Режим чтения
Скачать книгу

Воссоединение читать онлайн - Павел Данилин

Воссоединение

Павел Викторович Данилин

Говорят, что в феврале 2014 года Россия стояла перед непростым выбором: вмешаться в Крымский кризис или сделать вид, что нас ничего не касается. Это не так. Выбора у России не было. Не вмешаться – значит, подвергнуть опасности жизни двух миллионов жителей Крымского полуострова. Не вмешаться также означает подвергнуть опасности жизни 145 миллионов человек. Ядерное оружие, базы НАТО в Крыму поставят крест на всех попытках России обеспечить свой суверенитет в современном мире. И придется либо поднимать «лапки» перед США, сдавая все Вашингтону, либо с потрохами отдаваться Пекину. В общем, перспективы нерадостные. А главное, если не вмешаться, то кровь, которая прольется в Крыму, она же потом пятном на совести каждого русского человека будет. Россия приняла решение помочь Крыму. Туда пришли «вежливые люди», и менее чем через месяц благодарный Крым вернулся в состав России. Малоизвестные и совсем неизвестные детали того, как все происходило, – в книге Павла Данилина «Воссоединение».

Павел Данилин

Воссоединение

Эта книга – летопись драматических событий, значение и масштаб которых невозможно переоценить. История вершилась на наших глазах.

Благодаря решительности и мужеству президента России В. В. Путина и волеизъявлению абсолютного большинства жителей полуострова была восстановлена историческая справедливость. Мне, как коренному крымчанину, хочется выразить слова безмерной признательности всем, кто встал в те судьбоносные дни на защиту нашей родины.

Председатель совета директоров ИД «Аргументы недели»

Вячеслав ТИМОШЕНКО

Часть первая

НАТО и Крым

Незадолго до дня «Икс»

На Украине полыхал майдан, снайперы, прибывшие в Борисполь (киевский аэропорт) расчехляли свои рабочие инструменты и изучали карты Крещатика, Интститутской и прилегающих улиц. Президент Виктор Янукович трясся в Мариинском дворце, а его окружение готовилось сдать патрона, ведя на Банковой, 11, постоянные переговоры о своем будущем с теми, кого Брюссель и Вашингтон назначили новыми хозяевами Украины. Сценарий свержения действующего главы государства был утвержден, подписан и уже запущен в реализацию.

Еще 13 февраля, за неделю до планируемого переворота, 102-тысячетонный авианосец «Джордж Буш» с 90 самолетами на борту покинул морскую базу в Норфолке и отправился в Средиземное море. Его сопровождали 16 кораблей, среди которых – ракетный крейсер «Филиппин си», эсминцы «Тракстон» и «Рузвельт», а также три атомные подводные лодки. Эскадра, способная уничтожить любого противника, а также самым серьезным образом изменить расклад сил у берегов Сирии. Куда, как все полагали, как раз и двигался усиленный конвой авианосца. Однако, ко всеобщему удивлению, корабли ВМС США не стали усиливать имевшиеся в Средиземном море силы, которым в то время противостояли российские корабли, не позволявшие устроить очередные «гуманитарные бомбардировки» и свергнуть режим Башара Асада, ввергнув в кровавую анархию очередную страну Большого Ближнего Востока.

Вместо численного увеличения средиземноморского флота корабли США направились в Эгейское море (что было, впрочем, объяснимо имеющимися базами в Турции), но затем начали последовательно проходить в акваторию Черного моря. Этот бросок через Проливы начался 22 февраля, в день, когда Виктора Януковича лишили власти. Примечательно, что военно-морская группа американского флота могла попасть в черноморские воды только через Проливы, нарушив тем самым Конвенцию Монтре 1936 года, разрешающую проходить Босфор и Дарданеллы военным кораблям с объемом не более 45 тысяч тоннажа. «Джордж Буш» превышал предельно допустимые нормы втрое. Но Турция закрыла глаза на действия США. Право сильного… Впрочем, сам авианосец еще не успел пересечь Проливы, так что до поры до времени формальности были соблюдены. А потом и нарушать их не пришлось.

В Черном море оказались эсминцы «Тракстон», «Дональд Кук» и фрегат «Тейлор», которые поджидали, пока через Проливы пройдет корабль-матка.

В это время в Киеве сменилось руководство, исполняющим обязанности президента стал Александр Турчинов, а главой Службы безопасности Украины назначен Валентин Наливайченко. Первый возглавлял СБУ Украины при Ющенко в 2005 году. Второй стал руководителем СБУ в 2006 и держал в своих руках все службы «беспеки» вплоть до прихода к власти Януковича. Сказать, что у этих двух персон были тесные отношения с американской разведкой, – значит, не сказать ничего. Тот же Наливайченко прославился в свое время тем, что выделил сотрудникам ЦРУ США кабинет в здании СБУ, куда носили копии документов, которые клали на стол перед начальником «беспеки». Или оригиналы, поскольку неизвестно точно, кто первым получал секретную информацию о происходящем на Украине – американцы или украинское руководство.

Прошло какое-то время после переворота на майдане, в руководстве Украины появились новые люди. Вспыхнули новые конфликты. И вот через год после свержения Януковича появилась информация, что назначения Наливайченко и Турчинова были неслучайными. Оба они должны были координировать действия эскадры, следить за проводкой «Джорджа Буша» через Проливы, а главное – обеспечить беспрепятственное проникновение в гавань Севастополя кораблей ВМС США.

А в Севастополе уже готовились к тому, что база сменит хозяев. Уж больно не нравилось киевским олигархам российское военное присутствие. А агентам ЦРУ очень не понравились заключенные в декабре 2013 года между Януковичем и Китаем соглашения о сотрудничестве в Крыму, предусматривавшие строительство грандиозного гражданского порта в Евпатории. Времени на то, чтобы сорвать сделку и выдавить из Крыма русских, почти не оставалось. Поэтому было принято решение действовать нахрапом, реализовав все ранее заготовленные «закладки». И если в самой Украине «мин замедленного действия», заложенных американцами в общественном сознании и в элитах, было вполне достаточно, то в Крыму США, очевидно, не хватило ни мощи, ни влияния.

Еще в сентябре 2013 года на сайте государственных закупок США был размещен открытый тендер на капитальный ремонт одной из школ в Севастополе – СОШ № 5. Школу готовили совсем не для детишек американских офицеров. Планировалось переоборудовать гимназию в течение года. Причем ремонт предполагался косметический, стоимостью в 599 тысяч долларов. Что можно ремонтировать на эту сумму так долго, непонятно, но зато понятно стратегическое значение СОШ № 5. Школа находится на Радиогорке и имеет большую территорию (здесь, вероятно, была спланирована сама база). Немного восточнее находится глубоководный причал № 12, где сейчас стоят крупные корабли ВМФ России. Неплохое соседство?

Непосредственно к причалам примыкает большой сухой док с ремонтными мастерскими, где ковались линкоры и крейсеры. К доку и причалам подходит железнодорожная ветка. Немного далее, в толще скал, расположен арсенал, вход в который находится в Сухарной балке. Еще дальше – Военно-морское инженерное училище. Если разобрать все объекты, которые Штаты также собирались «отремонтировать» через ВМФ Украины, то можно с уверенностью сказать, что планировалась либо схема
Страница 2 из 19

строительства гарнизонов базы американских ВМС на северной стороне Севастополя. Либо готовилась крупномасштабная диверсия и подбирались зоны дислокации саботажников и подрывников, террористов и подводных «тюленей».

Впрочем, время было упущено. Сначала восстал Севастополь, затем к нему присоединились Симферополь и остальной Крым, вскоре российские войска поддержали мирный протест полуострова, затем состоялся референдум, и Южная Жемчужина России вернулась в ожерелье российских регионов. За всем этим с бессильной злобой наблюдали американские военные и их украинские марионетки.

Сразу после того как стало известно о действиях инсургентов в Крыму, из Пентагона последовали срочные указания выдвигающейся эскадре. И вот 5 марта авианосец «Джордж Буш» повернул в сторону турецкой базы в Анталье, а через два дня, 7 марта, эсминцы «Тракстон», «Дональд Кук» и фрегат «Тейлор» отплыли к берегам Северного Крыма. Объяснялись подобные маневры как совместные учения с Болгарией и Румынией, длящиеся до 22 марта. Но было понятно, что Вашингтон, ссылаясь на учения, тянул время, ждал, как будут развиваться события на полуострове. Через десять дней стало понятно, что ждать у моря погоды более нечего – Крым проголосовал на референдуме. Почти 97% избирателей выступили за присоединение к России.

Ключевая точка

База в Севастополе имеет: выходы в пяти бухтах (Северная, Южная, Стрелецкая, Карантинная, Казачья), узлы связи, крымские аэродромы, полигоны, подводную базу в Балаклаве, многочисленные арсеналы, судоремонтные заводы, а также горный ландшафт, позволяющий маскировать ракетные установки. Все это делало Крым не просто привлекательным, но критически важным для США. В случае, если американцам удалось бы выдавить российский флот из Севастополя и занять готовые места базирования, они получили бы не только глубоководные бухты, способные принять корабли любого тоннажа (хоть линкор, хоть атомную подводную лодку), но и целый «наземный авианосец», позволяющий держать под угрозой применения ракет вроде «Томагавк» всю европейскую часть территории России, включая Москву. Под угрозой оказался бы и Урал. Целиком и полностью под удар попадали Казахстан, Азербайджан, частично Узбекистан, Туркмения и Иран (чья столица – Тегеран теперь была бы в зоне уверенного поражения). Таким образом, после захвата Крыма США контролировали бы все нефте- и газодобывающие страны российского южного подбрюшья. Чего скрывать, также само существование России после потери базы Черноморского флота точно так же было бы отдано на милость Соединенным Штатам Америки.

Возникает вопрос: неужели США так нужен именно Крым? Почему бы не создать базы в той де Болгарии или Румынии? Действительно, у Румынии есть удобная Констанца – и грузовые терминалы самого разного назначения, и нефтебаза, и глубина. Но вот военных сооружений там нет, и флот там, конечно, базироваться может, но будет серьезно уязвим. Строительство базы займет более десятка лет и будет стоить многие миллиарды долларов. Скорее, несколько десятков миллиардов.

Если же сравнивать с Севастополем, который строился десятилетиями, тут сумма и вовсе будет зашкаливать за сотни миллиардов. Это чисто финансовый расклад, не учитывающий даже элементарных геополитических последствий.

Кстати, а как же остальная Украина? Ведь она много больше по площади, чем Крым. И значит, там было бы проще сделать базы вооруженных сил США, развернув как ударные элементы, так и элементы противоракетной обороны (ПРО). Действительно, поступить так было бы можно, но возникает целый ряд ограничительных факторов. Первое – понятно, что на сам факт создания подобной базы Россия отреагирует крайне жестко, не только нацелив на нее собственные ракеты и противоракеты, но и разработав сценарии удара по базе как при помощи диверсантов, так и при помощи военных соединений. Значит, базу пришлось бы строить, учитывая возможность военного штурма силами крупной группировки. Кто будет оборонять такой объект? Украинская армия? Наемники?

Хорошо, представим себе, что даже одно направление – с Востока – заблокировано лучшими частями. Но если у России есть Крым, то кто-то должен будет держать и Южное направление! Наконец, необходимо будет учитывать и все возрастающий негатив со стороны местного населения, которого натовцы и США сделают разменной монетой в своей игре. Возникает необходимость в полноценной оккупации Украины и организации постоянного присутствия крупных – в несколько дивизий – соединений НАТО на длительный срок. Это и строительство дорогой инфраструктуры, и наличие новых арсеналов, и подкуп чиновников в Киеве, и некоторые расходы на обеспечение лояльности местного населения. Нет, все это, конечно, возможно, но… Очень дорого. Непривычно дорого для Соединенных Штатов. И тратиться на это они станут только тогда, когда решат, что горячая фаза войны с Россией неизбежна и до нее осталось два-три года.

В относительно мирной обстановке геополитических игр куда как проще прийти на все готовое в Севастополь, разобраться с 400-тысячным населением города (кого-то выдавить в Россию, кто-то сам уедет, кого-то перекупить), и все – дело в шляпе!

Что же получила Россия от воссоединения с Крымом? Можно сколько угодно считать, какие расходы мы понесем на доведение полуострова до хотя бы среднего российского уровня. Можно кивать на санкции и скалиться в усмешке, мол, «Крым ваш». Но нет сомнений, что Крым – это гарантия нашей безопасности. Крым не даст Украине вступить в НАТО. Он не позволит взять под прицел ракетами с уверенным поражением Москву, Казань и еще около тысячи российских городов. Наконец, Крым, в ответ, может нанести удар по любой стране НАТО, за исключением США и Канады.

«Искандеры», которые не перехватить и которые наносят точный удар по любому месту на побережье Черного моря, в том числе и по кораблям, которые могут попытаться вне конвенции Монтре проникнуть в Черноморский бассейн, – вот одна из гарантий нашей безопасности. Крылатые ракеты на самолетах, базирующихся в Крыму и не покидающих российской акватории, способны нанести удар по любой столице страны-члена Североатлантического альянса, кроме Вашингтона и Оттавы. Дальность полета Х-55 составляет до 3 тысяч километров, и здесь под ударом оказываются и Лондон, и Оттава. Точность попадания по указанной неподвижной точке (бункер, база, корабль у причала) – 2 метра.

Или возьмем ракету Х-101, чья дальность поражения – от 3 до 5 тысяч километров и которая способна поразить быстро передвигающуюся цель с точностью 2 метра! После же выхода России из договора РСМД (что становится все вероятнее в связи с ухудшением геополитической обстановки в Европе), объектами могут стать любые цели как в Европе, так и в Северной и Центральной Африке, на Ближнем Востоке, в Средней и части Юго-Восточной Азии. Наши станции перехвата и разведки, наши РЛС типа «Воронеж», которые теперь можно строить, не заботясь о том, что они располагаются на чужой земле, позволят контролировать небо вплоть до середины Атлантического океана, держать под прицелом Персидский залив и Средиземное море, а также Индийский океан.

Словом, стратегическое значение полуострова огромное. По сути дела, Крым – это
Страница 3 из 19

для России жизнь. Без Крыма за нашу безопасность нельзя было бы дать и медяка. В США это прекрасно понимали. Поэтому и боролись в первую очередь за Крым. Ведь без полуострова Украина им пригодится лишь как черная дыра и площадка для организации кровавого конфликта, способного ослабить Москву.

НАТО нам не надо

Впрочем, давайте обо всем ab ovo. Наиболее распространенной на Украине версией о причинах резкого броска Киева в объятия евроатлантической бюрократии является следующая: якобы увидев, как гигантская Россия расправилась с маленькой Грузией, тогдашний президент Виктор Ющенко поклялся обеспечить безопасность своей родины. Приводятся и цитаты из ющенковских заявлений от 23 августа 2008 года. «Украина нарастит военный бюджет и вступит в НАТО для защиты от России». «Украина сделает все от нее зависящее и не будет следующей жертвой в списке Кремля», «Впервые в истории Европы со времен холодной войны армия вторгается на территорию суверенной страны без международных санкций».

Оставим за скобками справедливость высказываний о беззащитной Грузии, которая во время пятидневной войны расстреливала русских миротворцев и мирных жителей Цхинвала из «Градов» и танков. Не будем также напоминать о том, из чьего именно оружия убивали граждан России грузинские военные. Хотя это было в том числе и украинское вооружение, переданное Тбилиси как раз для поощрения агрессии против Южной Осетии. Наконец, закроем глаза на то, что агрессии многократно подвергались государства бывшей Югославии, а Союзная Республика Югославия в составе Сербии и Черногории и вовсе была уничтожена международной агрессией, осуществленной без всяких на то санкций.

Но вот позвольте усомниться в том, что Украина приняла твердое решение идти в НАТО только в августе 2008 года. Еще в декабре 2005 года я лично открывал в столице России информационный центр АНТИНАТО, созданный по инициативе избирательного блока Наталии Витренко «Народная оппозиция». И пусть на очередных парламентских выборах на Украине в марте 2006 года Витренко не смогла пройти в Верховную Раду, набрав лишь 2,93% голосов вместо необходимых 3%, ее партия получила представительство в местных советах 19 регионов Украины. Лучшие результаты Витренко показала в Севастополе, Луганске, Донецке, Одессе, Днепропетровске, Мариуполе, Харькове и Симферополе. Выступавшая со схожими лозунгами КПУ прошла в Раду с результатом 3,66%. Ее электорат был равномерно распределен по всем восточным областям, хороший результат был показан в Одессе и на Крымском полуострове. Наконец, Партия регионов, продвигавшая Януковича, в ходе тех выборов также активно эксплуатировала риторику противостояния атлантистским ценностям.

