Режим чтения
Скачать книгу

Сходняк снежных лавин читать онлайн - Татьяна Луганцева

Сходняк снежных лавин

Татьяна Игоревна Луганцева

Иронический детектив (АСТ)

Патологоанатом Леша Гусев, закадычный приятель Яны Цветковой, с треском вылетел с работы. Яна тут же взялась помочь другу – восстановить доброе имя товарища и заодно наказать брачную аферистку, отправившую на тот свет троих мужей. Она отправляется в Норвегию, чтобы передать образцы для дорогостоящего анализа, которые Леша добыл с риском для жизни, но, открыв чемодан, находит там… подвенечное платье норвежской принцессы Эмилии, и это только начало невероятных происшествий, которые словно специально подстерегают Яну – любительницу острых ощущений…

Ранее книга издавалась под названием «Повелительница сердец»

Татьяна Луганцева

Сходняк снежных лавин

© Т. И. Луганцева, 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

Глава 1

Катя Мережко скривила недовольную мину, вытянув губы трубочкой и подняв брови домиком. Она не любила такие задания, хотя и чувствовала свою значимость, когда сам полковник милиции обращался к ней с просьбой. Катя была красавицей, высокой, стройной блондинкой, знающей себе цену и привыкшей к мужскому вниманию как среди коллег, так и среди остального мужского населения.

Чего греха таить, Катя просто упивалась своей красотой и сексуальностью. Ведь с детства слышала только восторги и комплименты типа: «Ой, какая красивая девочка! Какая миленькая, какие глазки с длинными ресницами и курносый носик! Какая прелесть! Просто чудо!» При этом никто никогда не спрашивал у Кати, кем она хочет быть или про какие-то ее таланты. Главным была красота. И сразу же говорилось, что Катя будет или актрисой, или моделью.

Девочка подросла, и что-то не открылось в ней никаких артистических талантов. Ее не взяли даже в платный драмкружок. Вернее, взять-то взяли, но не давали на выступлениях ни одной главной роли, и оскорбленная Катя ушла оттуда. Она записалась в кружки по всевозможным танцам, чтобы развить в себе гибкость и грацию. Но для балета оказалась высокой, для латиноамериканских танцев у нее не хватало темперамента, для бальных танцев не было пластики и скоординированности движений, а русские народные не нравились ей самой. Так поболталась она, поболталась, да и поставила крест на стезе танцовщицы. К музыке и рисованию способностей у нее тоже не нашлось.

Училась Катя средне, отличницей не стала. Но в старших классах у нее наконец-таки открылся один дар – привлекать любовь и обожание со стороны мужской части населения планеты. Она выросла настолько прехорошенькой, что все ребята в классе, да и вообще в школе, влюбились именно в нее.

Девушка почувствовала себя звездой и повелительницей сердец. Ей носили портфель, делали за нее контрольные и домашние задания, дрались за нее и наперебой приглашали на дискотеку и в кафе. Вся эта суета вокруг ее персоны так нравилась Кате, что без мужского внимания она уже не мыслила своего существования. И вопрос о выборе профессии отпал сам собой – ей хотелось идти работать туда, где ее будут окружать в основном мужчины. Следовательно, либо в армию, либо в милицию. Катя выбрала последнее.

В школе милиции училась неплохо. Правда, на экзамены всегда надевала суперкороткие юбки и густо красила длинные ресницы, что оказывало очень трогательное впечатление на пожилых преподавателей. Девушка постоянно слышала фразы вроде: «Ах, какие красивые кадры идут к нам в милицию!» – и получала твердые четверки. Сокурсники, как и ребята в школе, всячески ей помогали. Но ухаживали уже по-серьезному – подвозили на машинах, приглашали на романтические свидания и устраивали различные соревнования за внимание «принцессы курса». В общем, Катя была, что называется, в своей тарелке и вовсю эксплуатировала свою привлекательную внешность. Ей нравилась выбранная ею профессия, а это – главное.

Она даже занялась самообороной в секции борьбы вместе с парнями. И упивалась тем воздействием, которое оказывала на влюбленных в нее молодых людей при непосредственном соприкосновении – те явно поддавались ей. В спорте Катя не добилась определенных успехов, но получила разряд по самбо.

После окончания школы милиции началась настоящая работа. На службу она ходила, как говорят, с душой. И тут снова пригодилась ее внешняя привлекательность. Она была очень яркая, и мужчины – не только сослуживцы, но и всякие патологические личности – не могли не обращать на нее внимания. Поэтому Катя уже несколько раз служила приманкой для насильников, и преступников задерживали.

Сегодня подполковник Меркулов Павел Петрович пригласил ее к себе в кабинет для конфиденциальной беседы. Сердечко Кати уже трепетало от предстоящего задания и всеобщего обожания и славы, кои непременно последуют за его выполнением. Ведь на ее спасение из рук преступников кинутся лучшие бойцы ОМОНа.

Кабинет у подполковника милиции выглядел очень солидно. Массивный письменный стол с зеленой замшевой поверхностью, на нем дорогие канцелярские приборы, флаг Российской Федерации, хрустальная пепельница и папки с рабочими документами. Перекидной календарь весь исписан мелким почерком на несколько недель вперед. Высокие стеллажи и шкафы доверху набиты книгами по юриспруденции, в основном – по уголовному праву. Мебель в кабинете, естественно, обтянута кожей черного цвета и тоже весьма массивная. На стене, само собой разумеется, висели портреты президента и премьера, а также главы МВД.

Катя уселась на диван, глубоко утонув в нем, и внимательно посмотрела на своего начальника. Глаза ее горели, щеки раскраснелись. Кто она? Сопливая девчонка. И тем не менее такая «шишка» нуждается в ее услугах. Ощущение своей значимости очень грело душу молодой сотрудницы, заставляло ее сердце трепетать. Павел Петрович вышел из-за стола и присел рядом с подопечной, тем самым продавив диван еще сильнее, отчего девушка слегка наклонилась к нему. Подполковник дал понять, что беседа будет дружественной, доверительной и полуофициальной.

– Девочка моя, дело государственной важности… – начал он.

– Внимательно слушаю вас, – слегка улыбнулась Катя.

– Я не шучу. В наши органы обратились, – Меркулов поднял указательный палец вверх, – из посольства Норвегии в России с одним очень странным и щекотливым делом.

В кабинет заглянула секретарша.

– Извините… Кофе? Чай?

– Два кофе, Машенька, – ответил начальник. – Ну, так вот… Когда-то давно русская семья уехала в Норвегию на работу по контракту, да там потом и осталась. Что ж, бывает. Бывало и во времена Советского Союза. Валентина Сергеевна и Арнольд Александрович Зарецкие – известные физики. Не слышала?

Катя отрицательно покачала головой, пока не совсем понимая, какое отношение все это имеет к ней.

– Уже в Норвегии у Зарецких родились сын Артур и дочка Ангелина… Кстати сказать, в Союзе тогда на ученых очень разозлились и много лет не давали им возможности приехать, посмотреть на родину. Как врагам народа или шпионам… Ты молодая, Катенька, не знаешь, какие тяжелые времена переживала наша страна… Теперь Зарецким, конечно же, разрешили вернуться, но Валентина Сергеевна скончалась, а Арнольду Александровичу в его весьма почтенном возрасте уже не до путешествий. Но дело не в том…

Вошла секретарша и поставила
Страница 2 из 15

перед беседующими поднос.

– Ваш кофе!

– Спасибо, Машенька. Сын Зарецких, Артур Арнольдович, пошел по стопам родителей, стал физиком. Окончил университет в Англии, затем преподавал. Нынче он профессор, ученый с мировым именем. У него сотни патентов на изобретения, приглашения читать лекции во всех ведущих учебных заведениях мира. В соавторстве со своим коллегой в возрасте тридцати пяти лет получил Нобелевскую премию. Сейчас Артуру тридцать семь. Он один из богатейших людей Норвегии и завидный жених. Не случайно на него еще лет восемь назад обратила внимание знать Норвегии, в частности представительница королевской семьи, принцесса Эмилия, которой пророчат стать королевой. Следовательно, ее избранник станет королем. А Артур настолько хорош, что даже педантичные норвежцы с радостью готовы принять его в качестве жениха их любимой принцессы. Зарецкий образован, знает пять языков, богат, знаменит. И ничего, что он русский. Хотя, конечно, гражданство у него норвежское. Так что сейчас русские корни могут влиться в норвежское королевское гинеко… тьфу! – генеалогическое древо! – Подполковник отхлебнул кофе.

Катюша слушала, широко открыв глаза, с неподдельным интересом. Все, что касалось богатых женихов, автоматически касалось и ее тоже. Жалко, что на сей раз повезло какой-то Эмилии…

– Примерно год Артур и Эмилия в женихах-невестах ходят, – продолжал Меркулов, – вся Норвегия ждет грандиозного события – их бракосочетания. Народ очень доволен выбором Эмилии и хочет видеть выдающегося ученого в рядах своей знати. И уже стали поговаривать о том, что скоро объявят день свадьбы, как случилось непоправимое.

– Что? – оживилась Катя.

– Как у нас говорится, в семье не без урода. Так вот, в семье Зарецких уродом была сестра Артура Ангелина.

– Такая страшная? – удивилась Катя.

– Нет, не в этом смысле. По описанию очень даже ничего – высокая, стройная блондинка с длинными волосами… Но, в отличие от брата, она не училась, а только прожигала жизнь по ночным клубам, ресторанам…

– Тусила, в общем, – добавила Катя.

– Не знаю, как это называет нынешняя молодежь…

– Так и называет.

– Ну хорошо, тогда так скажем, – усмехнулся Павел Петрович. – Тусила она на полную катушку, благо брат-миллионер любил ее. Пытался, конечно, остановить, но, сама знаешь, не всегда подобное получается. Девочка болталась в компании таких же богатых лоботрясов, попробовала и наркотики, и спиртное. Несколько раз ее укладывали в клинику лечиться, но она оттуда сбегала и начинала все заново.

– Ужас! Ну и сестричка у брата-«ботаника». И, не смотря на ее поведение, семью ученых брали в королевскую?

– Удивительно, но факт, – кивнул подполковник. – Конечно, поведение Ангелины не афишировалось нигде, как дань уважения к ее отцу и брату. Но девочка заслуживала хорошей порки. Личная жизнь ее протекала тоже бурно и бестолково.

– Надо думать! – с некоторой завистью в голосе протянула Катя.

– Частая смена таких же беспутных молодых людей, членство в каком-то закрытом эротическом ночном клубе, где творились очень развратные действа… ну и все прочее… – Павел Петрович облизнул пересохшие губы и снова отхлебнул кофе. – Именно в ночном клубе Ангелина и познакомилась с одним мужчиной. Говорили, что он из России, и девушка охотно пошла с ним на контакт, так как дома говорили на русском, английском и норвежском языках. Это все позже выяснила норвежская полиция от ее подружек. И вдруг в «квартале красных фонарей» нашли расчлененное тело проститутки. Так как Норвегия – страна спокойная, где и кража-то редкость, то для всех зверское преступление явилось настоящим шоком. А Ангелина водилась со всякими асоциальными элементами, в подругах у нее имелись и «жрицы любви». Погибшая проститутка тоже была ее хорошей знакомой. Зарецкая на очередной вечеринке, уже изрядно набравшись, сказала, что видела какую-то безделушку погибшей у своего нового знакомого из России по имени Игорь. Мол, даже спросила у него, откуда эта вещица. А тот шутя ответил, что переспал с ней, вот она и подарила. А Ангелина точно знала, что безделушка была талисманом ее беспутной знакомой и что по доброй воле она никому и никогда бы ее не отдала. Тогда под шум льющихся коктейлей друзья спросили Зарецкую: «А не твой ли новый знакомый и зарезал твою подругу?» Все – со смехом. Ангелина набралась спиртного еще больше и заказала такси. Куда она поехала, никто не знает, потому что собутыльники и внимания не обратили на ее исчезновение. А утром нашли изувеченное тело Зарецкой, убитой таким же способом, как и ее подруга-проститутка.

– Ничего себе! – не удержалась от восклицания Катюша.

– Слушай дальше, – усмехнулся Меркулов. – Всех друзей мгновенно взяли и допросили. Перепуганные и протрезвевшие, они вспомнили об этом разговоре и, естественно, предположили, что Ангелина поехала к своему новому знакомому, весьма подозрительному типу, Игорю. Выяснили, что он поселился в гостинице на окраине города, но его и след уже простыл. В номере был найден ряд улик, указывающих на его причастность к преступлениям, в коих его и подозревали. Стали активно искать. Портье толком ничего не мог сказать. Игорь был из числа людей, про которых говорят – никакой: ни особых примет, совершенно не привлекающее внимания поведение. Жил очень тихо, никого к себе не приводил, а на ночь обычно уходил. Среднего роста, средней полноты, не блондин и не брюнет… Короче, какого цвета глаза – неизвестно. Все среднее. Даже друзья Ангелины, неоднократно видевшие его, ничем не могли помочь следствию. Игорь появлялся, когда все уже были хорошо навеселе, сидел в темном углу, а потом уводил Ангелину от их компании. Даже фоторобот внятный составить не удалось – у каждого человека он получался по-своему. В гостиничном номере только в одном месте обнаружили пальчики, вот по ним-то и был объявлен международный розыск. В конце концов выяснили, что отпечатки принадлежат гражданину России Игорю Семеновичу Лавруку по кличке Лавруша, ранее дважды судимому за преступления сексуального толка. В Норвегию он попал по чужим документам и, судя по всему, должен был вернуться в Россию.

– А вернулся? – поинтересовалась Катя.

– Дослушай. По старым делам была поднята его фотография. Вот, полюбуйся!

Павел Петрович выложил на журнальный столик увеличенную фотографию из личного дела преступника. С нее смотрело унылое серое лицо – действительно, никакое. Так вот его и описывали: никакой нос, никакие глаза, никакое все. Серая роба, номер, фас, профиль…

– Типичный маньяк… – прошептала Катя. – Правильно говорят об их неприметности.

– Сама знаешь, что делают с ними в тюрьмах. Во вторую отсидку Лавруше пришлось очень нелегко, психика у него, видимо, совсем сдвинулась, вот и начал не только насиловать, но и убивать, не оставляя свидетелей. Да еще с такой жестокостью! Как будто мстил кому-то и что-то доказывал своей ненормальной психике. Но в этом лучше разберутся психиатры.

