Режим чтения
Скачать книгу

Золушка для снежного лорда читать онлайн - Ева Никольская

Золушка для снежного лорда

Ева Геннадьевна Никольская

Лорды Триалина #1

Порой оказаться не в том месте и не в то время даже хорошо – ведь можно в одночасье из прислуги в собственном доме превратиться в экономку огромного замка. И не беда, что сводная сестрица в поисках мужа тоже едет в Ледяной город, а у предложившей контракт миледи есть скрытая цель. И что хозяин замка редкостный бабник – тоже не страшно. Ведь впереди меня ждут невероятные приключения, верные друзья, сказочный бал-маскарад, волшебный наряд с «хрустальными» туфельками и, быть может, любовь настоящего снежного лорда.

Ева Никольская

Золушка для снежного лорда

Пролог

Она стояла, скрестив на груди руки, напротив большого настенного зеркала, по которому змеились уродливые трещины, и задумчиво смотрела на алую струйку крови, ярким штрихом дополнившую общую картину разрушения. Белые, словно снег, волосы лежали шелковым покрывалом на ее спине: красивой и ровной, с отточенной годами идеальной осанкой, а обычно гордо поднятая голова сейчас чуть клонилась к плечу, выдавая задумчивость. Тонкие черные брови едва заметно хмурились, а уголки бледных губ подрагивали, то ли желая подняться в улыбке, то ли, наоборот, опуститься в грустной гримасе. В комнате, которая сверкала, будто хрусталь в тусклом свете голубых ночников, было тихо и прохладно. Лишь шелест страниц за спиной женщины да мерное постукивание ее остроносой туфли о каменные плиты пола время от времени нарушали царящее вокруг безмолвие.

– Если ничего не предпринять, Кайл станет самым скверным эррисаром[1 - Эррисар – глава (король, повелитель, предводитель) третьей части ордена Триалина, именуемой крылом. У каждой из трех частей свой эррисар. Есть эррисар снежного крыла, эррисар крыла света и эррисар крыла тьмы. Под защитой крыльев находятся человеческие земли, которые носят соответствующие названия: Снежные земли, Светлые земли и Темные земли.] снежного крыла Триалина[2 - Триалин – название ордена магов, который был создан для борьбы с прорывающимися в мир Алина демонами.] за все девять поколений! – наконец проговорила блондинка, продолжая рассматривать разбитое чужим кулаком зеркальное стекло.

Голос у нее был низкий, грудной, но при этом удивительно женственный. Никаких высоких ноток, свойственных юным девам, и уж точно никакой истеричной визгливости. Впрочем, с юностью регент снежных лордов распрощалась уже давно, но зрелость лишь добавила ее облику очарования и величия, за которые можно было простить пару крошечных морщин, прячущихся в уголках холодных серых глаз.

– И что вы намерены предпринять, миледи? – подняв голову от толстой книги в серебристом переплете, спросил сидящий в кресле мужчина.

Он тоже был блондином, но лишь наполовину. Белые пряди на верхней части головы примерно на уровне ушей смешивались со смоляными, рассыпаясь по широким плечам хозяина черно-белым дождем. Черными были и густые брови, и ресницы, и легкий бархат щетины на правой щеке, в то время как другая оставалась идеально гладкой из-за давней травмы, уродливый след которой нестираемым клеймом красовался на светлой коже. Именно поэтому страж, в отличие от своих коллег мужчин, предпочитавших короткие стрижки или тугие прически, носил волосы распущенными. Под ними было удобно прятать левую сторону лица.

– Кайл сам предоставил мне то, что требуется для заклинания. – Улыбка женщины, обратившей свой холодный взор на собеседника, была поистине пугающей. Мужчина невольно напрягся, захлопнул книгу и, переложив ее с колен на стол, поднялся.

– Надеюсь, вы не задумали ничего плохого, миледи? – уточнил он, переводя взгляд с блондинки на разбитое зеркало и обратно. То, что кровь могла стать основой для самых разных чар, в Триалине знали все. А Кайлин, вспылив, был крайне неосторожен, так как умудрился не только разбить любимое волшебное зеркало наставницы, но и порезаться об его осколки.

– Гидеон, мальчик мой, – насмешливо протянула регент. – Как ты можешь предполагать такое? Кайл и ты – мои любимые ученики. И я с нетерпением жду тот день, когда один из вас станет эррисаром нашего крыла. Кайл самый подходящий кандидат на эту должность, и все мы это понимаем. – Она выдержала паузу, глядя в лицо мужчины, а затем решительно заявила: – Но правитель не должен быть бесчувственным слепцом, упивающимся своей властью и безнаказанностью. И я, как его учитель, обязана этого не допустить!

– Как? – скептически заломив бровь, поинтересовался снежный лорд.

– Очень просто, мой мальчик. – Теперь ее улыбка показалась ему коварной. – До решающих испытаний в пещере Алина[3 - Алин – название дневного светила.] еще целый месяц, так что время у нас есть. Я найду ту, которой под силу растопить осколок льда в сердце Кайлина. И Сноуриш[4 - Сноуриш – волшебное зеркало.] мне в этом поможет.

– Но зеркало разбито… – неуверенно начал мужчина, однако регент его перебила:

– Много ли ты знаешь о волшебных зеркалах, юнец, – усмехнулась она, вновь поворачиваясь к щерящемуся осколками стеклу, в котором, как в калейдоскопе, отражались кусочки выдержанной в серебристо-голубых тонах комнаты. Юнцом Гидеон не был, но спорить с этой женщиной привычно не стал. Для нее они всегда останутся мальчишками, учениками и бестолковыми оболтусами. Несмотря на то что обоим за двадцать пять и за плечами каждого не один рейд в ледяные чертоги, из глубин которых время от времени в мир прорываются демоны хаоса. – Смотри и учись! – приказала блондинка, вскидывая вверх руки с хищно растопыренными пальцами, на кончиках которых засверкали белые искры.

– Аш-ш-ш-штер-ше-рес-с-с, Сноуриш-ш-ш, – зашипела она, направляя светящийся поток на искореженную поверхность. – Шеурдар Грэйдж-ш-ш! – выдохнула вместе с облачком пара, которое начало стремительно разрастаться, скрывая от посторонних глаз зеркало. – Стап-риш! – скомандовала колдунья спустя пару минут, и белесая пелена, искрящаяся от снежной магии, растаяла без следа, открыв взорам присутствующих Сноуриш, на котором не было ни единой трещины. Лишь алый потек по-прежнему лежал на стекле, аккурат на лице отражавшейся в нем блондинки. – А теперь самое интересное, Гидеон, – предвкушающе мурлыкнула она и произнесла очередное заклинание.

Кровь вспыхнула алым заревом и впиталась в зеркало, которое начало светиться. Еще через мгновение картинка в нем смазалась, поплыла, превратившись в некое подобие размытых дождем красок, а потом четкость вновь вернулась, но вместо «хрустальной» комнаты и двух снежных магов, в обрамлении серебристой рамы, как в окне, отражалась залитая лучами Алина городская площадь, на которой вовсю кипела жизнь.

– И кто же из них та самая Золушка, что растопит сердце нашего ледяного принца? – не удержался от иронии Гидеон, рассматривая фигурки спешащих по своим делам людей, в числе которых хватало и молодых женщин.

– Скоро узнаем, – с легкой досадой в голосе ответила регент. – Видишь шпиль ратуши в виде трезубца? – мужчина кивнул, и она продолжила: – Я знаю это место. Ближайший к нашим владениям маленький городок, Снежный Дол[5 - Снежный Дол – городок,
Страница 2 из 24

из которого родом героиня.] называется. Мы там часто набираем магов для работы в замках. Как раз на этой самой площади смотрины и проводятся.

– Но Сноуриш не показал тебе лицо девушки, – напомнил лорд. – Как ты найдешь ее среди жительниц пусть небольшого, но все же города?

– Так и найду! – отмахнулась миледи. – Методом отбора.

– А если ошибешься и привезешь не ту? – пряча улыбку, спросил Гидеон.

– Я никогда не ошибаюсь, – смерив его холодным взглядом, ответила наставница.

«Ну-ну», – мысленно усмехнулся мужчина, прекрасно знавший, что ошибки у миледи Индэгры все-таки были, хоть она и не желала их признавать.

Глава 1

Отбор

– Труди, нерасторопная девчонка, что ты там копаешься так долго?! – голос мачехи был отчетливо слышен даже за толстой дверью коровника. И она, назло мне, снова сокращала мое имя до этого мерзкого «Труди». Знает ведь, как оно меня бесит, но всегда делает удивленные глаза и ссылается на забывчивость. А когда я советую обратиться к лекарю с этим недугом, делает очередную пакость отцу или Хельге, чтобы приструнить меня. Стерва, одним словом, что с нее взять? – Труди!!! Немедленно иди в дом, Тиль до сих пор не одета, а отбор состоится через каких-то три часа.

Я закатила глаза, представив, сколько раз могла бы одеться и раздеться за такой срок, особенно если б меня подгоняли вопли Ингрид. Но то я, а белоручке Клотильде с ее новомодными корсетами, трехслойными юбками и кружевом, которое вечно топорщилось на груди и рукавах, конечно же совершить такой подвиг в одиночку было тяжело. И, несмотря на нашу взаимную нелюбовь со сводной сестрой, помочь ей в этом сложном деле, кроме меня, никто не сможет. Потому что постоянных слуг в доме попросту нет (опять же кроме меня), а временных Ингрид к своей любимой дочке не подпустит. К моей же работе она давно привыкла, и у нас даже появился некий негласный договор: я веду хозяйство и занимаюсь домом, а она не докучает вечно пьяному отцу и не измывается над моей младшей сестрой.

– Гертр-р-руда, чтоб тебе ногу подвернуть! Сколько можно звать?! – раздалось совсем близко, и я поняла, что минуты моего спокойствия закончились.

– Иду я, матушка, иду! – отозвалась в надежде, что порог коровника хозяйка поместья Андервуд переступать не станет из-за боязни испачкать свои дорогие ботинки. Забавно: аристократическая кровь нашего древнего рода текла в моих жилах, отца и Хельги, но истинными леди мнили себя исключительно Ингрид и Клотильда.

– Поторопись, Труди, – более спокойно произнесла моя мучительница и, судя по воцарившейся за дверью тишине, ушла. Слава Сияющему! Еще пара минут тишины. Всего пара минут, а потом опять начнется дурдом, связанный с очередным отбором девиц для работы у снежных лордов. И почему моя сводная сестра родилась с магическими способностями?

Тоскливо взглянув на пятнистую Искорку, которую в этот момент как раз поила, я вздохнула. Телочка была еще совсем молодой и игривой, поэтому, желая приободрить кормилицу, легонько боднула меня короткими рожками.

– Ис-с-скра, – вовремя уклонившись от ее ласки, зашипела я. – Ну, мы же уже обсуждали этот вопрос, – сказала строго, но все равно погладила животное по черно-белой морде. – Нельзя бодать людей, даже если очень хочется. Так и навредить можно.

Коровка вздохнула и выдала виноватое «Му-у-у», в котором я привычно услышала вполне человеческое «Прости-и-и». Так уж вышло, что и я тоже была магом, вот только польза от моего дара оказалась невелика. Разве что тут, в коровнике он пригождался. Способность понимать и общаться с животными, птицами, а иногда даже с растениями помогала вести хозяйство, ухаживать за садом и правильно готовить лекарственные сборы. А вот в магакадемию с такими талантами меня бы никто не взял. Да и мачеха бы не отпустила и уж тем более не оплатила обучение, которое стоило приличных денег.

Хотя толку, что она отправляла туда Клотильду с толстым кошелем и собранными от знакомых кумушек рекомендациями? Наша принцесса все равно провалила вступительные экзамены, и никакие деньги-связи ей не помогли. Местных женихов, жаждущих породниться с Андервудами, что мать, что дочь, забраковывали одного за другим, считая недостаточно богатыми и знатными. И, видимо, отчаявшись найти достойную пару для своей кровинушки, Ингрид воспылала новой гениальной идеей: пристроить Тиль в услужение к снежным лордам, чтобы она покорила своей неземной красотой одного из них. Что ж, Сияющий[6 - Сияющий – нынешний бог-покровитель мира Алина. Его слуги – ангелы.] в помощь! Сияющий и я, ибо бог шнуровать корсет нашей неженке не будет.

Попрощавшись с Искоркой и другими животными в хлеву, я собрала ведра, отнесла их в пристройку у входных дверей и пошла в дом. Погода стояла по-весеннему теплая, поэтому на мне поверх домашнего платья из простой серой ткани была надета лишь отделанная мехом жилетка из сундука бывшей леди Андервуд. Вещи, оставшиеся после моей мамы, составляли бо?льшую часть моего гардероба. Пусть старомодные, ушитые и даже кое-где с заплатками, потому что не с каждой молью получалось договориться даже с помощью моего дара, но все эти наряды мне безумно нравились, хоть и в свои лучшие времена они были гораздо скромнее тех, что покупали себе Ингрид с Клотильдой.

Мамочка не любила вычурные фасоны и не понимала, зачем отдавать огромные деньги за платье, которое будет надето всего раз или два в жизни. Ей нравились простые удобные вещи с «изюминкой». А тратиться она предпочитала на книги, по которым учила разным дисциплинам маленькую меня. Жаль, что Ингрид оценила нашу семейную библиотеку вовсе не так, как ценила ее я. Через год после свадьбы она продала бо?льшую часть уникальных изданий, весьма прилично на этом заработав. А папа в ту пору хоть и перестал пить, оплакивая смерть первой жены, вел себя как влюбленный юнец, готовый потакать любой прихоти своей новой избранницы. Мое же мнение, естественно, никого не волновало.

Поначалу мачеха меня практически не замечала, пока не поняла, как можно использовать падчерицу на благо семьи и себя. Экономкой, домработницей, поварихой и садовником в нашем поместье я стала не сразу. Сначала Ингрид сменила парочку старых слуг на новый персонал, который выполнял эти обязанности, а мне давала лишь мелкие поручения, потом, ссылаясь на финансовые проблемы, просила помочь по хозяйству. Ну а когда я научилась делать всю домашнюю работу, мачеха уволила практически всю прислугу, оставив лишь пару приходящих человек для тяжелой работы. Не стану лукавить, говоря, что безропотно приняла это ее решение, но тем не менее приняла.

С Ингрид у нас не раз случались серьезные стычки, да и сейчас они бывают время от времени. И, если подумать, я уже совершеннолетняя, так что вольна в любой момент хлопнуть дверью и уйти из дома устраивать свою жизнь где-то в другом месте. Но кто тогда позаботится о моем бедном папе, который не вылезает из ближайшего питейного заведения, прячась там от упреков своей вездесущей женушки? Добрый и ранимый от природы, он стал идеальной мишенью для хваткой торговки, мечтавшей выйти замуж за пусть разорившегося,
Страница 3 из 24

но настоящего лорда. И, несмотря на все недостатки мачехи, я была ей благодарна за то, что она не позволила продать за долги наше родовое поместье. Да и прочие финансовые вопросы Ингрид решила довольно успешно, хоть и прибеднялась постоянно, не желая нанимать лишнюю прислугу. Но стервозности ее характера это не отменяло. И если папа справлялся с недовольством супруги с помощью выпивки, их общему ребенку повезло куда меньше.

Хельга родилась глухонемой, чем сильно разочаровала Ингрид. Поначалу мачеха пыталась с этим что-то делать: нанимала лекарей, обращалась к ведуньям и просто молилась Сияющему. Потом смирилась, а впоследствии и вовсе перестала обращать внимание на молчаливую малышку, словно она пустое место. Говорят, что младших детей родители любят больше, а если эти дети больны, то и подавно. В нашей семье все получилось наоборот. Мать обожала Клотильду и не испытывала никаких теплых чувств к Хель, которую считала малахольной. Даже как-то раз пыталась отправить девочку в интернат для ущербных, но и я, и протрезвевший по такому случаю папа единогласно заявили, что юной леди Андервуд там не место. И даже Клотильда, которая всегда равнодушно относилась к младшей сестре, в этом нас поддержала, отчего я не то чтобы начала лучше к ней относиться, но терпеть ее самолюбование и высокомерие мне стало значительно проще.

Так мы и жили: я занималась домом, ухаживала за малышкой Хельгой, которой зимой исполнилось уже семь, и регулярно вытаскивала отца из кабака, где он засиживался допоздна. А Ингрид инспектировала три торговые лавки, доставшиеся ей по наследству, выписывала мне чеки на покупку необходимых в хозяйстве вещей и активно вела светскую жизнь, стремясь возродить славу некогда процветающего рода Андервуд, к которому относила себя и свою ненаглядную дочь, считавшуюся в городе первой красавицей.

Снежный Дол располагался у подножия горной гряды, разделявшей Снежные земли со Светлыми, были еще Темные, но они находились совсем в другой стороне. Названия эти появились после того, как орден магов Триалина разделил огромную страну Алин-тирао[7 - Алин-тирао – общее название страны, объединяющей Светлые, Снежные и Темные земли.] на три части, каждая из которых попала под крыло стражей, сражавшихся с демонами изнанки. Было это несколько веков назад, и наш городок, тогда больше похожий на большое село, вошел в состав Снежных земель, и за это мы не раз благодарили Сияющего. Потому что, по слухам, лорды света ужасно скупы, а лорды тьмы… просто ужасны. Снежные же, напротив, хорошо заботились о своих подопечных. Особенно в последние годы. Именно благодаря им у нас открылось много магических школ и академий, бесплатных лечебниц и ледяных дорог, которые сокращали торговые пути.

А еще поднебесные стражи[8 - Поднебесные стражи – так еще в народе называют лордов Триалина.], как называли их в народе за проживание на вершинах гор, не гнушались общества простых смертных и регулярно нанимали слуг из их среды. И было даже несколько случаев, когда служанка становилась избранницей хозяина или слуга – мужем снежной леди. Ну или людям просто очень хотелось верить в подобные небылицы, которые передавали из уст в уста, подогревая интерес молодежи к временной работе на загадочных магов. Девчонок, которые участвовали в отборах, за глаза называли золушками по аналогии со старой, как мир, сказкой, героиня которой, будучи служанкой, умудрилась покорить сердце принца.

Но, как показывала практика, такие охотницы за «королевскими особами» долго у снежных лордов не задерживались. Их привозили домой раньше срока, выплатив жалованье за прошедший период. А те, кто действительно не боялся работы, возвращались после завершения контракта с подарками и деньгами, которых хватало на собственный домик, квартиру или открытие своего дела. Правда, некоторые и вовсе не возвращались, и их окутанная тайной судьба порождала новые слухи. Кто-то уверял, что человек нашел свое счастье в ледяном замке, а кто-то с пеной у рта доказывал, что стражи, давно переставшие быть людьми, замучили до смерти несчастного. Лично я склонялась ко второй версии, слишком уж странными и отстраненно-холодными были могущественные маги, порой спускавшиеся в наши города. А большинство упорно верило в красивую сказку.

И Ингрид не была исключением, потому и пыталась третий раз подряд пристроить свое чадо в услужение к лордам, наплевав на то, что Клотильда сама вроде как леди. Я же сильно сомневалась, что сестра, которая за все время нашего знакомства ни разу не помыла за собой посуду, не говоря уже о том, чтобы пол в комнате подмести, надолго задержится в ледяном замке, даже если пройдет отбор. Хотя как знать – у Сияющего порой странное чувство юмора. Вдруг нынешний работодатель ищет под предлогом служанки красивую любовницу? А на мордашку наша Тиль действительно хороша, да и фигурка у нее – что надо. Мне же терпеть одну мачеху будет куда проще, чем их тандем с дочерью.

С этими мыслями я взбежала по лестнице на второй этаж и, пройдя по начищенному до блеска коридору, вошла в комнату своей сводной сестры, чтобы сделать из нее самую красивую девушку среди претенденток, которые сегодня соберутся на площади. Пара часов у нас в запасе еще была. Сняв жилет, чтобы не стеснял движения, я принялась за работу. Тиль привычно ныла, кривилась и охала, но претензии сегодня мне не высказывала – и то хорошо.

Уложив в высокую прическу ее золотистые волосы, я украсила их шелковыми цветами ярко-синего цвета в тон атласного платья с пышной многослойной юбкой. Затем помогла участнице грядущего отбора надеть черный корсет, отороченный синим же кружевом, застегнула ожерелье с аквамаринами на нежной шейке сестры и зашнуровала на ее ногах кожаные ботинки на высоких каблуках. Смотрелись они, без сомнения, красиво, но ходить в них по нашим мощеным тротуарам было очень сложно. Однако, как часто говорила мачеха, красота требует жертв. А Клотильда сегодня была готова идти на любые жертвы в надежде попасть наконец в удивительный мир поднебесных стражей.

Так как наш город находился ближе всего к горам, мы имели возможность любоваться очертаниями ледяных замков на заснеженных вершинах и строить догадки о том, как живут их хозяева. Именно этим Тиль и занималась в промежутках между чтением любовных романов, разглядыванием своего отражения в зеркале и посещением светских приемов, на которые ездила вместе с матерью.

Вообще-то туда приглашали все семейство Андервуд, но Ингрид всегда находила достойную отговорку, чтобы мы с отцом оставались дома. Причем объясняла это заботой о нас же. Потому что спившемуся старому лорду и его простушке дочурке на званых вечерах делать нечего. Ну а глухонемая Хельга, к счастью, пока до них просто не доросла. Мы же, по словам мачехи, могли там только опозориться, чего никто из нас, естественно, не хотел. Да и смотреть на постные физиономии разряженных модниц, фальшиво улыбаясь в ответ на их лицемерные приветствия, мы в общем-то тоже не желали. Поэтому я давно привыкла, что мачеха со сводной сестрой чинной поступью покидают дом, а мы остаемся и,
Страница 4 из 24

чего уж там, вздыхаем с облегчением. Тем неожиданней стало заявление Ингрид о том, что сегодня на городскую площадь я должна буду отправиться с ними.

