Режим чтения
Скачать книгу

Взрыв любви читать онлайн - Гаутам Сачдева

Взрыв любви

Гаутам Сачдева

Технология свободы

Автор книги, ученик знаменитого Рамеша Балсекара, собрал свои самые яркие впечатления от встреч и уроков с гуру. Повседневная мудрость адвайты дает возможность по иному воспринимать весь калейдоскоп происходящих вокруг нас событий как единый поток сознания, как процесс без начала и конца. Бесценные уроки открывают новые измерения повседневности, позволяют обыденному сознанию входить в чистое Присутствие и оставаться по-настоящему живым – даже за пределами жизни и смерти.

Гаутам Сачдева

Взрыв любви

Gautam Sachdeva

Explosion of Love

Copyright © 2011 by Gautam Sachdeva (Autor). All rights reserved.

© Перевод. Котомина Л. И., 2015

© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2015

Посвящается Рамешу С. Балсекару

«Есть мир иной…

но Он этот»[1 - Перифраз знаменитой фразы из французского поэта Поля Элюара «Ilyaun autre monde mais il est dans celui-ci».]

Уроборос

Древний мифологический символ Уроборос изображает змея, проглатывающего собственный хвост и, таким образом, образующего кольцо. Он пожирает и одновременно воспроизводит себя. Обе стороны дуальности – рождение и смерть – являются аспектами его существа. Аспект смертности сделал змея символом бессмертия, а кольцо – символом вечного единства всех вещей, символом Единого.

Что означают смерть и бессмертие, символизируемые Уроборосом? Сотни тысяч рождений и смертей имели место на протяжении эонов. Тела рождались, тела умирали. Физическое тело смертно.

Между рождением и смертью находится существование. Существование, которое для человека означает сознание. С момента зачатия до момента смерти сознание является силой, оживляющей тело. Вы читаете это потому, что вы сознательны. Я написал это потому, что я сознателен. Без сознания не могло бы быть ни чтения, ни письма. Мы просто были бы двумя инертными телами.

Благодаря Сознанию есть мир. Благодаря Сознанию есть вы. Сознание Вечно. Не существует никого и ничего, что следует почитать, чему следует поклоняться, поскольку Сознание – это все сущее. Все, что существует, это видимости, которые существуют в Сознании, включая богов, которым мы поклоняемся. Разве это не очевидно? Если бы мы не обладали сознанием, то как бы мы могли поклоняться любым богам? Однажды мужчина, который думал, что задает умный вопрос Шри Нисаргадатте Махараджу, спросил мудреца, что тот будет делать, если Господь Шива и Господь Вишну войдут и встанут перед ним? Он смутился и даже обиделся, когда Махарадж ответил ему, что попросил бы их немедленно уйти. Поскольку то, что пришло, не представляет интереса, ибо рано или поздно это должно уйти. Ему интересно только то, что Вечно – ТО, что существует всегда. Конечно, Махарадж всего лишь попытался обратить внимание человека на то, что для того чтобы просто увидеть Шиву и Вишну, нужно обладать сознанием.

Вот что показывает нам Уроборос: то, чем мы на самом деле являемся, – это не тело, которое умрет, но вечное Сознание, которое не знает смерти. Сознание – это «вы», «я», «он» и, «она».

Самая главная цель любого алхимика – это обретение философского камня, который способен превратить простой металл в золото. Философский камень также считается эликсиром жизни, дарующим бессмертие. Уроборос – еще один важный алхимический символ, означающий, что «конец – это начало, а начало – это конец». Знаменитый рисунок Уробороса в алхимическом тексте The Chrysopoeia of Cleopatra[2 - «Изготовление золота Клеопатры».] изображает змея, образующего кольцо вокруг слов: «Единое есть Все».

Единое, или одно, – это то, что не является противоположностью цифре «два». Единое, или одно, которое просто означает «не два». Одно, которое предшествует всем разделениям и при этом включает в себя все разделения, – это и есть Сознание. «Есть мир иной… но Он этот».

Введение

Однажды тихим воскресным утром, сидя за чашкой чая в ресторане, который находится рядом с Храмом Махалакшми в Мумбаи, мы с друзьями решили посетить самади (место захоронения) гуру – знаменитого мудреца Нисаргадатты Махараджа, поскольку оно находилось неподалеку, всего в десяти минутах езды на машине. Нисаргадатта Махарадж является одним из выдающихся представителей индийской философии Адвайты (не-двойственности). Он практически не имел образования, не знал святых писаний, однако множество людей со всего мира стремилось попасть в его тесную мансарду, расположенную в небогатом районе Мумбаи. Этот интерес к философу возник после того, как в 1973 году была опубликована его книга «Я есть ТО. Беседы со Шри Нисаргадаттой Махараджем».

Сам Махарадж не хотел иметь самади после своей смерти, так как все его учение было основано на концепции: «Ты – не тело». Поэтому мы решили, что лучше вместо его самади посетим самади его гуру и выразим свое почтение мудрецу, чей ученик стал одним из величайших современных мастеров Адвайты, появившихся на этой земле. Без долгих раздумий мы поймали такси и поехали.

Такси свернуло на узкую улочку, и внезапно я ощутил, как внутри меня возникло явно выраженное чувство страха. Это чувство было похоже на страх, который ощущаешь, когда идешь по безлюдной улице поздно ночью и знаешь, что за тобой никто не идет, но все же оглядываешься, просто для того, чтобы убедиться, что там никого нет. Во мне существовала часть, которая наблюдала этот страх, и другая часть, которая испытывала его. Это было очень странное ощущение. Вскоре такси остановилось, мы вышли. Я чувствовал, что мое сердце почему-то бьется все сильнее и сильнее, но причину этого своего состояния я понять не мог. Когда мы вошли во двор, мой друг Викрам попросил меня присесть на бортик и снять обувь, прежде чем ступить на площадку самади.

Это был момент, когда кое-что начало проясняться. Я поднял голову, чтобы осмотреться, и мой взгляд упал на два железных контейнера, лежавших примерно в сорока футах справа, которые использовались для погребального костра; в них клали дрова, чтобы кремировать мертвых. И только тогда до меня дошло, что мы оказались на смашане[3 - Место для кремации.] Банганга. И это тот самый бортик, на котором двадцать лет назад, еще будучи маленьким мальчиком, я сидел вместе с семьей и наблюдал, как ярко горел в ночи погребальный костер моего отца.

Внезапно меня окликнул мой друг, не знавший ничего о чувствах, переполнявших мое сердце: «Смотри!» Я посмотрел и прямо перед собой, меньше чем в десяти футах, увидел самади Шри Сиддхарамешвара Махараджа.

Я был поражен: после перерыва в двадцать лет я был доставлен в то же самое место учением, которое несло идеи, полностью противоположные тому, о чем я думал, когда я был четырнадцатилетним мальчиком. Я тогда думал, что смерть – это конец всему, что жизнь закончена, и закончена навсегда. И неоспоримые доказательства этого в виде мертвого тела были прямо перед глазами.

В детстве, всякий раз, когда на улицах Мумбаи мне встречалась небольшая группа людей в белом, которые несли похоронные носилки с телом, обернутым саваном и осыпанным цветами, я ощущал страх. У меня просто волосы вставали дыбом. Я понимал смерть как конец всего. Какая необратимость была заключена для меня в этих сценах! При виде похоронной процессии у меня в голове сразу
Страница 2 из 12

возникала мысль: «Я не хочу умирать». За ней тут же следовала другая: «Может, и не хочешь, но когда-нибудь и ты умрешь». Иногда я задумывался: «Что со мной будет, когда я умру?»

Похожие мысли недавно высказала одна моя подруга. Она сказала, что до сих пор помнит ужас, который испытывала ребенком при виде некрологов в газете. Ей сказали, что все фотографии, которые она видела там, были фотографиями мертвых людей. Естественно, напрашивался вывод, что и ее фото однажды появится на этой странице, отчего ей становилось очень грустно и тревожно.

Я помню, как в детстве часто слышал индийскую песню, где был такой припев: «Tum jiyo hazaaro saal», что в переводе означает: «Чтобы ты жил тысячу лет». Эта песня часто звучала на днях рождения. Всякий раз, когда я ее слышал, в сердце возникала печаль. Вместо того чтобы делать меня счастливым, песня делала меня грустным, просто потому, что, как это ни парадоксально, напоминала мне о краткости жизни моих близких, неуклонно шагавших к своей смерти, так же как и я. Поэтому, когда эта песня звучала на праздновании дня рождения и я видел, как другие радостно подпевают солисту, в моих ушах звучал похоронный звон. И хотя песня должна была создавать радостное настроение (ведь в ней имениннику желали прожить тысячу лет), я думал, что довольно нелепо слышать, как люди поют о том, что, как они знают в глубине души, невозможно. Кто же проживет тысячу лет? Мне бы этого хотелось, но я знал, что люди столько не живут.

Я часто спрашивал себя: «Какой смысл жить, если мы все когда-нибудь умрем? Какой смысл наслаждаться удовольствиями, если смерть заберет их у нас? Как можно быть счастливым при таком сценарии, когда „безжалостный жнец“, или бог смерти Яма, постоянно маячит у тебя за спиной?»

Еще одно яркое воспоминание моего детства – это статуэтка Жанны д’Арк, которую мама купила в антикварном магазине расположенного в горах небольшого городка Массури. Статуэтка была сделана из красивого белого фарфора. Но я не мог понять, почему Жанна привязана к столбу, почему стоит на куче бревен и прижимает к груди крест. Что там с ней происходило, что должно было с ней случиться? Мама объяснила мне, что Жанна была сожжена на костре, поскольку ее считали ведьмой, хотя на самом деле она была святой. Я пришел в ужас от мысли, что кого-то могли сжечь заживо. Через несколько лет я прочитал, что люди, которых сжигают на костре, на самом деле не испытывают долгих страданий, поскольку их кровь в пламени мгновенно закипает и у человека сразу же разрывается сердце. Для меня это стало хоть каким-то утешением. Какой парадокс: сжигаемое на костре юное, похожее на ангела создание, которое должно было в считаные часы погибнуть и превратиться в пепел, статуэткой застыло в вечности. И я смотрел на него каждый день. Помню и то, как однажды я прочитал о том, что сердце Жанны якобы не сгорело, что его быстро подобрали и бросили в реку из страха, что его могут сделать реликвией, которой будут поклоняться. Но на этом я прерву свой рассказ, хотя обещаю, что мы еще вернемся к святой Жанне и что в этой книге вы еще прочтете ее историю.

