Режим чтения
Скачать книгу

Как тестируют в Google читать онлайн - Джеймс Уиттакер, Джейсон Арбон, Джефф Каролло

Как тестируют в Google

Джеймс А. Уиттакер

Джейсон Арбон

Джефф Каролло

В книге описано тестирование программных продуктов в Google: как устроены процессы, как организованы команды, какие техники используются, кто ответственен за качество. Принципы, на которых построено тестирование в Google, применимы в проектах и компаниях любого размера. Авторы книги сами работали над продуктами Google, создавая инструменты тестирования, настраивая процессы и занимаясь непосредственно тестированием. Книга рассчитана на профессионалов из индустрии разработки программного обеспечения: специалистов по тестированию, программистов, менеджеров.

Дж. Уиттакер, Дж. Арбон, Дж. Каролло

Как тестируют в Google

Всем тестировщикам из Google, Microsoft и всех остальных компаний, которые заставили меня мыслить нестандартно.

    Джеймс А. Уиттакер

Моей жене Хизер и моим детям Луке, Матео, Данте и Одессе, которые думали, что я все это время работал в Starbucks.

    Джейсон Арбон

Маме, папе, Лорен и Алексу.

    Джефф Каролло

© ООО Издательство "Питер", 2014

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Предисловие к русскому изданию

Я пришла в тестирование в 2006 году маленьким тестировщиком на большой аутсорсный проект. Сначала я научилась тестировать, заводить баги и общаться с разработчиками и менеджерами. Со временем я стала писать тесты, научилась планировать и управлять тестированием. У меня появилась своя команда.

И чем дальше, тем больше мне становилось понятно, что тестировщики только находят проблемы, но не могут их исправить. Они не могут сделать так, чтобы проблема больше не повторилась. И я чувствовала, что тестирование может приносить больше пользы.

Я начала ездить на конференции, читала книги и статьи по тестированию, общалась с коллегами по индустрии. Везде учили, как лучше тестировать, как находить больше ошибок, как быстрее находить ошибки. Тестировщики не хотели выходить за рамки своей профессии. Им как будто нравилось чувствовать собственную важность от того, что они нашли много багов.

Ответы на свои вопросы я нашла в статьях и докладах Джеймса Уиттакера. Его основная идея в том, что тестирование должно перестать просто предоставлять информацию и начать влиять на качество. Главная задача тестирования, говорил Уиттакер, – это уменьшение количества ошибок в процессах разработки. Тогда улучшится качество выпускаемого продукта.

Создать процесс, в котором сложно допустить ошибку, – вот настоящая цель тестирования. Мы не можем полностью избавиться от ошибок, но можем построить работу так, что сделать сразу правильно будет легче, чем ошибиться.

В Google пошли именно в эту сторону, отказавшись от тестирования, которое просто сообщало об ошибках. «Служба тестирования» трансформировалась в «Направление продуктивности разработки», которое помогает разработчикам и менеджерам делать меньше ошибок и получать обратную связь как можно раньше. Тестировщики в Google влияют на качество, потому что встраивают его на всех этапах разработки программных продуктов.

Книга «Как тестируют в Google» рассказывает, как тестировщики в Google пришли к пониманию, что нужно меняться, как строили новые процессы, каких результатов достигли и как видят дальнейшее развитие тестирования. Очень здорово, что компания Google настолько открыта и делится своим опытом. Но все же, я думаю, что именно приход Уиттакера в Google послужил катализатором процесса написания этой книги. Слишком уж много у него энергии и желания делиться знаниями с внешним миром.

Я начала переписываться с Уиттакером в 2009 году, а в марте 2010-го познакомилась с ним лично на конференции Swiss Testing Day. Он оказался очень простым в общении. С ним можно было обсудить тренды мирового тестирования и посмеяться над тестировщиками-консерваторами. Джеймс очень остроумный и харизматичный оратор. В 2011-м я слушала его мастер-класс «Как тестируют в Google» на конференции EuroSTAR. Он легко парировал реплики из зала вроде «в авиационном софте не получится сделать так, как в Google» простой фразой «так вы даже не пробовали».

Эта книга повторяет легкий и остроумный стиль общения Джеймса. Вы почувствуете характер Уиттакера, читая ее. Мы очень старались сохранить в переводе эту легкость и живость. Я хотела, чтобы текст получился таким, как будто его написал кто-то очень знакомый: наш коллега, который говорит на том же языке, что и мы. В итоге книга получилась не похожей на большинство технических книг на русском языке, переведенных сухо и формально.

Если вы начинающий тестировщик – прочитайте книгу сейчас, а потом еще раз через год. Если вы опытный тестировщик – дайте ее почитать вашим разработчикам и менеджерам. Если они не загорятся идеей сделать тестирование «как в Google», задумайтесь, стоит ли с ними работать. Если вы менеджер или разработчик – прочитайте и сравните с тем, как работает тестирование в вашей компании.

Пожалуйста, будьте осторожны. Не нужно следовать советам ребят из Google вслепую: то, как у них реализованы процессы, лишь частный случай. Вычлените из книги главное: тестирование как выделенная проверка не работает, тестировать должен каждый участник проекта, качество нужно встраивать на все уровни разработки. Если применить эти принципы в вашей компании, скорее всего, вы получите совершенно другую реализацию.

Думайте, «как в Google», а не делайте «как в Google». Приятного чтения!

Спасибо всем ребятам, кто помогал в начале проекта: Илье Фомину, Ане Якшиной, Наташе Курашкиной, Леше Лянгузову, Севе Лотошникову, Игорю Любину, Ване Федорову, Жене Ткаченко, Илье Шубкину. Спасибо «Иннове» и Геворку, что этот проект состоялся. Спасибо Ксюше Развенской и Сергею Сурганову, что помогали вычитывать финальный вариант.

Юля Нечаева

P.S. У меня остался только один вопрос к Джеймсу Уиттакеру: о каком инциденте с костюмом Бедняжки Мэри говорит Фред в четвертой главе?

Вступление от Альберто Савоя

Писать вступление к книге, автором которой вы сами хотели быть, – сомнительное удовольствие. Все равно что стать шафером на свадьбе вашего друга и девушки, на которой вы сами давно мечтали жениться. Но Джеймс Уиттакер – хитрый малый. Прежде чем спросить, не соглашусь ли я написать это предисловие, он воспользовался моей слабостью к мексиканской кухне и угостил меня превосходным обедом. Только после того, как мы опустошили пару бутылок пива, он задал мне этот вопрос «на десерт». К этому моменту я был такой же мягкий и податливый, как порция гуакамоле, которую только что прикончил. «Si, senor» – вот и все, что я смог ответить. План сработал, и вот Джеймс стоит со своей книгой, как с невестой, а я собираюсь произнести свадебную речь.

Как я уже сказал, он хитрый малый.

Ну, поехали… предисловие к книге, которую я хотел бы написать сам. Звучит трогательная свадебная музыка.

Нужна ли миру еще одна книга по тестированию ПО? Особенно если это еще одна книга по тестированию ПО, написанная плодовитым Джеймсом Уиттакером, которого я зову «октомамой»[1 - Не поняли, о чем речь? Погуглите!] книг по тестированию? Разве мало книг, раздающих сомнительные и устаревшие советы по методологии тестирования? Да,
Страница 2 из 23

таких книг достаточно, но это произведение, боюсь, к ним не относится. Вот почему я хотел бы написать его сам. Миру действительно нужна именно такая книга по тестированию.

Интернет значительно изменил подход к проектированию, разработке и распространению программных продуктов. Многие передовые методы тестирования, описанные в книгах прошлых лет, сейчас уже неэффективны, иногда вообще бесполезны, а в некоторых случаях даже вредны. В нашей отрасли условия меняются очень быстро. Книги, написанные пару лет назад, уже похожи на древние медицинские манускрипты по лечению пиявками и сверлению дырок в черепе для изгнания злых духов. Такие книги лучше переработать в подгузники для взрослых, чтобы они не попадали в руки доверчивых неофитов.

Развитие отрасли разработки ПО идет семимильными шагами, и я не удивлюсь, если через десять лет эту книгу тоже можно будет пустить на подгузники. Но пока не произошла очередная смена парадигмы, книга «Как тестируют в Google» дает очень своевременный и практичный взгляд на то, как одна из самых успешных и быстро развивающихся интернет-компаний справляется с уникальными задачами тестирования в XXI веке. Джеймс Уиттакер и его соавторы ухватили самую суть того, как Google успешно тестирует одни из самых сложных и популярных программных продуктов нашего времени. Я наблюдал становление отрасли и знаю, о чем говорю.

В 2001 году я присоединился к Google в качестве директора по разработке. Тогда у нас было около двухсот разработчиков и… целых три тестировщика! Мои разработчики уже тестировали свой код сами, но метод TDD (Test-Driven Development, разработка через тестирование[2 - Разработка через тестирование – процесс разработки программного обеспечения, который основан на том, что тесты пишутся до того, как будет написан код. Таким образом, функциональные обязанности кода определяются заранее. – Примеч. перев.]) и средства автоматизации тестирования (такие как JUnit) только делали свои первые шаги. Поэтому наше тестирование было по большей части случайным и зависело от добросовестности разработчика, написавшего код. Но это нормальная ситуация для стартапа. Нам нужно было двигаться быстро и не бояться рисковать, иначе мы бы не смогли конкурировать с матерыми игроками нашей отрасли.

Однако компания росла, и наши продукты становились все более значимыми для пользователей и клиентов. Возьмем хотя бы AdWords: один из сервисов, за которые я отвечал, он быстро превращался в основной источник монетизации веб-сайтов. Пришло время пересмотреть свой подход к тестированию и увеличить инвестиции в эту область. Имея в арсенале только трех тестировщиков, мы не нашли других вариантов, кроме как попытаться вовлечь в тестирование разработчиков. Я и еще несколько сотрудников Google продвигали, развивали и обучали юнит-тестированию. Мы агитировали разработчиков начать писать тесты и использовать хотя бы JUnit для их автоматизации. Переход шел со скрипом. Идея тестирования собственного кода не вызывала у разработчиков ажиотажа. Для стимулирования сотрудников каждую пятницу на наших пивных вечеринках с говорящим названием «Thanks God, It's Friday!» я награждал разработчиков, которые писали тесты. Я напоминал дрессировщика, который дает собачкам лакомство за выполненный трюк, но, по крайней мере, это привлекало внимание к тестированию. Неужели мне повезло, и я смог заманить разработчиков в тестирование конфетками?

К сожалению, нет. Идея с поощрением не сработала. Разработчики поняли, что для создания нормальных тестов им нужно писать две-три строки кода юнит-тестов на каждую строку тестируемого кода. Вдобавок тесты тоже нужно сопровождать, и в них самих могут заводиться баги. Стало очевидно, что одними разработчиками в юнит-тестировании сыт не будешь. Нам нужны были интеграционные тесты, системные тесты, тесты пользовательского интерфейса и прочие полезные штуки. Нам предстояло еще много узнать о тестировании и многому научиться, причем сделать это надо было быстро. Очень быстро!

К чему такая спешка? Я не верю, что даже самое изощренное тестирование может привести к успеху изначально неудачную идею или непродуманный продукт. Но я верю, что плохое тестирование может загубить хороший продукт, компанию или, по меньшей мере, сможет замедлить ее рост и предоставит фору конкурентам. Это как раз портрет Google того времени. Мы были на пути к успеху, и только проблемы в тестировании удерживали компанию от решающего шага в светлое будущее. Нужно было выработать верные стратегии тестирования, адекватные нашим сверхзвуковым скоростям роста числа пользователей, продуктов и сотрудников. Мы вовсю применяли инновационные решения, нестандартные подходы и уникальные инструменты – нам нельзя было замедляться. Конечно, не все работало. Но в процессе мы получили ценные уроки и научились практикам, которые теперь может применить любая компания, желающая развиваться со скоростью Google. Мы поняли, как сохранить баланс между качеством продукта и скоростью разработки, не теряя ни в чем. Эта книга рассказывает о процессе, к которому мы пришли, о том, какие идеи лежат в его основе, и почему он работает. Если вы хотите понять, как Google справляется с проблемами тестирования в XXI веке, в среде современных интернет-, мобильных и клиентских приложений – вы обратились по адресу. Конечно, я хотел бы оказаться тем человеком, который рассказал бы вам все это, но Джеймс и его соавторы уже сделали это за меня. Главное, что им удалось передать суть тестирования в Google.

И последняя ремарка: Джеймс Уиттакер – человек, благодаря которому эта книга написана. Он пришел в Google, проникся нашей культурой, взялся за большие и важные проекты, выпустил такие громкие продукты, как браузер Chrome, операционная система Chrome OS и десятки других поменьше. В какой-то момент он стал лицом тестирования в Google. В отличие от его других книг, в этой – большая часть материала не его авторства, он скорее выступил в роли корреспондента с места события и представил свой репортаж об эволюции тестирования ПО в Google. Помните об этом, читая книгу, потому что Джеймс наверняка постарается прибрать всю славу себе!

Пока население Google росло с 200 до 20 000 сотрудников, было немало людей, которые оставили свой след в разработке и благодаря которым наши идеи тестирования живут. Джеймс благодарит многих из них. Они появляются на страницах книги в отступлениях и интервью. Тем не менее ни я, ни Джеймс не сделали так много, как Патрик Коупленд – архитектор нашей текущей организационной структуры и руководитель направления продуктивности разработки Google. Все тестировщики Google подотчетны Патрику. Это его видение реализовалось в наших подходах и вот теперь описано в этой книге Джеймсом. Если есть человек, благодаря которому тестирование ПО в Google организовано именно так, то это Патрик… Я говорю это не просто потому, что он мой начальник. Я говорю это потому, что он мой начальник, а еще он приказал мне это сказать!

Альберто Савоя – директор по разработке и популяризатор инноваций в Google. Он пришел в компанию в 2001 году и возглавил выпуск Google AdWords, а кроме того, сыграл ключевую роль в развитии культуры разработки и юнит-тестирования в компании. Он написал книгу «The Way of Testivus» и раздел «Beautiful Tests» в книге издательства
Страница 3 из 23

O’Reilly «Beautiful Code».

Примечание от Джеймса Уиттакера: Согласен на все сто! Я ничего не придумывал, просто пересказал схему организации, которую создал Патрик. И я говорю это не потому, что он разрешил мне написать эту книгу. Как мой начальник, он заставил меня написать ее!

Вступление от Патрика Коупленда

Мое приключение в Google началось в марте 2005 года. Если вы прочитали вступление Альберто, то вы уже примерно представляете, что тогда происходило в компании. Google был еще маленький, но в нем уже начали проявляться признаки болезни роста. Это было время стремительных технологических изменений: на замену клиент-серверной модели приходили динамический контент и облачные технологии.

В первую неделю я, как и остальные новички, сидел в фирменной трехцветной кепке с пропеллером, слушая, как основатели компании обсуждают корпоративную стратегию на еженедельном собрании «Thanks God, It’s Friday». Тогда я еще не понимал, во что влип. Я был наивен настолько, чтобы испытывать энтузиазм, и достаточно опытен, чтобы начать подозревать неладное. Мой предыдущий опыт с пятилетними циклами разработки продукта выглядел не очень убедительно по сравнению со скоростью роста и масштабами Google. Что еще хуже, я был единственным тестировщиком в кепке новичка. Я надеялся, что где-то есть и другие!

Когда я пришел в Google, там было не больше тысячи инженеров. В команду тестирования входили 50 штатных сотрудников и несколько временных, которых я никогда не мог запомнить. Все это называлось «Службой тестирования». Она занималась тестированием пользовательского интерфейса и прыгала с проекта на проект по мере надобности. Как можно догадаться, это была не самая популярная команда Google.

На тот момент этого было достаточно. Основными направлениями Google были поиск и реклама. Сфера деятельности Google тогда была значительно у?же, чем сейчас, и для поддержки качества достаточно было исследовательского тестирования. Но мир менялся. Пользователи приходили в веб в невиданных количествах, и веб стал ориентироваться на приложения, а не на документы. Все чувствовали необходимость роста и изменений. Если ты не хотел оказаться за бортом индустрии, нужно было уметь оперативно масштабировать продукт и быстро выпускать его на рынок.

Внутри Google команда службы тестирования сражалась с драконами масштаба и сложности. Решения, которые хорошо работали в мелких однородных проектах, теперь только обжигали наших славных тестировщиков, прыгающих с одного горящего проекта на другой. Прибавьте к этому стремление Google форсировать выпуск продуктов. Нужно было что-то делать. Я должен был выбрать между масштабированием ручного труда и полным изменением правил игры в тестирование. Тестирование должно было радикально измениться, чтобы соответствовать радикальным изменениям в индустрии и в Google.

Мне бы очень хотелось сказать, что я воспользовался своим огромным опытом и с ходу выдал идеальный механизм организации тестирования. Но, честно говоря, мой опыт научил меня только тому, как делать не надо. Каждая структура тестирования, в которой я участвовал (или которую возглавлял), была по-своему ущербной. В ней всегда что-то работало плохо: иногда код, иногда тесты, иногда сама команда. Я отлично знал, как можно оказаться погребенным под грудой технических и качественных проблем, когда каждая новая идея с ходу отвергается, если она хоть немного угрожает хрупкому проекту. Если я чему-то и научился к этому времени, так это тому, как не нужно проводить тестирование.

Я уяснил одно: Google уважает компьютерные технологии и искусство программирования. Если тестировщики хотят влиться в эту компанию, они должны быть технически грамотными и уметь писать код. Только так остальные инженеры будут воспринимать тестировщиков равными себе.

Ну и уж если я собрался что-то менять в структуре тестирования Google, то начинать надо было с самих тестировщиков. Я представлял идеальную команду и то, как она будет обеспечивать качество, и все время возвращался к одному очень важному условию: команда может сделать качественный продукт только в том случае, если за качество отвечают все ее участники. Менеджеры, разработчики, тестировщики… все. Мне казалось, что лучший способ это обеспечить – превратить тестирование в фичу кода. Фича «тестирование» должна была обладать теми же правами, что и любая другая фича, которую может увидеть пользователь. А для создания фич нам нужен разработчик.

Нанять тестировщиков, которые умеют программировать, нелегко, а найти разработчиков, которые умеют тестировать, еще сложнее. Но текущее состояние дел было хуже некуда, и я решил действовать. Я хотел, чтобы тестировщики могли сделать больше для своих продуктов, и в то же время я хотел изменить природу тестирования и разделить ответственность за него. Для этого мне нужна была поддержка команд разработки. Я еще ни разу не встречал подобной организационной структуры за все время работы в отрасли, но был уверен, что она подойдет Google, и считал, что наша компания к ней готова.

К сожалению, мало кто в компании разделял мой энтузиазм по поводу столь принципиальных и фундаментальных изменений. Рассказывая о своем подходе «все будет точно так же, только по-другому», я обнаружил, что мне стало труднее найти компанию для обеда! Разработчиков, казалось, пугала мысль о том, чтобы играть более важную роль в процессе: «А тестировщики нам зачем?» Тестировщики тоже не горели желанием менять привычный стиль работы. Попытки что-либо изменить сталкивались с сильным сопротивлением.

Я продолжал гнуть свою линию, так как боялся, что инженерная работа Google погрязнет в технических долгах и проблемах качества, а мне придется вернуться к пятилетним циклам разработки, которые я с радостью оставил в доисторическом клиент-серверном мире. Google – компания гениев, ратующих за инновации, и этот дух изобретательства просто несовместим с долгими циклами выпуска. Игра стоила свеч. Я убедил себя, что однажды эти гении прочувствуют необходимость объединения практик разработки и тестирования в один цикличный и высокотехнологичный (как на фабрике) процесс и перейдут на мою сторону. Они поймут, что мы уже не стартап. Наша стремительно растущая пользовательская база, набирающий скорость снежный ком багов и плохо структурированный код могут разрушить уютный мирок разработчиков.

