты: история создания сериала из первых уст, эксклюзивные кадры, интервью с Дэвидом Линчем и исполнителями главных ролей сериала.

Кто же все-таки убил Лору Палмер? Знали ли сами актеры ответ на этот вопрос? Что означает белая лошадь? Кто такой карлик? И что же все-таки в красной комнате?

Эта книга – ключ от комнаты. Не красной, а той, где все герои сериала сидят и беседуют о самом главном. И вот на ваших глазах начинает формироваться история Твин Пикс.

Брэд Дьюкс

Твин Пикс

Беседы создателя сериала Марка Фроста с главными героями, записанные журналистом Брэдом Дьюксом

Серия «Подарочные издания. Кино»

© 2014 by Brad Dukes

Фото © Library of Congress Cataloging-in-Publication Data

© Перевод. А. Рысина, Д. Богданов

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2017

* * *

От автора

Никогда не забуду тихий летний вечер августа 1990-го.

Девятилетний, я тогда возился наверху, в семейной комнате, с коллекцией игрушечных фигурок. Спустившись вниз за колой, я обнаружил, что мама сидит на краешке стула, полностью поглощенная происходящим на экране маленького телевизора, стоящего в углу столешницы.

Заинтересовавшись и подойдя поближе, я увидел темный силуэт, пробиравшийся сквозь деревья в ночи, и спросил, что она такое смотрит.

Не отрываясь от экрана, мама прошептала: «Девушку убили. Они пытаются найти, кто это сделал». До самых финальных титров я не смел покинуть кухню.

И все последующие недели каждая новая серия «Твин Пикс» завораживала меня смешанными чувствами страха и восторга. Отправляясь спать, я прятался под одеялом, а в школе изрисовывал свои тетради фигурами призрачных великанов. «Вы видели этого человека?» – красовался портрет на листе рядом с изображением женщины с поленом.

Двадцать пять лет спустя «Твин Пикс» все так же очаровывает и удивляет. Поэтому я зафиксировал информацию, чтобы сохранить память о краткой главе в истории телевидения, не похожую ни на что другое, ни до, ни после. Данная книга поможет вам погрузиться еще глубже в мир Твин Пикс, в это прекрасное и странное место.

Введение

Бесчисленное количество телесериалов появилось и кануло в Лету за последние 65 лет, лишь некоторые из них прошли тяжелый и сложный путь, как «Твин Пикс». За шесть месяцев до дебюта на Эй-Би-Си (Американской широковещательной компании), в апреле 1990 года, «Твин Пикс» был заявлен на обложке журнала «Connoisseur», повлекший за собой волну популярности как «сериал, который может изменить все».

Игнорируя скептицизм руководителей Эй-Би-Си, 35 миллионов зрителей припали к экранам в день премьеры сериала. История о федеральном агенте, расследующем загадочное убийство королевы выпускников в маленьком городке, околдовывала таинственностью, а культовая фраза «Кто убил Лору Палмер?» стала насущным вопросом и предметом для обсуждения.

Обласканные публикой, под пристальным вниманием журналистов, звезды «Твин Пикс» появлялись на обложках журналов и в вечерних шоу с Джонни Карсоном и Дэвидом Леттерманом. Всеобщее помешательство достигло предела, когда проект был номинирован рекордное количество раз на премию «Эмми», получил три награды «Золотой Глобус» и выпустил книгу, вошедшую в список самых продаваемых изданий «Нью-Йорк таймс».

В рамках нескольких минут «Твин Пикс» мог похвастаться не только рутинной процедурой расследования, но и драматичностью сюжета, курьезностью ситуаций и ощущением тревоги, от которой кровь стынет в жилах. Кофе, пончики и вишневые пироги поглощались населением в несметных количествах. Женщина средних лет с повязкой на глазу была одержима изобретением бесшумных карнизов. Дальнобойщик с хвостиком избивал жену куском мыла, завернутым в носок. «Твин Пикс» нельзя было разложить по полочкам или описать в словах, но скучающий зритель и томившиеся в ожидании незаурядного телевидения критики были очарованы его вселенной.

С выходом второго сезона политика компании и нестандартные идеи сценаристов вызвали череду несуразных эпизодов и падение рейтингов. Фанаты были сбиты с толку, актеры и съемочная группа разочарованы, а шоу исчезло в облаке дыма в связи с отменой показа.

Когда говоришь с конкретными людьми, пробудившими к жизни «Твин Пикс», понимаешь, что случилось что-то волшебное. Истории успеха, зарождения дружеских отношений и вдохновляющего опыта живут в их памяти наряду с недостатками сериала и подозрительным снижением статистики просмотров.

Актеры, режиссеры, музыканты, члены съемочной группы и, да, даже сотрудники телесети заткнули за пояс традиции средств массовой информации… результатом чего и стал «Твин Пикс».

Можете называть его хорошим старомодным детективом.

Подсказка для новичка

Мир «Твин Пикс» наводнен разными по своей деятельности людьми. Почти сотня индивидуальных голосов задокументированы в следующем тексте, и, может быть, проблематично для читателя запомнить всех. После авторских уточнений следует запись слов опрашиваемых, а также их роль в сериале. Если вам требуется дополнительная помощь, список всех участников интервью есть в конце книги.

Пилот: будь что будет

Открытие новых горизонтов

История из первых уст берет свое начало в неизвестном кафе в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, где Дэвид Линч и Марк Фрост впервые встретились Дуэт создателей «Твин Пикс» образовался в середине 1980-х, с совместной работы над адаптацией книги «Богиня» – биографии Мэрилин Монро, написанной Энтони Саммерсом Линч был кинорежиссером, известным публике по своему сюрреалистичному кошмару «Голова-ластик» (1977) и последующим за ним художественным адаптациям «Человек-слон» (1980) и «Дюна» (1984) Фрост же был опытным сценаристом, набившим руку, работая с новатором Стивеном Бочко над полицейской драмой «Блюз Хилл-стрит»

Марк Фрост(исполнительный продюсер и соавтор сериала): Дэвид и я были представлены друг другу нашим общим агентом в АТЛ (Агентство творческих людей); вроде это было в 1985 году. Насколько я помню, это случилось в кофейне или ресторане в Вествуде, но Дэвид считает, что где-то еще. Я сразу же понял, что мы на одной волне. Мы быстро нашли общий язык и сработались, с ним было исключительно легко.

Кен Шерер(бывший исполнительный директор Lynch/Frost Productions): Марк – писатель, а Дэвид – художник, такими я их вижу. Фотография ли это, искусство или кино – Дэвид любит экспериментировать и представлять все в виде образов. Он заставляет тебя испытывать такие чувства, которые ты бы не хотел испытать. Дэвид видит мир не так, как большинство людей, а Марк – изумительный выдумщик, выбравший для своего поля деятельности кино, телевидение и написание книг, чтобы рассказывать истории. Так что эти двое идеально сочетаются.

Марк может уловить фантазию Дэвида и облечь ее в слова.

Джулс Хаймовиц (бывший президент и исполнительный директор Spelling Entertainment Group): Дэвид и Марк – двое величайших и талантливейших людей, которых я когда-либо встречал в бизнесе. Уровень их интеллектуального развития феноменален. Они ни в коей
Страница 2 из 18

мере не испорчены Голливудом. Если б каждый шел по тому же пути, что и они, весь производственный процесс был бы совсем другим.

Дэвид из тех творческих людей, которые спокойно реагируют на происходящее; нельзя назвать его несдержанным. Он просто очень интересный парень, живущий в своем мире. Марк же походил на профессора колледжа. Он был мыслителем, мастером своего дела, с глубоким внутренним миром и характером.

Марк Фрост: Думаю, еще в самом начале между нами возникла динамичная атмосфера, общность интересов. Мы с Дэвидом могли сидеть и просто разговаривать, и идеи сами начинали всплывать в воздухе. Будто пишешь музыку или участвуешь в квартирнике в упоении от процесса.

Мы усердно работали, мы смеялись, и это было неизменно.

И хотя «Богиня» так и осталась на стадии разработки, Линч и Фрост продолжили сотрудничество и написали «Один слюнной пузырь», незапланированную комедию об обмене личностями Пока соавторство Линча и Фро-ста укреплялось, один амбициозный голливудский агент был полон решимости завлечь Линча в мир телевидения.

Тони Кранц (бывший телевизионный агент, Агентство творческих людей): Тогда я работал в АТЛ, а Дэвид был подопечным нашей компании и моим любимым режиссером. Я раз и навсегда запомнил знакомство с ним: как, будучи телевизионным агентом, оказался на деловой встрече по поводу кинофильма. Дэвид зашел в зал и поздоровался с пятнадцатью сотрудниками компании. Он попросту говорил о том, что ему нравится: красные губы, латекс, радиаторы и кожа.

Будто чудо произошло: любимый режиссер говорит со мной о своих интересах. Рик Никита, его менеджер, предоставил мне возможность подружиться с Дэвидом, и, как сотрудник телевидения, я начал уговаривать его попытать счастья в этой сфере.

Джулс Хаймовиц: Тони был легкий на подъем парень. Молодой, инициативный, без излишней навязчивости, он был дерзким, но не отталкивающим и добивался желаемого.

Тони Кранц: Мы с Дэвидом регулярно обедали вместе. В Беверли-Хиллс была одна закусочная, «Нибблерс», и еще семейный ресторан «Дю Па» – ему нравилось там бывать. Общение с Дэвидом было наслаждением: просто сидеть с ним, находиться рядом… лучше не бывает.

Я работал в телекомпании исключительно в качестве агента и восхищался его талантом, в связи с этим я хотел узнать, сможем ли мы привести Дэвида на телевидение и обновить формат вещания. Это была блестящая и интересная мысль: Дэвида Линча, признанного за необычность и гениальность его творений режиссера, транслируют по телевизору во время массового просмотра.

Шквал популярности обрушился на Линча в 1986-м, после выхода «Синего бархата» – всколыхнувшей общество картины о преступлении в маленьком городке и сексуальном мазохизме В начале 1988 года все кассовые сборы ушли на судебные издержки, повлекшие за собой неожиданное банкротство компании «Де Лаурен-тис Интертейнмент», владевшей правами на множество зарождающихся фильмов Линча Вскоре Линч принял предложение Кранца и начал искать тропинку на телевидение вместе с Марком Фростом.

Тони Кранц: Мы принялись анализировать возможности, и после долгих раздумий и дискуссий я договорился о встрече Дэвида и Марка с Брэндоном Тартикофф, исполнительным директором Эн-Би-Си (Национальной широковещательной компании), по поводу проекта «Ле-мурия». У Лемурии есть нечто общее с Атлантидой, некоторые считают, что был такой континент, впоследствии исчезнувший с лица Земли.

Суть проекта была такова: группа агентов ФБР, используют счетчик Гейгера (прибор для измерения радиоактивности) и другие самодельные устройства, чтобы найти лемурийцев, намеревающихся восстать и захватить планету. Идея была похожа на «Охотников за привидениями», и Брэндон тут же, на месте, предложил им сделать двухчасовое кино.

Но Дэвид не желал снимать фильм, и мы снова окунулись в поиски подходящего замысла. Посмотрев «Синий бархат», мы направились в закусочную, и я сказал Дэвиду: «Ты должен сделать что-то об этих людях, посетителях ”Нибблерс”», и мы стали обдумывать идею создания мыльной оперы.

Марк Фрост: Когда образ мертвой молодой девушки, как начало цепочки раскрытия города, пришел к нам с Дэвидом в голову, шоу возникло само собой. Это произошло еще до того, как мы узнали, кто она и что это был за город, но мы думали, что будет интересно отгибать слои у луковицы, добираясь до сердцевины. Это было отправной точкой.

Когда зерна «Твин Пикс» были брошены в землю, в Эй-Би-Си появилась возможность модернизировать телевидение с помощью фантазийного взгляда Линча на пару с рассудительным стилем повествования Фроста.

В середине 1980-х доля рекламной аудитории начала испаряться, по мере того, как Брэндон Тартикофф повышал рейтинги Эн-Би-Си, выравнивая наиболее популярные часы вещания, во главе с «Шоу Косби» и «Семейными узами». К концу десятилетия Эй-Би-Си пыталась восстанавить свои позиции с помощью нововведений и разнообразных программ.

Брэндон Стоддард (бывший президент «Эй-Би-Си Интертейнмент»): Мы старались изменить не картинку, а формат вещания Эй-Би-Си. Пытались сделать контент более взрослым, более серьезным, улучшить технику написания сценариев, производственный процесс и все остальное. В какой-то степени нам это удалось.

Чед Хоффман (бывший вице-президент отдела производства сериалов Эй-Би-Си): Когда Брэндон встал во главе компании (которая в то время была на третьем месте и, по всей вероятности, теряла деньги, если память мне не изменяет), он собрал нашу команду, чтобы увеличить количество просмотров и изменить стиль трансляции, а также разработать проекты, уникальные по своему содержанию, которые бы имели ценность для зрителя. Была надежда, что если мы справимся с этой задачей, аудитория последует за нами.

Брэндон Стоддард: Трудно вспомнить, что мы запускали и не запускали в эфир в конце 80-х. Среди прочего были «Чудесные годы», «Чайна-Бич» и «Розанна». Мы сделали ставку на то, что отличалось от того, что люди видели ранее. Что-то дало плоды, что-то нет.

Чед Хоффман: Мы будто выбили дверь с размаху и впустили свежий воздух, дав дорогу интересным личностям, прежде никогда не бывавшим на телевидении. Правда, для этого пришлось «выйти на свет» и практически торговать собой, потому что многие сотрудники начали уходить. Они шли на Эн-Би-Си или еще куда-нибудь за более увлекательной атмосферой.

Вместе с сериалами в драматическом жанре «Трид-цать-с-чем-то» и «Чайна-Бич» мы запустили карусель. Я поставил в сетку вещания эти два шоу, впоследствии ставшие прорывом. А в области комедийного жанра нас выручили «Чудесные годы» Стью Блумберга и «Ро-занна». Если поставить все эти четыре шоу в ряд, это будет наш первый пакет сериалов. Они были успешны коммерчески, получили хорошие отзывы у критиков, пользовались спросом у зрителей разного возраста и, самое главное, стали свидетельством наших намерений. Отныне мы взяли быка за рога и устремились вперед к цели.

Брэндон Стоддард: Чед был влюблен в свои проекты. Помимо множества других сериалов, он выпустил первоклассное шоу «Чайна-Бич». Он знал свое дело и хорошо ладил с творческими людьми. Он нравился им, как и его желание рисковать, а еще у него был отличный вкус (смеется), которому они соответствовали. Превосходный
Страница 3 из 18

руководитель по развитию канала.

Гэри Левайн (бывший исполнительный директор и вице-президент отдела по развитию): У Чеда был нюх на контент самого высшего сорта и вера в особенность программирования телевещания: если все правильно сделать, отклик незамедлительно последует. «Не стремитесь угодить зрителю и проявляйте уважение к приходящим авторам». Он был потрясающим.

Чед Хоффман: К тому времени, когда появился «Твин Пикс», мы четко понимали, что потребуется два или более лет, чтобы завершить начатое, а люди в творческом сообществе осознали, чего мы добиваемся. Мы хотели разрушить четвертую стену (воображаемая стена между актером и зрителем в театре) на телевидении и просто делали то, на что не решился бы никто другой.

К счастью, мы добились успеха, но нас не покидало ощущение, что, даже если наш план провалится, что не редкость на телевидении, это будет достойный проигрыш и интересный опыт. Что со временем канал добьется признания, а наши усилия удержат компанию на плаву и приведут еще больше интересных людей в студию, вдохновят на новые подвиги.

Волна бешеного энтузиазма на основе желания возродить телесеть в конечном счете привела к тому, что однажды Тони Кранц позвонил мне и сказал: «Ты единственный в городе, кто достаточно смел и сумасброден, чтобы сделать это. Хочу, чтоб ты встретился с Линчем и Фростом». Разумеется, я был осведомлен об их креативном мышлении и ответил: «Ладно, приводи их. Почему бы нет?» У меня была такая позиция: «Почему бы и нет? Попробуем сделать то, что другие не рискнут».