Главным последствием потери отца в подростковом возрасте стала моя нелюдимость. Я пытался перестать любить других людей просто потому, что знал, что мне будет больно, когда они умрут. А я знал, что это рано или поздно с ними случится. И чтобы уберечь себя от боли, мне казалось, что проще всего не позволять себе любить. На самом деле это была бессмысленная затея, только доказывающая обратное, а именно то, что любовь к людям изначально заложена в природе каждого из нас. И для того, чтобы не любить, чтобы запретить себе любить, требуются огромные усилия. А главное, что, сдерживая любовь, я всего лишь причинял себе боль. Ситуация становилась нелепой: я возводил стену, чтобы другие не причинили мне боль, или, скорее, чтобы мне не стало больно от того, что происходит с ними. Однако это противоречило моей человеческой природе, суть которой состояла в том, чтобы любить других. И эта стена, которую я возводил внутри себя, в действительности причиняла боль мне самому.

В юности страх, любовь и смерть были моими постоянными спутниками, играющими в свои игры на площадке моего ума. Они были тремя кусочками пазла моей жизни, и я никак не мог понять, как сложить их воедино.

Я часто думал: «Мы все вырастаем, зная, что однажды умрем, однако смерть кажется нам чем-то далеким». И это происходит потому, что мы не знаем, что это такое. Ведь в жизни, которую мы проживаем, мы еще не умирали. И хотя мы знаем, что такое терять близких, знаем, что смерть неизбежна, что наша жизнь обязательно когда-нибудь закончится, где-то глубоко внутри каждого из нас живет какое-то чувство, какое-то смутное ощущение, что мы не умрем. Вам не кажется это странным?

И лишь спустя много лет ко мне пришло понимание: ощущение, что мы не умрем, существующее глубоко внутри каждого из нас, есть у нас просто потому… потому что мы не умрем. Глубоко внутри мы чувствуем, что будем жить вечно, потому что… это так и есть. И если мы не умираем, то кто или что умирает? И что живет вечно? На эти и многие другие вопросы я постепенно получил ответы. Они пришли ко мне один за другим в течение тех лет, когда я посещал беседы Рамеша Балсекара.

Когда мне исполнилось тридцать, счастливая судьба свела меня с мудрецом, чье учение явилось для меня подтверждением достоверности моих впечатлений от жизни с того самого момента, когда я стал их запоминать. В этой книге я обращаюсь к Рамешу Балсекару как к гуру, как к мастеру, как к учителю (все эти термины возникали в моей голове спонтанно – по мере написания этой работы). И слова эти – всего лишь ярлыки для того, чему нет названия. Он был моим гуру (что буквально означает: «тот, кто рассеивает мрак невежества»). Он рассеял мрак, осветив лучом недвойственности мои переживания. Так же как дикий зверь, замерев, цепенеет, когда луч фонаря светит ему в глаза, так и меня учение захватило, не оставив мне никаких вариантов. Я мог видеть все, что испытал, лишь в ясном свете этого учения. Рамеш просил меня писать [мои книги] так, как их писал бы человек, «практикующий» учение в повседневной жизни. Он, таким образом, стал моим Учителем, но он был и философом, и советчиком, и моим другом.

Рамеш был и гуру, и домохозяином, что означает отсутствие оранжевых одеяний, отсутствие ашрама. В юности он занимался бодибилдингом, тридцать семь лет был банкиром, он был мужем, отцом, дедом и прадедом. Он был очень доступным человеком, который проводил беседы в своей гостиной на юге Мумбаи, куда стекались ищущие со всего света.

Под воздействием учения Рамеша и учения его гуру Нисаргадатты Махараджа кусочки пазла постепенно вставали на свои места, чтобы в конце концов явить единую величественную картину. Когда я начал читать книги, составленные по беседам с Махараджем, большая часть прочитанного, как мне казалось, не имела смысла, и все же его высказывания достигли своей цели и оказали на меня глубокое воздействие. Некоторые идеи его учения поднимались, попадая в мою голову, но в то же время опускались и попадали прямо мне в сердце. Читателя этой книги ожидает щедрое угощение из ссылок как на учение Рамеша, так и на учение Махараджа. И я не стремился избежать их, так как знал, что они «возникали» там,
Страница 3 из 12

где были нужны, и тогда, когда должны были возникнуть.

Я только что закончил рукопись моей последней книги об учении Рамеша[4 - The Buddha’s Sword, Gautam Sachdeva, Yogi Impressions Books, 2009. На русском: Меч Будды, Г. Сачдева, М: Амрита, 2014.], но он попросил меня включить в нее еще и фрагмент о терактах в Мумбаи (26 ноября 2008), изложив все это в свете учения Адвайты. Я сказал, что уже слишком поздно, что книга уже в печати. Рамеш скончался в сентябре 2009 года. После его ухода я заметил, что начал читать некоторые из его ранних книг, которых не читал раньше. И это хорошо, что я не читал их, потому что раньше я еще не смог бы осмыслить многое из того, чему он учил. В течение нескольких месяцев после его ухода у меня спонтанно рождались эти эссе. Их основу составили различные впечатления из моей жизни, особо сильно на меня повлиявшие, как значительные, так и вроде бы совсем не значительные, но теперь освещенные ярким светом учения. Рамеша интересовало то, как учение влияло на повседневную жизнь его последователей, что было для него важнее теории. Он называл это «освобождением». Освобождение – это то, как понимание действует в повседневной жизни. Он часто говорил: «Что толку, какой смысл в любом учении, если оно не влияет на повседневную жизнь?»

У меня не было намерения объединить мои записки в одну книгу. Но поскольку Рамеш просил меня добавить историю о теракте в мою последнюю книгу, мне пришло в голову, что все эти очерки могут быть собраны вместе, так как все они так или иначе касаются различных аспектов учения о недвойственности.

Моя издательская фирма помогла организовать мероприятия, проводимые в Мумбаи американским Фондом синхронности в современной духовности. Все члены группы из этого Фонда разместились в одном из отелей, который и был атакован террористами. Во время атаки они потеряли двух прекрасных людей – Алана и его юную дочь Наоми. Я подробно рассказал Рамешу о том, что происходило в течение этих двух дней и ночей, так как мы постоянно были на связи с мастером Чарльзом Кэнноном – основателем Фонда, который, как и многие другие участники семинара и гости отеля, был заперт в собственном номере. Мы хорошо знали Алана, поскольку именно он согласовывал с нами все детали этого мероприятия на протяжении предшествующих месяцев. За столом в ресторане отеля сидели шесть членов группы (и все они попали под обстрел), но именно Алан и его дочь оказались теми, кому было суждено умереть в ту роковую ночь. Последующие несколько дней были заняты визитами в больницу, где мы наводили справки о состоянии четырех других членов группы.

Рамеш, возможно, думал, что столь сильные переживания могли бы выявить аспекты учения, которые стоило бы обсудить. Он часто говорил: «Какая польза от любого учения, если оно не может быть испытано в огне личного опыта?» Неукротимый Вималананда[5 - Вималананда (или Хаген Махардж) (1872–1908) – монах Ордена Рамакришны, один из последователей Вивекананды.] выразил ту же точку зрения по-другому, он говорил так: «Какую систему образования мы имеем на сегодняшний день? Они объявляют об экзаменах, так что любой идиот может вызубрить кучу конспектов заранее. Ключ к проверке кого бы то ни было состоит в том, чтобы проверить людей, когда они меньше всего этого ожидают и меньше всего готовы к этому. Вот тогда у вас и появится точное представление о том, сколько они в действительности знают»[6 - Aghora – At the Left Hand of God, Robert E. Svoboda, Rupa & Co.]. Как бы то ни было, Рамеш просил меня написать об этом, и вот это произошло, но только почти два года спустя.

Лежащая перед вами книга написана просто, как и моя первая книга «Указатели от Рамеша Балсекара»[7 - Pointers from Ramesh Balsekar, Gautam Sachdeva, Yogi Impressions, 2008. На русском: Указатели от Рамеша Балсекара, Г. Сачдева, М: Амрита. 2013.], которая представляет собой всего лишь несколько коротких заметок, передающих суть учения, и которую я написал за два часа. Когда я дал прочесть рукопись Рамешу, я подумал, что он, скорее всего, будет весьма разочарован. Когда Учитель вернул ее мне, я высказал надежду, что он не имеет ничего против простоты и краткости этой рукописи. Его ответ был таким: «Всегда помните: красота в простоте. Учение просто вошло, вот поэтому оно и изложено просто».

У моих записок нет определенной последовательности. Вы можете читать их в любом порядке или можете прочитать только некоторые из них. Если что-то из того, что вы прочитали в этой книге, предназначено к тому, чтобы пролить свет на некоторые аспекты вашей жизни, то это произойдет независимо от того, что вами прочитано или не прочитано. Некоторые из этих очерков, возможно, отражают и ваше собственное понимание событий и ситуаций, случившихся в вашей жизни, которые вы сможете рассмотреть через призму учения. Это напоминает мне один анекдот.

Имея пачку из трехсот резюме на рабочем столе, босс, которому нужно быстро сделать выбор, говорит своему помощнику:

– Возьмите пятьдесят резюме из тех, что внизу, и обзвоните кандидатов, а остальные выбросьте.

– Как?! Выбросить двести пятьдесят резюме?! – в шоке восклицает помощник. – А что, если лучшие из кандидатов находятся именно там?

– Ваша правда, – говорит босс. – Но, видите ли, мне здесь не нужны люди, которым не везет.

Если есть что-то из того, что вы прочитаете в этой книге, что затронет вас, так тому и быть. Значит, именно это и должно было случиться.

Гаутам Сачдева[8 - Gautam Suchdeva – в переводе с санскрита фамилия автора означает «true» + deva «god», «lord» – «бог истины», автор оправдывает это имя, он правдив во всем, о чем он говорит. – Примеч. пер.]

5 октября, 2011

Формы бесформенного

Редактор одной из ведущих газет Индии сказал мне однажды, что если в Мумбаи бросить камень, то он обязательно попадет в дом гуру. Хотя это и преувеличение, его высказывание, пожалуй, все же справедливо для всей Индии. И относится оно не только к гуру, но и к экстрасенсам, и к астрологам, и к предсказателям по картам Таро, по чертам лица, по теням, к нумерологам и к хиромантам – всех не перечесть. Улицы и переулки нашего города наполнены теми, кто занимается духовной и паранормальной деятельностью. Интересно, можно ли где-то еще найти столько разнообразия в активности подобного рода?