Я начал обходить команды разработки продуктов, разъясняя свою позицию, и старался подбирать подходящие аргументы для каждого. Разработчикам я рисовал картину непрерывной сборки, быстрого развертывания и процесса разработки настолько стремительного, что останется время на эксперименты. Общаясь с тестировщиками, я уповал на их желание стать равноправными разработчикам инженерами с равным уровнем мастерства, равным вкладом в продукт и равным уровнем оплаты.

Разработчики считали, что если уж мы собрались нанимать людей, которые могут писать функциональность, то пусть они это и делают. Некоторые так сильно противились моей идее, что почтовый ящик моего начальника был всегда полон советов, как лучше приструнить мое безумие. К счастью, мой начальник не внял этим рекомендациям.

Тестировщики, к моему удивлению, реагировали аналогично. Они привыкли к текущему
Страница 4 из 23

состоянию дел, охотно оплакивали свой статус, но не торопились его менять.

Когда я пожаловался своему начальнику, он сказал: «Это Google. Если ты хочешь, чтобы что-то было сделано, – сделай это».

Сказано – сделано. У меня было достаточно единомышленников, чтобы стартовать конвейер собеседований, и мы начали беседовать с кандидатами. Задача была не из легких. Мы искали людей, обладающих умениями разработчика и менталитетом тестировщика. Нам были нужны специалисты, которые умели программировать и хотели применить свои навыки в разработке инфраструктуры, инструментов и автоматизации тестирования. Мы должны были придумать новые критерии набора персонала и проведения собеседований, а затем объяснить этот процесс нашим рекрутерам, которых вполне устраивал текущий ход дел.

Первые несколько месяцев были самыми тяжелыми. В процессе проверки часто отбраковывались неплохие кандидаты. Возможно, они недостаточно быстро решали какую-нибудь хитроумную задачу по программированию или плохо проявляли себя в области, важной для интервьюера, но на самом деле не имеющей никакого отношения к навыкам тестирования. Я знал, что с наймом у нас будут проблемы, и каждую неделю строчил докладную за докладной. Они уходили Ларри Пейджу, который был (и остается) последней инстанцией в процессе найма. Он утвердил достаточное количество кандидатов, и моя команда начала расти. Я иногда думаю, что мое имя у Ларри ассоциируется только с фразой «Нам нужны тестировщики!».

Конечно, я поднял столько шума, пытаясь найти поддержку, что пути назад у нас уже не было. За нами наблюдала вся компания, и неудача могла стать фатальной. От маленькой тестовой команды с вечно меняющимся штатом контрактников ожидали великих свершений. И все же – на фоне моих битв с наймом и сокращения числа внештатных сотрудников – я начал замечать изменения. Чем сильнее становился дефицит тестировщиков, тем больше тестовой работы приходилось выполнять разработчикам. Многие команды приняли вызов. Думаю, если бы технологии не развивались, уже этого было бы достаточно, чтобы со временем выйти на нужный уровень.

Но технологии не стояли на месте, поэтому правила разработки и тестирования быстро менялись. Эпоха статического веб-контента уходила в прошлое. Автоматизация не успевала за и без того отстающими браузерами. Взваливать тестирование на разработчиков в то время, когда они столкнулись с серьезными технологическими сдвигами, было неразумно. Мы не могли организовать нормальное тестирование этих приложений даже в ручном режиме, не говоря уже об автоматизации.

Команды разработчиков испытывали сильное давление. Google начал покупать компании со своими веб-приложениями (YouTube, Google Docs и прочие), которые только усиливали нагрузку на нашу внутреннюю инфраструктуру. Проблемы, с которыми я сталкивался в тестировании, не уступали проблемам, с которыми сталкивались разработчики при написании кода. Я пытался решить проблему тестирования, которую просто невозможно было решить отдельно от разработки. Рассматривать тестирование и разработку как обособленные дисциплины или даже как разнородные задачи было в корне неверно, и мы не могли решить ни одну из проблем. Улучшение команды тестирования стало бы всего лишь временным успехом.

Но все-таки положительные сдвиги начались. Полезно нанимать умных людей – они могут сами исправить ситуацию. К 2007 году позиции дисциплины тестирования укрепились. Мы неплохо справлялись с завершающей фазой цикла выпуска. Команды разработки знали, что могут рассчитывать на нас как на партнеров в производстве. Правда, наше существование как команды поддержки позднего цикла ограничивало нас рамками традиционной модели контроля качества. Несмотря на неплохие результаты, мы все еще не достигли состояния, в котором я хотел бы оказаться. Я разобрался с проблемой найма, тестирование двигалось в нужном направлении, но мы все еще слишком поздно включались в процесс.

Наша концепция «Тест-сертификации» делала успехи (вы прочитаете про нее дальше в книге). Мы общались с командами разработчиков и помогали улучшить чистоту кода и внедрить юнит-тестирование на ранней стадии. Мы разрабатывали инструменты и обучали команды основам непрерывной интеграции, чтобы наши продукты всегда были готовы к тестированию. Бесчисленные мелкие усовершенствования и приемы, многие из которых описаны в книге, развеяли скептицизм. Тем не менее чего-то не хватало. Разработка все еще была разработкой, а тестирование так и оставалось тестированием. Все ингредиенты для изменения культуры присутствовали, но нам был нужен катализатор, который смог бы запустить объединение дисциплин.

Глядя на организацию, которая выросла из моей идеи о привлечении разработчиков на позиции тестирования, я понял, что тестирование было лишь частью нашей работы. У нас были команды, которые создавали все инструменты – от репозиториев исходного кода до инфраструктуры для багтрекинговой системы. Среди нас были инженеры по тестированию, инженеры по выпуску продуктов, разработчики инструментов и консультанты. Меня поражало, как сильно тот аспект нашей работы, который не являлся непосредственно тестированием, влиял на производительность. Возможно, наша команда называлась «службой тестирования», но наши обязанности были намного шире.

Поэтому я решил оформить все официально и сменил название команды на «направление продуктивности разработки». Смена названия привела к культурному сдвигу. Люди начали говорить не о контроле качества и тестировании, а о производительности. Повышение производительности – наша работа, а тестирование и контроль качества – работа всех, кто пишет код. Это означает, что и тестирование, и контроль качества входят в обязанности разработчика. Команда продуктивности разработки должна заботиться о том, чтобы разработчик мог заниматься этими двумя вещами.

На первых порах идея была абстрактной, а наш девиз «Ускоряем Google» поначалу звучал наигранно. Со временем мы выполнили обещание. Наши инструменты ускорили темпы разработки, мы переходили от одного бутылочного горлышка к другому, расчищали пути и решали проблемы, с которыми сталкивались разработчики. Наши инструменты помогли разработчикам писать тесты и наблюдать их результаты при каждой сборке. Тестовые сценарии уже не выполнялись локально на компьютере тестировщика. Их результаты публиковались на информационных панелях и собирались от версии к версии, так что в итоге они становились частью общедоступных данных о готовности приложения к выпуску. Мы не просто требовали участия разработчиков, мы упрощали его. Разница между тестированием и обеспечением продуктивности наконец-то стала ощутимой: Google мог создавать новое с меньшими затратами и обходиться без накопления технического долга.

Результаты? Пожалуй, я не буду предвосхищать содержание книги, потому что ее написали для того, чтобы рассказать о них миру. Авторы приложили огромные усилия, чтобы на основании собственной работы и опыта своих коллег из Google свести наш секретный рецепт успеха к конкретному набору практических методов. Мы добились успеха во многих отношениях – от сокращения времени сборки до автоматизированного
Страница 5 из 23

тестирования в формате «запустил и забыл» и публикации в опенсорс новаторских инструментов тестирования. Когда я писал это вступление, в направлении продуктивности разработки работало около 1200 специалистов, что немногим больше численности всего технического персонала в 2005 году, когда я пришел в Google. Бренд «продуктивности» укрепился, а наше стремление ускорить Google стало неотъемлемой частью нашей технической культуры. С того первого дня, когда я сидел озадаченный и неуверенный на пятничной встрече, наша команда проделала путь длиной во много световых лет. Единственное, что не изменилось с тех пор, – моя трехцветная кепка с пропеллером. Она лежит у меня на столе и напоминает о том, как далеко мы ушли.

Патрик Коупленд – старший директор направления продуктивности разработки, вершина пирамиды тестирования в Google. Все тестировщики в компании подчиняются Патрику, а его руководителем, кстати, является Ларри Пейдж, соучредитель и исполнительный директор Google. Карьере Патрика в Google предшествовала почти десятилетняя работа в Microsoft на должности директора по тестированию. Он часто выступает публично и известен как архитектор используемой в Google технологии быстрой разработки, тестирования и развертывания ПО.

Предисловие

Разрабатывать программные продукты сложно. Тестировать эти продукты тоже сложно. Когда кто-то говорит о разработке и тестировании в масштабах веб, он подразумевает Google. Если вы хотите узнать, как в одной из самых известных интернет-компаний решаются проблемы тестирования в грандиозных рамках всей Сети, то вы держите в руках правильную книгу.

В Google ежедневно тестируются и выпускаются сотни миллионов строк кода, распределенного по миллионам исходных файлов. Миллиарды операций по сборке запускают выполнение миллионов автоматизированных тестов в сотнях тысяч экземплярах браузеров ежедневно. Операционные системы строятся, тестируются и выпускаются в пределах одного календарного года. Браузеры собираются ежедневно. Веб-приложения выпускаются почти непрерывно. В 2011 году сто новых фич Google+ были выпущены за сто дней.

Таковы масштабы и скорость Google – они же масштабы развития веб. О том, как Google организовал тестирование в таких условиях, расскажет эта книга. Мы покажем, как проектировалась, внедрялась и сопровождалась эта инфраструктура. Мы познакомим вас с людьми, которые повлияли как на разработку основных концепций этой структуры, так и на ее реализацию.

Конечно, так было не всегда. Путь, который прошел Google к тому, где он сейчас, не менее интересен, чем технологии тестирования, которые мы используем. Давайте переведем стрелки часов на шесть лет назад – тогда ситуация в Google слабо отличалась от ситуации в других компаниях, с которыми мы работали: дисциплина тестирования была второстепенной.

Специалисты этой области получали меньше, хотя и работали больше. Тестирование в основном было ручным, а люди, которые могли автоматизировать процесс, быстро переходили в разработчики, где они могли «приносить больше пользы». Основателям команды, которая сейчас называется направлением продуктивности разработки, пришлось продираться сквозь заблуждения о тестировании и корпоративную культуру, ставившую героические авралы на работе выше повседневной инженерной рутины. Сегодня зарплата тестировщиков Google соразмерна зарплате разработчиков, их премии и темпы карьерного роста сравнялись. То, что культура тестирования пережила непростой рост компании (по всем параметрам – количеству, разнообразию продуктов и объемам продаж) и структурные реорганизации, должно придать уверенности компаниям, которые решат следовать примеру Google. Тестирование можно организовать правильно. Добиться вменяемого отношения к нему со стороны разработчиков и руководства – реально.

Сейчас все больше компаний делает ставку на веб, поэтому технологии тестирования и организационная структура, описанные в этой книге, могут получить широкое распространение. Если вы с нами – читайте, эта книга объяснит вам, как добраться до цели.

Материал книги по тестированию разделен на части с описанием отдельных ролей, причастных к тестированию. В первой главе мы рассмотрим все роли в общем и разберем концепции, процессы и тонкости контроля качества Google. Обязательно прочитайте этот раздел.

Остальные главы можно читать в любом порядке. Сначала мы расскажем о роли разработчика в тестировании (Software Engineer in Test, SET), потому что с нее началось современное тестирование в Google. Разработчик в тестировании – тестировщик с высокой технической квалификацией, поэтому в этой главе много технических подробностей. Но мы постарались подать их в более общем ключе, чтобы основные концепции понял даже неподготовленный читатель. В следующей главе мы познакомимся с инженером по тестированию (Test Engineer, TE). Глава получилась большой, потому что обязанностей у инженера по тестированию много. В Google эти специалисты решают уйму разных задач на протяжении всего цикла разработки продукта. Эта роль хорошо знакома многим традиционным тестировщикам. Скорее всего, этот раздел книги будет максимально востребован, потому что он адресован самой широкой аудитории.

В книге мы соблюдали баланс между теоретическими основами и практическими советами ключевых участников, сыгравших важные роли в становлении тестирования или в истории ключевых продуктов Google. Эти интервью будут интересны всем, кто пытается опробовать в своей команде или компании процессы тестирования в стиле Google.

Остается последняя глава, которую не должен упускать ни один читатель, интересующийся темой. В ней Джеймс Уиттакер делится своими представлениями о том, как развивается тестирование в Google, и делает прогнозы о будущем тестирования в Google и в отрасли в целом. Думаю, многие читатели найдут этот материал поучительным, а может быть, даже в чем-то провокационным.

Об иллюстрациях

Из-за сложности рассматриваемых тем и графической природы интернет-контента некоторые иллюстрации из третьей главы дают лишь общее представление о концепциях. Они не предназначены для подробного рассмотрения. Если вы захотите просмотреть эти рисунки на своем компьютере, загрузите их по адресу www.informit.com/title/9780321803023.

Пара слов о книге

Когда Патрик Коупленд предложил мне написать эту книгу, я колебался. В конечном итоге мои сомнения подтвердились. Я боялся, что многие будут спрашивать, нет ли в Google более подходящего человека для этой работы, – и они спрашивали. Или толпы людей захотят участвовать в работе над книгой – и это тоже сбылось. Но главная причина была в том, что все мои предыдущие книги я писал для новичков. И серия «How to Break…», и моя книга «Exploratory Testing»[3 - Предыдущие книги Джеймса Уиттакера по тестированию «How to Break Software: A Practical Guide to Testing» («Как сломать программу: практическое пособие по тестированию») и «Exploratory Software Testing: Tips, Tricks, Tours, and Techniques to Guide Test Design» («Исследовательское тестирование: советы, хитрости, туры и техники тест-дизайна») на русский язык не переводились. – Примеч. перев.] содержат законченные, цельные истории, у которых есть начало и конец. С этой книгой все иначе. Читатели, конечно, могут «проглотить» ее за один присест, но она задумана как справочник по решению реальных
Страница 6 из 23

задач в Google, как больших, так и малых, из которых складывается наша практика тестирования.

Я думаю, что людям с опытом тестирования ПО в IT-компаниях книга принесет больше пользы, чем новичкам, потому что они могут сравнить процессы в Google с процессами, к которым они привыкли. Я представляю себе, как матерые тестировщики, менеджеры и директора берут книгу, находят интересующий их раздел и читают его, чтобы узнать, как нужная задача решена в Google. Но я-то привык к другому способу подачи материала!

В работе над книгой ко мне присоединились два соавтора, которые раньше не публиковались. Оба – первоклассные специалисты, проработавшие в Google дольше меня. Джейсон Арбон работает инженером по тестированию, хотя по сути он прирожденный организатор. Он здорово повлиял на реализацию многих идей и технических средств, описанных в главах этой книги. Пересечение наших карьерных путей изменило нас обоих.

Джефф Каролло – тестировщик, перешедший в разработчики. Безусловно, это лучший тестировщик-разработчик, которого я когда-либо встречал. Джефф один из немногих людей, которым удалось успешно организовать «полнейшую автоматизацию» (я имею в виду такую, которую можно запустить и забыть), – код тестов написан так хорошо и настолько автономен, что не требует участия автора. Они оба великолепные соавторы, и мы постарались, чтобы наши голоса в книге звучали в унисон.

Многие мои коллеги по Google помогли с материалом для книги. У каждой статьи-отступления есть свой автор. Мы подготовили для вас интервью с ключевыми сотрудниками Google, повлиявшими на организацию тестирования. Мы решили, что проще включить мнения людей, определивших процесс тестирования Google, прямо в книгу, чем перечислять тридцать соавторов. Конечно, не каждое интервью будет интересно всем, но они четко выделены в тексте, так что вы можете выбирать, читать или пролистывать заметку. Мы от всей души благодарим этих участников и заявляем: если нам где-то не удалось воздать должное их работе, то вся вина за это лежит на нас. Английский язык меркнет перед описанием их блестящей гениальности.

Приятного чтения, отличного тестирования – и желаем вам всегда находить (и исправлять) те баги, которые вы ищете!

Джеймс Уиттакер

Джейсон Арбон

Джефф Каролло

Киркленд, штат Вашингтон

Благодарности

Мы благодарим всех технических специалистов Google, неустанно улучшающих качество продуктов. Мы восхищены открытой и распределенной культурой управления и организации технической работы в Google, которая позволила нам свободно исследовать и экспериментировать по ходу формирования практики и методологии тестирования.

Мы особо выделим следующих ребят, которые тратили свои силы и даже рисковали, чтобы привести тестирование к желаемому виду: Алексис О. Торрес, Джо Мухарски, Даниэль Дрю, Ричард Бустаманте, По Ху, Джим Рирдон, Теджас Шах, Джули Ральф, Эриэл Томас, Джо Михаил и Ибрагим Эль Фар.

Спасибо нашим редакторам, Крису Гузиковски и Крису Зану, стоически переносившим наш технический жаргон.

Спасибо собеседникам, поделившимся своими взглядами и опытом в интервью: Анкиту Мехта, Джоэлу Хиноски, Линдсей Уэбстер, Эппл Чоу, Марку Стрибеку, Нилу Норвицу, Трейси Бялик, Руссу Руферу, Теду Мао, Шелтону Мару, Ашишу Кумару, Суджай Сани, Брэду Грину, Саймону Стюарту и Хунг Дан.

Отдельное спасибо Альберто Савоя, убедившему нас в преимуществах метода быстрого создания прототипа и итераций. Спасибо Google, персоналу кафетерия и шеф-поварам за отличную еду и кофе. Спасибо за благожелательные отзывы Филу Валигоре, Алану Пейджу и Майклу Бахману. И наконец, спасибо Пату Коупленду, который нас всех собрал и обеспечил финансирование такой энергичной и талантливой группы специалистов в области качества.

Об авторах

Джеймс Уиттакер – технический директор Google[4 - В начале 2012 года Джеймс Уиттакер перешел из Google в Microsoft. – Примеч. перев.], ответственный за тестирование Chrome, Maps и веб-приложений Google. Перешел в компанию из Microsoft, имеет профессорскую степень. Джеймс – один из самых известных в мире специалистов в области тестирования.

Джейсон Арбон – инженер по тестированию в Google, ответственный за Google Desktop, Chrome и Chrome OS. Он выступал в роли руководителя разработки многих тестовых инструментов с открытым кодом и внутренних экспериментов по персонализации. До прихода в Google работал в Microsoft.

Джефф Каролло — разработчик в тестировании, ответственный за тестирование Google Voice, Toolbar, Chrome и Chrome OS. Он консультировал десятки групп разработки Google, помогая им повышать качество кода. В 2010 году перешел в разработчики, сейчас руководит разработкой Google+ API. До прихода в Google тоже работал в Microsoft.

Глава 1. Первое знакомство с организацией тестирования в Google

Есть один вопрос, который я слышу чаще других. В какой бы стране я ни был, на какой бы конференции ни выступал, этот вопрос обязательно всплывает. Даже наши новобранцы задают его сразу же после прохождения вводного курса: «Так как же Google тестирует ПО?».