Вернусь к воспоминаниям об открытии соответствующего центра АНТИНАТО. Основным побудительным мотивом стал… документ, попавший в руки президенту Фонда эффективной политики Глебу Павловскому. Это был проект по сближению Киева с НАТО, разработанный министром иностранных дел Украины Борисом Тарасюком. Мы оперативно перевели и опубликовали этот документ.

Впрочем, планы Киева по членству в НАТО провозглашались и вполне открыто. Так, 21 апреля 2005 года в Вильнюсе был объявлен новый этап взаимодействия Украины и НАТО – так называемый интенсивный диалог. Стоит отметить, что в рамках этого диалога был принят закон о свободном доступе сил Североатлантического альянса на Украину. Глава МИД этого государства, уже упоминавшийся выше Борис Тарасюк, заявлял, что уже к 2008 году Киев завершит все реформы, необходимые для вступления в НАТО. Президент Виктор Ющенко все в том же апреле 2005 года вставил в военную доктрину Украины стратегическую цель – «полноправное членство в НАТО». В ходе визита Ющенко в США президент Джордж Буш поддержал стремление украинского лидера стать членом НАТО. Аналогичным образом вели себя соседи Украины – Венгрия, Чехия, Польша и Словакия: в январе 2006 года объявили о поддержке стремления Киева в НАТО.

Тем не менее в 2006 году планам по ускоренной интеграции Украины в Североатлантический альянс удалось противопоставить как общую волю украинского народа, так и победу восточных регионов на выборах в Верховную Раду в марте 2006 года. Янукович, лидер Партии регионов, победивший на тех выборах, объявил, что Украина в НАТО не пойдет. Это серьезным образом ломало планы Вашингтона, поэтому правительство Януковича было обречено. Во власти вспыхнул острейший кризис, продлившийся до сентября 2007 года, когда в ходе очередной электоральной кампании Верховная рада была захвачена блоком Юлии Тимошенко и силами, лояльными Виктору Ющенко.

Несмотря на убедительную победу Партии регионов, хороший результат КПУ и неплохой – ПСПУ Витренко и социалистов (СПУ), несмотря на четко выраженное недовольство населения курсом на сближение с НАТО, руководство Украины вернулось к прежним планам. Кстати, опросы населения фиксировали практически постоянный уровень противодействия евроатлантическим планам Киева в 60% вплоть до конца 2013 года. Уровень поддержки НАТО колебался в районе 15–20%. Еще около 15–20% затруднялись с ответом.

План по сдаче Украины-2008

Правительство Тимошенко тут же реанимировало планы Бориса Тарасюка и приступило к их активной реализации. Уже в конце 2007 года Ющенко (президент), Тимошенко (премьер) и Арсений Яценюк (глава Верховной рады) обращаются с просьбой к Генеральному секретарю НАТО Яапу де Хооп Схефферу, в котором говорится, что Украина рассчитывает на позитивное решение по членству в НАТО на саммите в Бухаресте в апреле 2008 года. Не так давно опубликована информация, что тогда же были приняты План действий Украина – НАТО и ежегодный Целевой план на 2008 год. Эти секретные документы являются типичным образчиком предательства национальных интересов компрадорской элитой, и, откровенно говоря, волосы дыбом встают от того, что именно содержалось в них.

В соответствии с Целевым планом Украина отказывалась от контроля над своими вооруженными силами, воздушным пространством, атомной энергетикой и секретными системами связи. НАТО окончательно и бесповоротно получало право беспрепятственного транзита через территорию Украины. Кстати, за время с 2000 по 2005 год Украина предоставила боевым самолетам Альянса право 4 тысячи раз использовать свое воздушное пространство, также были оказаны услуги по обслуживанию самолетов на 6 миллионов долларов. Однако НАТО не заплатило ни цента по украинским счетам.

Зато Украина брала на себя целый ряд обязательств. В частности, принимать участие в миротворческих операциях НАТО в Ираке, Афганистане и Косово. Отмечу, что за все время сотрудничества с НАТО через международные миссии прошли 40 тысяч украинских военных. Погибло около 50 миротворцев с Украины. Даже после начала распада Украины на апрель 2014 года за рубежом несли службу в интересах НАТО 1000 украинских военнослужащих, вооруженных тяжелой бронетехникой, при 20 вертолетах.

Целевой план на 2008 год также предусматривал сотрудничество Украины с Грузией с целью разрешения проблем последней. В результате за год к началу грузинской агрессии против Южной Осетии Тбилиси получил из Киева 10 самолетов, 13 вертолетов, 31 танк Т-72, 40 БМП-20, 20 БТР, 12 гаубиц «Акация», 10 ЗРК «Оса», одну
Страница 4 из 19

станцию «Вепрь-С», одну станцию «Кольчуга-М», два ракетных катера, две РЛС, 180 КрАЗов, зенитные системы БУК-MI, С-200, неустановленное число стрелкового оружия и боеприпасов в объемах, способных трижды вооружить всю грузинскую армию.

Временная следственная комиссия при Верховной Раде впоследствии занималась расследованием этих поставок. Было выяснено, что вооружение продавалось Грузии в 6 (шесть) раз дешевле, чем стоило на мировом рынке! Также выяснилось, что решения о передаче военной техники, в том числе и новейшей, принимались лично Виктором Ющенко. Порой технику снимали с боевого дежурства, а заменить ее было нечем.

Глава Минобороны Украины Юрий Ехануров до Пятидневной войны хвастался, что технику отправляют даже прямо с производства, указывая, что всего за годы сотрудничества Грузия получила 400 КрАЗов. Помимо техники Ехануров «поставлял» грузинам украинских наемников. Именно они были во всех расчетах систем ПВО. Именно они сбивали российские самолеты в ходе конфликта. Также в Грузии с 6 августа 2008 года действовала рота спецназа из Украины под командованием Ивана Мамчура. Кого убивали украинские спецназовцы в ходе грузинско-осетинского конфликта, неизвестно. Но нет сомнений, что российских миротворцев уничтожали в основном именно из оружия, хранившегося ранее на складах, подконтрольных Киеву.

Как только завершилось принуждение Грузии к миру, Украина тут же возобновила поставки новой техники и запчастей Грузии, чтобы та восстановила свой резко пошатнувшийся вооруженный потенциал.

Что же еще было в Целевом плане? Обязательство передать контроль над воздушным пространством страны представителям Североатлантического альянса, завуалированное под Меморандум от 13 июля 2008 года о взаимопонимании между министерством обороны Украины и министерством обороны Венгрии и Штабом Верховного главнокомандующего Объединенных вооруженных сил НАТО в Европе об обмене данными воздушной обстановки (ASDE) между командным пунктом Воздушного командования «Захид» (г. Львов) и центром управления и оповещения (г. Веспрем, Венгерская Республика). Через два года – в 2010-м – аналогичный Меморандум будет подписан Украиной с Турцией и НАТО. Таким образом, передача данных по оси Запад – Юг позволяла полностью контролировать все небо над территорией Украины.

Еще в 2005 году США передали Украине системы связи. Три года украинские военные сопротивлялись их внедрению, абсолютно справедливо указывая, что полностью построенные в США, эти системы позволят взять под контроль все переговоры киевских руководителей и военных. В 2008 году сопротивление военных было сломлено, и в Целевой план внесли требование о построении украинской секретной связи на американской системе. Также в армию поступили американские системы имитации тактических действий MILES 2000 и MILES IWS, для работы с которыми готовились молодые кадры офицеров.

Это делало вероятность сопротивления со стороны киевских военных чисто формальным и номинальным – ведь в массе своей офицеров для незалежной армии готовили тоже в США и НАТО. Ежегодно в рамках переподготовки проходили практику за рубежом по программам НАТО до 200 человек, по программам ОБСЕ – около 150 человек, по отдельным межгосударственным программам – до 100 человек. Самые лакомые куски и высокооплачиваемые программы по стажировке доставались представителям руководящих звеньев Минобороны и Генштаба Украины, о чем, кстати, прямо говорится в п. 2.2.8.18 Целевого плана Украина – НАТО в рамках Плана действий Украина – НАТО.

Наиболее опасным в плане Ющенко – Тимошенко – Яценюка выглядел, впрочем, не вопрос военного сотрудничества, а проблема мирного атома. В 2008 году были достигнуты договоренности между энергогенерирующей компанией «Энергоатом», контролируемой правительством Тимошенко, и компанией Westinghouse о поставках на протяжении 2011–2015 годов ядерного топлива для АЭС Украины. Россия подвергла резкой критике стремление украинских властей «диверсифицировать» источники ядерного топлива по причине слабой их заменяемости. Предупреждения услышаны не были, и в 2012 году на Южно-Украинской АЭС произошла авария в связи с использованием блоков Westinghouse. Ущерб составил сотни миллионов гривен. Сотрудничество с американской фирмой заморозили.

Но после свержения Януковича идею «диверсификации» реанимировали. Более того, один из организаторов атомной авантюры 2008 года Арсений Яценюк, ставший в 2014 году премьер-министром, пролоббировал подписание нового соглашения с Westinghouse. Поставки ядерного топлива американцев увеличатся и будут продлены до 2020 года минимум. Никакие вопросы безопасности в расчет не берутся. А ведь помимо ЮУАЭС подобную «диверсификацию» проводили в Чехии на АЭС «Темелин». Там тоже произошел инцидент с американскими аналогами реакторов ВВЭР-1000. В последние дни 2014 года странные сообщения об аварии поступили с Запорожской АЭС.

К сожалению, на сегодня нельзя сказать, что стремление «диверсифицироваться» не приведет украинцев к новой атомной катастрофе.

Москва не безмолвствует

Позиция России по отношению ко всем этим планам коллаборантов по дешевой сдаче соседнего, братского государства была высказана вполне однозначно. На протяжении всего президентства Виктора Ющенко Российская Федерация выступала с официальными заявлениями, в которых подвергались критике попытки реабилитации нацистов на Украине, попытки обвинить Москву в организации геноцида украинского народа в ходе так называемого Голодомора. Также последовательно осуждалось стремление части киевского руководства втянуть свою страну в объятия НАТО.

Выступая в Госдуме 7 июня 2006 года, Сергей Лавров, министр иностранных дел России, прямо заявил, что присоединение к НАТО Украины или Грузии «будет означать колоссальный геополитический сдвиг». «Мы просчитываем все возможные последствия такого шага», – сказал он, уточнив, что руководство страны рассматривает стратегические вопросы безопасности и экономических интересов. Это было чуть ли не первое публичное заявление российского руководителя высокого ранга по вопросу так называемого евроатлантического выбора Украины.

Подсчеты были сделаны давно – в случае вступления Украины в НАТО получалась катастрофическая ситуация, поскольку подлетное время до Москвы и других центров, а также мест базирования ракет, противоракет, РЛС и других элементов инфраструктуры ПРО, существенным образом, порой критически, снижалось. Черноморский флот становился заложником доброй воли стран НАТО, а вопрос его базирования в Севастополе ставился под сомнение. Таким образом, если Грузия и Украина продолжили бы стремление в НАТО, Россия была бы вынуждена полностью пересмотреть систему дислокации своего ракетного вооружения, и шире – всю систему внешней безопасности.

Руководство нашей страны особо и не скрывало, что такое положение его не устраивает. И неоднократно заявляло, что одностороннее приближение НАТО, совершенно не учитывающее интересы России, может повлечь за собой геополитический кризис огромного размаха.

Выступая на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности 10 февраля 2007 года, президент России Владимир Путин прямо и однозначно заявил, что угрозы со
Страница 5 из 19

стороны НАТО не останутся без внимания. В своей знаменитой мюнхенской речи он отметил, что система одного государства – США навязывается другим государствам, что неприемлемо. Такая однополярная модель для современного мира невозможна. Тем не менее попытки ее навязать продолжаются: «НАТО выдвигает свои передовые силы к нашим государственным границам, а мы, строго выполняя ДОВСЕ (Договор об обычных вооруженных силах в Европе), никак не реагируем на эти действия». «Что стало с теми заверениями, которые давались западными партнерами после роспуска Варшавского договора?» – спрашивает Путин, напоминая, что Горбачеву давались в свое время железобетонные гарантии нераспространения НАТО на Восток.

В течение 2007 года Россия продолжала действовать дипломатическими методами, в частности, в апреле глава государства заявил о том, что Москва наложит мораторий на исполнение условий ДОВСЕ, поскольку США намерены разместить объекты ПРО в Чехии и Польше, а НАТО продолжает свое устремление к нашим границам. Тем более что новые страны – члены НАТО так и не присоединились к договору (речь идет о Латвии, Литве и Эстонии). Однако на конференции стран – участников ДОВСЕ в июне 2007 года так и не удалось добиться понимания нашей позиции со стороны западных государств.

Уже в июле того же года Россия объявила о введении моратория на исполнение ДОВСЕ. В свою очередь, западным партнерам намекнули на то, что в Калининграде удобно дислоцировать не только «Искандеров», но и ядерное оружие. Также неоднократно указывалось на то, что Россия может в одностороннем порядке выйти из Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности. Об этом, в частности, 15 февраля 2007 заявлял начальник Генштаба ВС России генерал армии Юрий Балуевский.

Намеков не понимали. Тогда пришлось говорить прямо. На закрытой встрече Совета Россия – НАТО в Бухаресте 4 апреля 2008 года Владимир Путин заявил президенту США Джорджу Бушу, что в случае дальнейшего стремления в НАТО Грузия и Украина могут потерять свою территориальную целостность.

Вот как писала об этом газета «Коммерсантъ» со ссылкой на источник в НАТО: «О Грузии российский президент говорил совершенно спокойно и как бы мимоходом. Когда же речь зашла об Украине, Путин вспылил. Обращаясь к Бушу, он сказал: „Ты же понимаешь, Джордж, что Украина – это даже не государство! Что такое Украина? Часть ее территорий – это Восточная Европа, а часть, и значительная, подарена нами!“ И тут он очень прозрачно намекнул, что, если Украину все же примут в НАТО, это государство просто прекратит существование. То есть фактически он пригрозил, что Россия может начать отторжение Крыма и Восточной Украины».

Подобные выводы не совсем состоятельны и остаются на совести издания и его источника. Но факт в том, что сложное этническое, языковое и экономическое образование – Украина – существовала во многом благодаря благосклонности российского руководства. Точно так же как сохраняла суверенитет над Абхазией и Южной Осетией Грузия лишь до тех пор, пока не начала убивать российских миротворцев.

Возмутившимся украинцам были тут же даны все необходимые разъяснения: ваше «стремление в НАТО является прямой угрозой безопасности нашей страны, – подчеркнул официальный представитель МИД России Михаил Камынин. Российская точка зрения по вопросу вступления Украины и Грузии в НАТО была обстоятельно изложена президентом РФ Владимиром Путиным на саммите НАТО в Бухаресте и в ходе недавней российско-американской встречи „в верхах“ в Сочи. Она заключается в том, что появление на наших границах мощного военного блока будет воспринято Россией как прямая угроза ее безопасности. И заявления о том, что этот процесс не направлен против России, удовлетворить нас не могут», – считает Камынин.

«В Москве вызывают также серьезную обеспокоенность действия украинской стороны по дискриминации русского языка, героизации сотрудничавших с нацистами военных преступников, раскручиванию темы голода 30-х годов как „геноцида“ украинского народа, „война“ с историческими памятниками и могилами советских воинов-освободителей, факты переписывания общего исторического прошлого. Эти шаги не отвечают добрососедскому и дружественному характеру наших отношений», – сказал Михаил Камынин.

Параллельно выступил и представитель Генштаба, генерал армии Юрий Балуевский, который заявил, что Россия будет вынуждена для обеспечения своей безопасности принять меры военного и иного характера.

