Режим чтения
Скачать книгу

Желание читать онлайн - Трейси Гарвис-Грейвс

Желание

Трейси Гарвис-Грейвс

Желание #1Сто оттенков любви

Что делать, если человек, которого ты любишь, не может принадлежать тебе?

Брак Клер и Криса держится на волоске. Еще никогда в жизни Клер не чувствовала себя такой одинокой. Совершенно случайно она встречает Дэниела – человека, лицо которого при виде ее расцветает в улыбке. И вот перед героиней встает дилемма: сохранить брак или отдаться своим желаниям…

Реалистичный, берущий за душу роман о браке, находящемся в состоянии кризиса. О выборе, который делает женщина ради любви и себя.

Впервые на русском языке!

Трейси Гарвис-Грейвс

Желание

Роман

Посвящается девушкам из FP: спасибо за ваш свет, любовь и смех. Без вас я не смогла бы этого сделать

Глава 1

Клер

Подбросив детей до школы, еду домой, как вдруг меня останавливают. В зеркале заднего вида успеваю заметить мигающие фары, следом раздаются два коротких гудка. Скорости я не превысила, да и других правил, кажется, не нарушала, тем не менее съезжаю на обочину. Позади меня тормозит полицейская машина. К моей двери подходит офицер, и я опускаю стекло.

– Мэм, вы знаете, что у вас не работает задняя фара?

– Правда?

Я высовываюсь из окна, будто смогу так что-то разглядеть, и тут же понимаю, как глупо, должно быть, выгляжу.

– Да, – отвечает он. – Со стороны пассажира. Могу я взглянуть на ваши документы?

– Конечно, – киваю я.

Он не похож на обычного полицейского. Смотрится скорее как модель, переодевшаяся для фотосессии в копа. Или кто-то из разряда «полицейских», показывающих стриптиз на девичнике.

Прочие мысли тут же выветриваются.

Офицер терпеливо ждет, пока я ищу нужные документы в бардачке, а потом достаю из бумажника права. Передаю все полицейскому, и он удаляется в патрульную машину. Идет обратно, наклоняется к моему окну и возвращает документы.

Вблизи я замечаю, что глаза у него зеленые, точь-в-точь такого же оттенка, как маленькое стеклышко, найденное мной два года назад на берегу Мексиканского залива: тогда мы с Крисом возили детей на остров Саут-Падре. Ростом этот мужчина где-то под метр девяносто, поджарый, но широкоплечий. На вид лет тридцати пяти – сорока, темные волосы слегка тронуты сединой, что только усиливает его привлекательность. Какая несправедливость. Он отрывает клочок бумаги от своего блокнота и, мельком глянув туда, вновь смотрит на меня:

– Клер?

– Да.

Он вручает мне штрафной талон.

– Это лишь предупреждение, – улыбается он, пытаясь рассеять мои опасения насчет штрафа. Какие же белые и идеально ровные у него зубы. – Решите этот вопрос как можно скорее, хорошо? Это небезопасно.

– Обязательно, – отвечаю я, глядя на талон. Подпись: офицер Дэниел Раш. – Спасибо.

– Хорошего вам дня, – кивает он.

Вернувшись домой, я нахожу Криса, своего мужа, на кухне с чашкой кофе. На нем джинсы и рубашка поло, как и полагается в свободную пятницу. Благоухает туалетной водой, которую я подарила ему на день рождения.

– Не видела мои часы? – вместо приветствия спрашивает он. Достаю часы из-под стопки писем на столешнице, и муж ловко надевает их на запястье. – Отвезла детей в школу?

– Да, – отвечаю я, поставив сумку на кухонный остров. – Сегодня последний школьный день.

Конечно, я и раньше говорила Крису об этом, но вполне возможно, что он забыл. У него сейчас голова забита более серьезными вещами.

– Я хотела сама отдать учителям подарки. Вряд ли они доехали бы в целости и сохранности на автобусе.

Дети для нас – самая безопасная тема разговора. Вежливый обмен репликами об их местонахождении и здоровье – вот наш нынешний стиль общения, где никто не повышает голоса. Как-то я вычитала в женском журнале, что если супруги прекращают ссориться, то дело плохо: значит, ты опустил руки и больше не пытаешься спасти брак. Надеюсь, это неправда, но подозреваю, что так и есть. Иду к посудомоечной машине, начинаю разгружать ее. Про заднюю фару даже не рассказываю – сама с этим разберусь.

Крис открывает шкафчик, достает пузырек и, вытряхнув таблетку на ладонь, запивает ее водой. Возможно, муж ждет, что я спрошу его насчет лекарств, но я молчу. Как и всегда. Крис что-то насвистывает: кажется, сегодня утром у него хорошее настроение. Я должна благодарить судьбу, что у мужа вновь появилась работа, ведь двенадцать месяцев, которые он провел дома, сильно сказались на наших отношениях. И до сих пор не все гладко. Муж берет свой ноутбук и ключи от машины, говорит мне «пока» и выходит за дверь, даже не поцеловав.

Я заканчиваю разгружать посудомоечную машину. В стеклянную раздвижную дверь скребется поскуливающий Такер. Выпускаю пса наружу.

– Иди, Такер, – говорю я.

Пес тут же кидается в погоню за белкой. Как всегда, он останется с носом, ведь зверушка ловко вскочит на забор задолго до того, как он домчится до нее. Однако Такер не оставляет попыток.

Наступает тишина. Я наливаю себе чашечку кофе и смотрю в окно, за которым царствует лето.

* * *

Со стопкой чистого белья захожу в комнату семилетней Джордан. Дочка без всяких напоминаний аккуратно застелила постель и усадила мягкие игрушки на подушке. На полу идеальный порядок: ни разбросанных носков, ни пижамы, ни единого карандашика или фломастера, которыми она так любит рисовать. Ничего. Раньше меня это беспокоило, но потом мама сказала, что в этом возрасте я вела себя точно так же.

– Клер, не ищи проблемы там, где ее нет. Девочка ценит порядок не меньше тебя.

Я так и не рассталась с этой привычкой. В моей жизни все должно быть четко организовано, разложено по полочкам. Ну и позабавила я, наверное, в прошлом году карму.

Дальше иду в комнату девятилетнего Джоша и тут же спотыкаюсь о гору машинок «Мэтчбокс». Здесь будто ураган пронесся. Сын обожает все крушить. Он не любит чистоту и порядок, как сестра. Я обхожу машинки и пересекаю комнату, переступая через груду одежды и обуви, спортивный инвентарь и гитару. Темно-синий плед съехал на пол, но простыни заправлены, да и подушки на месте. Поставлю сыну «отлично» за старания. Я кладу чистые вещи, забираю грязные и удаляюсь.

В нашей с мужем спальне примята лишь одна сторона кровати. Когда Крис бывает дома, что отныне является редким явлением, то спит он на диване в гостиной. Эта привычка возникла после ужасных приступов бессонницы. Он постоянно ворочался или вставал и в итоге решил не беспокоить меня по ночам. Сейчас я понимаю, мне следовало настоять, чтобы он остался, ведь теперь я сомневаюсь, вернется ли он когда-нибудь в нашу кровать.

В ванной поднимаю с пола его боксеры и влажное полотенце, добавляя их к охапке в моих руках. Неужели теперь вся моя жизнь – это стирка и одинокие ночи в огромной кровати?

Позже утром на кухню заходит моя соседка Элиза. В одной руке она держит коврик для йоги, в другой – огромную бутылку воды. Светло-русые волосы забраны в идеальный пучок, не столь растрепанный, как мой, а серое трико прекрасно гармонирует с розовым топом.

– Меня чуть не сбили, когда я переходила улицу, – возмущается она. – Все что, обезумели? Не понимают, сколько в нашем районе детей?

Элиза родилась и выросла в Техасе, а после колледжа ее муж Скип привез жену в свой родной штат Канзас. Когда она злится, то тут же проявляется ее гнусавый выговор.

Мы с Элизой живем в Рокленд-Хиллз –
Страница 2 из 16

это престижный район в пригороде Канзас-Сити. Коттеджи здесь большие и видные, средняя цена – триста пятьдесят тысяч долларов. В архитектуре зданий смешались разные стили, так что каждое выглядит по-своему. Мы с Крисом купили наш дом в тосканском стиле, с четырьмя спальнями, пять лет назад, сразу же влюбившись в теплые пастельные тона, выложенные терракотовой плиткой просторные полы и бра из кованой стали. Мебель мы подобрали массивную и мягкую, руководствуясь исключительно соображениями комфорта. Этот район устраивал нас почти во всех отношениях, вот только извилистые улочки, обрамленные деревьями, должным образом не патрулируются и не все следят за соблюдением скоростного режима. Самые частые нарушители – отпрыски богатых жильцов, совсем недавно получившие права.

Я беру из холодильника бутылку воды и для себя.

– Может, стоит узнать насчет дорожных знаков ограничения скорости? – предлагаю я. – Они еще мигают, знаешь такие?

– Нужно что-то предпринять. Я в ужасе от того, как быстро ехала та машина.

Сажусь за руль, и мы едем на йогу. Переступив порог, тут же ощущаю волну покоя, как и всегда при звуках музыки нью-эйдж и аромате всяческих благовоний. На низком столике стоит цветочный горшок с алоэ вера, а серовато-зеленые стены украшены картинами местных художников. Сама обстановка умиротворяет.

Оставив вещи в раздевалке, мы занимаем места в заднем ряду. Скрестив ноги, садимся на коврики и ждем начала занятия.

– У меня перегорела задняя фара, – говорю я. – Сможешь забрать меня, когда я отдам машину в мастерскую?

– Конечно, – отвечает Элиза, вытягивая руки над головой. – Когда?

– Не знаю. – Я делаю глоток воды. – Позвоню и скажу тебе, когда доберусь домой. Нужно поскорее решить этот вопрос.

– Тебя остановил полицейский?

– Да. Сегодня утром. Невероятно симпатичный полицейский.

– Выкладывай! – Подруга изгибает брови.

– Особо нечего рассказывать, – усмехаюсь я. – Я так разволновалась, что не могла вспомнить, где мои документы. Мозг будто ушел погулять. Но офицер был очень мил.

Конечно же, я не говорю Элизе, что до сих пор вспоминаю это происшествие, без конца думаю об улыбке полицейского. Может, в моем подсознании хранятся скрытые фантазии о копах. А может, мой муж слишком давно не обращал на меня внимания. Или же все дело в том, что мне, черт побери, ужасно одиноко! В любом случае это не имеет значения. Население городка – примерно двадцать две тысячи человек, и шанс встретиться вновь невелик.

Хотя все же есть.

Вдруг понимаю, что размышляю вовсе не как счастливая замужняя женщина, однако сейчас я таковой и не являюсь.

После йоги принимаю душ и пару часов сижу за ноутбуком. Потом, с тарелкой печенья и миской фруктового салата, иду через улицу к Элизе. Их со Скипом двухэтажный современный дом – полная противоположность нашему: глянцевая мебель в стиле модерн, четкие линии, голубые и серые тона.

Элиза – непревзойденный массовик-затейник, и все взрослые и дети с нетерпением ждут традиционной вечеринки по случаю окончания учебного года. Вместе сервируем длинный стол на крытой террасе, приносим бумажные тарелки и пластиковые приборы. Элиза раскладывает веером яркие салфетки.

Июнь только начался, но Средний Запад, к счастью, уже накрыла волна тепла. Температура перевалила за рекордные тридцать градусов. Из-за жары и повышенной влажности кажется, что мы перенеслись на тропический остров.

– Во сколько вы подойдете? – спрашивает Элиза.

– В полшестого. Крис обещал не опаздывать.

Однако мне кажется, что муж все равно уйдет со службы последним. Если судить по прошлому опыту, его одержимость работой скоро снова станет нормой, к черту выходные и праздники.

Мы отходим назад и окидываем взглядом плоды своих трудов.

– Думаю, все готово, – говорит Элиза. – Спасибо, что помогла.

– Не за что. Скоро увидимся.

– Пока, Клер, – машет мне рукой подруга.

Через час я стою на тротуаре в ожидании школьного автобуса. Первой из дверей выпрыгивает Джордан, падая мне в руки. Рюкзак дочери доверху набит всяческими сокровищами, что раньше хранились у нее на столе. Она держит фигурку, смутно напоминающую черепашку. Или лебедя. Я не осмеливаюсь спросить.

– Мамочка, я сделала для тебя павлина, – с гордостью произносит она и вытягивает ладошку вперед. Вдруг лицо дочки становится серьезным. – Только не сломай опять.

– Очень красиво, милая. – Я внимательно смотрю на павлина и целую дочку в лоб. – Буду осторожнее, обещаю.

Джордан – маленькая копия меня, вот только на голове у нее россыпь коротких светлых кудряшек, а мои волосы длиннее и спускаются волнами до плеч. Правда, в свои тридцать четыре года мне раз в квартал приходится осветлять пряди, делая оттенок ярче. У нас с дочерью миниатюрные носики и пухлые губы, но у нее на щеках есть ямочки и конопушки. От вида моей малышки у меня дух захватывает.

Следом за сестрой сдержанно выходит Джош. Он явно пошел в Криса: та же внешность «золотого мальчика», которая привлекла меня в его отце двенадцать лет назад. Тогда нам было по двадцать два и мы только закончили колледж, не успели даже высохнуть чернила на дипломах: у Криса – по бизнесу и маркетингу, у меня – по графическому дизайну. Подобные черты лица – правильные, симметричные, притягивающие взгляд – заставляют людей внимательно слушать тебя, ловить каждое слово. Когда Минди, моя лучшая подруга по колледжу, получила от меня несколько лет назад открытку на Рождество с семейной фотографией, то шутливо заметила: «Вам кто-нибудь говорил, что вы слегка похожи на степфордскую семейку?»[1 - Ссылка на фильм «Степфордские жены». – Здесь и далее прим. перев.]

Наверное, так и есть. Правда, в нашей светловолосой семье я «аномалия»: у меня карие глаза, а не голубые, как у прочих троих.

– Как прошел последний день в школе? – спрашиваю я детей, беря Джордан за руку и взлохмачивая волосы Джоша.

– Классно! – кричат они в ответ.

Мы вместе надрывно напеваем пару строк из песни Элис Купер «School’s out» и заходим в дом.

– Кто хочет перекусить? – спрашиваю я.