Не знаю, сколько раз я уже отвечал на этот вопрос и как много разных вариантов ответа дал. Мои ответы постоянно меняются – чем дольше я работаю в Google, тем больше узнаю всевозможных тонкостей нашего подхода к тестированию. Меня давно посещали мысли, что стоит зафиксировать свои знания на бумаге. Когда Альберто (который часто грозит переработать все книжки по тестированию в подгузники для взрослых, чтобы они принесли хоть какую-то пользу) предложил мне написать книгу, я понял, что никуда от этого не денусь.

И все-таки я хотел подождать. Во-первых, я не считал себя самым подходящим автором. Было много людей, которые работали в Google намного дольше меня, и я хотел дать им возможность первыми написать о своем опыте. Во-вторых, я был директором по тестированию Chrome и Chrome OS (кстати, сейчас эту должность занимает один из моих бывших подчиненных), поэтому видел организацию тестирования в Google только с одной стороны. Мне нужно было узнать еще много всего о тестировании в Google.

В Google тестирование ПО – часть централизованной системы, которую мы называем направлением продуктивности разработки. Она охватывает инструменты для разработки, тестирования (от юнит-уровня до исследовательского) и организации процессов выпуска программных продуктов. Мы создаем и поддерживаем множество общих инструментов и тестовую инфраструктуру для веб-проектов поиска, рекламной платформы, мобильных приложений, видеосервисов. Короче, для всего, что Google делает в интернете. В Google решены проблемы производительности и масштабирования, что позволяет нам, несмотря на огромные размеры компании, выпускать программы со скоростью стартапа. Как верно заметил Патрик Коупленд в предисловии к книге, этой магией мы во многом обязаны именно команде тестирования.

На заметку

В Google тестирование ПО – часть централизованной системы, которую мы называем направлением продуктивности разработки.

В декабре 2010-го мы выпустили Chrome OS, и я передал руководство проектом одному из своих подчиненных, а сам погрузился в работу с другими продуктами. Тогда и началась эта книга. Мой первый пост в блоге «Как в Google тестируется ПО»[5 - http://googletesting.blogspot.com/2011/01/how-google-tests-software.html] стал первой ласточкой, и с тех пор все закрутилось. Через полгода книга была готова, и я
Страница 7 из 23

пожалел, что не начал писать ее раньше. За эти шесть месяцев я узнал о тестировании в Google больше, чем за два предыдущих года, а для новичков Google моя книга стала частью вводного курса.

Эта не единственная книга о том, как большие компании тестируют ПО. Я работал в Microsoft, когда Алан Пейдж, Би-Джей Роллисон и Кен Джонстон написали книгу «How We Test Software at Microsoft», и сам применял все методы, описанные в книге. Компания Microsoft тогда была лидером в тестировании. Она подняла тестирование на один уровень с разработкой. Тестировщики Microsoft были самыми востребованными спикерами конференций. Первый директор по тестированию, Роджер Шерман, привлекал в Редмонд талантливых ребят со способностями к тестированию со всего мира. Это был золотой век тестирования.

Компания выпустила большую книгу, чтобы описать свой опыт.

Я не успел поработать над этой книгой, так как пришел в Microsoft поздно, но мне выпал второй шанс. Я попал в Google в тот самый момент, когда тестирование здесь было на подъеме. Команда направления продуктивности разработки стремительно выросла с пары сотен до 1200 человек. Проблемы роста, о которых Патрик говорит в своем предисловии, мы уже преодолели, и наше подразделение было на пике своего развития. Блог тестирования Google ежемесячно собирал сотни тысяч просмотров, а конференция GTAC[6 - GTAC – Конференция Google по автоматизации тестирования (Google Test Automation Conference, www.GTAc.biz).] стала ведущей в индустрии тестирования ПО. Вскоре после моего прихода Патрика повысили, и теперь ему подчинялось около дюжины директоров и технических менеджеров. Если у тестирования ПО и была вторая волна развития, то центром этой стихии был Google.

Это значит, что история тестирования в Google тоже заслуживала своей большой книги. Но вот незадача – я не пишу больших книг. Да и Google славится своим простым и лаконичным подходом к разработке. Надеюсь, что моя книга получилась такой же.

Книга рассказывает, что значит быть тестировщиком в Google, и описывает, как мы решаем проблемы, связанные с масштабом, сложностью и массовым использованием наших проектов. Здесь вы найдете информацию, которой больше нигде нет, но если и этого не хватит, чтобы удовлетворить ваше жгучее любопытство к процессу тестирования, то в сети можно узнать еще больше – просто погуглите.

Есть еще кое-что, и я должен это сказать. Скорее всего, организацию тестирования «как в Google» будут перенимать многие компании по мере того, как все больше программных продуктов переходит с десктопов в веб. Если вы читали книгу от Microsoft, то не думайте, что найдете здесь много общего с ней. У обеих книг по три автора, в каждой книге описана организация тестирования в крупной компании – разработчике ПО. На этом общее заканчивается. Трудно найти два подхода к тестированию, которые различались бы сильнее.

На заметку

Скорее всего, организацию тестирования «как в Google» будут перенимать многие компании по мере того, как все больше программных продуктов переходит с десктопов в веб.

Патрик Коупленд в своем предисловии описал, как зарождалась методология Google. Она и сейчас гармонично развивается вместе с компанией. Для специалистов, которые приходят из других компаний, Google становится местом, где неэффективные методы переплавляются в полезные. Чем больше появлялось тестировщиков, тем больше новых идей и приемов мы пробовали. Балласт мы отбросили, а кое-что смогли перековать в прочный металл, ставший частью остова Google. Наши тестировщики готовы пробовать что угодно, но способны легко отказываться от неэффективных стратегий.

В основе Google лежат скорость работы и инновации. Мы выпускаем код именно в тот момент, когда он действительно востребован, а недовольных пользователей мало. Мы плотно взаимодействуем с первыми испытателями продукта, чтобы собирать как можно больше обратной связи. Тестирование в таких условиях тоже должно быть стремительным, а методы, требующие дотошного предварительного планирования или постоянного сопровождения, не выживут. В какой-то момент тестирование настолько тесно переплетается с разработкой, что эти две дисциплины невозможно отделить одну от другой. А иногда тестирование происходит настолько независимо, что разработчики даже ничего не подозревают.

На заметку

В какой-то момент тестирование настолько тесно переплетается с разработкой, что эти две дисциплины невозможно отделить одну от другой. А иногда тестирование происходит настолько независимо, что разработчики даже ничего не подозревают.

С ростом Google стремительный темп работы замедлился совсем чуть-чуть. Нам потребовалось не больше года, чтобы создать операционную систему, клиентские приложения (типа Chrome) появляются ежемесячно, а уж веб-приложения меняются ежедневно. Хотя мы уже давно перестали быть стартапом, мы сохранили свойственные тому времени темпы. В таких условиях проще описать, каким тестирование не должно быть: догматичным, трудоемким, сложно выполнимым и занимающим много времени, – чем пытаться рассказать, каким оно должно быть. Хотя мы пытаемся нашей книгой сделать именно это. Одно можно сказать точно: тестирование не должно ставить палки в колеса инновациям и разработке. Второго шанса у него не будет.

Успех Google в тестировании нельзя списать на маленькое количество тестируемых продуктов. Размер и сложность тестирования Google не уступают задачам других компаний. Google выпускает почти все типы программ – от клиентских операционных систем до веб-, мобильных, корпоративных, коммерческих и социальных приложений. Наши приложения масштабны и сложны, ими пользуются сотни миллионов людей, мы постоянно «на мышке» хакеров. Значительная часть нашего исходного кода открыта. При этом у нас много устаревшего кода. Нас часто проверяют на соответствие требованиям законодательства. Наши продукты работают в сотнях стран и на многих языках. Пользователи ждут, что продукты Google окажутся простыми в использовании и будут «просто работать». То, чем тестировщики Google занимаются каждый день, нельзя назвать легкими задачами. Тестировщики Google сталкиваются со всеми сложными проблемами, какие только можно представить.

Мы готовы обсуждать, насколько идеально (на самом деле нет) организован процесс Google. Но в одном я точно уверен: наш подход к тестированию отличается от остальных. Вслед за стремительным переходом программ с десктопов в облака вполне реально, что подход «как в Google» будет набирать популярность в отрасли. Мои соавторы и я надеемся, что книга раскроет магическую формулу Google и положит начало обсуждению того, как отрасль должна решать задачу создания надежного ПО, на которое сможет положиться весь мир. Возможно, у методологии Google есть свои недостатки, но мы все равно хотим опубликовать ее и сделать доступной международному сообществу тестировщиков, чтобы она могла развиваться и совершенствоваться.

Подход Google на первый взгляд парадоксален: у нас во всей компании меньше выделенных тестировщиков, чем у многих наших конкурентов в одной команде разработки. Мы не делаем ставку на миллионную армию рядовых тестировщиков. Мы – небольшой отряд элитного спецназа, успех которого зависит от превосходной тактики и современного вооружения. Как и в случае со спецназом, наш секретный ингредиент – ограниченность
Страница 8 из 23

ресурсов. Мы следуем завету Ларри Пейджа, который сказал, что «дефицит приносит ясность», и это заставляет нас правильно расставлять приоритеты. Для всего, от описания функциональности до техник тестирования, у нас есть высокоэффективные приемы достижения поставленной цели – качества продукта. Дефицит заставляет ценить ресурсы тестирования и относиться к ним с уважением. Это помогает людям оставаться вовлеченными в развитие нашей отрасли. Когда меня спрашивают, в чем секрет нашего успеха, я всегда даю совет: «Не нанимайте слишком много тестировщиков».

На заметку

Когда меня спрашивают, в чем секрет нашего успеха, я всегда даю совет: «Не нанимайте слишком много тестировщиков».

Как Google справляется с таким маленьким штатом тестировщиков? Если бы мне нужно было ответить просто, я бы сказал, что в Google вся ответственность за качество лежит на плечах тех, кто пишет код. Качество никогда не бывает проблемой «какого-то тестировщика». Каждый, кто пишет код в Google, – уже немного тестировщик, а качество – это проблема всего коллектива (рис. 1.1). Говорить о соотношении численности «разработчики/тестировщики» в Google – то же самое, что рассуждать о чистоте воздуха на поверхности Солнца. Эту тему бессмысленно поднимать. Каждый инженер является и тестировщиком. Если в его должности есть слово «тестирование», то он помогает другим специалистам проводить качественное тестирование.

Рис. 1.1. Программисты Google предпочитают качество широте функциональности

Мы выпускаем первоклассные программные продукты. Это свидетельствует о том, что наша формула достойна внимания. Возможно, какие-то ее части сработают и в других компаниях. Конечно, что-то может быть усовершенствовано. Ниже я привожу краткое описание нашей формулы. В последующих главах мы подробно проанализируем ее и разберемся, как же организовать процесс тестирования в царстве разработчиков.

Качество ? Тестирование

Фраза «тестирование не определяет качество» уже настолько избита, что просто обязана быть правдой. В любой области разработки, от автомобилей до софта, не получится отточить продукт до совершенства, если он изначально неправильно сконструирован. Спросите любого автопроизводителя, который хоть раз отзывал партию своих машин, чего стоят запоздалые попытки прикрутить качество на готовое изделие. Делайте все правильно с самого начала, не создавайте себе лишних трудностей.

Тем не менее это только звучит просто.

С одной стороны, качество и не создается тестированием, с другой – без тестирования сделать качественный продукт невозможно. Как вы узнаете, насколько качественный ваш продукт, не проводя тестирование?

Эта головоломка решается легко: перестаньте рассматривать разработку и тестирование по отдельности. Тестирование и разработка идут рука об руку. Напишите немного кода и протестируйте его. Затем напишите еще чуть-чуть и снова протестируйте. Тестирование не отдельная практика, это часть самого процесса разработки. Одним только тестированием качества не добиться. Рецепт получения высокого качества: смешивайте разработку и тестирование в блендере, пока они не станут единой субстанцией.

На заметку

Одним только тестированием качества не добиться. Рецепт получения высокого качества: смешивайте разработку и тестирование в блендере, пока они не станут единой субстанцией.

Вот чего мы добивались: мы хотели объединить дисциплины разработки и тестирования, чтобы одной нельзя было заниматься без другой. Немножко программируем, потом тестируем. Еще немного пишем код и снова тестируем. Здесь важно, кто тестирует. Тестировщиков в классическом понимании у нас мало. Значит, кто должен тестировать? Разработчик. Кто лучше всего протестирует свой код? Тот, кто его написал. Кто больше всех заинтересован в коде без багов? Правильно. Вот почему Google обходится таким небольшим числом тестировщиков – за качество отвечают разработчики. Если продукт сломается после выпуска, то шишки полетят в разработчика, создавшего проблему, а не в тестировщика, который ее не нашел.

В итоге качество достигается предотвращением, а не выявлением багов. Качество – часть разработки, а не тестирования. Интегрируя тестирование в разработку, мы создали поэтапный процесс, в котором можно легко откатить изменение, в котором слишком много багов. Так мы предотвращаем возникновение проблем у пользователей и сокращаем количество выделенных тестировщиков, которые выявляют баги, ставящие под угрозу выпуск продукта. В Google тестирование определяет, насколько хорошо мы предотвращаем ошибки.

Наш подход к созданию продуктов подразумевает слияние разработки и тестирования. Это подтверждают комментарии к коду типа «где твои тесты, чувак?», развешенные в туалетах плакаты с правилами тестирования[7 - http://googletesting.blogspot.com/2007/01/introducing-testing-on-toilet.html] и многое другое. Тестирование должно стать неотделимым от разработки. Качество родится только тогда, когда разработка и тестирование начнут жить вместе.

На заметку

Тестирование должно стать неотделимым от разработки. Качество родится только тогда, когда разработка и тестирование начнут жить вместе.

Роли

Чтобы девиз «Сам построил, сам и ломай» работал (и работал долго), вам нужна не только традиционная роль разработчика кода, но и другие роли. Конкретнее, должны появиться инженеры, которые помогут разработчикам тестировать эффективно и правильно. Они часто скромничают, называя себя тестировщиками, но на самом деле обеспечивать продуктивность – вот их основная задача. Тестировщики нужны для того, чтобы разработчики работали более продуктивно. Причем рост продуктивности основан на предотвращении появления ошибок из-за небрежной разработки. Так качество становится частью этой продуктивности. Все эти роли мы подробно рассмотрим в следующих главах, а пока обойдемся кратким описанием.

Роль разработчика (Software Engineer, SWE) всем знакома и привычна. Он пишет код функциональности приложений, который поставляется пользователям. Он создает проектную документацию, определяет структуры данных и общую архитектуру, а большую часть времени пишет код и проводит код-ревью[8 - Код-ревью (или рецензирование кода) – систематическая проверка исходного кода с целью обнаружения и исправления ошибок, допущенные при его написании. Эта практика позволяет находить ошибки раньше и способствует улучшению общего качества кода. – Примеч. перев.]. Разработчик пишет много тестового кода, например во время написания тестов для TDD и юнит-тестирования, и, как будет показано дальше в этой главе, участвует в создании малых, средних и больших тестов. Разработчик отвечает за качество всего кода, к которому он прикасается: пишет, исправляет или вносит изменения. Да, все верно: если разработчик должен изменить функцию и его изменение нарушает существующий тест или требует написания нового, он должен написать этот тест. Практически 100 % рабочего времени разработчик пишет программный код.

Роль разработчика в тестировании (Software Engineer in Test, SET) тоже связана с разработкой, но фокусируется на тестируемости кода и создании инфраструктуры тестирования. Разработчик в тестировании анализирует архитектуру, уделяет особое внимание
Страница 9 из 23

качеству кода и рискам проекта. Он выполняет рефакторинг, чтобы сделать код тестируемым, пишет фреймворки юнит-тестирования и средства автоматизации. Разработчик в тестировании работает с тем же кодом, что и разработчик, но больше заинтересован в улучшении качества и тестового покрытия, чем в добавлении новых фич или повышении производительности. Разработчик в тестировании тоже проводит почти 100 % своего времени за написанием кода, но делает это ради повышения качества, а не для реализации фич для пользователей.

На заметку

Разработчик в тестировании работает с тем же кодом, что и разработчик, но занимается скорее повышением качества и тестовым покрытием, чем добавлением новых фич или повышением производительности. Разработчик в тестировании пишет код, который помогает разработчику тестировать написанные им фичи.

Роль инженера по тестированию (Test Engineer, TE) связана с ролью разработчика в тестировании, но здесь на первом месте находятся пользователи и только на втором – разработчики. Некоторые инженеры по тестированию в Google пишут много кода для автотестов и управления сценариями использования и даже для имитации действий пользователя. Кроме того, именно они организуют работу по тестированию, которую выполняют другие инженеры, управляют выполнением тестов и интерпретируют их результаты тестов. Особенно важна их работа на поздних стадиях проекта, когда напряжение с приближением выпуска растет. Инженеры по тестированию – это эксперты продукта, консультанты по качеству и специалисты по анализу рисков. Одни пишут много кода, другие – мало[9 - Везде, где мы дальше пишем «тестировщики», мы имеем в виду именно роль инженера по тестированию. – Примеч. перев.].

На заметку

Инженеры по тестированию фокусируются на тестировании с точки зрения пользователя. Они занимаются общей организацией контроля качества, управляют выполнением тестов, интерпретируют их результаты и строят сквозную автоматизацию тестирования.

Итак, с точки зрения качества разработчики отвечают за фичи приложения и их качество отдельно от всего остального. Они ответственны за то, чтобы архитектура была устойчивой к ошибкам, приложение восстанавливалось после сбоев, отвечают за TDD, юнит-тесты и вместе с разработчиками в тестировании пишут код для тестирования фич.

Разработчики в тестировании отвечают за фичи тестирования. Они настраивают среду для изолированного выполнения кода с помощью имитации реального рабочего окружения. Для этого они создают такие компоненты, как заглушки (stubs), подставные объекты (mocks) и имитации (fakes), – мы рассмотрим их позже. Настроить очередь для управления отправкой кода в репозиторий – тоже их задача. Другими словами, разработчики в тестировании пишут код, который помогает разработчикам тестировать написанные ими фичи. Большую часть тестирования выполнит сам разработчик. Разработчики в тестировании в основном следят за тем, чтобы функциональность можно было легко протестировать, а разработчики не ленились писать тест-кейсы.

Получается, что разработчики в тестировании работают для разработчиков. Их конечная цель – качество кода и отдельных фич. Для этого они создают разработчикам удобную среду для тестирования кода. О пользователях думают тестировщики.

Если разработчики провели модульное и функциональное тестирование хорошо, то следующая задача – понять, насколько хорошо их исходный код вместе с данными будет работать на благо пользователей. Тестировщики проверяют добросовестность разработчиков дважды. Любые очевидные баги свидетельствуют о том, что тестирование раннего цикла было недостаточным или небрежным. Если таких багов мало, тестировщик переходит к своей основной задаче – убедиться в том, что продукт выполняет пользовательские сценарии, соответствует ожиданиям по производительности, что он надежен, правильно локализован и т. д. Тестировщики много тестируют сами и вдобавок обеспечивают координацию с другими инженерами, внешними тестировщиками-подрядчиками, тестировщиками из сообщества, внутренними пользователями, бета– и ранними внешними пользователями. Они сводят воедино все риски, которые могут сыграть из-за недочетов в базовой архитектуре, сложности функциональности и отказов в системе предотвращения сбоев. Как только тестировщики взялись за дело, их работе не видно конца.

