Режим чтения
Скачать книгу

Психология человека от рождения до смерти читать онлайн - Коллектив авторов

Психология человека от рождения до смерти

Коллектив авторов

Этот учебник дает полное представление о современных знаниях в области психологии развития человека. Книга разделена на восемь частей и описывает особенности психологии разных возрастных периодов по следующим векторам: когнитивные особенности, аффективная сфера, мотивационная сфера, поведенческие особенности, особенности «Я-концепции». Особое внимание в книге уделено вопросам возрастной периодизации, детской и подростковой агрессии.

Состав авторского коллектива учебника уникален. В работе над ним принимали участие девять докторов и пять кандидатов психологических наук. Из них трое – академики и двое – члены-корреспонденты Российской академии образования по отделению психологии.

Для широкого круга специалистов в области гуманитарных наук.

Психология человека от рождения до смерти

Под общей редакцией А. А. Реана

Авторами соответствующих разделов книги являются:

Аверин В. А. Часть I: главы 1 – 11. Дандарова Ж. К. В частях II, IV, V: глава 3; часть III: глава 4. Деркач А. А., Зазыкин В. Г. Часть VI: глава 6. Зимняя И. А. Часть I: глава 12. Зинченко В. П. Часть I: глава 13. Костромина С. Н. В частях VI–VIII: глава 3. Маклаков А. Г. В частях II, IV–VIII: глава 1; часть III: глава 2. Петанова Е. И. В частях II, IV, VI–VIII: глава 4; часть III: глава 5. Прокофьева В. А. В частях II, IV–VIII: глава 2; часть III: глава 3. Реан А. А. Часть I: глава 14; в частях IV, V, VIII: глава 6. Реан А. А., Петанова Е. И. Часть V: глава 4. Розум С. И. В частях II, IV–VIII: глава 5; часть III: глава 6. Сергиенко Е. А., Виленская Г. А. Часть II: глава 6. Фельдштейн Д. И. Часть III: глава 1.

Рекомендовано Советом по психологии УМО в качестве учебного пособия для студентов вузов

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Аверин В. А., 2014

© Виленская Г. А., 2014

© Дандарова Ж. К., 2014

© Деркач А. А., 2001

© Зазыкин В. Г., 2001

© Зимняя И. А., 2001

© Зинченко В. П., 2001

© Костромина С. Н., 2014

© Маклаков А. Г., 2014

© Петанова Е. И., 2014

© Прокофьева В. А., 2014

© Реан А. А., 2014

© Реан А. А., составление, общая редакция, 2014

© Розум С. И., 2014

© Сергиенко Е. А., 2014

© Фельдштейн Д. И., 2001

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Краткая информация об авторах

АВЕРИН Вячеслав Афанасьевич

Профессор, доктор психологических наук, заведующий кафедрой психологии и педагогики, декан факультета клинической психологии С.-Петербургской государственной педиатрической медицинской академии. Автор более 100 работ по проблемам профессионального становления и развития личности.

ДАНДАРОВА Жаргалма Кимовна

Кандидат психологических наук. Автор работ по проблемам психологии личности и педагогической психологии.

ДЕРКАЧ Анатолий Алексеевич

Профессор, доктор психологических наук, академик РАО, заслуженный деятель науки РФ, лауреат премии Президента РФ в области образования и Правительства РФ в области образования, заведующий кафедрой акмеологии и психологии профессиональной деятельности Российской академии государственной службы при Президенте РФ. Автор более 250 работ по проблемам психологии профессионального развития личности, психологии управления и социальной психологии.

ЗАЗЫКИН Владимир Георгиевич

Профессор кафедры акмеологии и психологии профессиональной деятельности Российской академии государственной службы при Президенте РФ, доктор психологических наук, заслуженный деятель науки РФ, действительный член Международной академии акмеологических наук. Автор более 150 работ по проблемам психологии профессионального развития.

ЗИМНЯЯ Ирина Алексеевна

Профессор, доктор психологических наук, академик РАО, заведующая отделом исследовательского центра проблем качества подготовки специалистов Министерства образования РФ. Автор более 230 работ по проблемам психологии общения, психолингвистики, педагогической психологии.

ЗИНЧЕНКО Владимир Петрович

Профессор, доктор психологических наук, академик РАО, почетный член Американской академии искусств и наук. Автор более 300 работ по проблемам инженерной психологии, детской психологии, психологии развития человека, теории и методологии психологии. Многие работы изданы на английском, немецком, испанском, японском и других языках.

КОСТРОМИНА Светлана Николаевна

Доктор психологических наук, профессор кафедры психологии и педагогики личностного развития С.-Петербургского государственного университета. Автор около 100 работ по проблемам педагогической психологии, психодиагностике и психологии развития детей.

МАКЛАКОВ Анатолий Геннадьевич

Профессор, доктор психологических наук, заведующий кафедрой общей и прикладной психологии, декан факультета психологии Ленинградского государственного областного университета. Автор более 200 работ по проблемам общей психологии, психологического обеспечения профессиональной деятельности в особых условиях и проблемам психологической адаптации.

ПЕТАНОВА Елена Ивановна

Кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии и педагогики личностного развития С.-Петербургского государственного университета. Автор работ по проблемам психологии личности и психотерапии.

ПРОКОФЬЕВА Виктория Альбертовна

Кандидат психологических наук, доцент кафедры практической психологии Ленинградского государственного областного университета. Автор работ по проблемам психологии личности и психологии профессиональной адаптации.

РЕАН Артур Александрович

Профессор, доктор психологических наук, заслуженный деятель науки Российской Федерации, член-корреспондент РАО, председатель научно-координационного Совета РАО по вопросам семьи и детства, директор федерального проекта «Крепкая семья». Автор более 300 работ по проблемам социальной и педагогической психологии, психологии личности, психологии агрессии.

РОЗУМ Сергей Иванович

Кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии и педагогики личностного развития С.-Петербургского государственного университета. Автор работ по проблемам общей психологии и психологии личности.

СЕРГИЕНКО Елена Алексеевна

Профессор, доктор психологических наук, член международного общества по изучению младенцев, заведующая лабораторией когнитивных процессов Института психологии Российской академии наук. Автор более 150 работ по проблемам психического развития.

ВИЛЕНСКАЯ Галина Альфредовна

Кандидат психологических наук, старший научный сотрудник лаборатории когнитивных процессов Института психологии Российской академии наук. Автор работ по проблемам психического развития.

ФЕЛЬДШТЕЙН Давид Иосифович

Профессор, доктор психологических наук, академик РАО, лауреат премии Президента РФ в области образования, вице-президент Российской академии образования. Автор около 300 работ по проблемам социального развития личности, психологии подростка, проблемам возрастной и педагогической психологии. Десятки его работ переведены на иностранные языки и изданы во многих странах мира.

Часть I

Обзор основных теорий развития

Глава 1

История исследований развития

Идея развития пришла в психологию из
Страница 2 из 52

других областей науки. Дорога к ее научному изучению была проложена известной работой Чарльза Дарвина «Происхождение видов путем естественного отбора…», вышедшей в свет в 1859 г. Влияние этой теории, по словам И. М. Сеченова, состояло в том, что она заставила естествоиспытателей «признать в принципе эволюцию психических деятельностей».

Вскрытые Дарвином движущие факторы и причины развития живых организмов подтолкнули исследователей к изучению хода психического развития детей. Начало таким исследованиям положил сам Дарвин. В 1877 г. он опубликовал результаты наблюдений за развитием своего старшего ребенка – Додди.

Изучая его поведение, Дарвин углубил свои представления об эволюции врожденных форм человеческого общения.

Как отмечают Дж. Баттерворд и М. Харрис, эволюционная теория оказала значительное влияние на формирование идей психологии развития. Главная из них состояла в том, что развитие впервые стало рассматриваться как постепенная адаптация ребенка к окружающей среде. Человек наконец был признан частью природы, что потребовало изучения сходства и различия между ним и животными. Кроме того, теория Дарвина обратила внимание на биологические основы человеческой природы, генезис человеческого сознания.

В 1888 г. в Германии выходит работа Прейера «Душа ребенка» – первая книга, открывшая в литературе по детству дорогу своеобразному биографическому направлению, – книга, в которой автор описал тщательные наблюдения за психофизиологическим развитием своей дочери в течение первых трех лет.

Наиболее крупные достижения в этой области пришлись на первую треть ХХ в., и связаны они с именами таких зарубежных и отечественных ученых, как А. Адлер, А. Бине, Дж. Болдуин Карл и Шарлотта Бюлер, А. Гезелл, Э. Клапаред, Ж. Пиаже, З. Фрейд, С. Холл, В. Штерн, Б. Аркин, М. Я. Басов, П. П. Блонский, Л. С. Выготский, А. Б. Залкинд, А. П. Нечаев, Г. А. Фортунатов и др.

В последующие годы свой вклад в понимание различных аспектов психического развития человека внесли как отечественные ученые: Б. Г. Ананьев, Л. И. Божович, П. Я. Гальперин, В. В. Давыдов, А. Н. Леонтьев, М. И. Лисина, А. Р. Лурия, А. В. Петровский, С. Л. Рубинштейн, Д. Б. Эльконин, так и видные представители зарубежной психологии: А. Бандура, Д. Боулби, У. Бронфенбреннер, А. Валлон, Х. Вернер, Л. Кольберг, Б. Скиннер, Э. Эриксон и др.

Однако, несмотря на значительные результаты этих исследований, единого понимания психического развития не достигнуто. Вместо этого имеется множество теорий, концепций и моделей развития, прямо противоречащих друг другу. По мнению А. С. Асмолова, это говорит об отсутствии «единого логического стержня, который бы позволил рассматривать психологию… как целостную систему знаний».

Нет и ни одной научной работы, где наряду с эмпирическими данными о ходе психического развития человека в разные возрастные периоды был бы систематически изложен весь понятийный аппарат психологии развития. Цель настоящей части книги состоит в рассмотрении основных понятий психологии развития, раскрытии его ведущих факторов, описании целей, принципов, механизмов и закономерностей, которым подчиняется процесс психического развития человека. Также будут рассмотрены основные теории развития и принципы его периодизации.

Базовые определения развития

Развитие — это процесс необратимых, направленных и закономерных изменений, приводящий к возникновению количественных, качественных и структурных преобразований психики и поведения человека.

Основными свойствами развития, отличающими его от всех других изменений, являются необратимость, направленность, закономерность.