Понимающему, как говорится, достаточно. Но «понимающими» оказались не все. Набирающая обороты избирательная кампания в США позволила радикалам в Грузии и на Украине добиться поддержки своих ястребиных устремлений. Пятидневная война явилась кульминацией усилий американских ястребов-неоконсерваторов на постсоветском пространстве. Если бы Грузии удалось продержаться две-три недели, если бы ей удалось захватить Рокский тоннель, можно не сомневаться, что давление на Россию было бы запредельным и удержать ситуацию бы не удалось. Все покатилось бы в тартарары. И Грузия была бы в НАТО. И Украина была бы в НАТО.

Россия продемонстрировала жесткость, в пять дней наведя порядок на юге. От армии Грузии остались рожки да ножки, флот ее был уничтожен чуть более чем полностью, равно как и авиация. После чего Россия признала Абхазию и Южную Осетию. Вопрос о членстве Грузии в НАТО на том был закрыт. В декабре того же 2008 года на саммите НАТО в Брюсселе страны НАТО отказали Грузии и Украине в предоставлении плана действий по поводу членства. Это фактически отодвинуло угрозу вступления в Альянс указанных двух государств по меньшей мере на пять лет. Да и по поводу Грузии все было непонятно – какую Грузию теперь можно принять в НАТО – без северных территорий? То есть сначала признать Абхазию и Южную Осетию, а затем принимать в НАТО Тбилиси? Ведь известно, что членом НАТО может быть только государство с урегулированными территориальными проблемами.

Надо сказать, что после столь недвусмысленной позиции Москвы ситуация стабилизировалась на несколько лет. Чему способствовало и то, что в США произошла «пересменка», неоконсерваторы потерпели поражение, а новый президент Барак Обама любовался своей Нобелевской премией мира, приобретенной авансом и наслаждался всемирной обамоманией, даже не помышляя об ухудшении отношений с Москвой. Более того, он объявил о начале «перезагрузки» отношений между нашими странами. Действительно, ставка была сделана не на кнут, а на пряник. Точно так же несколько поменялись приоритеты и в отношении Украины.

Часть вторая

Обман евроинтеграции

Новая метла метет по-новому

Виктор Ющенко проиграл президентские выборы в начале 2010 года. Не смогла одержать на них победу и тогдашний премьер-министр страны Юлия Тимошенко. Реванш за поражение 2005 года был за Виктором Януковичем, представителем Партии регионов, который, как обычно, шел на выборы с широким предложением для русскоязычных жителей Украины.

Сразу же после победы Янукович выполнил часть обещаний. Уже 2 апреля была ликвидирована межведомственная комиссия по вопросам подготовки вступления Украины в НАТО. Через три недели, 21 апреля 2010 года, на встрече в Харькове с
Страница 6 из 19

президентом России Дмитрием Медведевым Виктор Янукович подписал Харьковские соглашения о продлении базирования Черноморского флота в Севастополе на четверть века, до 2042 года. За это Украина получила скидку на газ в размере 100 долларов за тысячу кубометров. Отменялись штрафы за недобор газа. Сумма аренды Севастополя определялась в 100 миллионов долларов ежегодно. Страны договорились о строительстве моста через Керченский пролив. По сути дела, эти соглашения означали нормализацию отношений между Россией и Украиной, достигших дна при президенте Ющенко. Наконец, в июле того же года Янукович подписал закон об основных направлениях внутренней и внешней политики страны, в котором объявил об отказе от курса на вступление в НАТО и о принятии Украиной внеблокового статуса.

Тем не менее внутри государства действия Януковича вызвали критику за непоследовательность. Вот что говорил об этом народный депутат Украины и бывший председатель Верховного Совета Крыма Леонид Грач: «Не я, а вы, Виктор Федорович, перед выборами обещали русскому языку статус государственного. Не я, а вы обещали вхождение в Таможенный союз и Единое экономическое пространство с Россией. Не я, а вы обещали повышение пенсий и зарплат и многое другое, и в том числе обещали защитить Автономную Республику Крым и ее конституционные полномочия. А теперь что вы говорите? Вы забыли про русский язык, объявили, что будет один украинский».

Действительно, чуть ли не в первый же день своего пребывания в кресле президента Виктор Янукович объявил, что государственным языком на Украине будет только украинский. Хотя Европейская хартия региональных языков будет выполнена. Таким образом, русский язык объявлялся региональным, и его использование было возможным в работе муниципальных органов власти. Надо сказать, что подобное решение в корне расходилось с многочисленными обещаниями представителей Партии регионов, данных в ходе избирательной кампании по выборам президента в 2009–2010 годах.

Не могло порадовать сторонников усиления пророссийского курса и заявление Януковича о том, что возможность создания союза государств Украины, России и Белоруссии не рассматривается им даже теоретически. Стратегическим курсом направления украинской внешней политики новый президент объявил интеграцию в Европейский союз.

Идея Евроинтеграции – давняя идея фикс украинского руководства. О ней заявлял еще Леонид Кравчук в далеком 1991 году. Леонид Кучма в 2002 году призывал принять Украину в объединенную Европу, однако в ответ получил от Романо Проди, главы Еврокомиссии, ответ, что Украине нет места в ЕС. Что же до тех украинцев, которые чувствуют себя европейцами, то это для него не имеет никакого значения, поскольку точно такими же европейцами чувствуют себя и новозеландцы.

Уже из этих слов следует разница подходов европейцев и украинцев к процессу интеграции. Первые рассматривают Украину как зону сбыта товаров и вывоза дешевой рабочей силы. Вторые надеются на членство в ЕС, на высокие социальные гарантии, дотации и безвизовое передвижение по Европе. На этих противоречиях умело сыграла Польша, выполнявшая в 2002–2010 годах роль главного агента Брюсселя и Вашингтона на Украине.

Именно польское руководство стояло за подготовкой «оранжевой» революции. Деньги для оппозиции направлялись через американскую организацию «Фридом хаус» и передавались организации ПАУИС (Польско-американско-украинской инициативе сотрудничества – PAUCI). В свою очередь, от ПАУИС деньги переводились украинским некоммерческим структурам. Суммы указываются астрономические.

Польша также настояла на наиболее жестком поведении представителей Евросоюза по отношению к Кучме и Януковичу, фактически отобрав у последнего победу на выборах президента в 2004 году. В ходе первых переговоров посредников по урегулированию кризиса, вспыхнувшего после поражения Ющенко, участвовал представитель России, спикер Госдумы Борис Грызлов. Контакты Януковича и Кучмы с российским руководством были постоянными, поэтому ни для кого не секрет, как именно вели себя европейские переговорщики, которыми выступали президент Польши Александр Квасьневский, президент Литвы Валдас Адамкус, генсек ОБСЕ Ян Кубиш и представитель ЕС по внешней политике и безопасности Хавьер Солана. Все они указывали на то, что выбор, сделанный украинским народом, их не устраивает, что Украина должна выбирать Запад, а голосование за Януковича – не соответствующее европейским стандартам. Ободренный столь консолидированной поддержкой, Ющенко тут же пошел на обострение, и тогда – в конце 2004 года – Украина оказалась на грани распада.

На вторых переговорах Кучмы и Януковича, с одной стороны, Ющенко, Квасьневского и евробюрократов – с другой, была достигнута договоренность о конституционной реформе и новых выборах, которая, впрочем, тут же нарушается оппозицией. Третий круглый стол заставил Януковича подать в отставку. Оппозиция и польские кураторы добились того, что на Украине прошло совершенно незаконное действие под названием «переголосование» второго тура. Идея украинского руководства о проведении новых выборов была проигнорирована. После победы в ходе «переголосования» Виктору Ющенко сразу же позвонил Александр Квасьневский с поздравлениями.

Через 10 лет поляки повторят это давление на Януковича и станут тараном украинской государственности в ходе так называемого евромайдана. Пока же имеет смысл рассказать о том, как развивались события после «оранжевой» революции и почему все же Янукович сделал ставку на евроинтеграцию.

Национальные особенности украинской элиты

Можно долго рассказывать, как Советский Союз взращивал антироссийскую и антисоветскую украинскую интеллигенцию, но проку от этого не будет. Все всегда базируется на экономике, а не на соплежуйстве. Точно так же и на Украине – как только собственность попала в руки постсоветской номенклатуры, сразу же возник вопрос: каким образом эту собственность можно сохранить? Ответ нашелся сразу – гарантии собственности можно было получить на противопоставлении Украины и России.

Украина продавала сразу две идеи: одну – на Запад, другую – на Восток. Первым предлагалась Украина как санитарный кордон (ту же роль активно эксплуатировали прибалтийские лимитрофы). В Москву же транслировалась концепция «украинского коридора», соединяющего европейскую и российскую цивилизации. Внутри страны идеологией особо не занимались – там делили советское наследие. Делили долго, вплоть до начала нулевых, когда с удивлением обнаружили, что рядом поднимается сильная российская экономика, российские бизнесмены с интересом смотрят на украинские предприятия, а народ Украины все еще чувствует себя русским.

Собственно, крик души Леонида Кучмы, книга «Украина не Россия», вышедшая в свет в 2003 году, – именно об этом. О том, что сколько украинцев ни травили свидомой пропагандой, они думают, как русские, говорят по-русски, то есть остаются русскими. Что на самом деле реальная трагедия для олигархов в Киеве и прямая угроза как потери власти, так и потери собственности.

Вся последующая история Украины – это история уничтожения русскости и русского. Для начала из власти и
Страница 7 из 19

от собственности убрали тех, кто был связан с российским бизнесом. Сам этот бизнес бесцеремонно выдавили из незалежной. Достаточно вспомнить дело Криворожстали, когда отечественную «Северсталь» дважды – в 2004 и 2005 годах буквально выбрасывали из конкурсов. Дольше всего на Украине держался ЛУКОЙЛ, но и ему, кстати, пришлось в 2014 году избавляться от заправочного бизнеса на Украине.

Вторым этапом стала оголтелая русофобская пропаганда. Здесь в дело пошли отставные российские звезды журналистики, не способные никого привлечь у себя на родине и бежавшие в Киев, где тут же получили хлебные местечки для очернения страны исхода. Савик Шустер, Евгений Киселев и подобные им персонажи радостно заполонили украинские телеэкраны с рассказами о русской тирании и вечно агрессивном характере Российского государства. В деле пропаганды особую роль сыграли украинские псевдоисторики, которые рассказывали сенсации о Голодоморе. Свою лепту внесла героизация нацистов и их пособников: Романа Шухевича и Степана Бандеры. Все это находило полную поддержку на официальном уровне. Украинская элита оказалась монолитна и едина в своем отношении к необходимости противостояния с Россией.

Это внутри страны отношения между представителями разных элитных групп могли варьироваться. И то, не стоит обольщаться, все они – нынешние элиты – были и есть выходцы из «кучмовой шинели». Все они принадлежат одним и тем же группам, одним и тем же кланам, существовавшим еще в советские времена. Все они давно переженились, переразвелись и передружились. Термин «семья», которым в России было в позднеельцинские времена принято упрекать властей предержащих, на Украине является системой правления.

К примеру, президент Кучма имеет дочь Елену, владелицу Медиагруппы StarLightMedia, в которую входят шесть телеканалов, среди них крупнейшие: СТБ, ICTV, Новый канал, Ml, М2, QTV. Елена замужем за Виктором Пинчуком, бизнесменом, входящим в ТОП-10 украинского «Форбс», а в 2008-м и возглавлявшим этот список. Такая вот скромная семья. Или семья президента Виктора Януковича, чей сын Александр входил в пятерку богатейших людей Украины (владел Всеукраинским банком развития, Украинским инвестиционным центром, «Meнеджмент Ассетс Компани», Донбаснафтопродуктом и ЧАО «Маринсервис»). На этом фоне президент Виктор Ющенко, которым всего-то управляла жена Кэтрин Клэр Чумаченко, кадровая сотрудница Госдепартамента США и, предположительно, спецагент ЦРУ, так вот, на фоне предшественника и последователя Ющенко выглядит чуть ли не святым.

Не стоит обольщаться – все это одна группа, имеющая общие цели и задачи. Среди них главная – сохранение власти за украинским олигархатом. С начала нулевых цели достижения поставленной задачи просты: украинские элиты всячески стремятся продемонстрировать Европе и США свою незаменимость, чтобы получить гарантии собственности от Вашингтона и Брюсселя. Тот факт, что ни Евросоюз, ни США никогда не выполняли своих обязательств, данных «партнерам» (особенно младшим), – в расчет не принимается, поскольку украинская элита нерациональна и уверена, что ее судьба – либо греться на Лазурном Берегу, либо мерзнуть на Колыме. Иного варианта своего будущего она не представляет.

Лучше всего тонкости психологии олигархов украинского разлива знали и понимали в Польше. Поэтому, в то время как натовцы прогибали Кучму, а затем и Ющенко силой, поляки работали тоньше и изящнее. Их политика заключалась в абсолютно безобидной поддержке «европейских» устремлений Украины и рядовых украинцев. Ну действительно, разве откажется разумный человек жить в обществе без коррупции, с сильной государственной и социальной политикой, да еще и без виз ездить в ЕС? Понятное дело, подобная риторика находила широкий отклик в обществе.

Что касается украинских элит, то им предлагалось всего лишь стать «евроинтегрированными», то есть свободно иметь счета в европейских банках и гарантии того, что их активы не будут заморожены. Все. Этого обещания было достаточно, чтобы киевские олигархи начали массово сдавать Украину задешево. Не успел еще польский президент Александр Квасьневский улететь из Киева после победы «оранжевой» революции, как Ющенко 1 февраля 2005 года подписал с Евросоюзом кабальный трехлетний план действий «по приближению Украины к стандартам европейских стран». В соответствии с планом Киев должен был провести в жизнь 270 «неотложных мер».

Одной из таких мер стало обязательство обеспечить скорейшее вступление украинского государства в ВТО. В рамках срочно ускоренных переговоров (которые до этого вполне спокойно длились 11 лет) Украина снизила или обнулила пошлины практически на все товары. Особенно от членства в ВТО пострадало промышленное производство. На следующий год после торжественного принятия в члены украинский ВВП рухнул на 15%. Зато Киев стал «ближе к Европе». Несколько «плюшек», полученных авансом, среди которых признание Украины страной с рыночной экономикой (1 декабря 2005 года), конечно же, смогли компенсировать гордым украинцам это 15%-ное падение. Ну и рост безработицы на 3% от общего числа занятых (с 6,9% в 2008 году до 9,6% в 2009-м), конечно, тоже был компенсирован похлопыванием по плечу со стороны большого европейского брата…

Впрочем, украинские олигархи объясняли это «временными трудностями» и очень гордились тем, что в том же 2009 году Украина присоединилась к новой польской инициативе под названием «Восточное партнерство». Эту идею, после того как Киев «подоили» в соответствии с предыдущим трехлетним планом, выдвинул глава МИД Польши Радослав Сикорский еще в мае 2008 года. Поддержали идею и Чехия с Румынией и Болгарией. Проект подразумевал организацию зоны свободной торговли, усиление энергетической безопасности и борьбу с незаконной миграцией.

За кучей красивых слов скрывалось донельзя банальное содержимое. Зона свободной торговли позволила бы более качественным восточноевропейским (в первую очередь польским) товарам заменить соответствующие украинские товары на территории, контролировавшейся Киевом, тогда как украинский экспорт обнулился бы почти полностью. Энергетическая безопасность – это борьба с попытками России проложить энергетические пути в Европу в обход украинской и соответственно польской территорий. Наконец, борьба с незаконной миграцией при либерализации визового режима значила только то, что украинские гастарбайтеры не смогут составлять конкуренцию польским, румынским и болгарским на рынках ЕС, тогда как олигархи и просто богатые представители киевского бомонда смогут спокойно прожигать деньги в европейских казино и на курортах Запада.

Еще одним обязательным, но вслух не проговариваемым условием «Восточного партнерства» являлось дистанцирование от Москвы. Представитель России при ЕС Владимир Чижов так высказался по поводу проекта Польши: «Мы против того, чтобы данные страны СНГ ставить перед искусственной дилеммой: либо вперед в светлое будущее с Евросоюзом, либо назад – с Россией». Впрочем, пока во главе соседнего государства находился русофоб Виктор Ющенко, Москве ничего не светило. Некоторые, но совсем небольшие надежды возлагались на Виктора Януковича, который должен был одержать победу на
Страница 8 из 19

президентских выборах 2010 года – уж больно народ (особенно на востоке страны) был недоволен тем, как свой курс проводила парочка Ющенко – Тимошенко.