Организационная структура

В большинстве компаний, где я работал, разработчики и тестировщики относились к одной команде разработки продукта. И разработчики, и тестировщики подчинялись одному и тому же руководителю проекта. Один продукт, одна команда – все участники говорят на одном языке.

К сожалению, я еще не видел, чтобы такой подход работал на практике. Обычно командой руководят менеджеры, вышедшие из среды программирования или управления, но не из среды тестировщиков. В предрелизном аврале они предпочтут выпустить функциональность полностью и закрыть как можно больше задач по «отделке» приложения, чем позаботиться об общем качестве. Внутри команды тестированию часто отводится второстепенная роль по отношению к разработке. Это отлично заметно по обилию глючных продуктов и преждевременных выпусков в нашей отрасли. Кто тут заказывал сервис-пак?

На заметку

Совместными командами обычно руководят менеджеры, вышедшие из среды программирования или управления, но не из среды тестировщиков. В предрелизном аврале они предпочитают выпустить функциональность полностью и закрыть как можно больше задач по «отделке», чем позаботиться об общем качестве. Внутри команды тестированию часто отводится второстепенная роль по отношению к разработке.

Давайте разберемся, кто кому подчиняется в Google. У нас есть своя иерархия, которая делится на направления, называемые Focus Area (FA). У нас есть направления Client (проекты Chrome, Google Toolbar и т. д.), Geo (проекты Maps, Google Earth и т. д.), Ads, Apps, Mobile и т. д. Все разработчики подчиняются директору или вице-президенту направления.

Правда, тестирование ломает эту схему. Тестирование находится в отдельном горизонтальном направлении, которое отвечает за продуктивность разработки. Направление продуктивности разработки существует параллельно с продуктовыми направлениями. Тестировщиков, по сути, предоставляют командам разработки продуктов во временное пользование. Они свободно поднимают вопросы безопасности и освещают области, где нет тестов или много багов. Так как мы не подчиняемся команде разработки продукта, нам нельзя ответить, что для нас есть дела поважнее. Мы сами устанавливаем свои приоритеты, и они всегда в рамках обеспечения надежности, безопасности и всего такого, пока мы не решим, что продукту нужно что-то другое. Если команда разработки захочет провести тестирование по упрощенной схеме, это необходимо согласовать заранее, а мы всегда можем сказать «нет».

С такой структурой работы мы можем сохранять небольшой штат тестировщиков. Команда разработки продукта не может снизить техническую планку тестировщиков или нанять их больше, чтобы свалить на них рутинную работу. Рутинная работа вокруг фичи входит в обязанности разработчика, ее нельзя переложить на какого-нибудь тестировщика-несчастливчика.

Тестировщиков на
Страница 10 из 23

проекты назначают руководители направления продуктивности разработки. Они принимают стратегические решения, опираясь на приоритеты компании, сложность продукта и потребности конкретной команды проекта в сравнении с другими. Конечно, они могут ошибаться, и такое случается. Но в целом такая схема обеспечивает баланс ресурсов между фактическими, а не предполагаемыми потребностями.

На заметку

Тестировщиков на проект назначают руководители направления продуктивности разработки. Они принимают стратегические решения, опираясь на приоритеты компании, сложность продукта и потребности конкретной команды проекта в сравнении с другими. Такая схема сохраняет баланс ресурсов между фактическими, а не предполагаемыми потребностями. Централизованность подходов, идей и решений помогает всей компании использовать самые удачные из них.

Статус временно выделяемых на проект тестировщиков упрощает их перемещение по проектам. Они не только сохраняют свежий взгляд и остаются в курсе дел, но и быстро распространяют удачные идеи по компании. Прием или инструмент тестирования, который хорошо сработал в продукте направления Geo, скорее всего, пойдет в работу снова, когда этот тестировщик перейдет на Chrome. Нет более быстрого способа распространения инноваций, чем перемещение самих новаторов.

Мы считаем, что тестировщику достаточно 18 месяцев работы над одним продуктом, а потом он может (если, конечно, хочет) перейти в другую команду. Конечно, есть и ложка дегтя – команда теряет накопленный опыт. Но это компенсируется появлением тестировщиков с широким кругозором, знакомых с разными продуктами и технологиями. В Google много тестировщиков, понимающих клиентские, браузерные и мобильные технологии, способных эффективно программировать на многих языках и для разных платформ. А поскольку все продукты и услуги Google сейчас интегрированы друг с другом теснее, чем когда-либо, тестировщики легко перемещаются в пределах компании и их опыт применим везде, независимо от проекта.

Ползти, идти, бежать

Одна из ключевых причин, почему Google успешен даже с маленьким количеством тестировщиков, в том, что мы редко пытаемся сразу поставить большой набор фич. Как раз наоборот. Мы строим минимально жизнеспособный продукт и выпускаем его в тот момент, когда он может стать полезным как можно большему количеству людей, получаем обратную связь и дальше развиваем продукт итеративно. Так мы действовали с Gmail, у которого ярлык «бета-версии» сохранялся четыре года. Мы предупреждали пользователей, что продукт все еще дорабатывается. Ярлык «бета-версии» мы убрали, только когда достигли поставленной цели в 99,99 % нормальной работоспособности почты. По той же схеме мы работали с Android при выпуске G1 – продукта, получившего хорошие отзывы. Он был улучшен и обогащен новыми фичами, когда выходил для линейки телефонов Nexus. Важно помнить, что ранняя версия, за которую платят пользователи, должна быть достаточно функциональной и полезной для них. То, что версия является ранней, еще не означает, что она должна быть слабым продуктом.

На заметку

Google часто выпускает «минимально полезный продукт» как исходную версию и собирает обратную связь от внутренних и внешних пользователей. А потом быстро выдает обновления, тщательно анализируя качество на каждом этапе. Прежде чем попасть к пользователям, продукты проходят через разные каналы: канареечный, разработки, тестирования, бета– и выпуска.

Это не такое уж жульничество, как может показаться на первый взгляд. Чтобы дойти до состояния канала бета-версии, продукту надо пройти через ряд других каналов и доказать свою ценность. Для Chrome – продукта, над которым я работал первые два года в Google, – мы использовали разные каналы в зависимости от нашей уверенности в качестве продукта и от объема отзывов, который нам был нужен. Последовательность примерно такая.

– Канареечный канал: используется для ежедневных сборок, которые, на наш взгляд, еще не готовы для выпуска. Помните канареек, с которыми спускались в шахты для обнаружения токсичного газа? Если ежедневная сборка оказывается нежизнеспособной (канарейка умирает, если есть хоть небольшая примесь газа в воздухе), это свидетельствует о том, что процесс разболтался и работу надо пересмотреть. Канареечные версии подходят только для самых преданных пользователей, которые экспериментируют с продуктом. Они не для тех, кто использует приложение для реальной работы. Как правило, сборки из канареечного канала используют только инженеры (разработчики и тестировщики) и менеджеры, работающие над продуктом.

На заметку

Команда Android пошла еще дальше – телефоны основной команды разработки почти постоянно работают на ежедневной сборке. Идея в том, что разработчики будут писать меньше кода с багами, если от этого зависит их возможность позвонить домой.

– Канал разработки: используется разработчиками в повседневной работе. Обычно это еженедельные сборки, которые стабильно использовались какое-то время и прошли набор тестов (об этом подробнее в следующих главах). Все инженеры, работающие над продуктом, обязаны взять сборку канала разработки и использовать ее в реальной работе, чтобы проверить при продолжительном применении. Если сборка из канала разработки непригодна для нормальной работы, она отправляется обратно в канареечный канал. Это неприятная ситуация, которая потребует от инженеров серьезного пересмотра своей работы.

– Тестовый канал: сюда попадает лучшая сборка месяца – та, которая прошла наиболее продолжительное тестирование и которой доверяют инженеры. Сборку тестового канала можно выкатывать для внутренних пользователей. Это кандидат на сборку бета-канала, если покажет хорошие результаты при долгосрочном использовании. Однажды сборка тестового канала станет достаточно стабильной для использования внутри компании, а иногда мы даже передаем ее внешним сотрудникам и партнерам, которым может быть полезно раннее знакомство с продуктом.

– Бета-канал или канал выпуска: сюда попадают только стабильные сборки, успешно прошедшие внутреннее использование и удовлетворяющие всем критериям качества, установленным командой. Это первые сборки, которые доступны пользователям.

Метод «ползти, идти, бежать» помогает нам проводить тесты и экспериментировать с приложением на ранней стадии разработки. В дополнение к данным ежедневных автоматических тестов мы получаем ценную обратную связь от настоящих пользователей.

Виды тестов

Вместо того чтобы разделять тестирование на модульное, интеграционное и системное, мы делим все тесты на малые, средние и большие. Пожалуйста, не путайте с методом оценки из гибких методологий. Мы ориентируемся на охват, а не на размер теста. Малые тесты покрывают малые объемы кода, средние – объемы побольше и т. д. Любой инженер, независимо от своей роли, может заниматься любыми типами тестов. Их можно проводить в ручном или запускать в автоматическом режиме. Реальный опыт говорит, что чем меньше тест, тем скорее он будет автоматизирован.

На заметку

Вместо того чтобы разделять тестирование на модульное, интеграционное и системное, мы делим все тесты на малые, средние и большие, исходя
Страница 11 из 23

из их охвата, а не размера.

Малые тесты чаще всего (хотя и не всегда) автоматизируются. Они исполняют код одной функции или модуля. Обычно они проверяют типичные функциональные проблемы, повреждение данных, неверные условия и ошибки, связанные со сдвигом значений на единицу. Малые тесты выполняются быстро, за несколько секунд и меньше. Как правило, их пишут разработчики, реже – разработчики в тестировании и почти никогда – инженеры по тестированию. Для выполнения малых тестов обычно нужна среда с подставными объектами и имитациями. Подставные объекты и имитации относятся к заглушкам (то есть заменителям реальных функций), они работают как заменители объектов в зависимостях – несуществующих, слишком ненадежных или затрудняющих эмуляцию ошибочных ситуаций. Мы расскажем об этом подробнее в следующих главах. Инженеры по тестированию редко пишут малые тесты, но могут выполнять их, диагностируя конкретные сбои. Малые тесты отвечают на вопрос «Делает ли этот код то, что он должен делать?»

Средние тесты обычно автоматизируются. Они покрывают две или больше функции. Тесты фокусируются на том, чтобы проверить взаимодействие между функциями, которые вызывают друг друга или контактируют напрямую. Такие функции мы называем ближайшими соседями. Разработчик в тестировании управляет разработкой средних тестов на ранней стадии цикла продукта. Их пишут, исправляют и сопровождают разработчики. Если тест не проходит, разработчик чинит его сам. На более поздней стадии разработки инженеры по тестированию могут выполнять средние тесты вручную (если его трудно или дорого автоматизировать) или автоматически. Средние тесты отвечают на вопрос «Взаимодействуют ли соседние функции друг с другом так, как должны?»

Большие тесты покрывают не меньше трех (а обычно больше) функций. Это реальные пользовательские сценарии, которые используют реальные источники данных, а их выполнение может занять несколько часов и даже больше. Они затрагивают и интеграцию в целом, но чаще всего большие тесты проверяют, насколько приложение соответствует потребностям пользователей. Все три роли вовлечены в создание больших тестов. Их можно проводить разными способами, от автоматизированного до исследовательского ручного тестирования. Большие тесты отвечают на вопрос «Работает ли продукт так, как нужно пользователю, и дает ли желаемый результат?» Сквозные сценарии, которые выполняются на завершенном продукте, относятся к большим тестам.

На заметку

Малые тесты проверяют один программный блок в полностью имитированной среде. Средние тесты проверяют взаимодействие модулей в имитированной или реальной среде. Большие тесты проверяют любое количество модулей в реальной среде с настоящими, не имитированными ресурсами.

Не так критично, как именно вы называете тесты, главное, чтобы все понимали эти термины одинаково[10 - Классификация на малые, средние и большие тесты была выбрана для стандартизации. Многие тестировщики пришли к нам из разных компаний, в которых понятия «смоук-тестирования», BVT (Build Verification Test), интеграционных тестов и т. д. имели разные, часто противоположные значения. Старые термины приносили с собой столько хаоса, что я решил ввести новую терминологию.]. Здесь важно то, что тестировщики Google говорят на одном языке, описывая, что именно тестируется и в каком объеме. Когда кто-то особо изобретательный говорит о четвертой разновидности тестов, которую они прозвали громадными тестами, любой инженер в компании сразу представит себе общесистемный тест, который выполняется очень долго и проверяет все функциональные аспекты. Ничего больше пояснять не требуется[11 - Кстати, концепция громадных тестов формализована, и инфраструктура автоматизации Google использует понятия малых, средних тестов (и далее по списку) для определения последовательности автоматизированного выполнения. Эта тема более подробно рассматривается в главе, посвященной разработчикам в тестировании.].

Мы определяем, в каком объеме проводить тестирование и что именно тестировать, по-разному для каждого конкретного продукта. Google предпочитает выпускать часто и стремится как можно раньше передать продукт пользователям, чтобы быстрее получить обратную связь и внести необходимые изменения. Google тратит много сил на то, чтобы создавать продукты, которыми люди действительно пользуются. Мы выкатываем новые фичи как можно раньше, чтобы они начали приносить пользу. Плюс мы избегаем лишних затрат на фичи, которые не нужны пользователям, потому что вовремя об этом узнаем. Для этого мы подключаем пользователи и внешних разработчиков в процесс как можно раньше. Так мы понимаем, соответствует ли наш продукт их ожиданиям.

Наконец, выбирая между автоматизированным и ручным тестированием, мы отдаем предпочтение первому. Если это можно автоматизировать и проблема не требует человеческого внимания и интуиции, то это нужно автоматизировать. Только проблемы, которые явно требуют оценки человеком (например, красив ли пользовательский интерфейс или не нарушает ли раскрытие данных конфиденциальность), должны доставаться ручному тестированию.

На заметку

Выбирая между автоматизированным и ручным тестированием, мы отдаем предпочтение первому. Если это можно автоматизировать и проблема не требует человеческого внимания и интуиции, то это нужно автоматизировать.

Замечу, что в Google выполняется очень много ручного тестирования, как сценарного, так и исследовательского, но даже оно проходит под зорким присмотром автоматизации. Технологии записи преобразуют ручные тесты в автоматизированные, которые снова прогоняются на последующих сборках, чтобы отловить регрессионные баги и дать тестировщикам возможность переключиться на новые проблемы. Мы автоматизируем отправку баг-репортов и распределение задач ручного тестирования[12 - Технологии записи Google и ручное тестирование со вспомогательной автоматизацией подробно описаны в главах, посвященных роли инженеров по тестированию.]. Например, если автоматизированный тест не проходит, система определяет последнее изменение кода, которое считает наиболее вероятной причиной, отправляет сообщение его авторам и автоматически заводит баг. Максимально приблизить автоматизацию к человеческим возможностям – это техническое задание для следующего поколения инструментов тестирования, создаваемых в Google.

Глава 2. Разработчик в тестировании

Давайте представим идеальный процесс разработки. Все начинается с теста. Вот код, который построил разработчик Джек. А вот – тест, который разработчик Джек придумал еще до того, как написал код. Другими словами, до того, как написать первую строчку кода, разработчик прикидывает, что ему понадобится для тестирования. Затем он напишет тесты для граничных значений, для слишком больших и слишком малых входных данных, для значений, нарушающих граничные условия, и для множества других предположений. Какие-то из этих тестов станут частью функций, превратятся в самотестируемый код или юнит-тесты. На этом уровне лучше всех тестирует код тот, кто его написал. Иначе говоря, в коде, который построил Джек, хорошо разбирается сам разработчик Джек, и он же протестирует его
Страница 12 из 23

лучше всех.

Другие тесты требуют знаний, выходящих за рамки кода, и зависят от внешней инфраструктуры. Например, у нас есть тест, который возвращает данные из удаленного хранилища (с сервера баз данных или из облака). Для тестирования нам нужна либо сама база данных, либо ее имитация. В индустрии уже выработались инструменты для этого: тестовая оснастка (harness), тестовая инфраструктура, подставные объекты (mocks) и имитации (fakes). В мире идеального процесса разработки эти макеты сразу существуют для любого интерфейса, с которым имеет дело разработчик, и каждый аспект любой функции можно протестировать в любое время. Но не увлекайтесь, мы находимся в воображаемом мире.

Мы подошли к первой развилке, где нашему сказочному миру разработки потребовался еще один герой, то есть тестировщик. При написании кода функциональности и кода тестов важны разные образы мышления. Это разные типы разработки. При разработке функционального кода на первом плане стоит создание. Нужно принимать во внимание пользователей, их сценарии использования продукта, последовательности действий и т. д. А при написании тестового кода есть ориентир на разрушение, то есть разработку такого кода, который выявит случаи, мешающие эффективной работе пользователя и его действиям. Так как мы находимся в сказочной стране идеальной разработки, мы можем нанять двух Джеков, один из которых построит дом, а другой покажет, как его можно сломать.

На заметку

При написании кода функциональности и кода тестов важны разные образы мышления.

В нашем сказочном мире идеального процесса разработки у нас будет сколько угодно разработчиков функциональности и разработчиков тестов, которые идут рука об руку и вместе строят сложный программный продукт. Это еще присказка, ведь настоящая сказка позволит нам выделить по целому разработчику на каждую фичу, к каждому разработчику приставить столько разработчиков тестов, сколько нужно. Они занимались бы глобальной тестовой инфраструктурой, помогали бы решить проблемы, найденные юнит-тестированием, чтобы разработчики не отвлекались на них от процесса создания, требующего полной концентрации.

Итак, одни разработчики пишут функциональный код, другие разработчики пишут тестовый код, и тут мы вспоминаем про третью сторону: сторону пользователя.

Естественно, в нашем сказочном мире эта задача упадет на плечи отдельных инженеров. Их задачи связаны с пользователем: сценарии использования продукта, пользовательские истории, исследовательское тестирование и т. д. Разработчики со стороны пользователя рассматривают то, как разные фичи связываются воедино и образуют единое целое. Они работают над проблемами всей системы и обычно принимают точку зрения пользователя, проверяя, действительно ли совокупность частей образует что-то полезное для них.

Итак, вот наше представление об идеальной разработке ПО: три разные роли разработчиков работают вместе над надежным, практичным совершенством, причем каждый специализируется на чем-то своем и все взаимодействуют на равных.

Кто хочет работать в компании, в которой программные продукты создаются подобным образом? Мы точно хотим!

К сожалению, никто из нас в таких компаниях не работает. Google, как и многие компании до нее, потратил множество усилий на то, чтобы приблизиться к идеалу. Возможно, потому что мы поздно начали, мы учились на ошибках предшественников. Google повезло поймать момент перехода модели программных продуктов от огромных клиентских приложений с многолетними циклами выпуска к облачным сервисам, которые выпускаются каждые несколько недель, дней или часов[13 - Заметим, что даже для клиентских продуктов Google старается делать частые и надежные обновления с помощью автообновления, встроенного во все клиентские приложения.]Благодаря удачному стечению обстоятельств у нас получилось хоть как-то приблизить разработку в Google к идеальному процессу разработки ПО.

Итак, разработчики в Google занимаются реализацией функциональности, отвечают за построение компонентов, строят основу приложения, поставляемого пользователю. Они пишут функции и код юнит-тестов для этих функций. Джек строит дом.