Работая над первой книгой своей матери, я обнаружил, что меня затягивает в этот новый интригующий мир, тот мир, в котором я столкнулся со многими духовно одаренными людьми. Я повстречал их в результате целого ряда удивительных совпадений. Не знаю, почему и как, но каким-то удивительным для меня образом наши пути пересекались. Никого из них я не искал, но, несмотря на это, находил. Это просто «случалось». Я знакомился с ними через семью, через друзей, и довольно часто эти встречи происходили благодаря незнакомым мне людям. Вначале меня надо было просто тащить на такие встречи, потому что у меня не было сознательного интереса к этим людям. Но судьба избрала для меня другой путь. Видимо, мне было предначертано, чтобы я занялся публикацией книг духовного содержания, хотя в то время я не имел к ним никакого интереса. Все произошло только потому, что нам было трудно найти издателя для первой книги моей матери (это была дорогостоящая для публикации книга, поскольку все иллюстрации к медитациям в ней были цветными). Вот я и решил сам опубликовать эту книгу.
Страница 4 из 12

Мое образование и опыт работы в рекламном бизнесе мне очень помогли, поскольку я был знаком с процессом макетирования и печати. После того как была опубликована мамина книга, последовали другие, и прежде, чем я осознал это, я оказался респектабельным издателем духовной литературы.

Оглядываясь назад, я ощущаю благодарность судьбе за подобный поворот событий, который направил меня от рекламы к издательскому делу.

Вспоминаю один случай из того времени, когда я еще работал в рекламе. Я шел мимо приемной своего офиса и увидел пожилую даму, разговаривающую с секретарем. В руках у нее была коробка с тортом. Заинтригованный, я подошел ближе и услышал, как она говорит секретарю, что прочитала книгу и эта книга ее очень тронула. Поскольку автор, как оказалось, живет в другой стране, она нашла на обороте книги наш адрес и решила зайти, чтобы выразить свою благодарность. Это произвело на меня сильное впечатление. Помню, я подумал, что, когда я работал в рекламе, наши клиенты почему-то были уверены, что они уже говорят «спасибо», если просто платят по счетам вовремя. Этот случай дал мне дополнительный стимул, чтобы еще больше сосредоточиться на книгоиздании. Никто в действительности никогда не знает, куда повернет река жизни и какие события повлияют на нашу жизнь. Стрела причины и следствия – это и в самом деле обоюдоострая стрела. Я не смог бы сделать прыжок в книгоиздание, если бы не мой опыт работы в рекламном бизнесе. Очевидно одно: для того, чтобы удалась моя профессиональная деятельность в издательском деле, сначала должна была случиться профессиональная деятельность в рекламном бизнесе.

Далее вы прочтете краткое описание некоторых экстраординарных людей, которых я встречал на протяжении многих лет и которые так или иначе повлияли на меня. У каждого из них было чему поучиться. Довольно часто (почти всегда!) в этих встречах было нечто, что находило глубокой резонанс с тем, что я пережил в жизни, и подтверждало некий аспект учения моего мастера и других мастеров, которых я знал еще до встречи с Рамешем Балсекаром. Оглядываясь назад, я вижу, что именно в тех встречах было интересным для меня в свете учения о недвойственности, даже в то время, когда я еще не был знаком с Рамешем.

Судья Дадхат

Работа над первой книгой моей матери свела меня с первым учителем на моем духовном пути.

Это был ее гуру – судья Дадхат. Он проводил беседы в колледже, расположенном неподалеку от моего дома, через пять домов вниз по улице. Директор колледжа был так добр, что предоставил класс для духовных бесед, которые проходили раз в неделю по вечерам. На самом деле, вблизи моего дома было четыре колледжа – не обширные кампусы, как на Западе, а четыре простых здания, похожих на коробки, которые всегда остро нуждались в покраске. Я помню шутку, что была популярна среди первокурсников: мы все – «outstanding» студенты. Поскольку не было никакого кампуса, а были только коридоры между классами, мы большую часть времени проводили «stand out», то есть выходили и стояли на улице, отсюда и прозвище[9 - Игра слов «outstanding» (выдающиеся, из ряда вон выходящие, неординарные) и «stand out» (выходить).].

Судья Дадхат был судьей в Суде первой инстанции Бомбея. Он обычно обучал людей системе Брахма Видья (знание Брахмана), в основе которой лежит комплекс дыхательных упражнений из древней тибетской практики. Он был всецело предан Брахма Видье и еженедельно проводил беседы в четырех разных местах в Мумбаи. Я стал ходить на его лекции и начал практиковать дыхательные техники. На беседах и на медитациях, которые он каждую неделю устраивал у себя дома, судья Дадхат часто повторял одну фразу: «Присматривать за вами – это работа Тотальности». Он хотел этим подчеркнуть, что ответ на любую проблему находится в Тотальности. Слушая это, я думал: «Какое облегчение!» Правда, я не совсем понимал, что означает слово «Тотальность». Но, поскольку оно указало на что-то гораздо большее, чем «я», то его «Тотальность» звучало как «родитель».

И только годы спустя я получил более ясное понимание этого слова, читая книги Рамеша. В кратком изложении его высказывание можно передать так: «В Тотальности нет дуализма, нет „меня“ и нет „другого“. Тотальность – это ТО, что существует до разделения – разделения на „меня“ и „другого“. В бодрствующем состоянии, основой которого является двойственность, Тотальность – это то, „что есть“ в данный момент, без разделения на наблюдателя и наблюдаемое, в котором наблюдатель постоянно дает оценку. Другими словами, это дуальность [двойственность] как таковая, без дуализма, в котором есть „я“, которое считает себя отдельным от „другого“».

Судья Дадхат всегда был человеком очень теплым, уютным и с чувством юмора. На еженедельных медитациях у него дома он часто говорил всем нам: «Этот дом ваш. Приходите сюда в любое время, когда хотите. Я тут всего лишь смотритель». В тех редких случаях, когда я мог после работы зайти туда для медитаций, он, бывало, поглядит на меня и скажет: «Dekho dekho… Eid ka chand aa gaya!» («Смотрите, смотрите, к нам пришла луна Ид»). Праздник Ид аль-Фитр[10 - Ид аль-Фитр, или Ураза-байрам, известен также как Праздник разговения (араб.) – исламский праздник, отмечаемый в честь окончания поста в месяц Рамадан.] бывает только раз в году, то есть этим он хотел сказать, что я бываю на его еженедельных медитациях очень редко, прихожу, «как голубая луна»[11 - «Once in a blue moon» – идиома, означающая очень редкое явление; перевод – «раз в сто лет», «после дождичка в четверг» и т. д.]. Он был хорошо сложен (занимался борьбой в юности), был человеком, уверенным в себе, обаятельным и заботливым. Он очень редко говорил негативные вещи. В его последние дни, когда кто-то спросил его, плохо ли ему, он ответил: «Плохо? Скорее мне нехорошо».

Когда я слышал, как он говорил людям: «Оставьте все ваши проблемы здесь, у меня», показывая на ноги, это поражало. Где-то внутри меня сразу начинался диалог: «Неужели это правда? Он что же – применяет магию? Конечно, нет! Как в таком случае он может решать проблемы каждого? Если нет, то почему он так говорит? Он что же, и вправду считает, что они ему поверят?»

Понимание пришло, но позже. Однажды меня осенило, что это было одним из самых правдивых высказываний, которые могут быть сделаны. Так как (и это я прочитал в одной из ранних книг Рамеша) гуру – это Ноумен, это Источник, я анализировал его слова с позиций двойственной индивидуальной точки зрения, тогда как на самом деле не существует никакого разделения между гуру и учеником. «Оставить свои проблемы здесь, у меня» – это указание на Источник, а не на «гуру»; не на его «я», которое существует отдельно от ученика, от «другого». Оставьте ваши проблемы Источнику.

Что же происходило при таком понимании? Ученик неизменно возвращался с выражением большого облегчения на лице. Я на самом деле не знаю, менялась ли внешняя ситуация у этих людей, но по крайней мере изменялось их отношение к ситуации. Испытываемое облегчение прямо пропорционально полной отдаче ученика своему гуру – полному отрешению от «себя и своей проблемы» у ног Источника энергии. Забота о тебе – это действительно дело Тотальности. Джокер в этой колоде – это то, что нет никакого «тебя», после того как однажды случилась отдача, просто
Страница 5 из 12

потому, что этот «ты» отдал себя.

Судья Дадхат скончался в 2005 году после непродолжительной болезни. Бог, должно быть, действительно был доволен тем, как судья служил ему при жизни, осуществляя правосудие, а также духовным руководством для тех, кто оказывался в пространстве его активности.

Речной Мудрец

Я хорошо помню поездку в ашрам Гагангири Махараджа в Кхополи, в предместьях Мумбаи. Амодини, редактор первой маминой книги, пригласила нас на встречу с ним. Она взялась быть нашим переводчиком, так как мы не понимали Маратхи. В предыдущую поездку Амодини брала мамин дневник медитации с зарисовками, чтобы показать ему. Он сказал ей: «Это моя тема. Приводите, я буду их наставником».

Накануне нашей встречи для получения его благословения он объяснил Амодини, что вначале мы должны посетить его пещеру на холме. Некоторые называют ее пещерой навнатхов (девяти почитаемых индуистских святых). Однажды у доктора Рам Босла, массажиста-целителя из Мумбаи, который шел в ашрам для встречи с Гагангири, было видение навнатхов. Он видел, как они спускались из пещеры и входили в комнату Гагангири. Однако, когда доктор вошел в комнату, никого рядом с мастером он не увидел.

Тропа, ведущая к пещере, была безлюдной, скорее даже это была не тропа, а грязная колея, извивавшаяся в лесу. Земля под ногами была полна кристаллических пород; сквозь грязь мы могли видеть сияющие крошечные кристаллы. Сегодня для удобства идущих к пещере проложена бетонная дорожка, и это лишает подъем былого очарования. Мне помнится, что пока мы шли, нас до самого входа в пещеру сопровождала бездомная собака. Пес практически вел нас, как собака-поводырь. После, когда из пещеры мы спустились вниз и дошли до ворот ашрама, пес тихо улизнул. Казалось, он был послан, чтобы быть нашим проводником.

В ашраме мы подошли к месту, где сидел Гагангири. Когда подошла наша очередь представиться, мама показала ему окончательный вариант рукописи. Он увлеченно рассматривал иллюстрации. Разглядывая некоторые из их них, он радостно смеялся. Смех этот был весьма заразительным. Смеялся он от души, как ребенок. Он ощущал пережитые ею опыты с энергией кундалини и тут же объяснял ей, что она отобразила в рисунке. Он даже дал нам похвальный отзыв на эту ее первую книгу.

Когда пришел мой черед быть представленным, Гагангири прервал Амодини и сказал так: «Я знаю его. Тебе не нужно нас знакомить». Я сделал pranaams (почтительное приветствие), и, когда наклонился, он взъерошил мои волосы. Я был очень взволнован тем, что услышал, но понял, что никакого реального, «осознаваемого» преимущества из сказанного не последует, так как он продолжал говорить с другими и, казалось, перестал обращать на меня внимание. Помню, как я услышал его слова: «Открывай свою компанию!» Это звучало скорее как aadesh – команда. И вот что удивительно, я ни словом не намекнул ему, что планировал основать издательство, чтобы опубликовать книгу матери.