Стоящая вещь

Таланты и мастерство Дэвида Линча и Марка Фро-ста не были проверены в сфере вещания прайм-тайм, и все же руководители Эй-Би-Си заинтересовались идеей привлечения их на телевидение, продолжая свою программную Эпоху возрождения После отмены забастовки Гильдии сценаристов США, в августе 1988 года, Линч и Фрост посетили офис компании в Лос-Анджелесе, чтобы представить Чеду Хоффману и его команде зарождавшуюся идею «Твин Пикс»

Чед Хоффман: Репутация Марка была мне известна, а о его способностях я судил по «Блюзу Хилл-стрит» и другим работам. Дэвида я почитал прежде всего за его художественные фильмы. Любопытно, когда я только приехал в Калифорнию в середине 70-х и устроился на работу в Театр «Нуарт» в Западном Лос-Анджелесе, по ночам мы крутили «Голову-ластик». Так что я был знаком с творчеством Дэвида и, конечно же, по «Человеку-слону» и «Синему бархату» понимал, что визуальные образы для него очень важны.

Он, правда, смотрит на мир и видит все в ином свете, чем другие, создавая при этом уникальные художественные образы. Подумывая пригласить Марка (уже достаточно поднаторевшего в соавторстве со Стивеном Бочко над драмой «Блюз Хилл-стрит», поднявшейся на видное место) и Дэвида Линча, я размышлял: «Это просто двое талантливых людей, смотрящих на мир иначе, чем остальные люди». Объединив их вместе, я полагал, что мы сможем сотворить действительно что-то стоящее.

Гэри Левайн: Перед тем как они приехали на встречу, я посмотрел последний фильм Дэвида – «Синий бархат». И немного опасался (смеется), какой он в реальности. Но они пришли, и Дэвид оказался очень приятным, мягким и душевным человеком. Марк идеально ему подходил.

Чед Хоффман: Я помню все, как будто это было вчера. Они появились и в основном говорили о шоу, которое хотели бы сделать. Они рассказали о реально ощутимой атмосфере города на Северо-Западе, все прилично и красиво, но за занавесом скрывается мир, где люди противопоставлены окружающей среде, в которой они живут. Кругом сплошные тайны. И еще Дэвид и Марк упомянули, что события на первом плане совсем не соответствуют тому, что происходит на заднем, но то, что там творится, затрагивает всех.

Марк Фрост: Чед был дружелюбен и понимал с полуслова. В зале наверняка сидели люди, делавшие записи, но их имен я не помню. На первой встрече особо нам сказать было нечего. Дэвид только произнес: «Вот этот город и ветер… – делая взмахи руками, – а потом появляется мертвая девушка и происходит много разных событий». Ну, он сказал не так уж мало (смеется), но это недалеко от правды. Чед попался, как рыба на крючок. Он подумал, что это самое лучшее, что он когда-либо слышал, и никто в зале не был удивлен так, как мы.

Брэндон Стоддард: Если бы Чед пришел ко мне и рассказал о новой прекрасной драме, где ветер колышет кроны деревьев, я обязательно спросил бы о подробностях. Но этот проект был его детищем, и Чед трудился без устали при разработке идеи и первоначальной версии шоу. На презентации проекта в Эй-Би-Си я не присутствовал, но в данных обстоятельствах мы добровольно пошли на риск, ведь у нас был сам Дэвид Линч и замечательная команда, поставившая целью привести в компанию настоящих талантливых авторов.

Чед Хоффман: Встреча по поводу проекта была плодотворная, и в конце обсуждения я сказал: «Думаю, вы толкуете о чем-то, что подходит под привычное телевизионное понятие “мыльная опера”, но без неприятного осадка. Почему бы вам не вернуться к себе и не посмотреть “Пейтон-Плейс” [кино, а не сериал] и обдумать эту идею со странным городом, что остается в тени, и как лучше все описать; выясните, есть ли связь у фильма с тем, что вы хотите сделать. И если да – то приходите снова, потому что я заинтересован».

Марк Фрост: Мы переплевались [при просмотре «Пейтон-Плейс»]. Даже до конца не досмотрели. Может, полчаса осилили. Это был дохлый номер. И к нам это гиблое дело не имело никакого отношения. Мы лишь переглянулись и сказали: «Зачем мы тратим свое время?»

Чед Хоффман: Несколько недель спустя мне позвонил Тони и сказал: «Они готовы обсудить». Мы решили позавтракать в старом кафе при «Вестин Центури Плаза» (сейчас это сеть отелей «Хаятт»). Я пришел с Гэри Ле-вайном, а Марк и Дэвид были с Тони. Мы плотно позавтракали, они рассказали о городе и его жителях, как переплетаются между собой их истории, и все это завораживало. Одним словом, я был сражен наповал.

Тони Кранц: Дэвид нарисовал углем карту Твин Пикс и подарил мне на годовщину. Мы развернули ее с Чедом, когда продали проект. Она висит в рамке у меня в офисе. Это – история телевидения.

Марк Фрост: Тони напоминал Берджесса Мередита из «Рокки». Он не переставая подгонял нас и требовал вернуться на ринг: «Давайте, ребята, вы сможете!» Он приложил много усилий, чтобы сделка с Эй-Би-Си состоялась. Со стороны агентства он был движущей силой.

Чед Хоффман: В конце трапезы я сказал: «Давайте сделаем это». Мы наняли их и предложили написать сценарий. Помню, как говорил Гэри по дороге в офис: «Не знаю, получится у нас или нет, но уж точно не будет скучно. Должно быть интересно. Так что мы принимаем вызов».

Вскоре после подписания договора Линч и Фрост предоставили Эй-Би-Си сценарий под названием «Происшествие на Северо-Западе» Как и обещалось, в нем внимание фокусировалось на маленьком городке, потрясенном известием о смерти местной королевы выпускников, Лоры Палмер, в то время как эксцентричный специальный агент ФБР Дейл Купер раскрывает все грязные секреты жителей в поисках ее убийцы.

Марк Фрост: Мы годами работали в соавторстве, и тут все потекло как по маслу. Четкого плана не было, мы сосредоточились на детальном описании города и его жителях. Засели за сценарий и
Страница 4 из 18

написали недели за три.

Тони Кранц: Это была прекрасная смесь таланта к написанию текстов для телевидения, которым обладал Марк, после того, как отточил мастерство на «Блюз Хилл-стрит», и гениальности Дэвида Линча наряду с только ему присущим прогрессивным взглядом. Эти двое собрались вместе, чтобы создать «Твин Пикс», и слияние их способностей не могло быть не оценено.

Марк Фрост: У нас [у семьи Фростов] был (и есть до сих пор) домик для отдыха на озере, в получасе езды от Олбани. Типичная провинция, много разных домишек, странные местные жители, некоторые из них нашли отражение в моем видении проекта. Одна история особенно поразила меня: однажды бабушка рассказала мне об убийстве девушки, которую нашли на другом берегу озера.

Считалось, что на месте того преступления живет привидение, а бывали и те, кто время от времени даже видел его своими глазами. Я отправился в здание мэрии и покопался в архивах. И обнаружил, что убийство произошло здесь, в 1900 или 1910 годах. Могу ошибаться, но девушку вроде звали Хэйзел Грэй. Так образ Лоры появился в нашей жизни.

Кен Шерер: Очень мало людей могут работать с Дэвидом. Мне так кажется. Я могу ужасно ошибаться, но у него такое богатое творческое воображение, что вам просто необходимо одинаково мыслить, чтобы не отставать, и Марк на это способен. Марк может взять персонажей на стадии разработки и придумать диалог, развить историю.

Марк Фрост: Львиную долю времени он [Линч] был в Нью-Йорке, а я – в Лос-Анджелесе. У меня была третья или вторая модель «Макинтош», и мы как-то подключали его к модему, чтобы я мог печатать, а Дэвид мог видеть, что я пишу, пока мы разговаривали по телефону.

Проведя несколько таких писательских сессий, мы подумали: «Добро пожаловать в будущее». Закончив, планировали оставить текст в покое на несколько дней, а потом перечитать и внести необходимые поправки. К концу сценария мы так были выжаты, что могли только прочитать и сказали в голос: «Кажется, это сработает». В ту ночь мы созвонились и обсудили, что «он готов вый ти в свет».

Джулс Хаймовиц: Тони прислал мне сценарий, написанный для Эй-Би-Си, и это был прекрасный сценарий, лучший из всех, что я когда-либо читал. Я тут же изъявил желание купить авторские права на показ за границей, включая права на выпуск лицензионных копий для домашнего просмотра.

Кайл Маклахлен (специальный агент ФБР Дейл Купер): Прежде всего я был восхищен сценарием. Я сразу понял, что герой Дейл Купер особенный, и очень захотел его сыграть. Он представлял собой одну из великолепных ролей в кино и на телевидении, которые мне доставались. Разговор с диктофоном во время длинной, одной-единственной сцены поездки через горы уже много говорит о характере персонажа.

Майкл Онткин (шериф Гарри С. Трумэн): Наверно, это было как «Прояви снисходительность к лучшему игроку канадской команды по хоккею» или что-то в этом роде. С телевидения мне кипами присылали сценарии. «Твин Пикс» (первоначально назывался «Происшествие на Северо-Западе»), бесспорно, был лучше всех остальных. На много световых лет впереди. На самом деле я не хотел сниматься в телесериалах. Но быстро смекнул, что мне выпал шанс поработать с Дэвидом над небольшим проектом, не будучи стиснутым в рамках двухчасового кино. В то время ни одна компания на телевидении ни за какие коврижки не позволила бы нарушить размеренное вещание канала подобным образом.

Чед Хоффман: Черновой вариант был почти идеален. Я прочитал его и закрыл. Гэри прочитал его и тоже закрыл. Мы посмотрели друг на друга и сказали в унисон: «Стоящая вещь. Нужно это снять». Брэндан бегло просмотрел и сказал: «Да, вы правы, это правда здорово. Нестандартно. И команда хорошая, но расскажите мне о деталях». Тут я начал объяснять, но прервался и сказал: «Погоди. Позволь мне поговорить с парнями. А когда я вернусь, передам их отношение к проекту, не только мое».

Брэндон Стоддард: Я был поглощен задумкой этого проекта с самого начала. Они отлично справлялись с задачей и постепенно раскрывали сюжет драмы, как будто снимали слои у луковицы. Проблема была в том, что это – телевидение, а не киноиндустрия. Каждую неделю рассказывая историю в стиле «а что было после, а что под этим?», рано или поздно доберешься до сердцевины.

Чед Хоффман: Я переговорил с ними и через несколько дней получил документ «Газета Твин Пикс», который нынче стоит у меня в рамке. По существу, это была настоящая газета города, описывающая события сериала. Она была так забавно, трагично и с ноткой таинственности написана, что я подумал: «Тот, кто так старается ради проекта, конечно же, заслуживает шанса». Я показал газету Брэндону, а он расхохотался и сказал: «О чем разговор, давай снимем пилот». (Пилотная серия, или пилот, – пробная версия телесериала или программы, снимаемая производственной студией для дальнейшей продажи проекта и оценки его потенциала.)

Весь этот чертов город

Зарегистрировав авторские права на владение «Происшествием на Северо-Западе», Дэвид Линч и Марк Фрост уступили их Worldvision Enterprise, дочерней компании Speling Entertainment Group, для трансляции проекта за границей При производстве пилотной версии по заказу Эй-Би-Си Линч и Фрост стали сотрудничать с «Пропаганда Филмс», по мере того как приступили к отбору талантов с помощью режиссера по работе с актерами, Джоанны Рэй.

Первым делом роль специального агента ФБР Дей-ла Купера отхватил Кайл Маклахлен, ведущий актер фильмов Дэвида Линча («Дюна», «Синий бархат»), став главным героем шоу Роли второго плана были отданы известным лицам кино и телевидения прежних лет, включая Пегги Липтон («Отряд «Стиляги»), Пайпер Лори («Мошенник», «Кэрри») и Ричарда Беймера («Вестсайд-ская история»).

Кайл Маклахлен: Джоанна Рэй отвечала за ка-стинг и собрала в одном месте весьма разношерстную компанию людей. Их многоликость поражала: отличаясь не только внешностью, естественными ритмами и манерой речи, иногда они даже не совпадали по интересам. И в то же время первоначальные сценарии (в частности, пилот) были так четко прописаны, а герои твердо обозначены на странице, вплоть до реплик, настолько тонко раскрывающих их характер, что всем актерам было понятно, кого им нужно играть, с какой целью они присутствуют в повествовании и что от них требуется.

Пайпер Лори (Кэтрин Мартелл): Одна моя хорошая подруга работала на съемках «Дюны» и подружилась там с Дэвидом Линчем. Немного позже она устроила званый обед для Дэвида и пригласила меня. К тому моменту я знала о его фильмах и восторгалась ими, с нетерпением ожидая встречи. С ним было очень легко, он сразу мне понравился. Он очень мне понравился.

Спустя годы я снова столкнулась с ним: мой менеджер передал, что Дэвид и его напарник хотят встретиться со мной по поводу своего телепроекта. Перед тем как увидеться с ними, я прочитала сценарий пилотной версии. Но никак не думала, что мне отведут большую роль, скорее одну сцену там, другую здесь, хотя и понимала, что будет интересно поработать с Дэвидом Линчем. На тот момент строились планы на фильм, а не телесериал, и наша встреча была короткой и приятной.

Ричард Беймер (Бенджамин Хорн): С Джоанной мы уже были знакомы. Она ждала подходящего момента, чтобы представить меня Дэвиду, но никак не удавалось. И вот свершилось.
Страница 5 из 18

Джоанна сказала: «Думаю, ты должен встретиться с Дэвидом, есть несколько вариантов». Я знал о Дэвиде, потому что смотрел его фильмы, особенно глубокое впечатление на меня произвел «Голова-ластик». Когда занимался своим собственным фильмом, я пересекался с людьми, работавшими на съемках фантазии Линча. Они рассказывали, что создают странное дитя и тому подобные вещи (Смеется.)

Марк Фрост: Дэвид и я сидели вместе на различных встречах и не пытались вести пробы, мы просто разговаривали с людьми. Когда пришел Ричард Беймер (он был другом Джоанны), мы сразу почувствовали, как чудно он подойдет на роль Бенджамина Хорна. А когда она пригласила еще и Расса Тэмблина, то просто не могли препятствовать воссоединению двух бывших коллег (после «Вестсайдской истории»).

Помнится, на Рассе были очки доктора Джакоби, когда он вошел. В пилоте было не так уж много подробностей об этом герое, может, одна небольшая сцена, но как только мы осознали, что заполучили такого прекрасного актера, как Расс Тэмблин, то просто стали фонтанировать идеями развития роли. Это был своего рода бесценный момент.

Расс Тэмблин (доктор Лоуренс Джакоби): Сказать по правде, эта работа была достойна внимания. Какое-то время я ничем не занимался, и было приятно снова вернуться в строй. Мне разрешили наделить своего персонажа уникальными чертами. Под образ я придумал очки и предложил использовать необычные наряды.

Шерилин Фенн (Одри Хорн): «Твин Пикс» выделялся тем, что Эй-Би-Си не указывали Дэвиду, что делать. Ему не вручали список актеров. Он заявил: «Вот моя команда!» Он не говорил: «Вот мой первый, второй и третий варианты, можете просмотреть их анкеты и проверить на вшивость». Дэвид считает кастинг актеров самой отвратительной и жестокой мерой.

Рэй Уайз (Лиланд Палмер): У меня была назначена встреча с Дэвидом в офисе «Пропаганда филмс». Около пятнадцати-двадцати минут мы поболтали, ни о «Твин Пикс», ни о сценарии, ни о чем таком, а в основном о своих первых машинах. У меня была «Альфа-Ромео» 1960 года с откидным верхом. Неплохая тачка для начала!

Мы славно побеседовали, и через несколько дней они позвонили и сообщили, что Дэвиду будет интересно увидеть меня в роли Лиланда Палмера. Я замер и задумался на мгновение: «Погодите-ка? Лиланд Палмер? Но я же приходил за ролью шерифа Трумэна!» Разве не дикость? Поэтому, вернувшись к сценарию «Происшествия на Северо-Западе», я присмотрелся к Лиланду Палмеру.

Я прочитал первые сцены: вот, он узнает по телефону, что дочь убили, он сломлен, а по лицу текут слезы. Затем Лиланд идет в морг на опознание тела своей дочери, но не выдерживает и плачет… Он поднимается в комнату дочери, где помощники шерифа обыскивают вещи в поисках улик, и тут он тоже раскисает. Я думал, что этот парень только и делает, что плачет! (Смеется.)