Пока дети жуют крекеры с арахисовым маслом и запивают их соком, я разбираю рюкзаки, наводя там порядок.

– Выберите в своих комнатах место для всего, что хотите оставить, хорошо?

Ставлю павлина Джордан на столешницу.

В 17.29 в дверях появляется Крис, кладет на стол ноутбук и мобильник.

– Папочка! – кидаются к нему дети, и он сгребает их в объятия.

– Я успею переодеться? – спрашивает муж.

– Конечно, – отвечаю я. – Мы подождем.

Он бежит вверх по лестнице и возвращается через две минуты в выцветшей футболке и бриджах.

– Порядок, – говорит он, подхватывая Джордан на руки и сажая ее себе на плечи.

Дочка сияет от счастья. Она обожает, когда папочка в хорошем настроении.

– Идемте, – зовет всех отец семейства.

Мы пересекаем улицу и обходим дом соседей, чтобы зайти через задний двор.

– А вот и семейство Кэнтон, – приветствует нас Скип, когда мы приближаемся к террасе.

Сосед крепко обнимает меня и целует в щеку. Джош и Джордан убегают к другим детям, веселящимся на батуте.

Мужа Элизы я просто обожаю. Раньше он играл в футбольной команде в Бэйлоре. Это дюжий мужчина с широкими плечами и растущим животиком из-за явного злоупотребления пивом и
Страница 3 из 16

барбекю, но на самом деле Скип – настоящий плюшевый мишка. Раз я видела, как он бросился под машину, чтобы спасти переползающую через дорогу черепашку, а еще помню, как он смахивал слезы, когда десятилетний Трэвис, их с Элизой единственный ребенок, получил награду за сбор средств для семьи, потерявшей все имущество в пожаре. И слов нет, как он любит свою жену!

Скип выпускает меня из объятий, пожимает руку Крису и хлопает его по спине:

– Как дела на работе, приятель?

Я на секунду напрягаюсь, забыв, что такой вопрос лучше прежнего: «Ты уже нашел работу?» Именно об этом все целый год спрашивали Криса. Муж отвечает, что прошел лишь месяц, но пока все хорошо, затем отправляется на поиски пива, даже не замечая изменений в моем настроении. Как и меня самой.

Я бросаю взгляд на расположившуюся на террасе компанию. Джулия и Джастин, живущие в доме позади нашего, и Крис сидят рядом и потягивают напитки. Джастин пьет пиво, а Джулия, как всегда, вцепилась в бокал шардоне. Пока я не поговорю с ней, то не пойму, сколько она успела выпить до вечеринки. Бриджет, Сэма и их потомства пока нет. Они живут совсем рядом с нами, так близко, что в открытое окно до меня иногда долетают ароматы стряпни Бриджет. Как обычно, это семейство опаздывает. Еще бы! Нелегкая задача – управиться с четверкой шумных мальчишек, рожденных с промежутком в полтора года. Наверное, родители уже готовы опустить руки.

– Мы придем, когда придем, – обычно говорит Бриджет.

Джастин уже заметил мое появление и чуть дольше положенного задержался на мне взглядом. Вот он поднимается со стула и направляется в мою сторону, захватывая из холодильника баночку диетического «Севен-ап».

– Привет, Клер, – говорит он и передает мне напиток. Затем целует в щеку и вальяжно оглядывает с головы до ног. – Выглядишь бесподобно.

Вряд ли в шортах и топе я похожа на звезду подиума, тем не менее я улыбаюсь и открываю баночку.

– Спасибо.

Этот односторонний безобидный флирт начался на рождественской вечеринке у Элизы и Скипа. Тогда Джастин сделал комплимент насчет моего платья, а позже, после скольких-то бокалов спиртного, поцеловал меня под веткой омелы, что определенно выходило за рамки простого соседского дружелюбия. Так с декабря это и тянется. Самоуверенность Джастина граничит с высокомерием, вряд ли ему когда-нибудь отказывали. Но есть много причин, по которым я предпочитаю не открывать эту банку с червями, в том числе из-за дружбы с Джулией. Однако внимание приятно.

Хитро улыбнувшись мне, Джастин присоединяется к мужчинам возле гриля. Скип берет блюдо из рук Элизы и перекладывает на решетку котлеты для гамбургеров и хот-доги. Воздух наполняется дымом и ароматами жареной говядины. Наши мужья следят за мясом и потягивают пиво, а мы, жены, устраиваемся на террасе. Даже спустя столько времени, миновав юношеские годы, мальчики и девочки все так же держатся отдельными стайками.

Я присаживаюсь рядом с Джулией и окидываю взглядом двор. Джош и Джордан ушли с батута и теперь играют в колдунчики с Трэвисом, а дочери Джулии попивают сок из коробочек и играют с куклами Полли Покет. Элиза разваливается на кресле рядом со мной и открывает пиво.

– Чем-нибудь помочь? – интересуюсь я.

– Не надо. – Она заводит выбившуюся прядь за ухо и вздыхает. – Скип сам справится с мясом, а остальное готово. Просто хочу посидеть минутку.

К нам поворачивается Джулия:

– У меня важные новости.

Ее глаза блестят, а речь звучит отрывисто, однако Джулия не запинается. Наверное, дома выпила бокала два. И не пожадничала с порцией. Джулия весит шестьдесят восемь килограммов и совершенно не умеет пить, правда, не из-за отсутствия опыта. Ее каштановые волосы лежат аккуратным каре до подбородка, обрамляя симпатичное личико, а голубое коротенькое платье с завышенной талией гармонирует с цветом глаз. Однако на лице Джулии уже появляются следы ежедневного потребления алкоголя, кожа приобретает либо красноватый, либо желтушный оттенок в зависимости от того, пьяна ли она, или у нее похмелье. Вид у нее всегда усталый.

– Мы с Джастином хотим выкопать бассейн, – заявляет она после многозначительной паузы. – Конечно, слегка поздновато. Следовало бы начать весной, но Джастин наконец получил большую премию, поэтому мы и решились.

Джастин – эксперт по недвижимости, чуть ли не гений, однако я не перестаю удивляться, как он по-прежнему держится на плаву. Мы все внимательно слушаем, пока Джулия рассказывает про размеры бассейна и их решение сделать не один, а целых два водопада. Стройка начнется немедленно, и если все пойдет по плану, то уже к концу июля они будут прыгать с трамплина в новенький бассейн.

Элиза, прирожденная хозяйка, задает все необходимые вопросы, и Джулия с радостью отвечает на них, наслаждаясь вниманием к своей персоне. Вдруг она замолкает и достает из холодильника бутылку – нет, скорее бутыль – дешевого шардоне и наполняет свой бокал, следя за тем, чтобы не разлить ни капельки. Внушает нешуточную тревогу та скорость, с которой ее энтузиазм по поводу бассейна сменяется желанием выпить.

Наконец появляется слегка запыхавшаяся Бриджет в окружении сыновей, а вот Сэма нигде не видно. Неизвестно, почтит ли он нас сегодня своим присутствием. Даже не могу вспомнить, когда видела его в последний раз.

Скип кричит нам, что мясо готово, и все выстраиваются в очередь. Я слежу за тем, чтобы Джош и Джордан съели что-нибудь помимо жареной картошки и добавляю на их тарелки фруктов и мини-морковки. Джастин приносит очередной диетический «Севен-ап» и, предварительно открыв банку, с улыбкой вручает мне.

После ужина я опрыскиваю детей спреем от насекомых, Джордан и Джош, конечно же, громко протестуют.

– Завтра вы поблагодарите меня, что вас не покусали комары, – говорю я. – Сладости и бенгальские огни будут позже, хорошо?

Отправляю Джоша и Джордан поиграть с другими детьми.

Четырнадцатилетний Себастьян, старший сын Бриджет, как правило, выступает в роли диджея. С айпода доносятся разнообразные мелодии: кантри для Скипа, современная музыка для Элизы, хип-хоп, любимый Трэвисом.

Крис стоит во дворе вместе со Скипом и Джастином. Воздух наполнен сигарным дымом, а смех мужчин сливается со звуками музыки. Я рада видеть улыбку на лице Криса, пускай она адресована и не мне. Он уже слегка прибавил в весе, и бриджи больше не висят на нем. Язык его тела – плечи расправлены, подбородок приподнят – говорит, что самооценка мужа понемногу восстанавливается. Однако я смотрю на то, как он болтает с другими мужчинами, не без горечи. Еще полгода назад Крис остался бы дома, но теперь он здесь, а я думаю лишь об одном: как же просто он вновь влился в компанию друзей, но до сих пор не может вернуться к прежним отношениям со мной.

Солнце уже садится, и Джастин находит меня на террасе. Опускается на стул, где недавно сидела ушедшая в уборную Джулия. Джастин что-то говорит, но из-за музыки я ничего не слышу. Он подается вперед, отводит мои волосы от уха и шепчет:

– Джулия не будет против, если я займу ее место. – Он касается губами моего уха и, пользуясь темнотой, незаметно проводит пальцем по моей шее.

Я знаю Джастина уже два года, с тех пор как они с Джулией переехали в наш район, и прежде он не уделял мне столько внимания.
Страница 4 из 16

Могут ли мужчины ощутить в женщине сексуальную неудовлетворенность? Вдруг это сродни высокочастотным звукам, которые слышны лишь собакам?

Когда Джулия выходит из дома, Джастин поднимает голову, но не отодвигается от меня. Тогда я отстраняюсь сама, чтобы никто из них не подумал чего-то лишнего. Не хочу, чтобы Джулия считала, будто меня интересует ее муж. Правда, сейчас она мало что замечает. Джулия спотыкается, и мне становится неловко за нее, но я ничего не говорю.

– Как дела? – Она садится рядом со мной и икает.

Ее язык слегка заплетается, но я делаю вид, будто не замечаю. Джастин вообще притворяется, что ничего не происходит. Но как он-то может оставлять такое без внимания?

– Хочешь воды? – спрашиваю я, когда Джулия начинает хихикать из-за икоты.

– Нет, – оживленно отвечает она, как человек, на полной скорости несущийся к алкогольному забытью.

Раньше Джулия никогда не вела себя подобным образом, но за последний год ее склонность к выпивке значительно усилилась. Уверена, на то есть причина, как же иначе? Не сказать, чтобы мы своей мнимой невнимательностью оказывали ей добрую услугу. Пора уже кому-нибудь поговорить с ней об этом. Я лично ставлю на Джастина. Правда, может, он уже от всего устал.

Элиза приносит зефир маршмеллоу, шоколад и хрустящие крекеры, Скип нанизывает зефиринки на шампуры и поджаривает на гриле. Музыка звучит слишком громко, и Бриджет просит Себастьяна сделать потише, грозя ему расправой, если он хотя бы глянет в сторону регулятора громкости на айподе.

– Ну и где Сэм? – спрашивает Элиза, когда Бриджет приземляется на соседний стул.

– На скачках, – пожимает она плечами. – Или в казино. Понятия не имею. Да и какая разница?

Бриджет смотрит в сторону Криса, который помогает детям с бенгальскими огнями – следит за тем, чтобы отгоревшие прутья складывались в металлическое ведро и никто потом не наступил на них. Она наблюдает, как Скип передает Крису шампур, а мой муж снимает подрумянившиеся зефиринки и зажимает их между шоколадной плиткой и крекером, передавая по очереди детям.

– Как жаль, что Сэм не похож на Криса, – говорит она.

Нет, совсем не жаль.

Но Бриджет не видит леса из-за деревьев, она не понимает, что между хорошим отцом и хорошим мужем лежит огромная пропасть. А может, ее это и не волнует. Хорошо там, где нас нет, и все такое. Она и не подозревает, во что превратился наш брак с Крисом. Как и Джулия. Своими секретами я делюсь лишь с Элизой. Я приложила много усилий, чтобы создать видимость устойчивого благополучия, но лишь ради того, чтобы не давать пищи для сплетен.

Честно говоря, я ужасно вымоталась.

Уже поздно. Мы забираем уставших и липких от сладостей детей и прощаемся с соседями.

Мы – Кэнтоны. Образцовые американцы, сияющие от счастья. По всем стандартам мы идеальная семья из пригорода. Как с картинки.

Если не присматриваться слишком внимательно.

Глава 2

Крис

В понедельник утром по дороге в аэропорт заезжаю за кофе. Очередь для машин в «Старбаксе» кольцом тянется вокруг здания, и сколько ни стучи нервно пальцами по рулю, быстрее она не пойдет. Сделав глубокий вдох, напоминаю себе, что на дорогу до аэропорта времени у меня предостаточно и на рейс я не опоздаю.

Остановка в этом «Старбаксе» стала неотъемлемой частью моей новой жизни, а волноваться о стремительно возрастающем уровне кофеина абсолютно бесполезно, вот я и не волнуюсь. Как и не волнуюсь из-за поездки в целом. Выбора у меня не было. Клер, конечно же, все понимает, она дала мне свое благословение. Нехотя, но все же. А вот дети… Совсем другая история. Я изо всех сил стараюсь об этом не думать.

Разумеется, я рад возможности хотя бы один день поработать в главном офисе компании, но среди невысоких, доходящих до груди, стен моего кубрика чувствую себя выставленным напоказ. Терпеть не могу офисы с открытой планировкой, однако многие крупные компании-разработчики ПО очень быстро подхватили это веяние. Человек, сказавший, что так лучше для морального духа и взаимоотношений в компании, сам, видимо, не пробовал добиться чего-либо в жизни. Постоянные помехи – враг производительности, по крайней мере для меня, поэтому по пятницам я и не приезжаю в офис раньше восьми утра. Дома я успеваю сделать намного больше.

Я скучаю по прежней компании, в которой было на тысячу сотрудников меньше. Скучаю по своему – кабинету с четырьмя полноценными стенами и дверью, которую можно закрыть.

Скучаю по детям и по своему дому. И по Клер тоже скучаю, хотя она вряд ли бы мне поверила, даже скажи я это.

Мне многого не хватает.

Глава 3

Дэниел

В понедельник в начале одиннадцатого утра на бульваре довольно свободно. Водители, не превышающие скорости, все равно замедляются при виде полицейской машины, а те, кто едет слишком быстро, нажимают на тормоза. Я, конечно, останавливаю их и выслушиваю все те же избитые оправдания, а потом выписываю штраф. Мужчина в костюме-тройке на «БМВ» закатывает глаза и что-то тихо бормочет, когда я вручаю ему повестку в суд за превышение скорости.