Европейский соблазн Януковича

Москва рассчитывала на то, что новый президент Украины смягчит антироссийскую риторику, притушит русофобскую пропаганду и, главное, подтвердит договоренности по Черноморскому флоту. В то, что Янукович, придя к власти, повернет политическую лодку на Восток, никто особо не верил, равно как никто не заблуждался в качествах потенциального руководителя, среди которых основными были склонность к соглашательству и любовь к хомячеству. Мягко выражаясь.

Проще говоря, Янукович был нерешительным, готовым прогнуться под давлением, алчным и довольно беспринципным политиком. Но за ним стояла восточная элита страны и самая сильная на то время Партия регионов, за которую последовательно голосовало более трети избирателей по всей стране. Тем более что какие-то гарантии по поводу Черноморского флота он Москве все же дал. Да и предвыборные обещания позволяли надеяться, что уж резкого штопора в наших отношениях уже не будет.

В целом все так и случилось. Янукович выполнил свои обязательства по минимуму (подписав Харьковские соглашения), а затем занялся во внутренней политике тем, что ему нравилось больше всего: принялся отнимать и делить. То, что его сын Александр из никому не известного заместителя главы ВАТ «Донбаснафтопродукт» превратился во всесильного магната, назначавшего своих людей на посты глав МВД, Нацбанка Украины, Налоговой службы, Агентства земельных ресурсов и прочее и прочее, могло бы кого-то удивить, но только не в незалежной.

Клан Януковича и его окружение «отжимали» бизнес у конкурентов, убирали с пути даже тех, кто был лоялен, но не при власти. Все это вызывало неприязнь и ненависть у других кланов, но самому президенту было все равно – он почивал на лаврах и считал, что сорвал джекпот. Тем более, что ему в этом активно помогали польские агенты, которые как раз и продавили активизацию процесса по евроинтеграции страны.

Как уже упоминалось, «курс на евроинтеграцию» Украина объявила далеко не в 2010 году и отнюдь не с начала президентства Виктора Януковича. Старт переговоров о заключении Соглашения об ассоциации между Украиной и Европейским союзом был дан в 2007 году, в период президентства Виктора Ющенко. Интерес Евросоюза был вовсе не праздным – речь шла не столько об идеологии, сколько о вполне конкретной оккупации украинского рынка и вытеснении с него России. В отличие от лилипутов вроде Грузии и Молдавии, также заключивших соглашение об ассоциации с ЕС, Украина являлась привлекательным рынком с более чем 40 миллионами потребителей. Одно это делало ее лакомым кусочком для торговой экспансии Евросоюза.

В силу особенностей происхождения донецкого клана, когда Янукович в начале 2010 года избрали президентом, у европейцев появился повод для беспокойства о будущем переговоров о евроассоциации. Поняв, что новый президент Украины уже в силу настроений его избирателей (а избиратели Януковича живут в основном в восточной части страны) будет тяготеть к нормализации отношений с Россией, в крайнем случае выстраивать равный диалог и с Западом, и с Россией, европейские дипломаты с момента инаугурации Януковича начали оказывать давление на Киев.

Показательно, что первыми иностранными гостями, которых принял вновь испеченный президент, стали глава дипломатии Евросоюза Кэтрин Эштон и комиссар Евросоюза по расширению и политике добрососедства Штефан Фюле. Они-то и привезли Януковичу первичный план по углублению партнерства ЕС и Украины. Это был еще только набросок, но уже с конкретными мероприятиями, которые должен предпринять украинский президент. В России такие документы принято называть дорожными картами. Переговоры проходили в резиденции Януковича в Мариинском дворце в Киеве. И евробюрократам удалось заинтересовать украинского руководителя.

Документ, переданный ему, назывался «матрицей», и в нем указывалось то, что Украина должна сделать для евроинтеграции (в левой колонке), и то, что она может от этого сотрудничества получить. Естественно, в правой колонке были одни только плюсы. За бортом, однако, остались два фундаментальных вопроса. Первый: кто за все это должен заплатить? Второй: где в этом документе соотношение с имеющимися у Украины договоренностями и обязательствами по другим направлениям (южному – турецкому, северному – белорусскому и восточному – российскому). Точно так же совершенно не учитывались интересы Китая, только-только начавшего входить в бизнес-проекты на Украине. По сути дела, «матрица» предполагала, что Киев вращается во сферическом вакууме, а Евросоюз является единственным объектом во Вселенной.

Впрочем, не стоит умалять и интеллектуальную деградацию украинской элиты – тот же Янукович ведь от курса на евроинтеграцию не отказывался! Ему нравилось чувствовать себя президентом с «большим проектом». К тому же окружение и заезжие европейские бюрократы убедили президента, что украинскому народу так будет лучше. Чем руководствовались представители украинской элиты, понятно – евробюрократами им было гарантировано право собственности. В свою очередь, проект Брюсселя нравился Януковичу, поскольку тот всерьез рассчитывал, что лозунг «Украину в Европу» сможет проложить ему относительно простой путь на президентский олимп в 2015 году. Тем более что практически сразу после своего избрания он постарался избавиться от основного конкурента, лишь незначительно проигравшего ему на выборах 2010 года, – от Юлии Тимошенко.

«Женщина с косой» мешает

На пути ускоренной евроинтеграции Украины встала «оранжевая принцесса» – бывший премьер и основной оппонент Виктора Януковича – Юлия Тимошенко. Дело в том, что после избрания Януковича и формирования правительства Николая Азарова новая власть начала активно интересоваться работой Тимошенко во главе кабинета министров. Уже 28 апреля 2010 года Азаров заявил, что действия правительства Тимошенко нанесли ущерб государству в 100 миллиардов гривен, в связи с чем Тимошенко и должностные лица должны понести уголовную ответственность.

Через несколько дней – 5 мая того же года – кабинет министров принял решение об аудите деятельности кабмина Тимошенко 2007–2010 годов. Для этого были привлечены специалисты из американской фирмы Trout Cacheris, PLLC. Как ни странно, но аудит выявил лишь две сомнительные операции при Тимошенко (по деньгам, полученным по Киотскому протоколу, и по поводу закупки немецких автомобилей «Опель Комбо» для «нужд сельской медицины»). Уголовные дела по этим обвинениям разваливались без шансов на успех. Тем не менее Европа насторожилась – для Брюсселя Тимошенко являлась партнером, который в случае «неповиновения» Януковича мог бы загнать того в стойло.

Поэтому следующий знаковый визит комиссара Евросоюза Штефана Фюле в Киев состоялся уже в январе 2011 года, так как незадолго до этого Юлии Тимошенко было предъявлено обвинение. Европа демонстрировала, что всерьез встревожена. Еврокомиссар прямо заявлял, что посадка «женщины с косой» (так звали Тимошенко за своеобразную прическу) может всерьез повлиять на отношения
Страница 9 из 19

Украины с ЕС. Фюле пытался добиться от Януковича отмены дела Тимошенко. Повторюсь – представитель евробюрократии открыто давил на президента суверенного государства с тем, чтобы тот повлиял на решения прокуратуры и судов. Очень демократично, не так ли?

Как бы там ни было, но судьба «железной леди» и «оранжевой принцессы» стала для Евросоюза символом того, насколько Янукович может быть лояльным европейской дипломатии. Не раз на протяжении всего хода расследования и суда европейские дипломаты настойчиво советовали Януковичу отпустить Тимошенко. Вероятно, если бы Янукович «прогнулся», Украина могла бы вплотную подойти к подписанию документа о Евроинтеграции уже в 2011 году. Но требование освободить Тимошенко было неприемлемым для Януковича, который прекрасно понимал, что «бешеная Юля» на свободе станет для него тем же, что и ледоруб Меркадера для Троцкого. Поэтому он всеми силами противился освобождению Тимошенко, а подписание соглашения о евроассоциации несколько раз переносилось.

Вскоре после того, как стало понятно, что обнаруженные Trout Cacheris, PLLC факты нарушений либо слишком незначительны для вынесения приговора, либо недоказуемы, в ход пустили тяжелую артиллерию. Против Тимошенко выдвинули иные, более серьезные обвинения. 17 марта 2011 года по инициативе Партии регионов в парламенте Украины была создана «Временная следственная комиссия Верховной рады по расследованию обстоятельств подписания в 2009 году газовых соглашений между HAK „Нафтогаз“ и ОАО „Газпром“». Представители Партии регионов отмечали, что комиссия будет искать «признаки государственной измены в сфере экономической безопасности Украины» при подписании газовых контрактов с Россией в 2009 году. 11 апреля того же года заместитель генерального прокурора Украины Ренат Кузьмин заявил, что на Тимошенко заведено очередное уголовное дело – «за превышение власти и служебных полномочий при заключении газовых соглашений с Россией в 2009 году». Тимошенко инкриминировали нанесение ущерба в 1,5 миллиарда гривен.

Европейцы были крайне недовольны разворотом событий и оказывали экс-премьеру активную поддержку. Когда 24 мая 2011 года Тимошенко была задержана в Генпрокуратуре Украины, евробюрократы вновь выступили в роли тарана.

Поскольку Тимошенко заранее предупредили о готовящемся аресте, к зданию Генпрокуратуры Украины съехались послы «большой семерки» и Евросоюза (США, Германии, Великобритании, Франции, Италии, Польши, Румынии, Венгрии, Швеции: всего 12 человек). Представители Запада встретились с генпрокурором Виктором Пшонкой, в то время как их начальство обрывало телефоны Януковича. Трудно сказать, что именно послы говорили Пшонке (скорее всего, пугали арестом счетов или обещали сделать его и родственников невъездными в ЕС), но своей цели они достигли. Арестовать Тимошенко с наскока не удалось.

Тем не менее для властей это был вопрос принципа, и 24 июня 2011 Генпрокуратура Украины предъявила Тимошенко обвинение по части 3 статьи 365 Криминального кодекса «Превышение власти или служебных полномочий, повлекшее тяжкие последствия». По этой статье ей грозило от семи до десяти лет лишения свободы. Тогда же начался суд по «газовому делу». Суд проходил довольно быстро. Уже 5 августа в ходе судебного процесса Тимошенко арестовали в зале суда за «системные нарушения» и препятствование допросу свидетелей. Различные политики Европы и США увидели в этом решении политический мотив и резко осудили такой шаг. О «глубокой обеспокоенности арестом Тимошенко», в частности, заявили МИД Великобритании, Польши и Канады. Россия, кстати, тоже была крайне недовольна таким украинским «правосудием», ведь Тимошенко судили за то, что она достигла соглашений по газу именно с нашей страной, с нашим руководством и с нашей крупнейшей корпорацией!

12 сентября судья Киреев объявил перерыв в заседании до 27 сентября. Сама Тимошенко поспешила объявить, что «дело развалилось». Но на самом деле сказалось давление Евросоюза, который на тот момент, как уже говорилось, увязал соглашение об ассоциации с судьбой Тимошенко. Именно 12 сентября Совет Европы должен был начать рассмотрение вопроса о предоставлении Украине «ассоциированного членства в Евросоюзе», а решение принять как раз 27 сентября. Маленькая хитрость не сработала: Совет Европы отложил рассмотрение вопроса до середины ноября, ссылаясь как раз на «дело Тимошенко», которое было названо «тестом Украины на демократию». На деле это был тест для Януковича – будет ли он лоялен Брюсселю (вложив в руки того оружие против себя) или продолжит политику метаний между Москвой и европейскими столицами. Брюссель хотел получить покорную Украину-сателлита, а не капризную, вечно требующую денег страну. 14 сентября в Киев прибыло несколько представителей Евросоюза, которые встретились с Януковичем и представителями «Блока Юлии Тимошенко». На повестке встреч была фактически единственная тема- «дело Тимошенко». Компромисс найти не удалось.

Никакие визиты еврочиновников не могли остановить неизбежную логику процесса: 11 октября суд вынес обвинительный вердикт по делу. Он приговорил Юлию Тимошенко к 7 годам заключения и возмещению ущерба «Нафтогазу» в размере 189,5 миллиона долларов. Западные политики отреагировали на приговор резко отрицательно, Россия также отметила «избирательное правосудие на Украине в отношении Тимошенко». Страны Евросоюза заявили что, пока Тимошенко в тюрьме, будет заморожено продвижение к «ассоциации Украины и ЕС». В результате даже Виктор Янукович был вынужден признать, что приговор Тимошенко – «это досадный случай, который препятствует украинской евроинтеграции». Впрочем, такое признание следует оценить как изощренное иезуитство – Янукович отлично осознавал, что именно он делает. В результате 18 октября 2011 года Евросоюз отложил на неопределенный срок намеченный на 20 октября визит президента Украины в Брюссель. Также была заморожена и сама процедура ускоренной евроассоциации.

На пути к ассоциации

Однако вскоре в ЕС сочли, что персональная судьба Тимошенко – небольшая плата за захват украинских рынков. И вопрос об ее освобождении отложили в долгий ящик: хотя к нему и регулярно возвращались, но работа над соглашением об ассоциации все-таки продолжилась.

Уже в первой половине 2012 года делегации Украины и Евросоюза парафировали (то есть подписали в общем виде – без конкретики) соглашение об ассоциации Украина – Евросоюз. Планировалось, что далее будут внесены технические уточнения и соглашение будет заключено уже в 2013 году. «Главы переговорных делегаций Украины и Европейского союза парафировали текст соглашения об ассоциации, составной частью которого будут положения о создании углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли (ЗСТ). В связи с этим главы переговорных групп по ЗСТ подтвердили достигнутые 22 декабря 2011 года договоренности относительно содержания ЗСТ и обязались завершить правовую экспертизу текста, включая технические приложения и протоколы», – говорилось в совместном заявлении делегаций.

30 мая 2012 года состоялась, как сообщают об этом немецкие источники, примечательная встреча все того же еврокомиссара Штефана Фюле и двух его знакомых в
Страница 10 из 19

шикарном брюссельском ресторане «Экалье дю Палас ройяль» на площади Гранд Саблон. Сотрапезниками Фюле стали бывший польский президент Александр Квасьневский, который незадолго до этого был официальным представителем на переговорах по освобождению Тимошенко, а также украинский олигарх Виктор Пинчук.

Пинчука с Квасьневским связывали давние и довольно теплые отношения – скажем, фонд Квасьневского Amicus Europae («Друг Европы») получал от фонда Пинчука финансирование, что было даже предметом проверки прокуратуры – такая помощь запрещена польским законодательством. Оба – и Квасьневский, и Пинчук – были активными сторонниками подписания соглашения об ассоциации. При этом Пинчук являлся зятем бывшего президента Украины Леонида Кучмы и одним из главных представителей семей украинских олигархов. Таким образом, за столом в «Эскалье» собрались три главных действующих лица: официальный представитель ЕС; секретный, но не менее важный агент, которым был польский президент; а также человек, который мог принимать решения и говорить от имени всей украинской элиты.

В ходе ужина Фюле заказал бутылку дорогого вина, для того чтобы иметь возможность поднять тост за будущее Украины в составе Европы. «За Европу» – такой тост поднял Фюле. Менее радостный Виктор Пинчук пытался поговорить с Фюле по душам и добиться от него ответов на ключевые вопросы о цене ассоциации и действиях других сторон. Но евробюрократ делал удивленное лицо и думать отказывался, что такой шаг может задеть, к примеру, интересы России. «Вам нужно будет найти такое решение, которое было бы также приемлемым для Путина, с русскими могут возникнуть сложности», – убеждал Пинчук Фюле. Но тот был непреклонен. «С русскими всегда сложно», – ответил Фюле, намекая на то, что никаких особых решений для взаимоотношений между Украиной-ЕС и Россией не предусмотрено.

Брюссель рассчитывал более-менее легко продавить Виктора Януковича и добиться подписания соглашения о евроассоциации, не желая слушать аргументы России. Москва не раз предлагала Европе провести переговоры с лидерами стран Таможенного (а впоследствии Евразийского экономического) союза. Но в Брюсселе такие переговоры не считали важными и раз за разом отказывались от предложений, исходящих из Кремля. Во многом столь жесткой позиции ЕС помогала и поддержка, оказываемая со стороны Вашингтона.