Марк Фрост: Я обожал Пегги [Липтон]. Я пытаюсь сказать, она была таким милым, настоящим, теплым и замечательным человеком. Она уже давно нигде не снималась, а я был влюблен в нее (когда был помоложе) в «Отряде “Стиляги”, так что пригласить ее на пробы было как исполнение мечты. Она была очень талантлива и оставила прекрасное впечатление, это все, что я помню. У Пегги была очень чистая и светлая аура, поэтому люди тянулись к ней, и я, конечно же, был одним из них.

Уоррен Фрост (отец Марка Фроста; доктор Уилл Хейворд): В то время я жил в Бруклин-Хайтс (Нью-Йорк) и снимался в мыльной опере. Жена преподавала в школе, мы приехали сюда лишь на год, а потом собирались уволиться и вернуться обратно во Флориду, где у нас был дом. Однажды Марк позвонил и сказал, что у него есть предложение. Я всегда подшучивал над Дэвидом и Марком, говоря, что я единственный нормальный мужик в этом городе! (Смеется.) Но я рад этому.

Я встретил Дэвида, когда он был в Нью-Йорке по делам. Мы встретились на студии звукозаписи, куда я пришел. Наверно, он присматривался ко мне, чтобы понять, подхожу ли я на роль, потому что мы не были знакомы. Почти всю жизнь я преимущественно играл в театре. Слово за слово, и меня посадили в лимузин и отвезли в Вашингтон, где снимали пилотную версию.

Мэри Джо Дешанель (Эйлин Хейворд): Я получила роль Эйлин Хейворд (мамы Донны и жены доктора Хей-ворда). Она прикована к инвалидному креслу. По этой причине я сконцентрировалась на работе и стала осваивать управление коляской, пытаясь понять, что значит не иметь возможности ходить, попутно обращая внимание на отношения людей вокруг, как и написано в сценарии.

Как-то раз к нам в дом пришли люди, а я была в кресле-каталке и встретила их на пороге. Спустя несколько минут спокойно поднялась и стала ходить по комнате, и тут увидела удивление на их лицах! (Смеется.) Через мгновение я осознала, что они действительно приняли меня за инвалида.

Шарлотта Стюарт (Бетти Бриггс): У меня даже проб не было. Я пришла обсудить с Дэвидом и Марком пару идей по поводу Гарланда, Бетти и Бобби, которые они отчасти добавили позже в сценарий. Бетти была католичкой, Гарланд – военным, а Бобби совсем от рук отбился. Они разместили большую пальмовую ветвь у нас в столовой и другие подобные вещи.

Сценарий «Происшествия на Северо-Западе» представлял собой хрупкий баланс между умудренными опытом взрослыми и пышущими жизнью подростками В дополнение к признанным ветеранам экрана Джоанна Рэй набрала многообещающую группу юных талантов, чтобы передать тоску школьных будней, омраченную трагедией.

Дэна Эшбрук (Бобби Бриггс): Я пробовался на роль в сериал «Удивительные истории». Джоанна участвовала в этом проекте, и моя фотография оказалась среди стопок портфолио, просматриваемых Дэвидом для съемок в «Твин Пикс». Должно быть, он увидел мою карточку и захотел встретиться.

Помню, как сидел вместе с Эриком ДаРе (сыном Джоанны) в ожидании своей очереди на пробы. Мы были знакомы по другим кастингам. Покатываясь со смеху, мы обсуждали сценарий и женщину с повязкой на глазу и ее страсть к бесшумным карнизам. Это была просто умора. В таком состоянии я вошел на прослушивание и встретился с ними, потрясающий момент.

Мэйдчен Амик (Шелли Джонсон): Я знала о Дэвиде по фильму «Дюна». Мы ходили с мамой на «Дюну», и это было самое чудно?е и необычное кино, которое мне доводилось видеть. Так что, когда я узнала, что он снимает телепроект, я решила, одно из двух: или это будет ужасный провал, или настоящий шедевр. Прочитав сценарий, я подумала: «Ух ты, это действительно здорово», он напоминал мне о родном городе Рино в штате Невада, в мрачной и извращенной манере.

Меня пригласили сняться в фильме «Звездный путь: Следующее поколение», я только что приняла участие в пилоте «Спасатели Малибу», но ни один из них не был выпущен до отбора в «Твин Пикс». Так как я посещала все кастинги и прослушивания, а Джоанна меня уже знала, я постоянно ходила к ней. В общем, она привела меня к Дэвиду, где я пробовалась на роль Лары Флинн Бойл вместе с Эриком – он читал реплики за кадром.

Марк Фрост: Другим человеком, произведшим сильное впечатление и изменившим наши планы, была Мэйд-чен. Совершенно новая личность в городе, которая ничего особо для этого не делала, а просто покорила всех так, что мы написали роль для нее. От прежней Шелли не осталось и следа, но мы разглядели в ней огромный потенциал.

Джеймс Маршалл (Джеймс Херли): Я
Страница 6 из 18

очень молодо выглядел, этакий смазливый мальчишка. И мои снимки были просто ужасны, похожи на обложку журнала «Тинейджер». Только несколько фотографий вышли ничего, но к нему [к Линчу] в руки попала одна из худших, и, взглянув на нее, он отказался от встречи со мной при отборе. А потом Джоанна сказала мне, что он передумал и сказал: «Ладно, приводи парня», и я такой: «О господи. Меня одного он всегда отбривал» (Смеется.)

Помню, Дэвид был очень крутым в своей шляпе. Не знаю, откуда взялось это предвзятое отношение, но он был высоченным, таким холодным настоящим американцем. И очень прямолинейным. Такой откровенности я не ожидал. В конце собеседования он сказал: «У нас есть планы на этот проект, хочу, чтобы ты участвовал. Я не собирался с тобой даже разговаривать, но выбирать больше не из чего. Будет здорово, если ты согласишься».

Калеб Дешанель (режиссер 6, 15 и 19-й серий): Они проделали колоссальную работу и нашли эти чудесные юные дарования, расширив рамки проекта и сделав повествование гораздо интереснее. И в то же время выбрали таких авторитетных актеров, как Кайл Маклахлен, Джоан Чен, Ричард Беймер. Хорошо ориентируясь в истории кино и телевидения – привлекли людей из «Вестсайдской истории», воплощая в жизнь детские воспоминания. Это было захватывающе, заполучить старую гвардию, представлявшую отдельный период времени, затем отыскать всех этих молодых начинающих актеров, а после объединить их таким необычным способом.

Марк Фрост: Мы никак не могли найти человека на роль Лео, а Эрик ДаРе работал с матерью на протяжении всего отбора. Кажется, его взяли следующим. Как-то мы посмотрели на него и сказали: «Как насчет Эрика? Он же сын Альдо Рэя, черт побери!» И знаете, вышло довольно неплохо.

Шериф Трумэн был последним главным героем, которого мы искали. Мы просмотрели множество людей, и однажды я услышал, что Эй-Би-Си взяли Майкла Онт-кина под свое крыло. Я был осведомлен о его способностях, прежде всего по «Удару по воротам». Дэвид и я встретились с ним по отдельности, один из нас должен был быть в Вашингтоне, больше мы не виделись. Но мы оба сразу поняли, что он тот, кто нам нужен.

Майкл Онткин: Несколькими годами ранее я ходил на показ «Синего бархата» вместе с Полом Ньюманом, и мы оба были выбиты из колеи оригинальностью увиденного. По неизвестным причинам с тех пор Дэвид больше не выпускал художественных фильмов. Когда мы встретились впервые, была зима. Я был в куртке Мицухиро Ма-цуда, которую он сделал как напоминание и на замену затертой косухи, что я носил с 1961 года, еще подростком став членом мотоциклетного клуба «Черный бриллиант» (The Black Diamond Riders) в Канаде. Дэвид появился на свет за пару дней до меня, так что мысли у нас сходятся. Он предложил мне роль шерифа Гарри С. Трумэна, чтобы подольше полюбоваться мной в кожаной куртке.

Добро пожаловать в Сноквалми

С большинством подобранных актеров в Лос-Анджелесе Дэвид Линч и Марк Фрост отправились в Сиэтл, штат Вашингтон, в поисках мест для будущих съемок Населенные пункты во всех направлениях от города тщательно исследовались на соответствие сценарию «Происшествия на Северо-Западе», требующему величественный задний фон для производства.

Марк Фрост: Помню, как мы с Дэвидом веселились во время этой поездки, взбудораженные ощущением, что действительно будем снимать наш проект. Вашингтон соответствовал нашим представлениям. Дэвид вырос в этой части мира, и такая обстановка была ему близка. Местный гид возил нас по разным пунктам, но в первые два-три дня мы ничего не нашли. Оставался один день, и тут он сказал, что напоследок покажет нам территорию около Иссакуа и Сноквалми, и в ту минуту, как мы оказались там, картина всего, что мы написали, предстала перед глазами.

Там были лесопильный завод, закусочная у дороги, отель у водопада и бензозаправка. Все настолько соответствовало особенностям сценария, как будто все это время, на расстоянии, мы смотрели в магический шар. День выдался плодотворным, и, окрыленные, мы вернулись, зная, что нашли место, где сможем воплотить свой замысел в реальность. На тот момент вносить поправки уже было невозможно. Мы понимали, что нашли то, что нужно, и нет необходимости что-то менять.

Сиэтл также располагал горсткой местных актеров, способных сыграть небольшие, но значимые роли, включая Венди Роби в качестве Надин Херли и молодую театральную актрису Шерил Ли, представившую на экране королеву школы Лору Палмер.

Шерил Ли (Лора Палмер): Я была молоденькой, без опыта на телевидении; в то время я и не стремилась попасть в шоу или фильм. Меня интересовал театр. Я зашла в комнату для прослушивания и познакомилась с Дэвидом, он был такой замечательный, добрый, приветливый и юморной. Я очень сильно нервничала, все время сидела сложа руки (смеется), так меня трясло. А он просто улыбался и быстро расположил меня к себе. О проекте толком ничего не сказал, кроме того, что это пилот и я буду играть мертвую девушку, что меня придется завернуть в полиэтилен и, возможно, опустить в ледяную воду. Он поинтересовался, справлюсь ли я, и добавил, что еще будет пара сцен из прошлого.

В конце собеседования он сказал что-то вроде: «Что ж, давайте работать». Я не поняла, что он имел в виду, а режиссер по подбору актеров отвела меня в сторонку и шепнула: «Думаю, ты получила роль, только молчи пока». Я послушалась. Я и раньше ходила на пробы, но раз за разом получала отказ. Помню как вчера, как возвращалась домой, а сердце так и колотилось. Я была взволнована не как «о, я попаду в телевизор!», а от встречи с приятным и творческим человеком. И это было удивительно и потрясающе.

Когда в феврале 1989-го начались съемки под руководством Линча, живописные пейзажи и атмосфера Сноквалми создали волшебную обстановку для «Происшествия на Северо-Западе» В тридцати милях на восток от Сиэтла нашлись неповторимые места, среди них были: гора Маунт Сай, водопад Сноквалми и внушительных размеров лесопильня Вейерхаузер Высоченные ду-гласовы пихты и седое небо Тихоокеанского Северо-Запада сыграли основную роль при производстве, пока актеры и съемочная группа привыкали к окрестностям.

Уоррен Фрост: Я довольно долго работал с Энди Гриффитом и участвовал в «Сайнфелде», но по сравнению с другими пилотами (по части необычности) он был превосходен, и все было завязано на натурных съемках. А самое главное, что родилась эта идея в больном воображении Марка и Дэвида! (Смеется.)

Пайпер Лори: Выбранные места в Вашингтоне были роскошными и поражали своей красотой, а мы поселились в дешевых номерах с видом на заправку! (Смеется.) Наверняка я нервничала, как и каждый раз, когда берусь за что-то новое. Переживал ли Дэвид – я не знаю его так хорошо. Казалось, у него все под контролем, и мы успокоились.

Джоан Чен (Джоселин «Джози» Пэккард): В пилоте я мало участвовала, но я помню, как постоянно приходила к людям и рассказывала о своих снах. Каждую ночь я видела яркие диковинные сны. Наверно, потому, что это была святая земля индейцев или что-то в этом роде. Там было много воды и зелени; и что-то странное витало в воздухе. В памяти осталось только, что мне снились всякие неординарные сны, как будто я что-то принимала.

Кайл Маклахлен: Я родился и вырос в Якиме, штат Вашингтон. Город этот находится в
Страница 7 из 18

паре часов на восток от Сиэтла, в месте, называемом Восточный Вашингтон. Сноквалми и его окрестности, где мы снимали, расположены на западной стороне штата, с противоположной стороны Каскадных гор. Так что эта местность была мне знакома. Сиэтл был мне ближе, там я пять лет учился в Вашингтонском государственном университете. Я неоднократно метался между Якимой и Сиэтлом, проезжая прямиком через Норд-Бенд, там была остановка, где можно было перекусить. Чего в те дни я не мог себе позволить; закусочная была просто меткой на карте. Ни разу там не был. Но все изменилось, когда здесь разместилась съемочная площадка «Твин Пикс». У меня глаза на лоб полезли.

Забавно было вернуться в Сиэтл по работе, в город, который я когда-то знал как свои пять пальцев (в студенчестве), где изо всех сил пытался свести концы с концами. Это был подарок судьбы – вернуться в Сиэтл и иметь возможность просто наслаждаться видами, ходить по ресторанам и приятно проводить время.

Шерил Ли: Я обожаю сниматься на природе, особенно когда место съемок назначено там же, где и предполагалось (когда в тексте прописан Вашингтон и на самом деле это Вашингтон). Иногда ты работаешь в Ванкувере, а предполагается, что в Чикаго. Но когда локация совпадает со сценарием, можно дышать тем же воздухом, что и герой, в творческом смысле это очень острые ощущения. Мне нравится это, потому что так ты полностью вживаешься, видишь, чувствуешь и пробуешь на вкус. Деревья, которые так много могут рассказать, энергия земли – так много граней, что невозможно описать.

Майкл Хорс (помощник шерифа Томми «Хоук» («Ястреб») Хилл): Иногда атмосфера картины так же важна, как и герои. Подобно Долине Монументов в вестернах, люди проникаются «Твин Пикс», ведь нигде нет ничего подобного. У меня много друзей в Вашингтоне, и в этих лесах что-то есть. Лес наполнен духами. Мы все понимали, что делаем нечто важное. Гордыни не было места, и мы были частью творческого союза Дэвида и Марка.

Мэйдчен Амик: Одни только пейзажи «Твин Пикс» уникальны в своем роде. На время съемочного процесса нас всех поселили в маленьком мотеле за пределами Сиэтла. Полтора часа езды от Сноквалми. Проживание там само по себе было забавно, похоже на лагерь с актерами, толпящимися в коридоре и оккупировавшими кухню. Вот бы съемок на Северо-Западе было побольше, тогда водопад, деревья и лес были бы отдельными действующими лицами.

Дэвид и Марк устроили для актеров и съемочной группы обед, и они были так расслаблены и воодушевлены. Мы свободно общались и узнавали друг друга, и что запомнилось больше всего – были одной командой. Они ценили нас, сейчас, по прошествии двадцати пяти лет, кажется невероятным то, как они поставили шоу, как мы взаимодействовали друг с другом. Это был очень особенный проект.

Марк Фрост: Я изо всех сил старался создать благоприятные условия для работы. Много раз я оказывался в ситуации, когда студии применяли деспотичный сталинский режим, подсчитывая каждую копейку, и отвратительно относились к людям. И раз это был наш проект, то мы в нем и были хозяевами. Мы хотели создать место, куда люди бы с радостью приходили на работу, и я был счастлив услышать, что так они и считают. Они верили в то, что мы делали.

Дэвид Дж. Латт (продюсер пилотной версии): Студия не указывала нам, как работать и где, все было по инициативе продюсеров и режиссера. По сути, мы отсняли весь материал раньше срока и не выходя за рамки бюджета, даже несмотря на ужасную погоду в виде града размером с бейсбольный мяч, а затем – снежной бури, покрывшей осадками всю площадь Сиэтла.