Сам процесс развития не универсален и не однороден. Это означает, что в ходе развития действуют разнонаправленные процессы: «общая линия прогрессивного развития переплетается с изменениями, которые образуют так называемые тупиковые ходы эволюции или даже направлены в сторону регресса» (Философский энциклопедический словарь. М., 1983, с. 561).

В психологии проблема развития интенсивно разрабатывается в рамках генетической психологии, сравнительной психологии, психогенетики, психологии развития и акмеологии.

Наряду с понятием «развитие» в психологии развития присутствуют понятия «созревание» и «рост». Долгие годы развитие трактовалось как процесс созревания. Дело в том, что сами понятия созревания и роста пришли из биологии развития. И если рост означал количественные соматические изменения, то к созреванию относили все процессы, спонтанно протекающие в организме под влиянием внутренне запрограммированных и внутренне управляемых импульсов роста (Карандашев Ю. Н., 1977).

Наиболее последовательно этот подход сформулирован в спиральной теории созревания А. Гезелла, в рамках которой созревание рассматривалось как естественный биологический процесс и предполагалось, что возникающие в ходе его проблемы со временем разрешатся сами собой. При этом А. Гезелл подчеркивал, что «приобщение индивида к культуре никогда не может пересилить влияния созревания», поскольку последнему принадлежит решающая роль. В чем же состоит отличие этих понятий от понятия «развитие»?

Созревание и рост

Обычно о созревании и росте говорят тогда, когда хотят подчеркнуть генетический (шире – биологический) аспект психического развития. Созревание – это процесс, течение которого «зависит от унаследованных особенностей индивидуума», – писал К. Коффка (1934, с. 29). Этой точки зрения придерживаются и современные психологи. В частности, Г. Крайг дает следующее определение: «Процесс созревания состоит в последовательности предварительно запрограммированных изменений не только внешнего вида организма, но и его сложности, интеграции, организации и функции» (2000, с. 18).

Рост – это процесс количественных изменений в ходе совершенствования той или иной психической функции. «Если не удается обнаружить качественных изменений – это рост», – уточняет Д. Б. Эльконин (1989).

Развитие, созревание и рост взаимосвязаны следующим образом: созревание и рост – изменения количественные, служащие основой для развития качественных изменений. На это указывал еще С. Л. Рубинштейн: «В окончательной своей форме организм является продуктом не самого по себе функционального созревания, а функционального развития (курсив наш. – В. А.): он функционирует, развиваясь, и развивается, функционируя» (Рубинштейн С. Л., 1940, с. 74).

Глава 2

Формы и области (сферы) развития

Основными формами развития являются филогенез и онтогенез. Психическое развитие в филогенезе осуществляется путем становления психических структур в ходе биологической эволюции вида или социокультурной истории человечества в целом.

В ходе онтогенеза происходит формирование психических структур в течение жизни данного индивида, иными словами, онтогенез – это процесс индивидуального развития человека. В последующем, говоря о развитии, мы будем подразумевать процесс индивидуального психического развития.

Области (сферы) психического развития указывают на то, что именно развивается. Многие недоразумения при определении механизма
Страница 3 из 52

психического развития возникают из-за смешения различных областей психического развития человека. Ведь каждая из них качественно отличается от другой. И если все они в своем развитии подчиняются общим принципам и закономерностям, то механизмы развития каждой будут различными в силу собственного качественного своеобразия. Поэтому вслед за выделением областей психического развития следует определить и их носителей.

Можно выделить следующие области развития:

– психофизическая, которая включает в себя внешние (рост и вес) и внутренние (кости, мышцы, мозг, железы, органы чувств, конституция, нейро- и психодинамика, психомоторика) изменения тела человека;

– психосоциальная, предусматривающая изменения в эмоциональной и личностной сферах. При этом следует особо указать на значение межличностных отношений для становления Я-концепции и самосознания личности;

– когнитивная, включающая все аспекты познавательного развития, развитие способностей, в том числе умственных.

Качественное содержание выделенных областей указывает и на их носителей.

Структура индивида является носителем психофизических свойств человека. Носителем психосоциальных свойств является личность, а когнитивных – субъект деятельности. О возможности подобной «увязки» свидетельствуют данные о составе этих макрообразований в структуре человека (Ананьев Б. Г., 1969).

По мнению Б. Г. Ананьева, индивид является носителем биологического, поскольку человек как индивид представляет собой совокупность природных, генетически обусловленных свойств, развитие которых осуществляется в ходе онтогенеза. В структуре индивида Б. Г. Ананьев выделял два класса свойств: первичные – возрастно-половые и индивидуально-типические (общесоматические, конституциональные, нейродинамические и билатеральные особенности), и вторичные – психофизиологические функции (сенсорные, мнемические, вербально-логические и др.) и органические потребности), результаты взаимодействия которых представлены в темпераменте и задатках.

Личность, по мнению Б. Г. Ананьева, – это не весь человек, а его социальное качество, его психосоциальное свойство. Исходными характеристиками являются статус, роли, внутренняя позиция личности, ценностные ориентации, которые всегда следует рассматривать в рамках конкретной социальной ситуации развития личности. Эти параметры определяют особенности сферы потребностей и мотиваций человека. Из всего взаимодействия свойств личности складывается характер (Ананьев Б. Г., 1977, с. 371).

Свойства индивида и личности интегрированы в структуре субъекта, что и обусловливает его готовность и способность к осуществлению практической и теоретической (интеллектуальной) деятельности. Иными словами, структура субъекта – это структура потенциалов, способностей человека. Центральное место в структуре свойств субъекта занимает интеллект, понимаемый Б. Г. Ананьевым как «многоуровневая организация познавательных сил, охватывающая психофизиологические процессы, состояния и свойства личности» и тесно связанная с «нейродинамическими, вегетативными и метаболическими характеристиками человека».

Таким образом, изучая процессы развития психофизических (биологических) свойств, мы раскрываем динамику развития человека как индивида; о динамике развития человека как личности мы судим, исследуя процессы развития психосоциальных свойств, а оценивая степень развития умственных и других способностей человека, мы получаем представление о ходе развития человека как субъекта деятельности.

Ананьев Борис Герасимович (1907–1972)

Выдающийся российский психолог. Научную деятельность начал в качестве аспиранта в Институте мозга еще при жизни В. М. Бехтерева. В 1968–1972 гг. был деканом факультета психологии ЛГУ. Является основателем ленинградской психологической школы. Автор фундаментальных работ в области чувственного восприятия, психологии общения, педагогической психологии. Предложил систему человекознания, в которой были интегрированы данные различных наук о человеке.

Глава 3

Цели развития

Ученые, занимающиеся психологией развития, традиционно пытаются ответить на вопросы: «почему развивается» и «как развивается», то есть установить причины психического развития и его механизм. Однако если само развитие – это необратимый, закономерный и направленный процесс, то уместно задать еще один вопрос: куда направлен этот процесс? Для чего осуществляется развитие? Проще говоря, какова цель или цели развития человека? Впервые идея о целевой детерминации процесса развития была высказана И. М. Сеченовым в работах 1890-х гг. Однако она не была понята его современниками и только в ХХ в. наиболее полно была развита в трудах Н. А. Бернштейна (1990).

На основании его разработок проводилось восстановление движений у раненых во время Великой Отечественной войны, а в послевоенные годы – формирование навыков у спортсменов. Кроме этого, разработки Н. А. Бернштейна были использованы при конструировании шагающих автоматов, а также других устройств, управляемых ЭВМ.

Созданная им общая теория построения движений изложена в монографии «О построении движений» (1947).

В сформулированной им концепции активной саморегуляции цель – это «закодированная в мозгу модель потребного организму будущего»; она «обусловливает процессы, которые следует объединить в понятии целеустремленности. Последняя включает в себя всю мотивацию борьбы организма за достижение цели и ведет к развитию и закреплению целесообразных механизмов ее реализации».

Таким образом, все содержание хода психического развития человека подчинено некой цели, и содержание этой цели обусловливает содержание процесса развития.

Бернштейн Николай Александрович (1896–1966)

Отечественный психофизиолог. Создал и применил новые методы исследования – кимоциклографию и циклограмметрию, с помощью которых изучал движения человека (в процессе труда, занятия спортом и др.). Анализ полученных исследований позволил ему разработать концепцию физиологии активности и формирования движений человека в норме и патологии. В ходе проводимых исследований Н. А. Бернштейн сформулировал идею «рефлекторного кольца».

Синергетика

Сегодня идея целевой детерминации процесса развития наиболее активно разрабатывается в синергетике. Одним из основных понятий этой науки является понятие «аттрактор цели», с помощью которого обозначается «конечное» состояние развивающейся системы, цель ее развития. При этом состав (структура) системы определяется не только прошлым; она формируется, развивается из будущего. Будущее как бы притягивает настоящее. Но при этом оно притягивает только те элементы настоящего, которые подобны структурным элементам цели. Образно говоря, «завтра есть причина сегодня» (Князева Е. Н., Курдюмов С. П., 1994).

На основе знания структуры цели мы «получаем возможность правильно анализировать желательные направления самоструктуризации системы» (Князева Е. Н., Курдюмов С. П., 1994, с. 106). Прообразы синергетических идей можно найти, например, в работах Г. Лейбница и Н. Гартмана. Первый
Страница 4 из 52

высказал парадоксальную для своего времени мысль: «Настоящее чревато будущим», а Гартман развил ее следующим образом: «Настоящее считается определенным посредством будущего, а прошлое – посредством настоящего… при этом еще неосуществленное будущее уже как-то „содержится“ или действенно представлено в настоящем; более позднее предвосхищает более раннее…» (Hartman N., 1951). Но подтверждаются ли эти идеи тем, как происходит процесс развития человеческой психики?

Рассмотрим развертку процесса развития, когда один психический процесс является фоном для развития другого. Например, память – это фон для развития мышления, эмоциональная стабильность – для развития механизмов саморегуляции, а невербальный интеллект – фон для развития вербального. Таким образом, в то время как один процесс достаточно развит, другой существует потенциально, в скрытом виде. Но если будущее состояние системы содержится, хотя и в скрытом виде, в ее настоящем состоянии, возникает неистребимое желание «подсмотреть» это будущее. Можно ли его обнаружить в настоящем, и если да, то где?

«Информацию об истории и перспективах развития структуры можно извлечь, анализируя синхронический срез данной структуры в настоящий момент времени», – пишут Е. Н. Князева и С. П. Курдюмов и продолжают: «…определенные фрагменты структуры показывают характер прошлого развития структуры в целом, а другие фрагменты – характер ее будущего развития» (с. 93). Где находятся эти фрагменты?