– И норвежская полиция обратилась к нам с просьбой, если он здесь объявится, принять участие в его поимке и передать для суда в Норвегии? – догадалась Катя.

Подполковник вздохнул:

– Лавруша уже обнаружил себя. Догадываешься как?

– Неужели убил кого? – ахнула
Страница 3 из 15

Катя.

– Да. Тут, в Москве, на юге столицы, две проститутки были зарезаны с интервалом в неделю точно таким же способом, как и девушки в Норвегии. Вот, смотри! – положил на стол еще подборку фотографий Павел Петрович.

У Кати даже дыхание перехватило, когда она взяла в руки снимок.

– Ой… я не могу… Извините, понимаю, что должна посмотреть, но… Какой ужас! Я…

– Да уж, Катенька. При виде такого и взрослые бывалые мужчины не выдерживают. Но ты все-таки соберись. Вот здесь запечатлены трупы из Норвегии, а это – результат резни с юга Москвы. Разницы никакой. Мерзавец сейчас затаился, но он не остановится. Обе убитые девушки тусовались у ночного клуба «Рио». Вот мы и решили поймать его на живца. – Павел Петрович не смотрел в глаза молодой сотруднице.

Катя, особенно после увиденных фото, не нашлась даже, что и ответить, а только хлопала длинными ресницами.

– У этого урода очень хороший вкус. Он выбирает только очень красивых девушек. И все они – высокие, худые блондинки с длинными волосами. Ты понимаешь? Твой типаж. Ты у нас самая красивая и полностью подходишь… И хоть мне нелегко тебе это говорить, но мы на заседании приняли решение попросить тебя помочь в поимке маньяка. Я ни в коем случае не могу тебе приказывать, могу только просить. И пойму, если ты откажешься. Не каждый человек на такой риск пойдет… Собственно, поэтому и показал тебе фотографии, чтобы ты полностью понимала, на что идешь, если согласишься. Думай… Конечно, мы не допустим, чтобы с тобой случилось то же, что с другими несчастными девушками. Мы будем неотступно следить за тобой, оснастим тебя лучшей связью… Но риск всегда есть. С другой стороны, ты ведь не просто ничего не подозревающая жертва, а сотрудник милиции, настороже, – мягко подталкивал Катю к правильному решению Павел Петрович.

Катя сглотнула.

– Я, конечно, помогу… Я ведь уже действовала так два раза, и ребята меня хорошо подстраховали.

– Браво! Молодец, Катя! Я знал, что ты согласишься! И гарантирую: с тобой ничего не случится! – Подполковник вытер пот со лба.

– Рада, что оправдала ваше доверие.

– Я представлю тебя и к награде, и к повышению в звании. Ведь замешаны международные связи! – заулыбался Меркулов.

Катя зарделась, как красная девица. Внимание и почести, тем более заслуженные, она любила, как и любой другой нормальный человек. Но для того чтобы получить их, Кате еще надо было сильно потрудиться. И она решилась.

– Да. Я пойду.

– Операцию велено провести как можно быстрее – во избежание новых жертв и паники. Хорошо еще, что пресса пока молчит. Не в курсе еще…

– Я готова.

– Тогда планируем на завтра, на вечер. Клуб «Рио». Твоя задача – сегодня отдохнуть и хорошо выспаться, чтобы завтра быть бодрой. Завтра же получишь инструкции. Ты должна выглядеть очень ярко и привлекательно… Ну, ты понимаешь? Почти как…

– Как проститутка? – уточнила Катя.

– Именно это я и хотел сказать, – кивнул Павел Петрович.

– У меня есть такая одежда.

– Пойми, Катя, ты должна выглядеть не просто ярко и привлекательно, а быть самой яркой и привлекательной, чтобы Лавруша обратил внимание именно на тебя.

– Понятно.

– А сейчас о самом главном. – Подполковник закашлялся.

– Что может быть главнее поимки маньяка? – удивилась Екатерина.

– Дело в том, что я познакомлю тебя с господином Артуром Зарецким. Он лично прилетел в Россию, чтобы оказать посильную помощь в поимке убийцы его сестры. И теперь я сообщу очень приятную для тебя новость – человеку, который рискнет поймать маньяка, ученый готов выписать чек на миллион долларов. И этим человеком будешь ты. Конечно, ты заплатишь налоги и, может, что-то отпишешь родному отделению, но там хватит…

Глаза у Кати распахнулись дальше некуда.

– Миллион долларов?! Серьезно?!

– Да. Таково желание Зарецкого. Это его деньги, и Артур Арнольдович волен поступать с ними как сочтет нужным. Поиск убийцы сестры стал его частным делом. Он уже оплатил приобретение самой современной прослушки для его выслеживания. Кстати, Артур Арнольдович был против, чтобы какая-то девушка ловила маньяка, рискуя собой, но большинством голосов было решено проводить операцию именно таким способом.

На столе Павла Петровича зазвонил телефон.

– Алло? Да, да, конечно! Мы ждем! – Подполковник положил трубку и посмотрел на Екатерину. – Сейчас прибудет Зарецкий, и я познакомлю тебя с человеком, от которого ты получишь миллион.

Сердце Кати усиленно забилось. И дело было даже не в столь щедром гонораре. Сама она не могла похвастаться энциклопедическими знаниями ни по какому предмету, поэтому человек, который получил Нобелевскую премию по физике, вызывал в ней священный трепет.

Дверь кабинета открылась, и вошел молодой мужчина. Выше среднего роста, спортивная фигура, темные, слегка растрепанные волосы. А на лице его сияла самая обаятельная улыбка на свете. Одет посетитель был в джинсы, кожаные мокасины, черную футболку и светлый, небрежно расстегнутый пиджак. Вещи были дорогими и стильными, и на чокнутого профессора-«ботаника» Зарецкий совсем не походил. Скорее на художника, человека из богемы. Его облик не портила даже палочка-трость – мужчина заметно прихрамывал на левую ногу. Он размашистым шагом подошел к подполковнику и пожал ему руку.

– Артур Арнольдович, это Катенька… наша сотрудница, которая исполнит в операции главную роль. На нее вся надежда. На такую красавицу этот урод не сможет не клюнуть, – представил ее заморскому гостю Павел Петрович.

Зарецкий подошел к Кате и поцеловал ей руку, взяв ее кисть в свою теплую ладонь. Девушка уловила запах дорогого парфюма.

– Я полагаю, все меры предосторожности будут приняты? И с этой милой девушкой ничего не случится? – с едва уловимым акцентом спросил Артур.

А Кате все никак не удавалось хоть слово произнести, она словно язык проглотила. Красавец норвежец был способен очаровать любого.

– Я могу чем-то еще помочь? – обратился к подполковнику Зарецкий.

– Только не мешать нам! Операция назначена на завтра. Сейчас расходимся. Инструкции Катенька получит тоже завтра. Нам понадобится удача, господа!

Глава 2

Яна Карловна Цветкова сладко зевнула и протерла глаза. За окном светило яркое солнце, на дворе стоял средний месяц лета, то есть, извините, июль. Настроение было приподнятое, впрочем, почти как всегда. Хотя иногда на Яну нападали приступы хандры и она обязательно влезала во что-то под красивым предлогом помощи ближнему. Вот тогда-то и начиналось самое страшное для людей, кому та «помощь» ею оказывалась. Зато настроение у Яны поднималось с каждым новым приключением на ее пятую точку.

Цветковой было за тридцать. Высокая, голубоглазая и стройная, с упрямым подбородком и длинными, почти белыми волосами она была по-своему привлекательна. Неуемный темперамент не давал ей спокойно жить, просто примагничивая к себе все неприятности на свете.

Замуж сбегала Яна четыре раза. Как она сама говорила, один раз – по ошибке детства, второй – по ошибке юности (причем ошибка была конкретная, ее второго мужа давно и надолго осудили за тяжкие преступления). В третий раз, по большой любви, ее мужем стал бизнесмен Ричард Алисов. Они провели вместе некоторое счастливое время, а затем случилась трагедия – Яна
Страница 4 из 15

влюбилась в другого мужчину, в чешского князя Карла Штольберга, пока еще и не знала, что тот князь. Начались ее мотания и угрызения совести. Отношения с Ричардом нельзя было назвать гладкими, они даже расходились и потом снова женились. Но обманывать себя и других Яна, человек слишком честный и прямолинейный, не могла. Она призналась супругу, что любит другого, и ушла от Ричарда, несмотря на то, что у них был сын Вова.

Самым интересным во всей ситуации было то, что с Карлом Яна не стала жить вместе, поскольку не хотела переезжать в Чехию, а тот не мог жить в России. К тому же она не желала возлагать на себя обязанности жены князя, тем более чешского, поскольку понимала, что не справится (ее нельзя было загнать в человеческие-то рамки, не говоря уж об этикете знати) и испортит ему жизнь.

Ричард тоже очень тяжело переживал развод и несколько лет надеялся на воссоединение. Но Яна не возвращалась к нему. И вот спустя время он наконец-то нашел женщину, которую полюбил. Звали ее Алена, она обладала миловидной внешностью и добрым характером. А самое главное – очень любила Ричарда. Яна вздохнула спокойно, когда бывший муж нашел свое счастье, ведь всегда чувствовала свою вину, что так поступила с Ричардом.

За несколько лет романа с Карлом Штольбергом, в течение которых влюбленные встречались лишь изредка, их пути-дорожки разошлись, а чувства постепенно изжили себя. Не могут люди долго поддерживать огонь в очаге, если и домашнего очага как такового нет, а сами они все время порознь. Однако Карл и Яна сохранили дружеские отношения. Про личную жизнь князя мадам Цветкова ничего не знала, хотя иногда ее сердце и побаливало при воспоминаниях об их страсти и любви. Достаточно долго она существовала без мужчины рядом, в полной гармонии с собой. Искать никого не искала, так как найти кого-то лучше двух последних мужчин, что у нее были, вряд ли удалось бы, а на худшее Яна была не согласна. Своей подруге Асе она так и говорила:

– Знаешь, какой я вижу себя в старости? Этакая миленькая, сухонькая старушонка с костлявыми коленками и вечным брюзжанием, к которой бывшие мужья приводят своих детей, внуков, жен и которая их всех примет и напоит чаем…

Итак, сегодня Яна проснулась и приняла душ, надела тонкое платье из льна, стянула волосы в высокий хвост на затылке и очень ярко накрасилась, что делала фактически всегда. Еще она навесила на себя килограмм украшений.

Яна вышла на кухню и улыбнулась домоправительнице Агриппине Павловне, доставшейся ей в наследство от Ричарда. Вернее, женщина осталась с Яной из-за Вовы, который тоже остался с матерью.

– Доброе утро…

– Доброе… Садись к столу! Яичница, тосты с джемом и сок, – стала метать на стол тарелки Агриппина Павловна. – И, конечно же, твой кофе. А вот плюшечек не будет, тесто что-то не поднялось.

– Хоть один день без плюшек… – потрогала себя за талию Яна. – Да шучу! Просто очень люблю твою выпечку!

– Ее все любят, – усмехнулась домоправительница.

Яна захрустела тостами, задумчиво глядя в окно.

– Чем займешься? – спросила Агриппина Павловна.

– Найду чем, – наслаждаясь вкуснейшим кофе, откликнулась мадам Цветкова.

Сейчас она находилась в заслуженном ежегодном отпуске (последнее время Яна работала по своей специальности – врачом-стоматологом). Ричард с Аленой и Вовой улетели на отдых. Отец каждое лето и зиму куда-нибудь увозил ребенка, и Яна всецело доверяла ему. Однако, когда сын уезжал с отцом, чувствовала, с одной стороны, тревогу и скуку по Вове, а с другой – чувство расслабления и какой-то внутренней свободы, ведь присутствие сына как-то держало ее в определенных рамках. Теперь можно было немного расслабиться, оторваться, и Яна уже подумывала, где бы ей отдохнуть и с кем… Ее подруге Асе дали отпуск совсем в другое время, обломав мечту женщины о совместном времяпрепровождении.

Раздался телефонный звонок, не предвещая ровным счетом ничего. То есть ни хорошего, ни плохого – ничего. Обычный будничный звонок.

– Алло? – бухнула в трубку Яна с набитым ртом. И услышала:

– Привет! Это Алексей Гусев, твой «корешок».

Голос звонившего был каким-то унылым, но сердце Яны тут же радостно забилось.

Дело в том, что с Лешей она дружила со студенческой скамьи. Тот учился сначала вместе с ней на стоматологическом факультете, затем перешел на лечебный, а на четвертом курсе вдруг бросил институт и перешел в другой, решив стать юристом. Много лет спустя случайно встретив бывшего однокашника, Яна узнала, что Алексей с успехом закончил юридический, все-таки вернулся в медицинский вуз, восстановился и закончил его тоже. Вообще-то, парень он был очень странный, несколько не от мира сего. Мало кто его принимал, скорее даже сторонились. А вот общительная и неординарная Яна нашла с ним общий язык, и теперь, живя в Москве, они поддерживали отношения. Правда, когда Гусев звонил, он обычно всегда чем-то озадачивал госпожу Цветкову, ему, как правило, что-то от нее требовалось. Вот и сейчас по интонации его голоса Яна поняла: что-то случилось.

– Да, Леха, рада тебя слышать.

– Приезжай ко мне… – с глубоким придыханием произнес тот.

– Чего так?

– Плохо мне…

– Что стряслось?! Леха, только не отключайся! Говори, где ты?

– Я на работе… ты была у меня…

– Я еду! – крикнула Яна, бросила трубку в сумку и пронеслась по квартире в поисках своих вещей, разбросанных с вечера по спирали.

– Ты куда? – спросила Агриппина Павловна.

– Человеку плохо, попросил о помощи! – был короткий ответ.

Для Яны это был приговор. На помощь человеку она могла сорваться с места и днем, и ночью, и в зной, и в стужу.

Уже через несколько минут мадам Цветкова мчалась на работу к Леше на своем красном «Пежо», слившись с машиной по цвету. То есть платье у нее тоже было красным, помада красной, лак на ногтях красный и туфли на пятнадцатисантиметровых каблуках тоже красными. Только огромных размеров сумка была выполнена из блестящей кожи яркими пятнами под леопарда. Ездила она быстро, уверенно, очень хорошо ориентируясь в Москве.