Мы застряли в Сноквалми и спали на полу на нескольких площадках. Причиной тому была снежная буря, отменившая все полеты на два-три дня. Но даже это не остановило нас. В сценарии ни слова не было изменено, разве только действующие принципы и нормы написания, и все.

Расс Тэмблин: Я ждал отлета в Сиэтл, на съемки; взял с собой туристические ботинки, готовясь отправиться в лес, полюбоваться пейзажами. Самолет приземлился в Сиэтле, машина доставила меня в отель вдоль автомагистрали, и там я засел до победного. Я снялся лишь в одной сцене, в старой заброшенной больнице, затем меня привезли обратно, и я улетел домой. Я даже ели не увидел!

Шерилин Фенн: Я была сумасбродной девчонкой. Жизнь била ключом. А тут пошел снег. Я выросла в Мичигане, поэтому побежала вниз по коридору и стала всех будить: «Снег идет!» (Смеется.) Однажды я взяла машину и почти доехала до Канады. Я слушала музыку, у меня была отличная работа и шикарная роль, написанная для меня, и тут я заметила знак, предупреждающий, что дальше нужны цепи на колесах. Пришлось развернуться. Это была сказка. Все уже были при полном параде, а Дэвид вопил, потому что костюмеры не могли найти туфли с цветными вставками (для Одри), и он был непреклонен. Они откопали оксфорды (закрытые туфли на шнуровке) и вынуждены были их покрасить. (Смеется.)

Гэри Хершбергер (Майк Нельсон): Было очень славно, они создали для актеров все условия, чтобы вжиться в роль и поймать настроение этого места. Мы собрались в Вашингтоне, представились друг другу, и там было очень атмосферно. Персонаж Кайла Маклахлена постоянно говорил с Дайан: размышлял о деревьях, о водопаде, о людях, о птицах – и все в таком духе. Там было немного жутковато. (Смеется.) Большие деревья в темноте, а мы словно находимся в лагере и пытаемся понять, каким видит «Твин Пикс» Дэвид Линч.

Джеймс Маршалл: Без всяких сомнений, в воздухе витала таинственность. Все словно лишились разума, даже Дэвид. Мы были одним целым, даже если кто-то начинал звездить, это быстро улетучивалось и больше не имело значения. Словно охваченные сном, мы читали свои реплики, как будто рассказывая о своих чувствах.

Чудеса, да и только

Шестинедельному производству «Происшествия на Северо-Западе» сопутствовали особое чутье и тяга к «счастливым случайностям» Дэвида Линча, вызвавшие множество спонтанных потоков вдохновения, закрепившихся на территории «Твин Пикс» Актеры и съемочная группа вспоминают сокровенные и выразительные эпизоды с режиссером, которому доверились.

Шерил Ли: Нередко что-то начиналось наверху, а потом переходило к «простым смертным», и Дэвид давал добро. Он уважает каждого сотрудника в работе. Прислушивается к актерам и съемочной группе, всегда открыт для предложений и идей. Действительно создается ощущение совместного творчества. Каждый делает свой вклад, и он не менее ценен, как и другой.

Рэй Уайз: У Дэвида был странный способ начать день, я любил, когда он говорил: «…и это будет чудесно», не важно, что он при этом имел в виду.

Что бы ни происходило на площадке, пока он заканчивал сцену этой фразой, я был счастлив и доволен. Он обладал удивительной способностью говорить правильные слова перед началом съемки, которые способствовали работе в правильном ключе.

Гэри Хершбергер: Дэвид был единственный в своем роде. На протяжении всего процесса я был избалован его руководством. Вы сообща анализировали сцену, и создавалось ощущение, что вы вместе ищете верный путь, а не он лишь указывает направление. Очень трепетное отношение к делу, словно на съемках художественного фильма. Когда мы снимали сцену в баре, сопровождаемую мелодией «Влюбленность» («Falling»), Дэвид
Страница 8 из 18

показал мне слова к ней. Думаю, он сам их написал. Он прорабатывал малейшую деталь.

Шерилин Фенн: Дэвид не такой придурковатый, каким его все считают. Он эксцентричный, добрый и никогда не кричит на площадке. Всегда спокоен и изъясняется своеобразным языком. Он был там не для того, чтобы говорить, что делать. И объяснял это так: перед ним аудио система, он крутит рычажок и увеличивает звук, что-то понижает, а затем добавляет немного басов. Он нанимает людей, точно зная, что они подойдут на роль, и вносит свои коррективы.

Лесли Моралес (художник-оформитель пилотной серии): С Дэвидом не трудно сработаться, но в итоге он должен получать то, что хочет. Он совсем не грубиян и не крикун. Скорее джентльмен, который должен получать желаемое. Он менял свое поведение, только когда договаривался с начальством об увеличении бюджета или дополнительном дне съемок, – тогда это был совсем другой Дэвид.

Мэри Джо Дешанель: Помню, однажды кто-то сказал Дэвиду, что мы превысили бюджет или не укладываемся в график, и он просто, не глядя, вырвал страницы из сценария. В тот момент я находилась рядом и была потрясена такой реакцией. Есть подозрения, что это было сделано нарочно, но этот эпизод много говорит об отношении Дэвида к работе. Хотя выглядело комично.

Ричард Беймер: Работы в пилоте было мало. Первоначально меня брали на роль доктора Джакоби, Дэвид решил, что я подойду. Затем он позвонил и поставил в известность, что я буду играть Бена Хорна, предпринимателя. Я малость огорчился. Хотелось быть сумасшедшим доктором, но хорошо, что все так обернулось.

В отеле Дэвид усадил нас на диван перед камином, но это было не очень комфортно. Я спросил у Дэвида, можно ли встать и опереться о камин. Он ответил: «Да, это будет в тему, но, когда подойдешь к нему, положи большое “поленце” прямо в огонь». Я сказал: «Хм, ладно…» (Смеется.) Сделал то, что он просил, и продолжил свой монолог. Если бы я мог переиграть этот момент, то пошел бы дальше и… громкий звук клокотания и последующий плевок.

Рон Гарсиа (оператор-постановщик пилотной версии): Мы были в старой больнице, где Кайл ковырялся под ногтем Лоры Палмер и нашел букву «Р». Но в процессе возникли проблемы с освещением, и одна из ламп плохо загоралась. Я проворчал: «Эх, надо от нее избавиться!» – когда подошел Дэвид, лицом напоминавший Франкенштейна! Я сказал: «Дэвид, прости, мы над этим работаем». А он выдал: «А мне нравится, Рон! А можно сделать так, чтобы она мерцала все время?» Я всегда старался исправить ситуацию в соответствии со своими целями, но Дэвид научил меня приспосабливаться и действовать по обстоятельствам. Для меня это было открытием.

Дэвид Дж. Латт: Дэвид не стеснялся вызывать у людей эмоции, мол, пусть все идет своим чередом. Разумеется, актеры ценили данную им свободу. Он точно следовал своей задумке. Порой случались непредвиденные ситуации, но Дэвид был готов поддерживать неловкость момента.

Грэйс Забриски (Сара Палмер): Конечно же, я не могла интуитивно почувствовать из описания сцены (когда Сара узнает о смерти Лоры), каких сильных эмоций Дэвид ожидал от моей игры. Твердо убежденная, что он не прав и мыслит в другом направлении, я все же прислушалась и потом поняла, что могу полностью ему доверять. Ужасно эгоистично с моей стороны говорить, что в итоге он был прав.

Таким было мое знакомство с Дэвидом и миром «Твин Пикс». То, как это должно было быть представлено в реальности, отличалось от написанного на странице. Не сразу, но позже я поняла, когда режиссер стал продумывать различные варианты сцен, что все, что указано в сценарии, довольно неоднозначно. Оглядываясь назад, мне кажется, что каждый из нас был слегка или полностью «использован» Дэвидом, несмотря на первоначальные планы. Он подметил, что, когда я серьезно вживаюсь в роль, достаточно тяжелый момент можно обратить в черный юмор. И с тех пор он использовал разные методы, чтобы это сделать.

Венди Роби (Надин Херли): Предполагалось, что у меня будет эпизодическая роль. Мы снимали сцену, где я задергиваю шторы в доме. Камеру установили в магазинчике напротив, который превратили в заправку Большого Эда.

Я проверяла действие карнизов, и краем уха слышала, как помощник режиссера, присевший в углу, переговаривался по рации с остальными. И тут я уловила смешки Дэвида. Подумала, наверное, это здорово – суметь рассмешить режиссера! И, как робот, я продолжала задергивать шторы снова и снова, делая все возможное. Процесс это был болезненный, пока я поднимала и опускала тонкие режущие веревки. Но я не останавливалась, потому что он все смеялся и снимал дальше. Руки уже все были в крови, и было так больно, но я терпела. Тогда я убедилась, что за Надин будет интересно наблюдать в сериале.

Дэна Эшбрук: Я следовал тому, что мне говорили и что было написано в сценарии. А когда сильно увлекаешься ролью и стараешься быть правдоподобным, нередко вырывается настоящая натура. Помню, при первой встрече с Дэвидом и Марком мы душевно побеседовали, а потом Дэвид заявил: «Вообще-то, Бобби столько не улыбается». А я буркнул: «Ладно, не буду!»

Джеймс Маршалл: Все роли отражали черты играющих их актеров. Нужно было только признаться самому себе, что персонаж в чем-то на меня похож, и жить с этим, соответствуя герою.

Это было как подражание стилю Хемингуэя. Кстати, «Парни из читальни» сначала именовались «Хемингуэев-цы», пока не сменили название. Я умел ездить на мотоцикле, но никогда раньше не садился на «Харли» («Дэвидсон»), пришлось научиться им управлять. Это касаемо потенциала и знаний, которые он (Линч) разглядел еще до того, как я узнал, на что способен.

Дэвид Дж. Латт: Там была сцена в лесу, ночью, где Лара Флинн Бойл очень подавлена. Было уже очень поздно, холодно, а мы снимали в самой чаще (как казалось). Тогда Ларе было 18 или 19 лет, и я помню, как Дэвид не переставал работать с ней, пока она не нащупала нужное эмоциональное состояние. Он подсказал ей направление, и она прочувствовала данный момент. Вжившись в роль, она стала настолько уязвимой, что, я думаю, зрители ей сочувствовали. Наблюдать за ним было очень интересно. Я увидел, как искусно он подходит к работе, и понял, почему так любим актерами. Я хорошо это запомнил.

Мэри Джо Дешанель: Лара идеально подходила на роль молодой девушки, у которой все в жизни идет прекрасно, но хочется большего, чего-то другого, захватывающего. Но впоследствии она понимает, что та, иная сторона не только опасна, но и может нести зло и разрушения. Этот тяжелый процесс взросления она и показала на экране.

Джеймс Маршалл: Хотите верьте, хотите нет, но моей самой любимой сценой была сцена в лесу из пилотной версии. Дэвид был так увлечен процессом. Мы сотню раз снимали этот момент. Тайна, которая связывала героев, их влечение друг к другу, – все это знакомо большинству подростков. Когда живешь себе и ощущаешь тяжелое одиночество, но при этом встречаешься с кем-то, а потом понимаешь, что он не тот, кто тебе нужен, и неожиданно оказываешься рядом с другим, с тем, на кого поглядывал украдкой; и это взаимно. Прям в точку. Результат меня порадовал.

Лесли Моралес: Еще одна особенность Дэвида, которую я не замечала у других режиссеров, – он репетировал с глазу на глаз. Когда говорил с актерами, просил всех выйти, и дальше уже было
Страница 9 из 18

их личное время. Наверно, так он пытался раскрыть возможности актеров, которые мы никогда больше не увидели бы на экране. Это было священным таинством и закрытой темой. Никто из них ни разу не пришел и не доложил: «Ой, а вы знаете, что он сказал?» (Смеется.)

Рон Гарсиа: Так или иначе, Дэвид был очень скуп (смеется) на комментарии. С актерами, со мной, с любым из съемочной группы, – подводил к сути простыми доступными словами, которые трогали нас и сразу попадали в цель.

Джоан Чен: Дэвид был очень спонтанным и хотел посмотреть, что случится. Ему было любопытно, что находится в твоем тихом омуте. Как-то он попросил Ричарда Беймера шепнуть мне что-то на ухо. Ричард прошептал: «Ах ты, сучка». Я не так хорошо знала английский и не ожидала подобного, и не поняла, что это значит. И задумалась: «Может, я что-то пропустила в сценарии?» Понятия не имела, что это такое! (Смеется.) Так что Дэвид не получил ожидаемой реакции, потому что я просто не поняла!

Я прошлась, размышляя: «Что бы это могло значить?» – присела, и сцена закончилась. Ричард подбежал ко мне и выпалил: «Прости, ради бога, Джоан, но это Дэвид попросил!» А я в ответ: «А что ты сказал? Что это значит? Я не поняла!» (Смеется.) Хотела бы я поучаствовать в проекте, где бы работала с ним два с половиной месяца, может, в фильме или еще где. Дэвид очень интересный человек, жаль, наше время было ограничено.

Дэна Эшбрук: По существу, он [Линч] тот человек, которому можно довериться, идя по горящим углям. Что он скажет – то ты и сделаешь. Всецело поверив ему и в него, ты можешь все. Для юного парнишки, каким был я, это бесценный опыт. Он, как заботливый отец, присматривал за тобой и, как творческий человек, пытался разглядеть, что у тебя за душой. Все до единого любили его на площадке. Было приятно поработать с такой мощью. Я его обожаю.

Нераскрытое убийство

В начальных кадрах пилота «Твин Пикс» заядлый рыбак Пит Мартелл (которого играет Джек Нэнс) обнаруживает тело Лоры Палмер, протяжно произнося известную фразу: «Она мертва, завернута в полиэтилен» До таинственной смерти Нэнса в 1996-м он был актером-талисманом почти что каждого фильма Дэвида Линча, начиная с роли Генри Спенсера в «Голове-ластике».

Множество ключевых тем из «Головы-ластика» просочились в «Твин Пикс», включая одинокие фигуры, поющие загадочные песни, зигзагообразные полы и бурные внутренние конфликты Съемка «Головы-ластика» пять лет хранилась в Американском институте киноискусства в Беверли-Хиллс и привела других будущих жителей «Твин Пикс» под крыло Линча, в том числе жену Нэнса (бывшую) Кэтрин Э Коулсон и Шарлотту Стюарт.

Кэтрин Э. Коулсон (Маргарет Лантерман по прозвищу Дама с Поленом): Меня задел тот факт, что жену Джека в «Твин Пикс» звали Кэтрин Мартелл. Думаю, Дэвид похихикал над нами, заставив Джека произносить «Кэ-э-э-три-и-и-н» (голосом Нэнса) в «Твин Пикс» точно так же, как он раньше обращался ко мне. К концу сериала Джек и я снова стали общаться. Мы развелись, но остались друзьями. Мы были слишком молоды, когда поженились, но поддерживали связь во время сериала. Было весело.

Дуэйн Данэм (режиссер видеомонтажа пилотной версии): Джек был милейшим созданием. Я работал с ним и в «Синем бархате». О нем ходят разные безумные истории, но он был душа-человек. Я понял, почему они с Дэвидом были так близки. Дэвид – добрая душа. Джек тоже добряк. Он отыграл эту сцену эксцентрично, искренне; я усмехался каждый раз, когда видел его в начале пилота.

Дэвид Дж. Латт: Должен отметить, снимать сцену обнаружения тела Лоры Палмер было довольно угнетающе. На экране это выглядело как в жизни: холодным, опустошающим, туманным и жутким. И бедная Шерил Ли, – это же кошмар! (Смеется.) Все, что вы видите, мы испытывали на себе.

Шерил Ли: Я была как губка. Раньше я изучала основы медитации и использовала все методы, чтобы успокоиться и отстраниться, не думая о происходящем. Я никогда не была на телевидении или съемочной площадке, поэтому впитывала все, что творилось вокруг: слушала, внимала и мотала на ус. Играть мертвого человека на съемках – очень познавательно, все забывают, что ты тут, и можно слушать и учиться.

Дуэйн Данэм: Тело, найденное на берегу, производило сильное впечатление. Привычно собираясь на рыбалку, в потешной манере, Джек заставляет меня прыскать со смеху каждый раз, когда я вижу эту сцену. Разве не характерно, что именно этот персонаж находит тело? По-моему, тем самым он показывает зрителю, как бы в данной ситуации мог отреагировать обычный человек. Это не просто сыграть.