Разработчики в тестировании в Google отвечают за создание средств тестирования. Они помогают разработчикам с написанием юнит-тестов и создают большие тестовые инфраструктуры, упрощая разработчикам процесс создания малых и средних тестов и помогая выявлять больше проблем. Джек делает дом устойчивым.

Инженеры по тестированию в Google встают на сторону пользователя во всех аспектах, связанных с качеством. В контексте разработки они создают автоматизацию пользовательских сценариев, а в контексте продукта – оценивают универсальность и эффективность всех действий по тестированию, которые выполняют другие инженеры. Джек готовит дом к приходу гостей.

Это уже не сказка, а наша попытка сделать ее былью.

В этой книге мы рассказываем в основном о работе разработчиков в тестировании и инженеров по тестированию. Роль разработчиков мы затрагиваем только там, где она соприкасается с тестированием. На самом деле разработчики вовлечены в тестирование довольно сильно, но обычно эти процессы курируют специалисты, в должности которых есть слово «тестирование».

Жизнь разработчика в тестировании

Когда компания только появляется, тестировщиков в ней, как правило, нет. Точно так же как нет руководителей проектов, системных администраторов и других должностей. Каждый сотрудник выполняет все эти роли одновременно. Мы любим представлять, как Ларри и Сергей[14 - Речь идет о Ларри Пейдже и Сергее Брине – основателях Google.] ломали головы над пользовательскими сценариями и юнит-тестами на заре Google. С ростом компании появились разработчики в тестировании, которые первыми привнесли фокус на качество в строго технологический дух программирования[15 - О том, как появилась роль разработчика в тестировании, Патрик Коупленд рассказывает в предисловии.]

Как организованы процессы разработки и тестирования

Прежде чем мы взглянем поближе на задачи разработчиков в тестировании, давайте посмотрим, в каких условиях они работают. Разработчики в тестировании и разработчики связаны очень тесно, у них много общих задач в работе над любым продуктом. Так происходит, потому что в Google тестирование – обязанность всей инженерной команды, а не только людей, в должности которых есть слово «тестирование».

Готовый код – основной артефакт, над которым работают все участники команды. Организовать структуру, написать код и сопровождать его – их ежедневные задачи. Большая часть кода Google хранится в едином репозитории и использует общие инструменты. Все процессы сборки и выпуска построены вокруг этих инструментов и репозитория. Каждый инженер Google знает эту среду как свои пять пальцев, поэтому любой участник команды независимо от своей роли может залить новый код, создать и запустить тест, собрать версию и т. д.

На заметку

Готовый код – основной артефакт, над которым работают все участники команды. Организовать структуру, написать код и сопровождать его – их ежедневные задачи.

Еще один плюс единого репозитория: инженерам, переходящим из проекта в проект, не нужно переучиваться, а
Страница 13 из 23

так называемые «двадцатипроцентные сотрудники» могут нормально работать с первого дня в проекте[16 - В Google есть официальная система распределения графика, благодаря которой любой сотрудник может тратить 20 % своего рабочего времени на любой другой проект Google. Иными словами, четыре дня в неделю вы занимаетесь своей основной работой, а один день экспериментируете и изобретаете. Необязательно именно так распределять свое время, многие бывшие сотрудники Google вообще считали такой рабочий график мифическим. Однако каждый из авторов этой книги участвовал в «двадцатипроцентных проектах», значит, они – реальность. Более того, многие инструменты, описанные в книге, – результат «двадцатипроцентной» работы, которая со временем воплотилась в полноценные финансируемые проекты. Правда, многие сотрудники Google в свое «двадцатипроцентное время» просто работают с другими проектами, а не занимаются экспериментами, поэтому от такой концепции рабочего времени выигрывают многие. (К моменту издания книги на русском языке Google официально отменил эту систему. – Примеч. перев.)]. Кроме того, весь исходный код доступен любому инженеру. Разработчики веб-приложений могут просмотреть интересующий их код браузера, не спрашивая ни у кого разрешения, или узнать, как другие, более опытные сотрудники решали аналогичные задачи. Можно взять код для повторного использования на уровне модулей или даже на уровне структур контролов или данных. Google – един, и он использует общий репозиторий с удобными (еще бы!) средствами поиска.

Благодаря тому что наша кодовая база открыта, доступ к ней есть у всей компании, а технический инструментарий един, мы разработали огромный набор библиотек и сервисов для общего использования. Общий код надежно работает на боевой среде Google и ускоряет работу над проектами, а использование общих библиотек при разработке сокращает количество багов.

На заметку

Благодаря тому что наша кодовая база открыта, доступ к ней есть у всей компании, а технический инструментарий един, мы разработали огромный набор библиотек и сервисов для общего использования.

Так как код вливается в общую инфраструктуру, к его разработке инженеры относятся очень осторожно. Подтверждают такое особое отношение неписаные, но соблюдаемые правила работы с кодом.

– Используйте уже написанные библиотеки по максимуму. Пишите свою только в том случае, если у вас есть на то серьезная причина из-за специфических особенностей проекта.

– Когда вы пишете код, помните, что он должен быть легко читаем. Сделайте так, чтобы его можно было без труда найти в репозитории. С вашим кодом будут работать другие люди, поэтому нужно сделать его понятным и легко изменяемым.

– Общий код должен быть автономным и пригодным для повторного использования. Инженеров поощряют за создание сервисов, которые могут использовать другие команды. Возможность повторного использования кода гораздо важнее, чем его сложность.

– Сделайте зависимости настолько очевидными, что их невозможно будет пропустить. Если проект зависит от общего кода, то пусть о любых его изменениях узнают участники всех зависимых проектов.

Если инженер предлагает более удачное решение, то он же проводит рефакторинг всех существующих библиотек и помогает перевести все зависимые проекты на новые библиотеки. Работа на благо сообщества должна поощряться[17 - Самым распространенным механизмом такого поощрения в Google является премия «от коллег». Любой инженер, которому помогла работа другого инженера, может назначить ему премию в благодарность. У руководителей тоже есть свои способы поощрения сотрудника. Смысл в том, что работу на благо сообщества нужно подпитывать! Конечно, не стоит забывать, что есть и неформальный способ поблагодарить коллегу – «услуга за услугу».].

Google серьезно относится к процедуре код-ревью, и любой код, особенно общий, просматривает специалист с черным поясом по читаемости кода. Специальная комиссия выделяет таких специалистов за умение писать чистый и стилистически точный код для четырех основных языков Google (C++, Java, Python и JavaScript).

Код в общем репозитории устанавливает более высокую планку для тестирования, – об этом мы расскажем чуть позже.

Для решения проблем с зависимостями платформ мы минимизируем их различия на машинах сотрудников. У всех инженеров на компьютерах стоит та же версия OS, что и на боевых машинах. Мы тщательно следим за актуальностью сборок Linux, чтобы разработчик, проводящий тестирование на своем компьютере, получил такие же результаты, как и при тестировании в боевой среде. Различия в процессорах и операционных системах между компьютерами инженеров и дата-центрами минимальны[18 - Это правило в Google нарушено только в лабораториях локального тестирования Android и Chrome OS, где для проверки новых сборок нужно иметь широкий спектр оборудования.]. Если баг возник на компьютере тестировщика, то он, скорее всего, воспроизведется и на компьютере разработчика, и в условиях реальной эксплуатации.

Весь код, связанный с зависимостями платформ, собирается в библиотеки на самом нижнем уровне стека. Управляют этими библиотеками те же ребята, которые отвечают за дистрибутивы Linux. Наконец, для каждого из языков программирования, на которых пишут в Google, мы используем только один компилятор, который поддерживается и постоянно тестируется на одной из сборок Linux. Ничего сложного, но эта простая схема экономит силы на финальных стадиях тестирования, а заодно сокращает количество проблем, связанных со спецификой среды, которые сложны в отладке и отвлекают от разработки новых функций. Простота и надежность.

На заметку

Вся платформа Google построена на простоте и единообразии: одинаковые сборки Linux для компьютеров инженеров и машин с боевой средой, общие базовые библиотеки под централизованным управлением, общая инфраструктура хранения исходного кода, сборки и тестирования, один компилятор для каждого из языков программирования, общая спецификация сборки для всех языков. И самое важное, культура, которая уважает и поощряет поддержку этих общих ресурсов.

Тему единообразия платформ и единства репозитория продолжает единая система сборки, не зависящая от языка, на котором написан проект. Не важно, на каком языке работает команда (C++, Python или Java), она все равно будет использовать общие «файлы сборки».

Чтобы сборка состоялась, нужно указать «цель сборки». Это может быть библиотека, бинарный файл или набор тестов, который состоит из некоторого количества исходных файлов.

Последовательность шагов следующая.

1. Напишите класс или набор функций в одном или нескольких исходных файлах. Убедитесь, что весь код компилируется.

2. Укажите цель сборки (например, определенную библиотеку) для новой сборки.

3. Напишите юнит-тесты, которые импортируют библиотеку, имитируют нетривиальные зависимости и выполняют интересующие нас пути в коде для самых актуальных входных данных.

4. Создайте тестовую сборку для юнит-тестов.

5. Соберите и запустите сборку с тестами. Изменяйте код до тех пор, пока все тесты не будут проходить.

6. Запустите все обязательные инструменты статического анализа, которые проверяют соответствие кода гайдлайнам и выявляют
Страница 14 из 23

стандартные баги.

7. Отправьте итоговый код на код-ревью (подробнее о код-ревью мы расскажем позже), внесите изменения и повторите все юнит-тесты.

В результате мы создаем две сборки: собственно библиотеку, представляющую новый сервис, и сборку тестов для этого сервиса. Учтите, что многие разработчики в Google применяют методологию TDD (Test-Driven Development, или разработка через тестирование), при которой шаг 3 предшествует шагам 1 и 2.

Если разработчик конструирует более крупный сервис, то он продолжает писать код, связывая постоянно увеличивающиеся сборки библиотек. Сборка бинарника создается из основного файла, который ссылается на нужные библиотеки. Так появляется продукт Google, у которого есть:

– хорошо протестированный автономный бинарный файл;

– легкочитаемая и приспособленная для повторного использования библиотека (с набором вспомогательных библиотек, которые можно использовать для создания других сервисов);

– набор юнит-тестов, покрывающих нужные аспекты всех сборок.

Типичный продукт Google – это набор нескольких сервисов. В любой команде мы стараемся добиться соотношения 1:1 между разработчиками и сервисами. Это означает, что сервисы собираются и тестируются параллельно, а затем интегрируются в итоговой сборке. Чтобы связанные сервисы могли создаваться одновременно, их интерфейсы взаимодействия согласовываются в начале проекта. Тогда разработчики могут реализовывать зависимости через такие интерфейсы, а не через библиотеки. В начале работы разработчики создают имитации таких интерфейсов, чтобы начать писать тесты на уровне всего сервиса.

Разработчики в тестировании вовлечены в создание большинства тестовых сборок и определяют, где нужно писать малые тесты. По мере того как маленькие сборки собираются в целое приложение, задачи растут, и уже нужно проводить более крупные интеграционные тесты. Если для сборки одной библиотеки достаточно выполнения малых тестов, написанных самим разработчиком, то с увеличением объема сборок разработчики в тестировании вовлекаются во все большей степени и пишут уже средние и большие тесты.

Сборка увеличивается в размерах, и малые тесты становятся частью регрессионного пакета. Они должны быть всегда актуальны. В противном случае в них инициируются баги, отладка которых ничем не отличается от отладки багов основного кода. Тесты – часть функциональности, а значит, баги в тестах относятся к функциональным багам и исправляются. Такая схема гарантирует, что новая функциональность не нарушит работу существующей, а изменения в коде не сломают тесты.

Разработчики в тестировании – центр всей этой деятельности. Они помогают разработчикам решить, какие юнит-тесты написать. Они создают подставные объекты и имитации. Они пишут средние и большие интеграционные тесты. Именно об этих задачах разработчиков в тестировании мы собираемся сейчас рассказать.

Кто такие разработчики в тестировании на самом деле?

Разработчики в тестировании – это инженеры, которые помогают тестировать на всех уровнях процесса разработки Google. Но все же в первую очередь они именно разработчики. Во всех наших руководствах по найму и внутренних документах написано, что их работа на 100 % связана с программированием. Этот специфический, можно даже сказать гибридный, подход к тестированию позволяет нам рано привлекать тестировщиков к проектам. Причем они занимаются не составлением абстрактных тест-планов или моделей качества, а сразу погружаются в проектирование и написание кода. Это ставит на одну чашу весов и программистов, и тестировщиков. Это повышает производительность команды и создает доверие ко всем видам тестирования, включая ручное и исследовательское, которое потом проведут уже другие инженеры.

На заметку

Тест – это еще одна фича приложения, и за нее отвечают разработчики в тестировании.

Разработчики в тестировании работают рука об руку с разработчиками продукта, причем в буквальном смысле. Мы стараемся, чтобы они даже сидели вместе. Тесты – это еще одна фича приложения, за которую отвечают разработчики в тестировании. Разработчики и разработчики в тестировании участвуют в ревью кода, написанного друг другом.

На собеседовании разработчики в тестировании должны продемонстрировать такие же знания по программированию, как и разработчики. Даже больше – они должны уметь тестировать код, который написали. Проще говоря, разработчик в тестировании должен ответить на те же вопросы по программированию, что и разработчик, а потом еще решить задачки по тестированию.

Как вы уже догадались, специалистов на эту роль найти непросто. Скорее всего, это и есть причина относительно малого количества разработчиков в тестировании в Google. А вовсе не то, что мы нашли волшебную формулу производительности. Скорее, мы смирились с реальностью и адаптировали нашу работу, зная, что такое сочетание навыков встречается редко. Однако сходство ролей разработчика и разработчика в тестировании дало приятный побочный эффект: люди могут переходить из одной группы в другую. Google как раз старается поддерживать переходы между ролями. Представьте компанию, в которой все разработчики умеют тестировать, а все тестировщики умеют программировать. Нам далеко до этого, и, наверное, мы никогда такими не станем, но эти группы все-таки пересекаются. Мы находим разработчиков в тестировании со склонностью к разработке и разработчиков со склонностью к тестированию. Такие ребята становятся нашими лучшими инженерами и образуют самые эффективные команды разработки.

Ранняя стадия проекта

В Google нет правила, когда именно разработчики в тестировании должны присоединиться к проекту. Так же как нигде не прописано, когда именно проект становится «реальным». Типичный сценарий создания нового проекта такой: эксперимент, над которым работали в «двадцатипроцентное» время, набирается сил и становится самостоятельным продуктом Google. Именно так развивались Gmail и Chrome OS. Эти проекты начинались с неформальных идей, а со временем выросли в полноценные продукты со своими командами разработчиков и тестировщиков. Наш друг Альберто Савоя (написавший введение к этой книге) любит повторять, что «качество не имеет значения, пока ваш продукт не имеет значения».

В свое «двадцатипроцентное» время команды придумывают много нового. Часть этих идей ни к чему не приведет, другая часть станет новыми фичами других проектов, а некоторые смогут перерасти в официальные продукты Google. Ни одному проекту по умолчанию не полагается тестирование. Проект может потерпеть неудачу, поэтому включать в него тестировщиков – напрасная трата ресурсов. Если проект закроют, что мы будем делать с готовой тестовой инфраструктурой?

Браться за качество еще до того, как концепция продукта дозрела и полностью сформирована, – это типичный пример неправильной расстановки приоритетов. Мы повидали много прототипов, созданных в «двадцатипроцентное» время, которые перерабатывались так сильно, что на стадии бета-версии или версии для внутренних пользователей от оригинального кода оставалась крохотная часть. Тестирование в экспериментальных проектах – безнадежная затея.

Конечно, не стоит впадать в крайности. Если
Страница 15 из 23

продукт слишком долго развивается без тестирования, то становится тяжело менять архитектурные решения, плохо влияющие на его тестируемость. Это усложняет автоматизацию, а тестовые инструменты становятся ненадежными. Чтобы повысить качество, придется многое переделывать. Такой технический долг может затормозить разработку продукта на годы.

В Google не принято, чтобы тестирование появлялось в проектах рано. На самом деле разработчики в тестировании часто приходят на проекты на ранних этапах, но пока они больше разработчики, чем тестировщики. Это наше сознательное решение, но это не значит, что на ранних стадиях мы забываем о качестве. Это следствие неформального и одержимого новшествами процесса созидания в Google. Многомесячное планирование проекта перед разработкой, включающее контроль качества и тесты, – это не про нас. Проекты в Google начинаются намного менее формально.

Chrome OS – яркий пример такого подхода. На этом проекте все трое авторов этой книги работали больше года. Но задолго до того, как мы официально присоединились к работе, несколько разработчиков создали прототип. Он состоял в основном из скриптов и заглушек, но зато позволял продемонстрировать идею «чисто браузерного» приложения руководству Google, чтобы официально утвердить проект. На стадии прототипа команда концентрировалась на экспериментах и хотела доказать, что этот концепт вообще жизнеспособен. Тратить время на тестирование – или даже проектировать с оглядкой на тестируемость – было бы неразумным, особенно учитывая, что проект был еще неофициальным, а все демосценарии в будущем все равно заменили бы реальным кодом. Когда сценарии выполнили свое предназначение и продукт был утвержден, руководитель разработки обратился к нам за помощью в тестировании.

Все это – особая культура Google. Ни один проект не получит ресурсы тестирования просто так. Команды разработки обращаются к тестировщикам за помощью, убеждая их в том, что проект по-настоящему интересен и перспективен. После того как руководители разработки Chrome OS обрисовали свой проект, состояние дел и график выпуска, мы смогли выдвинуть свои требования по участию разработчиков в тестировании, уровню покрытия кода юнит-тестами и разделению обязанностей в процессе работы. Мы не участвовали в зарождении проекта, но когда он стал реальным, мы смогли серьезно повлиять на его реализацию.

На заметку

Ни один проект не получит ресурсы тестирования просто так. Команды разработки обращаются к тестировщикам за помощью, убеждая их в том, что проект по-настоящему интересен и перспективен.

Структура команды

Разработчики часто глубоко погружены в код, который пишут, и сосредоточены на одной фиче продукта или даже ее части. Они принимают все решения исходя из локальной пользы, воспринимая продукт очень узко. Хороший разработчик в тестировании должен делать ровно наоборот: смотреть на продукт широко и держать в голове общую картину продукта, со всеми его фичами. Более того, он должен понимать, что разработчики приходят, делают свою работу и уходят, а продукт должен продолжать жить дальше.

Проектам типа Gmail или Chrome суждено пройти через много версий. Над ними будут трудиться сотни разработчиков. Представим, что разработчик присоединился к команде на третьей версии продукта. Если этот продукт хорошо задокументирован и пригоден к тестированию, если у него есть стабильный работоспособный механизм автоматизации тестов, если есть процессы, по которым легко добавить новый код, – считайте, что те ранние разработчики в тестировании сработали хорошо.

Со всем этим постоянным наращиванием функциональности, выпуском новых версий и патчей, переименованием и переработкой бывает трудно понять, когда работа над продуктом завершается. Но совершенно точно у каждого продукта есть четкая отправная точка. Здесь, в начале, мы формируем свои цели, планируем и пробуем. Мы даже пытаемся документировать то, что, как мы думаем, мы будем делать. Мы стремимся принимать такие решения, которые будут жизнеспособны в долгосрочной перспективе.