Яна старалась не думать о том, что ее снова несет в морг. Работал-то Гусев судебным медэкспертом, причем специалистом был высококлассным, зная и медицинскую, и юридическую подоплеку своей профессии. Была у него одна слабость – спиртное. Но ведь эта слабость присуща большей части населения, не так ли? А поскольку работать в данной области за не очень высокую зарплату особо желающих не было, за Леху держались, и очень даже сильно. Вообще-то Яну, как и большинство людей, передергивало при слове «морг». Но ради друга… Ради друга Цветкова вложила бы даже голову в пасть льву, а уж потом бы подумала, что, собственно, сделала.

Примчавшись по адресу, она припарковала машину и рванула к дверям морга. Те оказались плотно закрытыми, а на дверях красовалась табличка «Санитарный день». Яна впервые узнала, что в морге бывают санитарные дни, и ее удивлению не было предела. «А если помрет кто? Повезут в другой морг? – мелькнуло в голове. – Что же делать? Леха звонил отсюда…»

Она еще раз с грубым металлическим стуком подергала дверь.

– Кто? – раздался за дверью настороженный голос.

Яна даже подпрыгнула.

– Дед Пихто! Открывайте! Я к Алексею Гусеву, он звонил мне! Ему плохо!

– Кто? – повторил голос с
Страница 5 из 15

неизменившейся интонацией через некий промежуток времени.

– Конь в пальто! – разозлилась Яна.

– Таких людей не бывает, – после паузы сообщили ей.

– Да вы там с ума посходили, что ли? Я сейчас милицию вызову! Где Леха? Я – Яна Цветкова, он меня знает!

Дверь наконец-то щелкнула замком и открылась. В кромешной тьме за нею замаячило бледным пятном лицо неизвестного ей мужчины.

– Где Гусев?

– Там… – последовал неопределенный ответ.

– Где?! – начала терять терпение мадам Цветкова, коим, честно говоря, никогда и не обладала.

– Идите за мной. – Лицо исчезло, повернувшись к посетительнице затылком, незнакомец зашаркал прочь. Яна смело шагнула внутрь, хотя идти в темном морге, выставив вперед руки и не зная, на что или, еще хуже, на кого можно нарваться или натолкнуться в любой момент, было весьма неприятно.

Они продвинулись по коридору, опять щелкнул какой-то замок, и… органы чувств женщины подверглись ядерной атаке. В ушах раздался оглушительный звук, а по глазам ударил ослепляющий свет.

– Поздрав-ля-ем!! По-здрав-ля-ем!! – на разные голоса кричали ей нарядно одетые люди.

Яна на какое-то время окаменела, но несколько пришла в себя, разглядев знакомые лица. А в первую очередь, узнав подругу Асю, которая еще вчера ее предупредила, что будет весь день в суде, так как работала адвокатом. Тем не менее она, в красивом платье и с элегантной прической, приветствовала ее в морге.

– Господи… Что такое? – У Яны даже сердце заколотилось.

– С днем рождения! – завопила еще громче радостная толпа.

– Ой, я и забыла… – выдохнула Цветкова.

– Нисколько в том не сомневалась! – ответила Ася. – С твоей-то нелюбовью к дням рождения… Но я с этим не согласна. Разве ж можно не отмечать день рождения?!

Световые пятна наконец-то прекратили скачку в глазах Яны, и она смогла оценить праздничное убранство помещения. Столы для препарирования были сдвинуты в один длинный, общий стол, как на хороший юбилей или свадьбу. С потолка свешивались крупные разноцветные буквы, складывавшиеся в фразу «С днем рождения!». На каждую ручку секций морозильника на стене было привязано по воздушному шарику. Стол ломился от всевозможных яств. Собравшиеся на праздник неумело рассаживались на пластиковые стулья вокруг него. Все это умиляло… особенно если учесть, что действо происходило в морге.

Тут к ней подбежал Гусев, держа в руках большую коробку с бантом, по оформлению которой просто читалось, что это подарок.

– Здравствуй, дорогая моя! Хорошо я тебя обманул?! – счастливо улыбаясь, заорал судмедэксперт.

Леха уже находился в изрядном подпитии. Лицо было угрожающе красного цвета, редкие светлые волосы больше напоминали пушинки от одуванчика. Сбоку на голове торчала остроконечная шапочка из картона а-ля Новый год.

– Ох… Я уж думала, что-то случилось… Да, здорово ты меня надул, – согласилась Яна, уже давно подозревавшая подругу Асю в не совсем дружеском к ней отношении. Ведь наверняка именно та вместе с Алексеем и устроила эту аферу.

Всего на «сабантуйчик» были приглашены человек двадцать. Среди них находились пара общих знакомых с Асей, несколько стоматологов, коллег Яны со старой и с новой работы, а также – однокурсников Яны и Леши. Некоторых из присутствующих Яна увидела впервые в жизни. Ей их представили как сотрудников морга, очень помогавших в организации праздника.

Именинницу завалили подарками, и официальная часть закончилась. Люди уже были слегка навеселе, и Яна с удовольствием присоединилась к ним, приступив к выпивке и еде. Тосты сыпались со всех сторон, отчего госпожа Цветкова расчувствовалась чуть не до слез.

– Вот не ожидала… Совершенно не собиралась праздновать… – бормотала она. – Так неожиданно для меня и так трогательно…

– Яна, перестань! Мы все очень хотели тебя увидеть и отметить день твоего рождения! Ты такая клевая, такая красивая, мы всегда любили тебя! Ты всегда была такая яркая, интересная! В тебя были все влюблены… – сыпалась куча комплиментов на бедную голову именинницы.

– За любовь! За счастье! За родителей! За любовь! Постойте, за нее же уже пили… Да не важно, все равно – за нее! Любви мало не бывает! – раздавалось с разных сторон.

– Но когда ее много, тоже плохо… – пискнула вдруг тоненьким голосом молоденькая девушка, работница морга.

– Ты что имеешь в виду? – сфокусировался на ней Леха.

– Когда сильно кого-то любишь, а тот человек тебя нет, то ведь очень плохо становится… в определенных органах, – покраснела Лариса.

– В к-каких именно органах? – уточнил, икнув, Алексей, чем ужасно смутил юную коллегу. Тем более что одна из пьяненьких уже дам добавила, хохотнув:

– Всегда можно купить заменитель. Для чего существуют специальные магазины.

– Ой, да я не об этом! – стушевалась девушка. – Я имела в виду сердце! Оно же так болит, когда тебя бросают… просто умирает, истекает кровью…

Все присутствующие во всю ширину пьяных глаз с удивлением уставились на нее. Некоторые даже жевать перестали, а у Леши на губе уныло повис листок салата.

– Я что-то не так сказала? – совсем испугалась Лариса.

– Ну ты и загнула. Надо же, истекает кровью… – выдохнул кто-то из присутствующих.

– А я ее понимаю! И поймет каждый, кто пережил несчастную любовь! – заявила Яна.

– Уж не тебе об этом говорить! У тебя-то всегда поклонников было выше головы! – возразил Алексей.

– Да откуда ты знаешь, что происходит в глубинах души? У меня, может быть, гемоглобин на нуле…

– Чего?!

– Из-за того, что уже сердце напрочь истекло кровью… Одно дело, когда тебя не любят, и поэтому ты одна, но совсем плохо, когда тебя все любят, а у тебя самой не получается!

– Мне бы такие проблемы, – хмыкнул кто-то из гостей женского пола.

– За любовь! За все ее проявления без болезней органов! – изрек Леха, так и не разобравшись в тонкой душевной организации женщин и не поняв того, что имела в виду Лариса.

– А ничего, что мы в морге? – спросила Яна.

– Тебе не нравится? – дожевывая салат, зачавкал ей в ухо Леша. – Это ведь мы тебе устроили праздник. А мы, чай, не миллионеры! Аренда кафе каких-то ненормальных денег стоит, а здесь все бесплатно. Ты же всегда была такая бесшабашная, Цветкова, неужели тебя испугает морг?

– Нет… Просто я не думала, что произвожу уж настолько бесшабашное впечатление и мне организуют день рождения в морге…

– Зато прикольно, – пошатнулась на стуле Ася.

– Очень… – не была в том уверена Яна. – А если нас здесь обнаружат?

– Кто? Я же тут заведующий, главный, – усмехнулся Гусев. И добавил, наклонившись к ее уху: – Кроме того, мои клиенты нас не выдадут, это точно. Ха-ха-ха! Правда, смешно?

– Очень… – опять не слишком уверенно ответила Цветкова, похоже, полностью потерявшая чувство юмора в свой день рождения, который не хотела отмечать.

– А много их тут? – слегка дрогнувшим голосом спросила Яна.

– Кого, клиентов мертвяков? – выкатил глаза для убедительности Алексей. – Нет, не очень…

– Ой, а можно посмотреть? – захлопала вдруг в ладоши бывшая сослуживица Яны, от которой Цветкова подобного не ожидала.

Тут же со всех сторон раздались возгласы:

– Ты с ума сошла! Да зачем? Вот только покойников нам и не хватало! Не надо, ни в коем случае, я сознание потеряю!

– Нет, хочется
Страница 6 из 15

посмотреть, это щекочет нервы…

– Люди, пощекочите ее кто-нибудь, чтобы она успокоилась и оставила почивших в покое! Ужас какой-то! Они же мертвые!!

– Зато прикольно!

– У них же есть родственники!

– Так они ничего не узнают.

– Креста на вас нет!

– На мне точно нет, я мусульманин.

– Должно же быть почтение к мертвым!

– А мы их не будем осквернять. Просто, если уж вечеринка в морге, надо превратить ее в вечеринку ужасов.

– Ну, народ точно с ума посходил! К мертвым никакого уважения!

Вот такие весьма противоречивые мнения неслись с разных сторон. Видимо, те, кто уже нагрузился спиртным по полной программе, требовали встречи с «мертвяками». А те, которые еще хоть немного соображали, понимали, что тревожить покойных по меньшей мере неэтично.

– Прекратите! – воскликнула Яна. – Это моя вечеринка, и я запрещаю трогать покойников! Примета плохая, и вообще нехорошо! Достаточно, что вы привязали шарики ко всему, к чему только можно!

– Так тому и быть! – закончил спор Гусев. И, сфокусировав взгляд на Асе, закричал: – За любовь!

Дальше – больше: стали вспоминать институтские годы, общие вечеринки и общих знакомых. Включили музыку, началась дискотека…

А что было потом, Яна очень плохо помнила. Вернее, совсем не помнила.

Глава 3

Яна чувствовала себя каким-то студнем, который колыхался при каждом дуновении ветра и дрожал при каждом шорохе и стуке. Но вот неувязочка: студень вроде не должен что-либо чувствовать, у Яны же разваливалось все тело, причем с устрашающей болью. Да, да, все члены до последнего кончика пальца и даже веки, которые тоже не поднимались, жутко болели.

– Вот ведь черт…

– Яна… Яна… – донесся до нее зловещий шепот, раздавшийся в воспаленном мозгу раскатом грома.

«Кто бы это ни был, шел бы он…» – поморщилась Цветкова.

– Яна… Яна…

– Что? – хриплым голосом пропитого мужика спросила она, не выдержав пытки голосом.

– Яна… ужас… нам нужна помощь… мне нужна… Что же делать?

Сработал инстинкт, многолетний и стойкий, и мадам Цветкова открыла глаза.

– Леша, ты? Ой, чего же так хреново-то…

На нее смотрел абсолютно бледный с легким землянистым оттенком и черными кругами вокруг безумно горящих глаз Гусев. Редкие волосы торчали дыбом, и в них запутались конфетти и какая-то мишура.

– Яна…

– Леша, мне плохо!

– Мне тоже. Мы крепко перебрали.

– А сейчас что? Утро или еще вечер?

– Не знаю. Сам на часы пока не смотрел…

Яна осмотрелась вокруг, насколько позволяла затекшая, одеревеневшая шея.

Увиденное поражало воображение. Люди лежали вповалку на полу в самых нелепых позах среди пустых бутылок и остатков пищи. Вообще, по их неестественным позам, можно было подумать, что она внезапно попала в музей восковых фигур. Смущали звуки храпа и подозрительные стоны.

– Вакханалия какая-то… Армагеддон… – поморщилась Яна от сухости во рту. Язык звенел в полости рта, словно язычок колокольчика, прикасаясь к сухим щекам и нёбу, отрываясь от них с причмокиванием и каким-то свистом. Но слюна так и не приходила.

– Что? Здравствуй, сушняк? – спросил Леха, выглядевший просто привидением. – Ползи к подоконнику, там минералка осталась…

Яна моментально очнулась и поползла в указанном направлении, наступая на чьи-то конечности и поминутно извиняясь. Правда, в ответ никто не откликался, а продолжал храпеть или стонать. Яна припала к бутылке с минеральной водой, как к святому источнику. Затем передала ее Леше.

Вода не оказала жизневозвращающего действия, но немного привела в чувство.

– Чего ты тут говорил? О помощи просил… Опять разыгрываешь?

– Нет, на сей раз точно дела неважные.

– Так и мне тоже кисло. День рождения явно удался. Жалко, что плохо помню…

– Эти безумные пляски, хороводы, конкурсы… – сдвинул брови к переносице Алексей.

– А я хороводов с конкурсами не помню, – разочарованно произнесла Цветкова.

– Кто-то все-таки полез «посмотреть покойников».

– Не может быть!

– К сожалению, может. А потом фейерверк…

– И фейерверк еще?! – удивилась Яна.

– Был. Фактически – салют, – вздохнул Алексей с самым унылым выражением лица на свете.

– Все пропустила!

– Да и ладно. Короче, вырубило тут все. А позавчера мне принесли печень и почки…

– Что?! – не поняла Яна, подавляя приступ тошноты.

– Печень и почки, – повторил патологоанатом.

– Ты любишь субпродукты? – уточнила Цветкова, не понимая его резкий поворот в рассказе.

– Человеческие органы! Сюда принесли, на работу! – поправил Гусев.

– Тьфу ты! Давай не будем об этом…

– Нет, я сейчас только об этом и могу говорить, – уныло покачал головой Алексей.

«Не повредился ли головой?» – мелькнула мысль у Яны.

– Печень и почки очень важные, не простые. Одна баба, по подозрению соседки, систематически травила своего старого мужа, чтобы остаться богатой вдовой. Доказательств – никаких! Вещество очень редкое, моментально распадается в организме на составляющие. Потом оказалось, что эта женщина уже трижды вдовой стала. Подозрительно, не правда ли? А улик нет… И вот мой знакомый следователь отдал мне органы ее последнего, недавно усопшего, супруга для проведения очень сложных и дорогих анализов, да еще пробным реактивом…

– Для обнаружения этого вещества? – спросила Цветкова, прикладывая прохладную бутылку ко лбу.