На мой удивленный взгляд леди Андервуд сказала, что, во-первых, ей нужен кто-то, чтобы поправить наряд и прическу Клотильды после неминуемой тряски в заказанном к воротам экипаже, а во-вторых, Хель со вчерашнего дня просится поехать на смотрины, а так как мать задолжала ей обещанный на день рождения подарок, отказать девочке она, мол, никак не может. Сообразив, что меня берут с собой в качестве прислуги и няньки, я успокоилась и, в очередной раз осмотрев со всех сторон красавицу сестру, отправилась собирать в поездку малышку и переодеваться сама.

– Мой плащ сегодня надень, тот бордовый с глубоким капюшоном, отделанным золотой тесьмой! – крикнула вслед Ингрид, и я молча кивнула на ходу.

Накидка, которую она отдала мне со своего барского плеча год назад, была хоть далеко не новой, но теплой и не вычурной, что лично мне очень нравилось. А еще под ней легко скрывалось любое, даже самое простое и совершенно немодное платье. Подозреваю, что мачеха своей щедростью именно эту цель и преследовала. Незачем посторонним знать, что старшая дочь Ивара Андервуда совсем не похожа на благородную леди, как понимают это Ингрид, Клотильда и их многочисленные знакомые. Пусть лучше все считают, что я нелюдимая затворница, а не служанка в нашем фамильном особняке. А что простой люд в курсе, так мало ли, что болтают на улице. Там и про жестоких снежных лордов слухи распускают, когда на деле они эталон благородства, великодушия и справедливости. Угу, прямо-таки божественные создания! А то, что некоторые из их наемных работников исчезают без следа – так это чистый поклеп, не иначе.

Думая о предстоящем отборе и о поднебесных стражах, я начала невольно сомневаться в правильности своих стараний. Клотильда, конечно, поганка та еще, но вдруг наниматели ее действительно выберут за красоту, которую я же и наводила, а потом вместо того чтобы вернуть как не прошедшую испытательный срок служанку, прикопают где-нибудь на своих снежных просторах. Ох, Сияющий, не допусти беды!

Забрав из детской комнаты Хельгу, я привела ее к себе. Сначала причесала и помогла одеться малышке, а потом наскоро собралась сама, сменив домашнее серое платье на тоже серое, только выходное. Обувь у меня была поношенная, но удобная, и, в отличие от наших «истинных леди», я не двигалась в ней, как неповоротливая кукла, боясь сделать неосторожный шаг, а ходила как все нормальные люди, независимо от того, к какому сословию они относились. Вообще в нашем городе аристократических семей было всего семь, и некоторые представители древних родов давно уже не строили из себя особ голубых кровей, а с уважением относились ко всем людям, которые этого уважения заслуживали. Но кое-кто по-прежнему воротил нос от простолюдинов и тех, кто с ними якшается, а зря. Прогресс не стоял на месте, так что торговцы, маги, разные предприниматели и прочие люди порой были лучше образованы и воспитаны, чем чопорные лорды и леди, считавшие, что весь мир крутится вокруг них.

Когда в комнату заглянула мачеха, чтобы поторопить нас, мы с Хельгой уже были практически готовы. Белокурая малышка привычно молчала, опасливо поглядывая на мать из-под капюшона своего весеннего пальтишка. А я торопливо заматывала в тугой узел русые кудри, отчаянно сражаясь с непослушными завитками, упорно выбивающимися из прически. Оценив мои мучения, Ингрид картинно закатила глаза, проворчала, что я бестолочь, которая может сделать из Тиль принцессу, но не в состоянии привести в порядок себя, а потом забрала из моих рук шпильки и сама заколола мне волосы. Поблагодарив ее за помощь, я перекинула через плечо сумку, взяла за руку младшую сестренку и покорно побрела вслед за мачехой к парадным дверям, возле которых, держась за стену, чтобы не упасть, стояла Клотильда. Папы дома традиционно не было: он с утра отправился в расположенную на соседней улице таверну, чтобы выпить за успех падчерицы. Ну… или за ее провал.

Мачеха с Тиль сидели на обтянутой бархатом скамье, боясь лишний раз пошевелиться, дабы не помять свои многослойные юбки и не испортить прически, мы же с Хель прильнули к окошку, чтобы полюбоваться на проплывающий мимо Снежный Дол. Вопреки названию, под белым покрывалом город прятался только зимой, сейчас же шла вторая половина весны: противная слякоть уже осталась позади, на деревьях появились молодые листочки, а лучи золотистого Алина грели все сильнее, но их тепла пока еще не хватало, чтобы сменить плащи, пальто и куртки на летние наряды.

Для малышки, которая крайне редко покидала стены поместья, даже такая непродолжительная поездка была целым приключением. Сестренка любовалась фасадами домов, радующими глаз обновленной после зимы краской, а я – ее оживленным личиком. Городок наш был, безусловно, красивым, но для меня, знавшей его как свои пять пальцев, давно неинтересным, зато смена эмоций на детском лице так и притягивала взгляд.

Для Хельги светло-розовые, нежно-голубые и молочно-желтые стены домов, сочное синее небо с белоснежными облаками, мощеные улочки с яркими витринами и прохожие в пестрой одежде – были лучшим подарком. А ведь если бы мачеха не стыдилась так младшей дочери и позволяла мне брать ее с собой на улицу, Снежный Дол не казался бы девочке набором разноцветных открыток. Она бы давно знала, что вот в той подворотне прячется лучшая в городе булочная, на воротах углового дома с башенкой всегда висит огромный ржавый замок, а собака, лежащая у порога кондитерской, вовсе не живая овчарка, а всего лишь искусно выполненная скульптура.

В пяти минутах от площади нам пришлось остановиться, пропуская ехавшую навстречу карету, – чем ближе к центру, тем старше становились здания и уже улицы. Да и по более широким мостовым приходилось буквально ползти, чтобы ненароком не зацепить встречный транспорт, спешащих поглазеть на отбор горожан или кадку с деревом, выставленную возле чьей-то лавки. Пешком я бы уже давно добралась до места, даже если бы мне пришлось нести Хель на руках, но Ингрид заявила, что она не для того заказывала экипаж, чтобы выходить раньше оговоренной остановки. Пришлось смиренно ждать, когда карета, подпрыгивая на камнях, наконец доползет до городской ратуши с тремя башенками, напоминающими трезубец мифического морского царя.

Квадратная площадь, раскинувшаяся перед зданием, оказалась буквально забита народом – в такой погожий денек многие были не прочь поглазеть на бесплатное представление, пусть и не столь занимательное как бродячий театр или цирк, но тоже по-своему интересное. Объявления об отборе кандидатов или кандидаток на должность прислуги для снежных лордов появлялись на столбах и информационных досках, словно по волшебству. И в указанный на листовках час на круглый каменный помост, высотой примерно мне по пояс, сходились все магически одаренные кандидаты, желавшие попытать счастье в ледяном городе поднебесных стражей. О том, что они щедро платят за работу, знали все, так что недостатка
Страница 5 из 24

в претендентах никогда не было.

Вот и сегодня на каменном возвышении уже собралось около десятка разномастных девиц, среди которых были и богато одетые красотки, и простолюдинки, и даже одна нищенка, которую я частенько встречала у дверей храма Сияющего, но и мысли не допускала, что эта хитрая попрошайка – маг. А вон оно как оказалось: раз тут стоит, значит, одаренная. Потому что без магических способностей, на которые стражи ставят специальную защиту, в ледяных замках, по слухам, можно замерзнуть насмерть. Идя от стоянки экипажей к помосту, я держала за руку сестренку, без конца вертевшую головой и оттого спотыкавшуюся, искоса поглядывала на Клотильду, за внешним видом которой мне велели следить, и высматривала среди пушистых облаков силуэт белой кареты, запряженный снежным скакуном. Именно на таких к нам спускались с горных вершин загадочные маги.

Круг, выложенный из серых плит посреди площади, являлся отличительной чертой Снежного Дола. Самой мне сравнивать было не с чем, но отец не раз рассказывал, что в других городах площадку для зрелищных представлений и выступлений городских властей каждый раз заново сооружали из дерева, у нас же она была неотъемлемой частью площади и своего рода местной достопримечательностью. Летом возвышение украшали кадки с цветами и лавочки, зимой – ледяные скульптуры, сделанные местными мастерами. Сейчас же по центру стоял небольшой белоснежный шатер, возле которого толпились девушки, по периметру была натянута белая же лента, закрепленная на углах с помощью металлических столбиков, а у каждой из четырех лесенок дежурили городские стражи.

Отборы в снежных землях давно уже превратились из простого найма слуг в своего рода конкурс на самого красивого, талантливого и удачного претендента. Правда, судила их не собравшаяся толпа, а будущие работодатели, но людям все равно нравилось наблюдать за процессом, а снежные лорды, в отличие от лордов света и тьмы, никогда не выказывали по этому поводу недовольства, за что их ценили еще больше. Явление летающей кареты с открытым верхом уже было сказочным зрелищем, а попытки соискателей понравиться нанимателю – интересным продолжением программы. Ну и конечно же само ожидание! Предвкушая что-то интересное, народ прогуливался, общался, покупал в торговых палатках всякие вкусности и просто отдыхал.

Видя, как Хельга смотрит на розовощекого мальчишку, с аппетитом поглощающего мороженое, я позволила себе чуть-чуть отстать от мачехи с Клотильдой, чтобы купить на свои карманные деньги эскимо для малышки. Ингрид, активно расчищающая локтями дорогу для старшей дочери, наш маневр вовремя не заметила. Ну а потом я всегда смогу сказать, что купила лакомство у снующего между людьми мороженщика с передвижным лотком. Возле узкой каменной лестницы мы остановились. Хель принялась есть эскимо, с восторгом глядя на стоящих наверху девиц, а я – приводить в порядок слегка растрепавшуюся прическу сводной сестры, поправлять ее платье и завязывать распустившийся шнурок на одном из ботинок. Как девушка не споткнулась об него по дороге – не знаю. Видать, Сияющий сегодня нам благоволил. Ей – потому что избежала конфуза и насмешек толпы, мне – потому что крайней сделали бы именно меня, взятую с собой, затем чтобы не допустить подобных неприятностей.

Страж в серой форме с украшенными алым кантом погонами учтиво поклонился леди Андервуд и не без удовольствия помог Клотильде подняться на помост, где ее имя и магические способности занесла в список пожилая женщина, вероятно, занимавшаяся подготовкой отборов. Они были довольно редки в Снежном Доле и потому, наверное, так привлекали народ. А может, всему виной стал ясный весенний день, совпавший с выходным. Так или иначе, но людей на площади собралось не меньше, чем в праздник, и, судя по лицам, все ожидали чего-то очень интересного. Раньше меня на подобные мероприятия не брали, а тайком сюда бегать было попросту некогда, поэтому я, как и все вокруг, тоже пребывала в приподнятом настроении и подсознательно ждала чуда. Ну а как еще можно назвать летающую карету, управляемую магом, живущим в замке изо льда? Чудо и есть!

Силуэт запряженного двумя ретивыми скакунами экипажа я заметила не сразу. Сначала услышала выкрики из толпы, которые быстро переросли в восторженный гул и овации. Стражи принялись разгонять народ, требуя освободить место для приземления гостей, но люди и сами знали, где обычно останавливаются снежные лорды, поэтому расступились в стороны, словно волны, набегавшие на берег, и, вглядываясь в небо, замерли вдоль довольно широкой полосы, ведущей к помосту. Глядя на то, как в окружении снежных вихрей к нам плавно спускается сверкающий, точно хрусталь, экипаж с двумя пассажирками, я забыла обо всем на свете.

Так близко обитателей поднебесья мне видеть еще не доводилось. Роскошные белые кони, глаза которых сияли, будто синий лед, переминались с ноги на ногу, стряхивая на мостовую ворох снежинок. А женщина в серебристом плаще с довольной полуулыбкой рассматривала стоящих на возвышении девушек. Тишина, воцарившаяся в момент прибытия визитеров, взорвалась приветственными криками, и снежная леди, обратив свой взор на собравшийся тут народ, поднялась и приветственно помахала всем рукой, затянутой в тонкую перчатку.

Эта леди была восхитительна и неприступна! Красивая и в то же время холодная, она всем своим видом давала понять подданным снежного крыла, что не брезгует ими, но в то же время до общения с простыми смертными снисходить явно не собиралась. Все, что ее интересовало – это новая молодая служанка, о которой говорилось в объявлениях, развешанных по городу. Именно за ней блондинка и приехала, и именно ее цепкий взгляд женщины сейчас выбирал из двенадцати претенденток, стоящих в ряд и внимательно изучающих потенциальную хозяйку.

Тиль среди своих соперниц выделялась не только красотой, но и нарядом, который сегодня не пестрел разными цветами радуги, как большинство ее бальных платьев, а переливался от насыщенно-синего до чернильно-черного, что выгодно контрастировало с золотом волос. И снежная леди, как и рассчитывала мачеха, обратила внимание прежде всего на Клотильду. Если обычно в объявлениях о найме слуг главными характеристиками будущих работников числились трудолюбие, опыт и прочее, то нынче требовалась прежде всего красота, и только после упоминались ум, манеры и готовность освоить любую профессию. То ли лицезреть страшненьких слуг магам надоело, то ли в обязанности выбранной претендентки должны были входить не только уборка, стирка, готовка (или что там обычно делают горничные в огромных ледяных замках?), но и то, о чем не принято говорить вслух в приличном обществе.

Как знать, может, у явившейся на отбор леди есть сын, брат или, не приведи Сияющий, муж, которому одиноко в холодной постели. А девчонки-дурочки будто и не замечали подвох нынешних выборов, стояли, будто невесты на выданье, и поглядывали друг на друга как на заклятых врагов. Неужели так охота стать игрушкой в руках стражей? Впрочем, если мои мысли верны, Тиль роль фаворитки
Страница 6 из 24

богатого аристократа подошла бы куда лучше, чем должность домработницы. Вот только рассчитывала она на статус законной жены, а не на участь постельной грелки. И, зная сводную сестру, я допускала, что ей вполне удастся этого добиться. При любом раскладе Клотильда уже два года как была совершеннолетней, а значит, имела полное право выбирать свой жизненный путь сама, раз уж вариант свадьбы с кем-то из горожан ее не прельстил.

– Девушки, не стоим столбами! – воскликнула организатор смотрин, привлекая к себе внимание и участниц, и судьи, и всего собравшегося на площади люда. – Не стоит бездарно тратить время наших дорогих гостей. Начнем, пожалуй, демонстрацию талантов, – уверенно заявила она, явно придерживаясь давно отработанной схемы действий, потому что разрешение снежной леди на них женщина не спрашивала. – Первая остается, остальные уходят в шатер! И не толкайтесь, девочки, не пытайтесь вывести конкуренток с помощью магических каверз и кулаков. Вряд ли благородным лордам нужна подлая драчунья в служанках, – добавила насмешливо, а я подумала, что были, видать, прецеденты.

Мы с Хельгой и Ингрид стояли в первых рядах возле помоста, пользуясь привилегией родственников. Малышка, доедая мороженое, во все глаза смотрела на снежную леди, которая, покинув карету, направилась к помосту как раз с той стороны, где находились мы. Восторженное личико сестренки я, наверное, никогда не забуду. Так редко этот безмолвный ребенок испытывал подобные эмоции, и мне стало жаль, что я не водила ее на отборы раньше. Пару раз в год они точно проходили в Снежном Доле, и я вполне могла бы скорректировать свой рабочий график, чтобы показать Хель волшебников, спустившихся с высоких гор.

Пройдя мимо нас и даже не удостоив взглядом, снежная леди поднялась на помост и, сев в угодливо подставленное для нее кресло, приготовилась выбирать себе служанку. Не будь происходящее столь увлекательно, я бы сказала, что это смешно. Потому что все это больше напоминало конкурс красоты, ставший популярным в последние год-два, а не прием прислуги на работу. Но кто я, чтобы судить? Снежным стражам конечно же виднее. Как знать, может, они просто устали от своих ледяных хором и жаждут немного обычных человеческих развлечений.

Первая девушка была дочерью хозяина таверны, который мрачно смотрел на нее снизу, явно не одобряя желание дочки кому-то прислуживать, но и не решаясь утащить свою любимицу домой силой. Невысокая брюнетка в красивом красном платье и короткой накидке с капюшоном умела петь и танцевать (хотя неясно, зачем такие умения служанке), рассказывать занятные истории и… летать. Собственно, в этом ее магический дар и заключался: девчонка подпрыгивала, выполняла несложное па и красиво зависала в воздухе примерно в шаге над полом под рукоплескания толпы и восторженные визги ребятишек, сидящих на шеях родителей. Снежная леди тоже пару раз хлопнула в ладоши, не снимая перчаток, и, вежливо улыбнувшись претендентке и организатору отборов, попросила пригласить следующую.

Вторая девушка оказалась стихийницей, но слабенькой. Хотя даже с ее потенциалом ей были бы рады в большинстве магических академий, если, конечно, у нее хватило бы средств, чтобы оплатить обучение. Бесплатно в эти учебные заведения тоже поступали, но только очень сильные и талантливые ребята. Лучшей же демонстрацией, которую сумела сотворить рыженькая красотка, оказался небольшой вихрь, сорвавший головные уборы со зрителей, стоящих рядом с помостом. Но народу все равно понравилось. Поэтому аплодировали девчонке все, не считая тех, кто пытался вернуть назад свои потерянные предметы одежды.

Повторив пару жидких хлопков и все ту же вежливо-безразличную улыбку, снежная леди скрестила на груди руки и замерла в ожидании следующей претендентки, которой оказалась молодая травница со способностью заживлять небольшие царапины. За ней вышла ученица кухарки, умевшая щелчком пальцев зажигать огонь. Потом свои способности пробуждать в людях жалость продемонстрировала нищенка, которой особо внушаемые даже кинули несколько монет. Но при этом хитрая шельма уверяла, что будет прилежно выполнять любую работу, если попадет в ледяной замок. В шатер организаторша увела ее едва ли не силой. И тут же выпустила на смотрины следующую.

Так одна за другой прошли три молоденькие девочки, которым недавно исполнилось восемнадцать, и на отбор они явились впервые, чем и вызвали некоторое оживление у беловолосой леди, внимательно выслушавшей рассказ об их умениях и с удовольствием посмотревшей на проявление магических даров. Наблюдая за этим всем, я решила, что снежная особа приезжает в наш город не первый раз и некоторых претенденток уже знает в лицо, чем и вызван ее вялый интерес к первым участницам. Ну или же она видела предыдущие отборы в волшебном зеркале, о котором ходят легенды, и потому знает, кто на что способен.

Девушки выходили из шатра по команде женщины, их представлявшей, и изо всех сил старались понравиться нанимательнице, но та лишь мило улыбалась им и просила пригласить новых. Так было, пока на каменную площадку не вышла моя сводная сестрица. Нет, не вышла… Клотильда выплыла, словно лебедь (не зря мачеха нанимала ей хореографа, ох не зря), с гордо поднятой головой, ровной осанкой и грацией, достойной прекрасной танцовщицы. Внешне Тиль затмила всех, а что касалось ее дара, тут даже демонстрация не понадобилась.

Когда сестра рассказала, что ее пение способно усыплять людей, из толпы кто-то выкрикнул, что она в этом не одинока, мол, от голоса иных певичек порой тянет в сон без всякой магии. Толпа поддержала оратора громким хохотом, но Клотильда, зло сверкнув глазами, смолчала. Собравшийся народ ее интересовал мало, куда важнее было мнение снежной леди, которая на этот раз даже поднялась с кресла и, подойдя к девушке, принялась ее оценивающе разглядывать. Судя по такой реакции, красота и правда для этого отбора была главным условием.

– Не будем проверять твои способности на присутствующих, – проговорила блондинка, внимательно глядя в глаза претендентке. – Я верю тебе на слово. Но ответь мне на один вопрос, девочка. Ты ведь из знатного рода, верно? И семья твоя, судя по наряду, не бедствует. Так зачем же леди соглашаться на работу служанки? – спросила она, и из толпы снова крикнули:

– Чтобы стать Золушкой!

Новая волна доброго смеха прокатилась по площади, и только Тиль плотнее сжала губы, стараясь сдержаться от рвущейся с языка брани, недостойной настоящей леди. В другой ситуации сестра временно забыла бы о своем статусе, полученном в момент, когда папа подписал не только брачный договор с Ингрид, но и документы на удочерение ее кровиночки, сейчас же она старалась подражать нанимательнице, которая не обращала никакого внимания на возгласы веселящихся зрителей.

– Истинная леди должна быть хороша во всем, – присев в отточенном на уроках хореографии реверансе, сказала Клотильда. – В скором будущем мне самой предстоит стать хозяйкой большого дома, и, нанимая слуг, я должна знать, насколько тяжела их работа. И лучший способ это выяснить – подписать
Страница 7 из 24

временный контракт с теми, кому не зазорно прислуживать даже леди. – Слова ее звучали весьма правдоподобно, хотя я точно знала, что все это ложь. Мужа она хочет найти, богатого, красивого и знатного настолько, что даже столичные вельможи теряются на фоне представителей снежного крыла. Однако гостья благосклонно приняла ответ претендентки, ободряюще ей кивнула и, развернувшись к народу, громко проговорила:

– Отбор закончен! Именно эта девушка отправится сегодня со мной на вершины гор.

