Режим чтения
Скачать книгу

Хранители равновесия читать онлайн - Владимир Лошаченко

Хранители равновесия

Владимир Михайлович Лошаченко

«Добро должно быть с кулаками» – эту истину российский студент Пашка Чернов усвоил с детства. И не просто усвоил, а применял на деле, за что и получил прозвище Ратоборец. Мог ли он знать, что однажды в новогоднюю ночь, спустившись в подпол за острой закуской, окажется в другом мире? Впрочем, Ратоборец Пашка и там пригодился. Ведь Орден Хранителей Равновесия, поддерживающий мир и справедливость во множестве параллельных миров, нуждается в отважных и беспощадных бойцах…

Владимир Лошаченко

Хранители Равновесия

Все события вымышлены, совпадения с реальностью случайны

© Лошаченко В., 2015

© ООО «Издательство «Эксмо», 2015

Глава первая

Зима в этом году выдалась удачная – теплая, с частыми снегопадами и большим количеством снега. Вот и сегодняшний предновогодний день порадовал горожан. Редкие большие снежинки кружились в воздухе, создавая праздничную атмосферу. Народ суетился на новогодних базарах и в магазинах, закупая подарки и деликатесы к торжеству. Так уж повелось исстари, главный праздник у россиян – Новый год.

Молодой человек в потертой кожанке с большой спортивной сумкой и небольшой елкой, перевязанной шпагатом, заскочил в вагон. За его спиной с мягким стуком закрылись двери, электричка, бодро мявкнув, неспешно отвалила от перрона. Упав на свободное место у окна, юноша бездумно уставился на проплывающие мимо городские постройки. Народ, обычно деловито молчавший в таких поездках, в этот день вел себя несколько иначе. Смех, шутки, анекдоты раздавались по всему вагону. Кроме Нового года, пожалуй, еще День Победы объединял незнакомых людей, делая их чуть ли не близкими родственниками.

Пассажиры в приподнятом настроении поздравляли друг друга с наступающим праздником, а некоторые нетерпеливые угощались горячительными напитками.

Пашка Чернов, вытянув ноги и прикрыв глаза, задремал – до нужной станции сорок минут езды.

Наш герой являлся весьма примечательной личностью. Его родители, очень достойные люди с твердыми жизненными и моральными принципами, воспитывали сына в любви и строгости. Результат превзошел все ожидания. Родная кровиночка переплюнула батюшку и матушку так, что они только руками разводили. Пашка с малолетства боролся за справедливость, потому и ходил постоянно с фонарями и царапинами. А когда пришла школьная пора, вот тогда родители поняли – главные испытания только начинаются. Мама-врач не успевала залечивать царапины и ушибы.

Вскоре вопрос встал ребром – ребенку нечего надеть в школу. Надо признать, у Пашки редкая неделя проходила без драки, ну а какой костюмчик выдержит подобное издевательство?! Папа-военный под нажимом любимой супруги выписал с полкового склада несколько метров хлопчатобумажной ткани цвета хаки, заплатив в кассе сколько положено. Парнишка с достоинством носил сшитую мамой уникальную школьную форму и на дразнилки одноклассников не реагировал. Родители вздохнули облегченно, но относительный покой их длился недолго.

В пятом классе, находясь на каникулах у деда, Пашка наткнулся на старый учебник истории. Не обратив внимания на год издания, он после недельной подготовки рванул в Африку освобождать негров от колониального гнета. Под Одессой Пашку с поезда сняла милиция. С родителями получился очень нелегкий и содержательный разговор. Впрочем, неприятное событие имело и положительную сторону – парнишка увлекся историей, а заодно и художественной литературой. Учился он хорошо, хромала лишь дисциплина, в дневнике частенько появлялись нехорошие записи. Правда, со временем их не стало, когда педагоги убедились, что хулиганства в действиях ученика Чернова нет, а драка – лишь следствие чьих-то непорядочных действий или слов.

Как ни странно, но первую кличку в школе Пашка получил именно от учителей – Ратоборец. У пацанов проще – Чернута. На прозвища он не обращал особого внимания, будучи от природы сообразительным и следуя завету деда: добро должно быть с кулаками. Пашка с пятого класса ходил на «Динамо» в секцию рукопашного боя. Устроиться туда помог отец. За три года он добился хороших результатов, и тренер Илья Спиридонович небезосновательно считал его весьма перспективным бойцом. К тому же Пашка обладал нужными качествами – волей к победе и большой работоспособностью. Кроме того, у него была очень быстрая реакция, а это, как известно, намного увеличивает шансы в поединке. Еще он отлично знал все тонкости и подлянки уличной драки.

Нет, Пашка не являлся твердолобым правдоискателем и не бросался голой грудью на танк, но и проходить мимо подлости и унижения слабого не мог. Отнюдь не всегда выходил победителем, но настойчиво доводил начатое до конца. Если в неблаговидном деле участвовало несколько плохишей, позже вылавливал по одному и жестоко избивал. В школе за ним вскоре установилась столь зловещая слава поборника справедливости, что с ним опасались связываться даже старшеклассники. К девятому классу достойных соперников у Пашки в школе не было.

Дотошный читатель в ожидании развития сюжета досадливо отмахнется от таких подробностей и будет совсем не прав. Именно из-за своих моральных принципов двадцатитрехлетний студент медицинской академии города Н-ска Павел Чернов влипнет в невероятную историю, которая радикально изменит его дальнейшую жизнь.

Однако обо всем по порядку. Пашка при всей своей честности и упертости слыл натурой увлекающейся, с некой долей разгильдяйства. Вокруг него всегда куча друзей-товарищей, он душа любой компании. Любящий и ценящий юмор, находящий язык с любым человеком – от дворника до министра, Чернота считался везде своим парнем, но близко к себе не подпускал – в плане личного и сокровенного.

На пятом курсе по весне с ним приключилась пренеприятнейшая история. Загремел в армию. И все из-за своего неуживчивого характера. Хоть и отслужил всего год, но время-то потерял. При всех идиотских последствиях Пашка о содеянном не жалел.

А случилось вот что. У них появились новые соседи этажом ниже. Молодые люмпены: муж с женой, переехавшие из частного сектора. Они оказались отмороженными меломанами – включали музыку во всю мощь, заставляя дрожать пол. Полное ощущение присутствия на дискотеке. Пашка по-хорошему предупредил пару раз невменяемую парочку, она не реагировала. А какая подготовка к сессии может быть под грохот колонок?! И Пашка, всегда рассудительный и выдержанный, сорвался. Вбухавшись в кроссовки, сбежал по лестнице на второй этаж и от злости рванул дверь с такой силой, что выломал замок. Откинув в сторону молодую девчонку, ворвался в комнату, где, обложившись пивными бутылками, сосед ловил кайф от оглушительного буханья колонок.

– Все, баклан, ты доигрался, – прорычал Пашка.

Ухватив одну колонку и выдирая провода, долбанул ею по голове любителя пива. То же самое он проделал и со второй, а музыкальный центр выкинул в окно. Сосед от радикальной воспитательной меры обгадился на месте и потом долго и безуспешно лечился от энуреза. Молодая жена его бросила, а сам он, разменяв квартиру, исчез с концами. Пашке эта выходка стоила нервов, да и не столько ему, сколько его родителям. Пришлось откупаться от урода, чтобы тот забрал
Страница 2 из 17

заявление из полиции.

Папа-полковник дал сыну ценный совет: иди в армию, целей будешь. Так малой кровью Пашка и отделался. Отслужив в третьей сибирской мотострелковой дивизии в звании сержанта на должности фельдшера санблока, вернулся в родной город. Встречаясь с бывшими друзьями, с удивлением понял, насколько изменились их жизненные приоритеты. Все, чем жили бывшие товарищи и однокурсники, показалось ему мелким и никчемным. Пашка не стал заморачиваться и уехал на все лето к деду Силантию в деревню. Потом, восстановившись в академии, до Нового года проработал охранником на автобазе. К спорту несколько охладел, да и некогда – штудировал учебники, восполняя пробелы в знаниях. В его отсутствие отец привел в порядок дачу, обустроил паровое отопление, и родители сказали сыну, что теремок о двух этажах на шести сотках полностью в его распоряжении. Намекнули о женитьбе и возможности выбора невесты. Дерзай, мол. С этим делом у Пашки не совсем складывалось. Любимая девушка не дождалась его из армии – уехала с каким-то заезжим иностранцем на ПМЖ в Германию. Один из старых друзей Витька Денисов по кличке Денис регулярно знакомил с молодыми особами, и довольно симпатичными. Сегодня, кстати, должен привезти новых подружек – договорились вместе встретить 20…5 год.

Пашка вдруг вспомнил прошедшее лето – классно отдохнул у деда, деревушка которого живописно раскинулась на крутом яру. Внизу извивалась неширокая, но глубоководная речка Чуня. После всех неудачных реформ и глупых преобразований с территории России исчезли тысячи деревенек и сел, но дедова деревня уцелела. Правда, от нее осталось с десяток дворов, в которых проживали большей частью пенсионеры. Остальные дома заброшены, заколочены.

Пашка помогал деду с его большим хозяйством – корова с телком, гуси, утки, куры и визгливое хулиганье – десять поросят, которых он поил, кормил и выгонял со двора на выпас. Научился доить корову – благодарная Зорька облегченно освобождалась от ценного продукта.

Целыми днями Пашка пропадал на рыбалке и в лесу – красота. Вечера ему скрашивала Варя, симпатичная брюнетка, тоже приехавшая погостить к родственникам. Два месяца идиллии на природе – есть о чем вспомнить…

Его пасторальные видения прервал женский визг. Открыв глаза, юноша увидел неприглядную картину – два отморозка из шумной компании, обосновавшейся в дальнем углу вагона, поигрывая выкидухами, пытались взять на гоп-стоп отчаянно верещавшую дамочку. Публика угрожающе заволновалась. Пашка, не раздумывая, метнулся на помощь женщине. Перед глазами мелькнула сталь, послышалась брань, перемежаемая низкопробной феней[1 - Феня – блатной жаргон. – Здесь и далее примеч. автора.]. Поворот корпуса, захват кисти с ножом, удар локтевого сгиба о колено – урод заорал, скрючившись в проходе. Второй грабитель, получив ногой в пах и ребром ладони по шее, прилег рядом с компаньоном. Пашка старательно тяжелым берцем раздавил ему пальцы на правой руке. Остальных недоразвитых повязали подоспевшие мужики – всю матерящуюся кодлу выкинули из электрички на ходу. В Сибири народ резкий и к разного рода беспредельщикам относится крайне негативно. В отдельных случаях дело доходило до самосудов, а это очень отрезвляет залитые пивом мозги.

– Не оскудеет земля дураками. Тьфу, чуть было праздник не испортили, – высказался Пашка и, ухватив сумку с елкой, поспешил к выходу – через пять минут его станция.

Легкий морозец, шапки снега на соснах, цокающие белки – красивое зрелище. Через полчаса Пашка открывал двери дачи. Первым делом затопил печь, продукты и алкогольную продукцию поставил на холодную веранду, а сам, накинув бушлат, направился во двор откинуть снег. До приезда гостей уйма времени, так что должен успеть подготовиться. В трудах и заботах полдня промелькнули незаметно. Пашка сделал генеральную уборку дачи, удивляясь про себя, откуда зимой скопилось столько пыли. Замариновал молодую свинину на шашлыки, к вечеру вытащил мангал и сложил возле него солидную охапку дров, поставив елочку в небольшой сугроб, полез за игрушками. Заканчивая обряжать лесную красавицу, услышал с аллеи жизнерадостный гогот и девичий смех. Понятно, Денис в своем репертуаре – ездит по ушам и травит байки прекрасной половине человечества. Вскоре троица гостей появилась на расчищенной дорожке дачного участка. Познакомились – Галина и Светлана. Хорошенькие девушки девятнадцати-двадцати лет с румянцем во все щеки, двигались отточенно, грациозно.

– Вы, наверное, «художницы»? – поинтересовался Пашка.

– Ага, третий курс ИФК, факультет гимнастики, – подтвердила Светлана, озорно сверкая большими карими глазами.

Ввалившись гурьбой в дом, распределили обязанности. Мальчики готовят шашлык, а девочки – салаты и легкие закуски. Пашка для поднятия тонуса девушкам включил музыкальный центр «Эленберг» – из динамиков полилась спокойная легкая музыка. Разведя в мангале огонь и неспешно подкидывая чурки, парни обменивались новостями. Витюха Денисов – личность яркая и колоритная – успел отучиться в трех институтах и сейчас грызет гранит науки на историко-философском педагогической академии второй год.

– Слышь, Чернота, Галина – моя девушка, а Светлану я для тебя привез. Смотри, не перепутай, студент, – забеспокоился Денис.

– Ну это вряд ли, – буркнул Пашка, кидая окурок в пламя мангала.

Действительно, девушек спутать – это постараться нужно.

Светлана – жгучая брюнетка с короткой стрижкой, а Галина блондинка с локонами до плеч и синими глазами. Как говорится, день и ночь.

К десяти часам вечера компания уселась за круглым столом. Девушки постарались, закуски радовали глаз, от шашлыка исходил непередаваемый аромат. Зазвенели бокалы – начали с шампанского. Где-то к одиннадцати вечера обнаружилось, что к водочке в запотевших графинах не хватает острой закуски. Собственно, вякать стал Денис, девушки пили вино и соответственно отнеслись к проблеме индифферентно.

– Хорошо, что напомнил, у нас же в подполе разные соленья-варенья. По-моему, даже грузди есть. – Пашка в задумчивости почесал затылок.

У Дениса рефлекторно дернулся кадык.

– Так чего стоим, кого ждем? Что есть в печи, на стол мечи, – заблажил он.

Пашка вздохнул и поплелся на кухню. Открыв крышку люка, спустился по короткой лесенке, на ходу нашаривая выключатель. В небольшом погребе довольно прохладно.

«Надо было куртку накинуть, – подумал он запоздало, зябко передергивая плечами. – Ага, вот и огурчики. Так, а где у нас грибы?» Притащив поочередно банки к лестнице, Пашка с огурцами шагнул на первую ступень. Внезапно погас свет. Не успев выматериться, парень почувствовал толчок, затем возник калейдоскоп цветных пятен в глазах и раздался резкий свист. Проморгавшись, Пашка озадаченно оглянулся.

– Ешкин кот, в лето попал!

Он стоял посреди проселочной дороги, а вокруг одуряюще пахло разнотравьем и земляникой. Березовые рощи, стрекот кузнечиков, жаворонок в синеве неба пел свою песню. Вокруг порхали бабочки – обычная картина среднерусской полосы. Юноша, не выдержав мгновенной смены зимы на лето, присел на обочину, поставив рядом банку с огурцами.

– Что за бред, на «белочку» не похоже, да и не пью я в таком количестве.

Серое
Страница 3 из 17

вещество, напрягшись, выдало ответ: «Сон, это всего лишь сон».

Пашка облегченно рассмеялся, но на всякий случай ущипнул себя за ногу.

– Больно.

О разных «попаданцах» читал, у него скопилась неплохая подборка фантастики, но в реальность подобных ситуаций не верил. Чтоб он стал «попаданцем»? Да это все равно что в России лотерейный билет на сто миллионов баксов получить! А значит, это все-таки сон.