– Не гоняйте, – без улыбки говорю я.

Следом я останавливаю женщину. Она тут же начинает психовать, громко вздыхая и поглядывая на часы, будто я намеренно испортил ей все утро.

– Мэм, вы хотя бы понимаете, с какой скоростью ехали?

Как мне кажется, вряд ли, ведь она была слишком увлечена нанесением макияжа с помощью зеркала заднего вида и болтовней по телефону.

– На этом отрезке ограничение скорости – пятьдесят пять километров в час. Мой радар показывает, что вы ехали со скоростью семьдесят.

Женщина открывает рот, чтобы возразить, но затем передает мне документы.

– Теперь я опоздаю, – громко вздыхает она.

Потом достает из сумочки помаду и умело наносит ее на губы, а я иду к своей машине.

Патрулирую бульвар до обеда, затем заезжаю в «Сабвэй» за сэндвичем и колой, а потом возвращаюсь в участок. Позже я направлюсь в пригород. Надеюсь, смена пройдет тихо и спокойно, без приключений и неприятностей вроде пропавшего ребенка или семейных разборок.

Вдруг я вспоминаю о женщине, которую остановил на днях. Симпатичная блондинка на внедорожнике с перегоревшей фарой. Вспоминаю ее улыбку и то, какой она была милой.

Весь остаток смены я представлял себе ее лицо, ведь она напомнила мне о Джесси.

Глава 4

Клер

Протираю пыль во встроенном книжном шкафу и вдруг вздрагиваю от грохота строительной техники, слишком громкого и чуждого в нашем районе. Смотрю в окно на задний двор Джастина и Джулии, который граничит с нашим собственным, и замечаю в пятидесяти ярдах ярко-желтый экскаватор. Управляющий им мужчина опускает ковш, и металл вгрызается в землю. Сегодня копают яму для бассейна.

Я провожу тряпочкой по фотографии Джоша и Джордан, ставлю ее на полку, затем с улыбкой поднимаю деревянную фигурку ручной работы, которую мы с Крисом купили на пляже Гавайев через месяц после того, как муж потерял работу. Тогда он подыскал несколько сайтов различных курортов и попросил меня выбрать какой-нибудь.

– Когда я пойду на новую работу, то вряд ли смогу куда-либо вырваться.

Тогда муж думал, что поиск работы займет всего пару недель. Мы еще не понимали, насколько все может ухудшиться.

Несколько лет я умоляла Криса взять отпуск, ведь после рождения Джоша
Страница 5 из 16

и Джордан мы поехали бы куда-либо вдвоем лишь во второй раз. Мама с папой на неделю взяли детей к себе, а мы в это время попивали «Маргариту» и плавали в океане. Мы гуляли по пляжу, держась за руки, и часами напролет кувыркались в гигантской двуспальной кровати нашего номера, предаваясь умопомрачительному сексу. Если отсутствие работы и волновало Криса, он этого не показывал, по крайней мере в тот момент и в моем присутствии.

Он совершенно не переживал из-за расходов. Найди он работу сразу же, то получил бы двойной оклад благодаря восьмимесячному выходному пособию, которое обещал заплатить его работодатель. Долгов у нас не было, за исключением выплат за дом, мы могли похвастаться положительным балансом сбережений, фондом на колледж для детей и пенсионными счетами, о которых пообещали себе не беспокоиться, ведь они, конечно же, восстановятся, когда улучшится экономическая ситуация. На бумаге дела у нас шли неплохо. Я все еще работала. Мои частные графические проекты по дизайну не приносили и десятой доли от заработков Криса, однако пополняли наш бюджет, к тому же я могла работать на дому. А самое главное, мне нравилось мое занятие.

Мы также смогли продлить наши медицинские страховки на восемнадцать месяцев, хотя цены кусались. Тогда я переживала лишь за это. У меня диабет первого типа – диагноз мне поставили в двенадцать лет, и без медицинской страховки мое заболевание могло значительно подорвать наш тщательно спланированный бюджет. Я ношу с собой инсулиновую помпу, которая заметно улучшает мою жизнь, но обходится недешево. Еще я регулярно посещаю эндокринолога и каждый месяц получаю необходимые лекарства. До окончания срока этих льгот оставалось еще полтора года. Спешить некуда.

Само собой, сокращение не стало для нас полной неожиданностью. Стоял май 2009 года, и большую часть предыдущего года мы слушали выпуски новостей о падении акций на фондовой бирже и «пузыре» на рынке недвижимости, лопающемся у всех на глазах. Эксперты заверяли, что экономический кризис подходит к концу, но безработица в стране могла продлиться еще несколько месяцев, если не лет. Многие наши знакомые уже лишились мест, и, казалось, куда ни ступи, все пытались завести полезные связи, пуская в ход любые средства, лишь бы заполучить какую-нибудь должность.

Частная компания программного обеспечения, на которую работал Крис, продержалась так долго, как только смогла, но они слишком стремительно расширились, полагаясь на внешнее финансирование и прибыль с продукции. Утопая в долгах, они сперва избавились от сотрудников службы поддержки, а следом – от высокооплачиваемых топ-менеджеров. У Криса было достаточно времени морально подготовиться к неизбежному. Он не знал, когда именно это случится, но понимал, что отдел продаж станет следующим.

– И кто будет продавать их товар? – спросила я.

– Не имеет значения, – ответил Крис. – Никто его сейчас не покупает, они недолго продержатся на плаву. Я очень удивлюсь, если компания просуществует еще полгода.

В действительности фирма закрылась через три месяца.

В тот день я сидела за кухонным столом, упаковывая угощение для праздника в честь дня рождения Джордан – розовые пакетики, доверху наполненные конфетами, – когда вдруг услышала, как поднимается гаражная дверь. Сперва я подумала, что Крис сбежал с работы пораньше, но я, конечно же, выдавала желаемое за действительное. Муж обожает работать, и не в его привычках заканчивать дела раньше времени. Восемь лет он руководил отделом продаж, и в тот день вошел на кухню с коробкой в руках, куда собрал вещи из своего кабинета, и папкой, содержащей подробности выплаты его выходного пособия. Теперь не имело значения даже то, что команда Криса, под его неустанным контролем, побила все возможные рекорды продаж в компании.

Наступили тяжелые времена.

– Мне очень жаль, – сказала я, подойдя к мужу.

– Знаю. – Он поставил коробку на кухонный остров, притянул меня к себе и поцеловал. – Но мы оба понимали, что скоро это произойдет.

– Почему не позвонил мне по дороге домой?

– Пришлось сдать мобильник, – покачал он головой.

Одна женщина с курсов йоги, которая зачастую занималась со мной рядом, недавно призналась, что ее муж потерял работу и проплакал три дня кряду.

– Он не мог остановиться, – сказала она. – Засел дома в своем кабинете. Каждый раз, когда я проходила мимо, он сидел за рабочим столом и пялился в монитор, а по его щекам текли слезы.

Я сочувственно кивнула, хотя не понимала, почему она решила поделиться со мной столь личной информацией, ведь до этого мы лишь перебрасывались парой фраз вроде «Привет!» и «Тяжелое сегодня занятие, да?».

– Уверена, он скоро куда-нибудь устроится, – сказала я, неловко погладив ее по плечу.

– Вы действительно так думаете? – с надеждой посмотрела она.

– Конечно.

Больше на йогу она не приходила.

Но Крис не стал плакать. За все проведенные вместе годы я не видела, чтобы он проронил хотя бы слезинку. Он даже не выглядел особо огорченным. Прежде Крис всегда завершал с успехом все, за что брался. Он вырос в семье, где любви было в избытке, а с деньгами приходилось туго. Самый младший из четверых детей, он привык своим трудом добиваться желаемого, поступил в колледж и окончил Канзасский университет с баллом 4.0. После выпуска Крис проработал на нескольких должностях, каждая из которых приносила больше дохода, чем предыдущая.

Рекрутеры настойчиво преследовали Криса, пытаясь переманить в другую компанию, предлагая удвоить его шестизначный оклад и установить неограниченную систему премий, но безуспешно. Они искушали его опционами на акции и корпоративными автомобилями, чтобы подсластить сделку, но муж оставался непреклонным. Крайне преданный своей компании, он поднял отдел продаж с нуля и чувствовал себя в ответе за подчиненных. Сам бы он никогда не ушел с того поста.

Однако муж не был готов к тому, что однажды не сможет справиться с ситуацией. Крису даже не пришло бы в голову, несмотря на устрашающую статистику безработицы, что он сам будет вынужден отчаянно бороться за успех на рынке труда, который с каждым днем сжимался, становясь в переносном смысле даже меньше надувного бассейна, где жарким днем плескались его дети. Теперь каждый был сам за себя.

– Давно мы уже не оставались дома наедине, да еще посредине дня. – Крис ослабил галстук и улыбнулся мне.

Солнечные лучи заполнили всю кухню, создавая над головой Криса ореол и подчеркивая его необычайно красивые черты лица.

– Это точно, – улыбнулась я в ответ.

Джордан днем находилась в детском саду, так что дети вернулись бы только к вечеру. Но мы никогда не пользовались этим драгоценным временем, ведь Крис обычно был на работе. Заметив особый взгляд мужа, который я научилась распознавать за прожитые вместе годы, я подумала, что все у нас будет хорошо. Если через час после увольнения у мужчины все же возникает желание заняться любовью с женой, значит новости не так уж сильно его подкосили.

Крис стремительно подался ко мне, взял мое лицо в ладони и нежно поцеловал, будто я была главной ценностью в его жизни.

– Что скажешь, Клер?

В ответ я крепко обняла его, и он застонал. Сняла с мужа галстук, расстегнула рубашку. Преисполненным желания
Страница 6 из 16

взглядом он внимательно следил, как мои пальцы расправляются с пуговицами. Я вдохнула аромат его одеколона, мускусный, с древесными нотками, и двинулась к чувствительному местечку у него на шее, прямо под подбородком – это его всегда сводило с ума. Провела языком по коже, слегка посасывая ее, а затем нежно прикусила.

– Да, так, – прошептал он. – В самую точку.

Крис снова обхватил мое лицо и страстно поцеловал, затем стянул с меня топ и шорты, бросая их к ногам.

Мы даже не добрались до спальни.

Как только мы остались без одежды, Крис уложил меня прямо на кухонный стол: широкий и устойчивый, как раз подходящий для подобного занятия. Мы достигли оргазма почти одновременно, волна удовольствия нахлынула на меня с такой силой, что, извиваясь на гладкой полированной поверхности, я случайно столкнула пакетики с угощениями. До сих пор помню стук леденцов, каскадом падающих на терракотовую плитку.

Грохот экскаватора возвращает меня к реальности, теперь звук стал более громким и дребезжащим. Я бросаю тоскливый взгляд на фигурку в своих руках, смахиваю с нее пыль и возвращаю на полку.

Глава 5

Крис

Выйдя из аэропорта в Альбукерке, тут же замечаю, как здесь душно. Нахожу арендованную машину, ставлю чемодан в багажник, а пиджак кладу на пассажирское сиденье. Заведя мотор, настраиваю кондиционер, пытаясь победить жару.

По навигатору добираюсь до офиса потенциального клиента, где и провожу весь день, предлагая программные решения своей компании и отвечая на все возражения в полном людей конференц-зале. Чем больше они упираются, тем сильнее я наседаю на них. Наш диалог набирает обороты, достигая того момента, когда мне лучше отступить. Теперь их очередь убедить меня, что им нужен именно мой товар. В конце рабочего дня ухожу последним, забираю необходимые бумаги и ноутбук и возвращаюсь в отель, заказываю в номер сэндвич – буду одновременно есть и вбивать данные для ежедневного отчета по продажам. По моим венам бежит адреналин, чувства на подъеме после полного событий дня. Это уже третья удача, и Джим не скупится на похвалу, которая как бальзам для ран моего изрядно потрепанного эго.

Но мне хочется большего.

Около полуночи проверяю телефон и вижу, что пропустил несколько сообщение от Клер: в девять утра жена спрашивала, нормально ли я долетел, еще два пришли в полдень и в четыре часа. Сейчас уже поздно звонить ей, поэтому я пишу, что со мной все в порядке, затем беру недоеденный сэндвич и возвращаюсь к электронным таблицам.

Глава 6

Клер

Сейчас шесть утра. Только что сварился кофе, наполняя шипением безмолвную кухню. Беру с плиты кофейник и достаю из шкафа свою любимую кружку. Выпускаю Такера на улицу, затем включаю ноутбук и сажусь за кухонный остров проверить почту. Медленно попиваю кофе, чтобы не обжечь язык. Жаль только, что нельзя наполнить вены кофеином более быстрым способом. Первое письмо, от Криса, пришло в 3.13 ночи, так что либо он засиделся допоздна за работой, либо проснулся слишком рано, чтобы завершить все дела. Оба варианта вполне правдоподобны.

Кому: Клер Кэнтон

От кого: Крис Кэнтон

Тема: Расписание

Вылетаю из Альбукерка в три часа дня, затем еду в Санта-Фе. Когда запись на осенний футбол? Джош сказал, что хочет играть в команде. В четверг, в девять утра, придет сантехник проверить оросительную систему.

Кому: Крис Кэнтон

От кого: Клер Кэнтон

Тема: Re: Расписание

Я уже записала Джоша на футбол. Утром в четверг постараюсь быть дома.

Наливаю себе вторую чашку кофе, проверяю оставшиеся письма, затем еще некоторое время работаю на ноутбуке, а в семь часов в парадную дверь тихонько стучится Бриджет. Пару недель назад мы договорились этим летом прогуливаться каждое утро по четыре мили, до того как Сэм уйдет на работу и пока спят Джош и Джордан.

Рядом с ней стоит Себастьян, одетый в футболку «Роллинг стоунз» и домашние штаны. Волосы его топорщатся во все стороны. Разумеется, четырнадцатилетний парень предпочел бы утром поспать, ведь сейчас летние каникулы, но Бриджет заставила его выполнять обязанности няньки. Она знает, что из-за командировок Криса я не смогу уйти из дома и бросить детей без присмотра. Невзирая на мои протесты, Бриджет не позволяет сыну принимать от меня плату, поскольку это «пустяковое дело, да и всего на часок». В шкафчике я держу нескончаемые запасы печенья «Поп-тартс» специально для Себастьяна. Когда мы возвращаемся, он обычно сидит на диване, весь усыпанный крошками, и смотрит телик, но я не обращаю на это внимания. Он отличный паренек.