«Если структура развивается с обострением в сбегающемся к центру режиме (что характеризует интенсивное развитие структуры. – В. А.), то наличный ход процесса в центре является индикатором прошлого развития всей структуры, а ход процессов на периферии в настоящий момент времени – индикатором ее будущего развития. Если структура развивается в режиме неограниченно разбегающейся от центра волны (происходит размыв структуры. – В. А.), то, наоборот, информация о будущей картине развития структуры в целом содержится в центре, а о прошлой картине – на периферии» (Князева Е. Н., Курдюмов С. П., 1994).

Активное развитие в раннем детстве (1–3 года) предметного мышления является индикатором как развитой до года сенсомоторной сферы младенца (процессы ощущения и восприятия), так и образного мышления дошкольника, развивающегося на основе предметного.

Цель как целостное и цельное образование

Итак, современное научное знание утверждает, что сложные, открытые, нелинейные, саморазвивающиеся и самоорганизующиеся системы – это целеустремленные системы. Психика человека представляет собой именно такую систему. Следовательно, процесс психического развития обусловлен некоей целью.

Для человека цель выступает в виде результата, представляющегося идеальным. По П. К. Анохину, цель (результат) исполняет роль системообразующего фактора, обусловливающего весь ход развития системы. Таким образом, важно определить этот системообразующий фактор, т. е. цель психического развития человека.

Ранее были выделены области (сферы) психического развития – психофизическая, психосоциальная, когнитивная, а также их носители в структуре человека – индивид, личность, субъект деятельности. Как показал Б. Г. Ананьев, результатом развития человека как индивида в ходе онтогенеза является достижение им биологической зрелости. Результатом развития психосоциальных качеств человека как личности в рамках его жизненного пути становится достижение им социальной зрелости. Развитие человека как субъекта практической (трудовой) и умственной деятельности результируется в достижении им трудоспособности и умственной зрелости. Однако человек – это не только целостное, но и цельное образование.

Целостность обеспечивается на структурном уровне, а цельность – на функциональном. Поэтому встает вопрос о цели психического развития человека как целостного и цельного образования.

Наиболее ярко идея о человеке как о «целевой системе» и о том, что «система целей создает систему средств», была представлена в книге В. Штерна (Stern W., 1923, с. 85–86).

Гораздо позднее В. Франкл заключает, что выход из экзистенциального вакуума, в котором оказался современный человек, состоит в поиске и нахождении смысла жизни. Само стремление к смыслу он определяет «как базовое стремление человека найти и осуществить смысл и цель» (Франкл В., 1990, с. 57). Таким образом, вопрос о цели психического развития человека остается актуален. Что может выступать в качестве общей цели психического развития человека как целостного и цельного образования?

Глава 4

Цели психического развития. итоги

Краткий анализ работ отечественных и зарубежных ученых позволяет сформулировать представление об общей цели психического развития человека.

Среди зарубежных исследователей идеи целесообразного развития человека высказывались давно.

Например, вся этика Аристотеля строилась как наука о человеке, цель жизни которого состоит в становлении свободного, разумного и активного субъекта.

Спиноза полагал, что цель человека в том, чтобы стать тем, чем ты являешься потенциально. Цель или, как выражался Б. Спиноза, добродетель – это «развертывание специфических возможностей каждого организма; для человека это состояние, в котором он наиболее человечен» (Спиноза Б., 1932).

В последующем аналогичные идеи высказывал Дж. Дьюи. Согласно ему, цель человеческой жизни заключается «в росте и развитии человека в границах его природы и жизнеустройства» (цит. по Фромму Э., 1992, с. 35).

Среди современных зарубежных психологов идею целевой обусловленности развития психики активно разрабатывал Э. Фромм. Нельзя понять человеческую личность, говорил Фромм, «если мы не рассматриваем человека во всей целостности, включая… вопрос о смысле его существования» (Фромм Э., 1992, с. 14).

В библейской истории Адама и Евы последние стали собственно людьми, вкусив от древа познания добра и зла. Но, вкусив плод, они освободились от жестких связей с матерью-природой. Выйдя из нее, люди оказались перед ее лицом и противопоставленными ей, осознав при этом и свою отдельность, и, кроме того, свое различие.

Единственно адекватным ответом на проблему человеческого существования, по Э. Фромму, является любовь как особая форма человеческих отношений, позволяющая человеку обрести подлинное «Я». Эту точку зрения он отразил в книге «Искусство любви» (1964), где также высказал идею о том, что путь к оздоровлению современного общества лежит через моральное обновление и духовное очищение человека.

«Социальная история человека началась с того, что он вырос из состояния единства с природой, осознав себя как существо, отдельное от окружающего мира и от других людей. Процесс растущего обособления индивида от первоначальных связей мы можем назвать…„индивидуализацией“…» (Фромм Э., 1995, с. 30). Уточняя содержание индивидуализации человека, Э. Фромм пишет, что «это процесс усиления и развития его личности, его собственного „Я“» (Там же, 1995, с. 35).

Подытоживая обзор взглядов зарубежных исследователей на содержание целей развития человека, можно сказать, что, во-первых, они признают наличие цели, определяющей процесс психического
Страница 5 из 52

развития человека, а во-вторых, считают этой целью максимально полное осознание человеком своих потенциальных возможностей, осознание им своего «Я».

Отечественные психологи высказывали подобные идеи, но не столь явно. «В ходе психического развития, – писал С. Л. Рубинштейн, – индивид все более выделяет себя из действительности и все более связывается с ней… Переходя ко все более высоким формам отражения от сенсорной дифференцировки энергии какого-нибудь внешнего раздражителя к восприятию предмета или ситуации и от него к мышлению, познающему бытие в его связях и взаимоотношениях, индивид все более выделяется из ближайшего окружения и все глубже связывается со все более широкой сферой действительности» (Рубинштейн С. А., 1940, с. 77).

Сходные идеи высказывал и Б. Г. Ананьев: «Общим эффектом… интеграции всех свойств человека как индивида, личности и субъекта деятельности является индивидуальность с ее целостной организацией этих свойств и их саморегуляцией. Самосознание и „Я“ – ядро личности с определенной взаимосвязью определенных тенденций, генетически связанных с личностью, и потенций, генетически связанных с субъектом деятельности, характер и талант человека с их неповторимостью – все это самые поздние продукты развития человека» (Ананьев Б. Г., 1977, с. 274).

Действительно, рождение ребенка, когда он физически отделяется от организма матери, но все еще привязан к ней физиологически и психологически, по сути своей есть не что иное, как выход его из лона природы и резкое противопоставление себя ей – это первый акт выделения себя. Следующий связан с началом ходьбы, делающей ребенка более независимым существом. Наконец, моменты первого открытия «Я», приходящиеся на период раннего детства и формирования внутренней позиции в старшем дошкольном возрасте, обеспечивающие ему фундамент для произвольного поведения, демонстрируют нам следующие акты выделения ребенка из окружающей среды и установления с ней связей, уже более или менее осознанных.

Детство и отрочество завершаются вторым открытием «Я» в подростковом возрасте, в рамках которого решается главная задача отрочества – формирование идентичности, создание целостного «Я». Таким образом, жизнь человека от рождения к своему финалу – процесс последовательного осознания человеком своей отдельности и переживание этой отдельности. В этом и заключается главная цель жизни человека. Только максимально осознав себя, свое собственное «Я», человек способен проявить свою неповторимость, индивидуальность; он при этом действительно свободен и счастлив оттого, что «нашел ответ на проблему человеческого существования» (Фромм Э., 1992, с. 182).

Этот процесс осознания, сопровождаемый психологическими эффектами, и есть процесс психического развития, в ходе которого человек постигает самого себя, свое прошлое, свои настоящие возможности и свое будущее. Что же влияет на ход психического развития человека?

Фромм Эрих П. (1900–1980)

Немецко-американский психолог и философ, один из представителей неофрейдизма. Основную проблему человечества усматривал в существующем противоречии человеческого бытия, которое состоит в нарушении естественной, гармоничной связи человека с природой и на этой основе с другими людьми и самим собой. Разработал психотерапевтическую методику гуманистического психоанализа, которая призвана гармонизировать взаимоотношения между человеком, природой и обществом.

Факторы развития

Жизнь человека – от рождения к своему финалу – это процесс последовательного осознания человеком своей отдельности и переживание этой отдельности. В этом и заключается главная цель жизни человека.

Глава 5

Понятие факторов психического развития

Факторы психического развития – это ведущие детерминанты развития человека. Ими принято считать наследственность, среду и активность. Если действие фактора наследственности проявляется в индивидных свойствах человека и выступает в качестве предпосылок развития, а действие фактора среды (общества) – в социальных свойствах личности, то действие фактора активности – во взаимодействии двух предшествуюющих.

Наследственность

Наследственность – свойство организма повторять в ряду поколений сходные типы обмена веществ и индивидуального развития в целом.

О действии наследственности говорят следующие факты: свернутость инстинктивной деятельности младенца, длительность детства, беспомощность новорожденного и младенца, которая становится обратной стороной богатейших возможностей для последующего развития. Йеркс, сравнивая развитие шимпанзе и человека, пришел к выводу, что полная зрелость у самки наступает в 7–8 лет, а у самца – в 9 – 10 лет. В то же время предельный возраст шимпанзе и человека примерно равен. М. C. Егорова и Т. Н. Марютина, сопоставляя значение наследственного и социального факторов развития, подчеркивают: «Генотип содержит в себе прошлое в свернутом виде: во-первых, информацию об историческом прошлом человека, во-вторых, связанную с этим программу его индивидуального развития» (1992).

Таким образом, генотипические факторы типизируют развитие, т. е. обеспечивают реализацию видовой генотипической программы. Именно поэтому вид homo sapiens обладает способностью к прямохождению, речевому общению и универсальностью руки.

Факторы психического развития

Вместе с тем генотип индивидуализирует развитие. Исследованиями генетиков выявлен поразительно широкий полиморфизм, определяющий индивидуальные особенности людей. Количество потенциальных вариантов человеческого генотипа составляет 3?1047, а количество живших на Земле людей всего 7?1010. Каждый человек – это уникальный генетический объект, который никогда не повторится.

Среда

Среда – окружающие человека общественные, материальные и духовные условия его существования.