Что же, двинемся навстречу волшебным приключениям в стране грез. Пашка, ухватив банку, бодро зашлепал сланцами по дороге, удивляясь по пути, ну как он мог заснуть у лестницы, ведь выпили всего ничего.

– Дойду до ближнего колка, вон до тех березок, и проснусь.

Отчаянно фальшивя, просвистел куплет модного шлягера. Из-за поворота донеслось:

– Не свисти, милок, денег не будет.

– Оба-на, кто это у нас тут?

За изгибом дороги, на траве, сидела старушонка в синем сарафане, белом платочке и вьетнамских кедах на босу ногу. Старушка протянула руку и дребезжащим голосом попросила:

– Угости бабушку, добрый молодец, с утра маковой росинки во рту не было.

Пашка, на миг растерявшийся, отреагировал – открыл капроновую крышку и поставил рядом со старушкой.

– Извините, но у меня, кроме огурцов, ничего нет.

Бабушка улыбнулась:

– Достань парочку, много ли мне надо, болезной. Спасибо тебе, вьюнош, спаси тя Христос. Банку-то забери.

Пашка в легком ступоре слегка поклонился и отправился дальше. Не успел сделать и двух шагов, как услышал сзади неуместную в данной ситуации фразу:

– Первый тест пройден.

Резко обернувшись, никого не увидел – бабулька исчезла.

– Чудеса, а впрочем, чего только во сне не бывает, – сказал и, благодушно махнув рукой, продолжил путь-дорогу.

До колка – молодой березовой поросли – оставалось не более пяти метров, пора просыпаться. К сожалению, получилось не то, что задумано, а то, что получается всегда, когда хочешь сделать как лучше, – обычная российская ситуация. Внезапно из ближних кустов донесся женский крик:

– Помогите, убивают, насилуют!

Затрещали ветки, и на открытое пространство вырвалась красивая блондинка в разодранной блузке и белых шортах. Девица, сошедшая с обложки глянцевого мужского журнала, с писком бросилась к Пашке, явно ища у него защиту, и шустро спряталась за его спиной. Следом за ней выломился здоровенный бородатый мужик в красной косоворотке, подпоясанный почему-то бельевой веревкой. Бугай в два прыжка оказался рядом. Пашка рефлекторно метнул в него банку и попал точнехонько в лоб. Мужик, мелькнув каблуками сапог, грохнулся оземь. Банка, как ни странно, уцелела и откатилась на траву. Девушка восторженно зааплодировала.

– Вы настоящий рыцарь. – и впилась в губы жарким поцелуем.

Блондинка выглядела столь ослепительно, а разорванная блузка открывала вид на такую упругую грудь с розовыми сосками, что у Пашки от нестерпимого желания заныли зубы и прочее. Красавица, видимо, правильно оценив состояние парня, хмыкнула и поцеловала его в шею. Стрельнув огромными зелеными глазищами, выдала странную фразу:

– До свидания, мой рыцарь, советую заглянуть в теремок за рощицей.

Пашка, подобрав банку, услышал за спиной:

– Второй тест пройден.

– Ыть.

Резко обернулся – никого. Исчезла обольстительница в белых шортах. Мало того, лежавший без сознания сексуальный маньяк не наблюдался в пределах видимости.

– Бесовщина какая-то, – пробормотал юноша.

Подойдя к березкам, увидел дом, построенный в псевдорусском стиле. Действительно, теремок – с высоким крыльцом, ажурными ставнями, стены из рубленых лесин.

– Загляну ненадолго, чисто из любопытства, – успокаивал себя Пашка.

Открыв входную дубовую дверь, оказался в клети, выполнявшей роль кладовки. Везде висели гирлянды лука, чеснока и красного перца. Вдоль стен стояли мучные лари и мешки, видимо с крупами. Из клети попал в довольно большую и светлую комнату без мебели, лишь кованые сундуки вдоль стен числом семь. Подняв крышку первого попавшегося, Пашка невольно ойкнул. Сундук, поделенный перегородкой на две половины, оказался полнехонек золота. Слева – золотые монеты, справа – бруски желтого цвета. Взял один в руки:

– Тяжелый, зараза.

Прочитал на нем:

– «Императорский Российский банк».

Сверху отчетливо просматривался в выдавленном кружке двуглавый орел. На обратной стороне бруска – четыре девятки. Высшая проба. Осторожно положив брусок на место, взялся за монеты. Среди червонцев царской чеканки обнаружились золотые гинеи 1664 года выпуска и соверены 1750 года. Высыпав монеты обратно в сундук, закрыл крышку. Его внимание привлек неказистого вида сундучок, стоявший особнячком.

– Странно, такое богатство и без замков, – удивлялся Пашка.

Увиденное в сундучке заставило зажмуриться – ограненные драгоценные камни излучали ослепительный блеск. Чего тут только не было – огромные бриллианты, рубины, изумруды и жемчуг редких цветов. Розовый и черный.

– Да тут камней ведер десять, ни фига себе.

Поворошив пальцем камушки, без сожаления покинул комнату. Почему не стал набивать карманы золотыми? И, вывалив из банки огурцы, насыпать туда камни?

Во-первых, ясен пень, что это сон, а во-вторых, у сокровищ должен быть хозяин. Да и вообще он не так воспитан: брать чужое – большой грех, а Пашка честный человек. Из сокровищницы попал в большой зал, обставленный вполне современной мебелью, даже плазменный телевизор на стене. У окна, на широченной тахте, застеленной пушистым пледом, полулежал седой мужчина в барском халате и бежевых вельветовых брюках. Хозяин увлеченно играл сам с собой в шашки, периодически разворачивая доску.

– День добрый! Извините за вторжение. – Пашка смущенно переминался с ноги на ногу.

– А, Павел Игнатьевич пожаловал. Здравствуйте, здравствуйте. – Хозяин развел руки, словно хотел обнять гостя, но вместо этого энергично пожал юноше руку. – Ничего, что я к вам на «ты»?

В ответ Пашка лишь пожал плечами.

– Разрешите представиться, Петр, э-э, Петрович Архангелов. Прошу к столу.

Пашка, повернувшись вполоборота, обнаружил квадратный стол, покрытый белоснежной скатертью и уставленный всевозможными яствами. Чернота мог поклясться, что стола раньше здесь не было.

«Чудеса продолжаются», – мелькнуло в голове.

– А баночку можешь на буфет поставить, – подсказал Петр Петрович.

Насыщались долго и обстоятельно. Завершив трапезу, хозяин вдруг протянул:

– Ра-ада, где чай?

– Несу, несу, – послышался знакомый голосок, и из неприметной двери выплыла давешняя красавица, держа в руках огромный самовар. В зеленом сарафане до пола и кокошнике, скромно потупив глазки, хлопнула самовар на стол и тихо удалилась. Ну прямо боярская служанка XV века. Так и хотелось крикнуть:

– Верю, верю!

Заметив остекленевший взгляд парня, Петр Петрович улыбнулся:

– Хороша девчонка, а?

– Да уж, – провякал Пашка, с шумом отхлебнув чай из блюдечка.

– Познакомишься с ней поближе, тогда откроешь в ней массу достоинств. Рада не только талантлива, но и боец первостатейный.

– Кто боец? – Пашка аж поперхнулся.

– Как кто, Рада, конечно. Вижу, у тебя появилась масса вопросов. Спрашивай. Для начала отвечу – это не сон.

Юноша тупо посмотрел на хозяина.

– Видишь ли, Паша, пришлось пригласить тебя в гости, здесь другое
Страница 4 из 17

временное измерение. Ты слышал о множестве параллельных миров?

– Читал кое-что, но это же сказки, досужие вымыслы писателей-фантастов.

Хозяин, отвалившись на стуле, лукаво улыбнулся:

– Да нет, не сказки, тут ваши фантасты верно угадали. Скажи, Паша, как ты относишься к злу?

Молодой человек пожал плечами.

– Как и все. Его нужно уничтожать.

– Правильно, вот ты этим и займешься под нашим чутким руководством.

– А вы, собственно, кто?

– Служба равновесия, а я главный координатор… Кстати, иногда приходится сталкиваться с представителями так называемого добра – их намерения сам знаешь, куда ведут.

Пашка, дернувшись, пытался было закончить мысль хозяина, но тот прижал палец к губам:

– Не нужно лишний раз упоминать о преисподней. У меня к тебе, Павел, последний вопрос: веришь ли ты в Господа Бога?

Устав удивляться необычному разговору, юноша утвердительно кивнул.

– Верю, в душе, но, грешен, в церковь редко заглядываю.

Координатор осуждающе покачал головой:

– Довольно легкомысленно с твоей стороны. Молитва – благое дело.

Пашке отчего-то стало стыдно.

– К сожалению, ни одной молитвы толком не знаю, – пробормотал он, краснея.

– Это ничего, научим, подправим, ты ведь один из лучших представителей молодого поколения великой страны. Третий тест прошел с успехом – значит, можно приступить к инициации.

– Выходит, это все ваши шуточки, устроили экзамен, понимаешь ли, – вскипел Павел.

– Стоп, стоп. – Архангелов примиряюще поднял руку. – А ты чего хотел? Мы в нашу службу берем с очень большим разбором и довольно редко, надо признать. Моральные качества так же важны, как физические. Хранители следят за тобой с детства. Ты отмечен Богом, у тебя огромный потенциал и хорошие данные. Для проявления твоих способностей и нужен некий обрядовый процесс.

– Ух ты, дак я чё, стану магом? – Пашка запрыгал на стуле.

Хозяин поморщился и посмотрел на парня, словно на дауна.

– Павел Игнатьевич, ну что вы, право, фэнтези начитались, да?

– А что, я ничего.

И, не удержавшись, спросил:

– Скажите, Петр Петрович, а эльфы всякие, орки и гномы существуют? И неужели магии вообще нет?

В ответ раздался хохот. Вытерев белоснежным платком выступившие слезы, координатор, вздохнув, выдал:

– Господи, кого мы на работу берем, а ведь это один из лучших. Все ваши фэнтези – сказочки для детей младшей ясельной группы, а читают их вроде взрослые люди. Нет таких существ в природе, их выдумали писатели, как, впрочем, и инопланетян – зеленых человечков. Других разумных существ, кроме человеческой расы, не существует – прописные истины надо бы знать, молодой человек. По поводу магии и прочей богопротивной ереси – да, существуют в некоторых мирах, но явление столь редкое, что и говорить пока о них не стоит. Не вижу энтузиазма в ваших глазах, юноша. Или не желаете влиться в наши ряды? Между тем перспективы и условия у нас прекрасные.

– С этого места поподробнее, пожалуйста.

Архангелов вместо ответа заорал:

– Рада, где тебя носит?!

– Чего изволите, барин? – высунулась из-за портьеры девчонка.

– Иди сюда, хватит придуриваться. Объясни Павлу все прелести нашей работы, в смысле – условия, оплата, премии.

Рада выскочила из трапезной, вернулась через пять минут с кожаной папкой в руках и совершенно в другом виде. В строгом брючном костюме, в белоснежной блузке, застегнутой под горло, и очках с дымчатой оправой Рада являла собой пример неприступного делового референта. Усевшись рядом с Пашкой, вытащила из папки несколько бланков и дала для ознакомления. Первым документом оказалась подписка о неразглашении с довольно неприятной концовкой: «Болтливому сотруднику – высшая мера путем усекновения головы».

– Круто у вас, – пропыхтел Пашка, тем не менее поставивший свою подпись антикварным гусиным пером, макая его в бронзовую чернильницу.

В последующих четырех бланках по пунктам перечислялись условия работы и величина оплаты, премий, бонусов и командировочных боевых. Отпуск – два месяца, полная медицинская страховка, социальные гарантии. Отдельной строкой записано: «Пятьдесят процентов добытых трофеев принадлежит работнику, вторая – службе». Пашку поразили три вещи: продолжительность жизни рядового хранителя – тысяча лет, оплата – голый оклад – составляла восемьдесят тысяч мировых кредитов. В скобках указано: «Один кредит – тридцать рублей».

– Ни хрена себя зарплата, чуть не два с половиной миллиона.

И последнее: возможность отдыхать в отпуске на любом курорте иномирья – услуги телепорта оплачивала служба.

Рада шлепнула перед ним чистый лист бумаги.

– Пишите заявление о приеме на работу в качестве оперативника на имя главного координатора.

Пашка не задумываясь нацарапал заявление, но перед тем, как поставить подпись, тормознул.

– А как же моя учеба, госы через полгода? Что за врач без диплома?

– Не волнуйся, Павел, мы дадим тебе возможность не только институт окончить, но и поработать по специальности два года. Предупреждаю сразу, будет трудно – одновременно станешь проходить наши ускоренные курсы. Твой учитель-наставник сидит рядом с тобой. – и куратор слегка улыбнулся.

Пашка, резко выдохнув, поставил подпись, число и год.

– Рада, подготовь все для обряда, а я пока переоденусь.

Оба исчезли из трапезной, а юноша призадумался. Не свалял ли он большого дурака? Куда он, собственно, залез? Но назад хода нет. «Ничего, прорвемся», – хорохорился Пашка. Утешала мысль, что это все-таки сон.

* * *

Ожидание затянулось – Пашка провел в одиночестве полчаса. Пробовал включить телевизор лентяйкой – бесполезно. Помаявшись, осмотрелся и, заметив большой книжный шкаф, заинтересовался. К сожалению, все книги на незнакомом языке, а некоторые тексты – сплошь иероглифы и руны.

Наконец объявилась Рада.

– Мой рыцарь, следуйте за мной.

– Нет, ну до чего нахальная особа – уже «мой рыцарь». Впрочем, все женщины – страшные собственницы, – бурчал под нос Пашка.

Открыв одну из дверей, зашли в обыкновенный лифт, который стремительно ухнул в сторону. Выйдя из кабины, уселись в маленький вагончик – тот через десять минут доставил их к тупику пещеры. Огромная бронированная дверь бункерного типа открылась легко: Рада нажала на неприметный камешек в стене – и проход свободен. В коротких отсеках таких дверей оказалось три. Перед входом в главный зал Рада завязала глаза юноше повязкой и взяла его под руку. Шли недолго, по гулким звукам шагов Пашка понял – они находятся в большом зале. Когда сняли повязку, обнаружил себя стоящим перед алтарем в виде креста из красного камня. Вокруг с зажженными факелами в руках в белых балахонах и масках стояло не менее десяти человек. Был здесь и Петр Петрович в таком же одеянии с большим крестом на груди, но без маски.

– Раздевайся, Павел, и ложись на алтарь. – Рада, выйди.

– Ой, ну опять! Хоть бы разок дали посмотреть.

– Цыть, нишкни.

Строптивую девчонку словно ветром сдуло.

Сложив аккуратно на песок одежку, парень улегся на камень. Народ с факелами затянул молитву, воздух в пещере задрожал, затрепетало пламя факелов.

– Потерпи, Павел, сейчас больно будет.

Юноша с удивлением увидел, как Архангелов, перекрестившись, протянул к нему руку. Указательный палец засветился золотом,
Страница 5 из 17

вот этим перстом он и ткнул Пашку чуть выше левой груди. Такое впечатление, что приложили раскаленный гвоздь. Парень стиснул зубы, к боли ему не привыкать. Напевная молитва не умолкала ни на минуту, факелы придвинулись ближе, взяв алтарь в кольцо. Внезапно на Пашку упала колонна нестерпимого белого сияния. Сознание померкло, в себя Пашка пришел уже в тереме Петра Петровича.