Гэри Хершбергер: Слова «завернута в полиэтилен» засели у меня в голове. (Смеется.) Горько сказанная фраза, навеянная плохим предчувствием, неизменно вызывала у меня умиление (то, как он говорил), как только я ее слышал. Дэвид всегда так делает. Он объединяет в сцене две противоположные эмоции вместе, и ты просто не знаешь, как реагировать.

Кэтрин Э. Коулсон: Джек был молчалив, он не болтал. При производстве «Головы-ластика» мы пришли к Дэвиду домой, и Джек почти не разговаривал. Джек произвел хорошее впечатление, только когда начались сами съемки. Не знаю, рассматривал ли Дэвид Джека на роль Генри изначально.

Однажды Джек наблюдал, как Дэвид с братом водрузили на крышу «Фольксвагена Жука» Дэвида багажник. Он и в самом деле был хорошим, а у нас с Джеком был свой «Фольксваген». Все его внимание было притянуто к конструкции, он так засмотрелся, что непроизвольно выдохнул: «До чего же замечательный багажник!» Тогда-то Дэвид и заинтересовался Джеком. Это был решающий миг. Дэвид интуитивно выбирает людей, и мне кажется, если человек способен играть, он может выяснить, подходит ли тот на роль, просто поговорив с ним.

Шарлотта Стюарт: Джек был забавный. Он был с причудами, у них с Дэвидом были свои секреты, шуточки, общие темы, они много проводили времени вместе. Джек был весельчаком. Он любил смотреть телевикторины («Колесо фортуны» и другие) и заливался смехом, когда люди давали неправильный ответ, теряя деньги. Ему это нравилось. Он был эксцентричным старикашкой еще до того, как действительно постарел.

Кэтрин Э. Коулсон: Дэвид просто знал, что Джек будет правильным выбором. Сила его молчания так прекрасно воплотилась в Генри. Не сомневаюсь, Пита Мар-телла мог сыграть только он. Джек сопровождал Дэвида на всем творческом пути. Он играл в «Дюне», «Синем бархате», но не участвовал в «Человеке-слоне», так как, кроме Энн Банкрофт, там все были британцы.

Они с Дэвидом понимали друг друга без слов. Дэвид парой фраз подсказывал направление, и Джек, погружаясь в нужное состояние, делал все, что требовалось для роли. Джек был очень душевным, вдумчивым парнем. Говорил лишь по делу, не то что я! (Смеется.)

Дуэйн Данэм: Я познакомился с творчеством Дэвида, в частности с «Головой-ластиком», когда работал помощником режиссера у Джорджа Лукаса на съемках «Империя наносит ответный удар», в Elstree Studios (телестанция в Борхэмвуде), в Лондоне. Стэнли Кубрик поблизости занимался монтажом «Сияния». Он пригласил нас в кино на вечерний сеанс в пятницу, где показывали «Голову-ластик».

Ни я, ни Джордж и слыхом не слыхивали об этом фильме, но захотели увидеть, что мы и сделали. Стэнли Кубрик, Джордж Лукас, Гари Куртц и я отправились в кинотеатр и посмотрели его.
Страница 10 из 18

Отличная была картина. Кубрик сказал, что это его любимый фильм и он видел его раз 30 или 40. (Смеется.) Трудно себе представить!

Тони Кранц: Я приглашал на «Голову-ластик» девушек, с которыми встречался, и, судя по их реакции, делал выводы, стоит ли продолжать знакомство. Такой у меня был критерий отбора.

Пайпер Лори: Джек был своеобразным малым. Я восхищалась его игрой на экране в фильме Дэвида «Голова-ластик», для меня он стал неким авторитетом. А в жизни он был мягким и глуповатым… мягким и рассеянным. Казалось, он во всем сомневается.

Джоан Чен: Джек был очень открытым, легким в общении. Я тогда очень стеснялась и боялась разговаривать с людьми. Но я общалась с ним. Но иногда его охватывала глубокая грусть. Он казался простачком, но на самом деле был глубоким и самодостаточным человеком, таким я его знала.

Майкл Хорс: Джек Нэнс был и моим другом. Мой первый агент занимался карьерой Джека Нэнса и Вивы, актрисы Энди Уорхола. Я скучаю по Джеку, он все мог объяснить. В глазах Джека все приобретало смысл. Я говорил: «Джек, сам я, конечно, не местный, но вот этого понять не могу», а Джек отвечал: «Так, смотри сюда…» Я скучаю по его подсказкам.

Кэтрин Э. Коулсон: Джек много работал и мог делать еще больше. К несчастью, он рано скончался. Это все еще остается загадкой. Он был отличным человеком. Странновато религиозным. Он с детства знал библейские сюжеты и, хвала небесам, родился в Техасе. Так что он понимал, что играть. Он сделал из Пита Мартелла расширенную версию себя и облек в оболочку свой опыт, лаконичность высказываний, неприкрытую честность и манеру растягивать слова. Он хорошо постарался.

«Экскалибур»

Анджело Бадаламенти (композитор и создатель инструментовок для оркестра): У меня был крохотный офис напротив Карнеги-Холл (концертный зал в Нью-Йорке), там мы и работали с Дэвидом Линчем. В маленькой комнатке я садился за Родес-пиано, а Дэвид пристраивался на стул рядом, справа от меня. Однажды он сказал: «Анджело, я собираюсь снимать этот проект. Он называется “Происшествие на Северо-Западе”. Я спросил: “Происшествие на Северо-Западе?” Дэвид, я читал что-то подобное в школьные годы. Нельзя использовать это название!» До того, как вы узнали этот мир, он был переименован в «Твин Пикс». (Смеется.) Попав точно в яблочко.

Анджело Бадаламенти был решающей фигурой в творческой разработке «Твин Пикс», осуществляя инструментовки и сочиняя глубокую и поразительную музыку, усиливающую эффект происходящих событий Эксперименты Бадаламенти с джазом, блюзом и классическими стилями стали неотъемлемой частью пленительной и пугающей атмосферы «Твин Пикс».

Основная операторская работа была завершена в апреле 1989-го, тогда же и начался процесс перезаписи (монтажа) и сведение картинки со звуком.

Марк Фрост: Если проект был кораблем, двигающимся собственным курсом, то музыка Анджело стала рекой, несшей его по волнам. Она помогла создать и поддерживать настроение шоу. Отстранившись от реальности, музыка создавала особое чувство времени и места. Она помогла поднять этот мир на уровень мифического царства, полностью отделив его от действительности, которую показывали по телевизору.

Невозможно представить шоу без музыки. Анджело – приятный малый, работать с ним одно удовольствие. Его роль в формировании вселенной «Твин Пикс» так же важна, как и любой другой вклад. И знаете, получилось довольно неплохо.

Дэвид Дж. Латт: Каждая ступенька при производстве проекта добавляет материалу правдоподобности и оказывает более сильное воздействие на зрителя. Самым эффектным для меня было, когда появлялась музыка. Визуальные образы Дэвида самостоятельно западают в память, но в сочетании со звуковыми эффектами вместе с партитурой Анджело достигают уровня, близкого к опере. Если послушать одни только композиции Анджело, они будут прекрасны сами по себе. То есть, говоря о перезаписи и процессе монтажа, финальное наложение музыки на изображение создавало невероятный результат.

Музыкальное сопровождение «Твин Пикс» появилось на свет на Восточном побережье, благодаря небольшой группе музыкантов, которыми руководил Бадаламенти Линч и Бадаламенти начали свое сотрудничество со времен «Синего бархата», что привело к записи альбома «Плывущая в ночи» («Floating into the night») певицы Джули Круз в 1989 году и постановке «Индустриальной симфонии № 1» (авангардная музыкальная пьеса «Сон девушки с разбитым сердцем») на сцене Бруклинской академии музыки Этот опыт совместной работы породил множество музыкальных произведений, послуживших почвой для оригинальной звуковой дорожки «Твин Пикс».

Анджело Бадаламенти: Всю музыку я написал в Нью-Йорке, в маленькой студии под названием «Экс-калибур», вместе с Арти Полемусом, техником, творящим чудеса. Тогда до эпохи цифровых технологий было еще далеко, он все записывал на кассету и после вносил потрясающие правки. Дэвид и я трепетали от того, что делал для нас Арти.

Арт Полемус (звукорежиссер): Вторую студию («Экскалибур») я открыл в 85-м. В шестиэтажном полуразрушенном доме, сейчас его уже нет. Это было странное старинное здание, жутковатое на вид, с мрачным фойе. Внутри царил полумрак, как мне всегда нравилось. Дэвид тоже предпочитает такую обстановку. Дом стоял прямо на Таймс-сквер, тогда все было иначе, и она еще не была территорией Диснея (магазин Диснея на Таймс-сквер в Нью-Йорке). В то время это была обитель секс-шопов и всех устаревших театров из прошлой эпохи, где когда-то игрались великие пьесы. Народ обосновался и привык к обстановке, и все само встало на свои места.

Ал Рэгни (тенор-саксофон): «Экскалибур» была одной из самых крутых студий, находящейся в броском здании, в шибко модной области пересечения Восьмой авеню и 46-й улицы. Она была отличным местом для творчества таких же неординарных людей, как я, и шикарной студией для записи, благодаря своему хозяину, звукорежиссера, Арта Полемуса. С той эпохи и по сей день он остается одним из лучших парней, с кем мне довелось поработать. Клянусь, он слышит, как сохнет краска!

Кинни Ландрам (синтезатор): Самое смешное, что вся музыка была записана еще до того, как мы увидели хоть кадр пилота «Твин Пикс». У нас не было возможности оценить картинку, о результате мы узнали по факту. Не думаю, что видели хотя бы название. В работе с Анджело мне нравится то, что он всегда точно знает, чего хочет, но прислушивается к мнению музыкантов.

Джули Круз (певица): Я познакомилась с Анджело на съемках сериала HBO (Home Box Offce – американская кабельная и спутниковая телевизионная сеть). Я была постоянной актрисой, когда они пришли к нам снимать театральную постановку. Ничего хорошего не вышло. Но я была больше чем просто актрисой, и режиссер сказал, что мне стоит познакомиться с его другом Энди, «Энди Бадале», композитором-песенником в Нэшвилле. Он думал, что Steely Dan (американская рок-группа в стиле джаз-фьюжн) – это один человек, и Pink Floyd – тоже. А еще он стал известным уже в зрелом возрасте. Он на сто процентов сицилиец, и семья значит для него все.

Дэвида я не знала, как и не прониклась «Головой-ластиком», было все равно. Но Энди мне пришелся по душе, и внезапно все вдруг стали звать его Анджело. Я просто влюбилась в этого кудесника. Он всегда улыбался. А годом позже я
Страница 11 из 18

познакомилась с Дэвидом. На «Синем бархате». Они сидели рядом, и каждый раз, когда Фрэнк Бут тискал Изабеллу (Росселлини) за грудь и тому подобное, Дэвид поворачивался ко мне и следил за реакцией. И я понимала – какое ребячество, чувство юмора у этого парня было странным. Понимаете, о чем я говорю? (Смеется.)

Анджело Бадаламенти: Джули удивительная, одаренная натура. Когда мы с Дэвидом сочинили «Тайны любви» («Mysteries of love»), я спросил у Джули, не знает ли она певицу, которая могла бы спеть высокие ноты мягким голосом, чтобы записать вокал. Джули прислала ко мне несколько певиц, но они не оправдали наших надежд. А потом она сказала: «Думаю, я могу это сделать».

То есть я знал ее только как певицу в шоу, где необходимо было петь сильным громким грудным голосом, показывая шею. Поэтому я сказал: «Хорошо, порепетируй и приходи через пару дней, и мы послушаем». Излишне говорить, что она вернулась и спела для меня, сразив наповал. Дэвид и я наконец-то нашли свой ангельский голос. Это была любовь с первого звука.

Джули Круз: Он [Линч] приходил в студию и давал указания по части актерской игры. Иногда он ставил меня на место. Анджело бухтел: «Слишком плоско! Слишком резко!» – а я возражала: «Как это? Да у меня идеальный слух!» И мы начинали спорить, ведь это был хороший аргумент, но он справедливо нас осаживал. Он был лучшим. Тогда все составляющие сложились в нужный момент, и мы слепо следовали замыслу мастера. Если бы каждый мог вот так отбросить личное и окунуться в работу, люди творили бы вечно. Анджело заслужил награду Генри Манчини и все остальные почести.

Арт Полемус: Что бы ты ни пожелал, Анджело разбирался в музыке и работал с любым материалом. Он легко справлялся, потому что знал толк в любом музыкальном направлении. Всего лишь наиграть нужное настроение – и Анджело уже уловил суть и подчерпнул ощущение.

Анджело Бадаламенти: Дэвид считает, что все творения становятся красивее, если сделать их медленнее. Существует огромное количество музыки, которая, по его мнению, не так прекрасна, как могла бы быть, потому что сыграна слишком быстро: «Сделать чуть помедленнее, и совсем другое дело».

Когда мы работали над «Мелодией Лоры Пал-мер» («Laura Palmer’s Theme»), Дэвид сидел рядом, пока я играл, и говорил: «Представь, что ты в темном лесу, совсем один, и вдруг слышишь едва уловимый крик животного или совы в отдалении. Ночь безлунна, сикоморы тихонько качаются на ветру. Из-за дерева появляется девушка и на секунду замирает. Она идет навстречу тебе и смотрит прямо в глаза…» И пока он подсказывал, я представлял себе эту картину. Я начал импровизировать на клавишах и передавать это мрачное ощущение, плавно переходя от одного звука к другому: до минор, легато… (Напевает) И он сказал: «Анджело, это прекрасно, а можешь сыграть помедленнее?» Что значило: играй как можно медленнее. (Смеется.)

Я замедлил темп и продолжал играть минуты полторы, когда он сказал: «Да, получается, вот так, продолжай. А теперь, она идет к тебе, и она очень печальна», тогда я переключился на главный мотив и начал наращивать тембр, окрашивая его необычными тонами. Он сказал: «А теперь подведи к кульминации». Я сделал, как он хотел, и он воскликнул: «Чудесно, чудесно, Анджело! А теперь снижай! Замедляйся и возвращайся обратно в темный лес, где ты был в начале». Я исполнил его просьбу, и не знаю, как долго еще играл. Мы записали эту музыку. Дэвид хранит кассету у себя в архиве. Он должен сделать мне копию. (Смеется.)

Мы записали все за один раз. Я сказал, что пойду домой и поработаю над мелодией. А он ответил: «Андже-ло, не меняй ни одной ноты». Видок у него был еще тот: глаза округлились, а волосы на руках встали дыбом. Он сказал: «Анджело, это «Твин Пикс». Я вижу его». Вот так и родилась «Мелодия Лоры Палмер».

Кинни Ландрам: «Мелодия Лоры Палмер» – весьма интересное музыкальное произведение. Если знакомы с теорией, эта композиция состоит из череды сложно взаимодействующих тональностей – третьей степени родства, имеющих одно общее трезвучие, которое необходимо, чтобы достичь мажорно-минорного лада, с коего и начинается, что называется одноименными тональностями, противопоставленными параллельным. (Смеется.) В определенных моментах она напомнила мне главную тему из «Последнего танго в Париже», мелодию Барбьери [Гато], великого саксофониста. Когда она приближается к кульминации и достигает наивысшей точки… это так по-итальянски. Удивительная композиция.

Анджело Бадаламенти: Говоря и нашептывая мне в правое ухо, пока я сидел за клавишами, Дэвид описывал настроение, чтобы я мог перевести его слова в музыку. Она по-своему уникальна. Это было удивительно – вот так работать, плечом к плечу, осознавая при этом, что мы на одной музыкальной волне, было чем-то особенным, такое редко случается.

Дэвид тоже был счастлив – он тысячи раз говорил мне об этом – даже в «Твин Пикс», перед съемками сцены, он доставал мои демо-версии музыки и давал послушать актерам на площадке. Это создавало определенное настроение, в то время как они произносили свои реплики. Стиль, атмосфера и темп помогают режиссеру с актерами. А музыка становится неотъемлемой частью истории.