Спустя несколько дней после поездки, я сказал другу, что побывал у Гагангири Махараджа. Друг взглянул на меня и сказал: «О! Хочу рассказать тебе нечто очень странное». И начал рассказывать историю о своей бывшей девушке и об этом jala yogi[12 - Водяной йог.] (ежедневной sadhana, духовной практикой Гагангири Бабы была медитация в воде и под водой). Однажды эта молодая женщина решила прогуляться вдоль реки, что текла мимо ашрама. Именно эти места были объявлены запретной территорией, поскольку Гагангири медитировал в водах речки и его нельзя было беспокоить. Когда она увидела его, сидящим в середине неглубокой, но полноводной речки, то решила подобраться поближе и разглядеть все как следует. То, что она увидела, очень напугало ее. Девушка увидела три головы, возникшие из головы jala yogi. Она умчалась оттуда так быстро, как если бы ее ноги горели в огне. Гагангири Махарадж, как я узнал позже, был почитаем своими преданными как проявление Господа Даттатрея, инкарнации Брахмы-Вишну-Махеша, главного божества sadhus (святых людей).

Всю свою жизнь Гагангири занимался интенсивными духовными практиками в пустынных местах, экспериментировал с лечебными свойствами дикорастущих трав и корней, с целебными свойствами природной родниковой воды. Пастухи в этих местах стали его первыми преданными. Они же и обучали его искусству врачевания, часто приносили кору особых растений, корни и дикие плоды из леса, которые были мощными средствами исцеления ран и болезней.

Одиночные ретриты Гагангири, во время которых он проводил kayakalpa (мощная практика периодического омоложения), были частью мистической молвы, следовавшей за ним. Он достиг мастерства в различных методах исцеления и натуропатии, что было результатом его длительной жизни в лесу. В своих ашрамах, разбросанных в горах Сахьядри, он создал бесплатные пункты лечения травами таких хронических заболеваний, как рак и снижение иммунитета.

Гагангири Махарадж ушел из жизни в 2008 году. Говорят, что в момент его самади ему было сто три года. Оглядываясь назад, могу сказать, что мое первое посещение Гагангири Махараджа ознаменовало начало чего-то. Умом я не понимал, чем это «нечто» было. Но интуитивно знал, что это было началом пути. Куда приведет меня этот путь, я и понятия не имел.

Теперь знаю. Домой. Это напоминает мне один шутливый разговор с Чайтанья Балсекаром, братом Рамеша. Он как-то сказал мне: «Гаутам, вы такой хороший человек». А я на это ответил: «Благодарю, но быть хорошим в этом мире – ни к чему. Это тебя никуда не приведет». На что он быстро заметил: «А кто сказал, что вы должны куда-нибудь прийти?»

В 2010 году мне довелось посетить этот ашрам еще раз и засвидетельствовать свое почтение самади, которое было построено рядом с тем местом, где обычно сидел Гагангири. Даже если Гагангири Махарадж и не присутствует здесь больше в своем «теле», конечно же, он никуда отсюда не делся, и его мощное присутствие по-прежнему украшает ашрам.

Алхимик и его древности

Десятки лет Патрик (имя изменено) занимался алхимией. Его дом был местом фантастическим: повсюду искусно размещены алхимические символы, пруд с пираньями во дворе (куда конечно же не хотелось свалиться), лаборатория – прямо из мистического средневекового романа, наполненная порошками, мензурками, жидкими и твердыми веществами, и два огромных шкафа, под завязку забитых книгами. Патрик также мог похвастаться прекрасной коллекцией изысканного индийского антиквариата. И с ним связана интересная история.

Когда я в первый раз посетил моего будущего друга-алхимика, он порадовал меня экскурсией по комнате, где хранились старинные вещи. Это было увлекательное зрелище. Разглядывая коллекцию, я заметил, что по крайней мере парочка вещиц может оказаться подделкой. У меня были все основания предположить это. Ведь он был французом, и он купил все это в Индии! Мой друг оставил мой комментарий без внимания и продолжил экскурсию. Я внимательно осмотрел древности и сказал ему об этом снова. Но Патрик ответил: «Этого не может быть!» Я же настаивал на том, что хотя бы одна из вещей все-таки может быть подделкой, так как индийцы вполне освоили искусство изготовления поддельного антиквариата. Более того, это является вполне обычным, когда легковерный человек легко становится жертвой хитроумного обманщика,
Страница 6 из 12

изготавливающего эти «древности». Патрик отмахнулся от моих слов, что показалось мне проявлением высокомерия, и заявил, что не может иметь подделок в своей коллекции просто потому, что это совершенно невозможно.

Его реакция показалась мне несколько раздраженной, и я вскользь заметил, что он мог бы освоить умение «сдаваться» и признать, что такое вполне возможно, вместо того чтобы жить в своем идеальном мире «собирателя подлинного антиквариата». Но он упорствовал, не сдавался и снова говорил, что каждая из приобретенных им вещей является подлинной. Я подумал, что стоит мне еще чуть надавить, и он не устоит. Так и случилось! В какой-то момент он дошел до критической точки, и у него лопнуло терпение. Тогда он рассерженно стал объяснять мне, на чем основана его уверенность в том, что каждый предмет в коллекции был подлинным.

Поскольку в течение многих лет он усиленно занимался алхимией, ему удалось развить ряд удивительных качеств. Например, он мог точно знать, что купленная им вещь является подлинной. О подлинности вещи он мог судить, даже не дотрагиваясь до нее. Если какая-то вещь нравилась Патрику, он входил в медитативное состояние и переносил сознание в эту вещь, а затем просматривал все, что было с ней связано. Кто был скульптором, изваявшим ее? Когда, в какой период времени он работал? В какую одежду был одет? Какие инструменты использовал? Используя такое «видение», он мог определить, была ли вещь действительно старинной или его «кинули». Все мои аргументы сошли на нет и рассыпались как карточный домик. Скептический ум мог бы отбросить его доводы. В конце концов, где доказательства? Я же принял все это за чистую монету и признал свое поражение. Мне трудно было ему не поверить еще и потому, что его гуру был знаменитый мастер сиддха-йоги, поэтому я решил, что он, как преданный и талантливый ученик, вполне мог получить соответствующую подготовку в применении столь нетрадиционных методов определения подлинности купленного им антиквариата.

Я высказал пришедшую мне в голову мысль и спросил его: «Если вы можете переносить сознание в такие неодушевленные предметы, как камень, не легче ли переносить его во что-то более мягкое? Например, в другого человека. И таким образом, находясь внутри него, проверять все, что с ним связано: у кого хорошие намерения, у кого плохие? Кто друг и кто враг?» Патрик ответил, при этом в глазах его мелькнул озорной огонек: «Ну, mon ami, именно это я и сделал, как только вы открыли дверь». Потом он сказал, что конечно же пошутил. Я и вправду надеюсь, что он пошутил.

Эта встреча с Патриком наглядно продемонстрировала, что неодушевленный объект может казаться лишенным Сознания, но Сознание функционирует через все объекты. Точно так же одушевленный объект, скажем, человек, не имеет сознания. Скорее, Сознание функционирует через человеческий объект. Одушевленные или неодушевленные, мы все являемся объектами, через которые функционирует Сознание. Более того, сам объект является неким проявлением в Сознании. Нужно быть сознательным, чтобы воспринимать объект. Так что в любом случае объект не может существовать независимо от Сознания. То же самое относится и к классификации объектов на «одушевленные» и «неодушевленные». В действительности это всего лишь объекты во власти Сознания, и лишь Оно определяет, какими они являются.

Siddhis (сверхъестественные духовные силы) могут быть увлекательным предметом. Патрик неизменно указывал на важный аспект цели алхимии – поиск и обретение философского камня, способного превращать обычный металл в золото. Главное, что следовало понять, это то, что везде действует вечный принцип: «как внутри, так и снаружи». В действительности это означает следующее. Чтобы добиться осуществления поставленной внешней цели, нужна внутренняя духовная трансформация, которая должна происходить одновременно с предпринимаемыми усилиями, при этом высшей целью является Просветление. Исходя из этого становится ясно, что тамплиеры, которые, как полагают, являются создателями европейской банковской системы, а также строителями наиболее величественных соборов с соблюдением законов сакральной геометрии, не были еретиками на лошадях, какими их пытаются сегодня представить. Они обладали способностью получать алхимическое золото, которое и являлось источником их богатства. Поэтому можно сделать вывод, что они были существами высокого духовного развития.

Если вам доведется рассматривать какой-то антиквариат, имейте в виду: вполне вероятно, что этот предмет тоже рассматривает вас. Точно так же как этот предмет является объектом в вашем сознании, вы являетесь объектом с точки зрения Сознания, проявляющегося в нем. Мы все является объектами, через которые функционирует Сознание. Сознание не разделяет объекты на одушевленные и неодушевленные. Это делаем мы. «Мы» – не как безличное Сознание, функционирующее через все объекты в этом проявленном мире, но «мы» – как индивидуумы, на первый взгляд, отдельные от объектов, которые мы воспринимаем.

Мастер экстрасенсорной хирургии

Преподобный Алекс Орбито, знаменитый хирург и экстрасенс, живущий на Филиппинах, проводил семинар в Мумбаи. На нем присутствовало около ста человек. В первой половине дня он говорил с нами об экстрасенсорной хирургии. Его способ был основан на методике исцеления, которая в переводе звучала так: «Боже, дай мне твою исцеляющую силу». Он заставил нас выполнить несколько легких упражнений, после чего начались операции. Мы входили по одному, и каждая операция длилась примерно минуту или около того.

Когда настала моя очередь пройти экстрасенсорную операцию, я забрался на стол, лег и расстегнул рубашку. Затем пришло осознание, что Орбито аккуратно трогает мой живот. Внезапно его пальцы проскользнули внутрь на глубину ладони! Он ощупывал все у меня внутри. И это был довольно странный опыт. Боли не было, однако руки его погрузились в то, что я всегда считал неизведанной территорией, по крайней мере – для его пальцев. Это продолжалось примерно тридцать секунд, и, прежде чем я смог переварить, что происходит, «операция» была закончена. Я взглянул на свой живот. На теле не было и следа того, что только что происходило. Целитель похлопал меня по щеке, и сеанс закончился. Дома, когда я стал просматривать видеозапись того, что со мной происходило, удивлению моему не было границ.

Объясняя суть экстрасенсорной хирургии, преподобный Орбито сказал, что поскольку человеческий организм на семьдесят процентов состоит из воды, то нет ничего удивительного в том, что пальцы или руки хилера погружаются в тело другого человека, ибо оба тела – это всего лишь две формы, состоящие из воды на эти самые семьдесят процентов.