Горожане радостно захлопали, приветствуя победительницу, словно она выиграла приз на конкурсе, а не контракт на работу. Хотя о чем это я? Для претенденток договор, подписываемый перед отъездом, и был тем самым призом. Желанным, труднодоступным и бесконечно заманчивым. Подумав, поняла, что и сама бы не отказалась годик поработать у снежных лордов, даже несмотря на туманные истории про без вести пропавших предшественников. Потому что заподозрить стоящую на помосте женщину в чем-то ужасном я просто не могла.

Она так светло улыбалась людям, довольная своим выбором и тем, что народ его поддержал. А потом, желая порадовать горожан, до которых ей по идее не должно было быть никакого дела, беловолосая леди сняла перчатки и, взмахнув руками, запустила в небо рой серебристых искорок, которые, поднявшись высоко вверх, начали распускаться огромными снежными цветами.

Это было волшебно! По притихшей толпе прокатился восторженный вздох, а потом народ снова начал аплодировать и восхвалять поднебесных стражей с их удивительными талантами. На бывших претенденток больше никто не обращал внимания, все были заняты созерцанием чуда. Я, как и другие, смотрела на сказочный сад, расцветавший над нашими головами, и хлопала в унисон остальным, позабыв о том, зачем вообще пришла на эту площадь.

Громкий хлопок и яркая вспышка стали для всех присутствующих огромной неожиданностью, причем не только для людей, но и для запряженных в карету коней, лениво наблюдавших за представлением хозяйки. То, что кто-то из шутников додумался бросить им под ноги огненный шар, дабы проверить, не растают ли снежные красавцы, я поняла сразу, как и большинство людей, синхронно отшатнувшихся от вставших на дыбы скакунов. И только когда толпа с криками бросилась врассыпную, освобождая дорогу рванувшим от испуга коням, я увидела Хельгу, которая, пользуясь моей увлеченностью снежным фейерверком, пошла выбрасывать в урну фантик от мороженого. Девочка не слышала цокота копыт, громкого ржания и чужих голосов, но видела, как убегали люди, и потому замерла в растерянности прямо на пути мчащейся прямиком на помост кареты с громко вопящей пассажиркой. Дальнейшее происходило как во сне. Не думая ни о чем, кроме сестренки, я рванула к ней и, оттолкнув малышку в сторону, выставила вперед руки, крикнув:

– Стойте! – И лишь потом сообразила, что это не обычные животные, а заключенные в их форму снежные вихри, которые вовсе не обязаны понимать человеческую речь, подчиняясь моему магическому дару. Единственное, что успела сделать прежде, чем меня окутало пробирающим до костей холодом, – это трусливо зажмуриться, готовясь к жуткой боли и скорой встрече с Сияющим.

Секунда, две – время вокруг словно замерло, и ничего… совсем-совсем ничего не происходило. Крики, шум, скрежет мчащихся по каменному настилу колес – все потонуло в вязкой тишине, которая вполне сошла бы за посмертие, не ощущай я практически невесомые касания снежинок к своему лицу. Выждав еще немного, все-таки решилась открыть глаза и… с облегчением улыбнулась. Я по-прежнему находилась на площади, а вокруг меня летали снежные вихри: они, скручиваясь в спирали и снова рассыпаясь белым крошевом, притягивали взгляд не хуже, чем устроенное леди представление. Горожане что-то кричали, указывая на нас, но их голоса не проникали под полупрозрачный искрящейся купол, накрывший меня вместе с каретой. Окинув взглядом людей, я увидела Хельгу, которую прижимала к себе Ингрид, и от сердца сразу отлегло.

Ладони мои все еще были раскрыты в то ли предупредительном, то ли защитном жесте, и, прежде чем я успела опустить руки, в одну из них ткнулась белая морда синеглазого скакуна. Я машинально погладила волшебное животное, за что меня вознаградили довольным фырканьем и тихим ржанием, в котором послышалось заинтересованное:

– Как звать?

Не веря своим ушам, я осторожно уточнила:

– Меня?

И снова конь заржал, бьюсь об заклад – насмешливо:

– Тебя-тебя, кого же еще?

– Гертруда, – сказала, завороженно глядя в его чуть светящиеся синие очи без зрачков.

– А я Аарон длинногривый, – представился снежный зверь, поклонившись, и я с восхищением оценила роскошные серебристые пряди, концы которых прятались в снежном тумане, чьи клубы доходили мне до бедра. – А это Адриан, – кивнул он в сторону стоящего рядом собрата, и тот тоже опустил голову в приветственном кивке. Хотя утверждать, что животные именно стояли в белом облаке снежинок, с уверенностью было нельзя, так как они вполне могли парить над мостовой в отличие от меня. Расчувствовавшись их добрым отношением (а может, просто от радости, что осталась жива), я шагнула вперед и обняла за шею красавца Аарона, шепнув одно-единственное, но такое значительное слово «спасибо». За то, что не растоптал, за то, что не окатил презрением глупую выскочку, возомнившую себя народной спасительницей, за то, что просто заговорил со мной, дав понять, что слышит и понимает мою речь.

– И долго ты будешь миловаться с этими безмозглыми копытными?! – воскликнул женский голос, и я невольно вздрогнула, посмотрев на источник звука, а мои новые знакомые синхронно потупились, будто их застукали за чем-то предосудительным.

– Прошу прошения, леди, – сделав книксен, сказала я.

Расшаркиваться перед грубиянкой, так нехорошо обозвавшей двух восхитительных созданий, не было никакого желания, но и ссориться со снежной гостьей тоже не хотелось. Она была значительно моложе своей старшей спутницы, и, если б не кривящиеся в неприятной улыбке губы, я назвала бы ее хорошенькой. На девушке красовалось белое пушистое манто с капюшоном, скрывавшим ее волосы. И хотя что-то в этой особе казалось мне неправильным, я все равно постаралась отнестись к ней… ну хотя бы сдержанно. В конце концов, это ее карета и ее животные. Кто я такая, чтобы перечить снежным магам?

– Сейчас же отойди от них, простолюдинка! – высокомерно заявила незнакомка. – А то эти глупые твари тебя затопчут, а мы виноваты окажемс-с-ся, – прошипела она раздраженно.

– Вовсе они и не глупые! – не успев вовремя прикусить язычок, возмутилась я. Хотела еще добавить, что и сама не простолюдинка, но с этим смириться оказалось проще, чем с оскорблением снежных красавцев, сумевших вовремя остановиться, сохранив мне жизнь. Если в первый раз мне удалось смолчать, то сейчас слова сами сорвались с губ. Девушка в карете вызывала неприятие, и, как бы я ни убеждала себя, что перечить поднебесным стражам нельзя, этой конкретной особе хотелось не только сказать гадость, но и дать затрещину. То, что девица сильно испугалась, когда кони
Страница 8 из 24

понесли, и теперь просто срывает на мне зло, я, конечно, допускала, но всему же есть предел, верно?

– Глупые или нет – какая разница? – всплеснула руками леди. – Просто исчезни уже, и все! – приказала она мне, и я, пожав плечами, решила подчиниться. В конце концов, тут холодно. Еще заболею потом, не приведи Сияющий!

– Прощайте, Аарон и Адриан, – сказала синеглазым скакунам и развернулась, чтобы пойти к мачехе и младшей сестре, да так и замерла, едва не налетев на беловолосую спутницу молодой хамки. В тот же миг мерцающий полог спал, и мир вокруг обогатился звуками. Народ тихо перешептывался, наблюдая очередную любопытную сцену, рассказ о которой вскоре станет одной из городских сплетен, и я, как это ни печально, буду главной героиней оных.

– Ты маг? – без лишних предисловий уточнила женщина, с интересом разглядывая меня. И, испытав внезапно накатившее чувство неловкости, я кивнула, после чего принялась торопливо заправлять за уши упрямые завитки, выбившиеся из тугой прически под напором снежных вихрей. Эта леди была совсем не такой, как та, что сидела в экипаже. И я ее, если честно, немного побаивалась. Однако ругать меня блондинка не стала, подумала немного, улыбнулась и сказала:

– Пожалуй, я возьму на работу тебя.

– Что?! – Возглас был столь слаженным, что мой собственный потонул среди других голосов.

– А как же я?! – раздалось с помоста, рядом с которым мы стояли, и, обернувшись, я увидела Клотильду в дорожном плаще. – Мы же собирались заехать за моими вещами и… – Девушка замолчала, подарив мне такой убийственный взгляд, что я невольно поежилась. И, Сияющий свидетель, вовсе не от близости источающих холод коней. – Вы ведь меня выбрали, миледи! – воскликнула сестра и с надеждой посмотрела на мать.

– Да-да, ваша светлость, – закивала та, – Тиль прошла отбор, вы же не станете отказываться от своего слова? – спросила она осторожно. Будь на месте снежной гостьи кто-то другой, Ингрид наорала бы на него, как базарная баба на нерадивого покупателя. Но перед магами она пасовала, как и все остальные. Поэтому, задав леди вопрос, женщина тоже уставилась на меня, и взор ее не предвещал ничего хорошего. Решив, что если и дальше буду робеть и молчать, мне все это вскоре аукнется, я сказала:

– Прошу извинить меня, миледи, но, к сожалению, я не смогу принять ваше предложение.

– А разве это было предложение? – насмешливо заломив черную бровь, спросила блондинка. И мне стало как-то не по себе от этих ее слов. Насильно она меня вряд ли с собой заберет, но кто в своем уме отказывает могущественным магам, живущим по соседству? А если она обидится и решит отомстить?

– Но я правда не могу, – пробормотала, в отчаянии глядя в ее холодные серебристые глаза, в которых не было ни капли сочувствия, одно лишь недоверие с толикой удивления, как будто то, что кто-то не рвется прислуживать в ледяном замке, казалось ей странным.

– Не можешь или не хочешь? – уточнила женщина.

– Не могу, – совсем тихо ответила я и принялась разглядывать носы своих ботинок, которые больше не скрывал снежный туман, рассеявшийся почти сразу после снятия звуконепроницаемой защиты.

– Всего-то через полгода ты сможешь вернуться обратно и открыть здесь свое дело или купить жилье, – принялась искушать меня леди. – Да и работа у нас не пыльная. А сколько всего интересного есть в поднебесье, ты даже представить себе не можешь, девочка. Соглашайся!

– У меня сестренка больная, за ней требуется постоянный уход, – вздохнула я, окончательно растерявшись. Мне безумно хотелось сказать ей «да», но кто будет следить за Хель? Да и переходить дорогу сводной сестре было как-то неправильно. А папа? Кто станет вытаскивать его из питейных заведений, если он там слишком уж засидится. А дом, коровы мои в конце-то концов! Кто позаботится о них?

– И чем же она болеет, позволь узнать? – не сдавалась моя собеседница.

– Хель глухонемая с рождения, – немного поколебавшись, все же ответила я. Народ вокруг молчал, прислушивался. И я буквально кожей ощущала на себе любопытные взгляды, от которых подсознательно хотелось прикрыться.

– Лечить не пробовали? – спокойно поинтересовалась нанимательница.

– Пробовали, но не помогло, – ответила вместо меня шагнувшая к нам мачеха, чем привлекла внимание снежной леди.

– Так это и есть та самая сестренка? – расплылась в хищной улыбке женщина, увидев Хельгу, все так же жмущуюся к матери и поглядывающую на нас своими ясными глазенками. – А вы, стало быть, родственницы? – посмотрев на меня и на спустившуюся сверху Клотильду, сделала вывод она. – Что ж, прекрасно! – непонятно чему обрадовалась блондинка. – Я заберу с собой вас обеих.

И снова мы в один голос воскликнули: «Что?» – а потом я шепотом добавила:

– Но как же малышка?

– А что с малышкой? – вновь повернулась ко мне блондинка, отчего ее распущенные волосы описали белую дугу. – У девочки мама есть. Присмотрит за дочкой, пока не истечет срок ваших контрактов.

Я посмотрела на Ингрид, та неуверенно пожала плечами, мол, почему бы и нет. Перевела взгляд на Клотильду и, заметив, каким довольным стало ее лицо, мысленно ужаснулась. Похоже, сестрица задумала использовать мою вынужденную компанию по полной, а это означало, что мне придется вкалывать за двоих, пока наша красавица-белоручка охмуряет холостых стражей. Ну уж нет!

– Простите, но я отказываюсь! – вырвалось у меня.

– Три месяца, – с нажимом озвучила новый рабочий отрезок нанимательница, но я упрямо помотала головой, искренне надеясь, что настаивать дальше она не будет. Все-таки эта блондинка – маг из снежного крыла, а не из крыла света или тьмы. Наши стражи к своим подопечным относятся с уважением, предпочитая брать в услужение тех, кто сам рвется. Так зачем ей я? – А если пообещаю вылечить твою младшую сестру? – искушающе мурлыкнула леди, окончательно дав понять, что зачем-то я ей все же нужна.

– Ваша светлость, а вы правда сможете? – спросила ее с надеждой, на что женщина только улыбнулась, уклончиво проговорив:

– Все будет зависеть от твоей работы, девочка.

– Я буду очень стараться! – заверила ее и вопросительно посмотрела на Ингрид, ожидая ее решения. Потому что на хозяйстве останется именно она, а не мой вечно пьяный папа. И за Хель тоже придется ухаживать ей.

– Не беспокойтесь, доченьки, езжайте, – сладким голосом пропела она, выразительно глядя на меня. – Покажите там себя с лучшей стороны и не забудьте поддерживать друг друга, – с явным намеком на то, чтобы я помогала сводной сестре осуществлять ее планы, сказала мачеха. – А у нас тут все будет хорошо. Справимся.

Конечно, справятся, куда же им деваться? А слуг наймут на это время, средства у мачехи есть, к тому же деньги, которые раньше шли на наряды Тиль, вполне смогут пойти на оплату целой армии наемных работников. Да и папу жена любит, хоть и не уважает совершенно. Значит, пропасть ему не даст. И Хельга ей не безразлична, иначе бы она так бережно сейчас ее не обнимала. Но даже если все будет плохо, три месяца они без меня как-нибудь переживут, зато у малышки появится шанс избавиться от недуга.

Вручив мне
Страница 9 из 24

на подпись контракт, написанный на бело-голубой бумаге с причудливыми вензелями, нанимательница велела нам с сестрой садиться в карету, а сама вновь поднялась на помост, чтобы поблагодарить собравшихся горожан за внимание, пожурить проказников, напугавших коней, и подарить всем на прощанье еще одно снежное чудо.

– Значит так, пигалицы расфуфыренные, – прошипела грубиянка в белом манто, наблюдая за тем, как Клотильда с моей помощью забирается в сверкающий, словно отделанный хрусталем, кузов. – Можете вешать лапшу на уши Индэгре и другим, но я-то знаю, зачем вы намылились в ледяной город. Особенно ты! – она совсем невежливо ткнула пальцем в Тиль. – Так вот, предупреждаю один раз, – подавшись к нам, зашептала она: – Если хоть одна из вас позарится на моего Кайла – изведу со свету мерзавку, когда вернус-с-ь.

Глава 2

Ледяной город

Чудовище рычало и скалилось, стоя на границе тьмы, скрывавшей его массивную фигуру от магов. Лапы с крупными загнутыми когтями царапали камень, а раскосые глаза светились алым. Исчадие таинственной изнанки, кишащей уродливыми тварями, высматривало самого слабого в пятерке готовых к бою стражей. Но в группе Кайла Дигрэ таких не было. Когда от магических маячков поступил сигнал об очередном прорыве, дежурная команда среагировала мгновенно, и демон, пробивающий дорогу в мир Алина, попал в ловушку. Тьма, клубившаяся за ним, скрывала пробитую между мирами дыру, которую срочно требовалось запечатать, вот только щелкающий огромными зубами монстр был категорически против.

Кайлин, мельком взглянув на своих сослуживцев, отдал безмолвный приказ, используя принятые среди стражей жесты, после чего кивнул Гидеону, и оба они, активируя ледяные хлысты, ринулись с двух сторон на чудовище. Целью было дезориентировать тварь, выманить на свет, отвлечь и уничтожить, дав возможность незадействованной тройке заняться закрытием портала, но все пошло не по плану, когда во мраке зажглись еще две пары алых глаз. Обычно порождения изнанки приходили по одному, будто проверяли, безопасен ли их новый лаз, и зачастую ныряли обратно, завидев стражей. Сегодня они явились втроем и сбегать, поджав хвосты, явно не собирались.

Выбрав командира, первый демон прыгнул из своего укрытия на него, рассчитывая задавить массой, но Кайл ловко увернулся, приласкав демона плетью по спине. Огромный человекоподобный зверь с покрытой шипами кожей и яростным оскалом вытянутой пасти взвыл и, неуклюже повернувшись, вновь пошел на мага. Этот уродец мог напугать кого угодно, кроме лордов Триалина, знавших от и до классификацию боевых демонов изнанки[9 - Демоны изнанки – чудовища, которые проникают в мир через порталы в горах.]. С этой разновидностью они встречались не раз и были прекрасно осведомлены об уязвимых местах чудовища.

Двое других ринулись атаковать Гидеона, и тот, виртуозно работая плетью, затеял с более мелкими, но и более шустрыми гостями опасный танец, стремясь не только увернуться от смертоносных когтей и клыков, но и зацепить плетью толстые шкуры противника, которые от соприкосновения с ней покрывались ледяной коркой. Пока мужчины сражались, остальные стражи, запустив в мрачный зев пещеры рой голубых огоньков, бросились на поиски портала. А спустя десяток секунд из поглотившей их темноты раздался отчаянный женский крик, и оба оставшихся лорда, поймав взгляд друг друга, активировали заклинание морозного стазиса, после чего бросились на помощь остальным.

Применение этой магии тянуло слишком много сил и потому использовалось крайне редко, но сейчас просто не было другого выхода. В пещере произошло что-то ужасное, иначе бы Ирма не закричала, и два воина с половиной резерва были там куда полезней, чем ни одного. Пришлось пробежать всего два пролета щерящегося ледяными иглами туннеля, прежде чем взорам стражей предстала жуткая картина. В голубоватом свете дрожащих, словно от страха, «светлячков», покрытая полупрозрачными наростами пещера походила на мрачный зал в одном из поднебесных замков. А на стене этого зала, искря алыми всполохами, висела похожая на паучью сеть пентаграмма перехода, в которой билась, подобно мухе в путах незримого хищника, Ирма Вайс – самая опытная из всей пятерки стражница Триалина. Еще двое мужчин из команды валялись без сознания на полу. Никаких чудовищ здесь не было, только портал, затягивающий в свое нутро отчаянно бьющуюся жертву.

– Аш-ш-штарэт[10 - Аштарэт – проклятый бог, по легендам, имевший отношение к созданию мира Алина. Его слугами были черти.] окаянный! Что тут происходит? – прошипел Кайлин, а Гидеон, сплетая на ходу снежный аркан, бросился к попавшей в ловушку стражнице, которая больше не могла кричать, так как рот ей залепила алая дрянь, похожая на сотканную из нитей портала ленту. Зато весь ужас, переживаемый Ирмой, читался в ее широко распахнутых глазах, которые медленно закрылись, когда предводитель сбил друга с ног ледяной плетью.

– Какого демона? – взвыл рухнувший на пол лорд, яростно взглянув на Кайла.

– Портал нестабилен, – глухо отозвался тот, не сводя глаз с пульсирующего красного плетения, внутри которого медленно тонула переставшая дергаться пленница. – Если вмешаться с помощью магии – рванет. И будет у нас тут не один узкий прорыв материи мира, а целый проходной двор для обитателей изнанки.

– Но Ирма… – пробормотал поднимающийся страж, переводя взгляд с каменного лица друга на женщину, которую затягивала вглубь алая воронка портала.

– Она знала, на что идет, становясь боевым магом, – ледяным тоном ответил Дигрэ. – Иногда приходится жертвовать кем-то одним, чтобы спасти всех.

– Не сегодня! – бросил разъяренный мужчина, стремительно меняя форму. Кожа его побелела, руки удлинились, обзаведясь белыми когтями, а фигура смазалась, став похожей на запертый в прозрачную оболочку вихрь. Лицо приняло вид снежной маски, и только глаза по-прежнему оставались живыми, хоть и начали светиться в полумраке. Страж бы объяснил свою задумку, но на это просто не хватало времени. Поэтому, как только человеческие черты разбавились обликом снежного духа, Гидеон, легко уклонившись от очередного удара командирской плети, нырнул в центр завертевшейся паутины, оставив вместо себя конец обычной веревки, которую стражи брали на дежурство скорее из-за предписания устава, чем для особой надобности. Кайлин дураком не был, поэтому тут же сообразил, что пытается сделать друг, и, ухватившись за край каната, приготовился тянуть, чтобы вырвать у изнанки хотя бы одного безбашенного стража, а если повезет, то и обоих.

Удивительно, но, вопреки скептическому настрою Дигрэ, ему не только удалось спасти леди Вайс и Рида, но и уничтожить нестабильный портал, накрепко запечатав место прорыва. Когда два других члена команды очнулись, уже все было закончено. Разве что три монстра стояли ледяными статуями в одной из соседних пещер, и их требовалось устранить, прежде чем спадет заклинание заморозки. Поручив это дело магам, чей магический резерв пострадал куда меньше, чем его собственный, Кайл помог вернувшему человеческий облик другу поднять дрожащую от пережитого
Страница 10 из 24

кошмара Ирму и, призвав послушный снежный вихрь, отправить стражницу на обследование к лекарю, так как без хорошего успокоительного сбора она не могла и пары слов связать.