Для того чтобы подчеркнуть значение среды как фактора развития психики, обычно говорят: личностью не рождаются, но становятся. В связи с этим уместно вспомнить теорию конвергенции В. Штерна, согласно которой психическое развитие – это результат схождения внутренних данных с внешними условиями развития. Поясняя свою позицию, В. Штерн писал: «Духовное развитие не есть простое выступление прирожденных свойств, а результат конвергенции внутренних данных с внешними условиями развития. Ни о какой функции, ни о каком свойстве нельзя спрашивать: „Происходит ли оно извне или изнутри?“, а нужно спрашивать: „Что в нем происходит извне? Что изнутри?“» (Штерн В., 1915, с. 20). Да, ребенок – это биологическое существо, но благодаря воздействию социальной среды он становится человеком.

В то же время вклад каждого из этих факторов в процесс психического развития до сих пор не определен. Ясно лишь, что степень детерминированности различных психических образований генотипом и средой оказывается различной. При этом проявляется устойчивая тенденция: чем «ближе» психическая структура к уровню организма, тем сильнее уровень ее обусловленности генотипом. Чем дальше она от него и ближе к тем уровням организации человека, которые принято называть личностью, субъектом деятельности, тем слабее влияние
Страница 6 из 52

генотипа и сильнее воздействие среды. Это положение отчасти подтверждают данные Л. Эрмана и П. Парсонса (1984), которые приводят результаты различных исследований по оценке обусловленности индивидуальных признаков наследственностью и средой (см. таблицу на с. 36).

Заметно, что влияние генотипа всегда положительно, при этом его воздействие становится меньше по мере «удаления» исследуемого признака от свойств собственно организма. Влияние среды весьма неустойчиво, часть связей положительна, а часть – отрицательна. Это свидетельствует о большей роли генотипа в сравнении со средой, однако не означает отсутствия влияния последней.

Оценка влияния факторов наследственности и среды

Активность

Особый интерес вызывает действие третьего фактора – активности. «Активность, – писал Н. А. Бернштейн, – важнейшая черта всех живых систем… она является самой главной и определяющей…»

Активность – деятельное состояние организма как условие его существования и поведения. Активное существо содержит в себе источник активности, и этот источник воспроизводится в ходе движения. Активность обеспечивает самодвижение, в ходе которого индивид воспроизводит самого себя. Активность проявляется тогда, когда запрограммированное организмом движение к определенной цели требует преодоления сопротивления среды. Принцип активности противостоит принципу реактивности. Согласно принципу активности жизнедеятельность организма – это активное преодоление среды, согласно принципу реактивности – это уравновешивание организма со средой. Активность проявляет себя в активации, различных рефлексах, поисковой активности, произвольных актах, воле, актах свободного самоопределения.

На вопрос, что в наибольшей мере характеризует собой активную целеустремленность организма, Н. А. Бернштейн отвечает так: «Организм все время находится в соприкосновении и взаимодействии с внешней и внутренней средой. Если его движение (в самом обобщенном смысле слова) имеет одинаковое направление с движением среды, то оно осуществляется гладко и бесконфликтно. Но если запрограммированное им движение к определившейся цели требует преодоления сопротивления среды, организм со всей доступной ему щедростью отпускает на это преодоление энергию… пока он либо восторжествует над средой, либо погибнет в борьбе с нею» (Бернштейн Н. А., 1990, с. 455). Отсюда становится ясно, каким образом «дефектная» генетическая программа может успешно реализовываться в скорректированной среде, способствующей усилению активности организма «в борьбе за выживание программы», и почему «нормальная» программа порой не достигает успешной реализации в неблагоприятной среде, что приводит к редукции активности. Таким образом, активность может быть понята как системообразующий фактор взаимодействия наследственности и cреды.

Для понимания природы активности полезно использовать понятие устойчивого динамического неравновесия, которое более подробно будет описано ниже. «Жизнедеятельность каждого организма, – писал Н. А. Бернштейн, – есть не уравновешивание его со средой… а активное преодоление среды, определяемое… моделью потребного ему будущего» (Там же, 1990, с. 456). Динамическое неравновесие как внутри самой системы (человек), так и между системой и средой, направленное на «преодоление этой среды», и является источником активности. Каковы же законы, которым подчиняется процесс психического развития?

Глава 6

Принципы психического развития

Понять психику человека как целостное и системное образование, равно как и роль детства в последующей жизни взрослого, можно благодаря понятию «развитие». Уместно вспомнить слова Гете, который писал:

Кто хочет что-нибудь живое изучить,

Сперва его он убивает,

потом на части разлагает,

Но связи жизненной

ему там не найти.

Именно развитие выполняет функцию этой жизненной связи, является определяющим для психики.

Сегодня в психологии можно насчитать более двух десятков концептуальных подходов, так или иначе трактующих процесс психического развития: от теории созревания А. Гезелла, этологических теорий К. Лоренца, Н. Тинбергена и Дж. Боулби, психолого-педагогической теории М. Монтессори, ортогенетической теории Т. Вернера, условно-рефлекторных теорий И. П. Павлова, Дж. Уотсона, Б. Скиннера, теории социального научения А. Бандуры, психоаналитической теории З. Фрейда, теорий когнитивного развития Ж. Пиаже и Л. Колберга, теории аутизма Б. Беттельгейма, теории развития детского опыта Э. Шехтеля, экологической теории Дж. Гибсона, теории лингвистического развития Н. Хомского, теории подросткового периода К. Юнга, стадиальной теории Э. Эриксона – до культурно-исторической теории Л. Выготского и ее современных вариантов в виде деятельностного подхода А. Н. Леонтьева – А. Р. Лурия и теории поэтапного формирования умственной деятельности П. Я. Гальперина (Митькин А. А., 1997, с. 3 – 12). Подобная пестрота взглядов, с одной стороны, свидетельствует о кризисе психологии, а с другой – указывает на значимость и актуальность исследуемой проблемы, ее ключевое положение для понимания природы психики.

Анализ множества взглядов на ход психического развития позволяет выделить не только определенное сходство позиций, но и некоторые, ставшие до определенной степени общепринятыми, принципы. В числе ведущих принципов психического развития можно назвать следующие/

I. Принцип устойчивого динамического неравновесия как источник развития системы. Исходным моментом любого развития является сложный спектр индивидуальных противоречий и действий. Как говорили древние китайцы: «Единообразие не приносит потомства». «Именно противоречивость отношений является фактором, запускающим развитие» – подчеркивают Е. Н. Князева и С. П. Курдюмов (1994), и продолжают: «Без неустойчивости нет развития. Только системы далекие от равновесия, системы в состояниях неустойчивости способны спонтанно организовывать себя и развиваться. Устойчивость и равновесность – это тупики эволюции. Неустойчивость означает развитие, развитие происходит через неустойчивость, через бифуркации, через случайность» (Князева Е. Н., Курдюмов С. Н., 1992). Выделение этого принципа имеет свою предысторию в науке. Имеется в виду «принцип устойчивого неравновесия живых систем», впервые сформулированный в биологии Э. С. Бауэром в 1935 г. Согласно данной концепции, именно неравновесное состояние системы означает ее высокую работоспособность (Бауэр Э. С., 1935, с. 92). В физиологии этот принцип находит свое подтверждение в феномене доминанты А. А. Ухтомского. В психологии эти идеи получили развитие в трудах Д. Н. Узнадзе, который подчеркивал разительные факты распространения асимметрии, выявившиеся при изучении человека, и в концепции билатерального контура регулирования, сформулированной Б. Г. Ананьевым (Узнадзе Д. Н., 1966; Ананьев Б. Г., 1968).

II. Принцип взаимодействия тенденций к сохранению и изменению (наследственности – изменчивости) как условие развития системы (Асмолов А. Г., 1998). Тенденция к сохранению осуществляется наследственностью, генотипом, который без искажений передает информацию из поколения в
Страница 7 из 52

поколение, а противоположная ей тенденция к изменению – изменчивостью, проявляющейся в приспособлении вида к среде обитания. По мнению И. И. Шмальгаузена, «индивидуальная изменчивость системы как условие для исторической изменчивости системы в целом является универсальной закономерностью развития любых систем» (Шмальгаузен И. И., 1983).

Известно, что генетическая программа человека как представителя вида Homo sapiens не претерпела существенных изменений за последние 40 тысяч лет, с тех пор как она сформировалась. Тем не менее эволюционная завершенность человека относительна, а следовательно, это не означает полного прекращения каких бы то ни было изменений его биологической, а тем более психической организации.

Как подчеркивал Тейяр де Шарден, ничтожные морфологические изменения за время эволюционного развития компенсировались величайшим скачком в психической сфере. Иллюстрацией этому служат исследования изменчивости психологических функций за исторически небольшие промежутки времени.

К. Шайе, обследовав 3442 человека, родившихся с 1889 по 1959 г., обнаружил, что на протяжении ХХ в. показатель мыслительных способностей у этих людей линейно рос вместе с датой рождения. Наряду с этим динамика роста показателя счетных способностей не столь однозначна. Он линейно возрастал в группе лиц, родившихся с 1889 по 1910 г., оставался неизменным в группе родившихся с 1910 по 1924 г. и уменьшался у родившихся после 1924-го. Поэтому у тех, кто родился в 1959 г., он был ниже, чем у испытуемых 1889 г. рождения.

Таким образом, если наследственность обеспечивает сохранность генотипа, а вместе с тем и выживания человека как вида, то изменчивость составляет основу как активного приспособления индивида к изменяющейся среде, так и активного воздействия на нее за счет вновь вырабатываемых у него свойств.

III. Принцип дифференциации – интеграции, выступающий в качестве критерия развития структуры.

Данный принцип является одним из всеобщих для любых систем. Согласно ему, развитие идет от «состояния относительной глобальности… к состояниям большей дифференцированности, артикулированности и иерархической интеграции… Развитие – это всегда постепенно возрастающая дифференциация, иерархическая интеграция и централизация внутри генетического целого» (Чуприкова Н. И., 1997). Подобного взгляда на ход развития придерживались многие ученые, начиная от И. М. Сеченова, Г. Спенсера, Т. Рибо и Э. Клапареда до К. Коффки, Х. Вернера, Э. Гибсона, Ж. Пиаже, Х. Уиткина, А. Богданова и др.