– Именно!

– А чего раньше не искали? А только когда третий мужик скончался? – правомерно поинтересовалась Яна, снова начиная жадно пить.

– Так индикатор того яда только сейчас появился! И то экспериментальный, и не у меня. Друг должен приехать и провести опыты. Нужно же посадить стерву-отравительницу за решетку… Следователь говорит, что она просто смеется ему в лицо. Ну да, два убийства сошли ей с рук, и баба уверена, что третье тоже сойдет.

Яна вздохнула:

– Не знаю, зачем ты мне все это рассказываешь. Я своих мужей не травила. Одного, правда, в тюрьму посадила, только он сам виноват. А все остальные живы и здоровы. Но я за то, чтобы тетка ответила за свой беспредел. Надеюсь, что у тебя с твоим другом получится доказать, что смерть ее мужа не была естественной, и засадить ее. А где Ася?

– Где-то лежит.

– Хороший ответ!

– Яна, ты не поняла! Дело в том, что печень и почки надо спасать. – Гусев обдал приятельницу перегаром, горячо дыша ей в ухо.

– Полностью с тобой согласна! Если пить, как сегодня, мы останемся без почек, без печени и без головы уж точно.

– Ты эгоистка, Цветкова! – вздохнул Леша, вытирая с лица пот, выступивший от слабости и духоты.

– Чего так?

– Все о себе да о себе! Я не о твоей печени и почках разговор веду, а о бесценных экземплярах, что мне дали на исследование.

– Леша, оставь меня в покое! Что ты про чужие органы, как заведенный, талдычишь? Просто на голову повредился!

– Яна, послушай меня! Был салют, и я не знаю, что произошло, но вырубило всю электроэнергию. У нас теперь не работает холодильное оборудование. Я вызвал техническую службу, но они придут утром. Надеюсь, что трупам собственного холода хватит до того времени. А вот печень и почки… Одним словом, если они пролежат до утра, мы точно не найдем в них ничего. Все усилия будут напрасны. И так-то надежды было мало, а теперь и совсем…

– Все из-за нас? – ахнула Яна. – Не то место вы выбрали для проведения
Страница 7 из 15

дня рождения!

– Чего теперь говорить. В общем, органы надо спасать, пока есть минимальный шанс.

– Но как?! – Цветкова даже слегка протрезвела. Хотя головная боль не проходила.

– Их надо побыстрее переместить в холодное место. Просто срочно! Мне нельзя отсюда уйти, я здесь заведующий. Могут ведь позвонить по какому-нибудь поводу. Я должен весь народ разбудить и выпроводить. А ты уж, пожалуйста, отправляйся домой сейчас и положи печень и почки в холодильник.

У Яны на время даже дар речи пропал. Нет, она часто попадала во всякие нехорошие ситуации, но чтобы вот до такой степени…

– Ты хочешь, чтобы я ушла отсюда с человеческими органами в сумке и спокойненько положила их в свой холодильник?!

– Звучит не очень, я согласен, но именно об этом я тебя и прошу. Ты спасешь человечество от убийцы, которая может остаться небезнаказанной, а нас от разбирательств милиции.

– Ты в своем уме? – уточнила Яна.

– Да, я в своем уме. Поверь мне, это – единственный выход. Я уже продумал все варианты. Никто ни о чем не узнает. Ну, что тебе стоит? Ведь во благо же! Я не могу отойти, да и с такой просьбой я могу обратиться только к тебе.

– Конечно, с просьбой прогуляться с человеческими органами по городу, можно обратиться только ко мне! – возмутилась Цветкова.

– Яна, я не хотел…

– Ладно! Только не говори мне больше о печени и почках, с сегодняшнего дня я стала вегетарианкой. Пакуй свой товар, и я пошла, чтобы не видеть больше всего этого безобразия. Но не дай бог, ты когда-нибудь проговоришься!

Леша сделал жест, словно закрыл рот на молнию, и пополз в сторону.

Яна еще раз попила и, шатаясь, пошла в туалет, где по возможности устроила себе нечто вроде душа в раковине. Привела себя хоть в какой-то порядок. Порывшись в сумке, вытащила даже косметичку, нанесла тональный крем, румяна, подкрасила глаза и, как всегда ярко, губы. Правда, макияж не скрыл полностью последствий вечеринки.

– Пора завязывать уже с такими сабантуями. Не тот возраст, все признаки с утра на лице! – сказала сама себе Яна и перевела взгляд на Лешу.

Тот уже вошел, а не вполз в помещение. И протянул ей пакет.

– Возьми! Тяжелое…

– Ты хочешь, чтобы я пошла с этим пакетом?! – ахнула госпожа Цветкова, мгновенно бледнея и понимая, что румян явно мало наложила.

– А с чем ты хочешь идти? С профессиональной сумкой для переноски внутренних органов? Чтобы тебя сразу же задержали? Не пойдет. А на обычный пакет никто и внимания не обратит, – заверил ее Алексей, шурша пластиком от того, что у него невообразимо тряслись руки.

– Господи, Леша! А если меня возьмут и заберут в милицию?

– С чего вдруг?

– Я же буду выглядеть, как черный трансплантолог!

– Да как маньяк ты будешь выглядеть, просто как маньяк! – «успокоил» ее Гусев и перекрестил напоследок, всучив ценную ношу.

Глава 4

Ощущение у Яны Карловны Цветковой было очень странное. Словно она, сама того не желая, снимается в фильме ужасов у очень оригинального режиссера. Например, у Квентина Тарантино. На улице было уже очень темно – до утра Алексей не дал ей оклематься. Кошмар просто какой-то: она вышла на ночь глядя из морга с пакетом, где лежали человеческие органы, и несла их в холодильник к себе домой. Мысль о том, что это во благо, не очень грела ее. А на лице у Яны было написано крупными буквами: женщина делает что-то страшное и противозаконное. Она понимала, что с таким выражением лица дойдет до первого милиционера и на том ее благотворительный поход закончится. Сказать, что ей было плохо, – ничего не сказать. Причем плохо было и морально, и физически, ноша-то в пакете была нелегкая, да еще и собственная торба на плече.

Глаза у Яны почему-то слезились, ноги не шли, и она еле брела по улице, избегая освещенных участков улицы. Во что она опять вляпалась, даже думать не хотелось. Но до холодильника надо было добраться как можно быстрее. За руль своего «Пежо» мадам Цветкова, конечно, не села в таком невнятном состоянии и отправилась домой в темноте пешком.

«Не забыть бы предупредить Агриппину Павловну, что я принесла не продукты… Ой, меня сейчас стошнит! Хорошо, что хоть Вовы нет. Ну и мамочка ему досталась – вечно влипает непонятно во что. Из положительных качеств во мне только одно: я правильно выбираю отцов для моих детей. Пока только одного выбрала, но зато уж очень правильно», – размышляла на ходу Яна, обливаясь потом от внутренней слабости. Ее все время мучила жажда. «Наверняка что-то паленое пили… Иначе с чего так плохо-то? Или количество было неимоверное?» – подумала Яна. И как только подумала, ощутила очередной приступ тошноты, а ее голову пронзила острая боль, которая выключила последний свет в ее глазах.

Приходя в сознание, Яна ощущала себя обмякшей, обезвоженной тушкой, из которой жизнь вытекает в виде жидкости же, то есть крови.

Та сначала приятно грела ей затылок этакой горячей волной, а потом весьма неприятно стекала на лицо и попадала в рот со вкусом соли.

«Сейчас бы в море… в прохладное, свежее… Вот мое бренное тело окутывается холодной водой изумрудного цвета, насыщая его приятной усталостью и живительной энергией…» – замелькали перед внутренним взором картинки. Она приподняла веки и испугалась. Потому что ничего не изменилось, перед глазами простиралась все та же темнота.

Яна не сразу поняла, что лежит, уткнувшись лицом в груду мокрых, расползшихся картонных коробок, набитых всякой ерундой. И даже когда оторвала свое лицо от такой вот малоприятной «подушки», запах затхлости и нечистот остался с ней. Тут-то и обнаружилось, что она действительно лежит в груде мусора в каком-то сарае. А руки и ноги у нее связаны веревкой.

«Какого черта?» – подумала Яна. И тут в проеме двери показалась крупная, высокая фигура мужчины.

И свой вопрос пленница, незнамо как оказавшаяся в плену, задала ему уже вслух.

– Очнулась? – усмехнулся тот. – Очень хорошо. А то я не люблю убивать, если не вижу глаза, а в них животный всепоглощающий страх. А еще, если хочешь меня порадовать, умоляй меня, проси о пощаде и кричи, что тебе больно. Я просто оживаю от таких криков и просьб! – сообщил ей незнакомец пренеприятнейшим голосом, слишком высоким для человека такой комплекции.

Яна несколько раз удивленно поморгала. Она только что пришла в себя и не успела по-настоящему испугаться. Поэтому довольно спокойно спросила:

– Вы кто? Что вам надо?

– Не те вопросы, детка! – свел кустистые брови мужчина. – Я же просил… «За что?» – вот какой вопрос задают в такой ситуации. И еще кричат: «Умоляю, не трогайте меня!»

– Кстати, и правда, за что? – поинтересовалась Цветкова, согласившись с ним.

– А ни за что! Просто проститутки вы все вертлявые… Ходите, задницами крутите, сверкаете ногами оголенными, трясете длинными волосами, которые отращиваете годами… Все у вас для того, чтобы нас, мужиков, заводить. Сплошной стиль секси. А когда к вам подходишь и говоришь, что хочешь познакомиться, так сразу же фырчанье, мол, пошел на фиг. Что? Не ожидала такой завязочки? Я порежу тебя на кусочки, белокурая стерва!

Почему-то Яна до сих пор не могла отделаться от мысли, что над ней кто-то элементарно издевается, глупо шутит, хулиганит…

В руках у мужчины появились металлические щипцы.

– Для начала я оторву тебе носик. Ты не
Страница 8 из 15

против? Сразу станешь уродливой и обольешься кровью не только с затылка, но и с лица… Тебе станет комфортнее. – Незнакомец сам засмеялся от своей «шутки».

– Да кто ты такой?! – дернулась Цветкова, и у нее даже щелкнуло запястье.

– Я человек, убивающий таких вот ярких и красивых кукол, как ты. И говорю об этом смело и открыто, потому что ни одна из них не выжила и не рассказала обо мне… И ты не выживешь, не расскажешь. Иди сюда, блондинистая дура… – Мужик двинулся на нее, растопырив огромные ручищи, в одной из которых поблескивали жуткие металлические щипцы.

Яна до этого такие неприятные сцены видела только в фильмах ужасов. И вот тут-то господин Ужас накрыл ее с головой. За какую-то долю секунды она поняла, что попала в руки маньяка, хотела закричать, но вопль, пронзительный и жуткий, застрял у нее где-то в горле.

Негодяй уже почти приблизился к ней, когда позади него вдруг вдребезги разбилось окно и в него ввалился мужчина, который без слов кинулся на маньяка со щипцами. Завязалась нешуточная драка. Похитивший Яну размахивал своим оружием, пока ворвавшийся (пленнице никак не удавалось его рассмотреть) не выбил его из рук противника. Яне так и хотелось закричать: «Ату его, ату!» Но неожиданно раздавшийся резкий хлопок вернул ее на землю, так как сразу стало понятно, что это был выстрел, но поражен им не маньяк, а тот, кто на него накинулся. Парень отшатнулся и осел на колени, схватившись за бок, как будто у него внезапно и весьма некстати начался приступ аппендицита. Вот только между белыми длинными пальцами потекла красная кровь. Он с удивлением посмотрел на свои окровавленные ладони. И Яна тоже смотрела с замиранием сердца.

– Вот черт…

– Урод, ты откуда взялся? – выругался маньяк, добавив тираду из мата. Затем наклонился к поврежденному врагу и очень хлестко и метко ударил его по лицу.

Яна вскрикнула, а затем завопила во все горло, моля о помощи, надеясь привлечь чье-нибудь внимание.

– Можешь орать сколько хочешь, никто тебя здесь не услышит, – хмыкнул бандюга и точно так же скрутил веревкой потерявшего на время сознание мужчину. Потом осмотрелся и спросил: – Где мои щипцы?

Словно Яна могла и хотела ему подсказать: «Да вот же они! Бери и мучай меня! Бери и пытай меня! А я буду голосить во весь голос и умолять тебя о пощаде, как ты и хотел!»

– Черт с ними, возьму дрель и сделаю в твоей плоти пару идеальных дырочек… – решил он вслух.

«Мать твою… Мужик – законченный псих! Что же делать?» – судорожно думала Цветкова.

Не спасение, но какая-то отсрочка мучений и смерти на время пришла в виде звонка на сотовый телефон убийцы.

– Некстати, некстати… – покачал он головой. И ответил: – Алло? А это ты… Где ты? Пришел? Уже здесь?

– Помогите! – истошным голосом закричала Яна.

– Я иду! – коротко ответил маньяк и тут же отключил связь. С укоризной посмотрел на пленницу и многозначительно пообещал: – Первым делом, когда вернусь, отрежу тебе язык, белобрысая дура!

И, покачивая головой, покинул свой «отстойник для отходов».

Цветкова забилась в каких-то конвульсиях. Ей совершенно не хотелось, чтобы этот ненормальный воплотил свои угрозы в действие. Связанный по рукам и ногам мужчина зашевелился и повернул лицо к Яне.

– Живой? – весьма удивилась она.

– Вы разочарованы? – незнакомец сплюнул кровь на грязный пол.

– Нисколько. Просто столько крови… И вообще я плохо понимаю, что происходит.

– Зато я все понимаю. Только нет ни времени, ни сил что-либо объяснять, – ответил мужчина несколько невнятно.

Яна подцепила мыском туфли лямку своей сумки и подтянула ее к себе, хоть это и оказалось не самой простой задачей. Затем завозилась, стараясь освободиться от пут.

– Плохая новость: кажется, я вывихнула палец… – пробормотала она. – А хорошая, что руку, хоть и онемевшую, я из веревочного кольца достала. Сейчас и вторую попробую… Ой, как же больно! Руки онемели, не слушаются. Наверное, не смогу развязать ноги… Левая кисть так и пульсирует от боли!