Единственное, что понял из ее обрывистых фраз лорд Дигрэ – группу заманили в ловушку, и сделали это, судя по всему, не безмозглые чудики, отвлекавшие остальных, а кто-то умный и расчетливый – тот, кто все эти годы прятался по ту сторону алых порталов, не желая показывать свое истинное лицо. Но если раньше обитателям изнанки требовался проход для того, чтобы наводнить жуткими тварями мир Алина, то теперь им зачем-то потребовалась пленница, и если бы не Гидеон с его сумасбродной затеей, они бы ее получили.

«Ладно, подумаю об этом позже», – мысленно решил Кайлин, а вслух сказал другу:

– За неподчинение предводителю пятерки тебе полагается выговор, приятель, а за спасение Ирмы благодарность. Полагаю, одно другое как раз компенсирует.

– Вполне, – устало отозвался Рид, который едва стоял на ногах, потому что и заклинание морозного стазиса, и смена ипостаси забрали слишком много сил, не говоря уже о пережитом страхе за жизнь боевой подруги, которая не раз прикрывала ему спину в стычках с монстрами.

То, что все могло закончиться не так удачно, мужчина прекрасно понимал. Как понимал и правоту командира, готового жертвовать своими людьми для общего блага. Но принять это он был не в силах. «Слишком порывист, что ведет к неспособности просчитывать ситуации наперед», – как частенько говорила наставница, недовольно кривя губы. И была права! Именно поэтому Гидеон считал, что не достоин стать повелителем снежного крыла, в отличие от хладнокровного друга. Да ему и положено идти по стопам знаменитого родителя. Десять лет назад этот пост занимал Риан – отец Кайла, и именно под его командованием был остановлен самый яростный прорыв демонов изнанки, в финале которого по чистой случайности погибли лорд Дигрэ с женой и еще пара опытных стражей.

С тех пор крыло возглавляет регент. Потеряв в той памятной битве мужа и лучших друзей, Индэгра все последние годы лично тренировала Кайлина и Гидеона, рассчитывая, что один из них в будущем станет «снежным королем». Для этого требовалось пройти испытания ледяных чертогов, которые проводились на нижних уровнях заколдованных пещер. После того, как несколько веков назад орден Триалина дал отпор в ущелье Сияющего вторжению иномирных чудовищ, место, где состоялась битва, завалило камнями и затянуло вязким туманом, который не рассеивался никогда. Но в то же время в трех других пещерах, расположенных на достаточном расстоянии друг от друга, истончилась ткань мира, что позволило демонам изнанки открывать новые порталы.

Тогда могущественные маги, по воле Сияющего получившие характеристики и силу стихийных духов, были разделены главой ордена на три группы с учетом способностей, наиболее подходящих для охраны тех или иных земель. Снежные отправились на вершины самых высоких в Алин-тирао гор сторожить ледяные чертоги, лорды света обосновались на морских островах, чтобы наблюдать за радужной пещерой, а лорды тьмы заняли позицию на границе страны со «свободными землями». И каждые несколько лет в поселениях всех трех крыльев проводились магические испытания, призванные раскрыть силу участников и, в случае победы, многократно ее увеличить.

Несмотря на количество претендентов, победителем становился лишь тот, кто не просто преодолел опасные ловушки, подстерегающие магов в пещерах, но и впитал в себя таинственный энергетический шар, именуемый эскалибриумом[11 - Эскалибриум – магическая сила высшего порядка, ее получает маг Триалина, пройдя испытания, которые проводятся раз в три года. Из всех претендентов, участвующих в них, трофей может забрать только один.]. Именно победитель становился обладателем звания магистра, поэтому обращаться к нему в будущем следовало уже не «лорд», а «милорд». И день этих испытаний в снежном крыле стремительно приближался, из-за чего наставница требовала от учеников больше и активнее тренироваться, невзирая на служебные обязанности и личную жизнь.

– Сейчас бы горячую ванну и массаж, – мечтательно протянул Кайлин, когда они покинули мрачные пещеры.

– И что мешает? – спросил Гидеон, который, в отличие от спутника, просто хотел рухнуть лицом в подушку и поспать, предварительно испив порцию магии работающих в его замке служанок.

– Что-что! – огрызнулся Дигрэ. – Твоя мамаша…

– Миледи, – поправил мужчина, который иначе мать не называл и другим не позволял.

– Не важно, – отмахнулся его собеседник. – Главное то, что она спровадила Бригиту домой, заявив, что я должен думать об испытаниях, а не о развлечениях с грубой и невоспитанной экономкой, которая метит въехать на моей шее в общество снежных лордов. Будто я идиот, готовый жениться на безотказной служанке! – раздосадованно фыркнул мужчина. – Но без ее шаловливых ручек и нежных пальчиков массаж не массаж, – тоскливо вздохнул он. – Может, повлияешь на свою ма… миледи? – спросил с надеждой.

– Прости, Кайл, – пряча в уголках губ усталую улыбку, отозвался друг. – Но если она что-то задумала, сам знаешь, спорить бесполезно.

– И что она задумала? – тут же насторожился Кайлин.

– Сменить тебе экономку? – предположил Гидеон, невольно усмехнувшись. О том, что Индэгра, вдохновившись планом «растопления ледяного сердца лорда Дигрэ», готовит ему не менее сложное и увлекательное испытание, чем ледяные чертоги, он благоразумно промолчал, не желая подставлять ни в чем не повинную «Золушку», которая скоро попадет в дом этого заносчивого красавчика.

– Надеюсь, новая окажется не менее раскованной, нежели старая, – проворчал мужчина. – И эротический массаж будет делать не хуже.

Друг только плечами пожал, не имея ни малейшего представления, кого наставница привезет из Снежного Дола. С нее станется, замарашку какую-нибудь притащит и с уверенностью заявит, что это истинная пара будущего «снежного короля».

Тем же днем…

Забавно, но Бригита, как звали хамку в белом манто, на самом деле оказалась вовсе не снежной леди, а дочерью лавочника из соседнего города, куда мы и заехали, чтобы отправить дочь в объятия удивленного ее ранним возвращением отца. Насколько я поняла, девица по каким-то причинам не доработала срок, указанный в контракте, но жалованье ей выплатили за все полгода и даже больше. А еще при ней был целый саквояж явно дорогих украшений, которые она демонстративно перебирала во время пути, и две большие сумки с нарядами. Но все это не поднимало ей настроения. Злая и расстроенная, Бригита отправилась восвояси, не смея перечить миледи Индэгре, но я-то помнила, что эта вредная девица обещала вернуться в ледяной город и расправиться с нами, если положим глаз на ее Кайла. Поэтому сделала для себя мысленную зарубку – всех мужчин с таким именем обходить по широкой дуге. Не то чтобы меня пугала склочная кукла в драгоценностях, но… зачем рисковать?

Под ногами синеглазых коней извивались, рассыпая белое крошево, снежные вихри, а за спиной Аарона и Адриана плавно двигались полупрозрачные крылья,
Страница 11 из 24

которые было видно только вблизи. В салоне же кареты, несмотря на открытый верх, было тепло и безветренно. Когда я спросила нашу нанимательницу: «Почему так?» – она ответила, что над кузовом специальный защитный купол, невидимый невооруженным глазом, в противном случае мы бы давно замерзли в сопровождении воздушных потоков, которые несут повозку. Запряженные в карету скакуны, как выяснилось, были в период полета не тягловой силой, а рулевыми, задающими верное направление. И возница этим умным созданиям конечно же не требовался. Они прекрасно понимали приказы хозяйки и прилежно их исполняли. Только общаться с ней не могли, так как она, в отличие от меня, не понимала язык животных. Ну или не совсем животных, а духов, получивших магическим способом материальную оболочку.

Рассматривать Снежный Дол с высоты птичьего полета оказалось очень увлекательно. Но еще интересней было любоваться окрестностями, которые за свои неполные двадцать лет я не имела возможности посетить. Однако все эти земные красоты меркли по сравнению с нереально прекрасной панорамой поднебесья. Поселение снежных лордов назвать полноценным городом было бы неправильно. То, к чему мы приближались, не походило ни на что из виденного мной ранее. Ни в жизни, ни в книгах, ни в собственном воображении я не встречала ничего подобного. Разве что три года назад на площади, где сегодня моя судьба совершила такой неожиданный кульбит, мастера, приглашенные по случаю дня города, вырезали изо льда потрясающе красивый замок, на который я тайком ходила любоваться всю зиму, и даже пару раз брала с собой Хельгу, вопреки желанию Ингрид держать малышку дома.

Тот миниатюрный дворец отдаленно напоминал огромные здания, венчавшие заснеженные вершины гор. И если скульптура на площади была всего лишь красивой, но мертвой глыбой замерзшей воды, обточенной искусными руками талантливых людей, то стены замков настоящих, казалось, жили своей жизнью. Их каменные основания скрывались в клубах плотного тумана, а острые шпили взмывали вверх, будто хотели дотянуться до такого близкого неба. Под полупрозрачной коркой, покрывавшей бело-серые фасады, проглядывал причудливый орнамент из светло-голубых нитей, которые, точно вены под человеческой кожей, заполняла какая-то жидкость. Сказочные здания соединялись между собой многоуровневыми мостами таким образом, что было невозможно понять, где начинается одно и заканчивается другое.

– Потрясающе! – восторженно выдохнула моя сводная сестра, которая за все время поездки произнесла от силы пару фраз, вероятно, решив, что истинной леди негоже болтать без умолку. Да и мне, если честно, было не до расспросов, когда вокруг такая красота. – А где мы с Гертрудой будем жить? – полюбопытствовала девушка, жадно разглядывая похожие друг на друга и в то же время разные замки.

– Ты, Клотильда, вон в том с высокими окнами, затянутыми синими витражами. А ты… – Миледи посмотрела на меня и, загадочно улыбнувшись, сказала: – В том, чьи острые вершины башен тонут в облаках.

– А почему она в самом большом? И почему мы не вместе? – вырвалось у сестры прежде, чем она успела прикрыть ладонью рот.

– Потому что, – все так же странно улыбаясь, ответила наша нанимательница.

Приземлились мы на ровной белой площадке, которая, казалось, парила в тумане между двумя вышеупомянутыми замками. Предложив мне подождать тут, миледи отправилась провожать Тиль к месту ее новой (а точнее – первой в жизни) работы. При этом огромную сумку, набитую вещами, сестре пришлось тащить самой, так как никто встречать ее не вышел, а просить о помощи Индэгру девушка побоялась. Мне же было велено сидеть в карете, да и хотелось, если честно, чтобы наша белоручка прочувствовала на собственной шкуре вес своих тряпок. Когда обе женщины скрылись в тумане, я спрыгнула на твердую поверхность каменного настила и, подойдя к спокойно стоящим скакунам, начала расспрашивать их о поднебесном городе и о лордах.

Было жутко любопытно узнать, в чьи дома определила нас нанимательница, а еще меня интересовало, где у стражей конюшни, и можно ли туда приходить слугам, работающим в доме, потому что очень хотелось хотя бы иногда навещать этих дивных созданий с похожими на синий лед глазами. Кони без особых подробностей рассказали, что замок, куда меня поселят, принадлежит Кайлину Дигрэ, которому милорды этого крыла прочат судьбу предводителя снежных магов, чью должность ныне занимает регент Индэгра Рид, в чей дом повели мою сестру. Услышав имя хозяина, я провела мысленную параллель с угрозами Бригиты и сделала вывод, что именно к ее обожаемому Кайлу в услужение меня и отдадут. Это не обрадовало, но и не опечалило. В конце концов, какая разница, чьи полы драить, если на кону здоровье Хельги?

Еще мои дивные собеседники поведали, что поселение магов славится не только красивой архитектурой, но и парком развлечений, в котором проводят досуг все местные обитатели независимо от статуса. И посоветовали мне обязательно посетить это место, как только освоюсь на новом месте. Из нашего разговора я поняла, что стражи поднебесья в большинстве своем вовсе не высокомерные снобы, как некоторые из земных аристократов. Хотя «паршивые овцы» есть в любом «стаде». Например, с молодым хозяином мне посоветовали держать ухо востро и не поддаваться его обаянию, так как мужчина он пусть и видный, но холодный и равнодушный. Влюбиться в него легко, но страдания, которые принесет такая любовь, не стоят риска. Не одна уже глупышка, возомнившая себя будущей леди, уехала из его дома с подарками и разбитым сердцем. На вопрос, откуда у коней такая осведомленность о личной жизни соседского лорда, мне, насмешливо фыркнув, ответили:

– Хозяин с ним дружит, частенько обоих катаем. А то, что и у снежных зверей есть уши, люди порой забывают.

Завидев идущую обратно нанимательницу, я быстро свернула нашу крайне продуктивную беседу, выяснив напоследок, где именно искать своих новых знакомых, если захочется поболтать или спросить у них мудрого совета, и, подойдя к карете, достала из кузова свою небольшую сумку с наскоро собранными в дорогу вещами, чтобы не задерживать высокопоставленную особу лишними проволочками.

Подойдя ближе, Индэгра приглашающе махнула рукой, и, как только я присоединилась к ней, мы вместе пошли к величественному зданию, сверкающему из-за прозрачной корки словно хрустальное. Как пояснила спутница, заметив, с каким интересом я разглядываю фасад, это вовсе не лед, а какое-то кристаллическое вещество свирлера[12 - Свирлера – это кристаллическое вещество естественного происхождения. Внешне напоминает лед, но твердое как камень.], которое, помимо эстетической функции, защищает сооружение и закрепляет голубые «нити», впитывающие в себя энергию от лучей Алина, идущую потом на освещение и обогрев помещений. Не знаю, как именно сие чудо работало, но ощущение хрустальных зданий создавалось точно. Именно поэтому снежное крыло в народе прозвали Ледяным городом.

От площадки, где остался экипаж, до больших деревянных дверей вел довольно широкий мост с ажурными перилами, за которыми
Страница 12 из 24

сквозь рваные хлопья тумана было видно ущелье. Непривычная к такой высоте, я старалась не подходить близко к краю, хотя любопытство и требовало зрелищ. Благодаря такой же магической защите, что стояла на карете, на мосту не было ни ветрено, ни холодно. И поэтому я в своем весеннем плаще совершенно не мерзла.

– Запомни, девочка, – сказала миледи, когда мы подходили к замку, – я тебя наняла, и именно я твоя настоящая хозяйка, приказам которой ты должна подчиняться, а не Кайл или Снежка.

– Хм… – Я на пару секунд задумалась, осмысливая ее фразу. – То есть этот дом ваш?

– Нет, это замок семьи Дигрэ, – окинув задумчивым взглядом уходящие в облака стены, ответила Индэгра.

– Тогда я не совсем понимаю, – призналась ей. – Мне придется работать на других лордов, но при этом хозяйкой моей будете вы?

– Именно!

– Но…

– Девочка, – перебила меня спутница, посмотрев сверху вниз с высоты своего роста, отчего я почувствовала себя маленькой и беззащитной, а еще ужасно глупой, раз лезу к ней с расспросами вместо того, чтобы принять ее слова как данность. – У владельца этого замка довольно сложный характер, – со вздохом пояснила она. – И то, что ты подписала контракт со мной, а не с ним – своего рода защита для тебя от… от его плохого настроения, – с запинкой проговорила она, а я насторожилась. Что же там за монстр такой, в услужение которому меня пытаются определить? – Просто запомни: если он заявит, что ты принадлежишь ему и обязана подчиняться всем его приказам, отправляй наглеца ко мне. И я подробно объясню ему, что и кому ты обязана. – Улыбка, растянувшая ее бледные губы, выглядела зловеще. – Уяснила?

– Более чем, – со смесью благодарности и опаски отозвалась я. Будущий хозяин, по-видимому, тот еще самодур, но есть и плюсы! Во-первых, у меня высокопоставленная покровительница, которая готова, если что, защитить. А во-вторых, на кону выздоровление Хельги, ради которого я готова вытерпеть многое, даже скверный характер лорда Дигрэ. Ну и, в-третьих, мне теперь известно, где ночуют Аарон с Адрианом, а значит, и друзья, которым можно излить душу, у меня тут тоже будут. Забавно, что дар, долгие годы считавшийся мной бестолковым, оказался сейчас особенно полезным.

Большие двустворчатые двери послушно открылись, стоило снежной леди[13 - Леди – обращение к жене или дочери аристократа. Дочь лорда получает титул учтивости «леди». Этот титул она сохраняет, даже если выходит замуж за нетитулованного человека. Но, выходя замуж за титулованного человека, она получает титул своего мужа.] потянуть за металлическое кольцо, и моему взору открылся просторный холл, узрев который, я восторженно ахнула. Пожалуй, согласиться на эту работу стоило уже ради того, чтобы хоть раз в жизни увидеть собственными глазами архитектуру Ледяного города и фантастическое убранство его удивительных зданий.

Как ни странно, навстречу нам не высыпали многочисленные слуги, не вышел важный дворецкий… да вообще никто не вышел! И из-за этого сверкающий «хрустальными» гранями интерьер казался неприступно прекрасным и в то же время совершенно безжизненным. Я очень старалась не слишком таращиться по сторонам, чтобы не выглядеть деревенской дурочкой, впервые попавшей на представление бродячего театра и созерцавшей оное с разинутым ртом, но выходило, если честно, плохо.

Внутри замок оказался еще невероятнее, чем снаружи. Стены и резные каменные колонны окутывала все та же «ледяная» скорлупа, пронизанная голубой сетью «вен». Тот же прозрачный материал укрывал и пол, но если на стенах причудливая «паутина» была хаотичной, то внизу она образовывала четкий рисунок из уходящих в глубину спиралей. Наступать на них было боязно: казалось, твердое покрытие вот-вот треснет и я провалюсь под «лед». Высокий сводчатый потолок тоже пронизывали вездесущие нити, но там они выходили на поверхность и, сплетаясь в коконы вокруг источающих холодный свет сфер, свешивались вниз подобно диковинным люстрам. Все вокруг сверкало и переливалось бело-голубыми бликами, а я вертела головой по сторонам и с ужасом думала: «Сколько ж времени будет уходить на уборку этого огромного замка!»

– Что-то ты хмуришься, девочка, – заметив, что восхищения на моем лице поубавилось, проговорила миледи. – Неужели не нравится новый дом?

– Очень нравится! – искренне заверила я ее. – Но хотелось бы заранее уточнить, каковы будут мои обязанности в этом великолепном доме.

– Ты займешь освободившуюся должность экономки, – спокойно ответила Индэгра, а я мысленно ужаснулась еще раз, потому что даже если мне даром не нужен будет этот загадочный Кайл, то Бригита все равно не простит, что я заняла ее место. И, если ей действительно удастся вернуться в снежное крыло, у меня появится личный враг. Скверно! А впрочем, к чему печалиться о том, что, может, и не произойдет никогда? Ведь слуг выбирают снежные лорды, а не наоборот.

– Понятно, миледи, – сказала я, слегка кивнув. А потом подумала немного и спросила: – А почему здесь никого нет?

– У людей сегодня выходной, и многие предпочитают проводить его в парке развлечений. – Ответ Индэгры меня обрадовал: значит, в замке есть и другие слуги, а уж общий язык с ними я как-нибудь найду. – А где хозяева – не знаю. Но ты не беспокойся, я сама провожу тебя в башню, где находятся апартаменты экономки. Этот дом я знаю как свои пять пальцев, – ободряюще улыбнулась мне женщина. – Освоишься пока, вещи разберешь. А вечером я соберу всех домочадцев в обеденном зале и представлю тебя как слугам, так и хозяевам. Договорились?

– Конечно! – чувствуя, как мое настроение устремляется к потолку, воскликнула я и тут же прикусила язычок, вспомнив, что планировала вести себя прилично, и радостные вопли с этим «прилично» никак не клеились. Однако моя спутница, казалось, полностью довольна моими вопросами и проявлением эмоций.

– Идем тогда наверх, – предложила она и направилась к боковой лестнице, край которой виднелся за большой аркой. – Запоминай, это вход в твою башню.

Я кивнула, хоть и понимала, что с ходу все выучить не получится и мне предстоит хорошо поплутать в лабиринтах этого огромного замка. Когда мы поднялись по ступеням на второй этаж и отправились в путешествие по сверкающим коридорам, я снова заговорила:

– Скажите, ваша светлость, а ставить магическую защиту на меня будете вы или здешний хозяин?

– Что ставить? – Она остановилась и, вопросительно вздернув свою черную, как смоль, бровь, резко контрастирующую с белоснежной шевелюрой, уставилась на стремительно краснеющую меня. Я прямо кожей ощущала, как к щекам приливает жар, и от этого стало совсем неловко. Все же лучше не болтать лишнего при этой особе, лучше потом сходить в гости к волшебным коням и обо всем их подробно расспросить, ну или с другими слугами поговорить, уж они-то точно знают, как снежные лорды используют магические дары своих наемников.

Решив, что ответа она от меня, скорее всего, не дождется, Индэгра сказала:

– Замок уже под защитой, Гертруда. Здесь ты в безопасности.

– Понятно, – ответила я, опустив взгляд. Чувствовать себя глупой дурочкой
Страница 13 из 24

оказалось очень неприятно, но вместо того, чтобы и дальше страдать по этому поводу, я разозлилась на саму себя за робость (ведь нет ничего стыдного в том, что мне мало известно о местных порядках) и, вскинув голову, сказала правду: – Я не совсем это имела в виду. В городе ходят слухи, что поднебесные стражи ставят на простых людей специальную защиту, завязанную на магический дар, чтобы такие, как мы с Клотильдой, могли жить и работать в Ледяном городе.