Зеленый свет

К осени 1989-го Брэндон Стоддард и Чед Хоффман покинули свои руководящие посты в Эй-Би-Си Судьба «Твин Пикс» отныне оказалась в руках новоявленного президента «Эй-Би-Си Интертейнмент» Роберта «БОБа» Айгера Так как Эй-Би-Си откладывали решение о заказе сериала, Линч и Фрост развернули рекламную кампанию, дабы повысить интерес к пилоту, арендовав кинозал для закрытого показа.

Чед Хоффман: Перед выходом на экраны пилот показали в Музее телевизионных искусств и наук. На выступлении меня пригласили сесть рядом с Марком, Дэвидом и актерами. В зале было около тысячи человек, которые потом просто не могли отойти от увиденного. Они аплодировали нам, а в конце вставали и громко хлопали, а мы сидели и рассказывали о пилоте, отвечали на массу вопросов. Помню, за сценой мы тыкали друг друга в бок и удивлялись: «Что происходит?»

Марк Фрост: После окончания съемок мы смотрели пилотную версию с небольшими группами людей, а потом устроили показ на большом экране в Гильдии режиссеров Америки, задолго до того, как он вышел в эфир. И реакция была фантастическая: люди просто с ума посходили. В тот момент мы переглянулись и сказали: «Святые угодники, у нас может получиться».

Так приятно было наблюдать, как наш проект затрагивает людей до глубины души, как никогда раньше. Помимо писательской деятельности, довольно долго я работал в театре и привык к живым выступлениям, но подобное не часто бывает на телевидении, и узнать, что пилот показал именно тот эффект, которого мы и добивались, в первый раз, правда потрясающе.

Харли Пейтон (сценарист сериала и продюсер второго сезона): Однажды Марк позвонил мне и сказал: «Слушай, мы с Дэвидом Линчем сняли пилот и устраиваем предпоказ в Гильдии режиссеров», об этом проекте я ничего не знал. И обрадовался возможности его увидеть. Будучи большим поклонником Дэвида Линча, я подумал: «Ничего себе, Дэвид Линч может снимать даже для телевидения», тем более тогда, когда художественный фильм и телевидение разделяла огромная стена. И я пришел на показ, и просидел весь пилот, и, как любой в том зале,
Страница 12 из 18

все 90 минут был озадачен мыслью: «Боже, это лучшее кино, что я видел за весь год», забыв, что это телевизионное шоу.

Анджело Бадаламенти: Я увидел пилот, и он был просто возмутительным. Такого еще никто никогда не видел. Я был околдован его таинственностью, необычными, нешаблонными героями, которых играли идеально подобранные актеры, и больше всего гипнотической, завораживающей атмосферой фильма. Я действительно проникся.

Кайл Маклахлен: Пилот напоминал кошмарное видение или удивительный случай, что очень тяжело создать в рамках телевидения, когда кровь стынет в жилах, в момент, где в конце видео, вкупе с музыкальным сопровождением, рука в перчатке поднимает цепочку. Это заставляло сидеть по струнке и вопрошать: «Бог мой! Что я только что видел?» Очень трудно воплотить подобное на экране, а пилот был насыщен такими эпизодами.

Чед Хоффман: На ум приходят две любимые сцены. Первая – где они видят Даму с Поленом и Кайл спрашивает: «Что это за женщина, которая держит полено?» – а шериф отвечает: «Все зовут ее Дама с Поленом». Когда я впервые это увидел, хватался за живот от смеха. А еще мне нравится момент, где Расс Тэмблин выходит из лифта, а в ушах у него пробки от бутылок. Это было гениально. Такая деловитость посреди всех событий заставляла меня хихикать. Эти двое сразу же накинулись на меня: «Где еще ты такое увидишь?»

Тони Кранц: Несмотря на то что пилот обезоруживал своей новизной, нелегко было добиться хоть какой-то поддержки сериала, он слишком выделялся. Когда Брэн-дон Тартикофф увидел «Твин Пикс», он описал проект известной фразой, он знал, что «испытанный временем был мертв и похоронен». (Брэндон изначально понимал, что проект может не ужиться в рамках того времени и оказаться гиблым делом на телевидении, не заслужив поддержки компании, и перебором для зрителя, привыкшего к мыльным операм.)

Гэри Левайн: Пилот ошеломлял своей необычностью, но в конечном счете он был убедительным. Забавно, когда ты руководишь телесетью и приходят создатели, в этот момент ты – покупатель, но для высшего начальства корпораций постепенно превращаешься в торговца проектом. Мы сосредоточились на этом. Как и ожидалось, пилот был хорош.

Чед Хоффман: До того как я покинул Эй-Би-Си, у меня был разговор с Бобом [Айгером]. Он спросил меня о рабочих вопросах, и я сказал о пилоте, которым бредил: «Поставьте это в эфир и посмотрите, что будет. Эти парни и их проект слишком важны. Это ваше право: вы сами должны решить, что лучше». И вот что из этого вышло.

Майкл Зальцман (бывший агент по рекламе Lynch/Frost Productions): Дата выхода пилота в эфир еще с самого начала не была установлена. Но мы продолжали рассылать кассеты с его записью куда только можно: от журналов, выдаваемых на борту, до развлекательных и журналов про путешествия. Если кассета возвращалась обратно, я говорил: «Найдем еще место, куда можно отправить». Мы штурмовали рынок и практически не говорили им ничего, кроме как «посмотрите видео». Проект был слишком удачным, поэтому мы так напористо его продвигали.

Каждый раз при этом Линч и Фрост поддерживали нашу рекламную кампанию, насколько возможно. Они всегда подбадривали нас. А в свои двадцать пять я встречал не так много людей, кто не сдавался и говорил: «Давай сделаем это». Если уж на то пошло, скажу (без похвалы), что именно пропаганда проекта вынудила Эй-Би-Си поставить пилот в программу передач и назначить дату эфира. Потому что неизвестно, когда бы они решились его выпустить.

Пайпер Лори: Мне предложили подписать контракт, в котором была оговорка о съемках в сериале, о чем, конечно, мечтает каждый проект, но не достигает и за миллионы лет… Так что я все подписала, даже не задумываясь, что меня свяжут по рукам и ногам. И, о чудо, пробная версия вдруг стала сериалом. (Смеется.)

Тони Кранц: Я живо помню этот момент. Я был в Нью-Йорке, в отеле «Ридженси», в конференц-зале АТЛ (Агентства творческих людей), где хранились все наши кассеты с пилотом, которые мы привезли. Тед Харберт [исполнительный директор Эй-Би-Си] приехал встретиться со мной и, возможно, еще с парой других агентов и сообщил, что проект «Твин Пикс» утвердили и, в дополнение к двухчасовому пилоту, решили сделать еще семь эпизодов, но не раньше середины сезона. Я подумал, что это хорошая новость, не нужно будет в спешке приступать к работе и как можно быстрее клепать серии. Команда сможет работать в спокойной обстановке.

Филип Сигал (бывший руководитель отдела программирования Эй-Би-Си): Они заказали съемки пилота, но заморозили проект, потому что, посмотрев его, поняли, что эдакой сатиры на экране еще никто не видел. Не забывайте, что в то время, в сравнении с тем, что делал Бочко [Стивен], мы были на конечной стадии производства телесериалов по избитой формуле. В сетке вещания Эй-Би-Си не так уж много значилось нестандартных программ. Все было прилично.

Дэвид Дж. Латт: Контенту такого типа и правда не было места на телевидении. Это заслуга парней с Эй-Би-Си (надеялись они или нет на успех), которые достаточно позитивно были настроены, чтобы дать шанс пилотной версии.

Брэндон Стоддард: Помнится, все прошло не так гладко. Велись долгие споры, кто-то из отдела исследований и еще пара людей, в том числе и владелец сети Том Мерфи, выступали против. В этой битве разногласий отдел программирования одержал победу, и пилот вышел в эфир.

Алан Вуртзел (бывший вице-президент отдела по исследованиям и разработкам Эй-Би-Си): Мы были на выездном совещании совета директоров, где ознакомились с черновым вариантом проекта. Предоставленную пробную версию шоу смотрели небольшой группой людей (из главного управления и отдела программирования) и не могли взять в толк, что к чему. Не все, но многие подумали, что увидели три отрывка, вместо двух. Мы всего лишь старались следовать сюжетной линии.

Чед Хоффман: Насколько я помню, даже мысли не было не выпускать пилот в эфир. Да, были некоторые прения с отделом исследований насчет целевой аудитории пилота. Но если говорить о творческой стороне, руководство считало проект особенным и дискуссировало на тему, куда и когда лучше поставить его в эфир, чтобы он не потерялся среди наплыва осенних новинок.

Дэвид Дж. Латт: Расходы на пилотную версию не превышали бюджет. Как и не было приглашенных звезд. Они вполне могли позволить себе его производство и смекнули: «Ага, на неделе выходит много фильмов. Так что не страшно». Стало быть, финансовая сторона трудностей не вызывала. Тогда они уселись в кресла в просмотровом зале и подумали: «Бог ты мой, какое завораживающее и впечатляющее зрелище. Мы обязаны его взять». Это был один из тех случаев, когда компания решила дать шанс проекту, выходящему за рамки, и если б их старания окупились, могли бы снять сливки.

Харли Пейтон: Не могу точно утверждать, но я слышал, что во время презентации пилота телевизионной сети один тертый калач, из высшего руководства корпорации, сказал: «Это никогда не выйдет в эфир Эй-Би-Си. Какой мусор. Это ужасно. Ни за что».

Брэндон Стоддард: К счастью, решающим фактором всех этих дебатов оказалось качество пилота, а он был очень-очень хорошо сделан! Он был прорывом. Проект был прекрасным, неординарным, выделяющимся. Такого еще никто не видел. Среди прекрасно подобранных актеров были
Страница 13 из 18

ветераны телевидения прошлых лет. Это производило совсем другой эффект. Бесподобно написанный сценарий и отлично снятые дубли. Это захватывало. К концу пилота вы непременно захотели бы увидеть больше, именно поэтому он вышел на экраны.

Джеймс Маршалл: Я был в восторге. Вышел бы пилот или нет, я все равно был взбудоражен и доволен. Так что, когда проект был утвержден, я спросил себя: «Ну что, ты готов?» Мы не были уверены, что пилот покажут по телевизору, да еще и будут снимать продолжение; это был волнительный момент. Пока создавали этот мир, мы не осознавали, насколько он особенный.

Гэри Левайн: По прилету домой, из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, после принятия решения о выходе пилота в эфир и съемок сериала «Твин Пикс», я оказался в Международном аэропорте Лос-Анджелеса, где меня ждала машина. Как принято в аэропорту, в месте выдачи багажа меня встречал водитель с табличкой с моим именем. Я только что прилетел с совещания, на котором утвердили покупку сериала, и тем водителем с табличкой оказался актер (Гарри Гоаз), игравший помощника шерифа Энди в «Твин Пикс»! (Смеется.) Я обрадовал его новостью, что теперь он получит гонорар за съемки в сериале. После этого я сам предложил его подвезти.

Добро пожаловать в Ван-Найс

Одно большое здание

Распоряжение Эй-Би-Си о выпуске укороченного сезона вызвало восторг и бурную реакцию, в то время как Дэвид Линч и Марк Фрост заканчивали сценарий к следующим двум сериям Летом 1989 года Линч начал работу над своим очередным художественным фильмом «Дикие сердцем», пока Фрост ежедневно управлял процессом съемок зарождающегося сериала.

Марк Фрост: Мы знали, нужно ковать железо, пока горячо, – произвести впечатление посредством семи дополнительных эпизодов. И просто решили придерживаться намеченного пути: «Мы ведь снимаем киноновеллу, так давай набросаем сценарий первых двух глав». Я был склонен думать о сериях как о главах, а не о сериях.

В ту пору, по стандартам телевидения, эпизоды выдавались как сосиски на производстве, и чем больше они походили друг на друга, не являясь копиями, тем лучше было для компании, для которой они и выпускались. Но мы старались не для студии, мы делали это для себя и хотели сломать штампы, заявив: «А давайте-ка снимем девятичасовое кино». И весь первый сезон мы двигались в данном направлении.

Фрост отладил систему и упростил производство, наняв двух друзей написать сценарий к оставшимся эпизодам И хотя оба, и Харли Пейтон, и Роберт «Боб» Эн-джелс, ранее не участвовали в телепроектах, они внесли незаменимый вклад в создание первого сезона «Твин Пикс», и даже более того.

Марк Фрост: Боба я знаю давно. Почти что двадцать лет. Он учился у моего отца в Университете Миннесоты. А с Харли я был знаком лет шесть-семь на тот момент. Я просто чувствовал, что каждый из них может нас приятно удивить. Это были просто друзья, раньше мы не работали вместе.

Харли Пейтон: Я работал в области развития киноиндустрии и в основном занимался фильмами. Сначала адаптировал «Меньше нуля» (фильм по одноименному роману Брета Истона Эллиса), это был мой первый опыт сценария. Марка Фроста я знаю по fantasy-лиге по бейсболу, а Боб Энджелс был в составе команды. Не помню названия, но что-то связанное с Миннесотой, откуда они оба родом. Мы стали лучшими друзьями, но формально познакомились виртуально, в общем-то и все.

Роберт Энджелс (сценарист сериала и сопродюсер второго сезона): Марк был моим другом (и до сих пор им является), и он сказал: «Я снимаю сериал с Линчем, думаю, ты идеально подойдешь в качестве сценариста одного из эпизодов». Пилот я не видел, но был в команде создателей шести или семи серий. А с Дэвидом я недавно завязал знакомство.

Марк Фрост: Безграничной свободы я им не давал, это бы нарушило основную сюжетную линию, которую мы выстроили. Я написал все концовки серий сам, хотя они определенно обогатили повествование своим почерком. Но мы с Дэвидом изначально задали тон и рассказывали историю в определенном направлении, которого они придерживались.

Роберт Энджелс: Фрост преподал мне ускоренный мастер-класс, я ведь никогда не писал для телевидения. Он лучший, он профи. Пока большинство авторов занималось сочинением «Спасенных звонком», я поймал удачу за хвост… Хотя мне нравятся «Спасенные звонком»! Эх, неудачный пример я выбрал. (Смеется.)

Марк Фрост: Язык Харли был изумительным, озорным, язвительным, с цинично-романтичным взглядом на мир. Стиль Боба же напоминает Средний Запад… Так это правильно говорится? Он пишет, рационально рассуждая, но не простецки, а именно так, что соответствует контурам нашего городка.

Харли Пейтон: При написании сценария эпизода все продумывалось до мелочей. Мы садились рядом с Марком – действие за действием, сцена за сценой, – наша задача заключалась в заполнении пробелов. Появлялись мысли – он был открыт для новых идей, но, что было примечательно, Марк сразу определял, что сработает, а что нет. Он не переписывал все заново, потому что чувствовал, так будет правильно. Когда я набросал эпизод, ночью раздался звонок. Я подумал: «Кто, черт побери, звонит мне посреди ночи?!» А это был Марк, только что доработавший сценарий. Он ликовал и с ходу попросил меня написать второй.

Штат Вашингтон располагал обилием мест для съемок и поражавшими своей уникальностью живописными пейзажами Но производство сериала «Твин Пикс» пришлось перенести за тысячу миль, в солнечную Южную Калифорнию, по финансовым соображениям Когда график съемок возобновился в октябре 1989-го, Марк Фрост привлек к работе еще одного друга, чтобы восстановить город Твин Пикс практически с нуля.

Ричард Хувер (художник-постановщик сериала): Я знал Марка ребенком, в Миннесоте. Работал с его отцом, бывшим в то время актером, преподающим в Университете Миннесоты. Я ездил на Международный кинофестиваль в Теллуриде, и, увидев там пилот («Твин Пикс»), где в титрах значился Марк, был ошарашен. Вернувшись в город, я позвонил ему и сказал: «Привет, как дела?» – на что он ответил: «Чем занимаешься?» Я сказал: «Ищу работу», – а он мне: «Нет, что ты делаешь сейчас? Приезжай. Есть разговор».

Марк Фрост: Во время пилота мы использовали для съемок реальные места в Вашингтоне. Первостепенная и главная задача Ричарда состояла в том, чтобы воссоздать все эти оригинальные локации на площадке в Лос-Анджелесе, и он справился на ура. На тот момент мы с Ричардом были знакомы почти двадцать лет, о его способностях я был осведомлен и знал, как неустанно он может творить. По ходу продвижения работы ему многое приходилось выстраивать заново. Но я верил в его золотые руки.