Сегодня утром Бриджет полна энергии, подгоняемая переизбытком кофеина. Выпей я вдвое меньше, у меня бы точно участилось сердцебиение. Она весела и жизнерадостна, на лице цветет улыбка. Сейчас подруга напоминает мне спринтера, ждущего щелчка стартового пистолета. Весь день она до умопомрачения возится с детьми, а потом как убитая падает в постель, чтобы утром начать все сначала. До того как завести семью, Бриджет работала медсестрой в детском онкологическом центре. Как-то она призналась мне, что ужасно скучает по прежней жизни и порой думает, правильно ли поступила, оставшись сидеть с сыновьями и уволившись с работы.

– Ты можешь как-нибудь вернуться туда, – совершенно искренне проговорила я.

На Бриджет толстовка и трикотажные капри, ее короткие светлые волосы выбиваются из-под бейсболки.

С запада надвигается циклон, и серые небеса предвещают дождь и прохладу. Надеюсь, мы не промокнем до нитки, пока будем гулять. Я тоже беру толстовку, и мы выходим на улицу. В быстром темпе достигаем угла и поворачиваем налево, на дорожку для велосипедистов, которая почти четыре мили петляет между деревьями нашего района.

– Как ты справляешься с тем, что Крис постоянно в отъездах? – спрашивает Бриджет.

– Нормально.

Бриджет моя близкая подруга, как и Элиза, и я могу признаться, что, несмотря на мои опасения, командировки Криса пока никак на нас не сказались. Большую часть предыдущего года он провел, закрывшись в своем домашнем кабинете, обзванивая потенциальных работодателей или просматривая сайты с предложениями о работе на ноутбуке. Иногда дети даже не знали, что он дома, а когда и знали, их это не волновало, отчего я расстраивалась сильнее всего. Как и Крис.

Не то чтобы я не доверяла Бриджет, это не так. Видит Бог, у нее целая куча собственных проблем. О мастерстве Сэма – или же удаче, называйте как хотите, – в казино и на скачках ходят легенды, и Бриджет знает, что такое одиночество, ведь все свое время Сэм проводит на работе, а в оставшиеся часы делает ставки на лошадей или играет в покер. Как-то раз она очень застенчиво призналась мне, что Сэм не мог найти общего языка с детьми, пока те не повзрослели и не стали заниматься тем, что интересовало и его.

– Азартными играми? – в шутку спросила я.

– Да, – скривилась Бриджет. – Он берет их на игры «Канзас-Сити чифс»[2 - Профессиональный футбольный клуб, выступающий в Национальной футбольной лиге.]. Они знают все про ставки на разницу в счете[3 - Ставки на спортивные события.].

Мне ничего не стоило бы рассказать обо всем Бриджет, но честно говоря, я уже устала обсуждать все это: кризис, проблемы на рынке труда, депрессию Криса, а в результате – эмоциональные сдвиги в моей семье. Мне
Страница 7 из 16

просто все осточертело.

Пройдя милю, мы набираем темп. Я снимаю толстовку и повязываю на талии, поглядывая на пасмурное небо.

– Готова сыграть в банко сегодня вечером? – спрашивает Бриджет.

– Почти. Мне еще нужно забежать в «Костко»[4 - Сеть магазинов.].

Сперва мы обсуждали создание с соседями книжного клуба, но поскольку мы с Элизой единственные любители чтения, то решили, что лучше будет играть в банко. Простая настольная игра, пара коктейлей и прекрасный предлог, чтобы оставить детей дома, – это устроило всех. Сегодня вечером девочка-подросток, живущая в конце нашей улицы и иногда сидящая с детьми, ведет Джоша и Джордан в парк, а затем к себе домой – поплавать в бассейне ее родителей и полакомиться мороженым с фруктами и горячим шоколадом. Для детей это потрясающая летняя забава в троекратном размере, они бы не возражали, если бы я почаще устраивала вечера банко.

Мы находимся меньше чем в четверти мили от дома, когда небеса разверзаются и посылают на нас ливень. Весело хохоча, мы переходим на бег, совершенно не заботясь о том, что промокнем насквозь. Я кричу Бриджет «пока», когда она забегает к себе домой, и сама пулей проношусь сквозь парадную дверь, смахивая воду с лица. Джош и Джордан по-прежнему спят, а Себастьян смотрит серию «Гриффинов», которая хранится на нашем видеомагнитофоне уже больше года. Паренек устало встает с дивана, я велю ему идти домой и сразу же ложиться спать. У двери вкладываю в ладонь Себастьяна пять долларов.

– Маме не говори, – произношу я, взъерошивая его лохмы.

– Спасибо, Клер, – улыбается он.

Позже мы с детьми садимся в машину и направляемся в «Костко». Джош и Джордан с жадностью поглощают образцы для дегустации, а я наполняю тележку. Дома расставляю все по местам и по-быстрому оцениваю свое жилище – все ли в порядке. Дети играют на заднем дворе с младшим сыном Бриджет, Гриффином, время от времени отвлекаясь, чтобы съесть фруктовый лед или сбегать в туалет. Я сижу за кухонным островом, попиваю охлажденный чай и работаю над графическим проектом для рекламы местного автосалона. Наконец Гриффин уходит домой, а детей забирает няня.

– Будьте послушными и ведите себя хорошо, – говорю я, целуя каждого на прощание, потом даю указания няне: не выпускать детей из поля зрения в бассейне. – В воде будь вместе с ними, хорошо?

– Конечно, миссис Кэнтон, – отвечает девушка. – Мои родители тоже там будут.

Я закрываю за ней дверь и выключаю ноутбук, затем достаю из холодильника фрукты и сыр, что купила в «Костко». Разложив на тарелке ломтики бри и чеддера и добавив к ним винограда и дыни, ставлю рядом небольшую миску с крекерами. Остается еще пять минут спокойствия до прихода девочек.

Джулия появляется первой с бутылкой шардоне в руке. Честно говоря, выглядит она неважно. Ей только тридцать два года, а на лице уже пролегли глубокие морщины, будто кожа не получает достаточного количества влаги. Глаза Джулии заволокло усталостью, а волосы лишились былого блеска.

– Привет, – говорю я и вдруг ни с того ни с сего обнимаю ее.

Джулия кажется крошечной и хрупкой, будто недоедает.

– И тебе привет, Клер, – удивленная таким приемом, отвечает соседка.

Обычно она не терпит нежностей, если, конечно, это не конец вечера. Когда Джулия действительно напивается, то разглагольствует о том, как сильно меня любит, что обычно сопровождается объятиями и сентиментальными поцелуями.

Я захлопываю дверь и веду Джулию на кухню. Передаю ей штопор, чувствуя себя ужасной лицемеркой, однако я знаю, что, несмотря на мои слова и просьбы воздержаться от спиртного, сегодня вечером она все равно будет пить. Джулия наполняет огромный бокал и делает глоток.

Раздается звонок в дверь, и я громко кричу «заходите». На кухне появляются Элиза и Бриджет. В руках Бриджет – гигантская миска с кукурузными чипсами, а под мышкой – стеклянная баночка с острым соусом сальса собственного приготовления. У Элизы в одной руке чизкейк, в другой – упаковка пива «Амстель лайт».

– Мы не съедим все это, – вздыхаю я.

Освобождаю место на столешнице и беру из рук Бриджет чашу с чипсами. Поднимаюсь на носочки, открываю шкафчик и достаю мисочку для сальсы. Обожаю соус Бриджет. Она всегда использует самые свежие продукты, и соус получается достаточно острым, так что даже губы пощипывает. Я погружаю чипсы в мисочку, а затем со стоном наслаждения кладу в рот.

– Получилось отлично, – хвалю я соус.

Элиза ставит чизкейк на остров рядом с ведерком для вина. Я с удовольствием отведаю пару кусочков.

Когда мы с девочками только познакомились и я рассказала про диабет, они изо всех сил старались подстроиться под мой образ жизни. Приходили в гости с печеньем, не содержащим сахара, и тарелками моркови, сельдерея и брокколи, пока я не объяснила, что помпа выполняет за меня большую часть работы и я могу есть все, только в умеренных количествах. Нужно лишь следить за показателями и регулировать уровень инсулина. Девочки явно испытали облегчение, когда я разрешила им приносить что захочется, ведь то ужасное печенье так и оставалось нетронутым, а овощи отправлялись прямиком в мусорное ведро.

– И где Крис на этой неделе? – спрашивает Джулия, допивая вино и усаживаясь на табурет возле острова.

– В Санта-Фе и Альбукерке.

– Наверное, тяжко жить с мужем, который все время в разъездах. Не одиноко тебе здесь?

Одиноко мне стало задолго до командировок Криса, но Джулия этого, разумеется, не знает.

– Бывает одиноко, – искренне отвечаю я. – Но ему действительно нужна была эта работа, так что нам с детьми придется потерпеть.

Джулия вдруг щелкает пальцами, будто ей пришла в голову гениальная мысль:

– Тебе стоит сходить на вечеринку «Настоящая романтика».

– Что это еще такое? – спрашивает Бриджет.

– Ну, – смеется Джулия, – это что-то вроде вечеринок «Памперед шеф»[5 - «Памперед шеф» – компания, специализирующаяся на продаже кухонной утвари. Использует метод продаж «на вечеринке» – способ, при котором потенциальные покупатели приглашаются на вечеринку, где им демонстрируются образцы товара и делаются предложения купить его.], только с вибраторами. Вместо банко мы могли бы в следующем месяце устроить такую вечеринку.

– Почему-то меня не удивляет, что ты так хорошо осведомлена об этом, – хохочет Бриджет.

Джулия обожает обсуждать подробности своей сексуальной жизни, и мы уже привыкли к таким разговорам.

– Бриджет, не стоит этого недооценивать, – говорит Джулия. – У них есть отличная линейка товаров.

Бриджет открывает бутылку пива и садится рядом с Джулией.

– У меня четверо детей и муж, которому секс нужен каждую ночь. Где взять время еще и на вибратор?

– Я лишь хочу сказать, что не помешает иметь запасной план, – отвечает на это Джулия и поворачивается ко мне. – Клер, ты меня хотя бы слушаешь?

– Не особо, – говорю я и делаю глоток охлажденного чая.

– Я ведь завела этот разговор именно из-за тебя, – возражает Джулия.

– Спасибо, но будь уверена, я могу обойтись без секс-игрушек.

– Клер, ты такая зануда, – вздыхает Джулия.

– Я не слишком интересуюсь такими вещами, – пожимаю я плечами.

Мне уже хочется сменить тему. Обычно такие разговоры заводятся в конце вечера, после нескольких коктейлей, но сегодня мы начали
Страница 8 из 16

рано. Возможно, потому, что Джулия опередила всех на пару бокалов. Сам предмет меня не смущает, но заставляет вспомнить, что нужно как-то компенсировать отсутствие Криса в моей постели.

К вечеру стало еще жарче, чем утром, дождевые тучи двинулись дальше, так что для игры мы расположимся на веранде. Я включаю музыку, пытаясь вспомнить, какая кнопка отвечает за уличные колонки.

– Девочки, – прошу я. – Высуньте голову наружу и скажите, слышно ли музыку.

Мы проводим несколько раундов, и Бриджет каждый раз срывает банк.

– Сэм будет мной гордиться, – с нотками сарказма говорит она. – Может, этим вечером он тоже сорвет куш.

Бриджет сегодня заплатит няням больше всех, поскольку два ее старших сына отправились к друзьям с ночевкой, а за двумя младшими нужен присмотр. А Сэм останется дома в ночь банко с такой же вероятностью, с какой Крис поделится со мной своими чувствами.

Когда мы возвращаемся в дом, Джулия уговаривает нас пойти к ней. Джастин и Скип сидят с детьми и сами, возможно, пропускают по стаканчику.

Я отклоняю приглашение, хотя сейчас только девять часов. Няня уже привела детей домой, и теперь Джош и Джордан принимают душ наверху. Мне не на кого оставить их, да я и так слишком устала. Надеюсь еще посмотреть какой-нибудь фильм после того, как уложу детей спать.

Джулия слегка покачивается из стороны в сторону, доливая в свой бокал остатки шардоне. Она пересекает кухню, попивая на ходу вино, и направляется к парадной двери.

– Клер, я занесу тебе бокал завтра, – через плечо бросает Джулия.

Так я ей и поверила: как всегда, мне придется забирать бокал самой.

– Спасибо, Клер. – Элиза целует меня в щеку и забирает свои вещи. – Увидимся. Пока, Бриджет.

Она торопливо выходит на улицу – проследить, чтобы Джулия благополучно добралась домой.

Бриджет зевает. Утренний заряд кофеина ослабевает после пары бутылок пива и целого дня, заполненного родительскими обязанностями.

– Увидимся завтра в семь? – спрашиваю я Бриджет, когда она переступает порог.

– Конечно. – Она подается вперед и слегка обнимает меня. – Спасибо за вечер.

– Всегда пожалуйста.

Пятнадцать минут я убираю на кухне и веранде, после чего укладываю детей в постель. До того как отправиться наверх и самой скользнуть под одеяло, проверяю почту.

Кому: Клер Кэнтон

От кого: Крис Кэнтон

Тема: Дети

Получил твое письмо. Скажи детям, мне жаль, что я пропустил их звонок, – у меня была конференцсвязь, но я с радостью прослушал их сообщение на автоответчике. Завтра тяжелый день. Постараюсь написать, когда вернусь в отель. Заключил сделку в Альбукерке. Рассчитываю на то же самое в Санта-Фе.

Глава 7

Клер

Когда в прошлом году мы вернулись с Гавайев, Крис был без работы уже месяц. Казалось, в нашей жизни ничего особо не изменилось: хоть муж и был все время дома, он не переставал работать. «Безделье» – чуждое Крису понятие, и он дни напролет что-нибудь чинил или же отвозил детей на их праздники и факультативные занятия. Он не покладая рук работал во дворе, сажая деревья и возводя огромную подпорную стену, которую затем облагородил кустарниками и розами.