– Ах, во-о-от ты о чем, – протянула миледи, снова улыбнувшись. – Нет, девочка, это просто сказки.

– Но тогда зачем же вам человеческие маги? – не удержалась от вполне обоснованного вопроса я.

– Чтобы пить вашу энергию, – просто ответила она, а меня аж передернуло. Воображение тут же нарисовало жуткие вампирские пиршества из заморских легенд, и пальцы нервно стиснули ремень висящей на плече сумки. – Успокойся, Герта, – рассмеялась женщина, заметив мою реакцию. – Это не страшно, не больно и, что главное, необязательно.

– Это обнадеживает, – пробормотала я, а она продолжила:

– Просто у каждого мага есть свой энергетический резерв, который пополняется за счет еды и сна. Но порой у стражей нет времени на длительное восстановление сил, и тогда они заимствуют часть энергии у добровольцев из прислуги, которые после этого чувствуют слабость, голод и сонливость и потому получают заслуженный выходной, денежное вознаграждение и тройную порцию на завтрак, обед и ужин. Примерно за сутки магический резерв обычного человека восстанавливается, и он снова может пользоваться своим даром. Как-нибудь попробуй «покормить» кого-нибудь из хозяев, просто, чтобы знать, зачем нам такие слуги.

– Благодарю за предложение, но я, пожалуй, воздержусь от личного опыта, – вежливо ответила ей, прекрасно понимая, что без дара не смогу разговаривать с животными, а они тут пока мои единственные знакомые, в присутствии которых я чувствую себя комфортно.

– Как знаешь, – пожала плечами блондинка и, махнув рукой на очередную арку, за которой взмывала вверх винтовая лестница, сообщила: – Ну вот и твоя башня. И вот еще, – она достала из внутреннего кармана серебристого плаща ключ, украшенный рубиновыми камнями, и протянула мне, – смотри не потеряй. Лучше на шее носи, так надежней.

– Спасибо, – проговорила я, забирая подарок.

Ох, надеюсь, Кайл с его сестрой Снежаной не возненавидят навязанную им экономку только за то, что не сами меня выбирали. Впрочем, миледи явно знает, что делает. Так с чего бы мне ей не доверять? Решив так, я задавила зреющие в душе сомнения и, расправив плечи, пошла следом за своей нанимательницей наверх. Ну не съедят же меня в этой башне снежные лорды, правда? Или все-таки съедят… вернее, «выпьют» весь мой дар, а, может, вместе с ним и жизнь? Вдруг именно поэтому некоторые люди не возвращаются из Ледяного города?

– Прекращай трястись, девочка, – не оборачиваясь, сказала Индэгра. – Я привела тебя в этот дом, потому что впечатлилась твоей смелостью и силой духа. Не разочаровывай меня, Гертруда.

Некоторое время спустя…

От целителя Кайлин Дигрэ вышел не в самом хорошем настроении. Нет, с Ирмой все было относительно хорошо, и здоровью ее ничего не угрожало, но видеть обычно жизнерадостную и полную жизни напарницу непривычно молчаливой и подавленной было неприятно. Хотя и то, что опытная стражница позволила эмоциям взять над собой верх, предводителя из пятерки тоже не радовало. Там, в пещере, она по-настоящему боялась, и он буквально чувствовал ее страх, вызывавший в нем жалость вперемешку с брезгливостью. Самая опытная из их команды, самая веселая и безбашенная… и вдруг – трусиха!

И хотя понять он ее мог, так как ситуация сложилась непредвиденная, ибо раньше обитатели изнанки пленить стражей не пытались, но что-то внутри все равно протестовало против такого откровенного проявления слабости. Леди Вайс знала, на что идет, когда выбирала эту профессию. А значит, должна быть готова не только умереть в бою, но и в ловушке высших демонов, насылающих в мир Алина своих низших чудовищ. Впрочем, точную иерархию общества по ту сторону периодически открывающихся порталов Кайл не знал. Однако строить логические гипотезы это ему ничуть не мешало.

Итак, Ирма…

После пары кружек успокоительного настоя и полного осмотра всех повреждений лекарь позволил допросить свою пациентку. По словам женщины, ее специально заманили в искусно расставленную ловушку, причем целью была именно Вайс, а не двое спутников, работавших с ней в связке. Их вырубило при первой же попытке закрыть обычный с виду прорыв в тонких тканях пространства, при этом магический резерв мужчин абсолютно не пострадал. Ирму же, едва она приблизилась к магической паутине, потянуло в плен алых нитей, словно магнитом. И пока стражница дергалась в сетях, подобно пойманной рыбаками добыче, из нее стремительно уходила энергия, из-за чего попытки сопротивления становились вялыми. И это, по мнению Вайс, было самым страшным. Потому что силы женщина теряла с такой скоростью, что невольно попрощалась с жизнью, готовясь погибнуть от магического и физического истощения.

Все происходящее ничем не напоминало заимствование чужой энергии, которое иногда практиковали лорды Триалина со своей прислугой. Ни один маг в здравом уме и твердой памяти не посмел бы так безжалостно обойтись с человеком, согласившимся поделиться с ним своим резервом. Демонам же не была свойственна жалость. Однако убивать пленницу не стали, во всяком случае, сразу. Иначе на пульсирующих алым светом нитях висела бы не перепуганная стражница, а ее бездыханный труп. Да и затягивать жертву в другой мир таинственные ловцы не спешили, словно дожидаясь прихода более ценной добычи, которую планировали поймать «на живца». И если Кайл правильно понял планы противника, глупая выходка Гидеона, сунувшегося в нутро чужеродного мира, спасая напарницу, вполне еще может выйти всем боком!

Раздумывая над этим, наследник рода Дигрэ попросил лекаря отправиться в замок Рида и тщательно осмотреть молодого хозяина, после чего доложить о результатах. Сам же, продолжая мысленно прокручивать случившееся в ледяных чертогах, отправился домой, но на мосту был остановлен звонким окриком, раздавшимся за спиной. И, тяжело вздохнув, мужчина обреченно обернулся, чтобы узреть мчащуюся на скайтовире[14 - Скайтовир – летающая доска, в которую, как и в оболочки животных, заключен снежный дух.] сестру. А ведь ей уже семнадцать с половиной лет! Два рода снежных сделали довольно интересные брачные предложения, Индэгра спит и видит, как женит на Снежане Гидеона, а у нее, как в детстве, ветер в голове и шило в одном мягком месте. Ладно бы стражницей была, на этих общепринятые правила поведения не распространяются, так нет же, девчонка решила примкнуть к магам-архитекторам, которые по жизни совсем «без башни» и с вечно пляшущим «свайным фундаментом». Так, значит, должна быть и леди во всех смыслах этого слова: красивой, умной, спокойной, рассудительной и с идеальными манерами, а не сорвиголовой, летающей на «живой» доске в окружении снежных
Страница 14 из 24

вихрей.

– П-р-р-р-у-у-у! – будто останавливая лошадь, воскликнула сестра, пытаясь затормозить свое дурацкое транспортное средство. Овальная доска с креплениями для ног дернулась, шире распахнула синие мерцающие глазищи, расположенные на изогнутом выступе спереди, и начала плавно опускаться на мост. Снежка привычно пригнулась, легко удерживая равновесие, при этом приветственно помахала брату и радостно сообщила: – Ты в курсе, что Индэгра нам новую экономку привезла?

– Она обещала. А слов на ветер миледи не бросает, – пожав плечами, ответил Кайл.

– И как она? – с горящими любопытством глазами спросила девушка.

– Регент? – вздернув густые черные брови, уточнил мужчина.

– Экономка! – фыркнув, воскликнула Снежана.

– Тебе-то какая разница? – прищурился ее брат. – Или опять пакость очередную задумала? – спросил настороженно.

– Вовсе нет! – возмутилась его собеседница. – Да и прошлая шутка, насколько я знаю, пришлась тебе по вкусу. Так что не надо мне тут… – Она замолчала, не договорив.

Действительно, последняя попытка леди Дигрэ посмеяться над своим ближайшим родственником закончилась тем, что он сказал ей «большое спасибо» за новую любовницу с даром возбуждать мужчин одним касанием. После истечения контракта с прежней экономкой Снежана отправилась на поиск новой, но, как и следовало ожидать от застрявшей в детстве девчонки, вместо опытной и трудолюбивой женщины притащила в замок хамоватую красотку с совершенно ненужными для ее работы талантами.

Мелкая насмешница просто хотела подурачиться, поиздевавшись над братом, который, по ее задумке, должен был тут же попасть под чары новенькой. Потом бы леди Дигрэ выплатила той неустойку и выдворила ее из Ледяного города за профессиональную непригодность, но… не тут-то было. Распробовав ласки безотказной Бригиты, Кайлин решил, что она полностью его устраивает в качестве постоянной любовницы, а обязанности экономки переложил на плечи двух горничных, которым, после того как хозяин перестал навещать их в постели, больше нечего было делить и не из-за чего ссориться.

И так бы продолжалось по сей день, если бы регент не решила, что фаворитка слишком сильно отвлекает лорда Дигрэ от подготовки к грядущим испытаниям и, пользуясь правами опекуна и наставницы, не убрала Бригиту с глаз долой как минимум на ближайшие несколько месяцев. От такой новости Кайлин вспылил и в гневе разбил волшебное зеркало Индэгры. Но потом, обдумав ее слова, все же признал правоту миледи – «экономка» действительно мешала ему сосредоточиться, требуя все больше его внимания. Да и возобновить связь можно было без труда, забрав Бригиту после испытаний обратно в дом, что он ей и пообещал перед расставанием.

– Так ты видел новенькую или нет? – вырвал мужчину из воспоминаний нетерпеливый голос сестры.

– Нет! – грубее, чем хотелось бы, ответил он. – Но намерен познакомиться. – Предвкушающая ухмылка исказила его губы, добавив красивому лицу хищности.

– Я с тобой, – тут же заявила Снежка, которая парила на медленно плывущей над мостом доске.

– Вот еще! – насмешливо фыркнул хозяин замка. – Мне свидетели ни к чему. Тем более несовершеннолетние. Мало ли… может, эта новенькая погорячее Бригиты будет.

– Держи карман шире, – хихикнула девчонка, – наверняка миледи подсунула нам «кусок льда», а не женщину.

На что мужчина хитро посмотрел на собеседницу, кивнул посетившей его голову идее и провокационно спросил:

– Спорим, я заставлю этот «лед» растаять в течение… ну, например, недели?

– Это как же?

– Ясное дело – в постели.

– Спорим! – охотно откликнулась сестра. Пари она любила не меньше, чем гонки на скайтовире и всевозможные розыгрыши. – А на что?

– На твое свидание с Гидеоном. – Симпатичное личико ее недовольно скривилось, но отказываться девушка не стала.

– Ладно, – сказала как бы нехотя, а потом, азартно блеснув глазами, назвала свое условие: – Но если ты продуешь, будешь месяц поститься в интимном плане. Никаких хорошеньких служаночек, боевых подруг и прытких снежных леди, жаждущих через постель приобрести фамилию Дигрэ!

– Договорились! – Пожав узкую девичью ладонь, лорд серьезно проговорил: – Но не смей мне мешать, понятно?

– Конечно-конечно, братик, – расплываясь в довольной улыбке, мурлыкнула Снежана, мысленно пожелав, чтобы новая экономка оказалась «крокодилом», соблазнять которого ее бабнику-братцу будет как минимум тошно.

Возле самых дверей азартные родственнички расстались: он вошел в дом, а она взмыла в воздух, скрывшись за углом сверкающего в лучах вечернего Алина здания.

В башне…

Комната, в которую привела меня миледи, больше походила на небольшую квартиру из трех смежных помещений – без кухни, но с удобствами в виде круглого каменного бассейна на две персоны, каменной же чаши с фонтанчиком холодной воды, на стене за которой висело большое зеркало, и маленькой уборной, прятавшейся за перегородкой. В маленькой прихожей стояла вешалка для одежды и узкий шкаф, в котором обнаружились кое-какие женские вещи, то ли забытые, то ли специально брошенные прежней хозяйкой. Ну а комната радовала глаз привычными матовыми стенами без характерного для всего замка «хрустального» блеска. И не радовала – жутким бардаком.

Узрев свои новые апартаменты, я в первый момент даже дар речи потеряла, не в силах подобрать слова, чтобы озвучить свои впечатления от свинарника, который там царил. У моих коров в хлеву было гораздо чище и лучше, чем в покоях, занимаемых ранее Бригитой. Как такая чистенькая с виду красотка умудрялась жить в этом беспорядке?! Хотя, быть может, она жила где-то совсем в другом месте, а комнату на самом верху одной из башен просто использовала как склад для ненужного барахла. И все же меня такое положение дел возмутило до глубины души, а нанимательница, выдав глубокомысленное:

– М-да, – предложила обустраиваться, сказав, что сами-то помещения хорошие и комната просторная, а все остальное убирается с помощью метлы и совка, которые, к счастью, обнаружились в узенькой кладовой, расположенной по соседству с моим новым местом жительства.

Пообещав зайти за мной вечером, чтобы, как и было обещано, представить меня слугам и хозяевам замка, снежная леди благополучно сбежала, оставив новую экономку замка Дигрэ в компании трудового инвентаря и… самого отвратительного бардака, который мне доводилось видеть. Даже Клотильда не опускалась до того, чтобы позволить старой еде заплесневеть на столе, а огрызкам от яблок сгнить за кроватью. Затхлый запах, царящий в комнате, я решила устранить радикальным методом: влезла на широкий каменный подоконник и, с опаской поглядывая вниз, осторожно открыла большое окно с голубоватой сетью тончайших трубочек, впаянной в прозрачное стекло. Никакой магической защиты от холода и ветра здесь не оказалось, и в помещение тут же ворвался чистый морозный воздух, от которого я поежилась и улыбнулась одновременно. Вытащив из сумки свою меховую жилетку, надела ее поверх серого платья, чтобы не замерзнуть во время работы. А потом принялась за дело. До ужина было еще несколько
Страница 15 из 24

часов, и я планировала успеть навести идеальный порядок.

Время за работой летело быстро, а удовольствие от того, как меняется интерьер, подстегивало еще больше к активным действиям. Вытащив в прихожую весь мусор, я упаковала его в отдельную коробку, взятую в каморке, в соседнюю стопку сложила чужие вещи, обнаруженные в самых неожиданных местах, и еще в одну – старое постельное белье и покрывало, которые требовали тщательной стирки. Затем убрала всю висящую по углам паутину, передвинула к окну круглый стол и мягкое кресло, после чего, довольная результатом, взялась за мытье подметенных ранее полов. Увлеченная своим занятием, я напевала себе под нос незатейливый мотивчик и, уверенная в том, что дверь заперта на ключ, чувствовала себя в полной безопасности. Тем неожиданней было услышать за спиной мужской голос, который с одобрительными интонациями совершенно бесцеремонно заявил:

– Мило, очень мило, угу. Вид сзади я оценил по достоинству, малышка. Попка у тебя что надо. Может, теперь и личико покажешь? – Такой наглости по отношению ко мне даже парни на рынке не допускали. Да что там – нетрезвые мужики в питейных заведениях, из которых я забирала отца, и те подобные шуточки произносили исключительно шепотом!

Наверное, следовало посмотреть для начала на гостя, прежде чем что-то предпринимать, но от возмущения, застыв на миг в своей наклонной позе с мокрой тряпкой в руках, в следующее мгновение я бросила ее на пол, резко разогнулась и, как бы случайно толкнув ногой ведро, отправила его содержимое в красивый полет… естественно, с надеждой, что оно попадет на хама, посмевшего обсуждать мои женские прелести, будто я шлюха какая-то, а не леди. Да даже если б простолюдинкой была, разве можно начинать общение… так?!

Судя по обескураженному лицу лорда, по одежде которого стекала грязная вода – он тоже считал, что знакомиться ТАК – это слишком. Только его возмущение касалось совсем другого. Наверное, с перепугу у меня начались слуховые галлюцинации, потому что за окном высоченной башни послышался чей-то сдавленный смешок, но все тут же стихло, зато вновь заговорил лорд (а судя по дорогой одежде и бело-черным волосам, заплетенным в тугую косу, это был именно он).

– Нич-ш-ш-ш-чего так… личико, – глядя зло сузившимися черными глазищами на прошептавшую «простите мою неуклюжесть» меня, прошипел мужчина. И, подняв ведро, швырнул его обратно так, что остатки выплеснулись на подол моего скромного платья. – О! И ты прости мою неуклюжесть, малышка, – без тени раскаяния повинился этот… стр-р-раж поднебесный, кнопка собственной значимости которого, судя по его поведению, давно уже улетела в заоблачную вышину, а манеры, напротив, канули в бездну. Я уже хотела, скрипнув зубами, ответить что-то вроде: «Ничего страшного, ваша светлость», потому что ссориться с будущим хозяином при первой же встрече не хотелось, а значит, надо было сгладить возникший конфуз, как мужчина вдруг вполне миролюбиво предложил: – Раз уж мы оба случайно испачкались, может, примем совместную ванну, малышка?

– Благодарю, ваша светлость, но купаться мы будем раздельно. Если вы, конечно, не возражаете.

– А если возражаю? – насмешливо поинтересовался он, пытаясь стереть с кожаных штанов грязные разводы.

– Придется ходить немытым! – развела руками я.

– Мне? – В его голосе промелькнуло удивление.

– Ну а кому же еще? Вы ведь возражаете! – не без ехидства ответила я, но тут же состроила грустную мину и фальшиво вздохнула, с показным сочувствием осматривая его одежду.

– Постирать небось хочешь… дело своих рук? – язвительно спросил лорд.

– Можно, – задумчиво протянула я. – А вы, наверное, мое платье тоже постирать хотите?

– Не забывайся, малышка, – обманчиво мягко проговорил мужчина. – Я твой хозяин, а ты моя новая прислуга. Никак не наоборот.

– А разве в обязанности экономки входит стирка? – прикинулась удивленной я. – Надо будет непременно попросить список дел у моей нанимательницы миледи Индэгры, по заверению которой, именно она и является моей единственной хозяйкой, как и прописано в контракте. – За окном кто-то снова подавился хохотом, и я с опаской взглянула туда, но ничего не увидела.

– Тогда что ты забыла в моем замке, если работаешь на нее? – спросил он, не скрывая раздражения, вызванного, как мне показалось, не только моими словами, но и странным смехом, который лорд Дигрэ тоже слышал, судя по его косым взглядам на плывущие по небу облака.

– Выполняю ее приказ, что же еще! – На этот раз я удивилась по-настоящему. Неужели сложно сложить два плюс два? – Но если вы против моей кандидатуры, пожалуйста, решите этот вопрос с миледи. Поверьте, я только рада буду, если она заберет меня в штат своих слуг.

– Яс-с-сно, – прошипел мужчина, постоял еще немного, прожигая взглядом меня, скромно опустившую глазки на грязную лужу у его ног, и, резко развернувшись, вышел из комнаты, не забыв при этом как следует хлопнуть дверью.

Да уж, похоже, зря я распаковала свои скудные пожитки. Такими темпами мне придется сменить место работы, не успев приступить к обязанностям. А может, оно и к лучшему… при таком-то хозяине дома! Успокоив себя этой мыслью, я рванула к окну в надежде выяснить, есть ли там кто-нибудь, или это все же был обман слуха, вызванный… да чем угодно, хоть нервами, хоть чарами. Каково же было мое удивление, когда я увидела фигуру удаляющейся прочь брюнетки с двумя белыми прядями, затесавшимися среди ее черных волос. Незнакомка, спину которой я имела честь лицезреть, легко и непринужденно скользила по воздуху, словно мчалась на лыжах, в то время как ступни ее тонули в извивающихся снежных вихрях.

– Та-а-ак, – протянула я, мрачно глядя вслед девушке. – Эти лорды-леди мало того, что входят в чужие комнаты, используя свои ключи, так еще и в окна заглядывают! Сияющий свидетель – мои коровы лучше воспитаны.

Брюнетка скрылась в белых клубах тумана, а я подумала, что, если Индэгра все же уладит вопрос моего пребывания в этом замке и мне придется задержаться на должности экономки до середины лета, надо будет озаботиться приобретением не только нового постельного белья и покрывала, но и штор.

В соседнем замке…

Визит обеспокоенного лекаря, направленного в дом Рида Кайлином, вырвал мужчину из глубокого целебного сна и, по понятным причинам, хорошего настроения не добавил. Однако срывать свое недовольство на том, кто искренне заботится о его здоровье, он, естественно, не стал. К счастью, гость не задержался надолго. Проведя более тщательную проверку физического и магического состояния стража, пожилой лорд с редким среди снежных даром целителя отправился в свой фамильный замок, первый этаж которого был оборудован под обычно пустующий лазарет. Ну а Гидеон снова рухнул на постель, намереваясь не вылезать из нее как минимум до вечера, однако вскоре понял, что есть хочет значительно больше, чем спать. Несмотря на щедрость двух горничных, поделившихся с молодым хозяином своей магией, лорду все равно требовались еда и отдых, чтобы восстановить силы. И это было немного странно, потому что раньше подобного энергетического
Страница 16 из 24

истощения он не ощущал после использования морозного стазиса.