Чем больше экспериментов, прикидок и набросков планов мы сделали до начала реализации проекта, тем сильнее наша уверенность в долгой и успешной жизни проекта. Но надо знать меру. С одной стороны, мы не хотим планировать настолько мало, что потом это нам аукнется. С другой стороны, не хочется потратить несколько недель только на то, чтобы в конце понять, что условия изменились или оказались совсем не такими, какими их представляли. Поэтому на ранней фазе разумно вести документацию и структурировать процессы, но объем этой работы определяют сами инженеры из команды проекта.

Сначала в команде разработки нового продукта появляется ведущий инженер и еще несколько других технических ролей. В Google неформальное звание «ведущий инженер» получает специалист, который отвечает за выбор технического направления работ, координирует проект и становится его главным техническим представителем для других команд. Он знает ответы на все вопросы о проекте или может перенаправить их правильному человеку. Ведущим инженером продукта обычно становится разработчик или любой другой инженер, который выступает в роли разработчика.

Ведущий инженер со своей командой начинает с набросков первого проектного документа (об этом мы расскажем в следующем разделе). Постепенно документ растет, а это значит, что пора привлекать инженеров разных специализаций. Многие команды просят разработчика в тестировании еще на старте, несмотря на то что их мало.

Проектная документация

У каждого проекта в Google есть основной проектный документ. Это живой документ, он развивается вместе с проектом. Вначале этот документ описывает цель проекта, предпосылки его создания, предполагаемый список участников и архитектурных решений. На раннем этапе участники команды вместе дополняют этот документ. В больших проектах может понадобиться создать более мелкие проектные документы для основных подсистем. К концу этой стадии набор проектных документов должен стать основой для плана всех будущих работ. Документ могут помочь проанализировать ведущие инженеры других команд из предметной области проекта. Когда все дополнения и замечания собраны, фаза проектирования завершается и официально начинается стадия реализации.

Очень хорошо, если разработчики в тестировании присоединяются к проекту на раннем этапе. Тогда они сделают важную работу, которая заметно повлияет на результаты. Если они правильно разыграют карты, то упростят жизнь участников проекта, ускорив ход работы. У разработчиков в тестировании есть очень важное преимущество в команде: по сравнению с другими инженерами они обладают самым широким представлением о продукте. Хороший разработчик в тестировании добавляет свою ценность к работе узкоспециализированных разработчиков и влияет на весь проект в целом, а не просто пишет код. Не разработчики, а именно разработчики в тестировании обычно выявляют общие схемы для повторного использования кода и взаимодействия компонентов. Оставшаяся часть этого раздела как раз и рассказывает о том, какую ценную работу могут выполнять разработчики в тестировании на ранней стадии
Страница 16 из 23

проекта.

На заметку

Цель разработчика в тестировании на ранней стадии – упростить жизнь других участников проекта, ускорив выполнение работы.

Ничто не заменит свежего взгляда со стороны в нашей работе. Перед тем как отправить проектный документ на официальную оценку, разработчикам очень полезно получить отзывы от своих коллег. Хороший разработчик в тестировании всегда готов помочь с этим и даже специально выделяет для этого рабочее время. Если нужно, он добавляет разделы, посвященные качеству и надежности. Вот почему такой подход оправдан.

– Разработчик в тестировании должен знать структуру тестируемой системы, и чтение проектной документации в этом помогает. Так что рецензирование полезно как разработчику в тестировании, так и разработчику.

– Чем раньше внесено предложение, тем больше вероятность, что оно попадет в документ, а потом и в код. Так разработчика в тестировании сможет сильнее повлиять на проект.

– Разработчик в тестировании станет первым человеком, рецензирующим все проектные документы, и не пропустит ни одной итерации. Его знание проекта в целом сможет сравниться только со знанием ведущего инженера.

– Это прекрасный шанс установить рабочие отношения со всеми инженерами, с чьим кодом разработчик в тестировании будет работать, когда начнется разработка.

Проектную документацию нужно рецензировать целенаправленно и вдумчиво, а не бегло просматривать, как утреннюю газету. Хороший разработчик в тестировании, оценивая документ, преследует четкие цели. Вот что советуем мы:

– Полнота. Выделяйте части документа, где не хватает информации или нужны особые знания, которые не особо распространены в команде, особенно это важно, если в команде есть новички. Попросите автора документа закончить раздел или добавить ссылку на дополнительную документацию.

– Грамотность. Не пропускайте грамматические, орфографические и пунктуационные ошибки. Небрежность плохо скажется на будущем коде. Не создавайте почву для небрежности.

– Согласованность. Убедитесь в том, что текст соответствует диаграммам. Проследите, чтобы документ не противоречил утверждениям, сделанным в других документах.

– Архитектура. Проанализируйте архитектуру, предложенную в документе. Можно ли ее реализовать с доступными ресурсами? Какая инфраструктура будет использоваться? Прочитайте описание этой инфраструктуры и изучите ее подводные камни. Можем ли мы поддерживать предложенную инфраструктуру в нашей системе? Архитектура не слишком сложная? Можно ее упростить? Не слишком ли она проста? Что еще нужно учесть при работе с этой архитектурой?

– Интерфейсы и протоколы. Четко ли в документе определены будущие протоколы? Полностью ли описаны интерфейсы и протоколы, которые будет предоставлять продукт? Соответствуют ли эти интерфейсы и протоколы своим целям? Соответствуют ли они стандартам продуктов Google? Можно ли рекомендовать разработчику пойти дальше и начать писать protobuf-файлы (эту концепцию мы опишем дальше)?

– Тестирование. Насколько тестопригодна система, описанная в документе? Нужно ли будет встраивать в код новые зацепки для тестирования? Если да, проследите за тем, чтобы это добавили в документацию. Можно ли скорректировать структуру системы для упрощения тестирования или использования готовой тестовой инфраструктуры? Оцените, что нужно сделать для тестирования системы, и договоритесь с разработчиками, чтобы эту информацию добавили.

На заметку

Рецензировать проектные документы нужно вдумчиво и целенаправленно, а не бегло. Рецензирование преследует четкие цели.

Когда разработчик в тестировании обсуждает результаты рецензирования с автором документации – разработчиком, они оценивают объем работы по тестированию и обсуждают, как распределить эту работу между ролями. Это подходящий момент, чтобы задокументировать, как и зачем разработчикам писать юнит-тесты и какие приемы будет использовать команда, чтобы хорошенько протестировать продукт. Если такая дискуссия конструктивна, значит работа началась успешно.

Интерфейсы и протоколы

С описанием интерфейсов и протоколов разработчики Google справляются легко, ведь для этого нужно писать их любимый код. В Google разработали специальный расширяемый язык Protocol Buffer[19 - Protocol Buffer Google имеет открытую спецификацию, которая представлена тут: http://code.google.com/apis/protocolbuffers/] для сериализации структурированных данных. Protobuf – это механизм описания данных, который не зависит от языка программирования или платформы, которые вы собираетесь использовать. По сути, он похож на XML, только компактнее, быстрее и проще. Разработчик определяет структуру данных с помощью Protocol Buffer и потом использует сгенерированные исходники для чтения и записи структурированных данных на разных языках (Java, C++ или Python). Часто код Protocol Buffer становится первым написанным кодом в проекте. Можно встретить документацию, которая ссылается на protobuf-файлы при описании того, как должна работать полностью реализованная система.

Разработчик в тестировании тщательно анализирует protobuf-код, потому что вскоре ему придется реализовывать большинство интерфейсов и протоколов, описанных в этом коде. Все верно, именно разработчик в тестировании обычно делает эту работу. Необходимость в интеграционном тестировании часто возникает до того, как будут построены все зависимые подсистемы, и к этому надо быть готовым. Чтобы проводить интеграционное тестирование настолько рано, разработчик в тестировании создает имитации и заглушки нужных зависимостей каждого компонента. Интеграционные тесты все равно придется написать, и чем раньше они будут написаны, тем больше от них пользы. Подставные объекты и имитации пригодятся для интеграционного тестирования и дальше. Через них гораздо проще имитировать условия возникновения ошибки и сам сбой, чем через боевую систему.

На заметку

Чтобы проводить интеграционное тестирование как можно раньше, разработчик в тестировании создает имитации и заглушки нужных зависимостей каждого компонента.

Планирование автоматизации

Время разработчика в тестировании ограничено и расписано по минутам, поэтому хорошая идея – создавать план автоматизации как можно раньше. План должен быть реалистичным. Пытаться автоматизировать все сразу в одном тестовом пакете – это ошибка. У разработчиков такие наполеоновские планы обычно не вызывают восторга, и они не спешат помогать. Если разработчик в тестировании хочет заручиться поддержкой разработчика, план автоматизации должен быть простым, четким и способным повлиять на проект. Тяжело поддерживать масштабную автоматизацию, которая с ростом системы расшатывается еще больше. Разработчиков можно привлечь писать только узконаправленные автотесты, которые приносят пользу с самого начала.

Не стоит слишком рано вкладываться в сквозную автоматизацию – она привязывает вас к конкретной архитектуре проекта и не имеет смысла, пока продукт не сформировался и не стал стабильным. Если вы начали слишком рано и собрали много информации, она все равно обесценится к концу проекта, потому что уже поздно будет менять архитектуру продукта. Время, которое разработчик в тестировании мог бы уделить
Страница 17 из 23

шлифовке качества, было потрачено на сопровождение неустойчивых сквозных тестов.

На заметку

Не стоит слишком рано вкладываться в сквозную автоматизацию – она привязывает вас к конкретной архитектуре проекта.

В Google разработчики в тестировании подходят к планированию так. Сначала мы выделяем интерфейсы, которые, как нам кажется, могут содержать баги. Мы создаем подставные объекты и имитации, чтобы контролировать взаимодействие с этими интерфейсами и обеспечить хорошее тестовое покрытие.

На следующем шаге мы строим легковесный фреймворк автоматизации, который даст нам возможность запустить систему подставных объектов. При таком подходе любой разработчик, код которого использует один из наших подставных интерфейсов, может создать себе отдельную сборку и прогонять на ней автоматизированные тесты перед тем, как заливать изменения в репозиторий. Только хорошо протестированный код попадает в репозиторий. Это одно из ключевых достоинств автоматизации: плохой код не попадает в экосистему и не загрязняет общую кодовую базу.

План автоматизации должен не только перечислить средства автоматизации, которые создает разработчик в тестировании: подставные объекты, имитации и фреймворки. План должен объяснять, как все участники проекта будут получать информацию о качестве сборки. Мы включаем в план создание механизмов отчетности и панели мониторинга результатов тестов и статуса выполнения. Наши разработчики в тестировании увеличивают шансы создания высококачественного кода, упрощая процесс его разработки и делая его более прозрачным.

Тестируемость

Разработчики в тестировании плотно работают вместе с разработчиками. Пока разработчики пишут код функциональности и тесты для него, разработчики в тестировании создают для них тестовые фреймворки, а заодно выполняют часть работы по ее сопровождению. Ответственность за качество делится между этими ролями поровну.

Основная цель разработчиков в тестировании – сделать продукт тестируемым. Они дают рекомендации, как выстроить структуру программы и стиль написания кода, чтобы упростить будущее юнит-тестирование. Они создают удобную среду тестирования, чтобы разработчики могли тестировать сами. Об этом чуть позже, а сейчас поговорим о том, как пишется код в Google.

Чтобы прийти к равноправной ответственности разработчиков и разработчиков в тестировании за исходный код, мы в Google строим процесс разработки вокруг код-ревью. О том, как рецензировать код, говорят даже больше, чем о том, как его писать.

Рецензирование кода – полноценный этап работы разработчиков. У него есть свои инструменты и своя культура, которая строится на концепции коммитеров, как в опенсорс-сообществах, где коммитить код в базу могут только самые надежные и доказавшие это право разработчики.

На заметку

Google строит процесс разработки вокруг код-ревью. О том, как рецензировать код, говорят даже больше, чем о том, как его писать.

В Google любой инженер может стать коммитером. Мы пользуемся концепцией читаемости кода, чтобы отличать проверенных сотрудников от новичков. Вот как работает этот процесс.

Когда код написан, он упаковывается в пакет, который мы называем списком изменений. Дальше он отправляется для рецензирования в приложение, которое в Google называют Mondrian, в честь голландского художника, положившего начало абстрактному искусству. Mondrian отсылает код ответственному разработчику или разработчику в тестировании для окончательного утверждения[20 - Версия Mondrian с открытым кодом на базе App Engine доступна по адресу: http://code.google.com/p/rietveld/].

Блоки нового кода, изменения в существующем коде, исправления багов – все это может входить в список изменений. Размеры списков могут варьироваться от пары строк кода до нескольких сотен, причем большие списки почти всегда разбиваются на несколько мелких, чтобы рецензентам было удобнее.

Новички рано или поздно получают от коллег бейдж «спец по легкочитаемому коду», если постоянно коммитят качественные списки изменений. Эти бейджи – разные для разных языков программирования. Основные языки в Google – C++, Java, Python и JavaScript. Бейдж указывает нам опытного разработчика, который старается писать так, чтобы вся кодовая база однородной, будто ее писал один разработчик[21 - Руководство Google по стилю для C++ доступно по адресу: http://google-styleguide.googlecode.com/svn/trunk/cppguide.xml].

Прежде чем список изменений попадет к рецензенту, он пройдет ряд автоматических проверок в Mondrian. Программа проверит выполнение простых условий, например насколько код соответствует гайдлайнам стиля программирования Google, и более сложных, например что все тесты, связанные с этим списком изменений, проходят. Тесты для списка почти всегда включены прямо в него – тестовый и функциональный код живут вместе. Выполнив проверку, Mondrian отправит рецензенту по электронной почте ссылку на списки изменений. В свою очередь рецензент проанализирует код и выдаст рекомендации его автору. Процесс повторяется до тех пор, пока все рецензенты не будут довольны и автоматическая проверка не будет проходить гладко.

Дальше код встает в очередь на отправку, цель которой – поддерживать сборку в состоянии «зеленый свет», в котором все тесты проходят. Это последняя линия защиты между системой непрерывной сборки проекта и системой контроля версий. Код собирается и тестируется на чистой среде, поэтому здесь отлавливаются баги, которые на машинах разработчиков могли не обнаружиться. Эти конфигурационные баги могли бы нарушить процесс непрерывной сборки или, хуже того, пробраться в систему контроля версий.

Очередь на отправку позволяет участникам больших команд совместно работать в ветке main дерева исходного кода. Больше не нужно замораживать код на время интеграции веток и прохождения тестов. Получается, что разработчики больших команд могут работать так же эффективно и независимо, как если бы команда была маленькая и гибкая. Только у разработчика в тестировании прибавляется работы – ведь скорость написания и заливки кода в репозиторий увеличивается.

Как появились очереди на отправку и непрерывная сборка

Джефф Карролло

Когда-то Google был маленьким. Тогда казалось, что провести юнит-тестирование перед коммитом изменений вполне достаточно. Но даже тогда случалось, что тесты не проходили, и люди тратили свое время на поиск и решение проблем.

Компания росла. Чтобы масштабироваться, наши разработчики писали и поддерживали качественные библиотеки и инфраструктуру, которые использовали все команды. Со временем росло количество, размеры и сложность базовых библиотек. Код проектов стал интенсивно использовать сторонние библиотеки и инфраструктуру, и одних юнит-тестов стало недостаточно – уже требовалось интеграционное тестирование. В какой-то момент стало понятно, что многие баги вызывались зависимостями между компонентами. Так как тесты не запускались до тех пор, пока кому-нибудь не вздумывалось закоммитить изменение в своем проекте, интеграционные баги могли оставаться незамеченными по несколько дней.

Потом мы пришли к панели мониторинга юнит-тестов. Система автоматически считала каждый каталог верхнего уровня в дереве кода компании «проектом». Плюс каждый мог
Страница 18 из 23

определить свой «проект», в котором связывал сборки кода с тестами и назначал ответственного за сопровождение. Каждый день система прогоняла все тесты по всем проектам. Система записывала статистику прохождений каждого теста и показывала ее на главной панели. Если тесты падали, ответственные за их сопровождение получали письма каждый день, поэтому тесты оставались неисправными недолго. Тем не менее проблемы оставались.

Ежедневного прогона всех тестов оказалось недостаточно – команды хотели быстрее отлавливать разрушительные изменения. Некоторые команды начали писать скрипты непрерывной сборки, которые непрерывно делали сборку и выполняли юнит– и интеграционные тесты на отдельных машинах. Осознав, что эту систему можно сделать общей для всех команд, Крис Лопес и Джей Корбетт сели и написали «Систему непрерывной сборки Криса и Джея». Теперь любой проект мог развернуть свою систему непрерывной сборки. Достаточно было просто зарегистрировать машину, заполнить файл конфигурации и запустить скрипт.

Система быстро стала популярной, и вскоре большинство проектов в Google перешло на нее. Если тест не проходил, то программа оповещала всех ответственных за изменение по почте. О сбоях стали узнавать через несколько минут после коммита изменений в базу кода. Кроме того, система отмечала «Золотые списки изменений» – контрольные точки в системе контроля версий, в которых успешно проходили все тесты проекта. Теперь разработчики могли ориентироваться на стабильную версию исходников без недавних проблемных изменений. Это очень помогало при выборе стабильной сборки для выпуска.

Но и этого инструмента инженерам оказалось недостаточно. Команды становились больше, проекты – сложнее, потери от поломанных сборок росли. Разработчики строили новые очереди отправок, чтобы защитить системы непрерывной сборки. В ранних реализациях все списки изменений действительно вставали в очередь: система тестировала и одобряла или отклоняла списки последовательно. Если нужно было провести много продолжительных тестов подряд, то между постановкой списка изменений в очередь и его фактической передачей в систему контроля версий могло пройти несколько часов. В следующих версиях уже реализовали параллельное выполнение ожидающих списков изменений, но они запускались изолированно друг от друга. Хотя это могло создавать проблемы нарушения последовательности потоков, такие случаи были редки, их оперативно обнаруживала система непрерывной сборки. Возможность заливки кода через несколько минут после отправки запроса экономила много времени. Это компенсировало затраты на исправление редких падений системы непрерывной сборки.

Так большинство крупных проектов Google перешло на использование очередей на отправку. Во многих командах даже выделяли специального человека на роль «смотрителя сборки», задача которого заключалась в том, чтобы быстро реагировать на любые проблемы, выявленные очередью проверки или системой непрерывной сборки.

Эти две системы, панель мониторинга юнит-тестов и система непрерывной сборки Криса и Джея, использовались в Google несколько лет. Они принесли огромную пользу командам, были несложны в настройке и неприхотливы в сопровождении. И вот встал вопрос о реализации этих систем в виде общей инфраструктуры для всех команд. Так появилась система Test Automation Program (TAP). Когда мы писали эту книгу, TAP уже заменила собой обе первоначальные системы. Ее используют почти все проекты Google, кроме Chromium и Android. Только проекты с открытым кодом используют отдельные деревья исходного кода и серверные среды сборки.

Плюсы того, что большинство сотрудников используют один набор инструментов и единую инфраструктуру, трудно переоценить. Одной простой командой инженер может собрать и исполнить все бинарники и тесты, которые связаны с его списком изменений, получить данные о покрытии кода, сохранить и проанализировать результаты в облаке, а потом посмотреть их в виде отчета на постоянной веб-странице. Результат выводится в терминал в виде сообщения «PASS» или «FAIL» со ссылками на подробную информацию. Когда разработчик выполняет тесты, их результаты и данные о покрытии кода сохраняются в облаке, и любой рецензент может посмотреть их через внутренний инструмент для код-ревью.

Пример работы разработчика в тестировании

Следующий пример объединяет все, о чем мы говорили выше. Предупреждаем, в этом разделе много технической информации с уймой низкоуровневых деталей. Если вам интересна только общая картина, смело переходите к следующему разделу.