– Попей, Паша. – Хозяин напоил юношу из фарфорового кувшина чем-то горьковато-кислым. Заставил выпить не менее литра.

– А теперь спи, организму нужен покой от встряски. – Архангелов положил Пашке на лоб прохладную ладонь.

Глаза закрылись, веки отяжелели, и вскоре парень уснул глубоким спокойным сном.

– Ну вот, нашего полку прибыло. – и Петр Петрович вышел из комнаты, закрыв бесшумно за собой дверь.

Как оказалось потом, Пашка продрых трое суток, о чем ему сообщила Рада. Приняв душ и посетив туалет, он чувствовал себя прекрасно, одно свербило в душе – там Новый год, ребят бросил, тоже хозяин называется.

– Не переживай, рыцарь, у тебя на даче все в порядке. Ждут с огурцами. – И зловредная Рада расхохоталась. – Тебе пора, иди по дороге. За поворотом, где встретил старушку, попадешь в свой родной погреб.

На крыльце объявился Архангелов.

– До свидания, Павел, через два земных года увидимся.

Рада, немного проводив юношу, на прощание так поцеловала, что Пашка стал посматривать на ближайшие кустики, дабы уединиться в них с красавицей. Блондинка, сексапильно изогнувшись в его объятиях, заметила:

– Пашенька, не о том думаешь, дуй домой, скоро встретимся. Банку не потеряй, рыцарь.

– У-у, заноза! Не может без подколок.

Не сделав и двух шагов за поворотом, Пашка оказался в родном подполе – возле лесенки стояла банка с грибами, люк открыт. Из зала доносилась музыка и пахло всякими вкусностями. Появление Пашки с соленьями никого не удивило, воплей Дениса: «Ты где пропадал, мы тут заждались», – не последовало. Словом, нормальная ситуация – хозяин отлучился ненадолго, всего и дел-то. Девчонки кинулись раскладывать огурчики и грибы на две большие тарелки, а Витюха сосредоточенно наполнял рюмки холодной водкой. Денис постучал вилкой по графинчику, привлекая внимание.

– Ребята, проводим старый год с надеждой, что новый принесет нам больше радости и меньше огорчений.

Девушки расслабились, исчезла некоторая зажатость – видимо, поняли, что попали в компанию нормальных, порядочных парней. Потанцевали, а в двенадцать ночи встретили Новый год во дворе у елки. Прекрасный получился праздник, лишь Павел иногда уходил в себя, уставившись остекленевшим взглядом в одну точку, – вспоминал сон. Надо же, как все реалистично выглядело, а Рада – это нечто. Светлана, видимо, запавшая на парня, оказывала ему знаки внимания, ухаживала за столом и приглашала потанцевать. Часа в три разошлись парами на отдых.

Оказавшись в спальне, Светлана взяла инициативу в свои руки. Приятно, когда тебя раздевает девушка. Гимнастка оказалась несколько неумелой в любовных утехах, но ласковой и страстной. Пашка, немного выбитый из колеи (Рада мелькала перед глазами), не осрамил род Черновых. Довольная Светлана ластилась и мурлыкала у него на груди. При свете ночной лампы точеное тело девушки навевало грешные мысли. И вот на самом интересном месте, когда Пашка собрался идти в очередную атаку, его пассия вдруг спросила:

– Пашенька, а что за странная татуировка у тебя на груди? Если секрет, то можешь не отвечать.

Издав нечленораздельный хрюкающий звук, юноша метнулся к трюмо, по пути включив верхний свет. На левой груди – странный знак. Круг размером с пятак и на синем фоне отливающий золотом крест.

«Ой! Значит, не сон. Значит, все правда. Какой, на хрен, из меня защитник, то есть хранитель, тьфу. Уменья только хулиганам морды бить. Чё делать, куда бечь?»

Нет, Пашка не испугался, просто ситуация образовалась настолько дикая, что сознание отчаянно сопротивлялось. К тому же парень являлся ярым материалистом.

– Светочка, я чичас, одну минуту! – И как был голый, так и выскочил из спальни. Забежав в зал, схватил графин с водкой и налил полный фужер. Выпил одним глотком, словно воду, не почувствовав вкуса. Набулькал второй – стресс нужно срочно снимать, а то мозги закипят. Закусив долькой лимона, сел к столу отдышаться, подумать.

«А чего, собственно, раньше времени суетиться? Ну хранители, ну наводят революционный порядок, ну и пусть. В конце концов, бьются-то за правое дело, не мелочь по карманам тырят. Научат, подскажут!» Он вспомнил, что предстоит встреча с Радой, это подняло ему настроение.

– Пора идти, девушка, поди, заждалась.

* * *

Чем ближе подступала дата госэкзаменов, тем меньше свободного времени оставалось у будущего медикуса. Спорт почти забросил, оставил только утренние пятикилометровые пробежки для поддержания формы. Со Светланой периодически встречались – обоих устраивала необременительная связь. Может, девушка и рассчитывала на большее, но пока тактично молчала. Пашка сдал экзамены хорошо, но имел в душе некоторый раздрай. При вручении дипломов бывшие студенты радовались от души, лишь только он сидел за банкетным столом с хмурой физиономией.

Пашка окончательно осознал: медицина – не его призвание. Получается, занимал чужое место, пошел на поводу у мамы, балбес. Конечно, труд врача благороден, врач спасает, лечит людей, но, как только он представлял, что каждый день придется заниматься нелюбимым делом, настроение сразу портилось. Родителям ничего рассказывать не стал – незачем раньше времени огорчать.

Он решил погостить у деда и, предвкушая летний отдых, собирал рюкзак, упаковывал рыбацкие снасти. В день перед отъездом пошел по магазинам кое-чего прикупить. Наткнувшись в спорттоварах на японское удилище-шестиметровку, не удержался и приобрел деду в подарок. Ближе к вечеру забежал попрощаться с папой и мамой – те нагрузили кучей свертков и пакетов. При прощании мама всплеснула руками:

– Чуть не забыла! Тебе повестка, Павлик. Признавайся, что натворил в этот раз?

Пашка озадаченно вертел официальную бумажку, недоуменно пожимая плечами.

Встрял отец:

– Павел, твоя явка обязательна, контора-то серьезная, ФАБ[2 - ФАБ – Федеральное агентство безопасности.].

На следующий день, сдав на вокзале билет, он поехал в Серый дом. Оказывается, вызвали его в ОБЭП – отдел борьбы с экономическими преступлениями.

Сидя перед следователем и чувствуя себя абсолютно невиновным человеком, Пашка искренне не понимал, зачем его вызывали. Следователь – невзрачный мужичонка в штатском – сразу взял быка за рога.

– Павел Игнатьевич, явка с повинной значительно облегчит вашу участь.

– А в чем дело-то, гражданин начальник?

Следак нехорошо улыбнулся:

– Признайтесь, вам сразу станет легче жить.

– В чем? – лаконично спросил Пашка.

Гэбист взвился и, хлопнув по столу, заорал:

– Прекрати валять дурака, здесь тебе не тут! Я следователь наркоконтроля. Знаешь, что тебе положена расстрельная статья?

Пашка обалдело смотрел на кипящего, словно самовар, мужика.

– Извините, но я, видимо, не туда попал, мне нужен ОБЭП. – и поднялся со стула.

– Сидеть на месте, ты попал куда нужно, в нашем отделе ремонт, вот и работаем здесь временно. Да что я перед тобой отчитываюсь,
Страница 6 из 17

выкладывай все по наркотрафику.

Подобного выверта гражданин Чернов не ожидал, потому и зашелся в диком хохоте.

– Ну вы и шутник, господин следователь.

– Какие тут шутки, на ваш банковсий счет пришел перевод из Первопрестольной на двенадцать миллионов рублей.

Следователь уставился на потенциального наркобарона добрыми глазами анаконды. Пашке на миг поплохело.

– Это что, зарплата за полгода? Тогда маловато будет. А может, платят как стажеру?

Дальше допрос больше напоминал препирательство. Пашка смикитил – у органов нет никаких доказательств, а на нет и суда нет.

– Откуда мильоны?

– А не ваше собачье дело. Презумпцию невиновности никто не отменял.

Служитель Фемиды мурыжил Пашку еще три дня, но в конце концов отвязался. Обозленный парень заявил, что работает в закрытом спецучреждении и давал подписку о неразглашении – выложил чистую правду. А на все наглые вопросы следователя, решившего, что он накрыл крупный наркотрафик и предвкушающего карьерный рост и дождь наград, заявил:

– Предоставьте факты моей преступной деятельности, искать улики – ваша работа. Нет ничего, тогда пошли на фиг, а я поехал отдыхать на природу.

* * *

Отвязавшись от придурочного следователя, Пашка на вокзале наконец купил билет на проходящий поезд Москва – Владивосток. Затем с легким сердцем запрыгнул в вагон пригородной электрички, направляясь на дачу.

Идя по аллее дачного кооператива «Волна-2», Пашка мурлыкал незатейливую песенку:

И солнце б утром не вставало,

И солнце б утром не вставало,

Когда бы не было меня.

А с кем дружу я, дружу с Серегой,

С советским маршалом простым,

Он за меня в огонь и дым…

А с кем я сплю, а сплю я с дамой

Красивой дамой из ЦК —

Там у меня своя рука…

В последние два дня шутливая песенка далеких лет прямо-таки привязалась к Пашке.

А что я ем, а ем я осетрину,

Простую русскую еду —

Ее ловлю в своем пруду.

А что я пью, а пью коньяк я.

Простой армянский коньячок.

Есть у меня свой родничок.

А без меня, а без меня

И солнце утром не вставало,

И солнце утром не вставало,

А если б не было меня.

Последние строчки припева Пашка пропел на автомате, уставясь на большую зеленую лягушку, вольготно расположившуюся на крыльце. Парень любил братьев наших меньших, а потому не стал гнать земноводное веником.

– Ну здравствуй, красавица.

Лягушка в ответ заквакала и доверчиво прыгнула в его ладонь.

– Заходи в гости, молоком угощу.

В воздухе раздался еле слышный смешок.

«Почудилось», – решил Пашка и поволок гостью на кухню.

Себе приготовил яишенку, а лягушонке налил блюдце молока. Пока поглощал ужин, рассказал ей анекдот:

– Вот в чем секрет крепкой и дружной семьи Ивана-царевича с лягушкой. Иван крепко пил, как махнет стакан-другой, так жена превращается в секс-бомбу из стриптиз-клуба. А она по этому поводу и не квакала.

Лягушка, допив молоко, припрыгала к столу. Устроилась на подставленной Пашкой ладони, вытянула губы трубочкой – мол, поцелуй. Раздался звонкий смех, юноша встрепенулся:

– Рада, где ты? Объявись.

Хохочущая красавица обнаружилась у дальнего конца стола.

– Здравствуй, мой рыцарь, – промурчала она с некоторым подтекстом, сверкая зелеными глазищами. Юношу пробрало всерьез – аж мурашки поползли по спине. Рада, одетая по случаю лета в легкомысленный топик и короткую юбчонку, вызывала жгучее желание овладеть ею тут же, невзирая на присутствие лягушонки. Гостья с понимающей улыбкой посмотрела на Пашку:

– Покажи свою дачу, а ты сгинь. – она небрежно махнула рукой в сторону лягушки, и та исчезла.

Парень таращился во все глаза:

– Никак магия?

– Не обращай внимания. Так, безобидная шутка. Это еще не магия.

Экскурсия по дому, как и следовало ожидать, закончилась в спальне. Оказывается, и блондинки бывают страстными, ну а Рада, в частности, вообще тайфун. Измочаленный Пашка пришел в себя на третий день. Опять пропал билет на поезд.

– Это мелочи, готовься, у тебя впереди трудный учебный процесс. Для его выполнения необходимо прикупить пару участков по соседству. Сегодня едем к нотариусу – оформляем доверенность с правом купли-продажи на мое имя. К своему дедушке отправишься завтра, на месяц, не больше. В деревне не лежать пузом кверху, а изучать материалы, которые тебе дам. Через два года у тебя начинается стажировка, не хочу твоей гибели, а потому буду обучать на совесть.

Обратив внимание на жесткий взгляд девушки, Пашка внутренне поежился. Оформив все юридические дела, на следующий день он укатил на отдых.

Рада, оставшись на хозяйстве, развила кипучую деятельность. Ближайшие соседи, не выдержав легкого ментального воздействия, продали свои участки, причем за неплохие деньги. Через три дня на бывших дачах грянула реконструкция и грандиозная стройка. Некоей строительной фирме-подрядчику посулили приличный куш, и та нагнала кучу техники и рабочих.

Затем Рада беспрепятственно прошла на прием к начальнику местного управления ФАБ, генералу С. Молодая ведьмочка – определение не совсем точное – обработала генерала в пять минут. Больше вопросов у органов к Чернову Павлу Игнатьевичу не возникло. Посчитав свою миссию законченной, Рада выпорхнула из «высокого» кабинета. Через неделю непутевого следователя вызвали на ковер… И в результате загнали далеко на периферию участковым.

* * *

Пашка с интересом листал толстенный том «Основы магии», лежа на сеновале. Книгу ему вручила красавица с требованием ознакомиться и иметь для начала общее представление о сути дела.

– Как же так? Архангелов ведь утверждал, что магии нет!

– Ай, не обращай внимания, очередной бзик, модные веяния. Между прочим, Петр Петрович сам архимаг. Ладно, потом разберешься.

Чем дальше Чернота погружался в книгу, тем больше обалдевал. С тем, что он читал раньше в фэнтезийных романах, – ничего общего. Правда, в одном авторы сказок для взрослых не ошиблись – магам или колдуньей может быть только тот, у кого есть врожденные способности. Пашка, листая увесистый том и понимая с пятого на десятое (текст, к счастью, на русском, но с ятями), лишь удивлялся:

– Где заклинания и сложные плетения?

Просмотрев весь фолиант, призадумался – было над чем поразмыслить. По сути, «Основы магии» являлись некоей базой, на основе которой можно овладеть разными направлениями магического искусства. Оказывается, опытный маг мог черпать силу, энергию везде: в самой природе, космосе, различных тектонических разломах. Процесс медленный, но верный. Тут же давалась сноска: во многих мирах магия отсутствовала как таковая. Причина одна – нет у человеческих рас к ней предрасположенности. На Земле дела обстояли получше, но ненамного: один потенциальный маг – на миллион жителей. Времена инквизиции в Средние века не прошли даром, много талантливого народа взошло на костер, еще больше погибло невинных.

Для себя Пашка уяснил одно – начинать нужно с медитации, а потому после утренней пробежки подолгу сидел на крутом берегу с закрытыми глазами. Сначала по методу йогов, созерцая свой пупок, ожидая мерцающего сияния, – не дождался. Перестав маяться дурью, дальше действовал точно по книге. Дней десять изображал из себя статую Будды, пока не добился первых результатов. Дед уже начал беспокоиться за умственное
Страница 7 из 17

здоровье внука – ничего, обошлось. Месяц пролетел незаметно, пора домой, в каменные джунгли.

«Как там Рада? Первым делом познакомить ее с родителями, а то как-то нехорошо получается. Она здесь надолго обосновалась, да и предков успокоить: хотели невесту – получите».

Глава вторая

С вокзала Павел поехал к родителям, завез гостинцы от деда – деревенскую сметану и масло. Пригласил в будущий выходной на дачу.

– Познакомлю вас с замечательной девушкой.