Вот как о попытках России указать, что в процессе евроассоциации Украины затрагиваются и ее интересы, а также о реакции Запада, рассказывал президент России Владимир Путин: «Как изначально складывался наш диалог с американскими и европейскими партнерами по этой теме? Не случайно упомянул наших американских друзей, так как они впрямую или из-за кулис всегда влияют на наши отношения с соседями. Иногда даже не знаешь, с кем лучше разговаривать: с правительствами некоторых государств или напрямую с их американскими покровителями и спонсорами. В случае с соглашением об ассоциации Украины с ЕС вообще не было никакого диалога, я уже об этом говорил. Нам было сказано, что это, мол, не ваше дело. Если говорить по-простому, по-народному просто послали подальше. Все доводы по поводу того, что Россия и Украина – члены зоны свободной торговли СНГ, что у нас исторически сложившаяся глубокая кооперация в промышленности и сельском хозяйстве, фактически единая инфраструктура, – эти аргументы никто не хотел не только рассматривать, но даже слушать».

В свою очередь, Киев наивно полагал, что может до бесконечности лавировать. Так, 19 февраля 2013 года министр иностранных дел Украины Леонид Кожара заявлял, что «в этом году для Украины существует шанс иметь свободную торговлю с обоими этими межгосударственными образованиями – и с Таможенным союзом, и с Европейским союзом». Менее недели спустя в Европе отрезали – так быть не может. «Одна страна не может быть одновременно членом Таможенного союза и частью глубокой общей зоны свободной торговли с Европейским союзом», – заявил, в частности, председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу, предложив Киеву определиться, с кем он хочет быть. Очень простое послание – вопросы евроинтеграции Украины Евросоюз отказался обсуждать с Москвой.

Киевские зарисовки за год до бунта

20 декабря 2012 года я выходил из поезда Москва – Киев, даже не предполагая, что уже через полтора года я и дюжины три моих знакомых не смогут въехать на территорию Украины как «враги незалежности». В столице Украины я оказался по делам – по приглашению Дмитрия Киселева. Да-да, того самого Дмитрия Киселва, которого вскоре украинская публика демонизирует и сделает чуть ли не главным виноватым во всем, что происходило у них в стране и с ними самими.

Дмитрий Киселев создал на Украине интеллектуальный клуб «Сковорода», названный в честь русско-украинского философа и ваганта Григория Сковороды. Ежемесячно проходили заседания членов клуба, на которые из России приглашались гости. Так, за месяц до меня в Киеве побывал отец Тихон (Шевкунов), а после меня гостем Киселева был Владимир Жириновский. Удивительно, но сегодня такое даже представить себе невозможно. Впрочем, последнее заседание клуба прошло 28 октября 2013 года – за месяц до бунта, названного евромайданом.

Киев встретил меня заснеженными улицами, которые не очень хорошо убирались, и довольной предновогодней суетой. Площадь независимости еще сверкала чистотой и порядком, золотом и белизной, а слова «Дом профсоюзов» и «Грушевского» не вызывали никаких особых эмоций. Я дал интервью «Першему каналу», в котором достаточно подробно рассказывал, почему полагаю евроинтеграцию не нужной украинцам затеей. Потом было еще несколько интервью. Все журналисты, с которыми я общался, были вежливыми, слушали аргументы и не набрасывались агрессивно на человека, посмевшего усомниться в их идеалах. Недостижимое поведение для украинских медиа сегодня…

Поводом для приезда стали события декабря, а именно – отмена встречи Путина и Януковича. Дело в том, что последний несколько недель подряд демонстрировал желание и стремление вести страну в сторону заключения соглашения о Таможенном союзе, и вдруг как отрезало! Кремль разочарованно отказался от визита, а украинские обыватели так и не поняли, в чем дело.

Вести переговоры было не о чем. Смысла встречаться не было. Януковича приглашали в Москву для того, чтобы подписать документы о вступлении в Таможенный союз, и он говорил, что готов, а потом оказалось, что нет. Так зачем с ним встречаться, если повестка встречи сама по себе аннулирована?

Когда меня спрашивали, почему не состоялся визит украинского президента и не является ли это ультиматумом из Москвы, я отвечал: «Конечно, это не ультиматум! Это просто целесообразное решение. Зачем тратить время друг друга? Встретиться, помахать рукой и сказать „Здравствуйте, Владимир Владимирович! Здравствуйте, господин Янукович! До свидания!“ – смысла никакого нет. Повторяю: это не ультиматум. Потому что Россия не собирается разговаривать с Украиной на языке ультиматумов. Но Россия говорит с Украиной как с независимым, серьезным партнером, который имеет видение своего будущего и в этой связи должен отвечать за свои поступки».

Глядя сегодня в тот далекий декабрь
Страница 11 из 19

2012 года, я по-новому перечитываю собственное выступление в клубе «Сковорода»: «Мы понимаем, что на Украине есть серьезные разногласия по поводу Таможенного союза. Значительной части элиты, особенно бизнес-кланам, которые являются центрально образующими, вступление в Таможенный союз не приносит тех экономических дивидендов, о которых мы говорим в отношении всей Украины. Поэтому, конечно, они больше смотрят на европейское направление, на евроинтеграцию. И конечно же, их влияние на Януковича и окружение Януковича достаточно велико». Я даже не представлял себе, насколько велико это влияние.

Выступая, я поймал на себе сочувственный и грустный взгляд бывшего председателя Верховной рады Украины Владимира Литвина. Он изредка кивал и порывался что-то сказать, но все время сдерживался. Действительно, украинские политики лучше нас видели, что в украинских элитах начинается консолидация по вопросу евроассоциации. И уже через несколько недель выступления, подобные моему, будут возможны лишь в узких и специализированных изданиях, клубах с закрытым членством. А затем и вовсе пропадут как класс. На Украине начиналась эпоха самой успешной цензуры – цензуры собственника.

Януковича буквально выдернули из кресла, в котором он был готов подписывать договора с Москвой. Можно представить, что это были представители олигархата в лице Виктора Пинчука, представители старой элиты в лице Леонида Кучмы и представители команды так называемых младореформаторов в лице Александра Ющенко а также членов «семьи» Януковича Сергея Арбузова, Александра Клименко и Сергея Курченко. Недоумевающего и мало что понимающего в реальной политике президента поставили перед фактом: нужно заключать союз с Европой, а Россия побоку.

Весь 2013 год массмедиа и экспертное сообщество Украины обрабатывало население, внушая идею, что евроассоциация является панацеей – лекарством от всех наследственных болезней Киева. Красной нитью проводилась мысль, что после подписания соглашения Украина станет частью Европы. Подспудно давалось понять, что это будет означать чуть ли не членство в ЕС (чего в соглашении и близко не было), что означало безвизовое передвижение и высокие социальные гарантии.

Неудивительно, что если в августе 2012 года число тех, кто одобрял стремление Украины в ЕС, составляло всего лишь 32%, а тех, кто поддерживал вступление в ЕС, было на 10% больше (42%), то уже через год – летом 2013 – число сторонников евроассоциации возросло до 59%, а число сторонников вступления в Таможенный союз сократилось до 24%. Пропаганда действовала, и в ней участвовали медиаресурсы как «младореформаторов» и «младоолигархов» клана Януковича, так и телевизионные проекты Пинчука и его жены, так и телеканалы Петра Порошенко. Повторюсь, что весь 2013 год на украинский народ воздействовала массовая пропаганда со стороны коллективной олигархии, принявшей однозначное решение о том, каким путем должна идти страна.

Перед агонией

После того как стало понятно, что Янукович в очередной раз решил «переметнуться», в декабре 2012 года Совет иностранных дел Евросоюза одобрил заключение относительно Украины, в котором выразил готовность подписать соглашение об ассоциации на саммите «Восточного партнерства» в Вильнюсе в ноябре 2013-го при условии, что Киев «продемонстрирует решительные действия и ощутимый прогресс в реформировании избирательного законодательства, решении проблемы выборочного правосудия и продолжении конституционных реформ». То есть, несмотря на критику, которая исходила из Брюсселя на протяжении всего 2012 года по делу Тимошенко, теперь она упоминалась лишь косвенно, как «прогресс в решении проблемы выборочного правосудия». По сути дела, ЕС дал понять: судьбой Тимошенко можно и пожертвовать.

При этом европейские дипломаты не могли не видеть, что задевают соглашением российские экономические и геополитические интересы. Экономики России и Украины в силу исторических особенностей глубоко интегрированы (значительная часть украинских предприятий является смежниками российских производств). В культурном плане наши страны близки. К тому же значительная часть населения Украины на деле считала себя русскими. Москва не могла остаться в стороне, умыв руки.

27 июля 2013 года российский президент Владимир Путин прибыл в Киев, где провел переговоры с Януковичем, пытаясь убедить того в опасности планов по евроинтеграции. Хотя официальным поводом для визита Владимира Путина в Киев было участие в мероприятиях по празднованию 1025-летия Крещения Руси, вопросов о соглашении с ЕС было не избежать. На официальной, открытой для прессы части встречи двух президентов прямым текстом об этом не говорилось, президенты заявляли о духовном единстве народов России и Украины, но после встречи тет-а-тет Янукович явно чувствовал себя не в своей тарелке.

А вот Владимир Путин после переговоров появился на конференции «Православно-славянские ценности – основа цивилизационного выбора Украины» и ответил там, в том числе и на вопрос об евроинтеграции Украины: «Мы будем уважать любой выбор украинского народа и украинского государства по глубине участия в тех интеграционных процессах, которые происходят на постсоветском пространстве. Но есть факты, которые, в общем, говорят сами за себя. У нас в первом квартале этого года с Украиной товарооборот упал на 18 с лишним процентов. В позапрошлом году в странах Таможенного союза он вырос на 34 процента, в прошлом году – еще, по-моему, на 11 процентов, и в первом квартале этого года у нас рост тоже составил 2 или 3 процента, несмотря на спад в мировой экономике. У нас подъем постоянный», – так описал Путин преимущество «восточного» выбора для Украины перед «западным».

То есть Владимир Путин прозрачно намекнул, что евроассоциация будет способствовать дальнейшей деградации торговых связей украинской и российской экономик. Как справедливо отмечал Путин, выступая на той конференции, «у нас с вами, слава богу, сегодня единая транспортная система, единая энергетическая система, электроэнергетика, у нас глубочайшая кооперация между целым рядом важнейших отраслей экономики, без которой эффективно развиваться соответствующие предприятия, целые отрасли экономики не в состоянии».

Соглашение о евроассоциации на словах выглядело совершенно безобидно. ЕС обычно заключает подобные соглашения в обмен на обязательство проведения политических, экономических, торговых или судебных реформ. Ассоциированное государство, в свою очередь, может получить беспошлинный доступ к некоторым или всем рынкам ЕС, рынку сельскохозяйственных продуктов и так далее, а также финансовую или техническую помощь. Соглашение об ассоциации может включать в себя соглашение о свободной торговле между ЕС и третьей страной. Вроде бы все в порядке. Но были и нюансы, ведь Украина также открывала свои рынки для европейских товаров, что не устраивало Россию.

Раз уж вспомнили про клуб «Сковорода», стоит привести слова советника президента России Сергея Глазьева, который солировал на встрече с членами клуба через полгода после моего посещения Киева. Выступая на встрече, Глазьев подчеркивал, что «в случае интеграции с ЕС на условиях свободной торговли
Страница 12 из 19

Украина вообще никаких льгот не получает. Это соглашение характеризуется несбалансированностью, то есть Украина, со своей стороны, соглашается подчиниться нормам ЕС по торгово-экономической политике и снять таможенные пошлины с европейских товаров, а ЕС никаких обязательств в отношении доступа украинских товаров на европейский рынок безоговорочно на себя не принимает. Это как если бы вы у себя ввели визовый обмен: европейцы ездят без виз, а вы ездите с визами».

Кто оплачивает банкет

Несмотря на оголтелую пропаганду по обеим сторонам границы, и украинцы, и европейцы пытались подсчитать, во сколько встанет Киеву его вариант евроинтеграции. 20 сентября 2013 года глава Немецкой консультационной группы Риккардо Джуччи по результатам двухнедельной работы ведущих берлинских экономистов отправил украинскому вице-премьеру Арбузову любопытный документ. В докладе Джуччи говорилось следующее: «Украинский экспорт в Россию сократится на 17%, или на 3 миллиарда долларов в год». Там также содержались данные, которые свидетельствовали о том, какие именно отрасли Украина будет вынуждена принести в жертву ради более тесных отношений с Евросоюзом.

Всерьез встал вопрос: а кто будет платить за евроинтеграцию? Ведь в противном случае речь шла банально о банкротстве Украины, для экономики которой разрыв отношений с Россией был бы очень серьезным ударом. Евросоюз в случае подписания мог бы предоставить Украине 825 миллионов долларов – это погоды никак не делало. Совокупный госдолг Украины в сентябре 2013 года достиг 69 миллиардов долларов, а резервы упали до 20,6 миллиарда. Экономика находилась в состоянии стагнации и без всякого соглашения об ассоциации, которое, в свою очередь, неизбежно бы ухудшило состояние украинских финансов.

Европа платить за украинцев не хотела, но ведь есть еще Международный валютный фонд! Незалежная и МВФ подписали последний Меморандум в 2010 году, когда МВФ открыл для Украины новую кредитную программу на сумму 15,5 миллиарда долларов. Правда, всего Киев получил лишь первые два транша финансирования по этой программе – около 3,4 миллиарда долларов. Программу приостановили, поскольку Янукович не выполнил требования фонда. Но накануне планируемого подписания соглашения с Евросоюзом украинские власти очень надеялись, что МВФ сменит гнев на милость и выдаст кредит примерно на 10 миллиардов долларов (справедливости ради замечу что значительная часть этих средств должна была пойти на оплату прежних кредитов МВФ).

Все тот же Арбузов несколько раз летал в США (в частности, 10 октября перед ежегодным собранием МВФ и Всемирного банка), надеясь добиться гарантий от Международного валютного фонда о предоставлении кредитов Украине на выгодных условиях, чтобы пережить потери от евроассоциации. Банкиры к украинцам остались холодны, а условия предоставления кредита, озвучиваемые ими, оказались попросту опасны для национальной безопасности Украины и социального благополучия миллионов украинцев. МВФ требовал повысить цену на газ для украинских потребителей почти в полтора раза, на четверть опустить курс гривны, сократить госаппарат, численность бюджетников и заморозить зарплаты. На это Янукович и его правительство идти, разумеется, не хотели.

С 17 по 29 октября на Украине работала миссия МВФ, но денег так и не дали. Конечно, замглавы Госдепартамента США Виктория Нуланд убеждала украинцев, что МВФ деньги найдет. Потому Арбузов и летал в США регулярно. Однако МВФ продолжал настаивать на своих условиях, а денег все не было.

Москва старалась донести до Киева простую мысль – соглашение с ЕС гибельно для самой Украины. Советник Владимира Путина по экономическим вопросам Сергей Глазьев регулярно посещал Киев. Последовательно и на цифрах он доказывал всем, с кем встречался, что подписание вредно для Украины. Только в октябре 2013 года Глазьев три раза встречался с Януковичем. На одну из встреч российский чиновник принес с собой перевод 1000-страничного проекта договора об ассоциации, поскольку Евросоюз направил в Киев только его англоязычную версию. Таким образом, в ЕС даже не озаботились тем, чтобы в Киеве смогли прочесть то, под чем их вынуждают подписаться.

Этот факт, впрочем, доказывает и низкую квалификацию и непрофессионализм украинских управленцев, которые не удосужились даже перевести соглашение. Неудивительно, что Янукович был банально не осведомлен, что же именно предлагают его стране в красивой упаковке. В результате активной позиции и разъяснительной деятельности Москвы Янукович начал понимать, что загоняет себя в ловушку и что евроассоциация приведет лишь к неминуемому поражению на выборах 2015 года, так как ухудшение условий жизни населения неизбежно повлечет падение его рейтингов.