Зная о влиянии фаз Луны на приливы и отливы, остается только гадать, что могут делать с нами эти фазы, с нами, чье тело более чем на две трети состоит из воды. Признайтесь, где теперь ваша уверенность, что люди контролируют все, что чувствуют? Только представьте: все, чем, как вы думаете, вы являетесь, то есть ваше тело со всеми вашими надеждами, страхами, стремлениями, разочарованиями, обидами, сожалениями и ожиданиями, – все это в основном просто вода. Поистине, мы не такие твердые, как нам кажется. И, о
Страница 7 из 12

господи, какая это приятная мысль! Взять хотя бы сердце. Вам нет нужды топить в нем ваши печали. Ведь они уже утонули, потому что само их содержание – это вода!

Обсуждая данную тему с людьми, которые знакомы с науками об исцелении, я узнал, что операция, так же как исцеление, происходит на «тонком», а не на физическом уровне. И хотя во время операции преподобный Орбито мог извлечь то, что выглядело массой из темно-красной плоти, на самом деле это было не что иное, как застывшая и заблокированная энергия, которую удалили, а не реальная плоть. Плоть не удаляется им из физического тела. Даже сегодня, когда я смотрю видео, я не могу понять, что там на самом деле происходило. Были люди, из-за которых экстрасенсорная хирургия приобрела дурную славу, поскольку их уличали в мошенничестве. Однако моя встреча с преподобным Алексом Орбито и его семинар по экстрасенсорной хирургии были приятными. Даже больше, чем его искусство, мне понравились его юношеская живость и легкость бытия.

А еще тема исцеляющих рук напомнила мне мое знакомство с магом-массажистом.

Массажист-целитель

О докторе Раме Бостле я слышал на протяжении нескольких лет. Некоторые из ищущих, принимавших участие в сатсангах Рамеша, попадали к доктору Бостлу, как только заканчивались беседы, поскольку он жил неподалеку, а именно на Малабар-Хилл, где богатое семейство сдавало ему комнату в их роскошном бунгало.

Меня доктор Бостл интересовал потому, что он знал Бессмертного, Махаватара Бабаджи, о котором миру впервые поведал Парамаханса Йогананда в своей книге «Автобиография йога». «Доктор Сахиб» – так в книге уважительно был назван доктор Бостл, убивший коменданта, англичанина, совершившего зверства в отношении индийской женщины во времена британского правления. Солдаты готовы были схватить доктора, но ему удалось бежать в Гималаи, где его приютил йог. Йог заботился обо всех его потребностях, среди которых было пристрастие к алкоголю и к наркотикам. Доктор Сахиб задирал своего хозяина, спрашивая, знает ли тот смысл закона atithi devobhava, который гласит, что гость – это бог. Он говорил так: «Это мой ежедневный рацион, ты можешь мне его обеспечить? Ведь к гостю надо относиться как к богу». Йог отвечал: «Sab kuchh mil jayega» («Ты получишь все»). И лишь значительно позже он понял, что его хозяином был сам Бабаджи, и тогда его пристрастия отпали одно за другим. В итоге он шесть лет оставался в Гималаях с Бабаджи.

Доктор Сахиб имел дар исцеления руками. Искусство массажа, которым он занимался, называется Samvahan и представляет собой комбинацию древних методов, направленных на то, чтобы гармонизировать частоты телесных колебаний. Бхагаван Нитьянанда из Ганешпури сказал ему, что он будет путешествовать по миру, используя свой дар исцелять людей. Доктор действительно много путешествовал. Среди тех, кого он исцелил, были, как говорят, Махатма Ганди, Пандит Неру, Черчилль, Эйзенхауэр, Бернард Шоу и многие другие. Сам Неру лично отправлял доктора Сахиба к главам различных государств по всему миру.

Несколько лет назад мой друг взял меня с собой на встречу с доктором Сахибом. Доктор встретил нас, сидя в постели. Он почти ничего не видел, так как к тому времени его зрение уже сильно ослабло. Это был приятный, нежный и скромный человек на закате своей выдающейся жизни. Во время беседы его пальцы продолжали двигаться по простыне, будто в поисках чего-то, что можно было бы массировать. Это было невероятное зрелище! Казалось, руки его были на батарейках, они как будто имели собственную волю и жили своей жизнью. Его пальцы продолжали двигаться без остановки, пока он сам не остановил их.

Я помню только два вопроса, которые задал ему. Первый: встречался ли он с Махаватаром Бабаджи в Мумбаи. Он ответил, что это действительно было, и даже несколько раз. Мой следующий вопрос был таким: может ли он в одном предложении подвести итог тому, чему научила его жизнь. Он ответил: «Бог существует между R и M в имени RAM.»[13 - Рам (Рама) – это седьмая инкарнация Вишну и главный герой поэмы Рамаяна. Большинство индуистов считают Раму реально существовавшей исторической фигурой, царем, правившим большей частью современной Индии из своей столицы Айодхьи. Наряду с Кришной Рама является одной из самых популярных аватар Бога в индуизме.]

Случилось так, что Шириш Бхагават, с которым я был хорошо знаком, оказался хирургом, оперировавшим доктора Сахиба в конце его жизни. Доктор Сахиб поведал Ширишу, что когда он несколько лет назад попал в больницу, то увидел как Mahakala (Бог Смерти в виде Времени) парит за окном. И продолжил: «Но он (при этом доктор Сахиб поглядел на фотографию Бабаджи возле кровати) сказал, что мое время еще не пришло». Когда я рассказал Ширишу, что доктор Сахиб сказал о Боге, как о существующем между R и M в имени RAM, Шириш ответил, что это напомнило ему одну легенду.

Было время, когда эго Ханумана сильно раздулось. В конце концов, именно он, Хануман, был тем, кто обнаружил, где держали взаперти Ситу, и именно он сжег потом дотла город Ланку. Вот Хануман и пошел к Раме, чтобы спросить его, осталось ли еще что-то, что он мог бы совершить. Господь Рама, глядя на Ханумана, распираемого гордыней, попросил его оказать ему одну услугу. Ему нужен был кто-то, кто смог бы охватить все вселенные, и он решил, что нет никого достойнее Ханума для выполнения такой задачи. Услышав, что лишь его считают способным на такие усилия, Хануманна возгордился еще больше. Он спросил у Господа Рамы: «А как я узнаю, что охватил все вселенные?» Господь ответил, что там, где оканчиваются вселенные, он найдет три столба. Когда он увидит их, то должен сделать на них отметку в виде креста, после чего может вернуться. Умчался Хануман. Долго летал он среди галактик. Вселенные начинались, вселенные заканчивались, а Хануман продолжал путешествие. И вот наконец он добрался до трех столбов и, увидев их, очень обрадовался. Он быстро изобразил крест на каждом из столбов и, исполнив задание, отправился в обратный путь. Вскоре он предстал перед Господом Рамой и гордо объявил о том, что нашел эти три столба. Господь поднял руку – на трех его пальцах был начерчен крест. Он спросил Ханумана, это ли он видел. Хануман был посрамлен, потому что только тогда он понял, что вселенные начинаются и заканчиваются в Раме.

Йог Солнца

Индия действительно знает, как встряхнуть то, что считается «обусловленной реальностью». Здесь вы никогда не можете знать, кого или что вы увидите в следующий момент, с чем вам придется соприкоснуться. Все возможно в этой стране бесконечных возможностей. Свет здесь не распространяется по прямой, он преломляется в невообразимые радуги, которые наши ограниченные ум и интеллект просто не могут постигнуть. Тема света ведет меня к незабываемой встрече с йогом, который является преданным почитателем Солнца.

Он выглядел как индийский Иисус, и был человеком, привязанность к которому возникала сразу же. Однажды вечером он пригласил некоторых из нас на yagna (священный ритуал огня), который мы выполнили на террасе его ашрама. Происходило это в пригороде Мумбаи. В какой-то момент во время огненной церемонии он попросил нас закрыть глаза и не открывать их, пока он нам этого не разрешит. Прошло несколько минут. Мне было интересно, что
Страница 8 из 12

происходит, и я решил чуть-чуть приоткрыть глаза и изучить обстановку. Все тихо сидели с закрытыми глазами, в том числе и сам йог. Затем случилось нечто особенное. Я увидел, как он начал исчезать. Понемногу на моих глазах растворялась его форма. И наконец он совершенно исчез. И тогда я увидел только стену, что была позади него. Я посмотрел вокруг, все остальные остались в точности такими, какими они и были: просто люди, сидящие с закрытыми глазами. Исчезла лишь его форма. Поэтому я понял, что это не галлюцинация. Затем, спустя примерно минуту, я увидел, как его тело постепенно обретает форму и возвращается к своему обычному виду. Я быстро закрыл глаза, чтобы не быть пойманным на нарушении запрета, и стал ждать его разрешения, чтобы открыть их снова.

В следующий раз мы занимались йогой Солнца на пляже Чопатти в Южном Мумбаи. Нас было человек двадцать. Когда пришел йог Солнца, все бродячие собаки на пляже сошли с ума от радости – они мчались к нему, виляя хвостами, тявкали и игриво дергали его за безупречно белое (до тех пор) lungi[14 - Кусок материи, длиной около трех метров, который оборачивают вокруг талии и который закрывает ноги.]. Начались наши занятия, и почти сразу начался дождь. Бежать было некуда, так как мы находились в самом центре пляжа. Внезапно дождь прекратился. Но вокруг нас, примерно в пятнадцати футах от того места, где мы занимались, дождь продолжал идти.

Занятие окончилось, и йог Солнца отправился домой на завтрак, который состоял из фруктов и молока. Мы с ним отлично ладили. Казалось, что мы давно знакомы, и он был мне старым и добрым другом. Йог сказал: «Я всегда говорю людям, чтобы они не относились ко мне как к гуру, а относились ко мне как к другу». Он был молодым и естественным, ему были непривычны лесть и восхищение, обрушившиеся на него. Недавно я разговаривал с ним, он принес свою йогу в школы и университеты, разбросанные по всей Азии. Следующей будет Европа.

При упоминании Европы у меня сразу возникла мысль о Людовике XIV, который был известен как Le Roi Soleil – «король-солнце». Во Франции он построил Версаль, один из самых роскошных и богатых дворцов, когда-либо построенных в мире. Версаль был известен как дворец «короля-солнце». Однако, как и все материальные вещи, дворец, в конечном счете пришел в упадок, когда царская казна опустела. Как говорится: «Разрушение присуще всем вещам». Когда я посетил Версаль, мне больше всего понравились дворцовые сады, а не сам дворец. Величие природы способно взять верх даже над самыми роскошными творениями рук человеческих.