Он не сомневался, что рекрутеры, которые раньше стаями вились возле него, вскоре позвонят и скажут, что нашли для него выгодную должность, с премией по выходу на работу и шестинедельным отпуском. Конечно, Крис не слишком на это полагался и не закрывал глаза на кризис, однако некоторые сектора экономики еще преуспевали. Поэтому он думал, что рано или поздно рекрутеры найдут компанию, которой понадобится проверенный специалист по продажам, и сведут их вместе, как карты в крупной игре, развернувшейся на рынке труда. Крис не отличается особым терпением, тем не менее он ждал, и хотя он стал более задумчивым и тихим, пожалуй, только я замечала перемены.

Закончился школьный год, и в последующие месяцы Крис вызвался тренировать летнюю баскетбольную команду Джоша, а также возить Джордан на уроки по плаванию, пока я выполняла заказы. Наконец у меня появилась возможность взять дополнительную работу и более интригующие проекты. Мне не нужно было бросать все ради того, чтобы встретить школьный автобус, отвезти ребенка на занятия или устроить детский праздник.

Регулярная проверка нашего банковского счета показала, что мы тратим больше, чем планировали. Комиссия за медицинские страховки была неприлично высокой, машине Криса требовалась новая резина, а стоматолог направил нас к ортодонту, который заявил, что Джордан нуждается в дорогостоящем лечении ради устранения проблемы, невидимой простым глазом.

– Мы можем повременить, – предложила я.

Крис даже не рассматривал такой вариант.

– Нет, – решительно заявил он. – Если она в этом нуждается, то мы разберемся с проблемой сейчас.

Как-то раз он пришел домой, когда я мыла полы на кухне.

– Почему ты не попросишь Кейти заняться этим? – поинтересовался он, имея в виду нашу уборщицу, приходящую дважды в месяц.

Я погрузила швабру в ведро и отжала излишки воды.

– Пришлось ее отпустить, – со стыдом ответила я, ведь Кейти была матерью-одиночкой и действительно нуждалась в деньгах. – Сказала, что позвоню, когда мы поправим наше финансовое положение.

Крис даже не взглянул на меня, хотя, может, это я избегала смотреть на мужа, опасаясь увидеть на его лице боль задетой гордости.

– С нашими финансами все в порядке, – тихо произнес муж.

На ужине он не появился, проведя весь вечер за дверьми своего кабинета.

Я взяла еще пару проектов, соглашаясь на все предложения и стараясь побыстрее завершить работу. Иногда засиживалась за полночь, но даже тогда Крис ухитрялся меня пересидеть. Как раз в то время он перестал спать в нашей постели, предпочитая оставаться на диване, чтобы не потревожить меня, ворочаясь. Без него мне спалось намного хуже, но я не жаловалась, чтобы не доставлять ему еще большие неприятности.

Как-то вечером, в августе, я уложила детей, а после застала Криса в кабинете с калькулятором и чековой книжкой на столе. Пальцы мужа прыгали с кнопки на кнопку, а брови сошлись вместе.

– К зиме нам придется залезть в наши сбережения, – покачав головой, сказал Крис.

Он вздохнул и помассировал виски.

Единовременная выплата равнялась его окладу за восемь месяцев, но без премий, которые он когда-то получал. И хотя у нас не было долгов, все же каждый месяц нам приходилось выплачивать небольшую сумму по ипотеке. Ирония заключалась в том, что дом, которым мы некогда так гордились, значительно потерял в стоимости, когда упали цены на недвижимость. Вряд ли мы могли избавиться от него, если бы захотели, и даже найди мы покупателя, то проиграли бы по деньгам.

– Я работаю больше, чем когда-либо, – сказала я. – Если бы не твоя помощь с детьми, у меня не было бы возможности взять все эти проекты, как и времени довести их до конца.

– Да уж, от этого мне в сто раз легче, – вздохнул он, даже не стараясь скрыть раздражение.

Я всегда считала нас равноправными партнерами, но, видимо, мой некогда современный муж хранил консервативные взгляды пятидесятых годов о том, кто в семье должен зарабатывать на кусок хлеба, а кто жарить этот кусок на сковороде. А может, все дело было в задетом самолюбии.

Я ушла из кабинета, стараясь не растоптать остатки того, во что
Страница 9 из 16

превратился наш брак.

Глава 8

Дэниел

В город вернулся Дилан – прислал мне приглашение вместе выпить. После смены отправляюсь домой и переодеваюсь. Когда я захожу в бар, он сидит за стойкой с бокалом виски и треплется с барменом. Даже представить не могу, что именно он говорит, вариантов множество.

– Привет, – здороваюсь я и сажусь на соседний барный стул. – Когда приехал в город?

Делаю знак бармену: мне то же самое.

– Пару часов назад, – отвечает он и отпивает виски. – Пристрелил кого-нибудь сегодня?

Это старая избитая шутка Дилана, которая никогда ему не надоедает, – выпад в адрес моей профессии. Какая ирония – ведь свою он так и не выбрал.

– Нет, – непринужденно отвечаю я. – Как долго ты уже здесь сидишь?

– Недолго. Я просто мимо проходил.

Ему явно пора подстричься, а по мятой одежде ясно, что ночует он у кого-то на диване, кочуя с места на место со своей спортивной сумкой. Я делаю слишком большой глоток, и виски обжигает горло.

– Родителей уже видел?

– Я же сказал, что только приехал.

– Нужно было первым делом отправиться к ним. – Не знаю, зачем говорю это. Дилан всегда поступает, как ему вздумается. – Они соскучились по тебе.

– Что слышно от Джесси? – спрашивает он.

– Ничего.

Очень похоже на Дилана: спросить как раз о том, что мне не хочется обсуждать, ибо стыдно. Я делаю еще один глоток и поражаюсь: зачем я вообще сюда пришел?

– Мама волнуется за тебя. На днях звонила мне и сказала, что не может с тобой связаться.

– Постараюсь заскочить к ним перед отъездом.

– Уж постарайся, Дилан.

Я поднимаюсь, кладу деньги на барную стойку и выхожу на улицу.

По возвращении меня, как всегда, встречает пустой дом. Зажигаю свет и бросаю ключи и мобильник на журнальный столик. Беру пульт и перелистываю по телику каналы. Около десяти вечера звонит телефон, в трубке раздается обычный вопрос Мелиссы.

– Составить тебе компанию? – тихим воркующим голосом произносит она.

Дом сегодня кажется еще более пустым и безжизненным, мне совсем не хочется оставаться здесь одному.

– Конечно, – отвечаю я. – Заходи.

Она приезжает через двадцать минут и улыбается мне с порога. Без лишних слов я отступаю на шаг, пропуская ее внутрь, и следую за ней по коридору до спальни.

Глава 9

Клер

Каждый понедельник утром Крис вылетает из международного аэропорта Канзас-Сити и возвращается вечером в четверг, а пятницу проводит в своем кабинете в главном офисе организации. Теперь он директор по продажам в крупной компании-разработчике ПО. Из того, чем он удосужился поделиться со мной, ясно, что атмосфера там непростая.

– В компании ужасно острая конкуренция, – сказал он мне вскоре после вступления в должность.

Однако по голосу Криса я поняла, что предчувствие борьбы его бодрит.

Даже когда муж дома, то все равно работает, сидит с ноутбуком на диване или в своем кабинете за закрытыми дверьми. Много времени он проводит и на телефоне. Как-то раз Крис зашел на кухню, и я подумала, что он разговаривает со мной, поэтому что-то ему ответила. Но муж повернул голову, я заметила беспроводную гарнитуру и поняла, что обращается он вовсе не ко мне.

Он приезжает домой поздно, привозя сувениры, купленные по завышенной цене, – маленьких мягких зверушек для Джордан и всяческие гаджеты или игрушки для Джоша, в основном приобретенные в магазинах подарков при аэропортах. За два месяца новой работы он вновь стал любимым папочкой, в то время как я превратилась в нудную мамашу, которая заставляет детей есть овощи и ложиться спать вовремя.

– Ты их слишком балуешь, – предупредила я Криса, но я знаю, почему он так делает.

Мне захотелось сказать ему, что Джош и Джордан пока слишком малы и не будут таить на него обиды, а их воспоминания о прошедшем годе вскоре испарятся. Дети с невероятной легкостью ко всему приспосабливаются. Явно лучше, чем их родители.

На этой неделе командировка Криса продлилась на день больше, и вернулся он ночью, когда мы спали. Сейчас летние каникулы в разгаре, и когда Крис позвонил из аэропорта, то пообещал им поездку в аквапарк Канзас-Сити. Этим субботним утром солнце светит вовсю, июнь подходит к концу, а на улице, как и обещали прогнозы, тридцатиградусная жара – идеальный день для водных горок и бассейна с искусственными волнами.

Крис заходит на кухню, потирая глаза. Джош как раз запихивает в рот вафли и сосиску.

– Пап, так мы поедем в аквапарк? – спрашивает сын, вытирая губы тыльной стороной ладони и делая большой глоток апельсинового сока.

– Сначала прожуй, – говорю я, передавая ему салфетку.

– Конечно, – отвечает Крис.

Он подходит к кофейнику и наполняет чашку, затем садится за стол и зевает. Джордан улыбается ему, тогда Крис тянется к дочери и щелкает ее по носу:

– Как сегодня дела у моей принцессы?

– Хорошо, папочка, – с улыбкой отвечает она.

Дочка заканчивает завтрак и перебирается на колени к Крису, заключая его в объятия. Он крепко прижимает ее к себе.

– Ох, спасибо.

– Если вы закончили есть, то поставьте посуду в раковину, – говорю я.

– Можно мы переоденемся в купальные костюмы? – еле сдерживая радость, спрашивает Джош.

– Еще рановато, но дерзайте.

Они мигом вылетают из комнаты, чтобы приступить к сборам.

– Я сегодня не смогу с вами поехать, – говорю я Крису. – Нужно закончить важный проект, в полдень его уже сдавать. Мне следовало отправить работу еще вчера, но я попросила о небольшой отсрочке, чтобы сводить детей в зоопарк.

К счастью, клиентка поняла меня, ведь она сама работающая мама.

– Хорошо, – отвечает муж. – Все будет отлично.

Несомненно, Крис может самостоятельно справиться с этой прогулкой, но из-за его командировок мы как родители превратились в пару сменщиков: дети проводят много времени с каждым из нас, но мы редко собираемся всей семьей. Я добавляю еще один пункт к длинному списку своих тревог.

– Теперь тебе не нужно так много работать, – говорит Крис.

Какая ирония!

– Я и не беру много новых проектов, – отвечаю я. – Просто у этого довольно сжатые сроки.

Конечно, я не объясняю Крису, что не нагружаю себя из-за летних каникул, а не из-за нежелания работать. Когда начнется новый учебный год, я возьму столько проектов, сколько смогу завершить. Мне нравится чувствовать себя независимой и зарабатывать деньги собственным трудом, а к тому же и финансовая страховка не помешает: если я когда-либо действительно останусь одна, то должна твердо стоять на ногах.

– Мне нужно заменить масло и съездить за покупками, – говорю я. – Я завезу твои костюмы в химчистку.

Крис кивает, проводя ладонью по волосам.

– Хорошо, – говорит он. – Спасибо. – Под его глазами пролегли тени, и я бы сказала, что ему нужно больше спать, но он все равно не послушает. – Ты не могла бы повторно получить лекарства по рецепту?

– Конечно.

– Извини, – еле слышно произносит он. – Я пока не готов отказаться от таблеток.

– Крис, все нормально. Правда.

Да и что еще я могу сказать? Именно я настояла на антидепрессантах. Я доливаю мужу кофе и слегка пожимаю ему плечо. Он тянется к моей ладони и тоже пожимает ее. Это первое прикосновение за многие месяцы.

Когда Крис и дети уезжают в аквапарк, я сосредоточиваюсь на работе и завершаю проект, затем отправляюсь в город по делам.
Страница 10 из 16

Быстро закупаюсь в магазине, поражаясь тому, сколько всего могу успеть без двух постоянно пререкающихся детей. Завезя покупки домой, я еду поменять масло, заскакиваю в химчистку, затем забираю лекарства и в итоге решаю зайти в «Старбакс» по соседству. Заказываю себе латте со льдом и сажусь за столик на улице, в тени зонтика. Замечаю афишу на кинотеатре. Мужа и детей не будет еще несколько часов, поэтому покупаю билет на «Секс в большом городе-2». Я ужасно хотела посмотреть этот фильм. Когда я нахожу свое место в полупустом зале, настроение мое заметно улучшается, прохлада от кондиционера создает приятный контраст с нестерпимой жарой на улице и палящими лучами.

Я обожаю ходить в кино. Ничто не сравнится с удовольствием увидеть новую историю на большом экране. Раньше я никогда не бывала здесь одна, но, как только свет выключается и начинается реклама, спрашиваю себя, чего ждала.

Мы с Крисом познакомились именно в кино, в 1998 году, когда у нас оказались соседние места. Нам было по двадцать два. В тот день Кендра, моя подруга по стажировке, с которой я до сих пор иногда общаюсь, позвонила мне ближе к вечеру.

– Сегодня мы собираемся с ребятами сходить в кино на «Все без ума от Мэри». Пойдешь?

Стоял август месяц, я только что переехала после выпуска в собственную квартиру, небольшую студию в тихом районе, который находился всего в паре миль от моей первой серьезной работы. Никто не пришел бы на помощь, если бы уровень сахара в моей крови слишком понизился или повысился, так что я в первую очередь следила за симптомами диабета. Мои родители очень из-за этого переживали и пытались отговорить меня от переезда, но после двух лет шумной и хаотичной жизни с тремя подругами мне ужасно хотелось жить отдельно. Я отчаянно нуждалась в независимости и мечтала доказать родителям, как и себе, что могу быть самостоятельной. Но после переезда и парочки одиноких ночей я поняла, как сильно скучаю по девчонкам и их компании. Фирма, в которой я работала, была довольно маленькой, и хотя мне нравилось готовить презентации для клиентов, большую часть времени я трудилась в одиночку – не то что в колледже, где проекты готовились коллективно.

Так что, когда Кендра позвонила, я тут же ухватилась за возможность побыть с людьми и вырваться из своей студии, которая раньше казалась столь идеальным местом уединения. Теперь мне было там одиноко и тесно.

– Отлично, – отозвалась она. – Заеду за тобой через час.