Представьте простое веб-приложение, с помощью которого пользователи отправляют URL-адреса в Google для добавления в Google-индекс. Форма HTML содержит два поля – ULR-адрес и комментарий – и генерирует запрос HTTP GET к серверу Google в следующем формате:

GET /addurl?url=http://www.foo.com&comment=Foo+comment HTTP/1.1

На стороне сервера это веб-приложение делится на две части: AddUrlFrontend, который получает запрос HTTP, распознает и проверяет его, и бэкенд AddUrlService. Сервис бэкенда получает запросы от AddUrlFrontend, проверяет, нет ли в них ошибок, и дальше взаимодействует с такими хранилищами данных, как, например, Google Bigtable[22 - http://labs.google.com/papers/bigtable.html] или Google File System[23 - http://labs.google.com/papers/gfs.html].

Разработчик начинает работу с создания каталога для проекта:

$ mkdir depot/addurl/

Затем он определяет протокол AddUrlService с использованием языка Protocol Buffers[24 - http://code.google.com/apis/protocolbuffers/docs/overview.html]:

File: depot/addurl/addurl.proto

message AddUrlRequest {

required string url = 1; // The URL address entered by user.

optional string comment = 2; // Comments made by user.

}

message AddUrlReply {

// Error code if an error occured.

optional int32 error_code = 1;

// Error mtssage if an error occured.

optional string error_details = 2;

}

service AddUrlService {

// Accepts a URL for submission to the index.

rpc AddUrl(AddUrlRequest) returns (AddUrlReply) {

option deadline = 10.0;

}

}

В файле addurl.proto определены три важных элемента: сообщения AddUrlRequest и AddUrlReply и сервис удаленного вызова процедур (RPC, Remote Procedure) AddUrlService.

Посмотрев на определения сообщения AddUrlRequest, мы видим, что поле url должно быть задано вызывающей стороной, а поле comment не является обязательным.

Точно так же из определения сообщения AddUrlReply следует, что оба поля – error_code и error_details опционально могут быть переданы в ответах сервиса. Мы предполагаем, что в типичном случае, когда URL-адрес успешно принят, эти поля останутся пустыми, чтобы минимизировать объем передаваемых данных. Это одно из правил Google: типичный случай должен работать быстро.

Из определения AddUrlService видно, что сервис содержит единственный метод AddUrl, который принимает AddUrlRequest и возвращает AddUrlReply. По умолчанию вызов метода AddUrl прерывается по тайм-ауту через 10 секунд, если клиент не получил ответа за это время. Реализации интерфейса AddUrlService могут включать в себя сколько угодно систем хранения данных, но для клиентов интерфейса это несущественно, поэтому эти подробности не отражены в файле addurl.proto.

Обозначение '= 1' в полях сообщений не имеет никакого отношения к значениям этих полей. Оно существует для того, чтобы протокол можно было дорабатывать. Например, кто-то захочет добавить поле uri в сообщение AddUrlRequest к уже имеющимся полям. Для этого вносится следующее изменение:

message AddUrlRequest {

required string url = 1; // The URL entered by the user.

optional string comment = 2; // Comments made by the user.

optional string uri = 3; // The URI entered by the user.

}

Но это выглядит
Страница 19 из 23

довольно глупо – скорее всего, потребуется просто переименовать поле url в uri. Если это число и тип останутся неизменными, сохранится совместимость между старой и новой версией:

message AddUrlRequest {

required string uri = 1; // The URI entered by user.

optional string comment = 2; // Comments made by the user.

}

Написав файл addurl.proto, разработчик переходит к созданию правила сборки proto_library, которое генерирует исходные файлы C++, определяющие сущности из addurl.proto, и компилирует их в статическую библиотеку addurl C++. С дополнительными параметрами можно сгенерировать исходный код для языков Java и Python.

File: depot/addurl/BUILD

proto_library(name="addurl",

srcs=["addurl.proto"])

Разработчик запускает систему сборки и исправляет все проблемы, обнаруженные ею в addurl.proto и в файле BUILD. Система сборки вызывает компилятор Protocol Buffers, генерирует исходные файлы addurl.pb.h и addurl.pb.cc и статическую библиотеку addurl, которую теперь можно подключить.

Пора писать AddUrlFrontend. Для этого мы объявляем класс AddUrlFrontend в новом файле addurl_frontend.h. Этот код в основном шаблонный.

File: depot/addurl/addurl_frontend.h

#ifndef ADDURL_ADDURL_FRONTEND_H_

#define ADDURL_ADDURL_FRONTEND_H_

// Forward-declaration of dependencies.

class AddUrlService;

class HTTPRequest;

class HTTPReply;

// Frontend for  the AddUrl system.

// Accepts HTTP requests from web clients,

// and forwards well-formed requests to the backend.

class AddUrlFrontend {

public:

// Constructor which enables injection of an

// AddUrlService dependency.

explicit AddUrlFrontend(AddUrlService* add_url_service);

~AddUrlFrontend();

// Method invoked by our HTTP server when a request arrives

// for  the /addurl resource.

void HandleAddUrlFrontendRequest(const HTTPRequest* http_request,

HTTPReply* http_reply);

private:

AddUrlService* add_url_service_;

// Declare copy constructor and operator= private  to prohibit

// unintentional copying of instances of this class.

AddUrlFrontend(const AddUrlFrontend&);

AddUrlFrontend& operator=(const AddUrlFrontend& rhs);

};

#endif// ADDURL_ADDURL_FRONTEND_H_

Продолжая определять классы AddUrlFrontend, разработчик создает файл addurl_frontend.cc, в котором описывает класс AddUrlFrontend. Для экономии места мы опустили часть файла.

File: depot/addurl/addurl_frontend.cc

#include "addurl/addurl_frontend.h"

#include "addurl/addurl.pb.h"

#include "path/to/httpqueryparams.h"

// Functions used by HandleAddUrlFrontendRequest() below, but

// whose definitions are omitted for brevity.

void ExtractHttpQueryParams(const HTTPRequest* http_request,

HTTPQueryParams* query_params);

void WriteHttp200Reply(HTTPReply* reply);

void WriteHttpReplyWithErrorDetails(

HTTPReply* http_reply, const AddUrlReply& add_url_reply);

// AddUrlFrontend constructor that injects the AddUrlService

// dependency.

AddUrlFrontend::AddUrlFrontend(AddUrlService* add_url_service)

: add_url_service_(add_url_service) {

}

// AddUrlFrontend destructor – there's nothing to do here.

AddUrlFrontend::~AddUrlFrontend() {

}

// HandleAddUrlFrontendRequest:

// Handles requests to /addurl by parsing the request,

// dispatching a backend request to an AddUrlService backend,

// and transforming the backend reply into an appropriate

// HTTP reply.

//

// Args:

// http_request – The raw HTTP request received by the server.

// http_reply – The raw HTTP reply to send in response.

void AddUrlFrontend::HandleAddUrlFrontendRequest(

const HTTPRequest* http_request, HTTPReply* http_reply) {

// Extract the query parameters from the raw HTTP request.

HTTPQueryParams query_params;

ExtractHttpQueryParams(http_request, &query_params);

// Get the 'url' and 'comment' query components.

// Default each to an empty string if they were not present

// in http_request.

string url =

query_params.GetQueryComponentDefault("url", "");

string comment =

query_params.GetQueryComponentDefault("comment", "");

// Prepare the request to the AddUrlService backend.

AddUrlRequest add_url_request;

AddUrlReply add_url_reply;

add_url_request.set_url(url);

if (!comment.empty()) {

add_url_request.set_comment(comment);

}

// Issue the request to the AddUrlService backend.

RPC rpc;

add_url_service_->AddUrl(

&rpc, &add_url_request, &add_url_reply);

// Block until the reply is received from the

// AddUrlService backend.

rpc.Wait();

// Handle errors, if any:

if (add_url_reply.has_error_code()) {

WriteHttpReplyWithErrorDetails(http_reply, add_url_reply);

} else {

// No errors. Send HTTP 200 OK response to client.

WriteHttp200Reply(http_reply);

}

}

На функцию HandleAddUrlFrontendRequest ложится большая нагрузка – так устроены многие веб-обработчики. Разработчик может разгрузить эту функцию, выделив часть ее функциональности вспомогательным функциям. Но такой рефакторинг обычно не проводят, пока сборка не станет стабильной, а написанные юнит-тесты не будут успешно проходить.

В этом месте разработчик изменяет существующую спецификацию сборки проекта addurl, включая в нее запись для библиотеки addurl_frontend. При сборке создается статическая библиотека C++ для AddUrlFrontend.

File: /depot/addurl/BUILD

# From before:

proto_library(name="addurl",

srcs=["addurl.proto"])

# New:

cc_library(name="addurl_frontend",

srcs=["addurl_frontend.cc"],

deps=[

"path/to/httpqueryparams",

"other_http_server_stuff",

":addurl", # Link against the addurl library above.

])

Разработчик снова запускает средства сборки, исправляет ошибки компиляции и компоновщика в addurl_frontend.h и addurl_frontend.cc, пока все не будет собираться и компоноваться без предупреждений или ошибок. На этой стадии пора писать юнит-тесты для AddUrlFrontend. Они пишутся в новом файле addurl_frontend_test.cc. Тест определяет имитацию для бэкенд-системы AddUrlService и использует конструктор AddUrlFrontend для внедрения этой имитации во время тестирования. При таком подходе разработчик может внедрять ожидания и ошибки в поток операций AddUrlFrontend без изменения кода AddUrlFrontend.

File: depot/addurl/addurl_frontend_test.cc

#include "addurl/addurl.pb.h"

#include "addurl/addurl_frontend.h"

// See http://code.google.com/p/googletest/

#include "path/to/googletest.h"

// Defines a fake AddUrlService, which will be injected by

// the AddUrlFrontendTest test fixture into AddUrlFrontend

// instances under test.

class FakeAddUrlService : public AddUrlService {

public:

FakeAddUrlService()

: has_request_expectations_(false),

error_code_(0) {

}

// Allows tests to set expectations on requests.

void set_expected_url(const string& url) {

expected_url_ = url;

has_request_expectations_ = true;

}

void set_expected_comment(const string& comment) {

expected_comment_ = comment;

has_request_expectations_ = true;

}

// Allows for  injection of errors by tests.

void set_error_code(int error_code) {

error_code_ = error_code;

}

void set_error_details(const string& error_details) {

error_details_ = error_details;

}

// Overrides of the AddUrlService::AddUrl method generated from

// service definition in addurl.proto by the Protocol Buffer

// compiler.

virtual void AddUrl(RPC* rpc,

const AddUrlRequest* request,

AddUrlReply* reply) {

// Enforce expectations on request (if present).

if (has_request_expectations_) {

EXPECT_EQ(expected_url_, request->url());

EXPECT_EQ(expected_comment_, request->comment());

}

// Inject errors specified in the set_* methods above if present.

if (error_code_ != 0 || !error_details_.empty()) {

reply->set_error_code(error_code_);

reply->set_error_details(error_details_);

}

}

private:

// Expected request information.

// Clients set using set_expected_* methods.

string expected_url_;

string expected_comment_;

bool has_request_expectations_;

// Injected error information.

// Clients set using set_* methods above.

int error_code_;

string error_details_;

};

// The test fixture for AddUrlFrontend. It is code shared by the

// TEST_F test definitions below. For every test using this

// fixture, the fixture will create a FakeAddUrlService, an

// AddUrlFrontend, and inject the FakeAddUrlService into that

// AddUrlFrontend. Tests will have access to both of these

// objects at runtime.

class AddurlFrontendTest : public ::testing::Test {

// Runs before every test method is executed.

virtual void SetUp() {

// Create a FakeAddUrlService for  injection.

fake_add_url_service_.reset(new FakeAddUrlService);

// Create an AddUrlFrontend and inject our FakeAddUrlService

// into it.

add_url_frontend_.reset(

new AddUrlFrontend(fake_add_url_service_.get()));

}

scoped_ptr fake_add_url_service_;

scoped_ptr add_url_frontend_;

};

// Test that AddurlFrontendTest::SetUp works.

TEST_F(AddurlFrontendTest, FixtureTest) {

// AddurlFrontendTest::SetUp was invoked by this  point.

}

// Test that AddUrlFrontend parses URLs correctly from its

// query parameters.

TEST_F(AddurlFrontendTest, ParsesUrlCorrectly) {

HTTPRequest http_request;

HTTPReply http_reply;

// Configure the request to go to the /addurl resource and

// to contain a 'url' query parameter.

http_request.set_text(

"GET /addurl?url=http://www.foo.com HTTP/1.1");

// Tell the FakeAddUrlService to expect to receive a URL

// of 'http://www.foo.com'.

fake_add_url_service_->set_expected_url("http://www.foo.com");

// Send the request to AddUrlFrontend, which should dispatch

// a request to the FakeAddUrlService.

add_url_frontend_->HandleAddUrlFrontendRequest(

&http_request, &http_reply);

// Validate the response.

EXPECT_STREQ("200 OK", http_reply.text());

}

// Test that AddUrlFrontend parses comments correctly from its

// query parameters.

TEST_F(AddurlFrontendTest, ParsesCommentCorrectly) {

HTTPRequest http_request;

HTTPReply http_reply;

// Configure the request to go to the /addurl resource and

// to contain a 'url' query parameter and to also contain

// a 'comment' query parameter that contains the

// url-encoded query string 'Test comment'.

http_request.set_text("GET /addurl?url=http://www.foo.com"

"&comment=Test+comment HTTP/1.1");

// Tell the FakeAddUrlService to expect to receive a URL

// of 'http://www.foo.com' again.

fake_add_url_service_->set_expected_url("http://www.foo.com");

// Tell the FakeAddUrlService to also expect to receive a

// comment of 'Test comment' this  time.

fake_add_url_service_->set_expected_comment("Test comment");

Разработчик напишет еще много похожих тестов, но этот пример хорошо демонстрирует общую схему определения имитации,
Страница 20 из 23

ее внедрения в тестируемую систему. Он объясняет, как использовать имитацию в тестах для внедрения ошибок и логики проверки в потоке операций тестируемой системы. Один из отсутствующих здесь важных тестов имитирует сетевой тайм-аут между AddUrlFrontend и бэкенд-системой FakeAddUrlService. Такой тест поможет, если наш разработчик забыл проверить и обработать ситуацию с возникновением тайм-аута.

Знатоки гибкой методологии тестирования укажут, что все функции FakeAddUrlService достаточно просты и вместо имитации (fake) можно было бы использовать подставной объект (mock). И они будут правы. Мы реализовали эти функции в виде имитации исключительно для ознакомления с процессом.

Теперь разработчик хочет выполнить написанные тесты. Для этого он должен обновить свои определения сборки и включить новое тестовое правило, определяющее бинарник теста addurl_frontend_test.

File: depot/addurl/BUILD

# From before:

proto_library(name="addurl",

srcs=["addurl.proto"])

# Also from before:

cc_library(name="addurl_frontend",

srcs=["addurl_frontend.cc"],

deps=[

"path/to/httpqueryparams",

"other_http_server_stuff",

":addurl", # Depends on the proto_library above.

])

# New:

cc_test(name="addurl_frontend_test",

size="small", # See section on Test Sizes.

srcs=["addurl_frontend_test.cc"],

deps=[

":addurl_frontend", # Depends on library above.

"path/to/googletest_main"])

И снова разработчик использует свои инструменты сборки для компилирования и запуска бинарного файла addurl_frontend_test, исправляет все обнаруженные ошибки компилятора и компоновщика. Кроме того, он исправляет тесты, тестовые фикстуры, имитации и саму AddUrlFrontend по всем падениям тестов. Этот процесс начинается сразу же после определения FixtureTest и повторяется при следующих добавлениях тестовых сценариев. Когда все тесты готовы и успешно проходят, разработчик создает список изменений, содержащий все файлы, а заодно исправляет все мелкие проблемы, выявленные в ходе предварительных проверок. После этого он отправляет список изменений на рецензирование и переходит к следующей задаче (скорее всего, начинает писать реальный бэкенд AddUrlService), одновременно ожидая обратной связи от рецензента.

$ create_cl BUILD par addurl.proto par addurl_frontend.h par addurl_frontend.cc par addurl_frontend_test.cc

$ mail_cl -m reviewer@google.com

Получив обратную связь, разработчик вносит соответствующие изменения или вместе с рецензентом находит альтернативные решения, возможно – проходит дополнительное рецензирование, после чего отправляет список изменений в систему контроля версий. Системы автоматизации тестирования Google знают, что начиная с этого момента при внесении изменений в код, содержащийся в этих файлах, следует выполнить addurl_frontend_test и убедиться, что новые изменения не ломают существующие тесты. Каждый разработчик, который собирается изменять addurl_frontend.cc, может использовать addurl_frontend_test как страховку для внесения изменений.

Выполнение тестов

Автоматизация тестирования – это больше, чем просто написание отдельных тестов. Если подумать, что еще нужно для хорошего результата, мы увидим, что в автоматизации не обойтись без компиляции тестов и их выполнения, анализа, сортировки и формирования отчетов о результатах каждого прогона. Автоматизация тестирования – это полноценная разработка ПО со всеми вытекающими.

Вся эта работа мешает инженерам сосредоточиться на сути – написании правильных автотестов, приносящих пользу проекту. Код тестов полезен настолько, насколько он ускоряет процесс разработки. Чтобы этого достичь, его нужно встраивать в процесс разработки основного продукта так, чтобы он стал его естественной частью, а не побочной деятельностью. Код продукта никогда не существует в вакууме, сам по себе. Так же должно быть и с кодом тестов.

Вот почему мы построили общую инфраструктуру, которая отвечает за компиляцию, прогон, анализ, хранение и отчетность о тестах. Внимание инженеров Google вернулось к написанию отдельных тестов. Они просто отправляют их в эту общую инфраструктуру, которая заботится о выполнении тестов и следит, чтобы тестовый код обслуживался так же, как и функциональный.

Написав новый набор тестов, разработчик в тестировании создает спецификацию на сборку этого теста для нашей инфраструктуры сборки. Спецификация на сборку теста содержит название теста, исходные файлы для сборки, зависимости файлов от прочих библиотек и данных и, наконец, размер теста. Размер задается обязательно для каждого теста: малый, средний, большой или громадный. Человек только заливает код тестов и спецификацию сборки в систему, средства сборки и инфраструктура прогона тестов Google берут на себя все остальное. Всего лишь по одной команде запустится сборка, выполнится автотест и покажутся результаты этого прогона.

Инфраструктура выполнения тестов накладывает на тесты некоторые ограничения. Что это за ограничения и как с ними работать, мы расскажем в следующем разделе.

Определения размеров тестов

По мере роста Google и прихода новых сотрудников в компании началась путаница с названиями тестов: юнит-тесты, тесты на основе кода, тесты белого ящика, интеграционные тесты, системные тесты и сквозные тесты – все они выделяли разные уровни детализации, как рассказывает Пэм на рис. 2.1. Однажды мы решили, что так дальше продолжаться не может, и создали стандартный набор типов тестов.

Малые тесты проверяют работу каждой единицы кода независимо от ее окружения. Примеры таких единиц кода: отдельные классы или небольшие группы связанных функций. У малых тестов не должно быть внешних зависимостей. Вне Google такие малые тесты обычно называют юнит-тестами.

У малых тестов самый узкий охват, и они фокусируются на одной, отделенной от всего, функции, как показано на рис. 2.2 на следующей странице. Такой узкий охват малых тестов позволяет им обеспечивать исчерпывающее покрытие низкоуровневого кода, недоступное для более крупных тестов.