Как говорится, критикуя, предлагай. И взамен негодных идей евробюрократов Владимир Путин сделал украинскому президенту довольно щедрую «пропозицию». На встрече 9 ноября 2013 года он пообещал Украине скидки и льготы (в том числе на российский газ) общим объемом в 12 миллиардов долларов. Это было бы спасением для украинской экономики. А еще ранее в конце сентября – начале октября, Украине также были обещаны и предоставлены серьезные льготы. Выступая по итогам саммита АТЭС 8 октября, Владимир Путин, в частности, упоминал о некоторых из них: «Наши банки 10 дней назад, конечно, не без моего ведома, оформили Украине очередной кредит на 750 миллионов долларов. А „Газпром“, тоже не без ведома российского руководства, пошел на то, что помог Украине закачать необходимый газ в газовое хранилище со скидкой, по-моему, 260 долларов за 1 тысячу кубов. Примерно, я могу ошибиться в каких-то долларах, когда цена для Украины совсем недавно была 400, а сейчас она упала где-то до 380–390. А мы сделали скидку, „Газпром“ сделал скидку для закачки в ПХГ Украины». Собственно, это было то самое предложение, которое готовилось для Януковича в случае его согласия на интеграцию в Таможенный союз еще в 2012 году.

Все вместе это наконец заставило украинского президента всерьез задуматься – столь ли уж нужна лично ему и Украине евроассоциация, грозящая стране лишь одними бедами? Не поторопился ли он, пойдя на поводу у европейских дипломатов?

Виктор Янукович решил сам проверить, сколько же будет стоить Украине разрыв экономических связей с Россией из-за евроинтеграционных планов Украины. Институт экономики и прогнозирования Академии наук Украины провел оценку взаимосвязи российской и украинской экономик. Сумма, которая получилась в результате анализа, сильно разошлась с оценкой немецких экономистов – от разрыва с Россией Украина должна была потерять не менее 160 миллиардов долларов! Янукович на встрече с Фюле 19 ноября 2013 года в Киеве прямо заявил о том, что ЕС должен будет помочь Украине деньгами в случае подписания соглашения с Европой. Фюле таких гарантий дать не мог – платить Януковичу Европа не хотела. Тут Янукович окончательно понял, что Европа ему не поможет. В те же дни в кабинет министров Украины пришло письмо с ответом от Международного валютного фонда – МВФ за евроинтеграцию платить также отказался. Украина оставалась с сомнительными европерспективами и вполне конкретной угрозой разрыва торговых связей с Россией
Страница 13 из 19

стоимостью в десятки миллиардов долларов.

Когда Янукович говорил о 160 миллиардах, он, возможно, шантажировал ЕС. Чтобы получить хоть что-то – проси больше. Можно даже просить абсурдно много. Но украинский лидер и впрямь ожидал от Европы реальной компенсации, поскольку потери действительно выходили значительными. И речь тут шла не только о конкретных суммах.

Тонкости непрочитанного документа

Конечно, возникает резонный вопрос о том, чем вообще руководствовались Украина и ее президент Виктор Янукович, настаивая на подписании соглашения? Но, как уже говорилось выше, первичными для жовто-блакитных были политические (даже скорее геополитические), а не экономические резоны. И только когда стало ясно, что после подписания соглашения политические риски превысят те, что имелись в наличии, Янукович начал разбираться с тем, во что его втравило окружение.

Если коротко, то в соглашении есть несколько знаковых моментов. Во-первых, ассоциация накладывает на Украину обязательства выполнять все директивы ЕС по вопросам регулирования торговой политики, технического и антимонопольного регулирования, ветеринарного и фитосанитарного контроля, субсидий и государственных закупок, интеллектуальной собственности. Украина в этих вопросах элементарно отдавала себя под юрисдикцию ЕС, лишаясь части суверенитета.

Более того, Украина фактически лишалась собственной внешней политики. Все международные вопросы Киев обязался согласовывать с Брюсселем. Украина не имела права самостоятельно вести переговоры по торгово-экономическим отношениям с другими странами, включая Россию и страны Таможенного союза. Все вопросы по такому сотрудничеству Москва вынуждена была обсуждать не с Киевом, а с Брюсселем. Таким образом, Украина самостоятельно лишала себя статуса реального партнера по переговорам, при этом не становясь членом ЕС (то есть без возможности рассчитывать, к примеру, на спасение от дефолта, как это было в случае с Грецией, или даже менее масштабную экономическую помощь, как это было с Италией и Испанией).

Между Украиной и ее потенциальными партнерами встали бы новые органы, созданные совместно ЕС с украинским правительством для контроля над соответствием ее политики интересам Евросоюза. Меж тем интересы Европы находятся в явном противоречии с российскими в самых различных сферах: энергетики, финансов, трудовой миграции, обороны и безопасности (значительная часть стран ЕС является членами НАТО), военно-технического сотрудничества. Таким образом, для России соглашение об ассоциации Украины и ЕС означало бы необходимость пересмотра всех возможностей для работы с Украиной в этих сферах и скорейший переход к замене украинских производственных мощностей (прежде всего в сфере оборонной, но не только).

Банальный аргумент, который я лично приводил своим украинским коллегам и озвучивал в интервью «незалежным» СМИ: если мы посмотрим на Энергетическую хартию ЕС, то она абсолютно соответствует евроинтеграции, но совершенно не соответствует интересам членов Таможенного союза. Еще раз, это лишь одна составляющая, одна лишь проблема. Но уже здесь мы видим масштаб украинских потерь. Ведь как только Украина имплементировала евроассоциацию, тут же возникли бы трения между «Газпромом» и правительством этой страны – ведь именно российский монополист импортирует газ через территорию, контролируемую Киевом, а в соответствии с Энергетической хартией монополизм в сфере транспортировки недопустим.

Чтобы понять всю серьезность того, о чем я говорю, достаточно сказать, что в конце 2014 года России пришлось отказаться от завершения строительства газопровода «Южный поток». Это произошло после того, как Евросоюз заставил власти Болгарии ставить палки в колеса реализации уже одобренного и согласованного проекта. Затем президент России Владимир Путин сообщил, что заключает договор с Турцией о поставках значительных объемов газа. Подчеркну, что в это время новые власти Украины уже подписали Соглашение об евроассоциации, которое будет имплементировано в его экономической части с начала 2016 года. И тогда требование о соблюдении Энергетической хартии всплывет в повестке российско-украинских переговоров.

Поэтому следующий шаг России вполне логичен. В 2018 году как заявил глава «Газпрома» Алексей Миллер, российская сторона не собирается продлевать контракт на транзит газа через территорию Украины. Европа же сможет получать газ через «Турецкий поток» – газопровод, который планируется проложить через территорию Турции к границе Греции. В обход Украины. Пропускная способность ветки – 50 миллиардов кубометров в год. А уж там – на границе с Евросоюзом – европейские потребители могут сами покупать газ как захотят и транспортировать его как им угодно – высококонкурентно или не очень.

Надо сказать, что Янукович эти угрозы в итоге осознал и от подписания договора с ЕС отказался. Нынешние же руководители Украины решили бежать впереди паровоза.

Вторым крайне важным следствием создания зоны свободной торговли между Киевом и ЕС, которое было предусмотрено соглашением об ассоциации, стало бы (возможно, еще и станет, а пока от этого страхуют девальвация гривны и дороговизна импортных товаров) вытеснение украинских товаров с внутреннего рынка в объеме около 2 миллиардов долларов ежегодно и, как следствие, падение ВВП на 1,5–2%. Как минимум до 2020 года украинские товары оказывались в дискриминационном положении по сравнению с европейскими. Украинцы просто вынужденно открывали свой рынок для европейских товаров, не ставя никаких барьеров. По большей части украинские товары хуже или дороже европейских аналогов. А значит, производители незалежной должны были обанкротиться. Европейцы же получали украинский рынок надолго, если не навсегда.

Скажем, субсидии на сельхозпродукцию в некоторых странах Европы делали бы европейские продукты по целому ряду номенклатур дешевле, что привело бы к тому, что украинские аграрии (за исключением производителей пшеницы) банально вылетели бы в трубу.

При этом ответного свободного доступа своих товаров на европейский рынок Украина не получала, так как по условиям соглашения Евросоюз сохранял квоты на ввоз многих украинских товаров, причем из числа тех, которые как раз и могли бы конкурировать на европейском рынке. Простой пример: объем устанавливаемых квот на ввоз ряда основных сельскохозяйственных товаров был ниже их фактического экспорта на момент 2013 года. Сохранялись и защитные меры в отношении импорта украинской продукции химической и металлургической отраслей.

Чревато соглашение было и фактическим уничтожением высокотехнологичных производств. Европейцы уже давно говорили, что украинский ВПК, космические и авиационные технологии им не нужны. Знаковой иллюстрацией этого стал следующий пример, когда европейский концерн «Эйрбас» настоятельно «посоветовал» украинскому концерну «Антонов» не конкурировать со своим военно-транспортным АН-70 с европейским А400М. «Антонову» пришлось согласиться. Впрочем, дни жизни этого предприятия, равно как и многих других оборонных заводов, сочтены – без кооперации с Россией большинство из них неминуемо становятся банкротами в
Страница 14 из 19

перспективе двух лет.

Понятно, что, прочитав внимательно текст соглашения, любой вменяемый политик всерьез бы задумался – а оно вообще надо? Но Янукович и прочитал текст поздно, и до последнего надеялся, что Европа даст денег, обязательства забудет, а с Москвой удастся как-то разрулить. Президент Украины предлагал Москве мифический в тех обстоятельствах план взаимодействия с Таможенным союзом в формате «3+1», когда Украина подписывает соглашение об ассоциации с ЕС, но при этом сохраняет свое участие в Едином экономическом пространстве с Россией, Казахстаном и Белоруссией. Для России это означало банальное «кидалово» – на наш рынок тогда бы поступали европейские товары, лишь промаркированные на Украине. Наша экономика бы теряла, а богатели бы украинцы и европейцы. Такая форма субсидирования Януковича Россию не устраивала.

Конец ассоциации

Метания Януковича и его стремление получить все ото всех и сразу ничего не давая взамен, не устраивали и Европу. Европейцы были раздражены: давно продавливаемое соглашение осенью 2013 года оказалось практически провалено. Квасьневский, присутствовавший на переговорах с Фюле, в сильно раздраженном состоянии позвонил Виктору Пинчуку. «Он нас одурачил! Янукович не собирается подписывать. Он мошенник и известный лгун!» – буквально орал на украинского олигарха бывший польский президент.

Два дня спустя в автомобиле по дороге в аэропорт Янукович одобрил и исправил вариант распоряжения № 905-р. Суть документа была проста: он предписывал украинскому правительству прекратить подготовку подписания соглашения с Евросоюзом. Поставив подпись, украинский лидер полетел на тяжелые переговоры в Вену.

Кабинет министров в тот же день приказ президента исполнил. В документе говорилось: «С целью принятия мер по обеспечению национальной безопасности Украины, более детального изучения и проработки комплекса мероприятий, которые необходимо осуществить для восстановления утраченных объемов производства и направлений торгово-экономических отношений с Российской Федерацией и другими государствами-членами Содружества Независимых Государств, формирования надлежащего уровня внутреннего рынка, который обеспечивал бы паритетные отношения между Украиной и государствами-членами Европейского союза… приостановить процесс подготовки к заключению Соглашения об ассоциации между Украиной, с одной стороны, и Европейским союзом, Европейским сообществом по атомной энергии и их государствами-членами, с другой стороны, и действие решения Кабинета министров Украины от 18 сентября 2013 г. „О подготовке к подписанию проекта Соглашения об ассоциации между Украиной, с одной стороны, и Европейским союзом и его государствами-членами, с другой стороны“». Соглашение об ассоциации приказало долго жить.

Вице-премьер Украины Юрий Бойко заявил, что переговоры об ассоциации будут приостановлены до тех пор, пока не разрешится вопрос о предоставлении со стороны Евросоюза компенсаций потерь Украины, которые могут произойти от снижения торговли с Россией и другими странами СНГ в случае подписания Украиной соглашения. Премьер-министр Азаров добавил, что проблема была и в том, что МВФ предъявил очень жесткие требования для предоставления Украине кредита, который позволил бы Украине хоть частично компенсировать последствия от подписания соглашения. Азаров также пояснил, что тайм-аут в евроинтеграции нужен для восстановления торговли и кредитоспособности страны, а требования МВФ повысить цены на газ для населения – невыполнимы до роста благосостояния последнего.

Было ли это окончательным решением? Еще нет, но показательно, что в это же время в Верховной Раде рассматривали принципиальный для Евросоюза вопрос – можно ли отпустить Юлию Тимошенко на лечение в Европу. Ранее члены миссии Европарламента предлагали Киеву решить «вопрос Тимошенко», приняв законопроект внефракционного депутата Анжелики Лабунской. Он предполагал, что больные заключенные будут освобождаться от дальнейшего пребывания в тюрьме. Однако в правящей Партии регионов заранее предупредили, что откажутся поддержать эту инициативу. Тогда сторонники Тимошенко из БЮТ внесли сразу шесть законопроектов, каждый из которых позволил бы Тимошенко лечение за границей.

Депутаты от Партии регионов и КПУ на заседании Верховной рады 21 ноября не поддержали ни один из шести предложенных законопроектов, позволявших Тимошенко выехать за рубеж для прохождения лечения. Таким образом, фракции правящей коалиции отказались выполнить одно из главных требований Евросоюза перед подписанием соглашения об ассоциации. Это было серьезным подтверждением того, что Янукович настроен решительно и без европейских гарантий финансовой поддержки ничего «подмахивать» не будет.

Киев рассчитывал, что европейцы могут пойти навстречу Украине и списать долги, а также дать новые кредиты, а Россия и страны Таможенного союза выложат на стол новые скидки на энергоносители. Предлагалось также обсудить «на троих» будущие отношения. Но 22 ноября ЕС отклонил предложение украинского правительства провести переговоры в трехстороннем формате Евросоюз – Украина – Россия как «беспрецедентное» в европейской практике.

Россия в лице ее президента отреагировала на новость о заморозке евроассоциации довольно позитивно, хотя для Москвы это было неожиданно: Янукович мог «кинуть» не только Евросоюз, но и Путина, несмотря на все обещания. Выступая по итогам заседания Совета сотрудничества высшего уровня между Россией и Турцией, Владимир Путин так отреагировал на решение Киева: «Когда услышали о том, что (я вчера только об этом узнал) Украина приостанавливает – не прекращает, а приостанавливает – процесс подписания договора с Евросоюзом и хочет все, что называется, посчитать как следует, по сути, мы услышали угрозы со стороны наших европейских партнеров в отношении Украины, вплоть до способствования проведению массовых акций протеста. Вот это и есть давление, вот это и есть шантаж. Поддадутся ли Украина и украинское руководство этому шантажу, будет понятно в ближайшие несколько дней, или смогут противостоять этому и занять прагматическую позицию в национальных интересах страны».

Шантаж последовал. Европейцы еще несколько раз пытались убедить Януковича отказаться от его намерений: это делал в Вене австрийский президент Хайнц Фишер (он был буквально поражен, когда ему передали сообщение об отказе Украины от соглашения с ЕС прямо в ходе визита Януковича в Вену), и Фюле с Баррозу, и председатель Европейского совета Херман Ван Ромпей. Они даже отказались от своего прежнего принципиального требования – освобождения Юлии Тимошенко! Пусть Тимошенко сидит, главное – поставить подпись.

Но все это уже не могло убедить Януковича. Заставить его изменить мнение могло лишь предоставление европейской финансовой помощи. Но на это Баррозу лишь в расплывчатых выражениях говорил о «долгосрочных преимуществах» для Украины от интеграции с ЕС. Для Януковича, у которого должны были пройти плановые президентские выборы (он же не знал, что их не будет) в начале 2015 года, а экономика страны уже находилась в стагнации, долгосрочной перспективой
Страница 15 из 19

представлялся ближайший год.

Стоит признать, что в конечном счете украинский президент сам виноват во всем последовавшем далее: именно он пошел на поводу у своих соклановцев, олигархов и европейских политиков, основным желанием которых было, по сути, захватить обширный украинский рынок. Он слишком поздно понял, чем грозит соглашение с ЕС (а до октября 2013 года вообще не особо интересовался его содержанием). Когда же он понял, то поезд уже ушел: самые разные силы внутри Украины и вовне страны оказались крайне недовольны таким решением украинского президента. В самой Украине у Януковича имелись серьезные политические противники, в том числе влиятельные украинские олигархи. Недоволен был президентом и Киев, чьей наивной интеллигенции очень нравился лозунг «Украина – цэ Эуропа».