С остальными мы встретились возле кинотеатра, и я тут же обратила внимание на Криса. Он стоял чуть поодаль – просто идеальный парень, голубоглазый, светловолосый. На нем были брюки цвета хаки и белая рубашка поло, словно он избегал неряшливости, пирсинга и татуировок, присущих студентам. Он явно выделялся из компании, но держался с таким видом, будто его это не волновало. Позже я узнала, что он был слишком занят мыслями о двух временных работах и получении отличных отметок, поэтому и не заботился о мнении окружающих. Я поняла, что пялюсь на него, и тут же отвернулась, но успела заметить, что он тоже обратил на меня внимание.

Когда мы стояли в очереди за билетами, я будто невзначай задала Кендре пару вопросов, и она рассказала, что раньше он был соседом кого-то из наших. Нас было семеро, мы купили попкорн, нашли свои места в зале, и каким-то чудом он сел рядом со мной.

– Привет, я Крис.

– Клер, – ответила я, протягивая руку. – Рада познакомиться.

Гладко выбритый, с ясным взглядом, он совершенно не походил на моего прежнего бойфренда – с вечно уставшими красными глазами после очередной вечеринки. С Логаном я встречалась почти год, но потом стало ясно, что этот стиль жизни мне совсем не подходит, и мы расстались. У меня не было ни малейшего желания постоянно безо всякой надобности рисковать своим здоровьем, как делали мои сверстники.

Раз я услышала, как Логан сказал другу:

– Клер – горячая штучка, но у нее много заморочек.

Возможно, он говорил о тех случаях, когда уровень сахара в моей крови сильно снижался. Меня начинало трясти, я сразу же покрывалась потом, но, к счастью, под рукой были таблетки глюкозы, потому что от моего парня помощи ждать не приходилось. Логан точно удрал бы, увидев действительно серьезный приступ, ведь это не слишком привлекательное зрелище: я говорю что-то невпопад, обильно потею и плачу. Могу стать агрессивной. Хотя Логан никогда в этом не признавался, мне всегда казалось, что мой диабет и необходимость придерживаться строгого режима иногда нарушали его планы. Это заболевание можно контролировать, но необходимо всегда быть начеку и держать при себе инсулин. Для Логана было сущим пустяком взять да и отправиться за две сотни миль, чтобы попасть на концерт, он намного лучше чувствовал себя в прокуренном баре, глотая стакан за стаканом пиво «Ягер», чем в темноте кинотеатра. Я испытывала настоящий стресс, пытаясь приспособиться к его миру, да еще и скачки в уровне сахара давали о себе знать, и в итоге я стала скрывать от Логана настоящее положение вещей. Мне хватало ума понять, что наши отношения неправильные. Через какое-то время я с ним порвала, и расставание не разбило сердце ни одному из нас.

После сеанса мы все отправились съесть по пицце и выпить пива, а Крис постоянно держался рядом со мной, сам заводил разговор и интересовался, не нужно ли мне что. В тот вечер он отвез меня домой.

– Дашь мне свой номер телефона? – спросил он.

– Конечно, – ответила я, передавая ему визитку и записывая на обратной стороне домашний телефон, на случай если он не захочет звонить мне на работу.

Я предполагала, что Крис поцелует меня на прощание, но он лишь положил визитку в карман и провел до дверей, а потом вернулся к машине. Я бы не возражала против поцелуя. Еще тогда я разглядела в Крисе нечто надежное, стабильное. А может, меня лишь впечатлила его внешность.

Он позвонил уже на следующий день и пригласил в кино в субботу на дневной сеанс.

– Может, нам сперва пообедать? – поинтересовался он.

– Отличная мысль, – согласилась я.

Крис заехал за мной на машине, и так началось самое лучшее в моей жизни свидание. Стоял превосходный летний денек, температура воздуха достигала двадцати четырех градусов, а надоедливая влажность куда-то пропала. Мы устроились за столиком на террасе маленького бистро и заказали к еде «Кровавую Мэри». Я не часто употребляла спиртное, но иногда выпивка была кстати, а тот день стал как раз тому подтверждением. Помню, как водка сделала меня еще более раскованной и беззаботной. Крис сказал, что не любит оливки, а поскольку мне они нравились, он засмеялся и засунул свою оливку мне в рот. В тот момент я думала лишь о прикосновении его пальцев к моим губам. Когда принесли еду, мы поделились закусками, кормя друг друга с вилок. Сторонний наблюдатель подумал бы, что мы встречаемся уже давно. Между нами не было неловкости, я чувствовала себя в его обществе чрезвычайно комфортно. Мы так отлично проводили время, что немного опоздали на сеанс (это был фильм «Спасти рядового Райана»), пропустили рекламу и устроились на своих местах как раз перед началом картины.

– Не хочешь поужинать? – спросил меня Крис, когда загорелся свет. – Наверное, ты уже устала от меня, но я опять проголодался и подумал, может, ты
Страница 11 из 16

тоже.

Я взглянула на часы. Тогда я еще не носила с собой инсулиновую помпу, поэтому мне нужно было проверить уровень сахара и сделать укол, перед тем как съесть что-либо еще.

– Пожалуй, в другой раз, – сказала я.

Он попытался скрыть удивление, ведь мы так хорошо проводили время на первом свидании, а я отказала.

– Просто мне нужно заехать домой, – добавила я.

Мы молча прошли к его машине, и Крис открыл для меня дверцу. Когда мы добрались до моего дома, он довел меня до порога и даже не сделал попытки уйти. Я открыла дверь, и он проследовал за мной по короткому коридору на кухню. Там я подошла к холодильнику, достала ампулу с инсулином, наполнила шприц, задрала подол юбки, обнажая бедро, и погрузила иглу в кожу. Обычно я не делала себе уколов в чьем-либо присутствии. Людей пугают иголки, а Логан и вовсе говорил, что «Клер ширяется». Крис молча наблюдал за моими действиями, его взгляд остановился на моей загорелой ноге. Я надела колпачок на иглу и выкинула шприц, затем подняла глаза на Криса:

– У меня диабет.

Он прислонился к столешнице, скрестив руки на груди.

– Я это понял. – Выглядел он слегка растерянным, будто недоумевал, почему я делаю из этого какую-то тайну. – И что теперь?

– Теперь мы можем ехать ужинать.

– Тогда поехали. – Он улыбнулся, моментально расслабившись.

Крис взял меня за руку, переплел наши пальцы, и мы отправились в ближайшее кафе.

– Не проще было рассказать мне об этом? – тихонько спросил он.

– Я не хотела, чтобы это что-то изменило.

Затем я рассказала Крису про Логана и про то, как мне всегда казалось, что мой диабет доставляет ему лишние неудобства. Будто для него это какое-то бремя. Конечно, было рано говорить такое, но я не удержалась:

– Мое заболевание на всю жизнь. Не каждый сможет это вытерпеть. Особенно парни.

– Похоже, Логан еще тот придурок. Ему стоило бы в первую очередь позаботиться о тебе.

Я улыбнулась Крису, на глаза вдруг навернулись слезы, но я сдержалась.

– Я могу сама о себе позаботиться.

Мне не хотелось, чтобы он считал меня беспомощной девицей, ждущей спасителя. Просто следовало знать, с чем он столкнется, оставаясь со мной.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – ответил Крис.

На этот раз, после ужина, он опять проводил меня домой и подождал, пока я не отопру дверь. Затем приблизился ко мне, взял мое лицо в ладони и поцеловал. Его губы были нежными, но что-то в этом поцелуе дало мне понять, что он любит командовать, что под хорошими манерами и учтивостью скрывается властная натура. И возможно, когда мы останемся наедине, он вовсе не будет столь вежлив, правда, я была не против. Я могла бы целую вечность стоять на пороге, наслаждаясь великолепным летним вечером и крепким телом, к которому так сильно прижималась. Перед сном я размышляла о том, что Крис как раз такой парень, с которым можно подумать о будущем.

У нас было еще три свидания, и чем больше времени мы проводили вместе, тем больше я утверждалась в своем первоначальном мнении. У Криса были четкие цели и мечты, я еще не знала человека со столь ясным взглядом на жизнь. Девушка, с которой он встречался почти все время учебы, не имела ни малейшего желания заводить семью.

– Она хотела отправиться в туристический поход по Европе, – рассказал Крис. – Останавливаться в хостелах и до последнего увиливать от работы. И все в таком духе. Но мне-то нужно совсем другое.

Он уже двигался вверх по карьерной лестнице, продавая пакеты услуг сотовой связи для «AT amp;T» и нацеливаясь на руководящую должность. Следующим пунктом в его списке стояло приобретение дома, и он сказал, что планирует сделать это в следующем году. Крис с любовью отзывался о родителях и всегда относился ко мне с уважением. Он не играл ни в какие игры, и если обещал позвонить, то так и делал. Крис был веселым, внимательным и не оставил мне другого выбора, кроме как влюбиться в него.

Неделю спустя он пригласил меня на ужин, а затем мы отправились в его квартиру. Отворив дверь, Крис даже не включил свет, а взял меня за руку и молча повел мимо кухни и гостиной в спальню. Оказавшись внутри, он тут же поцеловал меня, затем медленно стянул мою футболку и бросил на пол. Я тоже ответила ему поцелуем, тогда Крис неторопливо подвел меня к кровати. Мы вместе повалились на постель, не переставая страстно целоваться, дыхание наше участилось. Он снял с меня бюстгальтер, и я ахнула, когда он стиснул мои груди, затем наклонился и поймал губами сосок. Логан обычно не уделял этой стадии должного внимания, и я уже забыла, как это приятно. Крис не спешил, посасывая один сосок и массируя большим пальцем второй. Я застонала, чего уже давно сама не слышала. Он снова вернулся к моему рту, а поцелуи стали более настойчивыми, необузданными, и через пару минут я высвободилась лишь для того, чтобы сорвать с Криса рубашку и провести ладонями по крепкой груди. Мой разум заволокло дурманящим запахом его кожи с примесью мыла и одеколона.

Он нащупал пуговицу на моих джинсах и расстегнул их.

– Крис, стой. У тебя есть презервативы?

Мне следовало раньше подумать об этом.

– Да, – прошептал он, прокладывая поцелуями дорожку по моей шее и покусывая нежную кожу.

Крис расстегнул молнию и стянул с меня джинсы. Прислушался к моему быстрому, учащенному дыханию – я с нетерпением ждала нового прикосновения. Мучительно медленно он все же дотянулся до меня, скользнул пальцами под резинку трусиков и снял их. Взял мои запястья одной ладонью и вытянул руки над головой, удерживая их. Другой ладонью он развел мне колени и добрался до самого центра. Солнце уже садилось, но сквозь окно проникало достаточно света, чтобы я видела, как он ласкает меня. И я знала, что он сам следит за движениями своих пальцев. Затем он чуть помассировал в самом нужном месте. Ощущения были потрясающие, и я тут же кончила. Все тело завибрировало, я закричала, но меня это уже не волновало, ведь Логан никогда со мной такого не делал.

– Ты такая красивая. – Крис отвел волосы с моего лица и нежно поцеловал.

Затем он откатился и встал с кровати. Расстегнул ширинку, ремень с клацаньем упал на пол. Я услышала шуршание пакетика с презервативом, а затем Крис накрыл меня своим телом. Он приподнялся на руках и, не отводя взгляда и прерывисто дыша, вошел в меня. Мы отлично подходили друг другу. После его оргазма мы какое-то время лежали в обнимку.

– Клер Джоунс, – прошептал Крис, – кажется, я влюбился в тебя.

Через девять месяцев он опустился передо мной на колено и попросил моей руки, а еще через шесть мы стояли перед друзьями и родными и клялись любить, слушаться и уважать друг друга, пока смерть не разлучит нас.

Я вновь возвращаюсь к реальности. Реклама закончилась, уступая место самому фильму. Я сосредоточиваюсь на картине и полностью погружаюсь в романтическую комедию. Не так уж скучно смотреть фильм в одиночестве. Мне даже удается пару раз посмеяться.

Загорается свет, я выхожу из кинотеатра следом за парочками и еду домой. Вдруг мне становится жутко одиноко.

Глава 10

Крис

В номере я бросаю на тумбочку карточку-ключ, снимаю пиджак и падаю в кресло. У меня раскалывается голова, потому что я остался без обеда, а голос хриплый, ведь пришлось весь день говорить.

Я обнаружил, что мой начальник Джим еще тот мерзавец. В нем живут два
Страница 12 из 16

человека: с первым я познакомился во время многочисленных собеседований перед устройством на должность, а второй появляется перед менеджерами по продажам, когда те, по его мнению, плохо работают. На днях я видел, как он разнес в пух и прах подчиненного в конференц-зале на глазах у многочисленных коллег. Джим высокомерный, вспыльчивый и грубый. Мне совершенно не в радость работать на такого человека. Допусти я малейшую оплошность, и вместо первого Джима передо мной мгновенно предстанет второй. Само собой, я очень счастлив, что у меня есть работа, поэтому мне не нравятся сами эти мысли, и я уж точно никогда не поделюсь ими. Даже с Клер.

В этой компании я уже два месяца и довел до конца каждую сделку, которую мне поручали. Я часами вбиваю информацию в электронные таблицы, чтобы было свидетельство всему, что я делаю, но этого все равно недостаточно. Как только я достигну своей цели, все изменится. Станет лучше. Я работаю за двоих, поскольку кризис заставил компании затянуть пояса. Разумеется, я все понимаю, и уж лучше я буду здесь, в этом номере отеля в Денвере, на работе, чем без нее. Мне бы хотелось иметь работу и проводить время с семьей, но, к сожалению, так не получилось.

Я ослабляю галстук, включаю ноутбук и приступаю к делам.

Глава 11

Клер

В День независимости я захожу к Элизе и застаю ее на кухне, говорящей по телефону. Подруга указывает на холодильник. Там стоит графин с охлажденным чаем, я беру из шкафчика стакан и наполняю его. Делаю глоток. Чай просто ледяной, с нотками лимона, все как я люблю.

– Клер! – Наконец Элиза вешает трубку и обращается ко мне. – Ты отлично выглядишь.

Она оценивающе смотрит на мой белый топ, струящуюся белую юбку до колен и босоножки. Как только я встречусь с детьми, на одежде сразу появятся грязные и липкие отпечатки рук, но пока мой наряд девственно чист. Сегодня днем я ходила в парикмахерскую подровнять кончики, теперь мои волосы сияют, спускаясь до талии. Широкополая шляпа с мягкими полями и серебряные браслеты дополняют наряд.