Короли Солнца в Индии совершенно иные. И это разительно контрастирует с французским королем, носившим это имя. В этом тоже проявляется двойственность известного нам мира. Их тело – это храм живого Бога, это их дворец. Они овладели мастерством йоги Солнца, и на троне теперь сидит Солнце. Индия поклоняется королям, которые излучают свет!

Итак, мои многолетние встречи с мастерами явились прямым подтверждением того, что формы, которые мы наблюдаем, не такие твердые, какими они выглядят. Или, скорее, формы не такие, какими хотят казаться. Что-то подобное мы все неоднократно слышали или читали. Был ли это Гагангири, Патрик, преподобный Алекс Орбито или йог Солнца, после каждой встречи я все больше осознавал, что неоспоримая реальность того, что мы воспринимаем как реальное, больше не имеет права на существование.

Эта реальность недослушала все вердикты Высоких судов логики и разума.

Она унесена течением реки в Кхополи.

Ее вытащили голыми руками из «тела-ума».

Она сожжена дотла солнечными лучами.

Йогарадж Гурунатх[15 - Йогарадж Гурунатх Сиддханатх (Yogiraj Gurunath Siddhanath) родился в 1944 г., происходит из древнего семейства Икшавару Рама Солнечной династии. Несмотря на принадлежность к королевскому роду и роскошь жизни во дворце, он был сиддхой от рождения и уже в три года имел спонтанные переживания Истинного Я.], энергичный мастер Крийя-йоги, как-то сказал мне, что, когда он наклонился, чтобы коснуться божественных стоп Анандамайи Ма[16 - Шри Анандамайи Ма (30 апреля 1896-27 августа 1982) – индийская святая родом из Бенгала. Свами Шивананда описал ее как «самый прекрасный цветок, который вырос в Индии».], его руки прошли насквозь и врезались в землю. Я всегда получал удовольствие от встреч с Гурунатхом. Читал ли он стихи, рассказывал ли истории о знаменитых натха[17 - Древняя линия преемственности духовных мастеров, истоки которой относят к Господу Даттатрее. Даттатрея – глава и фактический основатель эзотерического ордена натхов (совершенных сиддха-йогов) и учитель Шивы.]-йогах, и даже когда он «прикалывался» надо мной, он наслаждался «по полной», наслаждался каждой своей частицей. Вот одно из его высказываний, которое мне нравится: «Прямо с момента рождения возникает ересь разделения».

Конечно, одна из первых вещей, что случается с ребенком после его рождения, заключается в том, что родители дают ему имя. Разделение, таким образом, еще больше усиливается, так как появляется имя, данное форме, которая теперь реагирует на свое имя. Это подводит меня к следующей истории.

Мастер мгновения

В 2004 году мы, группа родственников и друзей, встретили Экхарта Толле в Гластонбери (Великобритания). Он заехал туда на пути в Финдхорн (Шотландия), чтобы провести беседу. Мы встретились с ним за ужином накануне этой беседы. Я помню, как знакомил с ним своих друзей, и, после того как я их представил, он взглянул на меня и сказал: «Спасибо вам за то, что всех представили… А вы кто на самом деле?» И мы оба рассмеялись. Что-то особенное было в этом моменте, что меня задело. Конечно же, он указывал, пусть и шутливо, на то, что я просто представил людей по именам, а имена – это не то, чем они являются по своей истинной сути. Я помню, как его последняя фраза все время крутилась у меня в голове, когда мы сидели с ним на лужайке у дома, не потому, что она была значительной, но потому, что это был яркий пример того, как простые высказывания имеют столь очевидные смыслы, которых нам так не хватает в этом царстве разделения и идентификации. И каждый раз, когда эта фраза мелькала, в моих мыслях акцентировались разные слова. И это было похоже на мину-ловушку для эго:

– А вы кто на самом деле?

– А вы кто на самом деле?

– А вы кто на самом деле?

Ответ был в самом вопросе. Кто есть этот вы? Сознание, а не форма тела и данное ему имя. Сознание – это наличие оживляющего присутствия, без которого вас просто не было бы. Нисаргадатта Махарадж обычно предлагал приходящим к нему посетителям говорить и задавать вопросы не от лица одного индивидуума другому, а как сознание сознанию. Вот что он имел в виду: каждый из присутствующих не должен задавать вопросы, считая себя отдельным человеком, идентифицирующим себя с телом. «Хотелось бы знать» – эти слова Экхарта, как тонкий надрез мечом, открывающим другое измерение. Если бы он сказал: «А вы кто?», я бы незамедлительно ответил: «Гаутам!» И тогда размышлений об этой фразе, возможно, и не было бы.

Когда я проводил время с Экхартом, больше всего мне нравилось, что я нашел другого человека, который любил молчание так же сильно, как и я. Главное во встречах с ним было то, что разговоров почти не было. Помню, я был очень тихим ребенком. В школе я даже получил белую
Страница 9 из 12

карточку, которую давали за то, что ученик «был самым послушным и тихим мальчиком в своем классе». Тогда я этого стыдился. Помню, что в те годы, когда я, бывало, сидел тихо и молчал, люди, должно быть, считали, что со мной что-то не так. Они частенько подходили ко мне и спрашивали: «О чем ты думаешь?» Тогда, в детстве, я думал, что, скорее всего, это неправильно – быть тихим и молчаливым. С такой обусловленностью я и вырос. Я даже помню, что мне в голову приходила и такая мысль: «Я сижу тихо, не беспокою людей, а их, оказывается, беспокоит то, что я их не беспокою! Мне что же, нужно говорить или делать что-то все время?» Конечно, это не значит, что я постоянно просто сидел и не думал. В моей голове крутилось множество мыслей. Часто это были беспокойство и страх – главные друзья моего детства. Но было много случаев, когда я просто сидел и вообще не думал. А другим это поведение почему-то казалось необычным.

Любопытный случай произошел со мной во время одной из бесед с Рамешем, которая случилась несколько лет назад. К нему тогда пришла семейная пара с прекрасной маленькой дочкой лет шести. Она тихо сидела на качелях в гостиной. Видно было, что она не скучала и хорошо проводила время, слегка покачиваясь, наблюдала за людьми и поглядывала в окно. Какое спокойное выражение было на лице этого ребенка! Это спокойствие конечно же не выглядело так, будто ее заставили сидеть тихо, будто ее спокойствие явилось результатом дисциплины и строгого воспитания. Когда беседа закончилась, кто-то подошел к ее родителям и сказал, что такое поведение ненормально для детей ее возраста, которые должны бегать и шуметь. Родители были весьма озадачены таким замечанием и, не зная, как реагировать на этот непрошеный совет, просто кивали головами и неловко улыбались. Я оглянулся и посмотрел на девочку. Она с удовольствием беседовала с теми, кто подходил к ней. Она не стеснялась, не смотрела букой, при общении с другими в ней не было никаких барьеров. Я подошел к ее отцу и заметил, что его дочка кажется мне маленьким Буддой. Он сказал, что, насколько он помнит, она всегда была такой. Лично мне после его слов стало предельно ясно, что если ребенок по натуре склонен к тишине и покою, то не стоит пытаться изменить свойственный ему облик на тот, который он якобы должен иметь. Если же ребенка заставляют вести себя так, что это противоречит тому, что у него получается естественно, это лишь сбивает его с толку и приводит в замешательство. К примеру, это происходит, когда ребенок от природы левша, а родители заставляют его действовать правой рукой.

Невероятно, как личность в своей основе остается неизменной на протяжении многих лет. Однажды Рамеш познакомил меня со своим внучатым племянником. При этом он сказал: «Я давно хотел вас познакомить. Он такой же спокойный мальчик, как и вы». А этому «мальчику», то есть мне, тогда уже исполнилось почти тридцать девять лет!

Если разговоров с Экхартом было немного, то ходьбы было предостаточно. Он любил прогулки. Взбирались ли мы на Гластонбери Тор[18 - Холм святого Михаила (англ. Glastonbury Tor) близ древнего города Гластонбери (графство Сомерсет, Англия) представляет собой естественное возвышение высотой 145 м, над которым вздымается средневековая башня церкви святого Михаила. Холм расположен в виде семи рукотворных уступов. Во время археологических раскопок выяснилось, что в III в. до н. э. здесь существовало значительное кельтское поселение, а в V в. н. э. – небольшая крепость. Холм св. Михаила издревле связан в народных поверьях с легендами о короле Артуре. В 1191 г. монахи близлежащего Гластонберийского аббатства объявили об обнаружении ими саркофагов с именами Артура и его супруги Гвиневры. В новое время холм привлекал внимание оккультистов и исследователей паранормальных явлений, которые признают его за портал в потусторонние миры (Авалон).], шли ли по сухому руслу реки Финдхорн, поднимались ли на вершину Аруначалы или просто бродили по лесу за его домом в Ванкувере, мы всегда гуляли долго, но обменивались только тишиной – слов не было. И от этого мне с ним было необыкновенно легко.

Когда наша группа запланировала посетить Гластонбери Тор, мы заказали гида. Я сказал об этом Экхарту. Тот ответил, что ему не интересны даты и исторические детали, которые обычно узнают на экскурсиях, и поэтому он не хотел бы в этом участвовать (пожалуй, никакого другого ответа от автора «Силы настоящего» не стоило и ожидать), если только мы не захотим попросить его самого, чтобы он провел нас по Гластонбери Тор в качестве нашего гида, но при условии, что это будет молчаливая экскурсия, направленная на то, чтобы впитать атмосферу Священного холма. Был ли у нас хоть какой-то выбор?

Экхарт – это как бы человек-мост. Он взял тему недвойственности и принес ее в массы. Таким образом разрыв был преодолен. Как кажется эго, человек может что-то сделать, добиться того, чтобы быть в настоящем моменте. В действительности есть только Присутствие. Присутствие существовало до того, как вы узнали, что вы присутствуете здесь в качестве индивидуума. Как могли бы вы присутствовать, если бы не было Присутствия как такового, то есть безличного Присутствия? Как может «Я есть Гаутам» появиться до «Я есть»? «Я есть» – это безличное осознание бытия, то есть Присутствия, то есть той силы, которая действует через всех нас. В сущности, Присутствие есть не что иное, как отсутствие индивидуального «тебя», того, кто думает, что он присутствует. Как только ваше «я» вступает и заявляет: «Я присутствую», присутствие становится персонализированным: «Я – отдельная сущность, и я присутствую». То, что было безличным Присутствием, становится объективированным. Теперь отдельный индивидуум утверждает, что он является тем, кто присутствует. Экхарт обманывает эго, оно у Экхарата верит, что может сделать что-то, чтобы стать присутствующим. Легче работать с эго, чем требовать уничтожения эго, что во многих случаях невозможно, поскольку означает приказ эго уничтожить самого себя. Таким образом, он оказывает поддержку великому архетипу всех мифологий мира – архетипу Обманщика. Истина в конечном итоге побеждает. И это дело рук Обманщика.