Если дифференциация – это процесс расчленения общей структуры на части, которые обладают разными, более специфическими функциями, то интеграция необходима для образования новых связей, обеспечивающих адаптацию к более широкому кругу ситуаций. Как отмечает Н. И. Чуприкова, этот принцип выступает в качестве наиболее важного критерия «высоты или степени организации» системы. Об уровне развития системы судят по количеству входящих в нее разнородных элементов, т. е. по степени разнообразия; по количеству разных уровней, т. е. по степени иерархичности; наконец, по количеству и разнообразию связей, как между элементами, так и между уровнями.

В связи с этим привлекают внимание разработанные Х. Вернером в рамках его ортогенетической концепции показатели развития, позволяющие охарактеризовать уровень психического развития. Он выделяет пять аспектов, с помощью которых можно оценить уровень развития системы (Чуприкова Н. И., 1997).

1. Синкретичность – дискретность.Синкретичность, характеризующая низший уровень развития структуры, указывает на синкретность (слитность, неразличимость) структуры, в то время как высший уровень характеризуется дифференцированностью той или иной психической структуры.

2. Диффузность – расчлененность характеризуют структуру либо как относительно однородную (диффузную), либо как расчлененную с ясно выраженной самостоятельностью входящих в нее элементов.

3. Неопределенность – определенность. Смысл этих показателей в том, что «по мере развития отдельные элементы целого приобретают все большую определенность, становятся все легче отличимыми друг от друга, как по форме, так и по содержанию» (Чуприкова Н. И., 1997, с. 74).

4. Ригидность – подвижность. Если низший уровень развития системы характеризуется стереотипным, однообразным и ригидным поведением, то высокому уровню развития свойственно гибкое, разнообразное и пластичное поведение.

5. Лабильность – стабильность «указывает на внутреннюю устойчивость системы, на ее способность длительно удерживать определенную линию, стратегию поведения. Чем более подвижными и гибкими могут быть отдельные реакции, тем больше шансов достигнуть… стабильного поведения на длительных отрезках времени» (там же).

IV. Принцип цельности как критерий развития функции. Наряду с принципом дифференциации – интеграции мы выделяем принцип цельности. В отличие от предыдущего, характеризующего уровень развития структуры, принцип цельности – это важнейшая характеристика функционального развития системы. Цельность — это единство целей и средств их достижения, обеспеченное повторяемостью, соподчиненностью, соразмерностью и уравновешенностью структурных элементов целого (Аверин В. А., 1997). Успешность функционирования всей системы в целом обусловлена тем, насколько «подогнаны» друг к другу ее элементы, насколько согласованно они взаимодействуют. Иными словами, цельность показывает меру связности элементов целого, а следовательно, и уровень развития ее функции.

Повторяемость означает единство целого по его ведущему признаку, когда ведущие характеристики, к примеру, личности (ее направленность, параметры саморегуляции) связаны с другими личностными параметрами.

Соподчиненность – это единство, достигаемое объединением всех элементов целого вокруг его главного элемента. Примером соподчиненности может быть иерархия личностных образований в структуре личности.

Соразмерность – это единство, обеспечиваемое общей закономерностью. В факторной структуре личности соразмерность означает согласование размеров (дисперсий) факторов в целом.

Уравновешенность – это единство согласованных противоположностей. Уравновешенность структуры человека выражается в сбалансированности всех его составляющих – индивида, личности, субъекта, что и обеспечивает ее стабильность (Ганзен В. А., 1974, с. 45–47).

Вышеизложенные принципы объясняют источники и условия развития человека, а также уровень его развития как структурного и функционального образования.

Наряду с уже названными А. Г. Асмолов выделяет еще два принципа: принцип возможности превращения избыточной (преадаптивной) активности элементов системы в адаптивную и принцип возрастания влияния избыточных элементов системы на выбор дальнейшей траектории ее развития в неопределенных критических ситуациях (Асмолов А. Г., 1998).

На наш взгляд, названные принципы – это скорее следствия действия четвертого принципа, нежели самостоятельные.

Глава 7

Закономерности психического развития

Сформулируем основные закономерности этого процесса.

1. Развитие характеризуется
Страница 8 из 52

неравномерностью и гетерохронностью.Неравномерность развития проявляется в том, что различные психические функции, свойства и образования развиваются неравномерно: каждая из них имеет свои стадии подъема, стабилизации и спада, т. е. развитию присущ колебательный характер. О неравномерности развития психической функции судят по темпу, направленности и длительности происходящих изменений. Установлено, что наибольшая интенсивность колебаний (неравномерность) в развитии функций приходится на период их высших достижений. Чем выше уровень продуктивности в развитии, тем выраженнее колебательный характер ее возрастной динамики (Рыбалко Е. Ф., 1990).

Этим объясняются резкие перепады в развитии, например, познавательных функций в подростковом и юношеском возрасте.

Показано, что неравномерный, колебательный характер развития обусловлен нелинейной, многовариантной природой развивающейся системы. При этом чем ниже уровень развития системы, тем сильнее колебания: высокие подъемы сменяются значительными спадами. В сложноорганизованных (высокоразвитых) системах колебания становятся частыми, но амплитуда их резко уменьшается. То есть сложная система как бы сама себя стабилизирует (Князева Е. Н., Курдюмов С. П., 1994). Система в своем развитии идет к единству и гармонии частей. Эти выводы подтверждаются данными о динамике развития познавательных функций на протяжении детского, подросткового и взрослого возрастов. С возрастом резко уменьшается перепад в развитии той или иной функции, но увеличивается частота колебаний (Развитие психофизиологических функций…, 1972; Степанова Е. И., 1995; Рыбалко Е. Ф., 1990). Таким образом, путем неравномерного или колебательного характера развития система поддерживает свою целостность и при этом динамично развивается.

Гетерохронность развития означает асинхронность (несовпадение во времени) фаз развития отдельных органов и функций. Чем же она вызвана?

Если неравномерность развития обусловлена нелинейной природой системы, то гетерохронность связывается с особенностями ее структуры, прежде всего с неоднородностью ее элементов. «Единство через разнообразие» – вот манифест существования любой саморазвивающейся и самоорганизующейся системы. Именно это обстоятельство и обусловливает избирательный характер развития структур и функций в соответствии с внешними и внутренними факторами. В связи с этим становится понятным, почему темпы развития разных психических образований оказываются разными.

Мнение ученых

По мнению П. К. Анохина, гетерохронность является особой закономерностью, заключающейся в неравномерном развертывании наследственной информации. Он же различает внутрисистемную и межсистемную гетерохронность. Внутрисистемная гетерохронность проявляется в неодновременной закладке и различных темпах созревания отдельных фрагментов одной и той же функции, а межсистемная относится к закладке и темпам развития структурных образований, которые будут необходимы организму в разные периоды его постнатального развития. Например, вначале формируются филогенетически более древние анализаторы, а затем более молодые (Анохин П. К., 1968).

Для правильного понимания гетерохронии важно иметь в виду значение и роль того или иного структурного образования или функции в жизнедеятельности человека. Э. Мейманом было показано: чем нужнее та или иная функция, чем важнее ее роль на данном этапе развития, тем раньше она развивается. Например, ребенок учится ориентироваться в пространстве быстрее, чем во времени.

Значение и роль функции обусловливают и ее долговечность. Так, чувствительность человека к зеленому и желтому цветам после 50 лет почти или совсем не снижается, в то время как чувствительность к синему неуклонно падает после 25 лет. По мнению Е. Ф. Рыбалко, гетерохронность – дополнительный механизм регуляции индивидуального развития в различные периоды жизни человека, действие которого усиливается во время роста и инволюции (Рыбалко Е. Ф., 1990).

Приведенные факты подтверждают вывод П. К. Анохина об опережающих темпах созревания жизненно важных функций человека.

2. Неустойчивость развития. Неравномерность и гетерохронность тесно связаны с неустойчивостью развития. Развитие всегда проходит через неустойчивые периоды. Наиболее ярко эта закономерность проявляется в кризисах детского развития. В свою очередь, высший уровень устойчивости, динамизм системы возможен на основе частых, мелкоамплитудных колебаний, с одной стороны, и несовпадения во времени разных психических процессов, свойств и функций – с другой. Таким образом, устойчивость возможна благодаря неустойчивости.

3. Сенситивность развития. Сенситивный период развития – это период повышенной восприимчивости психических функций к внешним воздействиям, особенно к воздействию обучения и воспитания.

Б. Г. Ананьев понимал сенситивность «как временные комплексные характеристики коррелируемых функций, сенсибилизированных к определенному моменту обучения» и как следствие «действия созревания функций и относительной сформированности сложных действий, обеспечивающих более высокий уровень функционирования мозга» (Ананьев Б. Г., Дворяшина М. А., 1968).

Периоды сенситивного развития ограничены во времени. Поэтому, если упущен сенситивный период развития той или иной функции, в дальнейшем потребуется гораздо больше усилий и времени для ее становления.

4. Кумулятивность психического развития. Кумулятивность психического развития означает, что результат развития каждой предшествующей стадии включается в последующую, при этом определенным образом трансформируясь. Такое накопление изменений подготавливает качественные преобразования в психическом развитии. Характерный пример – последовательное становление и развитие наглядно-действенного, наглядно-образного и словесно-логического мышления, когда каждая последующая форма мышления возникает на базе предшествующей и включает ее в себя.

5. Дивергентность – конвергентность хода развития. Психическое развитие включает в себя две противоречивые и взаимосвязанные тенденции – дивергенцию и конвергенцию. В данном случае дивергенция – это повышение разнообразия в процессе психического развития, а конвергенция – его свертывание, усиление избирательности.

Глава 8

Теории психического развития

Первые попытки описания психического развития относятся к очень давним временам. Это хорошо известно из истории психологии.

Первыми, кто предложил возрастную периодизацию развития, были Пифагор, Гиппократ и Аристотель.

Пифагор (VI в. до н. э.) выделял четыре периода в жизни человека: весну (становление человека) – от рождения до 20 лет; лето (молодость) – 20–40 лет; осень (расцвет сил) – 40–60 лет; зиму (угасание) – 60–80 лет.

Гиппократ в ходе всей жизни человека выделял 10 семилетних периодов, а Аристотель делил детство и отрочество на три стадии: первая – от рождения до 7 лет; вторая – от 7 до 14 лет и третья – от 14 до 21 года.

Собственно научный подход к изучению психического развития человека стал возможным на основе эволюционного учения Ч. Дарвина. К нашему времени в науке
Страница 9 из 52

накопилось множество теорий, концепций и моделей, описывающих ход психического развития человека. Однако ни одной из них не удалось описать развитие человека во всей его сложности и многообразии. И одна из главных причин этого состоит в общебиологической трактовке развития.