Раздумывая о том, что, вероятно, виной всему прыжок в мир изнанки, который страж совершил, спасая Ирму, Рид вышел из своей спальни и отправился на расположенную на первом этаже кухню, чтобы поживиться трудами кухарки, которая жила в их замке уже пятый срок, регулярно продлевая стандартный полугодовой контракт с миледи. Стряпня этой женщины нравилась всем: и хозяевам и прислуге. Ну а молодой бездетной вдове попросту не хотелось возвращаться в опустевший после гибели любимого мужа дом, за которым нынче присматривала ее сестра. Так что столь длительное пребывание Марты в Ледяном городе полностью устраивало все заинтересованные стороны.

На лестнице Гидеон встретил горничную, которая, сделав книксен, прошмыгнула мимо него наверх. Следом за девушкой пролетели и ее помощники – семь полупрозрачных снежных духов с синими светящимися глазами на призрачных мордашках. Именно они под руководством живых слуг обычно наводили порядок в просторных помещениях замков, поэтому людей, нанятых в снежных землях, было не так и много. Лорд, сцедив в кулак зевок, мельком оценил стройный ряд своей потусторонней прислуги, мысленно похвалив старшую горничную, сумевшую так хорошо вымуштровать этих разгильдяев. А, идя по начищенному до блеска полу большого холла, мужчина услышал нехарактерные для обители Марты звуки, доносящиеся вместе с изумительными ароматами готовящейся к ужину еды.

Живот заныл, требуя немедленного насыщения, голод, мучивший лорда и ранее, стал вовсе невыносимым. Но, подойдя ближе, Рид так и не переступил порог кухни, за приоткрытой дверью которой обнаружилась не только хозяйка и трое ее поварят, но и потрясающей красоты блондинка с прекрасными, но заплаканными глазами. Она картинно заламывала руки, с вселенским укором глядя на Марту. Узрев эту печальную синеглазку с обиженно надутыми губками, лорд на время забыл, зачем вообще сюда пришел. Но грохот кастрюль вкупе с разъяренным возгласом кухарки, которая стояла спиной к дверям и потому не замечала наблюдавшего сцену хозяина, быстро вывел его из состояния эстетического транса, вызванного созерцанием незнакомки.

Что эта юная особа в явно дорогом и не очень-то удобном платье вообще тут забыла? Неужели Марту проведать приехала? Или кого-то еще? Вслушавшись в вопли кухарки, Гидеон понял, что пришла девушка вовсе не в гости, и это удивило его даже сильнее, чем ее диссонирующая с кухонным интерьером внешность. Слуг за свою жизнь лорд повидал разных, но такие манерные красавицы в дорогих нарядах, ныне модных среди городских аристократов, в роли наемных работников ему еще не встречались, хотя иногда обедневшие леди из разорившихся родов и приезжали попытать счастье в Ледяной город.

– У тебя из какого места руки растут, растяпа?! Как ты могла перепутать соль с сахаром?! – отчитывала девушку Марта, угрожающе размахивая половником. – Весь суп загубила, неумеха размалеванная! – раненым зверем взвыла кухарка, которая пеклась о своих блюдах как о родных детях.

– Я случайно, – пискнула блондинка, досадливо закусив нижнюю губу.

– С-с-случайно полсахарницы в мясной бульон высыпала?! – зашипела женщина, начиная наступать на побледневшую синеглазку. – Это не случайность, Кло! Это с-с-саботаж!!!

– Ты сама виновата! – неожиданно и для Марты, и для попрятавшихся за стеллажами поварят, и для застывшего в дверях Гидеона огрызнулась «робкая лань», решившая, видимо, что лучшая защита – это наступление. – Надо было лучше объяснять, сколько соли сыпать и в какую кастрюлю.

– Соли! – вновь взвилась кухарка. – При чем тут сахар?

– Перепутала от усталости! Вместо того чтобы позволить отдохнуть с дороги, переодеться и принять ванну, вы заставили меня наблюдать за вашей работой и солить этот отвратительный бульон, – с укором заявила девушка, продолжая строить из себя несчастную и несправедливо обвиненную жертву обстоятельств.

– Твоими стараниями и правда отвратительный, – рыкнула женщина, стукнув в сердцах пустым половником по деревянной столешнице.

– Да на него и до этого было страшно смотреть, а от запаха можно было в обморок упасть, – высказала свое «ценное» мнение новая служанка. Глупая служанка с полным отсутствием инстинкта самосохранения! Потому что Марта хоть женщина с виду и субтильная, но если ее разозлить…

– Сейчас-с-с ты у меня упадеш-ш-шь! – зловеще прошептала обиженная кухарка и ринулась на испуганно пискнувшую помощницу, которая, не удержав равновесия на высоченных каблуках, едва не рухнула на сверкающий чистотой пол, но была вовремя поймана подоспевшим на помощь Гидеоном.

– Не ушиблась? – спросил мужчина, когда поставил синеглазку на ноги.

– Нет, благодарю, – глядя на него во все глаза, проворковала красавица. – Но если бы не вы, мой лорд, эта грымза наверняка бы меня убила, – почувствовав себя в безопасности, нажаловалась девушка. – Она такая, такая… ах, – выдохнула она и, опустив ресницы, снова повалилась, на этот раз действительно в обморок. Во всяком случае, именно на него ее красивое падение и было похоже. В очередной раз подхватив блондинку, Рид выразительно посмотрел на Марту, которая, даже не думая раскаиваться в своих действиях, плотно сжала тонкие губы и скрестила на груди руки, удобно устроив серебристый половник на своем худосочном плече.

– Мерзавка специально испортила мой фирменный суп за то, что я велела ей остаться на кухне до ужина и только потом идти обустраиваться в башне для слуг, – заявила она. – Такое отношение к еде непростительно для помощницы повара!

– Марта, милая, – вздохнув, проговорил Гидеон, – я понимаю твое возмущение, но девочка наверняка просто сильно вымотана с дороги, и перепутала соль с сахаром она из-за невнимательности, а не из желания отомстить тебе за принятое решение. Ты уж прости ее на первый раз и завтра, будь добра, дай новой служанке еще один шанс проявить себя на работе.

– Ха! – махнув поварешкой, усмехнулась кухарка. – Единственное, где эта пигалица может себя проявить, – это в твоей постели, Рид, – в привычной для нее грубоватой манере заявила женщина. – Вон как старательно изображает потерю сознания, лежа на твоих руках. Ждет небось, что ты ее в свои покои отнесешь…

– Это вряд ли, ты же знаешь, что мои отношения со слугами не выходят за рамки рабочих или дружеских, – покосившись на прекрасную ношу, уткнувшуюся лбом в его плечо, пробормотал лорд. Притворяется или нет – не важно. Синеглазку просто надо было убрать на время с кухни, дав возможность оскорбленной Марте перекипеть и успокоиться, чтобы не случилось беды. – Но в ее комнату я, пожалуй, девушку доставлю. Пусть сегодня отдыхает, знакомится с замком и с его обитателями, а завтра… – Он подарил кухарке очень красноречивый взгляд, и та, сдавшись, сказала:

– Ладно, ваша светлость. Только ради вас потерплю эту белоручку до тех пор, пока она снова не испортит мои кулинарные шедевры. Но если опять услышу, что мои блюда отвратительны, – она многообещающе постучала чашей половника по раскрытой ладони, – пусть пеняет
Страница 17 из 24

на себя!

– Ты сама справедливость, Марта, – широко улыбнулся ей лорд и, развернувшись, понес все еще не очнувшуюся блондинку к выходу, но остановился в дверях и спросил: – В какой комнате ее разместили?

– Филипп проводит, – проворчала та, и один из поварят послушно вышел из-за стеллажа с посудой, готовый показывать хозяину дорогу.

– Еще одно, – немного помедлив, проговорил Гидеон, – будь добра, собери мне поднос с едой в спальню. После магического истощения аппетит просто зверский, боюсь, до ужина не дотерплю.

Лицо женщины тут же просветлело, морщинка меж нахмуренных бровей разгладилась, а на губах заиграла довольная улыбка.

– Конечно, конечно, хозяин, сейчас положу вам все самое вкусное.

– И побольше, – сказал лорд, выходя в открытые Филиппом двери с девушкой на руках.

– Много вкусного! – потирая руки, сказала сама себе Марта, которая очень хорошо относилась к молодому стражу, никогда не скупившемуся на похвалу для ее стряпни.

В кабинете миледи…

– Ты должна ей сказать…

– Нет.

– Она работает в моем доме и подчиняться обязана мне! – рыкнул Дигрэ, хмуро глядя на регента, на что та лишь плечами пожала и напомнила в третий раз за период их бесполезного спора, что Гертруда Андервуд заключила контракт именно с ней, а в доме Кайлина находится временно, пока нет другой подходящей кандидатки на освободившуюся должность экономки. Так что Индэгра, как выяснилось, еще и услугу своему ученику оказывает, одалживая ему такую хорошую и трудолюбивую служанку.

– Не понимаю, Кайл, – подойдя к висящему на стене Сноуришу, женщина принялась задумчиво разглядывать свое отражение, не упуская из виду и стоящего за спиной мужчину, – ты чем-то недоволен? Так я могу и другую девочку прислать на место этой. У меня как раз есть еще одна подходящая…

– Не надо! – поспешнее, чем хотелось бы, ответил лорд, а его наставница низко опустила голову, пряча от посторонних глаз довольную улыбку. – Просто я хочу, чтобы слуги в моем доме подчинялись мне, а не кому-то там…

– Я не кто-то там, мой мальчик, – развернувшись к нему, сказала регент. – Я ваш со Снежкой опекун, – напомнила она.

– Мы давно не дети, миледи, – парировал молодой лорд, – чтобы нас опекать.

– Для родителей их чада всегда остаются детьми, – вновь обратив свой взор на зеркало, отозвалась Индэгра. – А вы для меня все трое как родные. Так что хватит спорить, иди лучше отдохни. Сегодняшнее дежурство вашей пятерки было на редкость паршивым.

– Никто не погиб и даже не ранен – дежурство как дежурство. А то, что демоны сменили тактику, так давно следовало ожидать чего-то подобного.

– Вот над этим и поразмысли на досуге! – назидательно рекомендовала регент. – А не над тем, как, пользуясь властью хозяина, принудить к сожительству очередную смазливую служанку, – с холодной усмешкой поддела она его.

– А знаете, ваша светлость, – неожиданно развеселился лорд, – может, вы и правы. Принуждение это так низко, просто и скучно. Куда приятней решать задачки посложнее.

– Ну, решай, решай… только не увлекайся сильно, а то и эту экономку придется отправить восвояси, если она станет слишком отвлекать тебя от подготовки к испытаниям.

– Отнюдь! – возразил Дигрэ. – Охота распаляет азарт и будоражит кровь, успокоить которую могут как страстные ласки строптивой служанки, так и активные тренировки в зале. Надеюсь, Гидеон составит мне компанию?

– В охмурении Гертруды? – Женщина рассмеялась. – Сомневаюсь, зная его щепетильность в отношении слуг. А насчет спаррингов и ледяной полосы препятствий сам с ним разговаривай. Я буду только рада, если вы займетесь подготовкой друг друга. Кто бы из вас ни получил эскалибриум в ледяных чертогах, я буду выдвигать его кандидатуру на пост эррисара.

– Гидеон не потянет эту должность – слишком мягкий.

– Согласна. Но и ты не идеален, Кайл, – вздохнула Индэгра.

– Не идеален, но стремлюсь к тому… вашими стараниями, миледи! – насмешливо заявил мужчина и, отвесив регенту шутовской поклон, вышел.

А Индэгра, закрыв с помощью чар дверь, вновь вернулась к волшебному зеркалу и прошептала слова вызова духа, заключенного артефактором в магически закаленное стекло. Отражение ее задумчивого лица смазалось, поплыло, а потом и вовсе растаяло в туманной дымке. Из нее вскоре проступили призрачные черты похожего на маску лица, на котором горели синим огнем два раскосых глаза. В присутствии свидетелей регент никогда не призывала Сноуриша в его истинном обличье, предпочитая задавать вопросы с помощью заклинаний и получать ответы в виде живых картин, отражаемых зеркалом. Тот, кто видел лицо снежного духа с даром прорицания, получал над ним власть. И Индэгра хотела, чтоб эта власть принадлежала только ей.

– Чего изволите, миледи? – проговорили призрачные губы, а глаза ярко сверкнули, источая синий свет.

– Я, о мой виртуозный мастер загадок, – не без иронии сказала хозяйка, – привезла из Снежного Дола, на который ты намекал в прошлый раз, двух девушек. И теперь хотела бы узнать, которая из них та самая?

– Обе хороши, – ехидно оскалился Сноуриш.

– Та-а-ак, значит, – протянула Индэгра, прищурившись.

– Конечно, так, миледи, – продолжая довольно скалиться, подтвердил насмешник-дух, а потом, нарочито вздохнув, посетовал: – Столько лет мы вместе, а вы по-прежнему задаете неправильные вопросы.

– Ладно, спрошу иначе, – легко согласилась с этим хитрецом миледи. – Кого по-настоящему полюбит лорд Дигрэ?

– Кроме себя? – состроив серьезную мину, уточнил Сноуриш, а его собеседница обреченно закатила глаза. Прорицатель ей достался, мягко говоря, с характером. Но… тем интереснее было с ним общаться. – Он полюбит леди Андервуд! – решив не мучить больше хозяйку, ответил дух.

– Отлично! – Губы женщины сложились в крайне довольную улыбку. – И какую же из сестер? – продолжая смотреть в упор на призрачного собеседника, спросила она.

– А мне откуда знать? – фыркнул мастер загадок, вновь полыхнув своими неестественно синими глазищами. – Сама реши какую.

– Среди нас двоих ты прорицатель, а не я.

– Логическое мышление порой куда полезнее для предсказаний, чем путаные видения, вызванные заклинаниями, – со знанием дела заявил дух.

– И все же мы попробуем сначала применить заклинания, – не согласилась с ним регент. Она сняла с пояса расшитый серебряной нитью кошель, но вместо того, чтобы вынуть оттуда монеты, достала два длинных волоса: русый и золотистый. После чего принялась произносить волшебные слова, разогнавшие туман и затянувшие обратно в стеклянное нутро обреченно вздохнувшего Сноуриша. Когда два волоса переплелись и последним важным штрихом впечатались в морозный узор чар, нарисованный на зеркале, по нему пошла мелкая рябь. Когда же картинка вновь стала четкой, Индэгра увидела силуэт девушки, стоящей ночью на краю заснеженной скалы. Но ни лицо ее, ни цвет волос рассмотреть, к сожалению, было невозможно.

– И как это понимать? Кто она? Герта или Кло?

«Она леди Андервуд! Та, из-за которой оборвется сердце хладнокровного лорда Дигрэ» – появилась надпись на темном фоне живой
Страница 18 из 24

картинки.

– Оборвется? – нахмурилась Индэгра, уже неуверенная в правильности своей затеи. – Как это – оборвется? Он из-за нее погибнет, что ли?

«О Сияющий! – гласили новые слова на стекле. – Вроде из нас двоих женщина ты, а мыслить поэтическими аллегориями приходится мне! Втрескается твой подопечный в эту девчонку, как последний дурак! Так понятнее, мил-л-леди?»

– Более чем, – удовлетворенно кивнула та и принялась развеивать свое заклинание.

Глава 3

Беспокойная ночь

Закутавшись в чужое меховое манто, оставленное бывшей хозяйкой из-за испачканного вином рукава, я любовалась звездным небом через приоткрытое окно и вспоминала прошедший день. Все случилось как-то слишком быстро для меня, непривычной к таким резким поворотам судьбы. Еще утром отчитывала Искорку в родном хлеву, а днем уже летела в «хрустальной» карете в Ледяной город, где даже не мечтала побывать. И теперь в моем распоряжении не маленькая комнатка рядом с детской, а сверкающие чистотой апартаменты со всеми удобствами, а из окна открывается такой восхитительный вид, что хочется стоять тут и стоять, созерцая бархатное сине-черное небо, посеребренное россыпью далеких звезд. Красота непередаваемая! И даже холод не омрачал ощущение какого-то почти детского счастья, наполнявшего меня при виде сказочно прекрасного горного пейзажа.

В целом вечер прошел даже лучше, чем я ожидала. Наше незабываемое знакомство с лордом Дигрэ не привело ни к каким серьезным последствиям. Извиняться за свое наглое поведение мужчина, конечно, не стал (да я в общем-то и не ожидала), но и попыток выставить меня с вещами за дверь тоже не предпринимал. Миледи Индэгра, явившаяся ко времени ужина, как и было обещано, устроила мое официальное представление, называя перед собравшимися в холле домочадцами меня не иначе как леди Андервуд. Слуги, коих я насчитала пятнадцать человек, смотрели скептически на аристократку в скромном наряде, но свое мнение относительно моей персоны предпочли держать при себе.

Зато хозяева – молодой лорд и его юная сестрица, наоборот, высказались. Он приказал отнести ко мне в комнату все учетные книги, чтобы я незамедлительно приступила к своим обязанностям. А она, подмигнув украдкой, пожелала мне удачи. После представления Индэгра предложила всем присутствующим идти ужинать. Естественно, в разные столовые. Но когда я шагнула вслед за слугами, Кайлин довольно громко заявил, что леди не место среди простолюдинов. Взгляды, которыми одарила меня и так скептически настроенная прислуга, были далеки от дружелюбных. И, понимая, что если сейчас ничего не предприму, то потеряю шанс наладить нормальные отношения с теми, с кем предстоит работать, я сделала книксен и сказала:

– Прошу прощения, лорд, но в вашем доме я не гостья, а прислуга, так что не стоит выделять меня из всех только из-за благородного происхождения. – После чего распрямилась и вопросительно посмотрела на Индэгру, искренне надеясь, что она меня поддержит.

Сидеть за одним столом с хозяином было бы, без сомнения, лестно, если б я этой чести чем-то заслуживала. Пока же складывалось ощущение, что мужчина либо вознамерился превратить меня в новую Бригиту, и раз его прямой приказ я могу и проигнорировать благодаря опеке миледи, решил приблизить к себе другим способом. Либо он попросту жаждет поиздеваться, надеясь на то, что у такой «серой мыши», как я, нет ни вкуса, ни такта, ни манер. И хотя правила этикета я знала, с практическим применением оных у меня действительно были некоторые проблемы, так как есть порой приходилось не за сервированным столом, а с подноса у себя в спальне. Так или иначе, идея лорда мне категорически не нравилась. Хотелось просто пережить три месяца, исправно выполняя свои рабочие обязанности, а потом вернуться домой и, когда Хельгу вылечат, переехать в свое жилье, чтобы больше ни от кого не зависеть.

Индэгра несколько долгих секунд всматривалась в мое лицо, и я уже начала нервничать, ожидая ее недовольство моим решением, но нет, женщина хитро улыбнулась и шепнула: «Как пожелаешь». После чего подозвала старшую горничную, которая при Бригите, предпочитавшей ублажать хозяина вместо того, чтобы работать, тянула на себе и свои и ее обязанности.

– Введи Гертруду в курс дела, Эльвира, – велела миледи, и женщина лет тридцати с аккуратным пучком на макушке и ничем не примечательным лицом послушно кивнула. – Ну и просто расскажи ей за ужином, что у вас тут да как устроено, – многозначительно добавила Индэгра и, оставив нас вдвоем, отправилась в расположенную на втором этаже столовую вместе с Кайлином, который в присутствии гостьи не стал комментировать мое поведение, и Снежаной. Последняя, к слову, еще пару раз оглянулась, прежде чем скрыться за поворотом широкой лестницы, и, как мне показалось, снова подмигнула.

Эльвира оказалась женщиной словоохотливой, да и ко мне отнеслась очень хорошо. А следом за ней оттаяли и остальные. Так что ужин у нас прошел в хорошей дружеской обстановке, и никто особо не вспоминал, что я леди. Разве что пару раз называли меня ваша светлость, но без издевки, неприязни или зависти, а скорее просто в шутку. Когда же узнали историю моей жизни и приезда сюда, стали и вовсе относиться с уважением. У большинства дома остались родные, о которых люди переживали. И ради сестры, брата, ребенка или родителей любой из присутствующих был готов пойти на что угодно. Я вот пошла на работу, и добрые люди пообещали на первых порах мне с ней помочь. Так что в свою башню я вернулась совершенно счастливой, и даже стопка расчетных книг, которыми в нашем поместье обычно занималась Ингрид, меня ничуть не смутили. Разберусь! А если будет что-то непонятно, Эльвира подскажет.

Она вообще много что рассказала мне в этот вечер. Например, о том, как всего несколько горничных умудряются поддерживать порядок в таком огромном замке. Как выяснилось, девушкам помогали снежные духи, способные собирать в воздушные воронки пыль и грязь и уносить ее в ущелье. Они же и белье стирали, заставляя его кувыркаться и извиваться в мыльной воде, а потом сушили направленным потоком воздуха. Но правильно развесить простыни на веревках или надеть наволочку на подушку эти потусторонние трудяги уже не могли. Такую работу и многую другую делали сами девушки. Рассказывая о духах, старшая горничная спросила, не надо ли ко мне прислать парочку, чтобы заняться моей комнатой, на что я ответила, что уже сама справилась. Легкое удивление, промелькнувшее на лице собеседницы, быстро сменилось одобрительной улыбкой. У меня же, в свете новой информации, возник очередной вопрос:

– А почему моя предшественница, если у вас тут так все отлажено с уборкой, жила в полнейшем бардаке?

– Бригита была странной, – пожала плечами Эльвира, с которой мы после ужина ходили за учетными книгами и по дороге продолжали общение. – Считала, что ее обворуют. Поэтому не пускала к себе ни снежных духов, ни девчонок с метлой. Особенно девчонок боялась, видя в каждой соперницу. Впрочем, не зря видела. До нее хозяин не обходил вниманием моих подопечных.