Мама, Ольга Николаевна, разулыбалась, отец одобрительно хмыкнул, типа «наконец-то».

Утром следующего дня Чернов шагал по песчаным дорожкам с большим тортом и букетиком цветов. Когда вышел на аллею, ведущую к дому, радостное настроение от предстоящей встречи несколько поугасло – ложку дегтя внес высокий бетонный забор, стоявший по всему периметру трех дачных участков.

– Отчебучила Рада! Как обошла закон, запрещающий строить подобные заграждения, неведомо.

Зеленоглазка встречала его на крыльце – объятия, поцелуи и радостный щебет длились недолго, минут десять.

– Мой руки и садись за стол – кормить буду, – тоном строгой воспитательницы заявила красавица. Видно, что искренне рада, хотя кто знает этих женщин, у них же все не как у людей – думают одно, говорят другое, делают непонятно что.

Девушка оказалась отличным кулинаром, впрочем, Пашка не особо понимал, что ел. Ослепительная красавица в коротком халатике и с откровенным декольте на груди срывала башню. До чая дело не дошло. Рыча от вожделения, Пашка подхватил на руки зеленоглазое чудо и понесся в спальню. Через три часа они, опустошенные и счастливые, пили чай с тортом.

– Пашенька, мне кажется, я тебя люблю – вот горе.

Юноша поперхнулся напитком.

– Горе не беда. – и беспечно пожал плечами.

– Тебе не ведаю, а вот мне каково. Я ведь тебя, Павлуша, буду гонять, как козу Сидора.

– Сидорову козу, – машинально поправил юноша. – Погоди, погоди, мы так не договаривались. Что значит «гонять»?

Пашка с подозрением глянул на любимую. Смутные нехорошие предчувствия шевельнулись в его душе. Рада, смущенно улыбаясь, крутила пальчиками белокурый локон.

– Павлик, ты только не волнуйся. Твой учебный курс рассчитан на два года. На теорию – шесть месяцев, остальное – чистая практика. Предупреждаю сразу, будет очень трудно и больно. Не надейся на поблажки, их не будет, невзирая на наши личные отношения. Травмы и прочие болячки в первое время вылечу, а потом твоя регенерация возрастет на несколько порядков.

– Объясни темному, что я буду изучать, если уже сейчас заговорила о травмах.

Зеленоглазка вздохнула и с явным сожалением в голосе выдала:

– Кроме боевой и бытовой магии, лечебную и магию иллюзий. Затем историю и экономику миров нашего сектора, три основных языка наиболее крупных стран планеты, где пройдешь стажировку, дипломатию и несколько прикладных дисциплин. Владение холодным, стрелковым и импульсным оружием разных модификаций. Управление речными, морскими и космическими судами, а также наземным транспортом. Конная выездка, вплоть до джигитовки с применением холодного оружия. На одном их первых мест – рукопашный бой под названием урагу. Да, чуть не забыла про парочку предметов – психологию с основами гипноза и выживание на планетах с агрессивной флорой и суровыми климатическими условиями.

У юноши по мере услышанного вытягивалось лицо, по которому пошли красные пятна. Внутренне Рада забеспокоилась: «Единый Творец, неужели они ошиблись и парень оказался обыкновенным трусом?»

А ее Павлик, вскочив вдруг на стул, издал клич команчей и заколотил кулаком по своей крепкой груди.

– Держитесь, твари, скоро явится супер-пупер воин Чернота. Всех, на фиг, убью, вот.

Пашка после столь дикой и неординарной выходки невозмутимо поклонился единственной зрительнице и уселся за стол.

Давно так девушка не смеялась – хохотала до боли в щеках, а любимый Павлик с невозмутимой физиономией ел булочки, запивая их чаем. После завтрака Рада потащила юношу оценивать сданный под ключ объект. Пройдя через неприметную железную дверь в бетонном заборе, они очутились на двух бывших дачных участках.

– Справа от тебя сборный спортзал с двумя душевыми и раздевалкой – коммуникации подключены. В подвале – оборудованный двадцатипятиметровый тир. В углу построена сауна с бассейном, а слева – полоса препятствий. Пятачок перед спортзалом – ристалище, там станешь овладевать холодным оружием. Позавчера, кстати, доставила снаряжение и клинки с нашей Базы.

– Вообще-то я, кроме столового ножа и вилки, ничего в руках не держал, – пробормотал Пашка.

– Пустяки, научишься.

Вернувшись на веранду, задал три ожидаемых вопроса.

– То, что мне придется изучить, потребует гораздо больше времени, чем два года?

– Извини, дорогой, упустила из виду – учебный процесс пройдет большей частью на нашей Базе, а там время течет по-другому. Отвечаю на второй вопрос – мастеров-учителей будет несколько. И последнее – пойду тебе навстречу, медицинская практика необходима, но работать только первую половину дня, не в ущерб учебе. Теперь сама хочу спросить – чувствуешь ли изменения своего организма после инициации? Необычные ощущения и тому подобное?

– Да вроде нет, так – мелочи всякие, о них и говорить не стоит.

– Ну-ка, ну-ка, – оживилась девушка.

Пашка смутился, запунцевел.

– Перед отъездом из деревни решил помедитировать в последний раз. Сначала, как всегда, ничего необычного – черная пустота и потеря реального времени, потом вдруг объявилась мигающая звезда. Небольшая такая, и я, не знаю с какого перепуга, ляпнул мысленно: «Интересно, сколько Раде лет?»

Парень сконфуженно замолчал.

Красавица заерзала от любопытства:

– Дальше-то что? Получил ответ?

– Угу. Ерунда, а не ответ. Мысленно и кратко – сто двенадцать лет. Чепуха все это.

Рада, как ни странно, в свою очередь, покраснела и уставилась в сторону. Помолчав, ошарашила юношу:

– Правильно тебе ответили, оракул ты наш. – И горестно вздохнула: – Не бросай меня, Пашенька, пожалуйста.

– Не дождешься. Не верю. Молодая цветущая девушка, и вдруг на тебе – за сотню лет. Не вздумай при моих родителях ляпнуть, мама сразу к психиатрам потащит. Пойдем лучше в кроватку, снимем стресс.

Психологический шок, именуемый стрессом, снимали до утра.

* * *

Полный курс обучения длился пять лет внеземного времени – земного – два года. Павел этот кошмарный период без внутреннего содрогания не вспоминал. Конечно, он с благодарностью относился к своим кураторам-учителям, давшим ему уникальные знания и возможности, но обучение далось очень тяжело. На память остался шрам на верхней губе и клок седых волос в густой темной шевелюре. От шрама Пашка избавляться категорически отказался – оставил принципиально.

Эти отметины заработал после практики по курсу выживания на одной из планет сектора. Планета имела милое название – Ужас. Забросили его туда на четвертом году обучения. Из одежды и снаряжения – высокие берцы, комбинезон «Хамелеон», москитная сетка, на поясе – десантный нож в ножнах и малая аптечка. В рюкзаке – сухпаек на три дня да фляга воды, на голове – широкополая панамка из того же материала, что и комбез. Все. Задача – пересечь полосу джунглей и примыкающую саванну,
Страница 8 из 17

шириной в пятьсот километров, и выйти к реке. Срок – два месяца. Пользоваться порталом для перемещения запрещено. Инструктор напоследок посоветовал полагаться только на себя – помощь с орбиты в случае чего приходит не ранее трех часов. Никаких раций и тревожных кнопок не предусмотрено. Климат в этом месте неустойчивый – то дождь, то жара. Большое количество агрессивных хищников, да и флора не безобидна.

– До вас погибли девять курсантов из тридцати, – «ободрил» инструктор. Будьте внимательны и осторожны. Удачи вам, Павел. – и исчез в открывшемся портале.

Пашка, знавший точное направление конечной точки, не спешил.

Расположившись перед стеной джунглей, развел, щелкнув пальцами, костер – поджег натасканную груду валежника. Слегка перекусив, внутренне настроился и легкой трусцой отправился в путь. Для мага такого уровня, каким стал Павел, достичь цели в полтысячи километров – плевое дело. Одно большое «но» – существовали и некоторые ограничения, по его мнению, просто дурацкие. Живой пример – не больше трех раз применения боевой магии при угрозе жизни. А еще – не пользоваться порталами-прыжками. И не лечить магически полученные травмы и заболевания. «Не иначе, садисты придумали», – решил юноша, сбивая палкой прыгнувшую на него змею.

Пробираясь через сплетения лиан и густой подлесок, он лишь стискивал зубы да зло матерился. Повышенная влажность и полумрак от закрывших кронами деревьев небо лишь усугубляли его мрачное настроение. А тут еще всякая мелкая живность в виде насекомых, пауков и разных змеек так и норовила цапнуть. Переночевав на развилке дерева и проснувшись с рассветом, он едва не стал «деликатесом» для гигантской анаконды. Та, бесшумно обвив ствол, подобралась на расстояние последнего броска. Первое, что увидел проснувшийся Пашка, продрав глаза, – гигантская распахнутая пасть. Сработал инстинкт самосохранения, и он на автомате произвел выброс внутренней энергии. С правой руки сорвалась бело-голубая молния, раздался треск – разряд пробил голову змеи насквозь. Пасть захлопнулась, и анаконда кольцами скатилась с дерева. Вот после такой встречи с ползающим гадом и появилась у него белая прядь волос. Такое чувство как брезгливость из юноши давно выбили, а потому он, откромсав от змеюки несколько больших кусков, тут же зажарил. Правда, сам процесс занял довольно много времени – сырая древесина горела неохотно.

На десятые сутки Пашка наконец вырвался из джунглей, дав себе зарок никогда ни при каких обстоятельствах в них не соваться. Вид он имел несколько потрепанный, панамка исчезла – утонула в болоте. Нервущийся комбез подран в трех местах, руки и лицо в воспаленных царапинах, зато настроение бодрое. Пробежав километра три, наткнулся на большой ручей с густыми зарослями по берегам. В этом оазисе Пашка провел сутки – подлечился, отмылся и наконец-то поспал в приемлемых условиях. При выходе из джунглей обзавелся тремя копьями – срезал ветки с высоких кустарников, напоминающих бамбук.

Саванна кишела птицами и зверушками самых разных видов и форм. Непуганое зверье подпускало довольно близко. Поразив копьецом здоровенную птичку, похожую на большой шар, запасся провизией на день.

За световой день он умудрялся преодолевать большие расстояния – сорок – пятьдесят километров. Бегать он умел и любил. Одно огорчало – высокая трава скрывала хищников, приходилось менять маршрут. Нередко попадались крупные особи типа тираннозавров. В небе кружили огромные птицы, напоминающие кондоров, к счастью, не агрессивные. На пятый день, ближе к обеду, столкнулся нос к носу с огромной зверюгой, обличьем напоминавшей льва с длинными клыками. Пашка рефлекторно «зарядил» сальто и плюхнулся на шею «льва». Удар ножом в основание черепа, и хищник, взрыкнув, грохнулся на траву. Пашка еле успел отскочить. Для ночевок выбирал верхушки холмов, ставя охранную магическую сеть. Береженого бог бережет.

Когда «марафон» подходил к концу – до цели оставалось не более двух дней, – Пашка напоролся на засаду.

То утро выдалось погожим, теплым, птичьи трели раздавались по всей округе. Позавтракав вчерашним жареным куском мяса и глотнув из фляжки воды, отправился в путь-дорогу. Бежалось легко – здешняя сила тяжести явно меньше земной. Бодрости настроению добавляла мысль – скоро финиш, конец этого затянувшегося испытания. Ночевки под открытым небом, зажаренное на костре мясо без соли, пополам с золой, – надоел этот туристический вояж до чертиков. Хотелось вернуться в лоно цивилизации, попариться в бане, посидеть бездумно у телевизора. Да просто поспать в человеческих условиях! Он на ходу выругался. А как все хорошо начиналось! Основную теорию давали на Базе, располагавшейся, кстати, недалеко от теремка Петра Петровича Архангелова. Две приятные преподавательницы – женщины цветущего возраста – профессионально вкладывали знания в юношескую голову. Маг-учитель – сухонький старичок с хитрыми глазами – учил на совесть. К Пашкиному удивлению, магия потребовала огромных физических затрат. На работу в клинике не оставалось сил. Потому его трудовая деятельность закончилась через год. Маг-учитель Мозес пребывал в некотором шоке – ученик прогрессировал с невероятной скоростью от занятия к занятию. Прощупав с Пашкиного разрешения его ментальный фон и магический потенциал, тут же скакнул в портал-переход к начальству. Архангелов с некоторым недоверием отнесся к сообщению Мозеса.

– Значит, скрытый архимаг, говоришь? Давай его сюда, лично проверю.

Оставшись один, глава Ордена упал на колени перед образом Единого Творца. Совершив благодарственную молитву, еще раз поблагодарил за появление нового архимага в их рядах. Благодарить было за что – несмотря на обилие магов-хранителей, архимагом являлся лишь сам Архангелов. В отличие от всех остальных наук, магия стояла на особом месте – не существовало никаких школ и академий по одной простой причине: процент людей, обладающих даром магии, являлся настолько мизерным, что овчинка выделки не стоила. Выявленные будущие маги занимались обучением конкретно с одним учителем, в очередь никто не выстраивался. Маги подразделялись всего на две категории – рядовые и высшие. Высших на весь Орден хранителей насчитывалось всего восемь человек.

Для ясности пример из земной жизни. Талантливый студент становится аспирантом, потом профессором, потом академиком – и так в любой науке, от медицины до экономики. В магии ничего подобного. Есть способности – получаешь базовые знания и становишься обычным магом. Высшим – от большой внутренней силы, ну и, если так можно выразиться, от наличия дара божьего. То есть от количества знаний ничего не зависит. Нет, знания лишними не бывают, но выше себя-то не прыгнешь.

Первые два года магии учила Рада. Она давала базовые знания и натаскивала в боевой магии. Печально, но факт – именно на этой почве разладились их отношения. Кроме всего прочего Рада занималась с Павлом и рукопашным боем – урагу. И ученик превзошел учителя – юноша в конце второго года обучения все чаще одерживал победы в тренировочных поединках. Рада же оказалась на редкость самолюбива. Не привыкшая к проигрышам, она считала себя уникальной личностью. Случилось невозможное –
Страница 9 из 17

перевернулся мир. После первого поражения в магическом поединке с ней произошла истерика. Она, занимавшаяся магией девяносто лет, вдруг проиграла какому-то сопляку! Тренировочный поединок длился полторы секунды: пока Рада мысленно произносила заклинание, ее снес воздушный удар. Впечатавшись в мешки с песком, обозначающими парапет арены, она на миг потеряла сознание.

За один миг любимая девушка превратилась в законченную стерву. Унижения Рада не прощала никому – достойно проигрывать ведьма не умела. Через два года они расстались, и Пашка лишь облегченно вздохнул: баба с возу – всем легче, не только кобыле.

Рыся по саванне, Пашка нехотя вспоминал блондинистую красавицу, искренне не понимая случившуюся с ней перемену. Наивная душа, он не сталкивался раньше с черной завистью.