На всем протяжении развития эволюционного учения в нем боролись две точки зрения: одна, утверждающая, что развитие осуществляется по твердым законам, обусловленным действием врожденной программы, и другая, для которой развитие – результат воздействий внешней среды, приводящих к появлению качественно нового. Если в первом случае индивидуальное развитие – это просто рост, развертывание изначально имеющихся в организме задатков, то во втором развитие – это всегда возникновение нового, образование разнородного из однородного, последовательное возникновение частей и органов в процессе развития (История эволюционных учений…, 1966). Дискуссия о том, что такое развитие, как оно осуществляется и что является его результатом, продолжается по сей день.

Можно выделить две основные точки зрения.

1. Эволюция – это развертывание уже существующих задатков. При этом развитие понимается не как возникновение качественно нового, а как проявление уже предшествующих задатков – такова точка зрения Л. С. Берга, автора теории номогенеза (Берг Л. С., 1977). В эволюции факторы чистой случайности прочно закреплены факторами активного программирования, полагал Н. А. Бернштейн (1965).

2. Эволюция есть процесс создания совершенно нового. Такую мысль высказал А. Бергсон. «Мы, конечно, не считаем, что в живой природе существует сознательное стремление к совершенству. Однако мы выражаем мысль о том, что в живой системе существует физическая тенденция усложнять свои функции и структуры», – подчеркивает К. С. Тринчер (1965, с. 43).

Если в первом случае прежде всего подчеркивается роль внутренних факторов, а само развитие трактуется как процесс реализации определенных программ, то во втором развитие понимают как движение от старого к новому, как процесс отмирания старого и рождение нового, как процесс перехода от возможности к действительности.

Имеющиеся научные данные о врожденных задатках новорожденного и ходе их реализации в онтогенезе на основе определенных закономерностей заставляют нас не противопоставлять эти точки зрения, а пытаться согласовать их между собой. Ведь человек – это продукт не только эволюции природы, но и истории общества. Более того, живя в обществе, каждый из нас выстраивает свой индивидуальный жизненный путь. Поэтому правильное понимание психического развития человека не может быть осуществлено в рамках одной из противоборствующих концепций.

Подобное понимание хода эволюции наложило отпечаток и на содержание теорий психического развития. Одни теории делали акцент на эндогенных (внутренних) причинах психического развития, другие – на экзогенных (внешних). Кроме того, в рамках разных теорий внимание их авторов концентрировалось на различных сферах психического развития. Например, Ж. Пиаже объяснял ход интеллектуального, а Л. Колберг – нравственного развития человека. Таким образом, при классификации теорий психического развития следует использовать два параметра: во-первых, это источник, движущая сила развития, а во-вторых – область, сфера развития.

А. Г. Асмолов, анализируя возможные теоретические подходы, объясняющие развитие человека, выделяет три основных, в которые укладывается множество отдельных теорий и концепций (1998, с. 12).

Во-первых, это биогенетический подход, в центре внимания которого «находятся проблемы развития человека как индивида, обладающего определенными антропогенетическими свойствами (задатки, темперамент, биологический возраст, пол, тип телосложения, нейродинамические свойства мозга, органические побуждения и др.), который проходит различные стадии созревания по мере реализации филогенетической программы в онтогенезе».

Во-вторых, это социогенетический подход, представители которого делают акцент на изучении процессов «социализации человека, освоения им социальных норм и ролей, приобретения социальных установок и ценностных ориентаций…». К этому направлению, по-видимому, можно отнести и теории научения (Б. Скиннер, А. Бандура), согласно которым приобретение человеком разнообразных форм поведения происходит путем научения.

Представители персоногенетического подхода во главу угла ставят «проблемы активности, самосознания и творчества личности, формирования человеческого „Я“, борьбы мотивов, воспитания индивидуального характера и способностей, самореализации личностного выбора, непрестанного поиска смысла жизни в ходе жизненного пути индивидуальности».

К названным А. Г. Асмоловым подходам следует добавить теории когнитивного направления. Они занимают промежуточное направление между биогенетическими и социогенетическими подходами, поскольку ведущими детерминантами развития считают и генотипическую программу, и условия, в которых эта программа реализуется. Поэтому уровень развития (уровень достижений) обусловливается не только разверткой генотипа, но и социальными условиями, благодаря которым происходит когнитивное развитие ребенка.

В целом, следует отметить условность такого деления, поскольку многие из существующих теорий, строго говоря, невозможно отнести «в чистом виде» ни к одному из указанных подходов. Ниже будет дана краткая характеристика некоторых теорий, которые в концентрированном виде отражают содержание того или иного подхода.

В рамках биогенетического подхода основными теориями являются теории рекапитуляции Э. Геккеля и С. Холла и теория психосексуального развития З. Фрейда.

Биогенетический подход

Теории рекапитуляции

Теории рекапитуляции утверждают, что человеческий организм в своем внутриутробном развитии повторяет весь ряд форм, которые прошли его животные предки за сотни миллионов лет, от простейших одноклеточных существ до первобытного человека. Однако другие ученые расширили временные рамки биогенетического закона за пределы утробного развития. Так, С. Холл полагал, что если зародыш за 9 месяцев повторяет все стадии развития от одноклеточного существа до человека, то ребенок в период детства проходит весь ход развития человечества от первобытной дикости до современной культуры.

Наиболее ярко эта мысль была развита Гетчинсоном. Он выделил 5 периодов человеческой культуры, в соответствии с которыми сменяются интересы и потребности ребенка от рождения к взрослости (Педология, 1934).

Первый из них – это период дикости. У ребенка в этот период наблюдается стремление к копанию в земле, все, что ни попадется, он тащит в рот. Съедобность становится мерилом всего. Длится период дикости до 5 лет, а максимума в развитии достигает в 3 года.

Следующий период – это период охоты и захвата добычи. Для него характерен страх ребенка перед чужими, действия тайком, жестокость, составление детских шаек, преобладают игры в пленных, засады, прятки. Длится он с 4 до 12 лет, но главные свои черты проявляет в возрасте 7 лет.

Третий период назван периодом пастушества. Выражена нежность к животным, стремление
Страница 10 из 52

иметь собственное домашнее животное, дети в этот период любят строить хижины, шалаши, подземелья. Длится от 9 до 14 лет, а пик приходится на 10 лет.

Четвертый период – земледельческий. Преобладающей страстью ребенка является садоводство. Продолжается с 12 до 16 лет, а пик приходится на 14 лет.

Последний период назван промышленно-торговым. На первый план выступают денежные интересы. Любимые занятия – обмен, продажа, торговля. Начинается с 14 лет и продолжается у взрослого. Максимального развития достигает в 18–20 лет.

Завершая обзор теорий биогенетического направления, кратко остановимся на психоаналитическом подходе к развитию ребенка.

Психоаналитический подход к развитию ребенка

З. Фрейд считал источником психического развития влечения и инстинкты. Ребенок рождается с определенным запасом энергии – «либидо», которая лежит в основе сексуальных влечений человека. Весь процесс детского развития З. Фрейд укладывал в 4 стадии: оральная, анальная, фаллическая стадия, латентный период и генитальная стадия.

Однако некоторые моменты в теории З. Фрейда не принимались даже его учениками. В том числе чрезмерное увлечение З. Фрейда проблемой сексуальности в жизни человека вызывало очень много нареканий и служило поводом для критики.

На каждой из стадий «либидо» сосредоточивается в той или иной области тела, раздражение которой приводит к удовлетворению значимых для ребенка потребностей. Так, например, в младенчестве либидо сосредоточено в области рта, языка и губ и связано с кормлением грудью. Поэтому недостаточное удовлетворение потребностей, связанных с оральной областью, может затормозить ребенка на последующих стадиях, вызвать у него состояние депрессии и т. п. Если же потребности удовлетворяются избыточно, у ребенка может развиться излишняя зависимость от окружения (конформизм). Таким образом, неудовлетворение потребностей приводит к фиксации влечений, создает предельное напряжение, вызывает либо неврозоподобные состояния, неуверенность, капризы и другие болезненные симптомы, либо явления регрессии – возврат к низшему уровню мотивации поведения.

Чрезмерное удовлетворение потребностей также может вызвать нежелательные эффекты, которые мы отмечали на примере оральной стадии развития (подробное изложение теории З. Фрейда см. в кн. Л. Хьелл и Д. Зиглер «Теории личности», гл. 3; К. С. Холл и Г. Линдсей «Теории личности»; Л. Ф. Обуховой «Детская психология: теории, факты, проблемы»).

Смысл этих теорий точно выразил Э. Геккель: «Онтогенез есть краткое и сжатое повторение филогенеза».

Конечно, нельзя не признать действия наследственных факторов, о чем уже говорилось выше. Однако в рамках этих теорий полностью игнорируется внешняя стимуляция развития ребенка. А хорошо известно, что стимуляция и депривация влияют на процессы созревания и развития психических функций.

Фрейд Зигмунд (1856–1939)

Австрийский психолог, психиатр и невропатолог, создатель психоанализа. С 80-х гг. XIX в. работал в области практической медицины. Начав свои исследования как физиолог и врач-невропатолог, пришел к выводу, что источником многих заболеваний являются не осознаваемые больными комплексы. Одна из первых серьезных научных работ им была опубликована совместно с Й. Брейером в 1895 г. Эта работа была посвящена проблеме происхождения истерии и возможности ее лечения гипнозом. В дальнейшем З. Фрейд отказался от применения гипноза и создал свой способ лечения больных при помощи психоанализа, основанного на толковании ассоциаций, сновидений, ошибочных действий больного. На полученном материале создал концепцию о структуре личности, выделив в ней три уровня: сознание, предсознательное и бессознательное. Учение З. Фрейда приобрело широкую известность в начале XX в. У него появилось много учеников и последователей, которые впоследствии сами создали целый ряд известных в наше время концепций и теорий.

Социогенетический подход

Концепция Э. Эриксона

Основное содержание социогенетического подхода наиболее ярко представлено в концепции Э. Эриксона. В ней каждая стадия развития определяется той кризисной ситуацией, которая должна быть разрешена с целью дальнейшего беспрепятственного процесса развития. По его мнению, развитие личности обусловлено результатами преодоления кризиса (конфликта), возникающего в узловых точках процесса развития.