Был вечер, мы сидели на лужайке и разговаривали. В разговоре кто-то сказал Экхарту, что считается, что последним пристанищем Святого Грааля является Гластонбери. Экхарт усмехнулся и сказал: «Возможно, что Чаша находится здесь в кустах, прямо у меня за спиной!» Это напомнило мне одну из моих любимых французских поговорок: Vous ne trouvez pas le Saint-Graal. C’est le Saint-Graal qui vous trouve («Не вы находите Святой Грааль, это Святой Грааль находит вас»).

Рамеш, обычно давал такое определение эго: «Эго – это идентификация с именем и формой как с отдельной сущностью». Его определение напоминает мне один недавний случай. Я был приглашен на чай. Там была дама, которая принялась оживленно беседовать со мной. Она рассказала о происшествии, которое подтвердило, что она находится под присмотром Высшей Силы, поскольку просто чудом была спасена в автокатастрофе. Во время всего монолога она обращалась ко мне как Гуаву (или Гиришу… я не могу точно вспомнить). Во всяком случае, она не обращалась ко мне как к Гаутаму. Она говорила и говорила: «Вы знаете, Гуав, что произошло дальше… а потом, Гаув, вы
Страница 10 из 12

не поверите… вы можете представить себе, Гуав…» Я подумал, что это довольно забавно. Конечно, первой моей реакцией было желание сказать: «Послушайте, это не мое имя». Но я его не озвучил. Я был поглощен ее рассказом и думал, что не должен прерывать поток ее слов, ибо она неслась, как автомобиль на пятой скорости. В любом случае, какая разница, как мое имя могло повлиять на саму историю? В конце вечера, когда я собрался уходить, дама подошла ко мне. Она выглядела заметно расстроенной. И я понял – почему, когда она сказала: «О, ну почему вы не сказали, что ваше имя Гаутам! Вы ни разу не исправили меня, когда я называла вас другим именем! Вы должны были меня поправить! Я сожалею, очень сожалею». Я улыбнулся и сказал ей именно то, что я чувствовал: «Ваш рассказ захватил меня, и он никак не был связан с моим именем».

На ее лице появилось выражение недоверия. Казалось, это была самая странная вещь, какую она когда-либо слышала. Меня поразило, как глубоко мы идентифицируем людей с именами, в том числе и себя с нашим собственным. Я не призываю вас к тому, чтобы люди называли вас любым именем – по их желанию, потому что это приведет к возникновению целой кучи имен, тогда как даже одно имя – это больше, чем мы можем усвоить. Но в следующий раз, когда кто-то назовет вас по имени, отличному от вашего, посмотрите, как быстро оживает идентификация, чтобы защитить ваше так называемое настоящее имя, то есть то, кем, как вы думаете, вы являетесь.

Огромная благодарность возникает всякий раз, когда в памяти моей всплывает время с Рамешем, потому что это он поднял передо мной завесу идентификации и обнажил Божественный обман разделения.

Просветленный банкир

У меня имеется множество оснований для того, чтобы написать книгу обо всех этих удивительных встречах – начиная с йогов, которые высасывали раковые клетки, и заканчивая читающими по лицу людьми, которые могли определить преступника, просто глядя при опознании на подозреваемых. Хотя я действительно многое узнал из всех этих обогативших меня встреч, я обнаружил, что каждое воскресенье я снова и снова прихожу в дом к Рамешу. Возможно, это происходило потому, что, хотя я и видел много чудес и повстречал много существ, обладавших сиддхи, для меня Рамеш был тем, кто обладал величайшей сиддхи и говорил об этой сверхъестественной силе, творящей чудеса, то есть о спокойствии ума в повседневной жизни.

Рамеш обычно говорил на своих беседах: «Что даст вам просветление из того, чего у вас не было раньше? Способность ходить по воде? Нет. Способность быть в двух местах одновременно? Нет. Способность определить автомобиль, который готов освободить парковку, когда вы ищете место, чтобы припарковать свой автомобиль? Забудьте об этом! Все, что просветление сделает для вас, – даст вам спокойствие ума в повседневной жизни».

Говоря об оккультных силах, Мехер Баба[19 - Мехер Баба (имя при рождении – Мерван Шериар Ирани; 25 февраля 1894 – 31 января 1969) – индийский мистик и духовный учитель, публично провозгласивший себя «аватаром века» в 1954 г.] как-то сказал: «Посредством различных йог можно развить чудесные оккультные силы, такие как хождение по воде. Все эти различные силы, развитые посредством практик йоги, феноменальны, следовательно, преходящи и нереальны. Все это не имеет ничего общего с духовностью или с духовными силами, которые скрыты в каждом, но проявляется только у некоторых избранных, у тех, кто осознал себя»[20 - Lord Meher, Bhau Kalchuri, Vol. 8, p. 2959, Sheriar Press.].

И я безмерно благодарен тому, что мои ноги, которые частенько проносили меня мимо важных вещей, тут по колено увязли в цементе учения о недвойственности. Во второй раз, когда я пришел на беседу к Рамешу, он сказал мне: «Вижу, что вы снова пришли. Будьте осторожны, это место может стать вашей воскресной церковью». Мог ли я знать тогда, что его слова сбудутся и что все будет именно так в течение почти десяти лет, вплоть до момента его ухода.

Удивительно, но когда я в первый раз пришел на одну из его бесед, я основательно заскучал и подумал: как это странно, что люди со всего мира должны добраться до этой квартиры в Мумбаи, чтобы слушать человека, который говорит, что на все воля Божья! Потом я стал ходить к Рамешу каждые выходные, чтобы узнать, что там имеется такого, чего я не понял. Так началось это мое многолетнее путешествие. Вы никогда не знаете, где вы окажетесь и как пойдут события. Это потому, что всегда не «вы» причаливаете к какому-то берегу. Просто происходит «причаливание», а «вы» при этом являетесь сопровождающим элементом в происходящих событиях. Однажды, несколько месяцев спустя после того, как я начал бывать у Рамеша, просматривая книжные полки у себя дома, я с удивлением обнаружил, что Рамеш смотрит на меня с обложки одной из книг. Это была его ранняя работа под названием «Сознание говорит». Ее довольно давно подарила мне мама. И только тогда я вдруг понял, что ее автор – это именно тот мудрец, к которому я стал ходить.

Красота учения Рамеша была в его простоте. Именно это заинтересовало меня больше всего. Мантра Рамеша: «Все происходит, никто ничего не делает». В этом мудрость и глубина, роль Бога, уничтожающая в эго ощущение «делания». И это является стержнем данного высказывания.

Очаровывало меня и то, что он был вполне земной и доступный. Это был обычный индийский дедушка, одетый в белую kurta-pyjama[21 - Традиционная индийская одежда, свободная рубашка, доходящая до колен, которую носят как мужчины, так и женщины. Носится с легкими свободными штанами, затягивающимися на шнурке вокруг талии.], который сидел в кресле-качалке в гостиной, а мы все располагались вокруг него. Почтальон звонил в дверь, скороварка пыхтела на кухне, сигналы машин с улицы у дома проникали в комнату. Это был обычный семейный дом в Мумбаи, в котором ежедневно проводились беседы.

Когда я в первый раз увидел Рамеша, за его спиной уже было восемьдесят три года яркой, насыщенной жизни. В молодости он занимался бодибилдингом, в тридцать семь лет стал банкиром одного из ведущих банков Индии, в жизни он видел и взлеты, и падения, в том числе и боль от потери сына. Все у него было обычным, легко понятным каждому. В своей биографии, изданной под названием «Хеппенинг гуру», Рамеш говорит: «Мне не понадобилось много времени, чтобы открыть для себя мою обычность… Моя обычность, должен признать, не была обычностью „С“, а была скорее „B+“ обычностью»[22 - В системе оценивания от А до F C означает «средне», В+ – «очень хорошо».].

На протяжении многих лет я встречал множество астрологов, которые предсказывали будущее. Мои духовные искания и то, что я занимался изданием духовной литературы, делали встречи с ними обычным делом. Некоторые из них были гениальными предсказателями, некоторые ими не были. Некоторые были довольно точными в отношении многих вещей, но не всех. Некоторые из них были очень точными относительно отдельных вещей, но не в целом. Некоторые из них были точными в предсказаниях на какое-то определенное время, некоторые были точны относительно длительных периодов времени, но никто из них не давал точных предсказаний постоянно. Все это было индивидуально и относительно. Я встречал человека, который говорил: «Вот она просто гений, сходи к ней». Затем я встречал другого человека, и он
Страница 11 из 12

говорил: «Не ходи к ней, все ее предсказания не сбываются». Если кто-нибудь спрашивал меня о каком-то астрологе, предполагая, что я знаю все, что связано с духовным поиском в Индии, мой ответ был таким: «Вы должны пойти и сами для себя все выяснить». Я придерживался такого подхода, даже когда речь шла о духовных учителях или авторах. Всегда есть разные мнения, витающие вокруг. Единственный путь – идти и самому смотреть, чем все это будет лично для вас.

Тематика предсказаний будущего и судьбы подводит меня к теме драгоценных камней. Рекомендации относительно того, какие камни вам подходят, – это страсть астрологов, поскольку ношение камней является важнейшим «корректирующим средством» ведической астрологии. Некоторые рекомендуют желтый сапфир, некоторые синий, другие рубин, а третьи изумруд; есть и такие, кто советует алмаз. Некоторые говорят, что желтый сапфир нужно носить на безымянном пальце левой руки, другие – что на указательном пальце правой руки. Некоторые советуют сделать кольцо из золота, другие предлагают серебро; есть и такие, кто считает, что кольцо должно быть обязательно из белого золота. Одни говорят, что караты должны превышать ваш возраст, другие – что караты не имеют значения, а важен цвет камня; некоторые считают, что цвет должен быть бледным, другие – что цвет должен быть темным. Я помню, как покупал камни и как получал их в подарок. Если бы я прислушивался к некоторым астрологам, то должен был бы носить по камню на каждом пальце. К счастью, в моей коллекции их всего три. И что теперь происходит со мной, раз уж эти камни были рекомендованы? Мне всегда нравились драгоценные камни, и поэтому я ношу то, что мне нравится носить, то, с чем я чувствую себя комфортно. Это, возможно, не совсем строгое следование протоколу, но это то, что происходит со мной. Кстати, чаще всего я обнаруживаю, что не надел ни одного камня.