Пашка некстати ушел в себя – его ждала самая что ни на есть натуральная засада. Больше двух десятков гориллоподобных существ с дубинами в руках напали внезапно, выпрыгнув из высокой травы. Увернувшись от удара сучковатой палицы, Пашка страшным коротким ударом пробил грудную клетку вожаку. Обиженно взвыв, бандерлоги кучей бросились на обидчика, мешая друг другу. Несмотря на хаотичное мелькание дубин, ему удавалось постепенно сокращать число противников. Те ревели от досады – никак не могли попасть по беззащитному на первый взгляд человеку. Парню только раз крепко досталось по губе. Ощутив во рту вкус крови, Пашка окончательно рассвирепел и перестал сдерживать мощь своих ударов. Число убитых врагов быстро росло. Подхватив трофейную палицу, он размытой тенью носился среди нападавших. Многоголосый рев стоял по всей саванне. Наконец до слабых мозгов полуобезьян дошло, что их просто убивают. Оставшаяся в живых пятерка бандерлогов в панике сбежала.

Выйдя из скоростного режима, Пашка длинно выругался – о наличии полуразумных уродов на планете никто не заикался и не предупреждал.

Залепив рану на верхней губе куском лейкопластыря, Чернота продолжил бег по бескрайней саванне. После обеда пошел надоедливый моросящий дождь, стало сыро и прохладно. Два солнца скрылись за темными тучами – мерзопакостная мокреть длилась до полуночи. Ночь прошла в относительном комфорте. Пары огненных магических шаров хватило на выжженный круг пятиметрового диаметра. Поставив по периметру защитный купол от дождя, Пашка завалился спать на голодный желудок – всю живность распугала непогода. Последний день перед финишем хорошо начинался – ясное небо, тепло, пичужки поют – красота. Поймав на ходу толстую змею, не стал заморачиваться на остановку, пожевал на ходу. Сырое мясо полезней вареного – больше питательных веществ.

Ничто не предвещало беды, но вдруг ближе к обеду подсознание заверещало в полный голос: «Алярм, тревога!» Парень ощетинился, завертел головой. Метрах в трехстах в зеленой траве замелькали серые в черных подпалинах спины. Забежав на вершину одного из холмов, пригляделся – его полукольцом окружала большая стая зверей, похожих на волков, но более крупных размеров. Как они не вовремя! По его расчетам, к вечеру должна показаться река. Впору чесать затылок – псевдоволков на первый взгляд поболее сотни. Ввязываться в бой – результат неоднозначен, их слишком много, а главное – кончился лимит применения боевой магии. Разум лихорадочно просчитывал варианты – есть, нашел. Определив направление ветра, Пашка резко свернул и рванул поперек своего прежнего курса, поджигая высохшую траву, – бытовую магию не ограничивали. Пожар в саванне – страшное дело. Огонь, гудя, надвигался на стаю. Псевдоволки не выдержали и, визжа от страха, ринулись прочь, спасая свои шкуры. До заката двух светил Пашка достиг заветного рубежа и блаженно отдыхал, опустив гудевшие ноги в теплую воду безымянной речки. Его забрали через два часа донельзя изумленные инструкторы. Оказывается, он побил рекорд скорости в Ордене, умудрился преодолеть маршрут в два раза быстрее – так родилась очередная легенда.

Дожидаясь челнока с орбиты на естественном пляже, отчего-то вспомнил первые шаги в изучении магии и прочего боевого искусства. Как хорошо все начиналось!

* * *

Пашка вспомнил первый день своего обучения… Ранним утром, закончив пробежку вокруг дачного поселка, Пашка блаженствовал после душа за чаем. Весь кайф обломала Рада, заявившая с озабоченным видом: мол, хватит валять дурака – пора учиться.

Первый урок магии едва не оставил колдунью заикой. Подробно объяснив правила вхождения в медитацию, ляпнула, не подумавши:

– Представь себя воздушным шариком, стремящимся в небо.

Пашка с ходу вошел в нужное состояние и представил, видимо, слишком хорошо.

– Ой, ой, перестань, прекрати немедленно!

Юноша, открыв глаза, с изумлением узрел злую мордашку Рады. Оказывается, он висел в полуметре над матами – занятие проходило в спортивном зале. Первая трещина возникла в отношениях в этот день, а когда через полтора года он победил колдунью не только в сабельном поединке, но и в магической схватке, любовь колдуньи превратилась в ненависть. Без всяких объяснений Рада исчезла. Пашка вздохнул с огромным облегчением. Достали истеричные скандалы. Ему и в голову не могло прийти, что в основе лежала обыкновенная зависть. Он рассуждал, как все нормальные люди: талант, он от Бога – завидовать глупо и грешно. Рада к тому же слыла дамочкой самолюбивой, к чужим успехам относилась как к личному оскорблению.

Архангелов в дальнейшем, к сожалению, допустил, грубейшую ошибку – не отстранил блондинистую колдунью от опеки над начинающим магом. А Рада, скрипя зубами, ждала своего часа, планируя ужасную месть. Сопляк, юнец посмел превзойти ее в боевой магии – она шипела и плевалась, вспоминая тот позорный поединок. Огненные шары и молнии почему-то огибали Пашку, а его файербол, пролетевший в опасной близости от головы, сжег холеные локоны. Пришлось красавице делать короткую стрижку. Кульминация поединка вообще ни в какие ворота не лезла! Да его, стервеца, четвертовать за такие сюрпризы нужно – под ногами Рады внезапно разверзлась земля, и она ухнула в двухметровую яму, сверху с тяжелым гулом брякнулась бетонная плита, замуровав красавицу в импровизированном зиндане. Минут через пять, развеяв плиту, любящий Пашка вытянул матерящуюся блондинку из узилища. Естественно, такого унижения Рада простить не смогла.

Она отомстила через четыре года.

На Базе Чернота оттачивал свое мастерство не только в магии, но и во владении холодным и огнестрельным оружием, в рукопашке, в искусстве маскировки на местности, а также джигитовке. На смирной кобыле Ночке осваивал мудреную науку верховой езды. Кроме магии, его поразила урагу – синтез многих боевых искусств, карате и «прочий Восток» нервно курят в сторонке. Мастер урагу легко справлялся с группой из двадцати – тридцати бойцов. Основа борьбы – скорость и бесконтактный бой.

Сама учебная База Ордена и процесс обучения поразили юношу. Впечатляла площадь – не менее тысячи гектаров, пять огромных полигонов, семь полос препятствий разных категорий сложности. Несколько шикарных зданий, отделанных мрамором, для учеников – отдельные коттеджи, столовая, бани и прочее подсобное хозяйство. К Пашкиному удивлению, одновременно с ним проходили курс
Страница 10 из 17

молодого бойца всего два человека, и на всю троицу приходилось десять преподавателей различных дисциплин, три высших мага, шесть инструкторов, а также лазарет с пятью медработниками. Кроме того, обслуживающий персонал да полсотни охраны.

Учили будущих хранителей по высшему разряду – вдумчиво и жестко. Из них готовили универсалов, подводя к владению на высоком уровне любым холодным оружием и огнестрелом.

Первые месяцы Пашка дико уставал, засыпал, едва касался подушки, потом ничего, втянулся. С огнестрелом у него дела шли прекрасно, чего не скажешь о холодном оружии, но в конце концов приноровился и стал ходить без синяков, которые инструктор оставлял учебным мечом.

В последний год обучали умению обращаться с различными метательными орудиями – от древних катапульт, луков и арбалетов до пушек XVII века. Ознакомили с импульсивным, лазерным и электрическим оружием. С полной выкладкой в тридцать килограммов, плюс винтарь на шее, бегали не менее двадцати километров ежедневно. Учили вождению различных видов транспорта – наземного, воздушного и водного. Совершали прыжки с парашютом с предельно малых высот. В одном из углов третьего полигона штурмовали искусственные скалы с отрицательным углом с альпинистским снаряжением и без него. Магию применять запрещалось. На теоретических занятиях давали военную стратегию и тактику, подробно разбирая большие исторические сражения. Всемирная история параллельных миров насчитывала двести четыре тома, каждый из которых толщиной с ладонь. К счастью, курсантов не заставляли учить их наизусть, но прочитать обязывали.

Со своими однокашниками на Базе Пашка сдружился с ходу – он вообще по жизни человек компанейский и коммуникабельный. Очень смуглый индус, сухощавый, невысокий, с длинным и неудобным именем Банголапур, и высокий, полноватый, желтолицый китаец Лю Фань – полные противоположности. Индус – резкий, порывистый холерик, китаец – спокойный, выдержанный меланхолик, стали Черноте хорошими товарищами. С первых же дней наградили друг друга кличками – имена произносить долго и неудобно. Индус – Банго, китаец – Люфт, Пашка – Чен. Он многое почерпнул от новых друзей, открыл для себя особенности восточной и азиатской культуры, даже увлекся изучением иероглифов. Собирались каждый вечер, дискутировали на ту или иную тему, помогали друг другу в учебе. Раз в полгода курсантам давали отдохнуть – отправляли домой на десятидневные каникулы. Пашка редко появлялся на даче, обычно гостил у родителей и любимого деда.

На третьем году обучения Пашка глупо засыпался – включил телевизор без пульта. Родители этот фокус не оставили без внимания, насели на чадо, требуя объяснений. Краснея от стыда и пряча глаза, пришлось врать. Да, дескать, обучается в секретном учебном заведении, и там учат всяким безобидным штукам. Кое-как отбрехался, отругав себя за невнимательность.

Чем дальше шло обучение, тем больше Чернота ненавидел магию. Да, да, уважаемый читатель, так оно и было. Другой бы на его месте ходил нос задравши, но только не наш герой, и на это имелись свои причины. Всему виной Пашкина натура, не терпящая каких-либо проявлений несправедливости и прочих отрицательных черт в людях. Его поразило высокомерие магов, отношение к обычным людям, как к некоему планктону. Из-за чего имел несколько конфликтов с высшими магами. Некоторые пытались проучить молокососа, но потом горько пожалели. Пашка, набрав невероятную магическую мощь, а дело происходило на альпийском полигоне, одним ударом вмуровал троих наставников-магов в скалу. Освободившиеся к вечеру, маги прониклись к Черноте уважением, соединенным с долей страха. Спесь-то он сбил, но, по сути, они так и остались чванливыми снобами. Да Пашка и не ставил задачу перевоспитания высших. Не желая становиться эдаким всемогущим монстром, парень откровенно манкировал занятиями по магии.

В чувство его привел старый Мозес:

– Не дури, Паша, знания – сила. Во время проведения операций неизвестно, с кем и с чем столкнешься. Порядочный человек – это хорошо, а сильный, порядочный и, главное, живой, выполнивший задание, – втройне хорошо. Подумай.

Поразмыслив на досуге, Пашка понял – старый маг прав. Стоя у длиннющей, в пять рядов, мемориальной доски с голографическими портретами погибших членов Ордена, осознал: принципы принципами, а живой хранитель – лучший вариант. Магия то же оружие, как меч или штурмовая винтовка, стреляющая сгустками плазмы. Словом, инструмент для достижения поставленной задачи. Перестав заниматься самоедством, энергично взялся за освоение различных видов магии. Перед выпуском Чернота умудрился поразить видавших виды высших магов и своего куратора Мозеса. На выпускных экзаменах «свернул пространство» – от альпийского полигона осталась лишь яма с аккуратно срезанными краями. Нагромождение скал исчезло. Замедляя время для оппонентов во время показательных поединков, укладывал их носом в траву без применения физической силы.

Надо отдать должное, Пашка и без магических штучек частенько выходил победителем в боях с инструкторами. Ему легко далось владение саблей и мечом, а разница в ведении боя между ними большая. На стрелковом полигоне дела обстояли тоже неплохо. Четыре из пяти в яблочко с тридцати метров из пистолета – весьма неплохой результат. Инструктор Дасти говорил:

– Ты, конечно, не снайпер, но задатки есть. Сегодня стрельбы из автомата, разборка и сборка оружия на время с завязанными глазами.

На стрельбищах Чернота настрелялся на две жизни вперед. Самое поганое – лук осваивал год, а потом просто отказался от занятий, им нужно заниматься с детства, а так – просто зряшный перевод времени. Вот метание ножей – другое дело – неожиданно проявилась способность. Через три года рисовал на мишени ножами любую геометрическую фигуру. Реальное расстояние для верного поражения в пределах двадцати метров.

– Результат вполне приемлемый, – озвучил инструктор Ярослав.

* * *

База располагалась в удачном месте – с трех сторон ее окружал смешанный лес, полный грибов и ягод. В двух километрах протекала широкая река с несколько странным названием Малютка. Между рекой и Базой – небольшой аэродром, там курсантов натаскивали летному делу. Теорию по всем видам дисциплин вбивали с помощью гипномагии и спецартефактов. Друзья частенько бегали на реку купаться – в бассейне не то. Языкового барьера не существовало – с первых дней их обучили всеобщему галактическому языку. Хранители, отправляющиеся на задания, получали артефакт, позволяющий не только понимать, но и говорить на любом языке сектора параллельных миров.

Последний год пребывания на Базе получился очень насыщенным. При практическом владении различными видами транспорта получили весьма впечатляющие результаты. Разбито два учебных самолета – пилоты Люфт и Чен спаслись благодаря левитации. Сторожевик «Стерегущий» при первом же выходе под управлением троицы так удачно сел на мель, что его потом стаскивали полдня матерящиеся речники пыхтящего буксира БК-35.

На танковом полигоне славный экипаж умудрился наглухо заклинить двигатель новейшего танка российской оборонки «Т-120М». Словом, со всякими механизмами у троицы друзей дела обстояли, мягко
Страница 11 из 17

говоря, не ахти. Пришлось руководству Базы проводить внеплановое совещание. После недолгих дебатов пришли к выводу – один из курсантов обладает скрытой магией разрушения. При тщательной проверке нашли-таки виновника аварий – им оказался лучший ученик Павел Чернов. Резюме – не допускать оного курсанта к механизмам сложнее мясорубки. Напрасно Чернота бил себя в грудь, крича, что он в душе пилот.

– Запускайте бумажные самолетики, молодой человек, если не можете без неба, – ответили бездушные и черствые педагоги.

Высшие маги ошиблись, а кто не ошибается.

Лишь Мозес заподозрил неладное, но и он неоправданно затянул время и встретился с главой Ордена перед самым выпуском. Архангелов быстро разобрался в проблеме:

– Это не магия разрушения, в мальчике просыпается мировая магия, а может, что и покрупнее.

Старый Мозес схватился за голову:

– Что будет, ой, что будет, – полузадушенно зашептал он, раскачиваясь в кресле, словно китайский болванчик.

– Что будет, то и будет, вы совсем тиной заросли, мышей не ловите, – рявкнул глава хранителей. Сам поговорю с Павлом. Эх вы, горе-педагоги. – Последняя фраза прозвучала ругательством.

К сожалению, пообщаться с Черновым в ближайшее время у Архангелова не получилось. Заела текучка, затем ЧП в одном из параллельных миров – пришлось срочно отправляться в командировку самому. На планете Земля-3 назревала-таки ядерная война «Все против всех», после которой на цивилизации, населявшей планету, можно будет смело ставить жирный крест.

Пашка, отправившись на последние зимние каникулы, предвкушал близкую встречу с родителями. Выйдя из портала-перехода в заброшенном строении на окраине города, поймал «бомбилу» и отправился в центр за подарками.

Нагруженный сверткам и сумками, он ввалился в родительскую квартиру. Отец с матерью поставили елку, возле нее суетился приехавший из деревни дед. Из кухни раздавался гогот гуся – будущее праздничное блюдо к новогоднему столу. Пашка за подарочной суетой совсем забыл о цветах для матери. Запершись в ванне, нехитрым колдовством соорудил шикарный букет подснежников с цветком лотоса посредине.