Януковича на момент всех страстей вокруг подписания соглашения об ассоциации не уважали уже ни на Западе, ни в России, ни на Украине. Он ухитрился поссориться с большинством лояльных ему еще пару лет назад олигархов и иных элитных групп. Собственная его олигархическая группировка из ближайших соратников вела активную кампанию по отъему активов, в том числе и у тех, кто привел Януковича к власти, помогая ему победить Тимошенко. «Семья», олигарх Курченко, генпрокурор Пшонка – все это было сначала страшилкой, а после стало символом коррумпированности режима украинского президента.

Зарождение протеста

Учитывая давнюю антироссийскую обработку Западом украинской интеллигенции, которая и без того была в значительной мере националистической (притом в Киеве – в основном русскоязычной), Европа рассчитывала на благоприятный исход протестных акций. Главной тактической целью протеста для ЕС в конце ноября 2013 года было следующее: заставить Януковича порвать с Москвой и полностью согласиться на европейские требования.

Впрочем, европейцы сами сделали больше всех для отказа Януковича от подписания соглашения об ассоциации Украины с Евросоюзом: погнавшись за достижением собственных выгод за счет Украины и ее слабовольного и недальновидного президента, они не учли позицию России и совершенно сбросили со счетов интересы самой Украины в части экономики. По большому счету они всего лишь сильно поторопились, продавливая соглашение в 2013 году. Тем самым они поставили Украину перед лицом самого серьезного политического кризиса за последние несколько лет. Выигравшими в этой специфической шахматной партии оказались, как ни странно, лишь США, традиционно преследовавшие свои цели как в Европе, так и на Украине.

На саммите в Вильнюсе, который состоялся 28–29 ноября 2013 года, стало окончательно понятно то, о чем европейские политики уже несколько дней знали. Янукович отказался от губительного для экономики Украины подписания соглашения с Евросоюзом. Но он все еще полагал, что сможет усидеть на двух стульях. Выступая перед собравшимися, Янукович объяснил: Украина остается верной идеям евроинтеграции и намерена в ближайшем будущем подписать соглашение, но прежде этого ожидает встречных шагов от руководителей Евросоюза и связанных с ним организаций.

Он даже перечислил эти шаги: организация программ бюджетной помощи со стороны ЕС и МВФ, пересмотр торговых ограничений на импорт украинской продукции; участие ЕС в реконструкции украинской газотранспортной системы и отказ стран – членов ЕС от участия в проектах по строительству систем транспортировки газа в обход Украины, урегулирование проблем и противоречий с Россией и другими странами Таможенного союза.

Арбузов 12 декабря посетил Брюссель, где по итогам переговоров заявил следующее: «Что касается МВФ, то мы ведем переговоры о конкретной сумме, с конкретными сроками. В меморандуме мы обсуждаем сумму в 15 миллиардов. Переговоры продолжаются. Конечные цифры станут известны после того, как мы подпишем меморандум». Таким образом, Киев все еще рассчитывал, что сможет выбить деньги из несговорчивых банкиров.

Но Европа Януковичу такого предательства не простила. 15 декабря 2013 года Штефан Фюле заявил, что Евросоюз приостанавливает переговоры по соглашению об ассоциации. Европейские страны решительно осудили украинский отказ от подписания соглашения и сделали ставку на противников Януковича. В ответ на собственные колебания во внешней политике Виктор Янукович, таким образом, получил не европейские кредиты и списание долгов, на что и рассчитывал. Он получил евромайдан в Киеве.

Организаторы бунта

Несбывшаяся мечта о «европейском выборе» стала в Киеве поводом для протестов против действующей власти и президента Януковича лично. Конечно, сам лозунг «Украина цэ Эуропа!», с которым выходили первоначально оппозиционеры, можно было бы назвать умеренным и даже привлекательным – ведь протестующие прежде всего выступали за «жить, как в Европе». Это позволяло рекрутировать в ряды недовольных студентов, хипстеров и прочую публику, которая делает «красивую картинку».

Сначала протестующих было совсем немного: на первый митинг 21 ноября 2013 года собралась лишь жалкая тысяча человек. На нем выступили оппозиционеры Владимир Кличко, Арсений Яценюк и лидер радикальной националистической «Свободы» Олег Тягнибок. В дальнейшем именно эта троица будет главными спикерами майдана – вовремя подсуетившись, они оседлали протестное движение еще в самом начале, умудрившись даже довольно жестко отодвинуть на задние роли оказавшуюся через несколько месяцев на свободе, но не нюхавшую «аромат» горелых шин майдана Юлию Тимошенко.

Случайностям тут, впрочем, не место. И Кличко, и Яценюк, и Тягнибок, похоже, точно знали, как будут развиваться события. Или, как минимум, с ними делились частью планов, в которых незаконное свержение неугодной Брюсселю и Вашингтону власти стояло первым пунктом. Отмечу, что протесты начались еще до того, как стало известно, что Янукович не подпишет соглашение о евроассоциации. Приближался Вильнюсский саммит, а Кличко и Яценюк уже плясали на майдане. Постепенно там начали объединяться все силы как внутри Украины, так и вовне ее, которые намеревались использовать протест киевлян и сам лозунг евроинтеграции для организации беспорядков и устранения Януковича. И хотя на первых ролях оказались боксер (Виталий Кличко), нацист (Олег Тягнибок) и Кролик (как прозвали Арсения Яценюка за сходство с персонажем из советского мультфильма про Винни-Пуха), реальные кукловоды стояли за сценой.

И было их очень много. Ведь Янукович за почти четыре года своего президентства успел поссориться с многими. И прежде всего он потерял поддержку влиятельных украинских олигархов. Известно, что при Януковиче сформировалась своя финансово-промышленная «аристократия» из близких президенту людей. Речь идет о группе бизнесменов и чиновников, которых называли семьей: сыне Януковича, сыне генпрокурора Пшонки, «семейном олигархе» Курченко. Эта группа начала активно прибирать к рукам различные «плохо лежащие» активы и наступать на интересы других украинских олигархов. Тем это, безусловно, не понравилось, поэтому уже в декабре многие «незалежные» бизнесмены оказались в рядах спонсоров майдана.

Без их денег переворот был бы невозможен. Ведь даже в чисто организационном плане
Страница 16 из 19

евромайдан сам по себе был довольно дорогостоящим мероприятием. По приблизительным оценкам, стоимость одного дня многотысячного митинга составляла порядка 4 миллионов долларов (прямых трат, не считая трат из городского и госбюджетов Украины на поддержание порядка, уборку улиц, возмещение ущерба от протестов и так далее). Это означает, что только за декабрь 2013 года в протест требовалось «вкачать» порядка 100 миллионов долларов, а то и существенно больше (ведь на стадии «разогрева» тратить приходится больше, чем тогда, когда народ уже сам жаждет насилия). Учитывая, что евромайдан длился почти три месяца, стоил он около полумиллиарда долларов. Как минимум – 450 миллионов. Понятно, что с «миру по нитке» такие деньги собрать невозможно, даже в относительно богатом по украинским меркам Киеве.

Тайны из своего участия в бунте никто особо и не делал: основные средства в подготовку и проведение киевских протестов вложили два украинских олигарха – Игорь Коломойский и Петр Порошенко. Оба эти бизнесмена являются крайне примечательными личностями, так что о них необходимо сказать пару слов отдельно.

Игорь Коломойский – глава группы «Приват», крупной финансово-промышленной компании на манер олигархических ФПГ в России в 90-е годы. Пользовалась группа Коломойского стандартными для таких структур методами – Коломойским в бизнес-среде Украины разве только детей и владельцев палаток с пивом не пугали. Он – самый известный и самый успешный на Украине рейдер, то есть специалист по псевдозаконным, полузаконным или откровенно криминальным способам отъема предприятий у конкурентов. Работало это просто: в один прекрасный день директор какого-нибудь завода мог легко обнаружить, что он уже не директор, а на предприятии хозяйничают крепкие ребята с бейсбольными битами, а то и с оружием. Судиться практически бесполезно, ведь у Коломойского помимо братвы имелись и отличные юристы, а с учетом продажности украинского суда доказывать что-либо было и поздно и бесполезно. Пострадать от Коломойского успели даже российские компании: за пять лет до событий евромайдана он абсолютно бесцеремонно выкинул с Кременчугского нефтеперерабатывающего завода законных совладельцев – российскую «Татнефть». Вернуть завод не помогли даже протесты российского руководства.

Второй спонсор майдана – Петр Порошенко – «шоколадный король», владелец фирмы «Рошен», которая производит знаменитые киевские тортики и неплохие конфеты. Впрочем, не только сладостями (хотя сам олигарх сладкого не ест из-за сахарного диабета) зарабатывал себе на жизнь один из богатейших людей на Украине – у будущего президента Украины скопилось множество активов и в других отраслях. Но не в этом главное: Порошенко был спонсором еще первого майдана в 2004 году. Строго говоря, без него «оранжевая парочка» Ющенко – Тимошенко не смогла бы прийти к власти.

Однако тогда Порошенко банальным образом кинули. Он-то рассчитывал за свою поддержку на пост премьер-министра, а получил относительно скромный пост главы Совета национальной безопасности и обороны. И это несмотря на спонсорскую помощь и личные отношения с Ющенко, приходившимся крестным отцом дочерей олигарха! Но тот попросту не решался обидеть «оранжевую принцессу» – народ, мол, не поймет. Порошенко этого не забыл и не простил. Между ним и Тимошенко в 2005 году разразилась натуральная война, закончившаяся отставкой обоих.

Однако в 2013 году ситуация кардинально изменилась – Тимошенко находилась в тюрьме, Ющенко давно растерял сторонников и ничего в политическом смысле из себя не представлял. А на сцене майдана выступала ряженая троица Яценюк – Кличко – Тягнибок, за спинами которых маячила тень Порошенко.

Была у лидеров евромайдана мощная поддержка и помимо олигархической. Углядев замечательную возможность реванша, Соединенные Штаты Америки всерьез подключились к процессу «демократизации» Украины. Заместитель главы Госдепартамента США Виктория Нуланд как-то назвала сумму, которую США вложили в процесс «демократизации» (читай – установления на Украине проамериканского режима через свержение законной власти). Во время одного из закрытых выступлений в Киеве Нуланд заявила следующее: «Мы вложили более пяти миллиардов долларов, чтобы помочь украинцам в достижении этих и других целей, которые обеспечат безопасную процветающую и демократическую Украину. Сегодня имеются высокопоставленные чиновники в правительстве Украины, в бизнес-сообществе, а также в оппозиции, в обществе и религиозной общине, которые верят в это демократическое европейское будущее для своей страны, и уже давно упорно трудятся, чтобы двигать свою страну и своего президента в правильном направлении».

Иными словами, Нуланд признала покупку лояльности части украинской элиты на американские деньги. Она же во время визита на евромайдан не только раздавала «печеньки» (по другой версии – пирожки, но это детали) протестующим, но и привезла с собою на своем самолете «скромный дар» от «заокеанских товарищей» – 15 миллионов долларов наличными. И это только «помощь» по официальной линии Госдепа.

Казалось бы – зачем американцам далекая Украина? Европе – понятно: через Украину в Европу идет российский газ, Украина является крупным рынком сбыта для европейских товаров и так далее. А вот Америка, если не считать того, что американцы стремятся влезть в процессы по всему миру? Влезть-то стремятся везде, но что-что, а деньги американцы считать умеют и просто так их тратить не стали бы. Ответ находится в ставшей уже классической книге американского политолога, одного из авторов концепции расширения НАТО на Восток Збигнева Бжезинского «Великая шахматная доска (Господство Америки и его геостратегические императивы)».

Там сказано буквально следующее: «Без Украины Россия перестает быть евразийской империей. Без Украины Россия все еще может бороться за имперский статус, но тогда она стала бы в основном азиатским имперским государством и скорее всего была бы втянута в изнуряющие конфликты с поднимающей голову Средней Азией, которая, произойди такое, была бы обижена в связи с утратой недавней независимости и получила бы поддержку со стороны дружественных ей исламских государств Юга. Китай, похоже, также воспротивился бы любого рода реставрации российского доминирования над Средней Азией, учитывая его возрастающий интерес к недавно получившим независимость государствам этого региона. Однако если Москва вернет себе контроль над Украиной с ее 52-миллионным населением и крупными ресурсами, а также выходом к Черному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и в Азии. Потеря Украиной независимости имела бы незамедлительные последствия для Центральной Европы, трансформировав Польшу в геополитический центр на восточных рубежах объединенной Европы».

Надо понимать, что для Бжезинского «имперская», то есть сильная во внешнеполитическом смысле Россия, – есть непременное зло. Потому и рецепт для Украины, согласно Бжезинскому, один – оторвать Украину от России и включить в пространство европейской безопасности, то есть в НАТО. В одном месте в своей книге он
Страница 17 из 19

даже назвал конкретные сроки: «Где-то между 2005 и 2010 годами Украина, особенно тогда, когда она добьется значительного прогресса в проведении реформ внутри страны и тем самым более четко определится как страна Центральной Европы, должна быть готова к серьезным переговорам как с Европейским союзом, так и с НАТО», – пишет статусный идеолог внешней политики США. Как известно, его прогноз не вполне сбылся, хотя в целом он почти точно назвал сроки – ведь при Ющенко подготовка к присоединению к НАТО шла полным ходом.

Но вернемся в 2013 год. США рассчитывали при помощи Евросоюза «откатить» к предыдущей, более лояльной Вашингтону версии украинское руководство и внешнюю политику Киева. Евроассоциация была лишь первым шагом на пути дальнейшего движения Украины в сторону НАТО. Не зря в том же году незадолго до майдана офицеры Североатлантического альянса и ВМС США начали присматривать места базирования и дислокации своих подразделений (пока что чисто технического состава) в Крыму. Чтобы развернуть инфраструктуру, по горячим следам, так сказать.

Строптивая Россия Путина была для Америки как кость в горле. Ударить по Москве не выходило. Не сработала даже оголтелая пропаганда против Олимпийских игр в Сочи, которые вскоре должны были стартовать. Внутри страны Кремль предпринял целую серию мер, направленных на обеспечение единства страны, лояльности бизнеса и чиновников, а также защиты от действий иностранных агентов. В частности, началась «национализация элит» – чиновникам запрещалось иметь счета и активы за рубежом. Закон об иностранных агентах выбил почву под ногами тех НКО (некоммерческих организаций), которые десятилетиями кормились из рук Госдепа США и последовательно проводили проамериканскую политику внутри страны. Набирала шаги деофшоризация бизнеса. Все это ставило под вопрос возможность Вашингтона хоть в какой-то мере влияния на политику России изнутри.

На внешней арене ситуация у США была еще хуже. Барак Обама был унижен в Сирии, где жесткая позиция России помогла удержать власть законному президенту Башару Асаду. «Гуманитарные бомбардировки» и трайбализация Ливии показали, что арабская весна закончилась большой кровью (а ведь даже поддержавший первоначально бомбардировки тогдашний президент России Дмитрий Медведев практически сразу изменил свою позицию по отношению к действиям Запада в Ливии, увидев, какой пожар гражданской войны там запалили страны «золотого миллиарда»).

Как и предупреждала Россия, на Ближнем Востоке набирала силу реальная угроза – террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), когда-то как и «Аль-Каида», вскормленная агентами ЦРУ, а теперь являющаяся, с одной стороны, основной угрозой миру и, с другой – доказательством провала ближневосточной политики американского руководства. Набирала силу интеграция экономик стран БРИКС, укреплялись пророссийские или инициированные Москвой альянсы вроде ШОС, ЕврАзЭс и ТС.

В этой ситуации «демократизация» Украины стала бы хорошим ударом по Москве и позволила бы Бараку Обаме укрепить свои позиции на международной арене. Поэтому идеи Бжезинского были вытащены из-под сукна, а планы администрации Джорджа Буша-старшего по втягиванию Украины в орбиту НАТО актуализированы и приняты в реализацию.