То же самое происходит и с посещением храмов. Я никогда не был любителем ритуалов или храмов, но в один прекрасный день возникло ощущение, что я должен испытать этот аспект, который также является неотъемлемой частью индийской культуры. Я начал посещать храм Shani (Сатурна) по субботам. И стал получать удовольствие от этих посещений. Но бывали дни, когда я просто заставлял себя туда идти. У меня был друг, который был очень религиозен и посещал различные храмы в назначенные дни. Он не мог заснуть ночью, если пропускал такой день. Я человек вполне дисциплинированный и легко могу привыкнуть к заведенному порядку, но жгучего желания идти в храм у меня не было, хотя я и закончил тем, что в течение двух лет почти каждую субботу посещал этот храм. Теперь, когда я чувствую, что у меня есть соответствующее настроение, то иду. Когда настроения нет, я не иду. Но в тот день, когда я чувствую, что не пойду в храм, я делаю вот что: усаживаюсь на кровати и представляю себя в храме. Это так забавно! Ведь наша фантазия безгранична. С помощью своего внутреннего «фотошопа» я вижу толпу и себя, стоящего перед статуей Шани Дева[23 - Шани – планета Сатурн, одна из Наваграх (девяти небесных тел) в индийской астрономии и астрологии. В своей персонифицированной форме Шани – это дева, сын Сурьи (Солнца) от его жены Чхаи. Он старший брат индуистского бога смерти Ямы. Шани при жизни награждает или заставляет страдать человека за результаты его действий, тогда как Яма карает или вознаграждает индивида после его смерти.]. Потом я представляю себя несущим гигантскую емкость с маслом, которое является традиционным подношением, и начинаю понемногу лить масло на статую. Обычно люди получают небольшую чашу с маслом у входа в храм. Но при таком «посещении» мое подношение безгранично – я могу вылить хоть тысячу галлонов. Иногда сами по себе возникают и другие визуализации. Все приходит спонтанно. Например, подношение из десятков кокосов или каскадный душ из цветов. Ведь воображение – это поле безграничных возможностей.

Был еще один аспект посещений храма: я никогда не знал, о чем просить. Тот же друг, о котором я уже говорил, ясно знал, что он хочет портфель от Луи Виттона, и молился, чтобы получить его (и действительно получил, так было в его случае). Все, о чем я мог просить, сводилось к тому, чтобы найти в себе силы справиться с жизненными ситуациями, также я просил о здоровье для близких и для себя. Обычно я думал: «Что толку просить о чем-то, если не знаешь, действительно ли это так уж хорошо для тебя? То, что может быть хорошим сегодня, может стать нехорошим завтра».

Возвращаясь к учению, учитывая все сложности, связанные с будущим, какой бальзам может быть лучше слов, сказанных вам: «Если что-то должно произойти, то никакая сила не может предотвратить это. А если что-то не должно произойти, тогда никакая сила на земле не может сделать это реальностью».

Я благодарен Богу за то, что мне было предназначено судьбой встретить мастера, чье учение нашло отклик в глубинах моего сердца, поскольку все это совпадало с тем, что я испытал в жизни. Его концепция заключалась в том, что все предопределено, что чеканка судьбы происходит в момент зачатия. Для него все было предопределено и вырезано в камне. И это не тот камень, что вы носите на пальце, этот камень твердый, как скала, этот камень – это понимание, которое ведет к спокойствию в повседневной жизни.

Где же можно купить такой камень? Какого он цвета? Сколько в нем карат? На каком пальце вы его носите? Вы вставите его в золото или серебро?

В гороскопе вашей жизни есть одна вещь, которую я вижу и от которой не уйти: никогда вы не сможете знать, что принесет вам следующее мгновение – радость или боль. Вам может позвонить ваш друг, чтобы сказать, что его жена только что родила мальчика и они решили сделать вас его крестным, но это может быть и новость о том, что ваш любимый человек только что погиб во время атаки террористов. Что-то непременно случится. Куда и к чему это приведет, один бог знает. Зная это, посещайте храмы, которые хочется посетить, поклоняйтесь богам с самозабвением, украшайте себя всеми камнями, что мать-земля предлагает из глубин своих сокровищниц, утешайтесь неизбежностью неизбежного, осознавая, что не может быть по иному – ибо, если бы это было возможно, это случилось бы.

Уроки маленького учителя

Я узнал его, когда ему было два месяца от роду. Он никогда не видел своего отца, его забрали у матери, поскольку она была не в состоянии заботиться о всех своих детях. У нее просто не хватало молока, чтобы выкормить пятерых детей.

Он был тихоней. Не любил много говорить. А когда делал это, трудно было понять, что он говорит. Он был особенным ребенком Бога. Вы могли бы сказать, что ему не достался «сомнительный дар интеллекта». Возможно, в его случае, это был подарок от Бога, так как это означало, что он не мог спросить: «Почему?» Он никогда не мучился вопросами, которые мучают почти всех нас. Почему я родился? Что я здесь делаю? Какова моя цель? Почему он сказал мне это? Почему она сделала это? Почему не все идет так, как я хочу? Что будет со мной?

Его приемная семья хорошо о нем заботилась. Они не отправили его в школу, так как в городе не было школ для таких, как он. В результате у него было мало друзей, и он пришел к тому, что стал проводить большую часть времени дома. Больше всего
Страница 12 из 12

ему нравилось, когда его выводили на долгие утренние прогулки вдоль моря. Он любил бывать на воздухе и очень радовался, когда приходило время гулять. Он не знал счета времени, но точно знал, когда наступало время прогулки, всегда был к ней готов и ждал у двери. На прогулке, будто познав свободу, он уносился вперед, с радостью оставляя позади того, кто его сопровождал, и возвращался назад только тогда, когда его окликали по имени. Но делал это с большой неохотой.

Мне милее всего была его простота. Для него значимы были лишь «основы» жизни: еда, солнце, сон и ласка. Ему нужно было так мало, чтобы чувствовать себя счастливым! Я редко видел его в дурном настроении. Можно сказать, что он был интроверт. Друзей у него было немного, и он не вел с ними ненужных разговоров. Я, бывало, задавался вопросом, любил ли он людей вообще или просто терпел их, потому что был вынужден с ними общаться. Конечно же, как и все дети, он вас очень любил, если вы что-то ему дарили, особенно если это было мороженое. Тогда вы становились для него одним из самых любимых людей на свете. До тех пор, пока мороженое не кончалось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/gautam-sachdeva/vzryv-lubvi-16889119/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Перифраз знаменитой фразы из французского поэта Поля Элюара «Ilyaun autre monde mais il est dans celui-ci».

2

«Изготовление золота Клеопатры».

3

Место для кремации.

4

The Buddha’s Sword, Gautam Sachdeva, Yogi Impressions Books, 2009. На русском: Меч Будды, Г. Сачдева, М: Амрита, 2014.

5

Вималананда (или Хаген Махардж) (1872–1908) – монах Ордена Рамакришны, один из последователей Вивекананды.

6

Aghora – At the Left Hand of God, Robert E. Svoboda, Rupa & Co.

7

Pointers from Ramesh Balsekar, Gautam Sachdeva, Yogi Impressions, 2008. На русском: Указатели от Рамеша Балсекара, Г. Сачдева, М: Амрита. 2013.

8

Gautam Suchdeva – в переводе с санскрита фамилия автора означает «true» + deva «god», «lord» – «бог истины», автор оправдывает это имя, он правдив во всем, о чем он говорит. – Примеч. пер.

9

Игра слов «outstanding» (выдающиеся, из ряда вон выходящие, неординарные) и «stand out» (выходить).

10

Ид аль-Фитр, или Ураза-байрам, известен также как Праздник разговения (араб.) – исламский праздник, отмечаемый в честь окончания поста в месяц Рамадан.

11

«Once in a blue moon» – идиома, означающая очень редкое явление; перевод – «раз в сто лет», «после дождичка в четверг» и т. д.

12

Водяной йог.

13

Рам (Рама) – это седьмая инкарнация Вишну и главный герой поэмы Рамаяна. Большинство индуистов считают Раму реально существовавшей исторической фигурой, царем, правившим большей частью современной Индии из своей столицы Айодхьи. Наряду с Кришной Рама является одной из самых популярных аватар Бога в индуизме.

14

Кусок материи, длиной около трех метров, который оборачивают вокруг талии и который закрывает ноги.

15

Йогарадж Гурунатх Сиддханатх (Yogiraj Gurunath Siddhanath) родился в 1944 г., происходит из древнего семейства Икшавару Рама Солнечной династии. Несмотря на принадлежность к королевскому роду и роскошь жизни во дворце, он был сиддхой от рождения и уже в три года имел спонтанные переживания Истинного Я.

16

Шри Анандамайи Ма (30 апреля 1896-27 августа 1982) – индийская святая родом из Бенгала. Свами Шивананда описал ее как «самый прекрасный цветок, который вырос в Индии».

17

Древняя линия преемственности духовных мастеров, истоки которой относят к Господу Даттатрее. Даттатрея – глава и фактический основатель эзотерического ордена натхов (совершенных сиддха-йогов) и учитель Шивы.

18

Холм святого Михаила (англ. Glastonbury Tor) близ древнего города Гластонбери (графство Сомерсет, Англия) представляет собой естественное возвышение высотой 145 м, над которым вздымается средневековая башня церкви святого Михаила. Холм расположен в виде семи рукотворных уступов. Во время археологических раскопок выяснилось, что в III в. до н. э. здесь существовало значительное кельтское поселение, а в V в. н. э. – небольшая крепость. Холм св. Михаила издревле связан в народных поверьях с легендами о короле Артуре. В 1191 г. монахи близлежащего Гластонберийского аббатства объявили об обнаружении ими саркофагов с именами Артура и его супруги Гвиневры. В новое время холм привлекал внимание оккультистов и исследователей паранормальных явлений, которые признают его за портал в потусторонние миры (Авалон).

19

Мехер Баба (имя при рождении – Мерван Шериар Ирани; 25 февраля 1894 – 31 января 1969) – индийский мистик и духовный учитель, публично провозгласивший себя «аватаром века» в 1954 г.

20

Lord Meher, Bhau Kalchuri, Vol. 8, p. 2959, Sheriar Press.

21

Традиционная индийская одежда, свободная рубашка, доходящая до колен, которую носят как мужчины, так и женщины. Носится с легкими свободными штанами, затягивающимися на шнурке вокруг талии.

22

В системе оценивания от А до F C означает «средне», В+ – «очень хорошо».

23

Шани – планета Сатурн, одна из Наваграх (девяти небесных тел) в индийской астрономии и астрологии. В своей персонифицированной форме Шани – это дева, сын Сурьи (Солнца) от его жены Чхаи. Он старший брат индуистского бога смерти Ямы. Шани при жизни награждает или заставляет страдать человека за результаты его действий, тогда как Яма карает или вознаграждает индивида после его смерти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.