Мама, поцеловав сына, с сияющими от радости глазами спросила с некоторым сомнением в голосе:

– Ты где умудрился такие цветы отхватить, сынок?

– Находился в деловой поездке на юге, вот и купил по случаю, – нашелся Павел.

«Господи, да когда наступит время, чтобы я обходился без вранья родителям?» – взвыл про себя юноша.

Новый год отметили по семейному, в своем кругу. Пашку с некоторых пор не привлекали шумные компании. Друзья по школе, спорту и институту разлетелись по стране и дальнему зарубежью. Денис, женившись на девушке семитских кровей, вообще умудрился свалить в Израиль четыре года назад.

Второго января Пашка решил развеяться и вечером отправился в ночной клуб. Лучше бы не ходил. Молодежь, затуманившая разум наркотиками, трясущаяся под забойную музыку, вызывала у него жалость и отвращение. К наркоманам, а тем более к наркодилерам Павел относился резко отрицательно. Вот и сейчас, вычислив двух торговцев белой смертью, крысами мелькающих по залу, не мог не встрять. Пошатавшись по прилегающим помещениям, нашел подсобку, где материальной магией сделал пять килограммовых пакетов афганского героина высшей пробы. Запихав в рюкзачок наркоту, поймал за шиворот пробегающего наркодилера.

– Постой, делавар, разговор есть. Выйдем перетрем.

По знаку торговца на крыльцо вывалила охрана – четыре «быка» в «коже».

Гипномагию никто не отменял, нехитрое заклинание – и вся гоп-компания преданно смотрела на Черноту.

– Как зовут тебя, парень?

– Алик, – вытягиваясь по стойке смирно, гаркнул торговец, долговязый малый с бегающими глазками.

– У меня крупная партия герыча – пять кило. Зацени качество.

Алик, послушно вытащив из кармана выкидуху, лизнул белый порошок с кончика ножа – один пакет Пашка заранее прорезал для дегустации. Наркодилер, закатив глаза, тщательно смаковал товар.

– Классная вещь, только я с какого боку? – задал вполне уместный вопрос Алик.

– Ты чё, не догоняешь? – слегка возмутился Пашка. – Звони боссу, объясни ситуацию. Товар отдаю на двадцать процентов ниже оптовой цены, пусть пенензы готовит. Тебе как посреднику один процент с общей суммы. Въезжаешь?

Алик, хоть и находился под влиянием магического гипноза, все равно засучил ногами от будущего навара. Пять кило герыча – громадные деньги, и даже один процент – не хило.

Переговоры с шефом длились недолго, а узнав, что клиент один, босс еле сдержал вопль радости. Такой жирный карась попадается раз в жизни. Расклад простой: лоха в расход, разбулыженный герыч – на продажу по точкам. Настроение у наркобарона резко поднялось. Отдав нужные распоряжения начальнику безопасности, он достал из бара коньяк, осушив полфужера. Он внутренне ликовал – мильоны сами плыли в руки. Барон, а именно такую кличку присвоил себе пухлощекий плохиш, мысленно представил себя на острове рядом с Багамами. «А чё, вполне реально, да и вообще пора сваливать из России-матушки, руководить организацией можно и из-за рубежа».

Через полчаса к особняку Барона подкатили две потрепанные иномарки.

– Все за мной, – скомандовал Чернота.

За Пашкой гурьбой устремились не только Алик с «быками», но и вся охрана босса, взятая с первой минуты под плотный ментальный контроль. Лишь три добермана молчком носились по периметру – двор опустел. Ввалившись в гостиную, обставленную разномастным новоделом – мебелью с претензией на антиквариат и аляповатой позолотой, Пашка обнаружил хозяина, лысеющего толстячка в стеганом халате, сидевшего за массивным столом из мореного дуба. Перед наркобароном стояла початая бутылка коньяка, широкий бокал на низкой ножке и большое блюдо с непонятной закуской. Толпа народа наполовину заполнила широкое помещение. У Барона от наглости подчиненных, посмевших без разрешения войти в личные апартаменты, перехватило горло.

Пашка, не теряя времени, произнес заклинание, состоящее из одних шипящих и свистящих звуков, затем небольшое волевое усилие – и все, клиент готов. Чернота, спокойно подойдя к главному плохишу, сообщил тому вполголоса на ухо:

– Я единственный человек, которому ты можешь доверять. Твои люди сдали тебя полиции, облава и твое задержание – завтра утром. Я помогу тебе уйти за кордон.

– Спасибо, друг. – Лицо плохиша осветилось улыбкой благодарности.

– Накажи предателей. Ствол есть?

– Канечна. – И толстячок, открыв ящик стола, достал армейский пистолет бундесвера.

– О-о, – обрадовался Пашка. – А я буду подносить патроны. Всем встать вдоль стены! – скомандовал он. – Начинай, Барон.

– Бах, бах, бах. – Пистолетные выстрелы слились в короткую очередь. Окровавленные бандиты падали на светлый персиковый ковер.

– Держи новую обойму.

– Спасибо, друг. Получите, суки! – И босс не спеша расстрелял остаток банды.

– «Контрольки» не забудь, – заботливо посоветовал Пашка.

Захлопали новые выстрелы.

– Барон, еще твои люди в городе есть?

– Ага, двенадцать человек тусуются на точках.

– Они все на мусоров работают, давай их координаты. Устраню сам, а тебе нужно собираться в путь-дорогу.

Не обращая внимания на побоище, главарь
Страница 12 из 17

несколько заторможенно открыл сейф, достав оттуда толстый блокнот.

– Держи, друг, все здесь.

– Молодец, переодевайся, пакуй бабки и драгоценности в чемодан, если они есть.

– Обижаешь, у меня все есть.

Босс переоделся, затем стал набивать наличкой чемоданы. Пашка слегка прервал трамбовочно-упаковочный процесс.

– Как насчет герыча? Найдешь грамм десять?

– Не вопрос, посмотри в крайнем левом ящике.

Пашка, порывшись, нашел два пакета с героином и, прихватив одноразовый шприц, отправился на кухню. Наполнив «баян» лошадиной дозой герыча, вернулся к хозяину особняка.

– Сядем на дорожку, – предложил Пашка. – Давай руку, сожми кулак. – и, пережав ладонью набухшую вену, вкатил отраву. Стерев свои отпечатки со шприца, вложил его в руку невменяемого главаря. Энергетическим ударом остановил у того сердце и, прихватив два чемодана с деньгами, вышел вон.

Через два дня из города исчезли все двенадцать наркодилеров. Деньги Пашка разделил – одну половину положил на счет родной школы, а другую отдал клинике, где работала мама.

Органы и прочие заинтересованные личности недоумевали, с чего вдруг сбрендил Барон, перестрелявший всю свою организацию и сдохнувший от передоза. Убойный отдел только разводил руками – двадцать семь человек со стволами покорно позволили себя кокнуть без всякого сопротивления. Мистика, блин.

Весной перед выпуском Пашка смог вырваться на неделю к родителям. В этот раз уничтожил вторую и последнюю банду наркоторговцев. Спятивший охранник топором устроил бойню – полегло тридцать шесть человек. После чего повесился сам. Деловые люди города сложили два и два и пришли к выводу, что заниматься наркотой – себе дороже. Город на длительное время избавился от смертельной заразы. Да и кремлевские власти подсуетились – внесли расстрельную статью в УК за распространение наркоты.

* * *

Ночь перед экзаменами Пашка провел в лазарете. Нет, не заболевши. Вот уже три года он наведывался к главврачу Марине, своей новой любовнице. Остальные двое – Банго и Люфт – не теряли времени даром. Индус нашел себе утеху в банно-прачечном хозяйстве, китаец, самый хитрый, обхаживал завстоловой – гарную дивчину с косой до попы.

Начальство на похождения донжуанов смотрело сквозь пальцы – жизнь есть жизнь.

Пашка, утром возвращаясь в свой коттедж, вдруг некстати вспомнил давнюю историю с уничтожением на полигоне неприступных скал. Как он вначале загордился: надо же, такой молодой маг, а уже владеет сворачиванием пространства. На землю через неделю его опустил старый Мозес. Объяснил ему, дураку, что это действие магии разрушения и не более того.

– Ломать – не строить, – ворчливо заметил он. – Лучше займись магией созидания, то есть материальной магией.

Пашка тогда с головой погрузился в учебу, Мозес только радовался, глядя на столь усердного ученика.

Выпускные экзамены состоялись в июне 2020 года. Чернота сдал их на отлично. Владение транспортными средствами поставили всем троим автоматом. Самое трудное задание, вне зачета, – создание артефакта – смог выполнить только он. А это уровень высших магов.

Пашке среди трофеев, взятых у наркоторговцев, приглянулся серебряный браслет с крупным рубином. Из него он и сделал аккумулятор магической силы, потратив на процесс полгода. Такой артефакт – мощная страховка на все случаи жизни.

Сдав экзамены, курсанты получили двенадцать дней отдыха перед стажировкой. Окончание учебы отметили на Земле, в родном Пашкином городе, после чего парни умчались в родные края. Чернота напоследок съездил к деду на два дня.

Прибыв после отдыха на Базу, попал в суровые руки Мозеса. Последние наставления, экипировка…

Возникшая неизвестно откуда Рада зачитывала инструкции. Стажировка предполагалась на год, на довольно спокойную планету Регус. Тамошняя цивилизация находилась в стадии средних веков. Между странами, располагавшимися на трех континентах, иногда вспыхивали конфликты, переходящие в вялотекущие войны. Отъявленных агрессоров на троне не наблюдалось. Задача – врасти в тамошнюю жизнь, добиться успеха в статусе и привезти цветок Огонь Дракона, цветущий раз в пятьдесят лет. Прогрессорство строго запрещалось. Пашку, одетого в сплошную замшу и черные высокие ботфорты, провожала одна Рада. Из оружия – длинный узкий меч и кинжал на поясе. Контрабандой Чернота прихватил двадцатизарядную «Кобру» с пятью магазинами. В заплечном дорожном мешке – запас продуктов на три дня и тридцать золотых монет в кошеле. Уходил пешим – лошадь запретили с собой тащить. Рада подтолкнула его в спину к открывшемуся портал-переходу.

– Удачи тебе, рыцарь, она тебе ох как понадобится.

Обернувшись, Пашка успел увидеть злорадную усмешку на лице ведьмы. Шаг – и База осталась позади за много парсеков и миров.

Глава третья

Глава Ордена хранителей равновесия Архангелов в бешенстве грохнул старинную вазу о пол. В дверь кабинета заглянул секретарь-референт, адъютант и доверенное лицо – Садек, высший маг с маловыразительным лицом и умными глазами.

– Доставили?

Садек молча посторонился, пропуская Мозеса, тащившего на магическом поводке Раду. Секретарь исчез безмолвной тенью, плотно закрыв за собой тяжелую дверь. Архангелов с минуту буровил тяжелым взглядом преступницу.

– Сучка, как ты посмела отправить Чернова в Запретный сектор? Дрянь такая, тебя четвертовать мало. Понесешь самое суровое наказание – развоплощение.

Рада свалилась в обморок.

Вызванные дюжие охранники подхватили ведьму.

– На алтарь ее, готовьте обряд, – глухо приказал глава Ордена.

Неприкаянный Мозес по-прежнему стоял посреди кабинета.

– А ты куда смотрел? – напустился на старого мага Архангелов.

– Обманом отвлекла, – сокрушенно развел руками Мозес.

Архимаг походил вокруг стола:

– У нас там уже пропали двое хранителей.

– Вы опасаетесь за Чернова?

– Нет, за планету, – пробурчал Архангелов. – Пойдем в подземелье. Без нас обряд не начнут.

Потрескивали горящие факелы вокруг алтаря. На нем лежала Рада, кожаные ремни фиксировали ее конечности. Сам обряд длился недолго – на животе колдуньи покоился зеленый кристалл в виде равносторонней пирамиды. Едва прозвучали последние слова заклятья, произнесенные высшими магами, задрожал воздух, послышался гул, переходящий в свист, – пирамида вспыхнула нестерпимым белым свечением и рассыпалась в пыль. Молодая блондинистая красавица на глазах превратилась в древнюю старуху. Она потеряла магическую силу и способность к заклятиям. Для мага подобное наказание страшнее смерти.

Этой же ночью бывшая магиня Рада повесилась.

* * *

Переход Пашке дался не совсем гладко – в глазах туман, к горлу поступила тошнота. Толчок под ноги – он на месте. Пашка потряс головой, заозирался по сторонам, посмотрел на небо и понял – попал не туда, это не планета Регус. Вместо одного солнца светил два – одно земного типа и красный «карлик». Неприятности на этом не кончились – исчезли все металлические предметы, бывшие с ним. Золото, оружие и главное – серебряный браслет с артефактом. В общем, полный финал.

«То-то у Рады перед моей отправкой была такая довольная морда. Отомстила-таки, гадина. Бабы – наша погибель, все неприятности от них», – сделал «мудрый» вывод
Страница 13 из 17

Пашка.

Стоя на грунтовой дороге, огляделся. Слева неподалеку – густой лес, справа – возделанные поля с перелесками. На дворе лето. Трава пахла так же одуряюще хорошо, как и дома. Для возврата на Базу попытался открыть портал – бесполезно.

– Ну и почему стоим? Кого ждем? – Пашка в сердцах выругался и, запомнив ориентиры перехода, отправился по дороге.

Топая по дороге, размышлял: его будут искать, Орден своих не бросает. Так что пока будет вживаться в среду, ведь стажировку никто не отменял. Скорым шагом одолев километров двадцать, почувствовал голод и решил заночевать на природе, тем более что наступил вечер. Очутившись в лесу, выбрал подходящую полянку, набрал сушнячка и искрой, вылетевшей из пальца, зажег костер. Запалил его для комфорта – Пашке нравилось смотреть на огонь. Сублимированные пайки находились в саморазогревающихся керамокюветах. Пашка, с аппетитом съев две котлеты с картофельным пюре, пошарил в рюкзачке в поисках фляжки с водой. Облом-с. Фляжка исчезла без следа, как и весь металл. Сплюнув, Чернота при свете заходивших светил набрал в освободившуюся кювету местных ягод. Утолив жажду, сел у костра. Анализируя непредвиденное появление на неизвестной планете, не мог отделаться от некого чувства эйфории и приподнятости.

– О идиото, о жирафа, самый великий из дураков Павел Чернов! – Он в сердцах стукнул себя кулаком по лбу. Сила, магическая сила в немереном количестве разлита в местном пространстве. Ешь-пей не хочу. На Базе и на Земле он такого не ощущал. У него с магией странные отношения – об этом никто ничего не знал. Во-первых, маги черпают силу через медитацию, уходя в астрал, о котором они рассказывают, закатив глаза и чванливо оттопыривая нижнюю губу. Второе – для проведения магического воздействия произносят заклинания. У Пашки все не как у людей, то бишь магов. Сила вливалась в него без всякой медитации, заклятия озвучивал лишь в присутствии Мозеса и кураторов. В самом начале обучения убедился – ему они не нужны. Мысленно представил, и пожалуйста – вылетевшая искра зажгла костер. Ну и все остальное в том же духе. На многие свои вопросы Пашка не находил ответов. Ни Мозес, ни тома магии ясности не внесли.