– Спасибо, – говорю я. – Мне хотелось какого-то разнообразия.

Наверняка завтра я по-прежнему буду в шортах и майке, но я уже давно никуда не наряжалась, почему бы и нет?

Делаю еще глоток чая и сажусь на барный стул. Наши дети, как всегда, участвуют в ежегодном параде в День независимости: Джош и Трэвис с их отрядом бойскаутов, а Джордан – от танцевальной студии. Поскольку Крис в праздник не работает, они со Скипом вызвались отвезти детей на парад, затем пройти с ними все шествие, а с нами встретиться по окончании. Все массовые развлечения устраиваются в парке, в самом конце маршрута, по которому движется парад. Дети с радостью ждут возможности прокатиться на колесе обозрения и других аттракционах.

Элиза берет из шкафчика стакан, достает из холодильника открытую бутылку «Совиньон блан», наливает себе немного и отпивает.

– Ты делала тест? – спрашиваю я, когда она опускается на барный стул рядом со мной.

– Не было нужды, – качает подруга головой. – Месячные пришли на день раньше.

Нет никаких медицинских показаний, по которым Элиза не могла бы забеременеть, так что каждый месяц она не оставляет надежд. Подруга решительно настроена завести еще одного ребенка, перепробовала уже все: от зачатия в пробирке до акупунктуры и медитации. Скип пытается убедить жену не поддаваться панике, он уже несколько раз намекал, что, может, таков Божий замысел и у них и так уже полная семья. Но Элиза остается глуха к его словам. Если ей удастся забеременеть, то неважно, как она говорит, будет ли это мальчик или девочка, главное, чтобы ребенок был здоровым. Однако ее желание родить дочку чуть ли не осязаемо, его буквально можно потрогать.

Мы приканчиваем напитки и отправляемся в парк, ставим стулья в переднем ряду, в самом конце парадного шествия, чтобы сразу же забрать детей после окончания марша. Жара сегодня терпимая, на небе ни облачка. Идеальная погода для парада.

Пока ничего интересного не происходит. На пледе вместе с матерью сидят двое малышей и машут флажками, мимо проходит группа девочек лет десяти-двенадцати, их щеки разрисованы красными, белыми и синими звездами. До нас доносится грохочущая музыка, идущая от каруселей, и запах свежего попкорна.

Двое полицейских прислонились к патрульной машине и разговаривают. Один из них, высокий и темноволосый, кажется мне знакомым.

– Помнишь, я говорила тебе про полицейского, который остановил меня в прошлом месяце за сломанную фару? – обращаюсь я к Элизе.

– Про невероятно симпатичного полицейского? – уточняет она.

– Да. Я почти уверена, что это он, возле машины. Брюнет.

От яркого солнца Элиза ставит ладонь козырьком, прикрывая глаза, и смотрит в сторону патрульных.

– Ничего себе, ты не шутила. Он очень привлекательный.

– Знаю. Могу представить, сколько непристойных предложений он получает за рабочий день.

– Уверена, его уже ничем не удивишь.

Может, я ошибаюсь, но мне показалось, что темноволосый полицейский смотрит в нашу сторону. Даже слегка щурится, будто пытается разглядеть лица.

– С кем ты общалась, когда звонила в полицейский участок по поводу дорожных знаков ограничения скорости? – спрашивает Элиза.

– Не знаю. Наверное, с диспетчером.

Я позвонила в полицейский участок после того, как мы с Бриджет во время утренней прогулки натолкнулись на мчащуюся машину. Мы еле успели отскочить на тротуар, когда мимо на всей скорости пронесся автомобиль, совершенно нас ошарашив.

– Черт тебя дери! – завопила Бриджет. – Сбрось обороты!

Сидящий за рулем подросток показал ей средний палец, и мы ответили тем же, размахивая обеими руками для пущего эффекта.

– Да уж, – усмехнулась Бриджет. – Показали мы ему. – Она закатила глаза, осознавая нелепость и неэффективность наших действий. – Вот когда на улице собьют ребенка, все перестанут смеяться.

Мрачная перспектива.

– Я сказала Элизе, что здесь нужен знак ограничения скорости, – проговорила я. – Позвоню и узнаю, что можно сделать.

– В районе, где живет моя сестра, такой есть, – ответила Бриджет. – Говорит, что это помогло.

Я позвонила в полицейский участок и узнала, что мы не единственные, кому понадобился такой знак. Видимо, спрос на них был больше того, что полиция могла выделить, поэтому нас поставили на очередь. Неизвестно, сколько пройдет времени, пока мы получим этот знак.

– Как думаешь, а если нам поговорить с кем-то напрямую? – спросила Элиза, указывая в сторону полицейских. – Объяснить, какой серьезной стала ситуация с превышением скорости. Может, они смогли бы слегка поторопить нашу очередь.

– Возможно, – ответила я. – За спрос денег не берут.

Я следую за Элизой к месту, где стоят патрульные. Они тотчас же замолкают. Брюнет улыбается: несомненно, это тот самый, кто останавливал меня.

– Добрый день. – Элиза протягивает руку. – Я Элиза Сэйджер.

– Дэниел Раш, – отвечает он на рукопожатие.

– А это моя соседка Клер Кэнтон, – представляет меня Элиза.

– Приятно познакомиться, – пожимаю я его руку.

Офицер, стоящий рядом с Дэниелом, на вид пенсионного возраста, с невыразительными чертами лица и жидкими рыжеватыми волосами. Его кожа усеяна конопушками, а может, это старческие пигментные пятна.

– А это офицер
Страница 13 из 16

Эрик Спиннер, – говорит Дэниел.

– Рад познакомиться, – говорит полицейский, пожимая нам руки.

До нас долетают громкие выкрики, и оба офицера поворачивают голову в сторону группы шумных подростков. Пара ребят обменивается оскорблениями, от их выражений я даже вздрагиваю. Дэниел замолкает, прислушиваясь к ним, а затем делает шаг вперед.

– Я разберусь, – останавливает его офицер Спиннер и сам направляется к компании.

– Возможно, вы меня не помните, – говорю я, – вы остановили меня около месяца назад за перегоревшую фару.

– Я вас помню, – кивает Дэниел. – Вы позаботились о своей машине?

– Да.

– Хорошо, – улыбается он.

– У нас есть вопрос, и мы подумали, вы могли бы нам помочь.

– Спрашивайте. В чем проблема?

– Мы живем в Рокленд-Хиллз, и на нашей улице явно пренебрегают скоростным режимом. Я позвонила в полицию, и нас поставили на очередь на получение знака по ограничению скорости. Вы не знаете, сколько времени обычно занимает эта процедура?

– Сколько вы уже ждете? – спрашивает Дэниел.

– Не очень долго, – признаюсь я. – Недели две. Мне просто любопытно, сколько обычно занимает эта процедура.

– По-разному, – отвечает он. Затем открывает дверцу машины, нагибается и достает визитку и ручку. – Какой у вас адрес? Посмотрим, что я могу сделать.

– Вы серьезно? Было бы здорово. Спасибо.

Я диктую ему свой адрес, он записывает и кладет визитку в карман.

– Не беспокойтесь, – говорит он.

Полицейский внимательно окидывает толпу взглядом слева направо, однако тело его совершенно расслаблено. Он стоит, непринужденно прислонившись к машине.

У Элизы звонит телефон, и она достает его из кармана.

– Это Скип, – говорит она и отходит на несколько шагов, чтобы ответить. – Я сейчас вернусь.

Мы с офицером остаемся наедине. Испытывая неловкость, я начинаю с ним прощаться.

– Вы здешняя? – вдруг спрашивает он.

– Да. А вы?

– Оверленд-Парк.

– Округ Шони-Мишн?

– Я учился в Западном. – Дэниел кивает.

– А я в Восточном.

– Выпуск какого года?

– Девяносто четвертый, – отвечаю я.

– Мой девяносто первый.

Значит, ему тридцать семь лет. Вновь между нами неловкая пауза. Никто не произносит ни слова, однако, когда Дэниел улыбается, меня пробирает дрожь, будто он своим присутствием вырабатывает электричество. Странное ощущение, ведь раньше я не реагировала на мужчин в форме. Мои ноги сами двигаются вперед на пару шагов.

– Мне нравится ваша шляпа, – говорит Дэниел.

– Спасибо. – Я понимаю, что пялюсь на него, и тут же отвожу взгляд. – Как вам работается на параде?

Может, это какое-то разнообразие среди его обычных обязанностей.

– Прекрасно. Пока все относительно спокойно, но позже начнется самое веселье, – говорит он. – Возможность попраздновать и теплая погода открывают в людях худшие стороны. Злоупотребление алкоголем. Как всегда, потом будет всплеск домашнего насилия.

– Это ужасно, – отвечаю я, думая о возможных драках в семьях, свидетелями чего станут дети. Звуки праздничного шествия приближаются. – Надеюсь, я вас не задерживаю, – произношу я, вдруг к своему стыду осознав, что отвлекаю полицейского от работы.

– Конечно нет, – улыбается он и качает головой.

Возвращается Элиза:

– Скип сказал, они будут здесь через пару минут.

– Ваши дети участвуют в параде? – спрашивает Дэниел.

– Да, – говорю я. – Наши сыновья от бойскаутов, а моя дочь от танцевальной студии. Они с нетерпением ждали этого.

– Сколько им лет? – интересуется он.

– Джордан семь лет, а Джошу девять. Сыну Элизы, Трэвису, десять.

Краем глаза я замечаю приближающееся шествие. Слышу звуки оркестра, громкий звон тарелок и отдаленный шум уймы ликующих детей. Элиза машет Дэниелу рукой.

– Приятно было познакомиться, – говорит она.

– Мне тоже.

– Пора идти, – подаю я голос.

– Был рад встрече, Клер.

– И я. Спасибо за помощь со знаком.

– Не за что, – отвечает Дэниел. – Хорошего дня.

Мы с Элизой возвращаемся на свои места. Спустя несколько минут к нам присоединяются Крис, Скип и дети, и вскоре я уже слушаю их оживленные рассказы о параде, переключая все свое внимание на Джоша, Джордан и Трэвиса. Теперь им хочется пойти на фестиваль в – парке, и они без умолку твердят об этом. Советуем им набраться терпения, ведь через минуту мы туда отправимся. Крис складывает мой стул и еще один, который я принесла для него, теперь мы готовы перейти на другое место. Я забираю плед и небольшую сумку-холодильник с пивом, водой и шампанским.

– Давай я понесу, – берет у меня сумку Крис.

– Как все прошло у детей? – спрашиваю я.

– Под конец они очень устали, но в целом отлично повеселились.

– Хорошо.

Пару секунд муж внимательно смотрит на меня.

– Ты сегодня принарядилась, – говорит он.

Я опускаю взгляд на свою одежду и замечаю, что кто-то из детей успел испачкать меня чем-то синим и липким. Тру пятно рукой, но лучше не становится.

– Немного, – отвечаю я.

Крису нравятся юбки. Когда мы стали встречаться, я только их и носила, особенно после того как он сказал, что мне они очень идут.

– Хорошо выглядишь, – улыбается мне муж.

– Спасибо, – улыбаюсь я в ответ.

Уже и не помню, когда он в последний раз делал мне комплимент.

Крис направляется в парк, пытаясь успеть за детьми, которые постоянно убегают вперед, и я следую за ним.

Мы покупаем праздничные браслеты, и дети становятся в очередь на каждый аттракцион, несмотря на мои призывы быть осторожнее. Джордан садится между Джошем и Трэвисом и радостно машет мне рукой, поднимаясь на колесе обозрения. Я улыбаюсь при виде ее счастливого личика. Когда колесо опускается, мы идем за детьми к следующей карусели. После первого забега по аттракционам Джордан просит нарисовать на ее лице маску тигра, Джош и Трэвис в это время едят сосиски, запивая свежим лимонадом. Дочка освобождается, и я покупаю ей сладкой ваты, а позже смеюсь, когда та прилипает к ее усам.

– Не стирай, – говорит Джордан, беспокоясь, что я смажу рисунок.

После дети прыгают в самом большом надувном замке, который я когда-либо видела, и, к счастью, никого не тошнит. Около девяти вечера мы находим зеленую полянку и располагаемся на ней: четверо взрослых сидят в рядок на стульях, а дети – на пледе перед нами. В ночном небе вспыхивают первые салюты, толпа ревет.

Дэниел, наверное, где-то рядом, думаю я. Прислонился к своей патрульной машине и смотрит на фейерверк.

И конечно же, следит за порядком.

По возвращении домой я отправляю детей спать. К вечеру они все потные и грязные, им бы не мешало принять душ, но они так сильно устали, что можно повременить до утра. К тому же сегодня Джордан ни за что не расстанется с маской тигра. Несмотря на поздний час, Крис садится на диван и включает ноутбук.

– Будешь работать? – спрашиваю я.

– Нужно пораньше заняться этими отчетами. – Он поднимает на меня взгляд.

Его желание проявить себя перед начальством не знает границ. Понимаю, он хочет доказать, что многого стоит, и тем самым стать незаменимым для компании. Я многие годы приспосабливаюсь к его одержимости работой, мне пора уже привыкнуть, но я не могу. Когда мы были помоложе и только поженились, я не сильно обращала на это внимание. Крис не пропадал в барах, как мужья многих моих подруг (или, еще хуже, в
Страница 14 из 16

стриптиз-клубах), и я гордилась тем, что он не поглядывает на других женщин и мне не надо беспокоиться о том, где он был.

Но тогда я не скучала по нему так сильно, ведь мы проводили довольно много времени вместе, всему предпочитая общество друг друга. Я терпеливо ждала мужа с работы, а когда он приходил часов в восемь-девять, а иногда и в десять и развязывал галстук, я разогревала ужин. После мы занимались любовью и обычно не ложились спать раньше полуночи. Меня переполняла энергия, свойственная двадцатилетней девушке, и я еще не научилась дорожить сном так, как после рождения Джоша и Джордан.