Рис. 2.1. В Google используется много разных видов тестов

Рис. 2.2. В малом тесте обычно проверяется всего одна функция

Рис. 2.3. Средние тесты охватывают несколько модулей и могут задействовать внешние источники данных

Рис. 2.4. Большие и громадные тесты включают модули, необходимые для сквозного выполнения задач

Для малых тестов необходимо имитировать внешние сервисы вроде файловой системы, сетей и баз данных через подставные объекты и имитации. Лучше имитировать даже внутренние сервисы, которые находятся внутри того же модуля, что и тестируемый класс. Чем меньше внешних зависимостей – тем лучше для малых тестов.

Ограниченный охват и отсутствие внешних зависимостей означают, что малые тесты могут работать очень быстро. Следовательно, их можно часто запускать и быстро находить ошибки. Задумка в том, чтобы разработчик, по мере запуска тестов и правки основного кода, заодно отвечал за поддержку этого тестового кода. Изоляция малых тестов также позволяет сократить время их сборки и исполнения.

Средние тесты проверяют взаимодействие между двумя или более модулями приложения, как это показано на рис. 2.3. Средние тесты отличаются от малых большим охватом и временем прогона. Если малые тесты пытаются задействовать весь код одной функции, средние тесты направлены на взаимодействие между определенным набором модулей. За пределами Google такие тесты обычно называют интеграционными.

Средними тестами нужно управлять через тестовую инфраструктуру. Из-за большего
Страница 21 из 23

времени прогона они запускаются реже. В основном эти тесты создаются и выполняются силами разработчиков в тестировании.

На заметку

Малые тесты проверяют поведение отдельной единицы кода. Средние тесты проверяют взаимодействие одного или нескольких модулей кода. Большие тесты проверяют работоспособность системы в целом.

Имитация внешних сервисов для средних тестов приветствуется, но не обязательна. Это может быть полезно, если нужно увеличить быстродействие. Там, где полноценная имитация сервисов неоправданна, для повышения производительности можно использовать облегченные вариации, например встроенные в память базы данных.

Большие и громадные тесты за пределами Google называют системными тестами, или сквозными тестами. Большие тесты оперируют на высоком уровне и проверяют, что система работает как единое целое. Эти тесты задействуют все подсистемы, начиная с пользовательского интерфейса и заканчивая хранилищами данных, как это показано на рис. 2.4. Они могут обращаться к внешним ресурсам, таким как базы данных, файловые системы и сетевые службы.

Как мы используем размеры тестов в общей инфраструктуре

Автоматизацию тестирования трудно сделать универсальной. Чтобы все проекты в большой IT-компании могли работать с общей тестовой инфраструктурой, она должна поддерживать множество разных сценариев запуска тестов.

Например, вот некоторые типичные сценарии запуска тестов, которые поддерживает общая инфраструктура тестирования Google.

– Разработчик хочет скомпилировать и запустить малый тест и тут же получить результаты.

– Разработчик хочет запустить все малые тесты для проекта и тут же получить результаты.

– Разработчик хочет скомпилировать и запустить только те тесты, которые связаны с последним изменением кода, и тут же получить результаты.

– Разработчик или тестировщик хочет собрать данные о покрытии кода в конкретном проекте и посмотреть результаты.

– Команда хочет прогонять все малые тесты для своего проекта каждый раз при создании списка изменений и рассылать результаты всем участникам команды.

– Команда хочет прогонять все тесты для своего проекта после отправки списка изменений в систему управления версиями.

– Команда хочет еженедельно собирать статистику о покрытии кода и отслеживать его прогресс со временем.

Может быть и так, что все вышеперечисленные задания отправляются в систему выполнения тестов Google одновременно. Некоторые из тестов могут захватывать ресурсы, занимая общие машины на целые часы. Другим будет достаточно миллисекунд для выполнения, и они могут благополучно исполняться на одной машине с сотнями других тестов. Когда тесты помечены как малые, средние и большие, гораздо проще планировать расписание выполнения запусков, так как планировщик понимает, сколько времени может занять запуск, и оптимизирует очередь.

Система выполнения тестов Google отличает быстрые задания от медленных по информации о размере тестов. У каждого размера есть верхняя граница времени выполнения теста (табл. 2.1). Размер определяет и потенциальную потребность в ресурсах (табл. 2.2). Система прерывает выполнение и сообщает об ошибке, если тест превышает выделенное для его категории время или доступный объем ресурса. Это мотивирует разработчиков в тестировании назначать правильные метки размеров тестов. Точное определение размеров тестов позволяет системе строить эффективное расписание.

Таблица 2.1. Цели и ограничения времени отработки тестов по их размеру

Таблица 2.2. Использование ресурсов в зависимости от размеров теста

Преимущества разных размеров тестов

Размер теста имеет значение. Он влияет на специфические преимущества теста. На рис. 2.5 показана общая сводка, а ниже мы приводим более подробный список достоинств и недостатков каждого типа тестов.

Рис. 2.5. Ограничения разных размеров тестов

Большие тесты

Достоинства и недостатки больших тестов:

– Большие тесты проверяют самое важное – работу приложения. Они учитывают поведение внешних подсистем.

– Большие тесты могут быть недетерминированными (результат может быть получен разными путями), потому что зависят от внешних подсистем.

– Большой охват усложняет поиск причин при неудачном прохождении теста.

– Подготовка данных для тестовых сценариев может занимать много времени.

– Из-за высокоуровневости больших тестов в них трудно прорабатывать граничные значения. Для этого нужны малые тесты.

Средние тесты

Достоинства и недостатки средних тестов:

– Требования к подставным объектам мягче, а временные ограничения свободнее, чем у малых тестов. Разработчики используют их как промежуточную ступень для перехода от больших тестов к малым.

– Средние тесты выполняются относительно быстро, поэтому разработчики могут запускать их часто.

– Средние тесты выполняются в стандартной среде разработки, поэтому их очень легко запускать.

– Средние тесты учитывают поведение внешних подсистем.

– Средние тесты могут быть недетерминированными, потому что зависят от внешних подсистем.

– Средние тесты выполняются не так быстро, как малые.

Малые тесты

Достоинства и недостатки малых тестов:

– Малые тесты помогают повысить чистоту кода, потому что работают узконаправленно с небольшими методами. Соблюдение требований подставных объектов приводит к хорошо структурированным интерфейсам между подсистемами.

– Из-за скорости выполнения малые тесты выявляют баги очень рано и дают немедленную обратную связь при внесении изменений в код.

– Малые тесты надежно выполняются во всех средах.

– Малые тесты обладают большей детализацией, а это упрощает тестирование граничных случаев и поиск состояний, приводящих к ошибкам, например null-указатели.

– Узкая направленность малых тестов сильно упрощает локализацию ошибок.

– Малые тесты не проверяют интеграцию между модулями – для этого используются другие тесты.

– Иногда сложно применить подставные объекты для подсистем.

– Подставные объекты и псевдосреды могут отличаться от реальности.

Малые тесты способствуют созданию качественного кода, хорошей проработке исключений и получению информации об ошибках. Более масштабные тесты ориентированы на общее качество продукта и проверку данных. Ни один тип тестов не покрывает все потребности продукта в тестировании. Поэтому в проектах Google мы стараемся использовать разумное сочетание всех типов тестов в каждом тестовом наборе. Автоматизация, основанная только на больших комплексных тестах, так же вредна, как и создание только малых юнит-тестов.

На заметку

Малые тесты направлены на проверку качества кода, а средние и большие – на проверку качества всего продукта.

Покрытие кода — отличный инструмент, чтобы оценить, насколько разумно используется сочетание разных размеров тестов в проекте. Проект генерирует один отчет с данными покрытия только для малых тестов, а потом другой отчет с данными только для средних и больших тестов. Каждый отчет в отдельности должен показывать приемлемую величину покрытия для проекта. Если средние и большие тесты в отдельности обеспечивают только 20-процентное покрытие, а
Страница 22 из 23

покрытие малыми тестами приближается к 100, то у проекта не будет доказательств работоспособности всей системы. А если поменять эти числа местами, скорее всего, расширение или сопровождение проекта потребует серьезных затрат на отладку. Чтобы генерировать и просматривать данные о покрытии кода на ходу, мы используем те же инструменты, которые собирают и выполняют тесты. Достаточно поставить дополнительный флаг в командной строке. Данные о покрытии кода хранятся в облаке, и любой инженер может просмотреть их через веб в любой момент.

Google разрабатывает самые разные проекты, их потребности в тестировании сильно отличаются. В начале работы мы обычно используем правило 70/20/10: 70 % малых тестов, 20 % – средних и 10 % – больших. В пользовательских проектах со сложными интерфейсами или высокой степенью интеграции доля средних и крупных тестов должна быть выше. В инфраструктурных проектах или проектах, где много обработки данных (например, индексирование или обход веб-контента), малых тестов нужно намного больше, чем больших и средних.

Для наблюдения за покрытием кода в Google используется внутренний инструмент – Harvester. Это инструмент визуализации, который отслеживает все списки изменений проекта и графически отображает важные показатели: отношение объема кода тестов к объему нового кода в конкретных списках изменений; размер изменений; зависимость частоты изменений от времени и даты; распределение изменений по разработчикам и т. д. Цель Harvester – дать общую сводку об изменениях в процессе тестирования проекта со временем.

Требования к выполнению тестов

У системы выполнения тестов в Google одинаковые требования ко всем тестам.

– Каждый тест должен быть независим от других, чтобы тесты могли выполняться в любом порядке.

– Тесты не должны иметь долгосрочных последствий. После их завершения среда должна возвращаться в то же состояние, в котором она находилась при запуске.

Требования простые и понятные, но выполнить их оказывается не так просто. Даже если сам тест отвечает требованиям, тестируемая программа может их нарушать, сохраняя файлы данных или изменяя конфигурацию. К счастью, сама среда выполнения тестов Google упрощает соблюдение этих требований.

Что касается требования независимости, инженер во время прогона может установить флаг выполнения тестов в случайном порядке. Эта фича помогает выявить зависимости, связанные с порядком выполнения. Впрочем, случайный порядок может означать, что тесты запускаются параллельно. Система может отправить выполнять два теста на одной машине. Если каждый тест требует единоличного доступа к ресурсам системы, один из них упадет. Например:

– оба теста пытаются подключиться к одному порту для единоличного получения сетевого трафика;

– оба теста пытаются создать каталог, используя один путь;

– один тест создает и заполняет таблицу базы данных, а другой пытается удалить ту же таблицу.

Такие конфликты могут вызывать сбои не только в самих тестах, но и в соседних тестах, которые выполняются в той же системе, даже если эти другие тесты соблюдают правила. Наша система умеет выявлять такие ситуации и оповещать владельцев тестов-бунтарей.

Если установить специальный флаг, тест будет выполняться единолично на выделенной машине. Но это лишь временное решение. Все равно придется переписать тесты и удалить зависимости от критических ресурсов. Например, эти проблемы можно решить так:

– каждый тест запрашивает свободный порт у системы выполнения тестов, а тестируемая программа динамически к нему подключается;

– каждый тест создает все папки и файлы во временной директории, созданной и выделенной системой специально для него перед выполнением тестов;

– каждый тест работает со своим экземпляром базы данных в изолированной среде с выделенными системой выполнения тестов директориями и портами.

Ребята, ответственные за сопровождение системы выполнения тестов Google, довольно подробно описали свою среду выполнения тестов. Их документ называется «Энциклопедией тестирования Google», и он отвечает на все вопросы о том, какие ресурсы доступны тестам во время выполнения. «Энциклопедия тестирования» составлена как стандартизированный документ, где у терминов «должен» и «будет» однозначное значение. В энциклопедии подробно объясняются роли и обязанности тестов, исполнителей тестов, систем хостинга, рантайм-библиотек, файловых систем и т. д.

Вряд ли все инженеры Google читали «Энциклопедию тестирования». Скорее всего, большинство предпочитает учиться у других, или испытывать метод проб и ошибок, или постоянно натыкаться на комментарии рецензентов их кода. Они и не подозревают, что общая среда выполнения тестов может обслужить все проекты по тестированию Google. Чтобы это узнать, достаточно заглянуть в энциклопедию. Им неизвестно, что этот документ – главная причина того, что тесты ведут себя в общей среде ровно так же, как и на личной машине написавшего тест инженера. Технические детали даже самых сложных систем остаются незамеченными теми, кто их использует. Все же работает, зачем читать.

Тестирование на скоростях и в масштабах Google

Пуджа Гупта, Марк Айви и Джон Пеникс

Системы непрерывной интеграции – главные герои обеспечения работоспособности программного продукта во время разработки. Типичная схема работы большинства систем непрерывной интеграции такая.

1. Получить последнюю копию кода.

2. Выполнить все тесты.

3. Сообщить о результатах.

4. Перейти к пункту 1.

Решение отлично справляется с небольшой кодовой базой, пока динамичность изменений кода не выходит за рамки, а тесты прогоняются быстро. Чем больше становится кода, тем сильнее падает эффективность подобных систем. Добавление нового кода увеличивает время «чистого» запуска, и в один прогон включается все больше изменений. Если что-то сломается, найти и исправить изменение становится все сложнее.

Разработка программных продуктов в Google происходит быстро и с размахом. Мы добавляем в базу кода всего Google больше 20 изменений в минуту, и 50 % файлов в ней меняются каждый месяц. Разработка и выпуск всех продуктов опираются на автотесты, проверяющие поведение продукта. Есть продукты, которые выпускаются несколько раз в день, другие – раз в несколько недель.

По идее, при такой огромной и динамичной базе кода команды должны тратить кучу времени только на поддержание сборки в состоянии «зеленого света». Система непрерывной интеграции должна помогать с этим. Она должна сразу выделять изменение, приводящее к сбою теста, а не просто указывать на набор подозрительных изменений или, что еще хуже, перебирать их все в поисках нарушителя.

Чтобы решить эту проблему, мы построили систему непрерывной сборки (рис. 2.6), которая анализирует зависимости и выделяет только те тесты, которые связаны с конкретным изменением, а потом выполняет только их. И так для каждого изменения. Система построена на инфраструктуре облачных вычислений Google, которая позволяет одновременно выполнять большое количество сборок и запускать затронутые тесты сразу же после отправки изменений.

Примером ниже мы показываем, как наша система дает более быструю и точную обратную связь, чем типичная непрерывная
Страница 23 из 23

сборка. В нашем сценарии используются два теста и три изменения, затрагивающие эти тесты. Тест gmail_server_tests падает из-за изменения 2. Типичная система непрерывной сборки сообщила бы, что к сбой случился из-за изменения 2 или 3, не уточняя. Мы же используем механизм параллельного выполнения, поэтому запускаем тесты независимо, не дожидаясь завершения текущего цикла «сборка – тестирование». Анализ зависимостей сузит набор тестов для каждого изменения, поэтому в нашем примере общее количество выполнений теста то же самое.

Рис. 2.6. Сравнение систем непрерывной интеграции

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/d-uittaker/d-arbon/d-karollo/kak-testiruut-v-google/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Не поняли, о чем речь? Погуглите!

2

Разработка через тестирование – процесс разработки программного обеспечения, который основан на том, что тесты пишутся до того, как будет написан код. Таким образом, функциональные обязанности кода определяются заранее. – Примеч. перев.

3

Предыдущие книги Джеймса Уиттакера по тестированию «How to Break Software: A Practical Guide to Testing» («Как сломать программу: практическое пособие по тестированию») и «Exploratory Software Testing: Tips, Tricks, Tours, and Techniques to Guide Test Design» («Исследовательское тестирование: советы, хитрости, туры и техники тест-дизайна») на русский язык не переводились. – Примеч. перев.

4

В начале 2012 года Джеймс Уиттакер перешел из Google в Microsoft. – Примеч. перев.

5

http://googletesting.blogspot.com/2011/01/how-google-tests-software.html

6

GTAC – Конференция Google по автоматизации тестирования (Google Test Automation Conference, www.GTAc.biz).

7

http://googletesting.blogspot.com/2007/01/introducing-testing-on-toilet.html

8

Код-ревью (или рецензирование кода) – систематическая проверка исходного кода с целью обнаружения и исправления ошибок, допущенные при его написании. Эта практика позволяет находить ошибки раньше и способствует улучшению общего качества кода. – Примеч. перев.

9

Везде, где мы дальше пишем «тестировщики», мы имеем в виду именно роль инженера по тестированию. – Примеч. перев.

10

Классификация на малые, средние и большие тесты была выбрана для стандартизации. Многие тестировщики пришли к нам из разных компаний, в которых понятия «смоук-тестирования», BVT (Build Verification Test), интеграционных тестов и т. д. имели разные, часто противоположные значения. Старые термины приносили с собой столько хаоса, что я решил ввести новую терминологию.

11

Кстати, концепция громадных тестов формализована, и инфраструктура автоматизации Google использует понятия малых, средних тестов (и далее по списку) для определения последовательности автоматизированного выполнения. Эта тема более подробно рассматривается в главе, посвященной разработчикам в тестировании.

12

Технологии записи Google и ручное тестирование со вспомогательной автоматизацией подробно описаны в главах, посвященных роли инженеров по тестированию.

13

Заметим, что даже для клиентских продуктов Google старается делать частые и надежные обновления с помощью автообновления, встроенного во все клиентские приложения.

14

Речь идет о Ларри Пейдже и Сергее Брине – основателях Google.

15

О том, как появилась роль разработчика в тестировании, Патрик Коупленд рассказывает в предисловии.

16

В Google есть официальная система распределения графика, благодаря которой любой сотрудник может тратить 20 % своего рабочего времени на любой другой проект Google. Иными словами, четыре дня в неделю вы занимаетесь своей основной работой, а один день экспериментируете и изобретаете. Необязательно именно так распределять свое время, многие бывшие сотрудники Google вообще считали такой рабочий график мифическим. Однако каждый из авторов этой книги участвовал в «двадцатипроцентных проектах», значит, они – реальность. Более того, многие инструменты, описанные в книге, – результат «двадцатипроцентной» работы, которая со временем воплотилась в полноценные финансируемые проекты. Правда, многие сотрудники Google в свое «двадцатипроцентное время» просто работают с другими проектами, а не занимаются экспериментами, поэтому от такой концепции рабочего времени выигрывают многие. (К моменту издания книги на русском языке Google официально отменил эту систему. – Примеч. перев.)

17

Самым распространенным механизмом такого поощрения в Google является премия «от коллег». Любой инженер, которому помогла работа другого инженера, может назначить ему премию в благодарность. У руководителей тоже есть свои способы поощрения сотрудника. Смысл в том, что работу на благо сообщества нужно подпитывать! Конечно, не стоит забывать, что есть и неформальный способ поблагодарить коллегу – «услуга за услугу».

18

Это правило в Google нарушено только в лабораториях локального тестирования Android и Chrome OS, где для проверки новых сборок нужно иметь широкий спектр оборудования.

19

Protocol Buffer Google имеет открытую спецификацию, которая представлена тут: http://code.google.com/apis/protocolbuffers/

20

Версия Mondrian с открытым кодом на базе App Engine доступна по адресу: http://code.google.com/p/rietveld/

21

Руководство Google по стилю для C++ доступно по адресу: http://google-styleguide.googlecode.com/svn/trunk/cppguide.xml

22

http://labs.google.com/papers/bigtable.html

23

http://labs.google.com/papers/gfs.html

24

http://code.google.com/apis/protocolbuffers/docs/overview.html

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.