– И тебя тоже? –
Страница 19 из 24

полюбопытствовала я прежде, чем поняла, что вопрос не совсем корректен.

– Что ты! – рассмеялась женщина. – Я для него слишком старая. Он молоденьких любит. Таких, как ты, – оценивающе посмотрев на меня, добавила она.

– Не-э-э, – протянула я, улыбаясь. – Я сюда приехала работать, а не шашни с лордами крутить. Ведь именно за хорошую работу миледи обещала излечить мою сестренку. Так что пусть его светлость ДРУГИХ молоденьких любит. А мне потерянная девичья честь вкупе с разбитым сердцем совершенно ни к чему.

Так, слово за слово, мы проболтали с Эльвирой до самой ночи. О жизни в замке, о его хозяевах (как же не перемыть косточки своим работодателям!), о миледи Индэгре, которая, как оказалось, не только опекун брата и сестры Дигрэ, но и «снежная королева», управляющая вот уже десять лет этим крылом. А еще о библиотеке, дорогу в которую мне завтра обещала показать моя новая знакомая, о парке развлечений, где проводили свободное время почти все обитатели Ледяного города. И конечно же о работе, которой мне предстояло заниматься ближайшие три месяца. Ушла от меня женщина около полуночи, а я, вместо того чтобы лечь спать и как следует отдохнуть перед новым трудовым днем, отдернула новые шторы, принесенные Эльвирой, распахнула окно и принялась любоваться ночным небом.

Зимней одежды у меня с собой взято не было, поэтому пришлось одолжить меховое манто среди оставленных Бригитой вещей. Пятно на светлом мехе, вероятно, подписало ему смертный приговор, я же решила дать вторую жизнь. А если моя предшественница все же вернется в замок, как и грозилась, что ж, извинюсь и верну то, что взяла поносить. Выбора-то все равно нет – в весеннем плащике и жилетке здесь холодновато, а магазинов в Ледяном городе я что-то не заметила. Да и денег на пальто или шубу взять неоткуда пока.

– Не замерзнешь? С открытым-то окном, – курлыкнул кто-то из темноты.

Не человек определенно! Но и что за птица пряталась под пологом темноты, я пока тоже не знала. Подойдя ближе, присела на подоконник, желая выглянуть наружу.

– Так и упасть недолго! – возмутился незримый собеседник и тоном ворчливого учителя приказал: – Совсем страх потеряла, да? А ну брысь обратно в комнату.

– Ты кто? – спросила я, послушно опуская ноги на пол.

– Твоя совесть, – отозвалась птица, явив, наконец, себя во всей красе. Белые перья загадочно серебрились на огромных крыльях, орлиный клюв задумчиво пощелкивал, а на голове топорщился хохолок, похожий на те, что я видела у заморских попугаев, которых иногда торговцы привозили на рынок. – Нравлюсь? – самодовольно поинтересовался пернатый снежный дух, хитро щуря свои синие глаза.

– Красивая… совесть, – восхищенно разглядывая его, ответила я.

– Меня зовут Ариго, а ты, значит, та новая экономка, прибытием которой нам уже пару дней грозит миледи?

– Наверное, – вздохнула я, не совсем понимая, что во мне такого, чтобы мной народ пугать.

– Ну и ничего так, вовсе ты не страшная, – насмешливо заклокотал мой крылатый собеседник. – Еще и с правильным даром. Таких, как ты, тут только двое, и оба работают в конюшнях. Странно, что тебя в дом определили.

На это мне сказать было нечего. Странно, что меня вообще в Ледяной город взяли! Хотя я этим странностям была очень рада.

– Ты чей будешь, Ариго? – решив сменить тему, спросила я его.

– Я сам по себе. – Мне показалось, что птица улыбается, хотя как, у нее же не рот, а клюв! Скорее всего, просто игра теней и серебряных бликов, которые разбрасывала по округе ночное светило Лула. – Сегодня вот решил побыть твоей совестью, – хихикнул он, и на этот раз я была уверена, что ухмылка на его птичьей физиономии мне вовсе не чудится. – Ты ведь не против?

– Нет, – улыбнулась я, наблюдая, как Ариго, приземлившись на подоконник, складывает свои роскошные крылья.

– Ну, значит, покурлыкаем на пару, раз у нас обоих в столь поздний час бессонница, – заявил пернатый, а потом, скосив на меня свои хитрые глаза, спросил: – Мороженого с кухни не принесешь? Люблю полакомиться в хорошей компании.

В то же время в замке миледи Индэгры…

Клотильде не спалось. Сидя на кровати, которая была в два раза уже ее собственной и на порядок жестче, девушка задумчиво покачивала обутой в шелковую туфельку ногой и расчесывала деревянным гребнем свои роскошные волосы. После стычки на кухне, куда определила ее миледи, снежный лорд отнес Тиль, талантливо изображавшую обморок, в ее комнату, где она и «очнулась», чтобы от всей души поблагодарить своего спасителя за его заботу. Естественно, переходить границы дозволенного леди Андервуд не планировала. Пусть сначала брачный браслет ей на запястье наденет, тогда можно будет все.

Пока же она собиралась играть на грани, всячески привлекая к себе внимание молодого хозяина, а если он, да поможет ей Сияющий, перейдет грань приличий, тогда можно будет заводить разговор о скомпрометированной репутации истинной леди. Гидеон Рид, как успела понять девушка, мужчина порядочный, ответственный, именно поэтому он и не заводит романов со служанками, а вовсе не потому, что считает их недостойными лорда. Да и с виду хозяин очень даже ничего, если не считать уродливого шрама, больше похожего на след от ожога, который страж прячет за густыми бело-черными волосами. Но все эти внешние погрешности полная ерунда, когда их обладатель наследник регента снежного крыла и, возможно, будущий эррисар.

Естественно, он не сам ей все это рассказал. Удостоверившись, что с Клотильдой все в порядке, лорд поспешно сбежал, не в силах спокойно смотреть на то, как томно вздымается ее высокая грудь в вырезе глубокого декольте, а пухлые губы с придыханием шепчут слова благодарности. Во всяком случае, именно так считала девушка. Мужчины всегда бурно реагировали на красоту старшей дочери Ингрид, отцом которой, как по секрету рассказывала мама, являлся заезжий столичный вельможа, а не простой горожанин.

Правда, познакомиться с этим ловеласом у Тиль возможность так и не представилась, потому что любвеобильный папаша, как выяснилось, был давно и надежно женат и никаких бастардов признавать не собирался. Другое дело добряк Андервуд! Этот, по уши влюбившись в мать, с радостью удочерил и ее ребенка, дав Тиль не только свою фамилию, но и включив ее на равных правах в список наследников имущества. После бегства лорда Клотильда переоделась в более удобные, но не менее дорогие вещи и отправилась на сбор информации об объекте своей брачной охоты. Будучи девушкой умной и расчетливой, она познакомилась с соседкой, проживающей за стеной, втерлась к ней в доверие и, прикинувшись хорошенькой дурочкой, выпытала все, что только можно, и про Гидеона, и про его мать, и про прочих обитателей замка Рид. В принципе хозяин ее полностью устраивал в качестве мужа. Потому что, как была уверена Тиль, мужчинами, которые комплексуют из-за недостатков внешности, легко и удобно вертеть. Да и любовника из тех же слуг завести всегда можно. А если супруг узнает и закатит скандал, никто ей не помешает воспользоваться своей красотой и обаянием, чтобы сгладить конфликт. Ну или заявить, что мерзавец сам ее
Страница 20 из 24

изнасиловал. Одним простолюдином в замке больше, одним меньше – мелочи.

Мысленно раскладывая по полочкам свою жизнь после свадьбы, Клотильда решила, что первым делом уволит вздорную кухарку, которая не понимает намеков, и потребует нанять на ее место повара из ресторана заморской кухни, в который они частенько заходили с мамой. Или же кого-то подобного. Еще ей понадобится сменить гардероб, ведь избранница будущего эррисара просто обязана стать законодательницей моды среди других снежных леди. И лошадки вроде тех, с которыми обнималась на площади простушка Гертруда, Клотильде тоже понадобятся. Должен же у нее быть свой собственный экипаж на случай, если ей захочется спуститься с гор, чтобы навестить матушку или просто прогуляться по магазинам. Все это обязательно у нее будет! Стоит только правильно разыграть партию и не напортачить в процессе охмурения молодого стража.

Он добрый… Значит, она будет постоянно попадать в беду, как сегодня на кухне, чтобы у лорда возникало желание ее защищать и оберегать. Он стесняется своего увечья… Значит, она найдет чем восхититься в его внешности, причем сделает это при первом же удобном случае. Он, как и все представители сильного пола, реагирует на ее женственность и красоту… И этим она будет пользоваться особенно активно, наряжаясь и причесываясь так, как ему больше понравится. А еще она непременно заманит его в сети соблазна и заставит засыпать с мыслями о ней и просыпаться с ними же. Ведь ни одна женщина в этом замке не сравнится с Клотильдой ни красотой, подаренной ей природой, ни манерами, над которыми работали нанятые мамой учителя, ни умением охотиться на женихов, которое она получила, вращаясь в высшем обществе.

Ни одна невеста Снежного Дола не могла похвастаться таким количеством брачных предложений, которое было у синеглазой леди Андервуд. Но девушке хотелось покорить более значимую вершину, нежели местные торговцы и аристократы. Она жаждала растопить сердце одного снежного лорда, которому с радостью помогла бы стать «снежным королем», чтобы быть при нем настоящей королевой. Ведь все прекрасно знали, что сколь бы ни была велика власть монарха Снежных земель, если глава поднебесных стражей что-то прикажет ему, он не осмелится возразить.

Замечтавшись о своем радужном будущем, девушка уснула, как была: в одежде и легких домашних туфельках из расписанного вручную шелка.

В погребе замка Дигрэ…

– Ага, воруешь! – Голос, раздавшийся над ухом, заставил меня испуганно подпрыгнуть и выронить из рук миску с мороженым, которое я накладывала, отщипывая ложкой от большого белого брикета, лежащего в холодильном шкафу. – Как не стыдно? Первый день на работе, а ты…

– Почему это ворую?! – возмутилась я, подняв с каменного пола посуду, которая, к счастью, не разбилась, хоть и казалось, что она сделана из стекла.

– Потому что ночью прокралась сюда и тайком взяла десерт, за который мой повар платит огромные деньги, – зловеще прошипел Кайлин, нависая надо мной подобно демону возмездия. Я о таких читала в одной из маминых книг. Кажется, в книге сказок, но картинки в ней были весьма реалистичные.

– Это за мороженое-то огромные деньги? – На лице моем отразилось неподдельное изумление, на что лорд, довольно ухмыльнувшись, проговорил:

– Именно! И подают его только к нашему столу. Тому самому, сидеть за которым ты прилюдно отказалась, предпочтя слуг хозяевам, Гер-р-рта. – Мое имя он проурчал, словно кот, предвкушающий сытный ужин, главным блюдом которого станет пойманная им мышь. Но меняться местами с бесценным десертом мне совсем не хотелось и, водрузив миску с остатками белого лакомства на ближайшую бочку, я сказала:

– Ну, так я и проверяю, достойно ли это блюдо хозяйского стола! А то, сдается мне, что вас, ваша светлость, нагло обманывают, подсовывая обычное дешевое мороженое по баснословной цене. Вот сейчас сниму пробу. – Подцепив на кончик ложки холодный кусочек, я бросила его в рот и с умным видом начала дегустировать. – Точно! Самое что ни на есть обычное сливочное мороженое. Теперь осталось уточнить его стоимость в учетных записях и…

– Хватит мне тут зубы заговаривать, – нахмурился мужчина, не сводя с меня черных, как угли, глаз. В погребе было прохладно и довольно темно. Но, по настоянию Ариго, я взяла с собой настольный светильник, напоминающий голубой шар на удобной ножке, и именно он освещал сейчас нас обоих.

Эх, если бы этому говорливому пернатому не приспичило поужинать на ночь глядя, возможно, я бы не вляпалась в историю. Но… что есть, то есть. Придется выпутываться.

– Что вы, лорд, какие зубы? Я говорю исключительно о работе, – с деловым видом продолжила импровизировать я. – Вот сами попробуйте, – зачерпнула еще немного мороженого и протянула ложку ему. – Давайте, давайте, вы просто обязаны оценить этот вкус. А потом откушаете то, что я закажу на днях у моего знакомого кондитера в Снежном Доле. Поверьте, цены у него стандартные, а мороженое… мм, пальчики оближешь! – Я мечтательно улыбнулась, мазнув подушечками пальцев по губам, а Дигрэ почему-то, как завороженный, уставился на мою руку. – Ваша светлость? – осторожно позвала его, надеясь вывести из странной задумчивости.

– Что? – вскинув голову, спросил мужчина.

– Так я пойду, да?

– Куда это? – Черные брови его сошлись на переносице, а глаза прищурились.

– Ну, как же? В комнату свою. Проверять, насколько верно соотносится цена и качество продуктов, приобретаемых вашим поваром.

– Значит, так, малыш-ш-шка, – зашипел Кайлин, надвигаясь на меня, в то время как я, захлопнув дверцу холодильного шкафа, начала потихоньку пятиться от него. – Мне плевать, сколько стоит мороженое. Оно нас с сестрой полностью ус-с-страивает! А хитроумные воровки, прикидывающиеся хорошими девочками, – нет!

– Вы меня увольняете? Несправедливо! – обиженно поджав губы, воскликнула я.

– Нет, не увольняю, – перестав надвигаться подобно урагану, сказал мужчина. Я тоже остановилась и, рассеянно взглянув на ложку, с которой капал белый десерт, осторожно поинтересовалась:

– А что тогда?

– Я делаю тебе выговор за воровство, который будет караться штрафом, равным стоимости тридцати брикетов этого уникального мороженого, – с нажимом на слово «уникального» произнес он, явно намекая, что от моего трехмесячного жалованья останутся рожки да ножики.

И за что? За пару ложек самого примитивного лакомства, которое я даже не для себя взяла! Вот же… Козлина снежная! Впрочем, нет, козлики – животные хорошие, а этот лорд просто жадная сволочь.

– Понятно, – процедила я, мысленно распрощавшись с мечтой покинуть отчий дом и начать новую жизнь на полученные от работы в Ледяном городе средства. Но терять из-за этого должность мне все равно было нельзя. Ведь, по сути, я сюда приехала не на заработки, а из-за младшей сестры. Поэтому спорить с лордом, чтобы нарваться-таки на увольнение, у меня особого желания не было. – Теперь-то я уже могу идти? – спросила, устало смахнув с лица непослушную прядь.

– Я не договор-р-рил! – рыкнул черноглазый «цербер», который и сам-то непонятно что в погребе
Страница 21 из 24

ночью делал. Засаду он тут устроил, что ли? Или, как и Ариго, решил полакомиться десертом перед сном?

– Слушаю, ваша светлость, – смиренно отозвалась я, мечтая, чтобы он поскорее закончил лекцию, потому что я расстроена и замерзла, а взять брошенное за стеллажами с соленьями манто в присутствии типа, который обвинил меня в воровстве за полмиски мороженого, было страшно. Если увидит, что я ношу чужую вещь, выпишет очередной штраф или выговор, или еще что-нибудь придумает. Он мужчина изобретательный… на всякие пакости.

– Так вот, леди Андервуд. – В устах того, кто упорно величал меня малышкой, подобное обращение прозвучало особенно подозрительно. – У меня к тебе два предложения. – После этой фразы я насторожилась еще больше. – Ты прекращаешь строить из себя святую невинность, и мы забираем с собой весь брикет мороженого, клубнику, вино и все то, что твоей душеньке угодно, после чего поднимаемся в мою спальню и приятно проводим там ночь. – Я хотела возмутиться, но мужчина поднял вверх руку, требуя тишины. – И весь рабочий срок ты будешь тут как сыр в масле кататься. А домой вернешься в шелках, мехах и драгоценностях, которые стоят куда больше жалованья экономки.

– Очень заманчиво, – выдавила из себя я. – И за все за это мне всего-то надо поработать три месяца хозяйской шлюхой?

– Ш-ш-ш… любовницей!

– А второе предложение в чем состоит? – скрестив на груди руки, в подсознательном жесте защиты спросила я.

– В том, что кроме штрафа ты получишь и еще одно наказание за воровство, – зловеще проговорил лорд.

– Если это наказание не отбывают в вашей постели, я согласна! – сгоряча ответила ему, и… он ушел.

Ни с того ни с сего развернулся и, не сказав мне больше ни слова, покинул мрачный погреб, не забыв при этом хлопнуть дверью. Мысленно поблагодарив Сияющего, я быстро убрала остатки упавшего на пол мороженого, накинула на плечи манто и, взяв пустую миску, направилась к выходу, чтобы поскорее убраться из проклятого каменного мешка с кучей полок и шкафов, но без единого окна. Каково же было мое удивление, когда обнаружилось, что дверь заперта. Причем закрыли ее не на ключ, иначе бы я слышала скрежет замка, а каким-то другим, вероятнее всего, магическим способом. Неужели это и есть мое наказание, обещанное лордом Дигрэ? Сволочь! Холодная бессердечная сволочь, которая не понимает слова «нет»!

Присев на одну из винных бочек, я обняла себя за плечи и, как ни пыталась сдержаться, расплакалась. Если бы я не послушала Ариго, так умолявшего о ложечке мороженого, о котором он с тоской вспоминал все время, пока мы разговаривали о жизни, ничего бы не произошло. Но снежный дух был таким милым, а о том, что слуги не имеют права что-либо брать из погреба, меня никто не предупредил. Хотя, если бы и имели, Кайлин все равно бы обернул ситуацию так, как выгодно ему. Но за что?! Вместе с холодом под кожу пробрался и страх. Неужели мне придется сидеть тут одной до самого утра? А если поварам завтра и вовсе не понадобятся продукты из погреба, что тогда?

Слезы – это слабость. А я не хотела быть слабой. Поэтому, дав волю сырости на самом пике обиды, быстро взяла себя в руки и, стирая с лица соленую влагу, принялась осматривать помещение. Ну, должно же тут быть хоть что-нибудь, что поможет мне выбраться из ловушки? А если нет, то я, назло врагам, открою бутылочку вина для согрева, достану каких-нибудь солений и действительно приятно проведу ночь! Только не в обществе избалованного лорда, а наедине сама с собой.

– Во дает девчонка! – услышала я в тихом шелесте, который донесся из темного угла за рядами стеллажей, и только тогда поняла, что, кажется, озвучила свои мысли вслух. – Не унывает.

– Кто здесь? – спросила, медленно вставая с бочки и подняв с соседней светильник, потихоньку двинулась на звук… хм… не голосов точно, хотя я со своим даром в этом непонятном шебуршании и различала слова. Неужели крысы? Или какие-то другие грызуны? Но откуда они в этом чистеньком каменном погребе на вершине высокой горы?

– Мы, – хором ответили… духи.

Для меня они все были на одно лицо, вернее, на одну снежную маску с горящими синим светом прорезями вместо глаз, бугорками вместо носа и большими подвижными ртами без губ. Их призрачные тела по очертаниям напоминали человеческие. Во всяком случае, в верхней части. Голова, туловище, длинные руки с похожими на гибкие ленты пальцами. А ниже пояса находились хвосты, почти как у русалок из сказок. Только венчали их не плавники, а маленькие снежные бураны, которые кружили следом за своими хозяевами, куда бы те ни пошли… вернее, ни полетели.

Точно такие же духи занимались в замке уборкой, стиркой и другими простыми обязанностями, помогая людям в работе. И вполне могло статься, что в погреб просочился кто-то из представленных мне перед ужином уборщиков. А может, они тут просто живут. Темно, прохладно, тихо – чем не идеальная среда для снежных призраков?

– Ну, значит, доброй ночи вам! – улыбнулась я, довольная тем, что мое заточение скрасят не только вино и куча продуктов, но и компания. А еще было неожиданно и приятно узнать, что я способна общаться не только с духами в материальной оболочке, но и с такими вот привидениями тоже. – Меня зовут Герта.

– С-с-знаем…

– Знаем…

– С-с-слышали… – зашелестели три белесых вихря, улыбаясь большими белыми ртами, за которыми ничего не было.

Было ощущение, что вокруг меня кружат театральные маски, но они не вызывали страха, несмотря на свою необычность и, чего уж там, жутковатый вид. Скорее, разжигали любопытство. Ведь мне, по прихоти вредного лорда, выпала уникальная возможность ближе познакомиться с потусторонними обитателями Ледяного города, а заодно и узнать больше о них, о людях, с которыми они сотрудничают, и вообще обо всем. Эх, если бы еще тут было тепло.

Вино мы все-таки распили. (Ну а что? Одним штрафом больше, одним меньше.) Вернее, его пила я, причем прямо из бутылки, так как ни стакана, ни тем паче фужера у меня с собой не оказалось, а согреться очень хотелось. Алкоголь, как водится, развязал язык, и я выболтала новым знакомым не только историю своего прибытия в замок Дигрэ, но и многое из того, что было в моей жизни до этого. Духов звали очень похоже: Рис, Крис и Киркрис, и я постоянно путала как самих собеседников, так и их имена, но они, слава Сияющему, не обижались.

Они в свою очередь рассказали мне о том, что среди слуг правит бал Эльвира. И что эта милая и общительная женщина на самом деле терпеть не может конкурентов, так что мне сильно повезло, что я не стала переходить ей дорогу, а, наоборот, отнеслась как к наставнице, занимающей более высокую должность, хотя фактически старшая горничная обязана подчиняться экономке. Про хитрого плута-повара духи тоже много чего поведали. И цены на некоторые продукты толстяк действительно накручивал, правда, не так, как расписал мне его светлость.