– Когда вернусь, нужно пообщаться с Архангеловым. По слухам, он самый могучий и компетентный маг. А вообще нужно поэкспериментировать над собой, тем более планета уникальная. Вот определюсь, подзаработаю местных деньжат и удалюсь отшельником в какую-нибудь пустыню или пещеру. Причем подальше от женщин, они здорово отвлекают.

Блажен, кто верует. Хочешь рассмешить Бога – поделись своими планами на будущее.

Костер догорал, и только угольки мерцали из-под золы. Чернота взобрался на ближайшее дерево, облюбовал разлапистую ветку и заснул на ней безмятежным сном. Нервная система стажера железобетонно стабильная, потому обошлась без шока и нервного срыва.

Проснулся Пашка ранним утром с рассветом. Его разбудил негромкий говор мужской компании, расположившейся у соседнего дерева. Оседланные лошади неподалеку хрумкали сочную траву. Пятерка молодых мужчин представляла собой наглядное пособие на тему «Как должен выглядеть профессионал наемник». Не солдаты точно, одеты разномастно, но тип общий – милитари. Кожаные колеты, свободные камзолы, сапоги по колено. Оружие разное – мечи, кинжалы, у двоих – боевые топоры. Трое с арбалетами. Лат и кольчуг не видно, вероятно, лежат в объемистых седельных сумках. Особой тревоги Чернота не испытывал – обычным оружием его не взять, да и магическим вряд ли. Что же, пора знакомиться – чем больше информации о здешнем мире, тем лучше для него, стажера, во всех смыслах. Пашка мягко, по-кошачьи, спрыгнул с ветки и не спеша направился к спорящим воинам. На всякий случай поднял раскрытые ладони в знак мирных намерений.

– Здравствуйте, уважаемые, позвольте одинокому путнику присоединиться к вам. Не подскажете, где я нахожусь, а то заплутал маленько.

Пашка говорил по-русски, не надеясь, что его поймут аборигены. Лингвистический переводчик молчал – мало информации. Он пытался состроить «простецкую морду лица» и, видимо, не слишком преуспел в лицедействе. Компания дружно развернулась в его сторону, вытягивая из ножен клинки.

– Спокойно, товарищи! Миру мир, я вас не обижу.

Наемники слегка расслабились, но не спускали с Пашки настороженных глаз. Главный из них произнес несколько фраз, и два воина, вскочив на лошадей, порысили в разные стороны.

«Видимо, опасаются засады», – решил Павел.

Вскоре воины вернулись и на немой вопрос главаря отрицательно помотали головами. Тот жестом пригласил Черноту к походному биваку. Павел заглянул в разум начальника и снял необходимые данные о чужом языке. Дальше началась оживленная беседа без напрягов. Наемники угостили его жареным куском оленины и флягой сухого вина – баклажка, обтянутая кожей, хорошо сохраняла прохладу напитка.

Познакомились. Главарь Орест оказался бывшим капитаном императорского кавалерийского полка.

– Гидо, Дони, Ливэн и Пако, – назвал он остальных.

Все они однополчане, службу покинули пять лет назад – их выгнали без выходного пособия за отказ уничтожить взбунтовавшееся село. Тогда из полка ушло около трехсот человек офицеров и рядовых. В данное время занимаются наемничеством. – капитан тяжело вздохнул.

Оказывается, последний наниматель, барон Эркол д’ Эсте, чтобы его черти жарили в аду, элементарно «кинул их на деньги». За год службы выдал по золотому и выгнал за ворота замка. А по договору обязался платить в месяц золотой плюс питание и проживание.

– Вот мы и решили сегодня возместить наши убытки.

– Каким образом? – вежливо поинтересовался Пашка.

Заговорил Гидо, типичный южанин с роскошными пышными усами.

– Сегодня эта жаба поедет в Сальхед – самое богатое селение в его баронстве, за налогами, – закончил он многозначительно. – Село большое, даже трактир имеется.

– Понятно, экспроприация экспроприаторов, – задумчиво бросил Чернота.

– Ась? – Орест недоуменно глянул на него.

– Я говорю – грабь награбленное.

– Ну да, – заулыбались наемники.

Пашка тоже довольно улыбнулся, считая, что ему повезло – с самого начала попались порядочные и честные люди в этом мире. Он видел ауру наемников – ни слова лжи от них не услышал. Его рассмешило знакомство, вернее, звучание собственного имени и фамилии на местном наречии – Пашб Черный.

– Надо же. Да хрен с ним, пусть будет Пашб.

Информация о мире оказалась бесценной. От услышанного Пашка вытаращил глаза. Нет слов, одни ненормативные выражения! Двадцать лет назад в их сильной и спокойной империи Тарагон случилась беда. Чужеземцы, прилетевшие на железном драконе, внезапно объявились в небе над столицей Савоной. Огнедышащий дракон разрушил половину дворца, под обломками которого погибла вся императорская семья во главе с Бернгардом II Соверини. В страшном бою полегла большая часть гвардейского полка, правда, из троих чужеземцев выжил лишь один. Сейчас сидит на троне и называет себя Ричард I Кембриджский. Самозванец переименовал империю Тарагон в Великую Англию, подверг гонению знатные и уважаемые роды, окружил себя кучкой случайных людей – льстецов и проходимцев. Бывшая цветущая империя приходила в упадок. Страна
Страница 14 из 17

стонала под гнетом узурпатора. Городской люд душили непомерные налоги, крестьянам ввели барщину. Самая большая дикость – официально узаконили рабство. Новоявленный император даже замахнулся на единую церковь и пытался ввести инквизицию. По стране прокатилась волна восстаний – в рядах бунтовщиков плечом к плечу встали дворяне и простой люд. Испугавшись за власть, Ричард I, которого народ окрестил Кровавым, пошел на попятную – святую инквизицию похерил и в дальнейшем в дела церкви не лез.

– Вот такие дела наши скорбные, – закончил свой рассказ Орест.

– Валить надо этого козла, без вариантов, – вынес вердикт Чернота.

Он сразу понял, чьи уши торчат из этой печальной истории. Понятно, что на троне очутился выходец с Земли-2 или Земли-3. У него дома англичане только-только запустили первую парочку космонавтов, проболтавшихся на околоземной орбите неделю. Дальний космос вообще пока недоступен ни одной из стран. Беспокоила Пашку одна странность – не будет же Орден закрывать сектор из-за одного самозванца, а что он попал именно в закрытый сектор, сомнений не возникало. И вот почему. На планете существовало два крупных континента: восточный и западный, кроме них – множество больших и малых островов. В настоящее время все исследовано мореходами и купцами, составлены подробные карты. Осталась одна загадка – корабли не могут приблизиться к одному из континентов ближе чем на сто лиг[3 - Лига – 1,5 километра.]. Множество легенд сложили люди о таинственной земле, одна из основных – боги отгородились от простых смертных, чтобы те не докучали своими грешными делами и помыслами. Поговаривают, якобы существовали счастливчики, побывавшие за великой завесой и описывающие тамошний рай и негу. Правда, в легендах конкретных имен не приводилось, так, красивая сказка, не более. Вот тут Пашка почувствовал настоящий след.

– Ладушки, разберемся с местным плохишом на троне, а потом займемся таинственными богами. Что, у барона большая охрана? – поинтересовался он.

– Не менее десяти воинов, – последовал краткий ответ наемников.

– Тогда я с вами. Надеюсь, вы не против?

Мужики довольно хохотнули. Не откладывая в долгий ящик хорошее дело, всей компанией отправились в Сальхед. Пашке выделили одну из заводных лошадей, а Орест вооружил его мечом-полуторником.

– О, это дело, а то хожу словно голый, – обрадовался он, затем слегка пригорюнился – жалко было пропавший пистолет «Кобра», отличная вещь. На сто метров поражение цели гарантировано, если руки из нужного места растут.

Небольшая кавалькада всадников неспешной рысью ехала по плотной грунтовке, слегка вздымая пыль. Мерно покачиваясь в седле, Пашка задал злободневный вопрос:

– А как у вас с магией?

Наемники насупились.

– Понимаешь, Паша, в данное время совсем плохо. – Орест скривился. – Раньше в столице Академия имелась, в городах – разные магические школы. С приходом к власти Кровавого все изменилось. Он натравил на магов инквизицию, много их погибло на кострах. Самые умные и шустрые покинули империю, малая часть ушла в подполье. Говорят, возле себя Ричард I держит нескольких преданных магов, но это только слухи.

– Интересненько, – хмыкнул Пашка.

Через полчаса въехали в селение. У первого попавшегося крестьянина узнали – господин барон пока не появился.

Сальхед, по мнению Пашки, являл собой довольно жалкое зрелище. Куча кривобоких домишек в окружении возделанных полей. На лугу пасется немногочисленное стадо коров, другой мелкой живности не видно. Странные у местных критерии оценки – если это богатое селение, то как тогда выглядит бедное? Возле трактира наткнулись на кошмарное зрелище – на колу умирал мальчишка лет четырнадцати. У Пашки от увиденного внутри все заледенело. Соскочив с лошади, кинулся к несчастному, вынул кляп. Мальчишка внезапно открыл глаза:

– Добейте меня, добрый господин, ради Единого Творца прошу.

– Кто тебя казнил, малой?

– Хозяин, трактирщик. Утром я нечаянно разбил глиняную кружку, – прошептал истерзанными губами подросток.

Пашка затравленно бросил взгляд на наемников. Орест понятливо кивнул. Спешившийся Ливэн пробил кинжалом точно в сердце парнишке, избавив того от дальнейших мучений. Сдернули паренька с кола и положили неподалеку. Только сейчас Пашка заметил на нем рабский ошейник – узкая металлическая полоса с короткой надписью. Видимо, с именем хозяина.

– Сейчас кое-кто на этот колышек присядет, пошли в трактир, – прохрипел Пашка.

Шипя рассерженным котом, ударом ноги вынес дверь и кинулся к трактирщику, лысому мужику в замызганной рубахе. Миг – и рабовладелец с расплющенным носом впечатался спиной в полки, с которых посыпалась посуда и полетели кувшины с пивом. Наемники выдернули урода из-за стойки и, попинав ногами, потащили на улицу. Заверещала служанка, шарахнулись в сторону немногочисленные посетители. Трактирщик, увидя приближающийся кол, обреченно завыл, а потом вдруг стал стращать бароном. К месту казни уже подтягивались любопытные пейзане. Под истошный вой плохиша наемники сноровисто посадили того на кол – пришпилили, словно жука на булавку. У Пашки от сброса адреналина слегка затряслись руки. Орест, приобняв его за плечи, повел в трактир.

– Тяжело с непривычки, по себе знаю, – прогудел он.

Сдвинув два стола, уселись гурьбой. Объявилась зареванная служанка.

– Хорош слезы лить, твой гадский хозяин этого не заслужил, – шикнул на нее Пако. – Неси мяса жареного, много зелени, ну и вина приличного.

– Сей момент, судари! – И, крутнув круглым задом, она умчалась на кухню.

Местный вышибала и два работника с опаской заглядывали с крыльца в дверной проем. С наемниками связываться себе дороже: нашинкуют в мелкие куски – и пикнуть не успеешь. Воздав должное неприхотливым изыскам местного кухаря, с удовольствием потягивали слабое винцо, оказавшееся, к Пашкину удивлению, вполне приличного качества. На втором кувшине дегустации с улицы послышался топот копыт, шум и бряцанье железа.

– Ага, дождались. – капитан наемников аккуратно вытер усы.

В трактир, пыхтя и толкаясь, ввалилась толпа вооруженных воинов во главе с бароном Эрколом д’ Эсте – зверообразного вида мужиком с вывернутыми ноздрями и небольшой короной на башке. Он с ходу заорал:

– Кто посмел убить моего подданного? А-а, старые знакомые, взять их, – приказал он охране.

За Пашкиной спиной щелкнули арбалеты, и три охранника, получив по болту в глаз, рухнули на солому, покрывавшую пол.

– Барона не трогать, он мой, – рыкнул Пашка, выдергивая меч из ножен. – Руби их в песи, круши их в хузары – и, сделав стремительный скользящий шаг, очутился перед Эрколом д’ Эсте.

Побоище в трактире затем прочно войдет в фольклор сальхедцев – немало легенд и небылиц сложат о данном происшествии.

Барону, не успевшему до конца обнажить меч, Пашка снес голову неуловимым движением клинка. Голова, залив кровью пол, полетела вниз. Корона, брякая, словно консервная банка, закатилась под дальний стол. Обратным движением меча Чернота чиркнул по шее ближнего охранника, и могучий детина безуспешно попытался остановить фонтанирующую кровь руками. Полшага вправо, укол в подмышку – и еще один баронский дружинник валится на пол. Изумленные наемники ничего не
Страница 15 из 17

поняли – человеческий глаз не успевал фиксировать движения Павла. Два удара – и три трупа. Первым опомнился Орест:

– Какого хрена сидим?

Зазвенели клинки, через пять минут стычка закончилась победой наемников. Охрану перебили без напрягов – ну так профессионалы, мастерство не пропьешь. К сидящему на скамье Черноте, отходящему от боя, подошел Орест и с почтением протянул баронскую корону.

– Поздравляю, ваша милость, теперь вы барон д’Эсте.

Пашка в ответ выпучил глаза:

– Какой, на фиг, барон? И с какого перепугу ты выкать начал?

– Паша, у нас такой закон, – терпеливо стал объяснять капитан. – Кстати, покойник точно так же заработал баронство.

С непроницаемым лицом Орест спросил:

– Не возьмете ли на службу пятерых наемников, господин барон? – Он втайне надеялся на положительный ответ. Не прост Паша, ох не прост. Таких бойцов экстра-класса Орест до сих пор не встречал. Есть чему поучиться.

Пашка, не раздумывая, ответил согласием, правда, попросил повременить с размером оплаты – нужно еще в наследство вступить. Наемники между тем заканчивали сбор трофеев – собрали в одну кучу оружие, доспехи, кошельки. Вытащенные на улицу трупы Пашка приказал трактирным работникам погрузить на телеги и прикопать за околицей. Вызванный староста, плюгавый мужичок, в волнении мял шапку перед новоявленным бароном.

На Сальхед снизошла благодать. Собравшихся у трактира сельчан Пашка Черный д’Эсте огорошил невероятной новостью – все крестьяне отныне свободные люди. Отменяется рабство и грабительские налоги. Две трети собранного урожая и приплода домашних животных остается у сельчан.

– Грамоты вскоре последуют.

От избытка верноподданнических чувств пейзане устроили большой праздник. Ночевать пришлось в селе. Лишь утром, с трудом продрав глаза, Пашка и наемники отправились в замок. За всадниками следовали одиннадцать телег, груженных мешками с пшеницей, рожью и овсом. На одной телеге – изделия умельцев; некоторая часть сальхедцев занималась отхожим промыслом – гончарным делом. Расписные горшки, кувшины и тарелки славились на все графство. Дважды в год в Сальхеде собиралась ярмарка, на которую заезжие купцы привозили много нужного сельчанам товара. Через шесть лиг показался замок, расположенный на обрывистом берегу широкой реки Дору.