– Вы уж все-таки постарайтесь… – попросил второй пленник.

– Сама понимаю, не маленькая, – буркнула госпожа Цветкова и вцепилась в веревку, стягивающую ее длинные, стройные ноги, как удав кролика.

Она могла ругаться, сколько хотела, и напрягаться, сколько могла, толку не было никакого.

– Убийца скоро вернется… – вздохнул раненый.

– Не каркай!

Яна осмотрелась и увидела провод, тянущийся от единственной свисавшей с потолка лампочки к розетке. Изогнувшись всем телом и вытянувшись в струну, она тянулась к розетке, отчаянно понимая, что ей не хватает буквально пары сантиметров. Но прилагала нечеловеческие усилия к их преодолению.

– Что вы делаете? – спросил неудачливый спаситель.

Ответить ему Яна не успела, так как послышались шаги, а затем вошел маньяк собственной персоной.

– Не соскучились? Опа! А что это у вас свет не работает?

– Это не у нас, а у вас что-то не работает, – отозвалась Яна.

Мужчина хмуро уставился на нее.

– Смотрю, ты очень разговорчивая… ничего, я укорочу тебе язычок, не сомневайся!

– Оставь девушку в покое, урод! – снова сплевывая кровь, выкрикнул второй пленник.

– Ты еще жив? Странно… Вот живучий, гад! Ладно, все равно сдохнешь от кровопотери. А я люблю убивать баб. Слышать их визги и вонзать острые предметы в их еще теплые и мягкие тела.

Маньяк облизнул пересохшие губы и направился к Яне.

– Не смей! Стой! Иди сюда! – кричал раненый, но убийца не обращал на него никакого внимания.

– Ну, блондиночка моя… – склонился негодяй над жертвой.

И в тот же момент она воткнула ему в лицо длинный металлический предмет. Ей было не до церемоний, к тому же вывихнутая рука слушалась плохо.

Мужчина зарычал как зверь и схватился за лицо. Затем не удержался и упал на пол, а Яна принялась что есть мочи наносить удары все тем же металлическим предметом, пока силы. не кончились Затем швырнула свое оружие на пол и отвалилась к стенке. Сил у нее не осталось. Маньяк лежал тихо и не двигался.

– Всегда знала, что кого-нибудь пришибу… – с неудовольствием заметила Цветкова.

– Что это? – спросил подстреленный.

– Где? – не поняла Яна.

– Чем вы его?

– Плойкой.

– Не понимаю.

– Щипцы для завивки волос. Подарок на день рождения. Я их в сумке несла. Руку давно освободила и воткнула плойку в розетку. Хорошо нагрелась… Даже кожей паленой пахнет.

– А, так он от болевого шока сразу же отрубился… – понял мужчина. – Распутывайте свои ноги и развяжите меня.

– Легко сказать…

– А если этот урод придет в себя?

– Боюсь, что я его прибила.

– Вряд ли…

– Ну, я периодически буду его добивать, – пожала плечами Яна. – Пока нас не спасут. Не выключать, значит, плойку из розетки?

– Я не думаю, что нас спасут. Хотя кто знает… Руки развязаны только у вас, так что вам нас и вытаскивать дальше.

– А я знаю, что могу рассчитывать только на себя! – госпожа Цветкова с вызовом посмотрела на мужчину. – Вы бы лучше помолчали, поберегли силы…

Она немного отдышалась от учиненного ею же зверства и приступила к развязыванию веревок на ногах. Но и тут Яне пришлось применить свое раскаленное оружие – пережечь одну веревку, затем удалось размотать все остальное.

– Я свободна! Только у меня все затекло…

– Пройдет.

– Спасибо за поддержку.
Страница 9 из 15

Я ползу к тебе, мой принц… Может, все-таки стукнуть его еще раз? Для профилактики? А то вот поползу мимо него, и он еще меня ухватит…

– Не стоит.

Яна наконец-то добралась до раненого и внимательно посмотрела в его глаза и на его лицо. То, что она увидела, ей не понравилось. То есть она увидела темнобрового молодого мужчину с идеальными мужественными чертами лица и с очень красивыми темными глазами. Слегка запавшие щеки прикрывала легкая щетина. А темные волосы в данный момент пребывали в несколько спутанном состоянии, но вообще, по первоначальной задумке, должны были красиво ниспадать вокруг лица в полудлинной стрижке. Рубашка на парне была порвана, и взору Яны открывалось рельефное плечо с татуировкой – пират под пиратским флагом, а на шее золотая цепочка с католическим крестиком и золотой иконкой Девы Марии.

Мадам Цветкова почувствовала легкое сердцебиение и неприятное ощущение «ухода твердой земли из-под ног». Данные симптомы говорили о том, что незнакомец очень сильно ей понравился, и произошло это, как всегда, весьма некстати – когда она не ожидала и не была готова. Яна тут же разозлилась на себя из-за того, что уже не хотела, чтобы ею обуревали именно такие эмоции, и строго глянула на него.

– Чего смотрите?

– Я? Извините, – стушевался молодой мужчина. – Просто…

– Что?

– Никогда не видел таких…

– Чего «таких»? – допытывалась Цветкова.

– Таких вот женщин. Вы настолько решительны и демонстрируете такое самообладание!

– Во-первых, я ничего не демонстрирую, а спасаю свою шкуру. И вашу заодно. Это модели демонстрируют себя на подиуме, а мне всегда было чем заняться… совсем другим.

– И тем не менее у вас есть что показать, – возразил парень.

– Мне не нравятся такие комплименты! – Взгляд ее больших голубых глаз снова переместился на его лицо и снова задержался дольше, чем допускали правила приличия.

– Извините…

– Ничего. – Яна с большим усердием приступила к развязыванию веревок на руках мужчины.

– Как вас зовут? – спросил тот.

– Яна. Яна Карловна Цветкова.

– А я Артур Арнольдович Зарецкий. Конечно, можно просто Артур.

– Очень приятно. Вы не против, Артур, если я и вас помучаю плойкой? Я смогу эти веревки только пережечь, их не развязать.

– Все что угодно!

Яна еще раз внимательно посмотрела на парня.

– Ты русский?

– Чувствуется акцент? – догадался он. – Я с рождения живу в Норвегии, хотя корни у меня русские.

– Теперь понятно. А то я все думала, почему ты так невнятно говоришь. Потом поняла, что это – акцент. У моего бывшего жениха тоже так было… Он чех, – сказала Яна, и ей немного взгрустнулось.

– Ты чего? – тут же уловил смену ее настроения парень.

– Ничего.

– Вспомнила о женихе? – догадался Артур.

– А ты работаешь психологом?

– Нет.

– А почему спрашиваешь, как психолог?

– Интересно…

– Интересно, что нас чуть не убил какой-то психопат?

– Интересно, что ты смогла нас спасти…

– Спасибо не мне, а моему застарелому вывиху кисти. Иначе ни за что не сняла бы веревки.

– А еще спасибо твоему дню рождения. Иначе у тебя не оказалось бы с собой этого приспособления… плойки, – заметил Артур.

– Да, спасибо друзьям, что они о нем вспомнили и устроили в мою честь праздник, – согласилась Яна. И тут ее мозг пронзила мысль о просьбе Алексея Гусева. – Вот ведь черт!

Ее восклицание совпало с освобождением рук Артура, и тот, удивившись, спросил:

– Что случилось?

– Я же совсем забыла! Я профукала одно важное дело! – Глаза госпожи Цветковой стали еще больше.

– Ничего более важного, чем спасение жизни, быть не может, – тихо обронил Артур, растирая руки и приступая к разматыванию веревок на ногах.

– У меня было важное и щекотливое дело, – ответила Яна.

– Все равно. Сейчас вызовем милицию…

– Нет! – закричала Цветкова не своим голосом.

Артур изумленно уставился на нее.

– Но мы должны сдать маньяка правоохранительным органам.

– А нельзя оставить его здесь? – спросила Яна, сама понимая, что говорит полную чепуху.

– Чтобы негодяй очнулся и убил еще кого-нибудь? – темные глаза парня потемнели еще больше.

– Может, мужчина пошутил? – робко предположила Цветкова.

– Он убил мою сестру, – сказал Артур, развязав наконец ноги.

Яна отшатнулась.

– Извини…

– Ничего. Ты же не знала. Я прилетел сюда из Норвегии, чтобы помочь в меру сил поймать этого гада. И вот он здесь, а мы не сообщим в милицию?! Чего ради?

Яна осмотрелась, намотала свою длинную белую прядь на палец и заговорила задумчиво:

– Ну, мы, конечно, сообщим… Еще как сообщим! То есть я уйду – чего мне тут делать? – а ты сообщишь… Можно тебя попросить? Расскажи милиции, что ты здесь был один. Я не хочу светиться. Мне нельзя, я работаю в закрытом учреждении, и малейшее участие в милицейских разборках очень мне навредит… Я пойду, ладно? А если псих очнется и заявит, что нас тут, пленников, было двое, скажешь, что ему привиделось…

Артур выслушал ее пламенную речь и улыбнулся.

– Яна, почему ты не хочешь встречаться с милиционерами? Ты можешь мне довериться… А вот тебя прикрыть я не смогу, потому что этот маньяк нападает на женщин, и только на женщин, о чем в милиции прекрасно знают.

– А может, он поменял ориентацию? Ты же весьма симпатичный… – Цветкова осеклась под строгим взглядом товарища по несчастью.

– Видишь ли, милиция следила за ним, так что…

– Как следила?! И сейчас будет здесь?! – Яна побледнела почти как Артур, хоть и не была ранена.

– Да что с тобой происходит? Ты – проститутка? – спросил тот, совершенно серьезно.

– Нет, конечно! Просто… – Она огляделась по сторонам и понизила голос: – Помнишь, я говорила о своем архиважном деле?

– Которое не выполнила? Помню.

– Я несла…

– Что? Наркотики?

– Как ты мог подумать такое про меня?! Я несла человеческие органы. И мне надо было их быстро донести до холодильника, а я попала в эту переделку! Что ты так смотришь на меня? Звучит страшно, но… Вот ведь нелепость!

– Нелепость? – переспросил Артур.

– Была вечеринка в морге… Опять нелепо звучит! Начнем тогда еще раньше. У меня есть друг, патологоанатом…

И Яна поведала новому знакомому все, что с ней произошло.

– Теперь ты мне веришь? Поэтому ни о какой моей встрече с милицией не может быть и речи! Как я объясню, с чего вдруг у меня в сумке оказались человеческие печень и почки? А к тому же я обезвредила маньяка. Милиционеры крепко задумаются, кто из нас больший маньяк!

Рассказывая Артуру о случившемся с ней казусе, Яна кое-как смогла перевязать его рану на боку.

– А «скорую» вызывать надо…

Глава 5

Павел Петрович Меркулов в своем кабинете всегда чувствовал себя хорошо и комфортно. Но вот сейчас нервничал. Потому что уважаемый гость из Норвегии сидел напротив него и выкладывал совершенно непонятную историю. При этом он отлично изъяснялся по-русски, однако то, что мужчина говорил, было совсем непонятно.

Здесь же, в кабинете, с грустным лицом сидела несостоявшаяся приманка для маньяка Катя Мережко, в душе переживая катастрофу. Мало того что она не оправдала возложенных на нее надежд и не помогла поймать опасного преступника, так еще и гонорар, обещанный женихом норвежской принцессы, «пролетал» мимо.

– Все пошло совершенно не так… – хмурился
Страница 10 из 15

подполковник. – А ведь был просчитан каждый шаг! Мы очень хорошо вели Катю, потом появился маньяк… Его уже вычислили – да, совершенно неприметная личность. И он пошел за Катей, все сходилось… А потом преступник внезапно исчез… Как так произошло? До сих пор не знаю. Еще буду разбираться с оперативниками, как те подобное допустили. Маньяк уже пришел в себя и дает признательные показания. Действительно, он шел за Катей, но затем его внимание привлекла совсем другая женщина, чья внешность оказалась ярче, отчего незнакомка показалась ему больше подходящей на роль жертвы. Женщина вела себя неадекватно, передвигалась по известной одной ей траектории, вот мы его и упустили.

На Катеньку во время речи начальника было страшно смотреть. Такого удара по ее самолюбию ей еще никто не наносил. Какая-то женщина, да еще в нетрезвом виде, оказалась более привлекательной, чем она! Катя сидела бледная как смерть, с плотно сжатыми губами и остекленелым взглядом. Ее, понятное дело, никто не винил, но для нее факта собственного самоуничижения было вполне достаточно.

– И ведь потом у этой Яны Цветковой в сумке органы человеческие обнаружились! Вот ведь «шутка юмора»! Маньяк нарвался на другого маньяка, и еще неизвестно, кто из них «маньячнее», – засмеялся Павел Петрович.

– Яна Карловна не маньяк! – вздыбил пятерней свои волосы Артур Арнольдович.

– Да знаю я историю о порче холодильного оборудования в морге и спасении человеческих органов! Но тут еще разобраться следует… Что она там делала? Почему все электричество вырубилось? С чего вдруг у Цветковой оказалась плойка, подаренная ей на день рождения? Не отмечала ли дамочка день рождения в неположенном месте? Надо бы проверить…

– А если не проверять? – Артур Зарецкий придвинулся к подполковнику и достал чековую книжку. – Я хотел бы оказать некоторую спонсорскую помощь…

– Это взятка? – снова свел кустистые брови Меркулов, хоть взгляд оставался добрым.

– Нет, именно спонсорская помощь людям, отделению милиции, департаменту… Людям, поймавшим убийцу моей сестры! – с пионерским задором в глазах объявил Артур.

– Если честно, то обезвредила его как раз гражданка Цветкова. Ее и хотите вытащить? Она сейчас в КПЗ для выяснения… Несет такую околесицу, что все диву даются! Не то правду говорит, не то с головой у нее не все в порядке, не то произошла история из серии «чудеса в решете».

– Госпожа Цветкова спасла мне жизнь! Яна Карловна не сделала ничего такого, за что человека можно посадить в тюрьму. А за мелкое правонарушение ей не стоит сидеть, пользы правоохранительным органам она принесла много больше! – горячо произнес Артур, и с ним нельзя было не согласиться.

– Ладно… – Павел Петрович кинул алчный взгляд на чековую книжку норвежского гостя и покосился на молчаливую Екатерину Мережко. Та, мучаясь от унижения, даже выглядеть стала хуже.