Так, основной задачей первой стадии является установление доверия ребенка к внешнему миру; наличие чувства доверия является основой формирования положительного самоощущения. Ребенок при этом узнает, может ли он положиться на взрослых, способны ли они заботиться о нем, любить его, поддерживать позитивные эмоции. Если этого нет, ребенок не сможет овладевать новыми видами деятельности. Если же ребенок испытывает положительные ощущения, то мир выступает для него непротиворечивым и предсказуемым. Длится этот период от рождения до 1 года.

Задача второй стадии – дать ребенку почувствовать себя самостоятельным. Для этой стадии характерно противоречие между продолжающейся зависимостью ребенка и развивающейся у него автономией. Ребенок начинает осознавать себя активно действующим существом. Он постепенно переходит от состояния полной зависимости от взрослых к относительной самостоятельности. Если же ребенок сталкивается с неодобрением своего поведения, запретами, негативным к нему отношением, у него появляются сомнения в самой возможности что-либо сделать самостоятельно. Продолжительность этой стадии от 1 года до 3 лет.

Третья стадия начинается с разворачивания конфликта между инициативой и чувством вины. У ребенка в начале этой стадии появляются первые представления о том, каким человеком он может стать. В связи с этим он ставит перед собой определенные задачи и пытается их решить. Для третьей стадии характерна энергичная и настойчивая познавательная деятельность. Ребенок весьма любознателен. У него развивается чувство уверенности в себе и в своих возможностях, еще и потому, что он уже умеет ходить, бегать, говорить, может осмысливать происходящее. Поэтому так важна нормальная и адекватная реакция, поддержка родителями и другими взрослыми такого исследовательского поведения ребенка. Главная опасность – это появление у ребенка чувства вины за совершенные им действия. Возрастные границы периода от 3 до 6 лет.

Четвертая стадия приходится на первые школьные годы (6 – 12 лет). На этой стадии ребенок психологически готов к освоению действий, которые выполняют родители, но для того, чтобы получить физическую возможность выполнять их самому, он должен трудиться. Таким образом, на этом этапе ребенок осуществляет разнообразную продуктивную деятельность, в результате которой у него складывается чувство трудолюбия и способность к самовыражению. Если у него постоянно что-то не получается, то уверенность в себе падает, развивается чувство неполноценности.

Основная трудность пятой стадии состоит в конфликте между формирующимся чувством идентичности и ролевой неопределенностью. Главная задача подросткового периода, на который приходится эта стадия, –
Страница 11 из 52

поиск ответа на вопросы «Кто я?» и «Каков мой дальнейший путь?» Опасность, которой должен избежать подросток, – это размывание чувства «Я». При этом подросток может избегать слишком тесных межличностных контактов, оказаться неспособным строить планы на будущее или найти в себе силы и сосредоточиться на чем-либо, а может с головой уйти в работу, пренебрегая всем остальным. Сформировать идентичность – значит научиться верно идентифицировать себя с взрослыми. Возрастные границы от 13 до 18 лет.

Основным конфликтом шестой стадии развития, приходящейся на период ранней взрослости, Э. Эриксон считал конфликт между близостью иизоляцией. При этом под близостью понимается не только и даже не столько сексуальная близость. Близость по Э. Эриксону – это способность человека отдать часть себя другому человеку, не боясь потерять при этом собственную идентичность, то есть не боясь потерять свое «Я», растворить его в «Я» другого человека.

Задача седьмой стадии – в развитии у себя целеустремленности, которая делает жизнь продуктивной. Это возможно при условии удачного разрешения предыдущих конфликтов. Целеустремленный человек способен бесконфликтно направлять свою энергию на решение социальных проблем, он может уделять больше внимания и оказывать помощь другим людям. Неудачи при разрешении предыдущих конфликтов могут приводить к излишней поглощенности самим собой, сосредоточению на непременном удовлетворении своих личных психологических потребностей, что, безусловно, ведет к регрессу в развитии личности.

На заключительном этапе своей жизни люди обычно ретроспективно просматривают свою жизнь, по-новому оценивают ее. Человек испытывает удовлетворение, если, по его мнению, она была наполнена смыслом. Он принимает свою жизнь, полагая, что она была прожита не зря, что ему удалось полностью реализовать себя. Или, наоборот, он отвергает ее, у него возникает чувство отчаяния оттого, что жизнь кажется ему чередой упущенных возможностей и напрасной траты сил.

В обобщенном виде этапы развития представлены в таблице.

Когнитивные теории

Особняком в структуре психологических теорий развития стоят когнитивные теории, согласно которым развитие «состоит из эволюционирования ментальных (психических) структур или способов обработки информации, частью генетически запрограммированных и зависящих от степени зрелости индивидуума» (Крайг Г., 2000, с. 74). К ним относятся теории Ж. Пиаже, Дж. Брунера, Л. Колберга и др.

Концепция Ж. Пиаже

Наиболее разработанной и влиятельной из когнитивных теорий развития считается генетическая эпистемология Ж. Пиаже. В ней непротиворечиво объединены представления о внутренней природе интеллекта и его внешних проявлениях.

В центре концепции Ж. Пиаже – положение о взаимодействии между организмом и окружающей средой, или равновесии. Внешняя среда постоянно изменяется, говорит Ж. Пиаже, поэтому субъект, существующий независимо от внешней среды, стремится к установлению равновесия с нею. Установить равновесие со средой можно двумя путями: либо путем приспособления субъектом внешней среды к себе за счет ее изменения, либо путем изменений в самом субъекте. И то и другое возможно только путем совершения субъектом определенных действий. Производя действия, субъект тем самым находит способы или схемы этих действий, которые позволяют ему восстановить нарушившееся равновесие. По Ж. Пиаже, схема действия – это сенсомоторный эквивалент понятия, познавательного умения. Таким образом, действие – это «посредник» между ребенком и окружающим миром, с помощью которого он активно манипулирует и экспериментирует с реальными предметами (вещами, их формой, свойствами и т. п.). Развитие схем действий, т. е. познавательное развитие, происходит «по мере нарастания и усложнения опыта ребенка по практическому действованию с предметами» за счет «интериоризации предметных действий, то есть их постепенного превращения в умственные операции (действия, выполняемые во внутреннем плане)» (Холодная М. А., 1997). Каковы механизмы этого приспособления?

Первый из них – это механизм ассимиляции, когда индивид приспосабливает новую информацию (ситуацию, объект) к существующим у него схемам (структурам), не изменяя их в принципе, то есть включает новый объект в уже имеющиеся у него схемы действий или структуры. Например, если новорожденный может схватить палец взрослого, вложенный в его ладонь, точно так же он может схватить волосы родителя, кубик, вложенный ему в руку, и т. п., то есть каждый раз он приспосабливает новую информацию к имеющимся схемам действий. Таким образом, понятие совершенствуется, что позволяет в дальнейшем начать различать, например, понятия «волосы» и «шуба».

Другой – это механизм аккомодации, когда индивид приспосабливает свои прежде сформированные реакции к новой информации (ситуации, объекту), то есть он вынужден перестроить (модифицировать) старые схемы (структуры) с целью их приспособления к новой информации (ситуации, объекту). Например, если ребенок будет продолжать сосать ложечку с целью утоления голода, то есть пытаться приспособить новую ситуацию к существующей схеме – сосанию (механизм ассимиляции), то вскоре он убедится, что такое поведение неэффективно (он не может утолить чувство голода и тем самым приспособиться к ситуации) и нужно изменить свою старую схему (сосание), то есть модифицировать движения губ и языка, чтобы забрать с ложечки пищу (механизм аккомодации). Таким образом, появляется новая схема действия (новое понятие).

Очевидно, что функции этих двух механизмов противоположны. Благодаря ассимиляции происходит уточнение, совершенствование имеющихся схем (понятий) и тем самым равновесие со средой достигается за счет приспособления среды к субъекту, а благодаря аккомодации происходит перестройка, модификация имеющихся схем и возникновение новых, усвоенных понятий. Характер взаимоотношений между этими механизмами обусловливает качественное содержание умственной деятельности человека. Собственно логическое мышление как высшая форма познавательного развития есть результат гармонического синтеза между ними. На ранних стадиях развития любая умственная операция представляет собой компромисс между ассимиляцией и аккомодацией. Развитие интеллекта – это процесс вызревания операциональных структур (понятий), постепенно вырастающих из предметно-житейского опыта ребенка на фоне проявления этих двух основных механизмов.

Согласно Ж. Пиаже, процесс развития интеллекта состоит из трех больших периодов, в рамках которых происходит зарождение и становление трех основных структур (видов интеллекта). Первая из них – это сенсомоторный интеллект.

Период сенсомоторного интеллекта (0–2 года). В рамках этого периода новорожденный воспринимает мир, не зная себя как субъекта, не понимая своих собственных действий. Реально для него лишь то, что дано ему через его ощущения. Он смотрит, слушает, трогает, нюхает, пробует на вкус, кричит, ударяет, мнет, сгибает, бросает, толкает, тянет, сыплет, совершает иные сенсорные и моторные действия. На этой стадии развития ведущая роль принадлежит непосредственным ощущениям и
Страница 12 из 52

восприятию ребенка. Его знание об окружающем мире складывается на их основе. Поэтому для этой стадии характерно становление и развитие чувствительных и двигательных структур – сенсорных и моторных способностей. Исходными или первичными схемами действий, позволяющими новорожденному устанавливать равновесие в первые часы и дни его жизни, по мнению Пиаже, являются рефлексы новорожденного, с которыми он появляется на свет и которые позволяют целесообразно действовать в ограниченном числе ситуаций. Но поскольку рефлексов мало, ребенок вынужден их изменять и формировать на этой основе новые, более сложные схемы.

Интеллектуальное развитие в течение двух первых лет жизни идет от безусловных рефлексов к условным, их тренировке и выработке навыков, установлению между ними координированных взаимоотношений, что дает ребенку возможность экспериментировать, то есть совершать действия по типу проб и ошибок. При этом малыш начинает предвосхищать развитие новой ситуации, что, вкупе с имеющимся интеллектуальным потенциалом, создает основу для символического, или допонятийного, интеллекта.

Период конкретных операций (2 – 11 / 12 лет). В этом возрасте происходит постепенная интериоризация схем действий и превращение их в операции, которые позволяют ребенку сравнивать, оценивать, классифицировать, располагать в ряд, измерять и т. д. Если в период развития сенсомоторного интеллекта основными средствами умственной деятельности ребенка были предметные действия, то в рассматриваемом периоде ими являются операции. Принципиальное отличие состоит в том, что рождение операции – это предпосылка становления собственно логического мышления человека.