Фамильный замок д’Эсте – типичное строение феодальной эпохи с четырьмя башнями, мощными высокими стенами, подъемным мостом и глубоким рвом, наполненным водой, – производил впечатление неприступной крепости. Вокруг замка на лигу никаких лесов и кустарников, чтобы внезапное нападение оказалось невозможным. Если в замке достаточное количество съестных припасов и питьевой воды, то его замучаешься брать приступом. Осаду в полгода можно выдержать шутя, лишь бы в гарнизоне хватало солдат. По стенам и в башнях мелькали часовые, блестя кирасами, по мосту шастали всадники и повозки, на реке служанки стирали белье на мостках – жизнь кипела. Стражники, тормознувшие в главных воротах обоз с наемниками, почтительно расступились, отводя алебарды, – увидели на Пашкиной голове баронскую корону.

Обстановка внутри замка неприятно поразила Пашку – антисанитария полнейшая. Территория покрыта коркой грязи пополам с конским навозом и соломой. Главное здание в три этажа украшали несколько псевдобашенок в готическом стиле. Вместо окон – узкие бойницы. Наемники по приказу Ореста сгоняли на главную площадь местное население. Пашка с высокого крыльца в короткой, но емкой речи довел до сведения присутствующих, кто он и что он.

– Власть д’Эсте. – Я человек строгий, но справедливый, а потому не потерплю предательства, воровства, пьянства и лодырничанья. Начальников гарнизона и первым своим заместителем назначаю капитана Ореста. Предупреждаю сразу, вранье вижу за три лиги вперед, а теперь подходите по одному. Будем разбираться, «ху из ху». Где управляющий? Подать его сюда.

Из толпы вытолкнули невзрачного мужичка в нелепом желтом камзоле. Один взгляд на ауру, и сразу стало понятно, что перед Пашкой махровый казнокрад.

– Вижу, наворовал ты много. Пако, хватай его и пусть ведет в свои закрома.

Наемник, ухватив за шиворот управляющего, поволок того в замок. В течение двух часов вороватый обладатель желтого камзола получил два раза по морде и пять ударов плетью по хребту – ну очень ему не хотелось расставаться с нечестно нажитым имуществом. Наградив его золотым на прожитье и пинком под зад, выгнали за ворота, пожелав ему покинуть земли баронства.

Из многочисленной толпы слуг и прихлебателей Чернота оставил половину, остальных отправил на вольные хлеба, в том числе и гарем прежнего барона – пять молодых девчонок из ближайших селений. Оставшемуся народу поставил задачу – генеральная уборка по всему замку. Дошел черед до гарнизона из шестидесяти солдат под командованием сержанта Мачера. Здесь помог Орест, охарактеризовав каждого. Сержанта и шестерых солдат повесили тут же, «не отходя от кассы». Палачей и садистов Пашка ненавидел с детства. Дождавшись уборки кабинета, последовал туда посмотреть наследство и прочие бумаги. Запустение и уныние царили в помещении. Вдоль стены располагалось несколько шкафов, набитых старинными манускриптами и книгами в кожаных и деревянных переплетах. Скромная библиотека томов на двести оказалась покрыта пылью и паутиной.

– Дать задание слугам, чтобы навели порядок, – отметил машинально Пашка.

В двух сундуках, рядом с бюро, находились деловые бумаги, именные грамоты и прочее – все в захламленном состоянии. Пашка при двух зажженных свечах внимательно ознакомился со свитками. Как ни странно, ни в одном свежем указе и повелении не нашел руки покойного барона. Печать и что-то наподобие крестика – все. Такое впечатление, что прежний хозяин замка был безграмотен. Впрочем, ничего удивительного – зачем бандерлогу грамота? Незаметно засиделся до вечера, оторвал от чтения мажордом, благородного вида старик в нарядной ливрее. Пригласил на ужин.

Большая трапезная с камином и древним затухшим очагом подавляла своей величиной и высоким потолком с закопченными балками. Длинный дубовый стол с рублеными следами рыцарских мечей протянулся на все помещение. В торце стоял полутрон из красного дерева, по бокам – обыкновенные скамьи. Пашка ужинал в компании с Орестом, тот между блюдами делился информацией.

– Гарнизон слаб, подготовка солдат ниже среднего. Стены и башни требуют ремонта. С одним хорошо – вооружение. В арсенале его хватит на две сотни солдат. Лошадей всего пятьдесят голов, строевых – сорок. Кузня есть, вот кузнец отсутствует – сбежал от «милостей» барона год назад.

Допив кубок вина, Чернота спросил:

– Слушай, капитан, а у тебя имя есть? А то все Орест да Орест.

– Меня зовут Ланс, господин барон.

– Ты вот что, Ланс, завязывай с «господами», наедине обращайся ко мне просто Паша. Тебе, Ланс, временно придется совмещать две должности, пока управляющего не подберем. Подтягивай солдат из гарнизона до уровня своих наемников. Кстати, произвожу их в сержанты, пусть гоняют молодых в хвост и в гриву.

– Госп… извиняюсь, Паша, вы не могли бы научить нас своему мечному бою? Такого уровня мастерства раньше не доводилось
Страница 16 из 17

видеть.

– Попробовать можно, но за результат не ручаюсь, – буркнул Пашка.

Следующая неделя прошла в хозяйственных заботах. Во все пять деревень поскакали гонцы с вольными грамотами. Крестьяне становились арендаторами на барской земле. Налог Пашка снизил до двадцати пяти процентов, отменил идиотский закон первой брачной ночи. Из подземных камер освободил тридцать узников, среди воинов набрал десяток солдат, знакомых с кавалерийским делом и умеющих читать следы. Во главе поставил сержанта Гидо, бывшего в молодости охотником, и первый отряд егерей приступил к тренировкам. Они часто пропадали в окрестностях замка, на практике познавая трудную науку. Орест вскоре нашел человека на должность управляющего – им оказался младший брат старосты Сальхеда. Хозяйственный и честный мужчина, около сорока лет, пришелся по душе Пашке. Звали его Робин. К концу месяца Робин уговорил заезжего кузнеца остаться на жительство в замке. Кузнец обосновался вместе со всем семейством в семь душ. Крестьяне, почувствовав свободу, вкалывали на полях лучше трудолюбивых китайцев. Теплое и длинное лето, чуть ли не в полгода, позволяло снимать два-три раза урожая за сезон. Управляющий Робин по Пашкиному указанию на ближайшей ярмарке закупил несколько сот цыплят, гусят и утят. Мелкую живность в деревнях сожрали бывший барон с прихвостнями. Возле замка устроили птичник, завели поросят – в общем, жизнь налаживалась, и Чернота наконец вздохнул свободнее. Замок похорошел, обзавелся новыми постройками, среди них – казарма, баня и несколько домиков для семей ремесленников. Люди, прослышав о хорошей жизни в баронстве, подтягивались со всех сторон. Главное – люди избавлялись от рабства, тем более сам барон Паша Черный д’Эсте заверил вновь прибывших – выдачи к прежним хозяевам не будет. Так обзавелись двумя шорниками, оружейником, хорошим ткачом и стеклодувом – в этих краях специальность редкая и дефицитная.

Пашка, свалив хозяйство на управляющего, занялся подготовкой бывших наемников сержантов. Обучал их до обеда, после чего запирался в одной из башен, пытался разобраться с магией. Собственно, с тем, чем он владеет, перед окружающими пока не светился. Считал, рано всем знать, что он маг. После одной неудачной попытки свернуть пространство, в результате чего часть башни рухнула, перенес занятия магией на природу, для чего в полулиге от замка, на берегу реки, плотники соорудили охотничий домик. Пашка нередко оставался в нем ночевать – тепло, уютно, приятный запах дерева, не то что в замке – сыро, от каменных стен несет холодом, тьфу…

Месяца через три углубленного самокопания уяснил: так называемая боевая магия – туфта полная. Метание огненных шаров и молний – ерунда. Поставь защитный купол и поплевывай сквозь зубы, правда, имелось, одно большое «но». При непрерывной атаке запас силы истощался, а потому Чернота озаботился созданием артефактов. Для своеобразных аккумуляторов силы лучше всего подходили драгоценные камни. В сокровищнице прежнего барона Пашка обнаружил много интересного, в том числе и ювелирные изделия. С созданием первого артефакта Пашка мучился неделю, дальше стало легче.

Сначала ему пришлось разобраться в структуре рубина на печатке, а затем задать нужные характеристики. Опытным путем с помощью Ореста установил – мощности артефакта на поддержку силового поля хватало на сорок минут. Капитан – единственный человек, знавший, что Пашка – маг. Для сержантов и Ореста изготовил пять артефактов в виде медальонов с камушками. При дальнейшем изучении своих способностей выяснил: так называемая магия стихий ему почти неподвластна. Для того чтобы создать одну дождевую тучу, уходил весь запас силы. Вот и старый Мозес трындел: магов стихий в природе не существует, короче, это сказки Андерсена. Лечебная магия – разговор особый. Не лежала к ней душа у Черноты. Нет, в экстренных случаях мог остановить кровь, залечить рану, а дальше даже вникать не стал. После нескольких опытов по превращению свинца в золото плюнул и на материальную магию. Полученное золото продержалось сутки, потом опять превратилось в свинец. Лучше получилось с созданием порталов – сначала коротких, до ста метров, а затем помасштабнее, в пятьдесят и более лиг. Соорудить портал-переход на Базу пока не удавалось.

Его коньком оказалась магия разрушения, талант врожденный, хотя и весьма сомнительный. В результате небольшого опыта на реке образовался большой лиман, а в лиге от берега появился курган из песка и ила. Со сворачиванием пространства дела шли туго, пока Пашка не догадался, что создаваемые порталы и есть искомый результат. Самое главное достижение в результате многочисленных экспериментов – умение замедлять и ускорять время. На немного, на какие-то доли секунды, но и этого хватало. В этот миг Пашка просто исчезал для окружающих, а для него остальной мир застывал в статичной картинке.

Спустя три месяца Чернота прекратил исследования, мудро рассудив – будущее покажет, и его потенциал мага, возможно, раскроется сам по себе. Вернувшись в замок и отдохнув два дня, решил более подробно ознакомиться со своими владениями. Небольшой отряд в десять всадников с небольшим обозом в три телеги с припасами отправился в поход. Пашка выбрал десятку Пако лишь потому, что он первым подвернулся под руку.

Ехали не спеша, останавливаясь на обеденные привалы. Из бесед с сержантом он узнал много нового о стране, о людях, ее населявших, и армии, которой Пако отдал все свои молодые годы. Посетив проездом две деревни, Пашка остался доволен увиденным. Люди стали жить в достатке, почувствовали забытую свободу и искренне радовались появлению своего барона. Отъехав от селения Луговое, через три лиги оказались на имперском тракте, уложенном в незапамятные времена и пересекающем баронство с севера на юг. Тракт, мощенный здоровенными и тщательно подогнанными плитами, оказался весьма оживленным. За день попалось несколько купеческих караванов с многочисленной охраной. За всю дорогу по тракту Пашка обнаружил лишь одну придорожную корчму. Непорядок, нужно исправить. Трактир у дороги – это лишний ручеек наличных в его казну.

Переночевав на постоялом дворе, а затем позавтракав, отряд двинулся дальше. Глядя на местность, проплывающую мимо, Чернота удивлялся – типичный земной пейзаж южных широт. Дубовые и буковые леса, трава, ягодники, птицы и мелкие зверушки – полная идентичность. Основное солнце поднималось в зеницу, красный «карлик» крался сбоку, становилось жарковато. Ушедшего в себя барона потревожил Пако:

– Ваша милость, на горизонте чужой отряд. Остановились на взгорке, присматриваясь.

Действительно, растянувшись небольшой змеей, навстречу им рысила колонна конницы.

– Не понял, это кто по моим землям шастает?

Минут через десять Пако обрадовал:

– Сам граф Карло д’Лоредан пожаловал – его штандарты. Добавил вполголоса: – Не иначе, по наши души.

Защелкали взводимые арбалеты.

– М-да, расклад пока не в нашу пользу. Навскидку у графа не менее трех сотен всадников. Пройдут по нашему отрядику, что каток по картонной коробке, не заметив.

– Но это только на первый взгляд. Не стрелять без моей команды. Пако, проследи. Орлы, ничему не удивляйтесь, я сам займусь
Страница 17 из 17

графом.

Пако лишь в сомнении покрутил головой. По его мнению, лучший вариант – оказаться за много лиг отсюда.

Пашка, выехав вперед метра на три, небрежно уселся в седле, подвернув левую ногу под себя. Графская конница, сияя начищенными латами, остановилась перед ними в десяти метрах. Из первых рядов выехал высокий воин с аскетичным лицом в богатых доспехах.

– Я граф Карло д’Лоредан. С кем имею честь разговаривать?

– Барон Паша Черный д’Эсте к вашим услугам.

– Вот удача, мятежный барон и попиратель устоев общества сам попал в наши руки. У нас сегодня просто праздник, господа. – Граф ощерился на своих прихлебателей.

– Хо-хо-хо, га-га-га, – развеселились лизоблюды.

– Граф, а, собственно, по какому праву вы заявились с вооруженными солдатами в мое суверенное баронство? И вообще, я вам вассальную клятву не давал, так что попрошу покинуть территорию во избежание неприятностей.

После последней фразы первые ряды графской конницы полегли от хохота. Сам граф, вытирая перчаткой выступившие от смеха слезы, приказал:

– Арестовать наглеца.

Дальше произошли невероятные события. Пако не уловил мгновения, когда барон исчез из седла. В следующую секунду обнаружил – верхняя половина графского туловища, фантанируя кровью, рухнула на дорогу. Наружу вывались кишки, обдавая присутствующих неприятным смрадом. Затем по коннице словно ударил невидимый исполинский молот. Всадников и коней плющило в кровавые лепешки, дорога окрасилась в красный цвет. Волна энергетического удара затихла лишь в середине графского отряда. Пако ошалело икнул, многих солдат выворачивало наизнанку, настолько оказалась неприятной и кошмарной картина побоища. Вторая половина конницы пребывала в шоке. Визжали ошалевшие лошади. Объявился пропавший барон, он невозмутимо подошел к своей лошадке и запрыгнул в седло.

– Поехали, – бросил он Пако.

Приблизившись к ошалелым графским солдатам, заляпанным чужой кровью, объявил:

– Теперь я граф д’Лоредан. Желающие у меня служить, останьтесь. Если нет, не держу, уходите с миром.

Из ста тридцати четырех человек ушли лишь одиннадцать, остальные присягнули новоявленному графу тут же, на тракте.

– Отправляемся в графский замок, – бросил Пашка. – Сколько до него езды?

– За три дня управимся, ваша светлость.

Увеличившийся многократно отряд на рысях отправился к новому пункту назначения. Пако, как и многие другие, был потрясен фактом: их барон – маг. Значит, не всех вывел Кровавый. С таким могущественным хозяином они наворотят дел! Мелькнула мысль: «А ведь барон скинет с трона ненавистного Ричарда I запросто, да только ради этого ему можно бесплатно служить». У Пако родители погибли в инквизиции.

На четвертый день, ближе к вечеру, показались предместья графского замка. От баронского он мало чем отличался, разве что побольше размером. Беспрепятственно проехав через главные ворота, оказались на главной площади, с которой Пашка информировал местное население о смене власти. Многие не сдерживали чувств, радостно вопили и кричали «ура» – видимо, здешний правитель досаждал всем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/vladimir-loshachenko/hraniteli-ravnovesiya/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Феня – блатной жаргон. – Здесь и далее примеч. автора.

2

ФАБ – Федеральное агентство безопасности.

3

Лига – 1,5 километра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.