Ричард Хувер: У меня была пара координаторов по строительству на двух разных площадках в ангаре аэропорта Ван-Найс. Частенько приходится использовать подобные большие здания из-за дороговизны настоящих площадок. Прошло примерно шесть недель, пока мы установили декорации и приготовились к съемкам. Довольно быстро. Раньше я таким не занимался, но было интересно получить новый опыт.

Харли Пейтон: У нас был мир, созданный Хувером. Я любил выйти из офиса, спуститься вниз и пройтись между пустыми декорациями, исследуя каждую деталь, впитывая в себя разные ощущения, которые позже найдут отражение в сценарии. Все, что он делал,
Страница 14 из 18

гармонично сочеталось с фантазиями Линча и Фроста, в процессе работы он взял существующий мир за образец и повернул его примерно на тридцать градусов в другом направлении. Все, что он создавал – даже самое простое, вроде дома Донны, – он интуитивно чувствовал, каким должен быть этот мир.

Ричард Хувер: Все декорации чисто американские, близкие к северо-западному стилю, оформлены в маслянистых и теплых цветах. «Твин Пикс» не назвать криминальной драмой, поэтому такое цветовое решение показалось мне интересным. Обстановка уютная, но в каком-то смысле расплывчатая, и в то же время что-то темное и зловещее затаилось в стенах, отчасти это сделано нарочно. Каждая декорация имеет свой внешний облик, окрас, соответствие реальности… и много разных скрытых деталей, о которых вы никогда не узнаете.

Департамент шерифа из пилотной версии был офисным помещением компании по заготовке древесины, лесопилка находилась неподалеку. Интерьер украшали различные деревянные детали, также была приемная. Здание оформлено в стиле пятидесятых, ярко освещено и с комфортной обстановкой. Материал у нас был, и мы продублировали офис, развивая деревянную тематику, при этом создавая иллюзию, что вниз по коридору мог бы быть подвал, где находятся тюремные камеры. Все в провинциальном стиле, не современном. Департамент был не помещением с холодными каменными стенами, а скорее напоминал стоматологическую клинику. (Смеется.)

Отель был разработан по образцу пилота. Потребовалась только столовая, и еще мы добавили стойку регистрации. В завершение нашли лесопильный завод, который согласился распилить для нас бревна вдоль, тем самым мы получили достаточное количество материала, чтобы стилизовать стены внутри помещения (имитацией бревенчатой кладки), и это не выглядело массивно. Большинство бревен были настоящими, а некоторые значительные элементы – частями стволов деревьев, которые мы взяли в секции пиломатериалов в Государственном заповеднике Лос-Анджелеса National Forest. Они забирали упавшие деревья и помогали расчищать лес.

Мы хотели, чтобы Биг Пайн Лодж (дом Пита и Кэтрин) был большим домом на открытой местности, находящимся в отдалении, с застекленной верандой. Внутри – необычное, широкое, просторное помещение с камином из речных камней. Задумка состояла в том, что там, среди лесов, в этой бревенчатой хижине живут почтенные люди, довольно состоятельные, отсюда и внушительных размеров планировка и странный интерьер. Все основательное, крепкое, поэтому все предметы отражают форменную приземленность жителей, и люди в этом доме не всегда соответствуют убранству. Дом контрастировал с происходящими событиями.

Дома Палмеров и Хейвордов воссоздали на примере реальных комнат из пилота. Это были самые обычные, «отштукатуренные» гнездышки. Жилище доктора было более традиционным, домашним, с окрашенными изделиями из дерева (в американском стиле), с совмещенной гостиной и столовой. Все такое семейное. Обстановка в доме Пал-меров была простенькая, оживленная, проникнутая обычной нормальной жизнью. С художественной точки зрения Дэвид любил исследовать этот мир в прошлом. Он приехал со Среднего Запада и жил в подобном месте. Воспоминания своего прошлого он перенес в создаваемые им образы.

Помимо строительства новых декораций, «Твин Пикс» нуждался в дальнейшей адаптации посредством операторской работы, дизайна костюмов, а также съемок на открытом воздухе, чтобы возродить визуальные образы из пилотной версии.

Фрэнк Байерс (оператор-постановщик сериала): Когда я приступил к работе и посмотрел пилот, примером операторской съемки я выбрал для себя «Печать зла» Орсона Уэллса. Черно-белое кино, снятое широкоугольным объективом, с продолжительными планами, длинными дублями и тому подобными нюансами. Я сказал: «Вот оно, вот то, что я должен реализовать». «Печать зла» был для меня примером.

Им сразу же понравилось, что я делал, так что меня пустили в свободное плавание. Редко когда я что-то слышал от Дэвида, но, сидя в кресле режиссера, в определенных моментах он был придирчив. «Твин Пикс» кардинально отличался от сегодняшних дней тем, что мы снимали одной камерой. То есть нет никакой возможности, что что-то попадет в кадр другой. Может, пару раз у нас была вторая камера. Операторской работой в первом сезоне заведовал я, и был очень рад этому. Минимальный рабочий день состоял из шестнадцати часов. К тому моменту, когда все семь эпизодов были отсняты, мое здоровье пошатнулось. Это было очень тяжело.

Сара Марковиц (художник по костюмам): После пилота мои мысли сосредоточились на маленьком городке в Тихоокеанском Северо-Западе, где люди носят одно и то же годами. Это практичные простые трудяги, не тратящие деньги на наряды. Скорей всего, они закупались в местном благотворительном магазине или, в основном, в «Универмаге Хорна». А может, шили сами. Только некоторые персонажи, вроде Кэтрин и Джози, были более-менее близки к современной моде. Я всегда мечтала, чтобы у Надин Херли был разноцветный вязаный свитер, который, возможно, она сама себе связала.

Дизайн костюмов не похож на картинки из глянца. Они отображают образ мыслей героев. Не только домашний интерьер или обстановка в офисе носят отпечаток личности персонажей, но и одежда – отражение их самих. Патти [Патриция Норрис, художник-постановщик и дизайнер костюмов пилотной версии] проделала потрясающую работу, заложив основы того, кем были жители по своей сути, придав каждому свой облик, для меня это стало отправной точкой.

Фрэнк Байерс: В основном натурные съемки проходили в Малибу-Каньон, очень подходящем для сериала месте. Солнце порой было жестоким, с ним возникали трудности – то я выигрывал – то нет, – но мы по большей части работали ночью, так было легче. На самом деле мы снимали больше на открытом воздухе, чем вы склонны думать. Брали в кадр общие планы «Читальни» и больницы, несколько раз за эпизод покидали площадку. Мы не сидели среди декораций. На съемках было много замечательных локаций.

Джонатан П. Шоу (режиссер видеомонтажа сериала): Дом Лео и некоторые другие сцены снимали на озере Малибу в Южной Калифорнии. Чтобы местность была похожа на Северо-Запад, пришлось изрядно потрудиться и убрать все лишнее из кадра. Значительно помогло наложение звуковых эффектов и добавление отснятых ранее дублей величественной природы и водопада. Ничем нельзя было заменить те грандиозные виды и зловещую атмосферу, которая там царила.

Шоссе

«Твин Пикс» собрал вокруг себя коллектив опытных режиссеров, известных по своим художественным фильмам, среди них были: Тим Хантер («На берегу реки»), Тина Ратборн («Зелли и я»), номинант на Оскар Калеб Дешанель («Будучи там», «Самородок») и Лесли Линка Глаттер («Сказания о встрече и разлуке»)

С небывалым размахом творческой свободы на телевидении эти режиссеры получили право раскрывать сущность «Твин Пикс» в своем собственном стиле Дуэйну Данэму доверили снять первый эпизод в Южной Калифорнии, с чего и начался его профессиональный режиссерский дебют.

Дуэйн Данэм (режиссер 1, 18 и 25-й серий): В первом эпизоде требовалось представить городок и показать, кто какую роль играет в последующем развитии событий. Самое интересное,
Страница 15 из 18

Дэвид покинул площадку и в самом начале почти не участвовал, – может, следил на расстоянии, – я знаю, он был занят подготовкой к съемкам «Диких сердцем».

Я точно помню, что сценарий к первому эпизоду был объемом примерно 75 страниц. И после съемок двух-трех серий мы опытным путем выяснили, что для «Твин Пикс» хватает и тридцати. Вследствие чего мы отсняли множество кадров, которые не вошли в завязку сериала. Марк поставил проект на рельсы и поддерживал рабочую атмосферу. Приятно было наблюдать, как все выкладываются на сто процентов.

Тина Ратборн (режиссер 3 и 17-й серий): Насколько известно, мы оказались в ангаре в долине Сан-Фернандо с небольшими запасами денег. В большом здании расположились декорации и коридор с маленькими комнатками, и никакого личного пространства. Почти сразу мы нашли общий язык. Вот почему снимать первый сезон было так весело: мы, как сардины в банке, тесно работали вместе. Компания собралась замечательная. Никто не кучковался и не закатывал истерики.

Тим Хантер (режиссер 4, 16 и 28-й серий): Материал будоражил воображение. Американский образ жизни был представлен в специфическом стиле Дэвида Линча. В основе лежала главная сюжетная линия, омраченная тайной. Порой все происходящее не укладывалось в голове, но держало в напряжении и притягивало внимание. Казалось, они и в самом деле нашли способ поддерживать эту загадочность в первом сезоне. Сценарий давал пищу для ума, и все знали о его многоликости.

Лесли Линка Глаттер (режиссер 5, 10, 13 и 23-й серий): Дэвид и Марк буквально болели сериалом. Лучшие из возможных руководителей. Их двери всегда были открыты. Можно было ворваться в кабинет со словами: «У меня есть идея!» – или вопросом: «А что вы думаете об этом?» В отношении сотрудничества творческих людей, работающих в разном жанре, это была сказка. И когда режиссер был на площадке, никто не подсказывал из-за спины что делать. Но они всегда предоставляли простор для творчества.

Калеб Дешанель (режиссер 6, 15 и 19-й серий): Производство большинства сериалов подразумевает точное следование сценарию – нельзя отклоняться от текста, приходится придерживаться заданной траектории. Но Дэвид и Марк показались мне глубоко вовлеченными в процесс. Сценарий был написан, но, прислушиваясь к мнению режиссеров, они могли менять его на ходу, что способствовало более плодотворным и интересным съемкам. Это был весьма нетипичный подход к работе режиссера.

Марк Фрост: Новоприбывшим режиссерам я советовал изучить пилот, всмотреться в намеченную сюжетную линию, подумать и выяснить, что оригинального они могут привнести в проект. Мы нанимали действительно талантливых и неординарных личностей, и я не хотел, чтобы по приходу они ощущали, будто штампуют запчасти на заводе Крайслера. Думаю, все понимали, что от них требовалось: работая в домашней обстановке, прочувствовать настроение, изумительно созданное Дэвидом, и дополнить этот мир собственными мыслями. Должен сказать, что тактика эта сработала в 9 случаях из 10.

Филип Карр Нилл (ассоциированный продюсер и сопродюсер сериала): В целом наборе сцен (говоря ученым языком) мы использовали один общий план. Всегда сначала снимается «костяк» сцены, а потом уже широкие планы, средние и «через плечо», а после все кусочки сшиваются в единое полотно, в соответствии с замыслом. Сегодня телевизионные шоу по пять раз обрезают дубли посреди диалога, чтобы добавить динамичности и эффектности картинке. Но «Твин Пикс» следовал своему ритму, сознательно установленному Дэвидом, с минимальным количеством переходов. Благодаря этому создавалось ощущение реальности событий, возникало напряжение и появлялась схожесть с театральной постановкой.

Джонатан П. Шоу: Каждая серия воспринималась как мини-кино. И относились к ней как к фильму, и на этапе написания сценария, и во время работы режиссеров, и при монтаже. К смысловому посылу проекта очень трепетно относились.

В процессе монтажа мы развлекались. Не помню, чтобы кто-то говорил нам: «Этого не делай, а то – вообще не смей». Лодка управлялась сообща, при постоянном взаимодействии. Длина дубля была не менее важна. Сидя за монтажным столом, ты вздыхал: «Да уж, таких долгих планов у меня еще не было», – но потом сверху накладывалась музыка Анджело, добавлялись звуковые эффекты… и получалась сильная картина.

Пол Трехо (режиссер видеомонтажа сериала): Дэвид описал это так [голосом Дэвида Линча]: «Позвольте моим режиссерам снимать одночасовое кино. Ведь сейчас они спускаются вниз по шоссе». Этим они и занимались. Для телевидения такой подход был уникальным, ведь большинство режиссеров приходят и уходят. Как правило, подготовка и сами съемки телесериалов занимали лишь три недели, но политика Дэвида и Марка позволяла режиссерам участвовать в монтаже сериала на протяжении всего процесса, присутствовать на озвучке; что в то время считалось прыжком выше головы.

Лесли Линка Глаттер: Это напоминало создание фильма. Когда режиссер сдавал отснятый материал, кардинальным изменениям он не подвергался. В хижине Жака Рено я сняла крупный план иглы проигрывателя, скользящей по пластинке. Помню, Дэвид тогда сказал: «Лэс, это отличный кадр. А можно задержать на нем камеру подольше?» Этот кадр был на экране чрезмерное количество времени, сейчас так не снимают. Чисто твинпиксовский прием – захватывать камерой мелочи жизни.

Тим Хантер: Приятно было работать с таким материалом, ведь Дэвид и Марк установили планку, в частности Дэвид, при производстве пилотной версии сериала. Проект стремился к определенной концепции и от того, что создатели приветствовали светлые идеи новичков, становился визуально более интересным и отчасти стилизованным. Думаю, режиссеры воспользовались своим шансом.

Калеб Дешанель: Сериал развивался медленно, но не был затянутым. Неизменно оставалось ощущение, что, если копнуть глубже, можно узнать много интересного. Из-за неторопливой смены кадров казалось, что где-то в углу заложена бомба замедленного действия. Как будто в любой момент может случиться что-то ужасное или что-то прекрасное, а может, волшебное. Каждый нюанс создавал неповторимую реальность.

Тим Хантер: Эпизод с ламой в моей серии был следствием доверия авторов. Изучая окрестности на предмет съемок, мы наткнулись на ветеринарную клинику. И не знаю, видел ли я в тот день ферму с ламами, но я подумал, что это будет смешно. Я спросил у начальства, можно ли привести ламу в приемную, и, чудесным образом, они дали добро. Так лама попала в кадр. В какой-то момент лама и Кайл встретились взглядами, это было очень забавно.

Марк Фрост: Я хотел раскидать в сериале так называемые «пасхальные яйца» (или «пасхалка» – некая загадка, как бы случайно оказавшаяся в фильме, игре или сериале, являющаяся отсылкой к другому событию; розыгрыш для внимательного зрителя), появившиеся в индустрии видеоигр несколько лет спустя. Дабы вознаградить наблюдательного зрителя. Вы могли заметить отсылки в именах персонажей, в их отношениях друг с другом, в некоторых деталях отбора. Честно говоря, я не был уверен, что это когда-либо заметят, но разбрасывать яйца было увлекательно.

Уолдо [скворец] был отсылкой к Уолдо Лайдекеру, одному из решающих персонажей в «Лоре» [фильм Отто
Страница 16 из 18

Премингера]. Само имя «Лора» выбрано по тому же принципу. (Я вообще считаю, что Лору на самом деле убил Уолдо.) Забавно, когда птица выступает в качестве прямого свидетеля. (Смеется.) Просто раньше мы этого не видели.

Калеб Дешанель: Скворец был блестящей находкой. Узнав, что его застрелят в офисе шерифа, где страсть как любят пончики, я размышлял: «Как бы объединить пончики и птицу вместе?» И тут мне в голову пришла идея: «А что, если клетка будет качаться над столом, а кровь будет капать на пончики?» Нужно было лишь мыслить в стиле Хичкока и косвенным путем показать смерть птички. Осознание того, что скворец был потенциальным свидетелем или частью разгадки – было потрясающим ходом.