Мы решили завести детей всего через полгода после свадьбы. Забеременев, я проводила то время, что Крис был на работе, благоустраивая одну из трех спален нашего уютного семейного гнездышка для детской. Меня волновало лишь, какой цвет выбрать для стен, и остановилась я на нейтральном бледно-зеленом, поскольку мы не хотели знать пол ребенка до рождения. Мы подобрали мебель, а Крис за один вечер собрал кроватку, пока я развешивала всю одежду, которую заранее постирала. Помню, как подносила каждую вещичку к носу, вдыхая запах чистоты и свежести. В ящиках лежали крошечные носочки и детские комбинезоны, а в книжном шкафу находились все любимые мною с детства произведения, включая полную коллекцию Доктора Сьюза[6 - Теодор Сьюз Гейзель (Доктор Сьюз) – американский детский писатель и мультипликатор.].

Когда родился Джош, я отдалась материнству с таким энтузиазмом, что сама удивлялась. Весь прочий мир потускнел. А когда закончился мой декретный отпуск, я подала заявление на увольнение и решила стать фрилансером, чтобы работать на дому. Я кормила малыша грудью, поэтому Крис почти не знал забот, он лишь следил, чтобы сиденье в машине было правильно зафиксировано и не кончались запасы подгузников. Несколько месяцев я провела с Джошем в детской, сидя с ним в кресле-качалке, а ночные кормления превратились в мое любимое занятие. Поначалу это утомляло, но позже я стала получать ни с чем не сравнимое удовольствие от приглушенного сияния ночника, абсолютной тишины и размеренного дыхания сынишки.

Как-то вечером Крис вернулся с работы и остановился в дверном проеме, глядя, как я кормлю Джоша.

– Тебе что-нибудь нужно? – поинтересовался муж.

– Нет, – ответила я, даже не поднимая глаз. – Мне ничего больше не нужно.

Крис мог работать столько, сколько ему хотелось, ведь я относилась к тем женам – и матерям, у которых все в доме под контролем. А когда на свет появилась Джордан, я предалась материнским обязанностям с той же одержимостью, с какой заботилась о ее брате, прилагая вдвое больше усилий, чтобы уделять внимание обоим детям. Если Крис и чувствовал себя обделенным, то не показывал этого.

Когда Джордан начала спать одна, я периодически просыпалась и в тишине нашей комнаты прислушивалась, не доносится ли из детской плач или другой шум. Убедившись, что оба ребенка спят, я будила Криса, и мы по-быстрому занимались любовью. Он всегда был очень отзывчив, а секс посреди ночи стал моим способом хоть как-то компенсировать то внимание, которого я лишила мужа в первые годы материнства. Но к долгу это не имело никакого отношения, я действительно нуждалась в близости, интимной связи с Крисом, как, впрочем, и он. А может, и больше.

Уложив детей спать, я спускаюсь на первый этаж. Крис, зажав во рту ручку, перебирает пачку бумаг. И хотя муж уже долгое время не спал в нашей общей кровати, я все же говорю:

– Приходи наверх, когда закончишь. – Явного отказа я не смогу вытерпеть, поэтому добавляю: – Я лишь хочу, чтобы ты лежал рядом со мной. Пожалуйста.

Ненавижу себя за эту мольбу в голосе.

Крис переводит на меня взгляд и вынимает изо рта ручку. Я вижу, как ему не терпится вернуться к работе, однако его лицо смягчается.

– Хорошо, – говорит он. – Дай мне еще полчаса.

Но утром я просыпаюсь в одиночестве, а когда спускаюсь сварить кофе, то застаю Криса на диване – муж уснул в обнимку с бумагами и ноутбуком.

Глава 12

Крис

Я просыпаюсь от какого-то движения на кухне. Слышу, как открывается раздвижная дверь и Клер что-то тихо говорит Такеру. Льется вода, я представляю, как жена наполняет кофейник и готовит завтрак. Я по-прежнему в шортах и футболке, в которых ходил на парад. Несколько раз моргаю, чтобы проснуться. Накануне я что-то забыл сделать. Пищит ноутбук, сообщая о новом письме, и я вижу разбросанные по полу документы. Вспоминаю вдруг о просьбе Клер и о выражении ее лица, когда она позвала меня наверх.

Вот черт!

Она такая терпеливая. Намного более, чем был бы я на ее месте. А я не смог сделать то единственное, о чем она просила. Но, честно говоря, это мое упущение – лишь капля в море проблем.

Мне понадобится уйма времени, чтобы загладить свою вину перед Клер. И не только за прошлую ночь, но и за весь год.

Я обязательно это сделаю, лишь бы она еще немного подождала.

Глава 13

Дэниел

Останавливаюсь возле стола полицейского, занимающегося общественными вопросами, включая выдачу знаков на ограничение скорости. Я не очень хорошо его знаю, но, кажется, он неплохой парень.

– Чем помочь? – спрашивает он.

– Можешь проверить списки? Одна моя знакомая стоит в очереди на получение знака ограничения скорости. Ее зовут Клер Кэнтон.

Он стучит по клавишам, я жду. После парада я залез в телефонный справочник в Интернете и нашел в том районе лишь одного человека с такой фамилией – Кристофера. Очевидно, это ее муж. Когда закончилось шествие, я видел, как Клер разговаривала с высоким светловолосым мужчиной. Еще одна причина, по которой нет смысла думать о ней.

Но я ничего не могу с собой поделать.

Она действительно очень похожа на Джесси. А ее волосы… Когда я остановил Клер, то они мне не слишком запомнились, но на парад она пришла с распущенными прямыми волосами, как обычно носила Джесси. Но вот губы у Клер совсем другие… На самом деле у нее роскошные губы. Полные, но не похоже, чтобы она их искусственно увеличила. Когда она говорит, невозможно оторвать от них взгляд.

Полицейский выводит на экран список и пролистывает имена.

– Прошло довольно много времени. Она почти в самом низу.

– Ты не мог бы продвинуть ее в очереди?

– Конечно, – пожимает он плечами. – Насколько?

– На самый верх.

Парень изгибает бровь, но я остаюсь спокойным.

– Твоя подруга?

Даже не знаю, как назвать Клер. Мы ведь едва знакомы.

– Ага, – киваю я.

– Сделано, – отвечает офицер. – Она получит знак через пару дней.

– Спасибо, – говорю я. – Я перед тобой в долгу.

– Надеюсь, она того стоит, – смеется парень.

Глава 14

Клер

После пяти месяцев безработицы Крис понял, что проблема так легко не решается. Он часами сидел в кабинете, повиснув на телефоне, и дни напролет отсылал резюме в разные компании. У него сохранились контакты четырех рекрутеров, но только один из них регулярно перезванивал. Крис все больше отдалялся от меня и очень отрывисто отвечал на вопросы. Сон и вовсе покинул мужа, я просыпалась посреди ночи и находила его в кабинете, наполненном зловеще-синим сиянием ноутбука.

– Ты как? – обычно спрашивала я.

– В порядке, – отвечал он. – Ложись спать.

Меня тут же охватывала тревога, я вспоминала женщину с занятий по йоге, чей муж потерял работу. Нашел
Страница 15 из 16

ли он новое место? В нынешней ситуации Крис не знал, где применить свои навыки. Наши роли, столь четкие в прошлом, теперь находились в постоянном движении, и муж, скорее всего, не понимал, как с этим справиться.

В середине прошлого августа, когда приближался учебный год, Джошу и Джордан понадобилась новая одежда. Они выросли почти из всех вещей, а то, что подходило по размеру, уже потеряло вид. Из-за особой любви Джоша к футболу все его джинсы были порваны на коленях, а Джордан имела привычку портить вещи пятнами от фломастеров. Беспокоясь о нашем бюджете, я избегала магазинов, где обычно покупала одежду, решив, что пришло время экономить. Может, вещи моих детей будут не из эксклюзивной коллекции, но хотя бы без дыр и пятен. Джоша и Джордан вообще мало волновало, где я покупаю им одежду, а я была рада тому, что они не обращали внимания на модные тренды, это время еще не пришло.

Вместо торгового центра мы отправились в «Ти Джей Макс». В отделе одежды для девочек Джордан нашла себе юбку в розово-черную клетку и белую блузку с горловиной, отделанной таким же клетчатым рисунком.

– Мамочка, можно, я пойду в этом в школу в первый день? – спросила дочка.

– Конечно, милая, – ответила я, проверяя размер и кладя вещи в корзину. – Очень красиво.

В начале учебного года обычно еще тепло, поэтому не нужно покупать колготки в тон, и Джордан смогла бы надеть этот наряд с симпатичными балетками. Дочка выбрала еще несколько вещей в своих любимых стилях и расцветках, а Джош в это время нервно вертелся из стороны в сторону.

– Сейчас мы выберем одежду и тебе, – сказала я.

– Хорошо, – ответил он.

Сын явно заскучал и стал ворчать, что в магазине нет спортивных товаров, ведь тогда бы он уговорил меня купить ему новый футбольный или баскетбольный мяч. Когда мы наконец дошли до отдела для мальчиков, я сама выбрала ему одежду, поскольку он не выразил никаких предпочтений. Сыну все равно, что носить, и это меня радовало.

В первый школьный день, после особенного завтрака с беконом и булочками с корицей, я поставила детей на фоне камина и сделала несколько фотографий.

– Я хочу, чтобы папочка видел, как мы садимся в школьный автобус, – сказала Джордан.

– Он обязательно придет, – заверила ее я.

Однако, взглянув на запертые двери кабинета, я подумала, действительно ли Крис будет с нами, как все предыдущие годы. И облегченно выдохнула, когда через пять минут дверь отворилась. Под глазами Криса пролегли темные круги. Спал ли он вообще? Шорты на нем почти висели. Надо проследить, чтобы он нормально питался.

Когда настало время отправляться, дети надели на плечи новые рюкзаки – тоже из «Ти Джей Макса» – и последовали за мной на улицу. Крис неспешно шел позади.

Бриджет и Элиза уже стояли на остановке, вооружившись фотоаппаратами. Сэм и Скип, в строгих брюках и рубашках, были словно не в своей тарелке. Казалось, они ждут не дождутся, когда смогут уйти на работу. Это лишь формальность, на остановке они не появятся до следующего года. Через минуту к нам присоединились Джастин и Джулия. В глаза сразу же бросились ее непомерно широкие очки, а ведь день стоял пасмурный, и в них не было никакой необходимости.

– Тяжелая ночь? – спросила я.

– Я просто устала, – ответила Джулия. – Поздно легла спать.

Четверо сыновей Бриджет были с ног до головы облачены в спортивную одежду «Найк». Я поморщилась при мысли о стоимости одной лишь обуви, однако ни разу не слышала, чтобы подруга жаловалась на безденежье. Сэм работал в брокерской фирме фондовой биржи и специализировался на торговле опционами, что очень походило на азартную игру, только на деньги других людей. Это было рискованным занятием и в более спокойные времена, так что я недоумевала, как он ведет дела в сложившейся экономической ситуации. Когда кто-нибудь упоминает кризис или переживает за счет в банке, Бриджет всегда отвечает:

– Со всем разбирается Сэм, я лишь покупаю одежду, обувь и другие вещи.

– Где ты купила такой замечательный наряд для Джордан? – спросила Элиза.

– В «Ти Джей Максе», – ответила я, делая глоток кофе.

– Она такая красавица, – добавила Элиза. – И Джош тоже замечательно выглядит.

– Да, они оба чудесные, – согласилась Бриджет.

После прощальных поцелуев и объятий дети забрались в автобус, а мы помахали им рукой, наблюдая, как они заворачивают за угол и скрываются из виду. Наши мужья разошлись, а я еще на несколько минут задержалась с Элизой и Бриджет, болтая о том, чем мы хотели заняться с начала учебного года.

Когда я вернулась в дом, Крис стоял возле окна гостиной. При моем появлении муж медленно повернулся.

– Теперь мы можем позволить себе лишь магазины сниженных цен? – спросил он, не смотря мне в глаза.

– А что плохого в «Ти Джей Максе»? Одежда детей выглядит столь же симпатично, как и вещи, купленные в «Гимбори» или «Гэп», но потратила я намного меньше. Мы по-прежнему восстанавливаемся после кризиса. Все сокращают свои траты, а если и нет, то стоило бы. Нам не нужно ничего никому доказывать. – Я сделала пару шагов навстречу мужу, но он отвернулся. – Ситуация такова, что твоего выходного пособия и моих заработков не хватит, чтобы вечность держаться на плаву. Я лишь стараюсь поступать осмотрительно. И все.

– Клер, поверь мне. Никто не знает о нашей ситуации лучше меня. Именно я несу на плечах весь груз ответственности.

– Но это не только твоя ответственность. Она и моя тоже.

– Это не так, – ответил он.

Затем Крис ушел к себе в кабинет и закрыл дверь.

Самое душераздирающее зрелище за все годы нашего брака – видеть, как угасает свет моего «золотого мальчика».

Глава 15

Клер

Прибираю на кухне после ужина, как вдруг раздается звонок в дверь. Я уже покормила детей и даже успела сбегать в душ. Зачесанные назад волосы еще влажные, на лице ни капли макияжа, а под стареньким розовым халатом, с которым я не могу расстаться, ничего больше нет. Совсем не хочется открывать дверь в таком виде. Почему гости не могут прийти, когда я выгляжу нормально? Я смотрю в окно на задний двор. Джош и Джордан играют с детьми Бриджет и, кажется, отлично проводят время, поэтому я решаю никого из них не звать. В дверь снова звонят. Возможно, это соседский ребенок или какой-нибудь продавец, поэтому я иду открывать сама, чтобы поскорее отправить их прочь. Но, распахнув дверь, совершенно неожиданно обнаруживаю на пороге Дэниела Раша в полицейской форме. Ошарашенная, я тут же сильнее затягиваю пояс халата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/treysi-garvis-greyvs/zhelanie-2/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Ссылка на фильм «Степфордские жены». – Здесь и далее прим. перев.

2

Профессиональный футбольный клуб, выступающий в Национальной футбольной лиге.

3

Ставки на спортивные события.

4

Сеть магазинов.

5

«Памперед шеф» – компания, специализирующаяся на продаже кухонной утвари. Использует метод продаж
Страница 16 из 16

«на вечеринке» – способ, при котором потенциальные покупатели приглашаются на вечеринку, где им демонстрируются образцы товара и делаются предложения купить его.

6

Теодор Сьюз Гейзель (Доктор Сьюз) – американский детский писатель и мультипликатор.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.