Насколько я поняла из нашей с призраками беседы, Кайлин заметно преувеличил и стоимость мороженого, и мою сегодняшнюю провинность. А это означало, что если он не совсем конченый человек, то штраф не так уж и сильно урежет мое
Страница 22 из 24

жалованье. А может, и вовсе на нем не отразится, потому что контракт у меня заключен с миледи, а не с лордом Дигрэ, и она вполне может занять в этой ситуации мою сторону. Хотя радоваться все равно было рано, прежде требовалось отработать тут три месяца. А с таким хозяином сделать это, увы, непросто. Насчет сестры лорда – Снежаны, Рис (хотя, может, это был все-таки Крис?) заявил, что она так-то девчонка хорошая, но хулиганка и насмешница, которая обожает всевозможные розыгрыши, шутки и споры. А потом, заметив, что я начала дрожать, и ни вино, ни мех мне не помогают, один из троицы предложил вывести меня из замка, чтобы я могла потом войти в него снова через те двери, в которые входила вместе с миледи.

– Так что же вы раньше об этом молчали?! – воскликнула я, вскочив с бочки, на которой сидела в обнимку с вином и в окружении духов. Снять чары, брошенные Дигрэ на дверь, ведущую в кухню, мои собутыль… э-э-э, собеседники, к сожалению, не могли, так как, во-первых, это было сложно, а во-вторых, как мне подумалось, они просто не хотели идти против хозяина, открыто нарушая его запрет. Но не сказать про запасной выход было нечестно! Неужели так жаждали поболтать с новенькой служанкой, обладающей даром понимать их язык?

– Видишь ли, Герта, – прошелестел Крис. Хотя нет, это был Рис, – вывести мы тебя, конечно, можем, но там открытое пространство, ветер и холод. А чтобы вернуться в дом, тебе придется подняться по заметенным снегом каменным ступеням.

– Рас-с-счистим лестницу! – громче остальных зашебуршал… Киркрис. Как пить дать, он. Только у него всегда взгляд прищуренный. – Уборщики мы или кто?

– Рас-с-счистим, рас-с-счистим, – поддержали его приятели и, подняв вверх недопитую бутылку на манер флага, я сказала:

– Так чего мы ждем? Вперед на свободу!

Той же ночью…

Он был не в духе, если желание разбить что-нибудь об стену можно так назвать. Эта девушка, показавшаяся ему сначала ангельски-прекрасной и ранимой, на самом деле оказалась хитрой чертовкой. И все бы ничего, но приструнить ее, как бывало с другими, язык отчего-то не поворачивался. А раздражение росло и крепло, грозя вылиться в маленький разгром ни в чем не повинных апартаментов. Поэтому, желая проветриться, мужчина отправился на свой любимый горный уступ, где они часто проводили время с другом в детстве.

Став взрослыми, оба практически перестали заглядывать в неглубокую горную пещеру, расположенную значительно ниже поселения стражей. Но иногда было приятно вновь спуститься по выточенным из камня ступеням и, встав на краю, отдаться во власть исцеляющего разум созерцания. В этом месте не было магии, только девственно-чистый белый снег, холодный серый камень и бескрайние красоты, вид на которые открывался из маленького убежища, построенного больше пятнадцати лет назад для мальчишек Рианом Дигрэ.

За детей он не боялся, прекрасно зная, что, даже сорвавшись со скалы, снежные маги смогут применить нужное заклинание и мягко приземлиться. А общение с природой считал лучшим лекарством от усталости и нервного перенапряжения. Эх… давно это было. Очень давно. Детство давно закончилось, и юность прошла вслед за ним, а в пещеру лорда по-прежнему тянуло, как некоторых людей тянет в домик на дереве, где они провели лучшие годы своего отрочества.

Ее мужчина увидел, когда был уже на последнем пролете лестницы. Увидел и замер, не в силах оторваться от открывшейся взору картины. На фоне большой и круглой Лулы, сияющей на бархатном небосклоне, стояла, кутаясь в меховое манто, девушка, в руках которой горел настольный светильник. От холодного света лицо ее казалось неестественно бледным, а по выбившимся из-под капюшона волосам и короткому ворсу меха скользили голубые блики. Ночь прятала краски, погружая мир в серые тона, а зарево, окружавшее стеклянный шар на металлической подставке, добавляло унылым цветам волшебной лазури, превращая обычную девушку на краю горного выступа в сказочную фею, вокруг которой водили хороводы три призрачных духа.

Именно такая ассоциация возникла в голове снежного лорда при взгляде на нее. Он словно вновь окунулся в далекое детство, когда мама была не требовательной наставницей и хладнокровным регентом, а просто мамой, и перед сном читала своему маленькому сынишке сказки о волшебных созданиях из удивительной страны грез. Именно такими неестественно прекрасными, хрупкими и невинными когда-то давно он представлял книжных героинь. И сейчас, неотрывно глядя на живое воплощение своих детских фантазий, невольно подумал, что невысокая фигурка, подсвеченная серебристо-голубым светом, всего лишь видение, рожденное его воображением.

Но стоило присмотреться к ней повнимательнее, как стало понятно, что девушка вовсе не призрак, а вполне себе живой человек. Лорд пусть не сразу, но признал манто Бригиты, подаренное ей Кайлином, и ночник из комнаты бывшей любовницы друга. Но новая обладательница всех этих вещей ничем не напоминала прежнюю. Пока мужчина ее разглядывал, потихоньку спускаясь вниз, девчонка, шикнув на одного из духов, наклонилась, подняла с камня бутылку, которую лорд поначалу не заметил, и, пригубив вина, резко крутанулась на месте.

Гидеон рванул вниз с такой скоростью, что в ушах засвистело, на ходу сплетая заклинание «ловчей сети». Но, к счастью, пьяную любительницу ночных прогулок спасать не пришлось, потому что падение со скалы в ее планы не входило. Стояла она, как выяснилось, на достаточном расстоянии от обрыва. И единственное, что туда полетело, – это недопитая бутылка красного вина. Девушка же, чуть пошатываясь, направилась в сопровождении духов к лестнице, с которой на каменную площадку как раз сбегал перепугавшийся за нее страж.

Руки моментально изменили морозное плетение, и на вскрикнувшую от неожиданности гулену вместо «ловчей сети» опустилась «паутина снов». Смотреть на то, как это нетрезвое чудо будет карабкаться по крутым и скользким ступеням, рискуя в любой момент свернуть себе шею, он был не намерен. Хватит с него потрясений из-за юной «феечки» на сегодня! Духи тут же засуетились, недовольно щуря свои синие глазищи, но подхвативший спящую красавицу лорд не особо прислушивался к их шипению.

Держа на руках девушку, которая даже во сне продолжала сжимать светильник, он понес ее к лестнице, намереваясь вернуть в замок. Однако, ступив одной ногой на возвышение и переложив на нее часть женского веса, мужчина остановился, нахмурился и начал пристально изучать лицо незнакомки. У нее действительно была бледная с синевой кожа, и не только из-за светильника. Длинные ресницы, как и волосы, побелели от инея, губы обветрились, а руки оказались совсем ледяными.

– И кому в голову пришла гениальная идея вытащить эту глупышку на улицу? Она же заболеет теперь! – пристыдил призраков Рид, прижимая девушку к себе так, чтобы максимально спрятать ее от холода. Духи как-то разом перестали шелестеть, и на заметенном снегом уступе воцарилась напряженная тишина. – Ничего, завтра найду горничную, с которой у вас ментальная связь, и вы все мне рас-с-скажете, – мрачно пообещал троице лорд и, больше не тратя время
Страница 23 из 24

на односторонний разговор, поспешил наверх.

Но не успел он подняться на защищенную магическим куполом площадку, как сине-черное полотно неба разрезала золотистая молния, устремившаяся в сторону его дома. А следом за ней Гидеон увидел черное облако, наползающее на звезды и тоже плывущее к главной башне замка Рид.

– Гости, – прошептал мужчина в накрытую мехом девичью макушку, – как же все не вовремя. Верно, фея?

– Угу, Искорка, – пробурчала та ему в плечо.

Чуть позднее…

– Но как? КАК она могла найти потайной ход, спрятанный за стеллажами в самом дальнем помещении?! – возмущался Дигрэ, расхаживая по просторному многоуровневому погребу со множеством смежных комнат, где хранились разные продукты. – Повезло?

«Вот уж вряд ли, – курлыкнул Ариго, сидящий на полке с банками и с интересом наблюдающий за метаниями лорда, с которым у превращенного в птицу духа была ментальная связь. – Наверняка ей кто-то помог. Тебе же рассказали служанки, что она быстро общий язык с народом находит, и вообще вся из себя такая благородная, что у многих сердечко дрогнуло бы, обнаружь они ее запертой в погребе».

– Вязь моих чар не нарушена, – возразил лорд.

«Значит, духи подсуетились. Если она слышит нас воплощенных, то вполне могла услышать и свободных. Да и Персик где-то по дому бродит. Может, он?»

– Точно! – воскликнул мужчина, мысленно представляя, как намылит шею любимой зверушке своей хитроумной сестры. – Уверен, что без этой парочки дело не обошлось. Они ее выпустили.

«Нет, все же не они, – вздохнул Ариго, оглядевшись. – След Персеваля я бы почуял. Скорее всего, свободные ей подсобили. Идиоты! Отправили девочку на верную сме-э-эрть!» – запричитал пернатый.

– В смысле? – нахмурился Кайл.

«В прямом! – огрызнулся Ариго и тут же с укором добавил: – А я говори-и-ил, что нельзя так долго ждать. А ты заладил свое: «Пусть посидит, подумает, проникнется…» Вот она и додумалась! До самоубийства».

– Не мели ерунды! – огрызнулся бледный, как мел, мужчина. – Эта строптивая выскочка ни за что бы не стала сводить счеты с жизнью.

«Да-а-а? А где она тогда? – съязвил крылатый дух. – Здесь нет, в вашем детском убежище тоже нет! В комнате экономки, зуб даю – не появлялась!»

– У тебя нет зубов, – машинально поправил его Кайлин.

«Потому и не жалко, – проворчал Ариго. – Но мы сейчас не о моих зубах, а о твоей служанке говорим. Как ты мог сделать меня соучастником преступления?!» – патетично воскликнул дух… по-птичьи. Но хозяин (хотя, скорее, напарник и друг) прекрасно его понял, поймав нужную мысль.

– Да не было никакого преступления! Прекрати уже нагнетать обстановку. Все с этой малявкой в порядке. Поднялась по ступеням и пошла… наверняка миледи жаловаться. Стукачка малолетняя, – с раздражением процедил мужчина и, схватив с полки бутылку вина, направился к двери. – Пошли отсюда. В погреб она точно не вернется, а вот в комнату – вполне. Там и подстережем.

«Кайл, а Кайл…» – задумчиво царапнув когтистой лапой деревянный край своего насеста, проговорил Ариго.

– Что еще? – вскинув голову, спросил лорд.

«А тебе не кажется, что ты сейчас ведешь себя как Снежка, которая никак не вырастет из детства. Но ей-то семнадцать. А тебе двадцать шесть скоро!»

– Вот только не надо читать мне нотации, а? – поморщился мужчина, раскупоривая бутылку. – У меня осталось шесть дней на то, чтобы выиграть пари. И я его выиграю.

«Как? Заморив девчонку голодом, заморозив в погребе… да-да, и не смотри на меня так. Она не снежная леди, чтобы не реагировать на перепады температур, она обычный человек, который после двухчасового сидения здесь может в лучшем случае простыть, а в худшем – подхватить воспаление легких! Но тебе же невдомек. Ты думаешь только о пари. Хотя да, выиграть будет, без сомнения, проще, если та, на кого вы со Снежкой спорили, окажется прикованной к постели и не способной к сопротивле…»

– Заткнис-с-сь! – прошипел Дигрэ, и птица, щелкнув клювом, замолкла. В ближайшие пару минут, которые Кайл сосредоточенно думал, потягивая вино, не было ни одной посланной хозяину мысли, ни возмущенного курлыканья, ничего! – Все, идем! – скомандовал наконец мужчина.

«Устраивать засаду в ее башне?»

– Нет. Идем искать Гертруду. Вдруг и правда девчонке помощь нужна. – И, развернувшись, лорд направился не к выходу в кухню, а к потайной двери, ведущей в неглубокую пещеру, которую он проверял некоторое время назад. – И да, да, не надо так ехидно кряхтеть, я просто не подумал, что она может пострадать. А ты, кстати, вовремя не подсказал.

«Как будто ты меня слушал, – мысленно фыркнул белокрылый шпион, слетев с полки. – У тебя же было важное дело, угу… ведь тисканье пышногрудой горничной в темном углу теперь именно так называется?»

– Тело требовало ласки, – пожал плечами идущий по темному туннелю страж. – Герта сама виновата. Нечего было так соблазнительно облизывать при мне пальчики, а потом отказываться от предложения провести вместе ночь.

«Ты просто избалованный мальчишка, Кайл», – резюмировал летящий за ним дух.

– А ты друг этого самого мальчишки, – насмешливо напомнил Дигрэ. – Так что будь любезен, помогай по-дружески мне, а не всяким серым мышкам, возомнившим себя неприступными. Зачем леди недотрога вообще притащилась в Ледяной город?

«А служанки тебе разве не рассказали?»

– Она с ними не делилась такими подробностями. А с тобой?

«Я всегда добиваюсь поставленной цели», – гордо ответил пернатый.

– И? Что ей надо-то? Денег заработать хочет? Небось из разорившегося рода, да? Но с глупой убежденностью, что ее девичья честь важнее материального благополучия. Ничего-ничего, у каждого есть своя цена.

«А может, ты ее не купить попробуешь, а соблазнить? Обычным таким, классическим способом. С помощью букетов, конфет, ухаживаний и красивых слов, мм? Глядишь, и сам увлечешься в процессе. Девчонка-то хорошая, добрая, кровей опять же благородных. Чем тебе не невеста?»

– Пф-ф-ф, – прыснув вином, которое только что набрал в рот, Кайлин закашлялся, как поначалу показалось его крылатому спутнику, который вскоре понял, что лорд просто хрипло смеется. – Да ты издеваешься? – наконец успокоившись, спросил он.

Если бы птицы умели, как люди, пожимать плечами, Ариго так бы и поступил, несмотря на то, что находился в полете.

На заметенный снегом каменный уступ они вышли, продолжая разговор. Осмотревшись вокруг в поисках пропавшей экономки, Дигрэ не отказал себе в удовольствии ненадолго задержаться на краю и полюбоваться любимым с детства пейзажем. Воплощенный дух, облюбовав его плечо, рассказывал лорду про младшую сестру Гертруды, которую регент пообещала исцелить в обмен на отработанные по контракту три месяца.

– Вот как, значит, – задумчиво пробормотал черноглазый мужчина. – Ни деньги, ни подарки ее не интересуют. Все, что ей нужно, – это здоровье сестры.

«Говорю же! Хорошая она девочка», – поддакнул Ариго, тряхнув белым хохолком.

– Хорошая, – с кривой улыбкой на губах согласился страж. – И где искать эту хорошую будем?

«В пропасти?»

– Иди к демонам!

«Ну, нет так нет. Давай начнем с замка Рид. Если
Страница 24 из 24

она не вернулась в свою комнату, поднявшись наверх, то наверняка пошла обивать пороги своей нанимательницы».

– Как я и говорил, – покачал головой Кайл, направляясь к лестнице, которая была заметена свежим снегом, скрывшим все следы. – Хм… А ведь и правда духи поработали!

Через полчаса…

Заявиться к миледи после полуночи, как оказалось, было не самой удачной идеей. Ибо свет у нее горел вовсе не потому, что она выслушивала жалобы Гертруды, и даже не потому, что засиделась допоздна за бумагами. Как выяснилось, Индэгру Рид под покровами ночи навестили важные гости, которых молодой лорд увидел, когда переступил порог кабинета регента. Двое визитеров расположились в удобных креслах напротив друг друга, в то время как хозяйка замка стояла рядом с волшебным зеркалом, показывающим ледяные площадки, расположенные на разных уровнях и объединенные друг с другом изящными лесенками и ажурными мостами. Местный парк развлечений Дигрэ узнал сразу, как узнал и гостей своей наставницы.

Первым был Варг Лиам – эррисар крыла света, руководивший своими стражами последние семь лет. Большое кресло в сравнении с его массивной фигурой казалось маленьким и неудобным. Ростом этот милорд превосходил многих высоких мужчин, да и комплекцией обладал весьма внушительной: широкие плечи, сильные руки, большие кулаки, в которых немерено силы. Лицо у него тоже было незаурядное: острые скулы, квадратная челюсть, обычно плотно сжатые губы, из-за чего создавалось ощущение, что мужчина постоянно недоволен, и серые глаза, которые светлели практически добела, когда магом владели сильные эмоции, и начинали ярко светиться, если он применял чары.

На самом деле такой особенностью обладали все лорды света, но на лице Варга подобные метаморфозы выглядели почему-то наиболее пугающе. Возможно, свою лепту в общее впечатление вносила и экзотическая прическа с гладко выбритыми висками и длинными пепельно-русыми волосами, заплетенными в тонкие косы, закрепленные металлическими зажимами от макушки до самого затылка, и спускающимися хвостом до середины лопаток. Да и серьга в виде головы хищно скалящегося монстра, вставленная в левое ухо, и кожаная одежда с множеством потайных карманов, металлических нашивок, цепочек, пряжек и застежек тоже придавали образу мужчины воинственности.

Хотя вслед за «королем света» многие маги его крыла стали носить подобные костюмы, в которых было удобно прятать заряженное магией оружие. И плести тонкие косы или бриться налысо, чтобы волосы не мешали в работе, тоже начали, но все равно они не смотрелись так же внушительно, как их эррисар. Для снежных лордов, предпочитавших классический стиль одежды, светлые коллеги казались дикарями, но сказать им такое в глаза никто бы не осмелился, зная страсть белоглазых к жестоким дуэлям.

Если верить летописям, где говорилось про решающую битву с демонами и разделение ордена Триалина на три крыла, Сияющий, одаривший своих верных слуг новыми способностями, сделал так, чтобы его избранные стражи и внешне отличались от простых смертных. Снежных лордов, к примеру, можно было легко узнать по прическе. И пусть их головы целиком белели, только когда маг полностью раскрывал свой магический потенциал и, заполучив эскалибриум, становился милордом, отдельные серебристые пряди появлялись уже в детском возрасте, а к двадцати пяти годам вся макушка стража становилась белой, и только нижние волосы по-прежнему сохраняли свой естественный цвет. Да и белый на самом деле был вовсе не белым, а серебристым, как искрящийся в лучах Алина наст, причем в момент применения чар этот цвет начинал мерцать ярче, нежели обычно. Почти как глаза у лордов света. Такую отличительную черту невозможно было спутать ни с обычной сединой, ни с качественным обесцвечиванием, которое практиковали некоторые цирюльники.

Лорды же тьмы, как и стражи света, отличались нечеловеческими глазами. Но если у вторых они белели и светились, то у первых, напротив, наполнялись чернильной чернотой, отчего бледнокожие мужчины и женщины из третьего крыла Триалина начинали напоминать вампиров из заморских легенд. Сегодня в замке Дигрэ присутствовал сын «короля тьмы», которого Кайлин знал даже лучше, чем Варга, так как черноокий маг был его ровесником, и они не раз общались на мероприятиях в честь избрания «повелителя времени» для грядущих испытаний, которые проходили молодые стражи раз в три года в каждом из крыльев. В этом году была очередь снежных устраивать бал. И, судя по тому, что отражалось на поверхности Сноуриша, местом его проведения регент выбрала не зал одного из «ледяных» замков, а парк развлечений.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/eva-nikolskaya/zolushka-dlya-snezhnogo-lorda-17076958/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

Эррисар – глава (король, повелитель, предводитель) третьей части ордена Триалина, именуемой крылом. У каждой из трех частей свой эррисар. Есть эррисар снежного крыла, эррисар крыла света и эррисар крыла тьмы. Под защитой крыльев находятся человеческие земли, которые носят соответствующие названия: Снежные земли, Светлые земли и Темные земли.

2

Триалин – название ордена магов, который был создан для борьбы с прорывающимися в мир Алина демонами.

3

Алин – название дневного светила.

4

Сноуриш – волшебное зеркало.

5

Снежный Дол – городок, из которого родом героиня.

6

Сияющий – нынешний бог-покровитель мира Алина. Его слуги – ангелы.

7

Алин-тирао – общее название страны, объединяющей Светлые, Снежные и Темные земли.

8

Поднебесные стражи – так еще в народе называют лордов Триалина.

9

Демоны изнанки – чудовища, которые проникают в мир через порталы в горах.

10

Аштарэт – проклятый бог, по легендам, имевший отношение к созданию мира Алина. Его слугами были черти.

11

Эскалибриум – магическая сила высшего порядка, ее получает маг Триалина, пройдя испытания, которые проводятся раз в три года. Из всех претендентов, участвующих в них, трофей может забрать только один.

12

Свирлера – это кристаллическое вещество естественного происхождения. Внешне напоминает лед, но твердое как камень.

13

Леди – обращение к жене или дочери аристократа. Дочь лорда получает титул учтивости «леди». Этот титул она сохраняет, даже если выходит замуж за нетитулованного человека. Но, выходя замуж за титулованного человека, она получает титул своего мужа.

14

Скайтовир – летающая доска, в которую, как и в оболочки животных, заключен снежный дух.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.