Трансформация бунта

Евромайдан собрался еще до того, как Янукович отказался подписывать документ об ассоциации с ЕС, но поначалу митинги были относительно немноголюдны. Более того, после примерно недели стояния в небольшом палаточном городке, организованном, несмотря на прямой запрет киевских властей, бессменным «комендантом майдана» Андреем Парубием, энтузиазм начал спадать и митингующие принялись расползаться по домам. И тут в администрации президента Украины приняли очень странное решение – зачистить евромайдан силой. 30 ноября глава администрации Сергей Левочкин направил милицейский спецназ на площадь Независимости, и начался разгон майдана. Картинка тут же облетела мировые СМИ, стала хитом в СМИ украинских и дала формальный повод для оппозиции и стоящих за ней спонсоров призвать на баррикады всех тех, кто скептически относился к Януковичу, но в иных обстоятельствах был бы безучастен к протесту.

К тому времени Киев был уже по полной программе обработан информационно. Тут сыграло свою роль и реально плохое отношение к Виктору Януковичу и «семье» – на выборах в Верховную Раду пропрезидентская Партия регионов набрала по Киеву всего 13% голосов. Но куда большее влияние оказала массированная пропагандистская кампания, в том числе в эфире крупнейших украинских телеканалов.

Об этом я уже говорил, но не грех и повториться. Все крупнейшие украинские телеканалы контролировались (и продолжают контролироваться) несколькими олигархическими группировками. Так, Коломойский «держит» канал «1+1» (помимо этого ему принадлежит и крупнейшее информационное агентство «Униан», – а телеканалы часто, если не всегда, узнают новости из лент информационных агентств), а Порошенко – популярный «Пятый канал». Группа Левочкина и Дмитрия Фирташа контролировала телеканал «Интер». Тут, кстати, имеется парадокс: казалось бы, глава администрации президента не станет работать в информационном плане против президента. Но меж тем «Интер» на протяжении всего евромайдана либо нейтрально, либо позитивно оценивал протесты. По факту ближайшее приближение Януковича с самого начала заняло позицию «пятой колонны», а в кризисный момент предало президента.

Помимо этих телеканалов еще две мощных телекомпании – ТК «Украина» и ICTV находились под контролем двух крупных бизнесменов – Рината Ахметова и Виктора Пинчука. Эти два олигарха до событий евромайдана демонстрировали лояльность власти. Но в ходе противостояния украинского президента с оппозицией эти влиятельные люди заняли нейтрально-выжидательную позицию, а их медиаактивы играли, по сути, против Януковича.

Так глава Украины оказался в полной информационной блокаде – хотя бы как-то позитивно или нейтрально о нем писали, пожалуй, только российские СМИ. А против российских телеканалов начиная с ноября проводилась последовательная кампания по дискредитации (после свержения Януковича и прихода заговорщиков к власти их и вовсе выкинут из украинских кабельных сетей – по факту это означает запрет).

Разгон евромайдана 30 ноября получился, мягко говоря, не очень убедительным. Картинку для телекамер сделали отменную: других доказательств «зверств полицейского режима» и желать нельзя, а вот разогнать или даже деморализовать оппозиционеров не удалось. Напротив, троица Кличко, Яценюк и Тягнибок на глазах превращалась в народных трибунов, а протест против «отмены евроинтеграции» обратился в бунт против правительства Николая Азарова и президента Виктора Януковича. Про «евроинтеграцию» уже толком и не вспоминали. Остался только лозунг «Украина – цэ Эуропа!». Но к нему добавились и другие: памятное россиянам еще по протестам шахтеров на Горбатом мосту в Москве «Правительство в отставку», «Банду геть!» и более радикальные варианты вроде «Коммуняку на гiлляку».

Последний лозунг – следствие перемен, произошедших в составе протестующих и среди
Страница 18 из 19

лидеров евромайдана. Дело в том, что лозунг «Коммунистов на сук» – не просто призыв к физическому уничтожению коммунистов (Компартия в Верховной Раде входила в тот момент в состав правящей коалиции с Партией регионов). Это еще и фраза из марша украинской повстанческой армии – УПА – нацистской организации, в годы Второй мировой войны прислуживавшей фашистам, уничтожавшей русских, евреев, также коммунистов и украинских сторонников СССР. В последние годы именно слова «Коммуняку на гiлляку» стали базовой «кричалкой» неонацистов на Украине. Другими лозунгами «Евромайдана» – тут его уже можно взять в кавычки, поскольку по ходу декабря 2013 года центр Киева все меньше напоминал благополучную Европу, – становятся не менее радикальные: «Кто не скачет, тот москаль» и даже откровенно нацистский «Москалей на ножи» – известный клич радикалов, как минимум, с конца 80-х годов.

Причина такой резкой трансформации проста: политическая оппозиция оседлала протест, ошибки власти добавили массовости, но для достижения политического успеха – то есть свержения Януковича или его добровольной отставки – нужна была критическая масса, состоящая не из киевской интеллигенции, студентов и хипстеров, но из боевиков, молодых фанатов и бандитов. С ноябрьским качеством актива вожди майдана своих целей добиться не могли. Это, естественно, не устраивало ни их самих, ни ждущих осязаемых результатов спонсоров. Потому была сделана ставка на радикализацию протеста.

Среди оппозиционеров, мерзнувших на площади у костров из покрышек, почти каждый вечер разносились панические слухи о скором силовом разгоне, со сцены же звучали все более агрессивные речи. При этом усиливалась и антироссийская риторика – с какого-то момента хорошим тоном у ораторов стало предложение Януковичу «убираться домой, в Луганск, в Москву, к своему Путину».

На майдане появились настоящие боевые подразделения, в основном состоящие из откровенных нацистов. Им, конечно, никакая евроинтеграция вообще была не нужна. Они выступали за чистое насилие ради насилия и за деньги, которые им платили спонсоры майдана, прежде всего олигарх Коломойский. Наиболее известной из таких группировок (но далеко не единственной) стал Правый сектор – эклектичное объединение нескольких неонацистских группировок и разделявших их взгляды футбольных фанатов. Эти люди долго готовились к своему звездному часу в тренировочных лагерях полуподпольного типа, в основном на Западной Украине. И вот пришло их время.

Героями украинских ультрас были лидеры нацистов времен Второй мировой – Степан Бандера и Роман Шухевич. Именно их лозунг «москалей на ножи» стал плавно захватывать умы оппозиционеров. Причем чем дальше, тем больше под москалями стали подразумевать не только русских, но и восточных украинцев – всех, кто симпатизирует России, говорит на русском, да и просто не являет в достаточной степени ненависти ко всему связанному с Россией. Нацистские речевки и ранее звучали в Киеве, например, 6 марта 2010 года во время шествия по случаю 60-летия уничтожения Шухевича. Или немногим ранее – в 2008 году – во время матча киевского «Динамо» с московским «Спартаком». Но тогда это было маргинально и не поощрялось обществом. Сейчас же слова «Коммуняку на гiлляку» и «Кто не скачет, тот москаль» стали хорошим тоном и маркером принадлежности к «креативному классу», «лучшим людям» и всем тем, кто против «злочинной влады».

Именно Правый сектор и другие неонацистские группировки предприняли первую силовую акцию – 1 декабря радикалы заняли здание киевской городской администрации и Дом профсоюзов. На майдане незалежности в этот момент проходило так называемое народное вече с целью выработать требования к власти. Но неонацистам не нужны были требования – они знали, что должны сделать. Курс на свержение режима был утвержден, и планы оппозиции начали реализовываться.

Чем же на это ответила власть? Ничем. Силы спецназа лишь сдерживали протестующих, да и то с переменным успехом. Уже 2 декабря оппозиционеры оттеснили правоохранителей и заблокировали работу кабмина, перекрыв подходы к Дому правительства. Через два дня, 4 декабря, случилось еще одно знаковое событие: в Киев прибыл глава МИД Германии Гидо Вестервелле. Он посетил лагерь бунтующих на Площади независимости и встретился с Кличко и Яценюком. Таким образом, Запад ясно дал понять: он признает легитимность действий украинской оппозиции и фактически официально играет против Януковича на стороне майдана. Неформально же Януковичу регулярно советовали из Берлина и Вашингтона «ни в коем случае» не применять силу на глазах радикализующегося евромайдана. Янукович в очередной раз проявил слабость, и на силовой сценарий не пошел. Не сделал он и попытки прийти к компромиссу с «вождями майдана», самоуверенно полагая, что все «само обойдется», а говорить президенту с оппозицией не по статусу, ведь тем самым он якобы покажет свою слабость. На самом деле оппозиция была и так в курсе того, что слабость он уже проявил, да и, как говаривал Остап Бендер, «заграница им поможет».

Радикализация выразилась не только в незаконном и наглом захвате правительственных зданий (после эта практика будет распространена по всей территории Украины), но и в первом на Украине сносе памятника Ленина бушующей толпой при полном бездействии милиции. Ленин в Киеве вызывал ненависть украинских фашистов не как идейный противник, а как символ России. И одобрение этого акта евромайданом также доказывало – протест толкнули в русофобское и антироссийское русло.

Янукович бездействовал почти 10 суток, но потом все же решился на какую-то активность. Однако его действия были половинчатыми и не были доведены до конца. Так, 11 декабря он послал «Беркут» освободить захваченную радикалами киевскую мэрию. Спецназ применил слезоточивый газ, но «правосеки» оказались подготовленными к такому развитию событий, и штурм закончился ничем – приказа на применение радикальных мер не было. Тогда же «Беркут» слегка отбросил протестующих с майдана. Силовики демонтировали часть баррикад, но на штурм основного лагеря протеста, не имея приказа, не решились.

Осознав, что штурм провалился, Янукович пригласил «вождей евромайдана» за круглый стол. Впрочем, то мероприятие ни к чему хорошему привести не могло. Яценюк, Кличко и Тягнибок не были готовы идти ни на какие уступки: во-первых, из опасения выступить недостаточно радикально и быть «слитым» своими соратниками, во-вторых, из-за того, что ставки сильно выросли, а предложения Януковича их удовлетворить не могли. Не последним фактором в срыве переговоров стало и то, что противоестественный триумвират майдана вообще никогда не мог похвастаться взаимным доверием.

Евросоюз продолжал настаивать в последовательных апелляциях к Януковичу: погромщиков с майдана властям трогать нельзя. Верховный представитель Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон, прибывшая в Киев, недвусмысленно намекнула президенту Украины, что ЕС выступает за «мирные переговоры». И разумеется, она тут же отправилась встречаться с «вождями евромайдана». Сам Янукович остался в своей администрации, растерянный, переваривая целый
Страница 19 из 19

список угроз, которыми его попотчевала г-жа Эштон, среди которых не на последнем месте были вопросы сохранности собственности и счетов «семьи» украинского президента.

Однако дальше ситуация немного поутихла. Это очень в украинском духе – страна и Киев готовились к новогодним праздникам и католическому Рождеству. Праздник для жителей Западной и Центральной Украины святой, и даже политики на это не рискнули посягнуть. После настал Новый год. В общем, ситуация подвисла в некоторой неопределенности. Однако, если технологи майдана, со своей стороны, сделали все, чтобы удержать на время праздников ситуацию под контролем и не ослабить мобилизацию, то Янукович не сделал ничего.

12 января, сразу после новогодних каникул, массовые протесты возобновились. На «народное вече» вышло около 50 тысяч человек. Через четыре дня, 16 января, резидент Украины ответил на это набором законов, которые оппозиция и СМИ тут же окрестили «диктаторскими» и «драконовскими». Возможно, они и были бы таковыми, будь у Януковича воля и средства для их применения. Но в той ситуации у него не было уже ни того, ни другого: его авторитет стремительно падал даже у его сторонников.

Законы предусматривали ограничения, штрафные и меры уголовного воздействия за нарушение правил проведения массовых мероприятий, а также серию мер, направленных против оппозиции и протестующих. В частности, запрещалось ездить в колоннах автомобилей более пяти (штраф до 850 тысяч гривен). Направленная против «автомайдана», эта мера должна была поставить крест на деятельности автомобилистов-оппозиционеров. За нарушения на митингах можно было арестовывать и штрафовать на сумму 3400 гривен. Участие в митингах в военной форме или с военной амуницией, установка палатки в ходе акции могли повлечь за собой штраф 4–5 тысяч гривен и арест на 15 суток. Арест или штраф также грозили лицам, официально оказывающим материальную помощь организаторам незаконных акций протеста. За блокирование зданий и препятствование работе властей можно было получить уголовное преследование и срок 6 лет. За групповые беспорядки можно было сесть на два года.

В общем и целом – вполне здравые меры, но не для Украины и не для того времени. Попытка калькировать российское и американское законодательство в ситуации с раскачанным обществом и серьезным недовольством в элитах, не могла кончиться ничем хорошим. Оппозиция тут же воспользовалась фактом принятия «драконовских» поправок с целью завести толпу. В чем и преуспела: ведомые боевиками-неонацистами наиболее горячие головы с майдана перешли к активной фазе: уже 19–20 января радикалы дали самый настоящий бой милиции. В ход шли горящие покрышки, бутылки с коктейлями Молотова, брусчатка с Крещатика.

Более сотни бойцов МВД пострадали в столкновениях с погромщиками. После чего Януковичу пригрозили из Белого дома, пообещав, в случае продолжения применения силы, ввести против Украины санкции. США, естественно, обвинили в эскалации насилия украинские власти и слушать ничего не хотели о том, что в столице Киева зарождается торнадо анархии. Янукович был морально опустошен, хотя санкции против украинского государства его уже волновали мало – куда страшнее были угрозы его личному благополучию.

Столкновения, однако, продолжались. В районе улицы Грушевского в центре Киева начались настоящие уличные бои. Радикалы сожгли несколько милицейских автобусов, пострадал и вход на стадион имени Лобановского, где играет киевское «Динамо». Небо заволокло дымом от горящих шин – в районе противостояния на улице Грушевского в какие-то моменты нельзя было понять, какое время суток – так черно было от едкого дыма горящей резины.

Воочию наблюдая эскалацию конфликта, украинский президент пошел на некоторые уступки. Проводились постоянные консультации Яценюка, Кличко и Тягнибока, с одной стороны, и представителей администрации Януковича, с другой. По итогам одной из этих встреч, вечером 25 января 2014 года, было заявлено, что Виктор Янукович предложил Арсению Яценюку пост премьер-министра, а Виталию Кличко – должность вице-премьера по гуманитарным вопросам. «Президент Украины убежден, что совместная работа вместе с оппозицией поможет государству объединиться и провести необходимые реформы для государства и общества», – заявила по итогам переговоров министр юстиции украинского правительства Елена Лукаш.

Это был бы разумный компромисс, да и спасение прежде всего для Украины. Однако оппозиционеры столь щедрому предложению не обрадовались. Они уже были нацелены на немедленное свержение или добровольную отставку Януковича и менять стиль поведения на обещания не собирались. Да и опасения у них были все теми же: толпа на майдане сочла бы согласие на предложение Януковича «предательством», что ставило бы дальнейшую политическую карьеру оппозиционеров под вопрос, кроме того, пребывание на ответственных постах возложило бы на них ответственность за сложное, чтобы не сказать бедственное, положение в украинской экономике. Поэтому три лидера евромайдана отказались. Ответственности за страну они предпочли собственное политическое благополучие. Все трое продолжили красоваться перед телекамерами в обществе западных политиков, а в начале февраля посетили Мюнхен, где получили от своих кураторов дальнейшие инструкции. В ходе того визита все в Европе принимали украинских оппозиционеров как без пяти минут будущих властителей Украины.

Бои меж тем продолжались – «Беркут» пару раз без особых проблем отбрасывал нападавших «правосеков» до майдана незалежности, блокировал площадь, но приказа о дальнейших действиях, о разгоне протестующих все не было – Януковича всякий раз убеждали с Запада, что силовыми методами расправляться с майданом ни в коем случае нельзя. И президент Украины всякий раз поддавался на уговоры, даже несмотря на то, что с конца января – начала февраля майдан начал зримо вооружаться. Рядовые активисты показывали журналистам свои охотничьи ружья, травматическое оружие, мечи, булавы, топоры и прочее. Но на деле было и более серьезное вооружение. В этих обстоятельствах кровь должна была пролиться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pavel-viktorovich-danilin/vossoedinenie/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.