– А я бы эту Яну Цветкову засадила, по полной программе! Страшный человек! Рецидивистка! – выкрикнула юная сотрудница.

– Я все понимаю, Катенька… Но сейчас оставь нас двоих, – обратился к ней подполковник.

Катя с каменным лицом удалилась, неприлично хлопнув дверью.

Глава 6

Яна с гордо поднятой головой вышла из следственного изолятора, получив свои вещи, сданные под опись, и сразу же столкнулась с Артуром Арнольдовичем. Выглядел тот очень хорошо в светлом костюме и черной футболке под ним.

– Меня встречаешь? – уточнила она.

– Тебя. А кого же еще?

– Подержи, – повесила ему на плечо свою объемистую торбу Яна и зевнула. – Не выспалась я что-то в тюряге…

– Хочешь есть? – немного невпопад спросил Артур.

– А то! Ты бы на баланде посидел пару дней…

– Бог миловал! – хмыкнул Зарецкий и пригласил ее к спортивной машине белого цвета. – Поехали… Я рядом со своей гостиницей нашел приличное место, где можно перекусить.

– Вперед! Я согласна даже на заскорузлые пирожки в привокзальном кафе.

– А как насчет секса? – вдруг покосился на нее Артур.

– В смысле? – Яна уселась на сиденье рядом с водителем.

– Такой же голод?

– А… Хочешь предложить мне мальчиков? – усмехнулась она.

– Имел в виду собственную кандидатуру.

– Ишь чего захотел… Нет, дорогой, так дело не пойдет. Остановись, или получишь от меня с правой!

– Ладно, извини… Я пошутил. Едем в ресторан.

Автомобиль влился в московское оживленное движение. Яна посмотрела на сосредоточенный профиль спутника и не удержалась от вопроса:

– Это ты помог мне вылезти?

– Ты же спасла мне жизнь…

– Спасибо.

– Тебе спасибо, – парировал Артур.

– Следователь рассказал мне грустную историю – о твоей сестре и о твоем желании поймать ее убийцу. Не могу сказать, что я хотела кого-то ловить, тем более такого садюгу, но если уж так получилось, то я рада… Хорошо, что маньяк больше никому не причинит вреда.

– Я тоже очень рад, что он пойман, – сухо откликнулся Артур, давая понять, что не хочет муссировать эту тему. Ему было очень больно говорить о своей бедной сестре. И Яна сразу перевела разговор на другое.

– Тебе бледность к лицу, – отметила она. – Как рана?

– Ничего страшного. Зашили, вполне жив-здоров, – ответил Артур.

– До свадьбы заживет.

Зарецкий покосился на свою пассажирку.

– Откуда ты знаешь?

– О чем? – не поняла Яна.

– Что я должен скоро жениться.

– Ничего не знала, просто так сказала. Пословицу вспомнила. Вроде как все пройдет, и все будет хорошо. Ты с таким же успехом мог бы уже быть женатым, – отмахнулась Цветкова и вовсю заулыбалась.

– Ты чего? – удивился Артур.

– Да прямо от сердца отлегло. А то я испытала момент дежа вю: молодой неженатый иностранец… да еще вдруг окажется, что князь… Нет, второго такого случая я не переживу. А раз у тебя есть любимая женщина и скоро свадьба, значит, старая тетя Яна в безопасности.

От полноты чувств и продолжая веселиться, она что есть силы, так сказать, «любя» огрела мужчину по спине, отчего Артур чуть не врезался носом в руль. К тому же закричала противным голосом, подражая певцам шансона: «Вези меня, извозчик, по гулкой мостовой…»

Зарецкий странно посмотрел на нее, икнул и порулил дальше.

Привез он свою даму в один из элитных ресторанов, расположенный в старинной усадьбе недалеко от центра Москвы. У золоченых дверей здания, которое в самом деле охранялось государством, стоял внушительного вида швейцар, одетый в нечто, похожее на тулупчик с золотыми пуговицами и с золотыми кисточками на погонах, словно у гусара. Только его большое лицо было подозрительно красным – то ли от обветривания на свежем воздухе, то ли от того, что владелец этого лица злоупотреблял спиртным. Увидев Артура, он вытянулся в струну.

Пара поднялась по мраморным ступенькам, и тут швейцар преградил им путь с несколько виноватым видом.

– Извините, дресс-код…

– Что? – поднял темную бровь Зарецкий.

– У нас дресс-код, – повторил краснолицый в гусарском ментике.

– И что?

– Вы, молодой человек, полностью ему соответствуете, а вот ваша дама совсем нет, – развел руками швейцар.

Артур и Яна посмотрели – он на нее, а она сама на себя.

На госпоже Цветковой до ее задержания были надеты тонкие колготки цвета легкого загара. Но после известных передряг они, естественно, порвались, и уже в СИЗО Яна их сняла.
Страница 11 из 15

Поэтому сейчас взглядам мужчин предстали длиннущие и худые ноги с побитыми коленками и ссадинами в красных туфлях. Выглядело это странновато, с учетом того, что женщине было под сорок, а не двенадцать. Длинные светлые волосы были взлохмачены. На слегка уставшем лице никакой косметики, кроме агрессивного цвета помады на губах (так наскоро победительница маньяка, выходя из «тюряги», успела украсить свое лицо).

Короче, Яна сейчас напоминала девушку с трассы, пережившую недавно разборку с клиентом.

– Вы не пропустите мою даму в ресторан?

На лице у Артура проступил румянец. Оставшаяся в его организме после кровопотери от ранения кровь стала, видимо, циркулировать активнее. Еще бы! Он встретил свою знакомую, даже более того – спасительницу, пригласил покушать, а здесь ее не пускают. Это был настоящий конфуз.

– Ваша дама… мм… в ненадлежащем виде, – кашлянул старик.

– А где бы мне было приодеться-то?! Я же только что из тюрьмы! В чем взяли, в том и вышла! – очень к месту «оправдалась» госпожа Цветкова. – Эх, Артур, пошли в Макдоналдс, там меня точно пустят! В данный момент я не имею ничего против двойного гамбургера и большой порции картофеля фри.

– Идем! – Артур вдруг схватил спутницу за руку и потащил за собой. На его щеках играли желваки, выглядел он непреклонно и сурово.

Вопрос Яны «куда?» повис в воздухе.

Напротив ресторана располагался большой бутик-галерея женской одежды. Зарецкий направился прямо туда. Ход его мыслей был, конечно, понятен, но мадам Цветкова удивилась сама на себя: вместо резкого отпора насильственным действиям и вставания в позицию, мол, я и так хороша, не собираюсь потакать какому-то старику и дурацкому дресс-коду, она подчинилась, словно была безмолвной и безропотной девчонкой. А еще Яна почувствовала, насколько у мужчины сильная рука.

Артур проволок ее сквозь вертящуюся стеклянную дверь и остановился. В магазине тихо играла мелодичная музыка, веяло цитрусовым ароматом, кондиционер гнал приятную прохладу. Девушка модельной внешности в очень аккуратной классической одежде выросла словно из-под земли. На ее груди красовался бейджик: «менеджер Эльвира».

– Я могу вам чем-то помочь? – Ее взгляд правильно остановился на Артуре, хотя магазин был женской одежды.

– Вот для этой красивой женщины необходимо подобрать самое красивое «коктейльное» платье, – сообщил мужчина.

– Очень хорошо. У вашей спутницы потрясающая фигура. Сорок второй?

– Сорок четвертый, – расплылась в улыбке Цветкова.

– Прекрасно! При таком модельном росте весьма гармонично. У нас как раз счастливые дни.

– Что такое критические дни, я знаю, а вот счастливые дни… – Яна была готова слушать продавщицу и днем, и ночью. И восхищенный взгляд Артура был абсолютно не лишним.

– Это когда на новую коллекцию на несколько дней тоже дается скидка! – пояснила Эльвира.

– Нам не нужна никакая скидка. Требуется самое красивое платье, – буркнул Зарецкий.

– Я все поняла! Присаживайтесь. Чай? Кофе? – обратилась продавщица к нему.

– Черный кофе.

– Сейчас вам принесут черный кофе, а мы пока займемся вашей девушкой… – И продавщица увела за собой Яну.

Мадам Цветкова уже представляла себе, как она будет выходить то в одном платье, то в другом, которые все ей безумно идут, и Артур будет смотреть на нее, обжигаясь кофе… Уж что-что, а фигура Яны позволяла надеть любую тряпку и выглядеть королевой. Но мечты остались мечтами, так как первое же платье, предложенное продавщицей, село как влитое. Взгляд у Эльвиры был действительно профессиональный, и она сразу же подобрала то, что нужно. Во-первых, цвет. На ком-то безумно яркий розовый смотрелся пошло и «убил» бы лицо, на Яне же он проявлял свои лучшие качества. Вкупе с ее белыми волосами создавался образ Барби, но Барби шикарной, дорогой. Во-вторых, потрясающий цвет был оформлен в достаточно простую форму – классическая итальянская длина, открытые руки и закрытая шея. Из украшений только тонкий поясок из стразов от Сваровски и по бабочке из таких же стразов на подходящих к платью изящных туфлях на шпильках. Яна сама была потрясена.

– Класс… Какая я красивая!

– Да, прямо-таки ваше платье, – согласилась Эльвира. – Есть еще черная классика, модный фиолет…

– Нет, я беру это.

– Вы?!

– Вы не ослышались. Я куплю его сама. Быстренько оформите покупку, вот моя кредитка, – сунула ей свою кредитную карточку Цветкова.

– Но ваш мужчина… – растерялась продавщица.

Яна очень внимательно посмотрела на нее.

– Слушайте меня внимательно! Я тоже не бомжиха и сама способна купить себе платье. А с парнем я договорюсь. Тем более что он не мой парень. Ну же, дорогая Эльвира, отрезайте бирочку и снимайте с карточки денежку!

– Но… две тысячи евро с лишним… – залепетала менеджер.

– Ничего страшного, у меня были богатые спонсоры. Да и сама я неплохо зарабатываю, – подмигнула ей Яна.

Через пару минут она влетела в холл розовой фурией и сразу же вытянула Артура на улицу, чтобы там высказать ему все в ответ на его возмущение, а то, что таковое последует, она не сомневалась.

– Я не заплатил! Яна, подожди! Куда ты бежишь? Ты украла платье? – бормотал Зарецкий на ходу.

Тут-то Яну и понесло. Она на очень понятном, русском, языке объяснила ему, что вполне в состоянии купить себе платье и не позволит незнакомому мужчине делать ей дорогие подарки. Пусть он так общается со своей невестой у себя в Норвегии, а если считает себя униженным и оскорбленным, то это его проблема…

– Все сказала? – спросил Артур, пожирая ее глазами.

Чувствовалось, что мужчина был в ярости, но Яну его реакция почему-то очень заводила.

– Все. Хотя, нет! Я есть хочу, не забыл?

– У тебя потрясающе ужасный характер!

– Я в курсе.

Артур проглотил обиду и молча повел ее в ресторан.

– Эх, жалко, что я так сильно хочу есть и у нас нет времени на посещение салона красоты! – вздохнула Цветкова. – Там бы ты услышал, какие у меня роскошные волосы, какие у меня красивые глаза и выразительные губы!

– А я что, сам не вижу? – слегка улыбнулся Зарецкий.

Престарелый гусар с медными пуговицами издалека заметил пару. Еще бы! Яну не заметить было невозможно! Сказать что-то вразумительное швейцар тоже не мог, так как говорить тут было нечего. Поэтому он только низко поклонился посетителям и широким жестом распахнул перед ними дверь.

– Спасибо! – сказала ему Яна, не державшая на старика зла.

Зал ресторана поражал своим убранством. Высокие потолки и колонны с лепниной, покрытой кое-где сусальным золотом. Хрустальные, играющие на свету люстры и светильники бра у каждого столика. Паркет, выложенный своеобразным узором, кипельно белые скатерти, накрахмаленные салфетки…

– Великолепно! – оценила Яна.

– Какой такая красивая пара предпочитает занять столик? – подошел к ним метрдотель.

– Пара хочет уединиться вон там, в центре! – ответила мадам Цветкова и поспешила к выбранному месту.

– Хорошо уединение! – усмехнулся Артур.

– Я сегодня прямо чувствую, что нравлюсь людям. Чего же мне прятаться? Пусть все видят красоту! – пояснила свой выбор Яна.

– И то правда.

– Даже не говоришь, что я нескромна? – лукаво посмотрела на него дама.

– Ты правда потрясающе выглядишь и имеешь право на внимание и
Страница 12 из 15

комплименты, – кивнул мужчина.

Рядом со столиком нарисовалась девушка с корзинкой роз.

– Цветы для дамы?

– Беру все! – сразу же пресек торг Артур и вырвал корзинку из ее рук. – Включите в счет.

– Спасибо! – с восторгом воскликнула девушка и поспешила удалиться.

– Побежала в цветочный магазин за новой порцией, – наклонилась к уху спутника Яна.

– Слушай, а ты и ресторанный счет захочешь оплатить? – спросил Зарецкий с совершенно серьезным лицом. Но глаза его улыбались.

Такие красивые темные глаза… Яна засмотрелась. Прервал их игру в гляделки официант, галантно подавший кожаную папку с золотым обрезом. Выглядела она очень солидно.

– Семейный фотоальбом? Охотно посмотрим! – улыбнулась Цветкова.

– Всего-навсего меню, – засмеялся официант. И обратился к Артуру: – А спутница у вас с чувством юмора.

– Вот уж точно! Как говорится в России, этого у нее не отнять! – поддержал его догадку Зарецкий.

– И зажгите нам свечу. Как-никак первый совместный ужин после моей «отсидки»! – радостно заметила Яна.

Официант выполнил ее просьбу, хотя руки у него после ее слов заметно дрогнули.

Яна открыла толстую папку и углубилась в изучение меню. Через несколько минут нахмурилась и посмотрела в честные глаза напротив, в которых теперь еще и отражались огоньки от свечки.