Дуэйн Данэм: В первой серии в кофейнике оказалась рыба. Подобный случай произошел со мной, когда мы куда-то ездили с детьми. Жена заварила мне чай в термос. Посреди ночи, когда мы ехали по пустынному шоссе, я решил отхлебнуть чаю и почувствовал странный привкус. Я понять не мог, в чем дело, но знал, что-то тут не так. Может, чай другой купили. Тогда я подлил себе чаю, и вслед за ним показался сантиметровый кусок размякшей сосиски! [Смеется.] Видимо, мои дети сидели на кухне, пока заваривался чай. И бросили туда сосиску, там она и сварилась. Как-то во время монтажа «Твин Пикс» я рассказал Дэвиду эту историю, и немного погодя появилась сцена, где Пит обнаруживает рыбу в кофе.

Лесли Линка Глаттер: Кстати, в «Твин Пикс» я была. Не помню, в какой серии. Ради смеха. Я была прислугой в «Одноглазом Джеке», помогавшей Одри подготовиться к работе. Горбатой такой, с торчащими волосками из огромной родинки на лице. (Смеется.) С красной помадой повсюду, но никак не на губах. Никто меня не узнал, пока я не сказала: «Эй! Народ, это я!» Мы посмеялись, а потом все по очереди фотографировались со мной.

Тина Ратборн: Приступив к работе над своим эпизодом, я созвала всех актеров и поинтересовалась, будут ли они репетировать. Многие ответили положительно. Только Майкл Онткин буркнул: «Ты кто вообще?» – как репетиция закончилась. (Смеется.) А потом, кажется, в последний день съемок, мы работали на трех площадках. И я просто ходила между ними, большую часть времени уделяя Лиланду. И тут я осознала, что кто-то стоит у меня за спиной, причем уже довольно долго. Я обернулась и увидела Майкла. Он сказал: «Тина, я не хочу делать крупный план без тебя». Заслужить уважение на площадке – это честь. Я была тронута.

Дуэйн Данэм: Весь опыт работы над «Твин Пикс» был потрясающим и, наверно, самым значимым в моей карьере. Благодаря стараниям Дэвида и Марка. Мы так трудились над созданием этих семи эпизодов, что кажется, если созвонимся сейчас, то будем все той же семьей. По какой-то неведомой причине отныне мы крепко связаны, пусть тогда и не осознавали, что делаем нечто глобальное. Мы знали, что проект был оригинальным, но он формировался совместным творчеством всех, кого Дэвид и Марк смогли собрать вместе. Это была грандиозная банда.

Элементарно

Незадолго до своего тридцатилетия уроженец штата Вашингтон и ведущий актер фильмов Дэвида Линча «Дюна» и «Синий бархат», Кайл Маклахлен, удостоился чести сыграть роль специального агента ФБР Дейла Купера В сериале, населенном молодыми актерами и признанными ветеранами голубого экрана, Маклахлен оказался бесспорным лидером разностороннего состава.

Маклахлен получил Золотой Глобус – за блистательно представленного на экране агента Купера, обладающего острым умом, развитой интуицией и безупречным чувством юмора, приправленным решимостью и склонностью к мистицизму Редко кого осуждающий или грубо выражающийся Купер стал моральным компасом сериала и идеальным гостем города, способным разобраться с темными тайнами «Твин Пикс».

Кайл Маклахлен: Тогда я только выпустился из актерской школы. Дэвид решил, что я подходящая кандидатура на роль Пола [Атрейдеса] в «Дюне», и этот эксперимент привел непосредственно к «Синему бархату». На самом деле он вручил мне сценарий во время съемок «Дюны». Прочитав его, я был задет за живое.

На тот момент я раза три за всю жизнь брал в руки сценарий. Поэтому и не ориентировался. Я понимал, что сюжет был невероятно сильным, опасным и отчасти пугающим… но в то же время ошеломлял. Когда читаешь текст, он должен вызывать эмоции. Такое редко бывает, но этот сценарий затрагивал душу.

По завершении съемок «Дюны» предполагалось, что мы сразу же приступим к «Синему бархату», но проект провалился в прокате. Позже, в начале лета 85-го, мы вернулись к производству и все равно сделали это. Эти-то два творческих сотрудничества с Дэвидом и привели меня прямиком в «Твин Пикс». Дэвид мог отвернуться от меня еще после «Дюны», но он этого не сделал и остался со мной, что говорит о его лояльности.

Тим Хантер: Кайл был милейшим человеком на планете. Прекрасным актером, с которым приятно работать. Наверно, режиссеры так любили его и уважали, потому что он был связующим звеном проекта и талантливым парнем. Персонаж Купера до сих пор считается одним из лучших типажей, представленных на экране, по части своей эксцентричности. В каком-то смысле это уникальный «линчевский» герой со своими принципами и причудами.

Билли Зэйн (Джон Джастис Уиллер): Мне нравилось работать с Кайлом. Он был славным парнем. По окончании процесса иногда мы собирались где-нибудь в Лос-Анджелесе или на Манхэттене. Я стал его фанатом, как только увидел «Дюну». Когда снимали сцену распития напитков, работать с ним было удовольствием. Я считал Купера образцом благородства, целеустремленности и чувственной мужественности. Он был справедлив, не будучи самодовольным.

Венди Роби: Все персонажи были со своими странностями, и агент Купер уважал их, находя положительные черты. И вообще, Даму с Поленом звали Маргарет, и ей было что рассказать. Он относился к Люси как настоящий профессионал и принимал всерьез ее переживания.

Лесли Линка Глаттер: Вы только посмотрите на персонажа Дейла Купера. Это же уникум! Отправляясь куда-то, парень запасается берушами и знает все о деревьях. Он наблюдателен и подмечает детали. Кайл блестяще справился с ролью, создав незабываемого персонажа, сделав его правдоподобным и гармоничным.

Дуэйн Данэм: Дейл Купер – чудик. Среди всех работ Дэвида только «Синий бархат» схож с «Твин Пикс» по восприятию и атмосфере. В «Синем бархате» Джеффри находит отрезанное ухо и приносит его инспектору, а тот говорит: «Да, это человеческое ухо». Случай серьезный, но эта реплика вызывает смех у зрителя. Похожая ситуация возникает в «Твин Пикс», когда Кайл Маклахлен следует букве закона. Да, он раскрывает преступления, но весьма необычным способом. Бывали и раньше детективы-оригиналы вроде Коломбо, но этот выделяется необычной речью и поведением.

В неоднократных монологах, записываемых на диктофон, Купер обращался к Дайан, своему невидимому секретарю, делясь личным опытом Эти записи фиксируют философские взгляды на жизнь Купера, восхищение природой, кофе, пирогом и пончиками, – все впечатления и события за время сбора досье подозреваемых.

Кайл Маклахлен: Натура Купера проявлялась в тексте уже в одних только описаниях окрестностей и смаковании видов, звуков и запахов Северо-Запада. Купер щепетильно относится ко
Страница 17 из 18

всем своим ощущениям. Я всегда считал это неким кивком в сторону Дэвида, который наслаждается окружающим миром.

Калеб Дешанель: Кайл потрясающий. Для Дэвида он был практически музой, годами участвуя в его фильмах. Мне кажется, в нем было многое от Дэвида, по части причудливости и повадок. Благодаря Кайлу персонаж сильно напоминал ребенка, делающего открытия: «Ух, ты! Пирог, кофе…» Он был по-детски непосредственен. Все проявления его своеобразного мышления так были похожи на Дэвида, например когда он выдавал шерифу сумасшедшие идеи и все следовали за ним. Это определенно его черта. Очень интересный образ.

Ричард Беймер: Кайл всегда знал свои реплики (Смеется.) Мог просмотреть три-четыре страницы примерно за полторы минуты и все запомнить. Насколько я помню, общих сцен у нас было немного, но он всегда был приветлив и дружелюбен. И то, как он сыграл в сериале, было превосходно. Этот персонаж был отражением Дэвида.

Кимми Робертсон (Люси Моран): Я так думаю, Кайл знал Дэвида лучше всех и понимал, чего бы он хотел в свое отсутствие. Он даже выглядел как Дэвид в молодости (смеется) и просто идеально вписывался.

Кайл Маклахлен: Дэвид Линч – художник, кинорежиссер, актер и писатель. То есть настоящий человек эпохи Возрождения, ко всему подходящий творчески. Проницательность Купера и внимание к деталям также свойственны и Дэвиду. Вдобавок ко всему, я перенял у Дэвида кое-какие повадки, например складывание рук в замок, и некоторые нюансы речи.

Марк Фрост: В процессе создания персонажа Купер получился адской смесью Дэвида, Кайла и меня самого. После того как мы с Дэвидом написали монологи Купера, я добавил кое-что от себя. Из всех героев, над которыми я работал на тот момент, Купер был близким мне по духу. Ему присущи те же любознательность, склонность к анализированию, подсознательный интерес ко всему мистическому и духовному развитию, которые проявлялись в нем все больше и больше на протяжении сериала.

Кайл Маклахлен: Саркастический юмор Марка и способность правильно подбирать слова плавно перетекли в сценарий и дошли до Купера, я уверен. Не могу точно сказать, когда черты Дэвида и Марка стали проникать в персонаж – но он точно был квинтэссенцией их обоих. Зная Дэвида, скорей всего, Купер был физически – Дэвидом, а речью – Марком.

В противоположность странностям Купера, Майкл Онткин представил на экране традиционный типаж – шерифа Гарри С Трумэна Правильный и здравый подход Трумэна к закону выделялся на фоне интуитивных методов Купера, и в стремлении найти убийцу Лоры Палмер они стали настоящими друзьями.

Марк Фрост: Мы понимали, что Кайл тот, кто нам нужен, и знали его роль от края до края. Шериф Трумэн же был темной лошадкой. Его мы изобразили слегка расплывчато, ведь он был таким прозаичным и мало говорил. А потом мы увидели эту парочку вместе, и они так гармонично смотрелись рядом, что превратились в два великих прототипа: болтливого городского жителя – Шерлока и медлительного парня из провинции, чья исключительная порядочность восполнила недостаток сообразительности. Они были классическим дуэтом и получали удовольствие от общения.

Кайл Маклахлен: По сути, эти два персонажа были обозначены с самого начала. Я познакомился с Майклом, и он был мягким и тихим парнем, двигающимся в собственном темпе и ритме. Наверно, мы оба знали (будучи хорошими актерами) наших героев и к чему приведет их встреча.

Майкл Онткин: Все мы знаем, Дэвид – сторонник древнего искусства алхимии. При производстве пилотной версии сериала первый день репетиций проходил на востоке от Сиэтла, в отеле «Ред Лайон». В комнате только трое: Дэвид, Кайл, Майкл. Магия Линча тонкая, неуловимая, изысканная и необычная. Дэвид и Кайл сняли два фильма вместе и уже были на полпути домой. Я упомянул, что неторопливость (как написали Марк и Дэвид) шерифа напоминает мне об одном моем друге – рыбаке и лесорубе из штата Миссури.

Спрашиваю Кайла о любимой группе. Он отвечает не задумываясь: «Лед Зэппелин». Дэвид говорит, что это самый счастливый день в жизни агента Купера. Дэвид не командует. Он играет на барабанах, бас-гитаре и клавишных. Тут же мы погружаемся в какую-то волшебную наркотическую приятную музыку в ритме Телониуса Монка. В завершение Дэвид отводит нас в арендованную машину и проигрывает эту завораживающую мелодию «Твин Пикс», написанную Анджело Бадаламенти. Истинное наслаждение. Для Кайла и Майкла это определяющий момент, а Дэвид интуитивно понимает, каким должен быть сериал. Домашнее представление посреди церкви, где поют и танцуют.

Кайл Маклахлен: Полагаю, он (Майкл) одобрял странности Купера. Он спокойно относился к идеям Купера, которые сменялись одна за другой и уж точно расходились с тем, к чему он привык. Думаю, и Купер принимал сдержанный и прагматичный взгляд на мир шерифа Трумэна. Отчего-то между ними возникла энергетика, и, по большей части, мы сработались в первый же день.

Кимми Робертсон: Майкл был красавчиком, ни от кого и ни от чего не зависящим. Мне нравилась его самодостаточность и отсутствие эгоизма. Он постоянно вел себя как шериф, даже вне площадки. Был внимателен и добр. Никого не судил, и я думала, что это так необычно, но Дэвид и Марк ведь и выбирали необычных людей для проекта.

Джоан Чен: Я обожала Майкла Онткина. Он был другим. Мужчиной-мечтой. Мягким, спокойным, без тени агрессии. Просто милый, добрый, порядочный парень. Поэт. Как-то он читал мне свои стихи, и они были очень романтичными. Далекий от шоу-бизнеса, в своих песнях и стихах он был таким же миролюбивым и славным.

Майкл Хорс: Кайл и Майкл были очень добры ко мне и любили пошутить. Они поддерживали и раскрывали моего персонажа. Хоук был словно душой этого места. Многие не понимали, что происходит, но не Хоук. Все было серьезно, но случалось немало курьезных ситуаций.

Мигель Феррер (агент ФБР Альберт Розен-филд): Я хорошо общался с Майклом, но нашел общий язык с Кайлом. Мы все отлично уживались вместе. И были на одной волне, не конфликтовали, не спорили, ничего такого. Мы были счастливы там находиться. Каждый чувствовал, что делает нечто особенное. Никто не думал о доходах. Разве только Майкл и Кайл, но тогда только они одни. (Смеется.) Участие в этом проекте для нас было честью.

Джимми Стюарт под кислотой

Кайл Маклахлен: Самое веселье начиналось, когда приезжал Дэвид, потому что все быстро менялось, а незамыленный глаз создателя это быстро подмечал. Это была его территория. Он чувствовал, что мог творить, что захочет, и мы с радостью принимали его решения.

Дэвид Линч вернулся со съемочной площадки «Диких сердцем», чтобы снимать вторую серию, где в расследовании убийства Лоры Палмер наступал решающий момент, настежь открывающий дверь в мистическую сферу «Твин Пикс», который переворачивал вверх дном все традиции телевещания.

Рэнди Барби (помощник режиссера на съемках сериала): Я как-то читал статью, где Дэвида Линча называли «Джимми Стюартом под кислотой»; так оно и было. Он заявлялся чопорно одетым. Мог прийти в своих складчатых брюках, оттенка хаки, девственно-белой рубашке, застегнутой на все пуговицы, и большой ут-коносой кепке, под цвет брюк. И сказал бы: «Как поживаешь, мистер?» или «Черт побери», в манере Джимми Стюарта. Он
Страница 18 из 18

появлялся в таком образе, а ты задавался вопросом: «Куда это он намылился?»

Ричард Беймер: Дэвид частенько удалялся в свой трейлер помедитировать, а когда возвращался с созревшей мыслью, то даже не объяснял, откуда и с чего она взялась. (Смеется.) Он приходил и выдавал: «Есть идея, давайте попробуем».

Грег Файнберг (продюсер сериала): Дэвид оказывает такое сильное влияние на всех потому, что специфически воспринимает действительность. Многие считают его странным, но он самый замечательный человек из всех, с кем мне приходилось работать. Только он мог командовать на площадке, а люди – есть с его руки, таким внимательным и обаятельным он был. Это незабываемый опыт.

Венди Роби: Работать с Дэвидом было приятно. Он подходил к актерам, занятым в сцене, и каждому говорил по слову, тайному волшебному слову, подсказку, что играть. Своего рода секрет, это была абсолютно неожиданная фраза. Нередко сцена на странице казалась мне уморительной, а он воспринимал ее совсем по-другому. Он видел ужас и боль, страдания и горечь и переносил тебя в это состояние одной фразой, хотя при этом ситуация оставалась смешной.

Филип Сигал: Линч был очарователен. Он не готовился к съемкам серий, а сразу приходил и снимал. В один из таких дней он опоздал на полтора часа, потому что, приехав на студию, увидел номерной знак, начинавшийся с трех шестерок, и потом ездил по округе, пока не нашел другой такой, который бы снял порчу.

Роберт Бауэр (Джонни Хорн): Дэвид хотел, чтобы актеры залезли под кожу своим персонажам и все прочувствовали сами. Не существовало плохо сыгранных сцен, ведь пока ты был в шкуре героя, все, что ты делал, было правильным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/bred-duks/tvin-piks-besedy-sozdatelya-seriala-marka-frosta-s-glavnymi-geroyami-zapisannye-zhurnalistom-bredom-duksom/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.