– Я так не могу! Они что, издеваются? За пять минут я прочла, из чего сделан один салат. Ты только послушай! Гранатовые семечки, вобравшие в себя аромат южных гор; нежное мясо теленка, припущенное в красном ароматном вине из подвалов Людовика Четырнадцатого до сочного и нежного состояния; кедровые орешки с ароматом сибирской хвои; сочная зелень, промытая в минеральной воде… Чего ты улыбаешься? Я, кстати, до конца не прочла. Тут еще много чего интересного про соус к салату с названием «Загадка шеф-повара». Легче «Войну и мир» одолеть, чем их меню! Потом ведь про холодные блюда сколько, про горячие… рыба, мясо… мангал… фирменное… Я просто теряюсь. И у меня уже полный рот слюны.

– То есть все-таки лучше бы биг-маг?

– Ты знаешь, лучше!

– Тогда разреши сделать заказ мне? Я здешнее меню, конечно, не дословно знаю, но кое-что пробовал и могу порекомендовать.

– Ты меня просто спасешь! – легко согласилась Яна.

Официант умел читать взгляды посетителей и сразу же появился возле их столика, едва Артур вскинул темную бровь.

– Мы возьмем по салату из экзотических фруктов под фирменной заправкой. На горячее осетрину в икорном соусе с подушкой из шпината и хлебную корзину.

– Прекрасный выбор! Что будете пить? – спросил официант.

– Минеральную воду «Перье» без газа и свежевыжатый ананасовый сок.

– И вино, – добавила Яна.

– Принести винную карту?

– О, нет! – охнула госпожа Цветкова. – Я бы попросила мерло тысяча девятьсот шестого года. Уж очень тогда урожай хороший выдался в Испании.

Официант с Артуром посмотрели на нее, открыв рот.

– Я смотрю, дама разбирается в винах… – первым ожил работник ресторана.

– Да, – кивнула Яна. – Мой бойфренд даже пытался заниматься виноделием, от него и научилась разбираться. А что, у вас нет такого вина?

– Конечно, есть! У нас все есть! Сейчас принесу…

Официант ушел. А Яна подмигнула Артуру:

– Наверное, в погреба Людовика Четырнадцатого пошел.

– Ты про своего жениха князя сейчас говорила?

– Какая тебе разница? Может, и про него… А может, про кого другого… Поздно уже ответ держать.

– Не прибедняйся! Сама знаешь, что хороша еще…

– Кстати, а чувство юмора-то у нее есть? – прищурилась Яна.

– У кого? – не понял Зарецкий.

– У твоей невесты.

– А… Да чего о ней… – Мужчина растерялся.

– Ладно, не будем о ней всуе, – согласилась мадам Цветкова и разулыбалась официанту. – Вот нам и вино несут!

Парень по правилам этикета дал изучать бутылку мужчине, но все время косился на Яну, как на главного заказчика сего напитка.

– Бутылка из подвала, вся покрыта пылью…

– Главное, чтобы бокалы, в которые вы будете наливать вино, не были пыльными, – кивнула Яна.

– Нет, они не пыльные… А в подвале у нас строго выдерживается температурный режим для хранения таких дорогих вин.

– Я вам верю, дорогой наш официант.

Артур сделал из бокала глоток и объявил:

– Честно скажу, что не знаю, в каком году и где урожай был самым хорошим, но это вино хорошее.

Официант налил им вина и почти сразу же принес очень красиво выглядевший салат в салатницах из тонкостенного фарфора молочного цвета с золотом.

– Приятного аппетита!

– Спасибо, – дружно ответила пара и приступила к еде.

Надо отметить, что на столе присутствовало множество приборов. Но Яна и Артур безошибочно взяли именно те, которые предназначались для салата.

– Очень вкусно! Прекрасный выбор, – похвалила Цветкова с набитым ртом.

– Давай, за тебя! – поднял бокал с вином мужчина.

– А ничего, что ты за рулем?

– Я оставлю машину здесь, а моя гостиница рядом, – ответил Артур, как-то странно, очень-очень внимательно и грустно глядя на спутницу. – А тебя отправлю на такси.

– Выпьем за очень хорошее разрешение дела! – отозвалась Яна.

– С удовольствием…

Они выпили несколько тостов подряд. Затем, когда принесли горячее, заказали вторую бутылку вина – той же марки, но другого года, так как предыдущая имелась в ресторане в единственном экземпляре.

– М-да… Я, кажется, теряю квалификацию… – произнесла задумчиво госпожа Цветкова, посмотрев сквозь бокал на своего кавалера. – Впервые мужчина после совместного посещения ресторана не предлагает мне пойти с ним, а вызывает такси и отфутболивает меня домой.

– А ты бы пошла ко мне? – оживился Артур.

– Хотелось бы ответить «да», но… Зная себя, конечно, отвечу «нет».

Зарецкий улыбнулся.

– Я скоро женюсь, наши отношения с моей невестой подошли к своему логическому завершению.

– Поздравляю.

– Спасибо. Поэтому я и не предложил тебе… особенно тебе…

– Испугался? Думаешь, что я могу тебя увлечь?

– Уверен, что можешь. Вот и не буду испытывать судьбу.

– Не будем! – согласилась Яна. – И выпьем за твое счастье!

– И за твое тоже!

– Это мой прощальный вечер в Москве. То дело, ради которого я приезжал, завершилось, и я возвращаюсь домой, – сказал Артур.

– Тогда пьем за отъезд!

– Давай! Будешь в наших местах, всегда обращайся, – предложил Артур.

– Спасибо. В Норвегии?

– В ней…

– Я там не была никогда… – задумалась Цветкова.

– Вот и приезжай. На рыбалку там… отдохнуть…

– Впервые меня приглашают на рыбалку, – удивилась Яна.

– Это я промахнулся! Выпил лишнего… Места у нас правда чудные, приезжай!

– По пьянке предлагаешь?

– Нет, от души. Я покажу тебе Норвегию.

– Хорошо, я подумаю. Давай выпьем за Норвегию. И за Россию тоже… За родину, в общем!

– Давай, Яна…

Так, за болтовней, они провели много времени. Затем танцевали под живой оркестр, потом Артур ее поцеловал… Наконец Яна сказала, что идет «припудрить носик», а сама незаметно вышла из ресторана, подняла голову в ночное небо и вздохнула полной грудью.

– А где же ваш кавалер? – раздался за ее спиной голос.

Она обернулась и увидела все того же деда с медными пуговицами на ментике. Он находился слегка подшофе. С такой-то работой, при многочасовом стоянии на улице, ему это было простительно. По
Страница 13 из 15

крайней мере, Яна его точно простила.

– Кавалер? А он… позже выйдет…

– Сбегаете? – вздохнул старик. – Я тут много чего видел…

– Сбегаю, – призналась Яна.

– От чего? Красивый парень, влюблен в вас…

– Влюблен, но не в меня.

– Мне лучше видно, – возразил старик. – Так что ему сказать, когда я увижу его растерянное лицо или услышу вопрос, не видел ли я стройную блондинку в ярко-розовом платье?

Яна обняла старика и поцеловала его в щеку.

– Скажите ему, что не видели меня или что я ускакала в ночь с джигитами на лошадях…

– Как скажешь, красавица, как скажешь…

Яна сбежала по ступенькам и постаралась быстрее завернуть за угол дома, чтобы Артур, если бы вышел сейчас из ресторана, не заметил ее.

Там она поймала машину и поехала к своей подруге Асе. И проплакала на ее дружеском плече всю ночь.

Ася мало чего поняла из бессвязных Яниных объяснений. Только одно: что подруге плохо. Она кого-то хотела или не хотела, и он то ли хотел, но отказал, то ли приглашал, но не хотел… Короче, случилась сложная и запутанная жизненная ситуация. Но в то же время Ася обрадовалась, так как ей стало ясно: наконец-таки айсберг тронулся, заснувшее на длительный период сердце ее подруги снова забилось… Пусть, похоже, неудачно, но оно хотя бы почувствовало, что живое.

Глава 7

– Ты сильно обиделся на меня? – допытывалась Яна у Гусева.

– Что ты профукала мои печень и почки?

– Ну, не твои… – почесала затылок Цветкова, которая вместе с Лешей сидела в гамаке, что было крайне неудобно и крайне смешно со стороны.

Гамак трещал и неприятно раскачивался.

Ася же устроилась на деревянной скамейке, за деревянным столом и с тоской в карих глазах взирала на эту парочку в пижамах. Они второй день пили самогон и ели шашлыки у нее на даче в Подмосковье.

– Вот смотрю я на вас и думаю: за что же мне так не повезло? Что подруга, что друг… Оба друг друга стоят. Два магнита для неприятностей!

– Еще скажи, что два чмо! – подала голос Яна.

– Я так не сказала бы, но вы приближаетесь к этому определению. С вами постоянно что-то случается!

– Случится с Аркадием, Дмитрием, Евгением, Петром… – проговорил Леша.

– Кто они такие? Почему с ними должно что-то случиться? – поинтересовалась Цветкова, прижавшись к Алексею всем телом, поскольку тот был тяжелее.

– И сам не знаю кто, но все они могут стать потенциальными мужьями той сладкой тетеньки, которая троих мужей уже отправила на тот свет и скольких еще отправит… Мошенница-то осталась безнаказанной! Похоронила мужа и сменила имя, теперь ее зовут Анфисой. Это ли не странно? Хотя по нашему законодательству любой человек имеет право изменять имя хоть сто раз, – сказал Гусев.

– А ты-то откуда знаешь? – удивленно посмотрела на него Ася.

– Да какая разница! – отмахнулся Алексей, и гамак совершил резкое колебательное движение, от которого Яна снова брякнулась костями о тело друга. – Главное, что знаю. Так что теперь Анфиса вовсю тратит денежки погибшего или убитого третьего мужа. А когда закончатся, а рано или поздно они закончатся, тетенька в четвертый раз выйдет замуж. И, я больше чем уверен, недолго проживет в счастливом браке.

– Ты так говоришь, словно собрался отслеживать всю ее жизнь, – хохотнула Ася.

– Ага! – вторила ей Яна. – И когда она в очередной раз станет вдовой, ты тут же появишься, словно коршун, и выклюешь ее мужу печень и почки. И сразу же их – на экспертизу!

– Смейтесь, смейтесь… Между прочим, твоя промашка может стоить жизни нескольким людям, – нахмурился патологоанатом.

Тут уже рассердилась Яна:

– Чего ты меня обвиняешь?! В чем я-то виновата?!

– В том, что именно ты потеряла печень и почки! Где они? Остались в правоохранительных органах и пришли в полную непригодность.

– Вот послушал бы вас кто со стороны, так с ума сошел бы! – закатила глаза Ася. – Печень и почки пришли в непригодность в правоохранительных органах! Словно вас избили в милиции, отбили вам там печень и почки. Вот не про те вы органы говорите! Вы оба на голову стукнутые! И что я тут с вами делаю? Связалась с патологоанатомом и подружкой, которая не вылезает из милиции и моргов…

– Я их не люблю, – буркнула Яна.

– Не любишь? Только почему-то все время там оказываешься!

– Я не виновата, что какие-то идиоты – и, кстати, ты в том числе – решили отпраздновать мой день рождения в морге. Пустое помещение… Никто не пожалуется… Да это вы не в себе! Когда я, заметьте, уже спала глубоким молодецким сном, вы умудрились сломать холодильники, потом разбудили меня, всучили эти органы и велели, несмотря на глубокое похмелье, отнести их домой, в холодильник! И вы еще мне говорите, что я – ненормальная?!

– Конечно. Я бы на твоем месте просто не согласилась никуда идти, – высказала свое мнение Ася.

– Ты и на своем хороша была. Я видела, как ты под столом валялась в короне из воздушных шариков. А меня вот подняли на ноги, дали что-то в руки и отправили. Да мне в том состоянии труп бы дали под мышкой унести, я бы и унесла! И ведь донесла бы до дома, и положила бы в холодильник! Рисковала бы психическим здоровьем своим и Агриппины Павловны!

– Но ведь не донесла же, – опять подал голос Леша Гусев.

Яна с неприязнью посмотрела в его небритую щеку.

– Выходит, я виновата, что какой-то маньяк увязался за мной? Я шла не в лучшем своем виде, наклонилась, извините, очистить желудок, тут он и напал… А когда очнулась, стал обещать зверски убить. Потом я увидела еще одного мужчину, Артура. Оказывается, милиция проделывала целую операцию по задержанию маньяка на живца, и я его случайно переманила… Артур же действовал самостоятельно, поскольку был очень заинтересован в поимке урода, который расчленил его сестру. Артур очень боялся, что пострадает еще какая-то девушка, и решил понаблюдать за операцией. И потом заметил, что маньяк пошел за мной. Но этот гад и его перехитрил. И тоже обезвредил. А дальше я уже рассказывала…

Ася вздохнула.

– Рассказывала… Да и со следователем я уже общалась. Они подобрали самую яркую и красивую девушку – и вот на тебе, на ее пути встречается Яна Карловна Цветкова! Здравствуйте пожалуйста! Маньяк переключается на нее! И неважно, что она едва на ногах держится, ничего не соображает и несет в пакете человеческие органы, печень и почки!

– В благих целях! – добавила Яна и подняла указательный палец, акцентируя внимание.

– Ты это Анфисе скажи! Хорошо, в благих целях. Хотя сути дела не меняет. Совсем не меняет! Почему отморозок прицепился именно к тебе? Да потому, что свой свояка видит издалека!

– Но я-то тут ни при чем! – откликнулась Яна. – А про свояков ты зря…

– Ты искренне считаешь, что ни в чем не виновата? – ахнула Ася.

– А в чем?! – так же искренне удивилась госпожа Цветкова.

– В том, что ты даже перешибла одетую специально, как проститутка, сотрудницу милиции! Я тебе всегда говорила: красные туфли, кружево, подвязки, длинные белые волосы, красные губы и прочее до добра не доведут. Странно, что за тобой не выстроилась целая толпа маньяков!

– Не завидуй.

– Господи, было бы чему! Яна, тебя же чуть не убили! – Ася вдруг заплакала. – Я бы этого точно не пережила.

Подруга тоже расплакалась.

– Извини, я больше так не буду… буду стараться выглядеть скромнее… Я не хотела, честное
Страница 14 из 15

слово! – искренне проговорила Яна. – И постараюсь тебя больше не пугать.

– Уж постарайся! – шумно высморкалась Ася. И с тоской посмотрела на Лешу. – Ну что, по самогону?

– Ой, просто бальзам на душу! Да, дорогая, налей немного.

– А может, хватит уже? Возьмите себя в руки! – вздохнула хозяйка дачи.

– Мы возьмем! Обязательно! Вот выпьем по чуть-чуть и обязательно возьмем! – принялся обещать Алексей.

Дело в том, что инцидент с переноской человеческих органов частным лицом по просьбе и при, извините, «спонсорской помощи» Артура в милиции замяли. Но вот главный врач морга рассудил по-другому. И на него не мог повлиять ни один закон. Он уволил Лешу без разговоров, хоть и с сожалением, что потерял прекрасного патологоанатома. Ну не мог больше терпеть его злоупотребление спиртным, а уж тем более вечеринки в стиле диско среди покойников, да еще с такими последствиями.

Леха, оставшись без работы, впал в тяжелейшую депрессию. И Яна поддержала, тоже впав в депрессию. Она, как человек эмоциональный, очень легко в нее впадала. Хотя так же легко и выходила из нее. В промежутки просветления Цветкова жаловалась Асе, что ей очень понравился один мужчина, с которым просто-таки чувствовалось родство душ, но он отверг ее. Потому что любил другую, и очень сильно, раз решил жениться. Таким образом Яна опоздала! Да, опоздала! Но ничего, она сейчас поговорит немного с Лешей, придет в себя…

Ася махнула на них рукой и вернулась с большой бутылкой мутной жидкости, по виду напоминавшей рассол. Потом выставила на деревянную столешницу граненые стопки и тарелку с нарезанной еще со вчерашнего дня говяжьим языком, пластинками сыра и маринованными огурцами.

Леша первым рванул к столу, бросив Яну в гамаке в гордом одиночестве. Та подтянулась следом и уныло захрустела огурцом.

– Давай восстановим силы! – крякнул Леша.

– В последний раз! – строго проговорила Ася.

– Слушаюсь, мой командир! – козырнул Алексей.

Троица молча выпила и закусила.

Дача Аси находилась в прекрасном месте. Этакое классическое сочетание: и еловый лес был рядом, и приличные соседи, и небольшая речка. А на законных десяти сотках разместился аккуратный деревянный домик с резными наличниками и бытовка-хозблок, которую в будущем хозяйка хотела снести, а на фундаменте построить баньку, чтобы радовать себя и друзей. Насчет же использования другой земли Ася решила так: «Я не собираюсь зарабатывать на даче мозоли, межпозвоночные грыжи и еще черт знает что». Поэтому засеяла все какой-то финской травой, которая явно «была не в себе», по словам ее подруги Яны Карловны Цветковой. Потому что эта жесткая нереально зеленого цвета трава вытеснила сама собой все сорняки и осталась в гордом жутковатом одиночестве. Ася сделала беседку, стол со скамейками под навесом, оборудовала место для шашлыка и даже повесила гамак. Сразу становилось понятно, чем тут владелица собиралась заниматься. Отдыхом, чем же еще! Браво!

Но на одной трети участка Ася оставила старые яблони. Более того – пригласила садовника, который их правильно обрезал и обработал стволы белой краской от жука-короеда. А на площадке рядом с мангалом и беседкой хозяйка все же позволила себе опуститься до уровня обычных сельских тружеников – разбила несколько грядок для укропа, лука, петрушки и кинзы. Так что зелень к мясу была своя.

– Нарвать чего? – в данный момент спросила Ася, кивая на свой мини-огород.

– Лучка, – заказал Леша.

– Укропчика, – высказала свое желание Яна.

– Навязались на мою голову, оглоеды… – проворчала Ася и пошла выполнять их заказ по доставке к столу зелени.

– Сегодня съезжу в магазин и куплю мясо на шашлыки, – пообещал Леша.

– Как ты можешь есть мясо? – покосилась на него Яна.

– Странный вопрос… Почему бы и нет? – удивился Гусев.

– Ты патологоанатом! – напомнила ему подруга.

– Я помню. И что? Нормальная специальность, кто-то ведь должен…

– Копаешься в человеческом теле, в мясе… и ешь потом мясо? – расшифровала ход своей мысли Цветкова.

Леша слегка протрезвел, услышав такое.

– Ты, Цветкова, рассуждаешь, как маньяк-каннибал. Я уж жалею, что доверил тебе человеческие органы, потому что ты теперь совсем крышей-то поехала. С чего бы мне не есть мясо? Какая связь? Я люблю баранину, свинину, курятину… Не путай меня со студентами-первокурсниками, впервые попавшими в «анатомичку» и после того пару недель не способных есть. Все медики через это проходят, но потом все входит в норму.

– Ладно, не обижайся, я не то имела в виду, – захрустела маринованным огурцом, который лежал поверх говяжьего языка, Яна.

Ася разлила по рюмкам мутную жидкость.

– Что будете делать-то? – спросила она у друзей и натолкнулась на какое-то безучастие. Наконец Леша поднял мутноватые глаза:

– Говорят, есть один эксперт… по части химии – гений… которой может доказать что угодно, какой бы давности исследуемая ткань ни была…

– Опять ты за свое! – ужаснулась Ася. – Все еще хочешь исследовать органы умершего мужа Анфисы?

– Извини, но я ни о чем другом и думать не могу… Ведь только он способен найти следы отравы даже в костях… Я слышал о нем, очень странный человек. Фактически ни с кем не общается, отвергает все научные конгрессы и конференции. Но если к нему пробиться, то результат гарантирован.

Гусев тяжело вздохнул.

– Чтобы ты успокоился, я готова сходить с тобой к этому человеку, чтобы завершить историю, – вызвалась Яна.

– Два маньяка… – вздохнула Ася, понимая, что все разумные доводы и просьбы оставить тему не будут услышаны.

– Он живет в Норвегии, – сообщил Леша, выпил и поморщился.

– Ч-то?! – икнула Цветкова.

– Что слышала. Его зовут Марек Касински, он поляк по национальности.

– Твой сумасшедший химик живет в Норвегии, будь она неладна? – Яна поперхнулась.

Нет, ну такого просто быть не может!

– А что тебя удивляет?

– Я никогда там не была…

– Я тоже не был. И Ася не была. Ну и что?

– Надо же, за короткий промежуток времени я второй раз слышу именно про эту страну… Артур – тот парень, про которого я вам говорила, ведь тоже из Норвегии. Да еще жениться надумал!

– Но ведь не женился еще! – не понимала Ася. – Ах, ну да, задето твое самолюбие. Кто-то, на кого положила глаз ее величество Яна Карловна Цветкова, посмел думать о другой женщине…

– А ты, как всегда, язва! Что ж, я думаю, это судьба. Отступать, Леша, некуда, едем в Норвегию!

– Ты серьезно? – очень недоверчиво спросил Гусев, хотя в его глазах появились проблески надежды.

– Я же пообещала! Поэтому поеду. И не отступлю. Цветкова никогда никого не подводила и не подведет. Мы поедем с тобой к этому…

– К Мареку Касински, – подсказал Алексей.

– К нему. И спасем будущего мужа Анфисы, доказав, что предыдущий был отравлен. Только…

– Что?

– Даже если выяснится, что в останках ее покойного мужа есть яд, то что это докажет?

– Ты о чем?

– Не тупи! Докажет, что мужчина был отравлен, но совсем не докажет, что отравила его жена. Он мог получить яд где угодно! Враги, конкуренты, неудачно сходил в столовую, купил паленую водку… Ведь в выводах твоего гения не будет написано, что яд в его организм ввела Анфиса или как ее там?

Ася достала тонкую сигарету из пачки, закурила и поддержала подругу:

– В Яниных
Страница 15 из 15

словах есть доля истины. Вы докажете только, что произошло убийство, мужчина умер не своей смертью. Но кто именно отравитель, анализы не покажут.

Леша залпом выпил рюмку и тряхнул головой.

– А если химик найдет в останках всех ее трех умерших мужей один и тот же яд?

– Вот это уже зацепка, – согласилась Ася. – Все трое не могли пообедать в одной столовой. Тогда появится повод серьезно поговорить с их общей женой. А наши ребята умеют разговаривать. К тому же могут найти у нее яд или выйти на источник, откуда она его брала. Постойте! О чем вы? Какие еще останки трех мужей? С ума сошли! Вы что, решили все могилы разрыть?

– Не все, а всего три, – поправил Алексей. – А где они похоронены, я узнаю, беру это на себя.

– Ты будешь эксгумировать тела?! – спросила Ася, которая была юристом с большим опытом и знала, насколько тяжело добиться эксгумации хоть одного тела, насколько весомыми должны быть доказательства того, что эту процедуру необходимо провести. – Вы хотите, не имея никаких оснований, получить разрешение на эксгумацию трех тел, не проходящих по одному делу и никак не связанных друг с другом?!

Изумлению Аси не было предела.

– Кто сказал, что надо добывать какие-то разрешения? Не волнуйся, я найду способ, как все провернуть, – обнадежил ее Гусев.

– Так я и знала! – ахнула Ася, плеснула себе в рюмку самогона и тут же опорожнила ее.

– Ты чего пьешь одна? – надулся Леша.

– Штрафная! Мне же потом тебе передачки носить! А посадят надолго… – вздохнула она.

И даже Яна пошла на попятную после заявления Леши.

– Я согласилась поехать с тобой в Норвегию, но ни на что другое не подписывалась!

– А я никого ни о чем больше и не прошу. Меня оставили без работы, и я сам этим займусь, – сказал Алексей. – Причем займусь прямо завтра. Наливай.

– Аминь, – хмыкнула Ася.

Глава 8

Яну неожиданно попросили выйти на работу – заболела одна из ее коллег, а другой врач так удачно отдохнул в Турции, что сломал руку. Яна восприняла необходимость прервать отпуск скорее как благо, а не как нечто отрицательное. Потому что ей надо было чем-то заняться.

Она приняла пятерых пациентов, поболтала с девчонками, выпила кофе и уже была готова уходить, как к ней в кабинет заглянула девушка-администратор Виктория. Выглядела она очень встревоженной и обеспокоенной.

– Яна Карловна…

– Да, Вика?

– Пришел мужчина…

– Пациент? Ты вроде говорила, что на сегодня – все.

– Нет, он и не был записан… Пришел сейчас и требует вас, – пояснила Виктория.

– У него острая боль? – уточнила доктор Цветкова.

– Наверное…

– Вика, ты что? Соберись! Сам он что сказал? Что у него болит? – уточнила Яна в белом коротком халатике, белых, лакированных лодочках, и в сетчатых колготках телесного цвета. Ее длинные волосы были собраны в высокий пучок на затылке.

– Да ничего он не говорит! Трясется весь… глаза ненормальные… на бомжа похож. Я ему сразу же сообщила наши расценки, а он достал кошелек и показал, что у него много денег. И постоянно повторяет, что ему нужна Яна Карловна Цветкова. – Вику просто трясло.

– Ты же только что сказала, что он ничего не говорит.

– Не говорит… Произносит имя, отчество, фамилию, и все… Что делать-то? Я боюсь… Может, тревожную кнопку нажать?

– Зачем заранее-то? С ума сошла? Зови его! – приказала Яна.

– Есть! – послушалась Вика и скрылась за дверью.

Через несколько секунд в кабинет ввалилось… нечто. Неудивительно, что Вика говорила о посетителе с таким ужасом. Он выглядел хуже бомжа. Босые, покрытые слоем грязи и дорожной пыли ноги были засунуты в дешевые сланцы, которые непонятно как держались на ступнях, потому что ремешки были наполовину оторваны от подошвы. Дальше шли очень неказистые и очень грязные джинсы, а выше неопределенного цвета и рваная футболка с известной фотографией Эйнштейна – с высунутым языком. Длинные ноги и руки, довольно плотное телосложение и рыжеватые волосы много ниже плеч. Похоже было, что мужчине лет тридцать пять, хотя при таком его виде за точное определение возраста можно и Нобелевскую премию давать.

Яна почему-то решила, что ему не больше и не меньше и что она вполне заслужила премию.

– Яна Карловна Цветкова? – невнятно спросил странный посетитель.

– Это я, – мужественно держалась она.

Мужчина, нервно дернув плечом, представился:

– Марек Касински.

И зачем-то вытер о себя руки. Словно это могло его спасти. Или на него так повлиял белоснежный медицинский халат и безупречная внешность доктора, и мужчине стало стыдно за свой неопрятный вид. Но ларчик просто открывался: он всего лишь дожевывал кусок жирной пиццы и в самом деле элементарно вытирал пальцы.

– Марек Касински? – переспросила Яна. – Что-то знакомое… Ой, мне же о вас говорил Леша! Вы какой-то ученый из Норвегии!

– Да… если речь идет о Гусеве, – кивнул Марек, и длинная рыжая прядь упала ему на грудь, прямо на язык Эйнштейна.

Теперь было ясно, что говорил он несколько невнятно еще и из-за акцента.

– Да! Леша Гусев – мой друг! – оживилась Яна.

– Друг? – переспросил рыжеволосый детина. – Тогда это все меняет…

– Что меняет?

– Ну, вроде нехорошо без подготовки… – замялся странный гость.

– Говорите яснее. О какой подготовке речь? – поинтересовалась Цветкова.

– Вы лучше сядьте. – Мужчина икнул. – Извините.

– Да ничего…

Госпожа Цветкова почему-то подчинилась и взгромоздилась на кресло для пациентов. Юбка ее, и так небольшой длины, задралась, обнажив длинные ноги. Марек скучающим взглядом скользнул по ним и снова задумался. Неприлично долгая пауза могла бы еще затянуться, если бы Яна не окликнула его.

– Эй, Марек! Ау! Так что там с Лешей Гусевым?

– Я не знаю, что с ним сейчас, но он умер, – просто ответил странный посетитель.

– Как умер? От чего умер? Вы что такое говорите! Может, вы русский плохо знаете?!

– По-русски я говорю хорошо и понимаю не хуже. А Леша Гусев умер, совершенно точно. Эй, девушка, вы чего? Куда это вы заваливаетесь? Вот только этого не хватало!

Марек вовремя подхватил обмякшее тело доктора Цветковой, и Яна благополучно потеряла сознание, почувствовав, что она в надежных руках.

А когда наконец открыла глаза и увидела лицо, обрамленное рыжими волосами, простонала:

– О, нет… Значит, мне не приснилось…

И услышала ответ:

– Если вы насчет меня, то я вполне реален.

Яна приподнялась и обнаружила у себя на лбу мокрую тряпку.

– А то, что ты сказал? – уточнила она, резко переходя на «ты», потому что Марек Касински вдруг показался чуть ли не давним знакомым.

– Тоже правда… увы…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=22075201&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.