Если мышление ребенка на стадии сенсомоторного интеллекта предстает в виде системы обратимых действий, выполняемых материально и последовательно, то на стадии конкретных операций оно представляет систему операций, выполняемых в уме, но с обязательной опорой на внешние наглядные данные.

Центральными характеристиками умственной деятельности ребенка в этот период его познавательного развития являются эгоцентризм мышления ребенка и представление о сохранении. Эгоцентризм мышления обусловливает такие особенности детского мышления, как синкретизм, неумение сосредоточиваться на изменениях объекта, необратимость мышления, трансдукция (от частного к частному), нечувствительность к противоречию, совокупное действие которых препятствует формированию логического мышления.

Появление у ребенка представления о сохранении – это условие возникновения обратимости мышления. Именно поэтому эгоцентризм, представление о сохранении и обратимость мышления являются диагностическими признаками интеллектуального развития ребенка.

Внутри этого периода Пиаже выделил дооперациональную стадию, которая характеризует интуитивное, наглядное мышление в возрасте от 2 до 6 / 7 лет, и стадию конкретных операций(6 / 7 – 11 / 12 лет).

В рамках дооперациональной стадии формируются образно-символические схемы, основанные на произвольном сочетании любых непосредственных впечатлений типа «луна ярко светит, потому что она круглая». Это высказывание 4-летнего ребенка многое объясняет в его интеллектуальном развитии. Ребенок в этом возрасте активно опирается на представления о предметах. Отсутствие собственно операций побуждает ребенка устанавливать связи между объектами не на основе логического рассуждения, а интуитивно. Качественное своеобразие мышления дошкольника составляет эгоцентризм – центральная особенность мышления, скрытая умственная позиция ребенка. Суть ее состоит в том, что ребенок видит предметы такими, какими их дает ему его непосредственное восприятие. Например, он думает, что луна следует за ним во время прогулки: останавливается, когда он останавливается, бежит за ним, когда он убегает. Очевидно, что ребенок рассматривает окружающий его мир со своей точки зрения, не осознавая ее. Его точка зрения абсолютна. Он – центр вселенной, и все вращается вокруг него, как планеты вокруг Солнца. Окружающий его мир неотделим от «Я» ребенка, являясь его продолжением. Эгоцентризм означает отсутствие у ребенка осознания собственной субъектности, а с нею и отсутствие объективной меры вещей. Это является причиной того, что ребенок в этом возрасте не понимает, что у других людей могут быть свои представления о чем-либо, отличные от его собственных. Он не понимает, что возможно существование разных точек зрения на один и тот же предмет. Поэтому он не в состоянии взглянуть на объект с позиции другого человека.

В свете эгоцентризма протекает вся умственная деятельность дошкольника. Эгоцентризм заставляет ребенка фокусировать внимание только на какой-то одной стороне события, явления или предмета и потому выступает тормозом на пути установления логических связей. Примером этого эффекта являются хорошо известные опыты Ж. Пиаже. Если на глазах ребенка налить поровну воды в два одинаковых стакана, то ребенок подтвердит равенство объемов. Но если вы в его присутствии перельете воду из одного стакана в другой, более узкий, то ребенок уверенно вам скажет, что в узком стакане воды стало больше.

Вариаций подобных опытов множество, но все они демонстрировали одно и то же – неумение ребенка сосредоточиться на изменениях объекта. Последнее означает, что малыш хорошо фиксирует в памяти лишь устойчивые ситуации, но при этом от него ускользает процесс преобразования. В случае со стаканами ребенок видит лишь результат – два одинаковых стакана с водой в начале и два различных стакана с той же водой в конце, но он не в состоянии уловить момент изменения.

Другой эффект эгоцентризма состоит в необратимости мышления, то есть неспособности ребенка мысленно возвратиться к исходному пункту своих рассуждений. Именно необратимость мышления не позволяет нашему малышу проследить ход собственных рассуждений и, вернувшись к их началу, вообразить стаканы в исходном положении. Отсутствие обратимости – это прямое проявление эгоцентричности мышления ребенка.

Стадия конкретных операций(6 / 7 – 11 / 12 лет) возникает, когда ребенок становится способен понять, что два признака объекта (например, его форма и количество вещества в нем) не зависят друг от друга (форма стаканов не влияет на количество воды в них). Очевидно, что мышление ребенка при этом уже не определяется только возможностями восприятия, как это было в дошкольном возрасте.

Одной из центральных характеристик познавательного развития детей в этом возрасте является появление у них представления о сохранении. Ослабление эгоцентризма мышления, переход от него к объективной оценке вещей способствует возникновению представлений о сохранении количества (вещества, энергии и т. д.). Понятие сохранения появляется, как только ребенок начинает понимать необходимость логической последовательности операций. До тех пор пока мышление опирается на непосредственный, чувственный опыт действий с предметами, в нем нет нужды. Появление сохранения – важная ступень в познавательном развитии, поскольку оно способствует обратимости мышления. Обратимость, характеризующая способность ребенка менять направление мысли, умение
Страница 13 из 52

мысленно вернуться к первичным, исходным данным, позволяет ребенку удерживать в памяти первоначальные данные о количестве жидкости, длине и площади, массе, весе и объеме. Представление о сохранении и обратимость мышления – это необходимые условия для классификации, группировки предметов, явлений и событий. Дошкольнику недоступны такие понятия, как «класс» и «подкласс», он не в состоянии вычленить подкласс из целого, так как для этого требуется одновременное сосредоточение сразу на двух признаках. Появившееся у младшего школьника представление о сохранении и обратимость предоставляют такую возможность. Наконец, благодаря обратимости ребенок начинает понимать, что сложение – это действие, противоположное вычитанию, а умножение – делению. Поэтому школьники способны проверять правильность решения задачи на вычитание сложением, а на деление – умножением.

Процесс интеллектуального развития завершается периодом формальных операций.

Период формальных операций (11 / 12–14 / 15 лет). В рамках формально-логического интеллекта мыслительные операции могут совершаться без опоры на чувственное восприятие конкретных объектов. Подростки способны оперировать абстрактными понятиями, у них развиваются навыки научного мышления, где главную роль играют гипотезы и дедуктивно-индуктивные умозаключения. Оно позволяет подросткам впервые задать вопрос типа «а что будет, если…», проникать в мысли других людей, принимать в расчет их точки зрения, мотивы, ценности, идеалы.

Наличие развитого формальнологического мышления позволяет подростку решать задачи в уме, как бы «прокручивая» в голове все возможные варианты решения задачи, и только после этого опытным путем проверять предполагаемые результаты. Дети, умеющие мыслить только конкретно, вынуждены идти путем проб и ошибок, на ощупь, эмпирически проверяя каждый свой шаг, не пытаясь представить возможные результаты.

Персоногенетический подход

Содержание персоногенетического подхода наиболее ярко представлено в работах А. Маслоу и К. Роджерса. Они отвергают детерминизм внутреннего или средового программирования. По их мнению, психическое развитие – результат собственного выбора, сделанного человеком. Сам процесс развития носит спонтанный характер, поскольку его движущей силой является стремление к самоактуализации (по А. Маслоу) или стремление к актуализации (по К. Роджерсу). Эти стремления носят врожденный характер. Смысл самоактуализации или актуализации состоит в развитии человеком собственного потенциала, своих способностей, что ведет к развитию «полноценно функционирующего человека».

Вместе с тем имеются и определенные различия во взглядах этих авторов. Так, если А. Маслоу полагал, что поведение человека и его опыт регулируются иерархией потребностей, то согласно К. Роджерсу «личность и поведение в большей степени являются функцией уникального восприятия человеком окружения» (Хилл Л., Зиклер Д., 1997, с. 534). Однако, несмотря на эти различия, оба они полагали, что «люди всегда стремятся вперед и при подходящих условиях реализуют свой потенциал, демонстрируя истинное психическое здоровье».

Экологическая модель развития

Как утверждает Г. Крайг, «сегодня, возможно, самой влиятельной моделью развития» стала модель экологических систем, предложенная американским психологом Ури Бронфенбреннером. Согласно этой модели, развитие человека – это динамический процесс, идущий в двух направлениях. С одной стороны, человек сам реструктурирует свою жизненную среду, а с другой – испытывает воздействие со стороны элементов этой среды. Экологическая среда развития состоит из четырех вложенных одна в другую экосистем, изображаемых с помощью концентрических колец.

Экологическая модель социальных влияний У. Бронфенбреннера

Первая из них – это микросистема. Она включает самого субъекта и его ближайшее окружение: это семья, детский сад, ровесники по школе, оказывающие самое непосредственное влияние на ход психического развития. Другие компоненты микросистемы – органы здравоохранения, товарищи по играм, иные социальные группы, к которым принадлежит ребенок, – также влияют на его развитие.

Мезосистема включает в себя взаимоотношения между микросистемами. На развитие ребенка могут влиять события в школе, в семье, связи между ними, так же как и связи между школой и группой сверстников. При анализе мезосистемы обычно изучают частоту, качество и степень влияния взаимодействий: как отношения в семье влияют на процесс адаптации ребенка к школе, как общение между родителями и учителями может влиять на его успеваемость.

Экзосистема состоит из тех элементов среды, в которых ребенок не играет активной роли, но которые оказывают на него влияние. К примеру, проблемы на работе родителей влияют прежде всего на них самих, а родители в свою очередь влияют на развитие подростка. Таких опосредованных влияний множество.

Макросистема включает идеологию, установки, нравы, традиции, ценности окружающей ребенка культуры. Именно макросистема устанавливает эталоны внешней привлекательности и ролевого поведения, влияет на образовательные стандарты, а значит, оказывает влияние на соответствующее развитие и поведение человека.

Итак, существующие теории охватывают различные области развития, рассматривая при этом широкий круг вопросов. Каждая из них имеет свои ограничения, на причину которых мы указывали ранее в разделе «Формы и области (сферы) развития». Несмотря на это, есть потребность поиска механизма, с помощью которого можно объяснить ход психического развития.

Пиаже Жан (1896–1980)

Швейцарский психолог, основатель Женевского эпистемологического центра (женевской школы генетической психологии). Автор концепции стадийного развития психики ребенка. В начальный период своей деятельности описал особенности представлений детей о мире: неразделенность мира и собственного «Я», анимизм, артификализм (восприятие мира как созданного руками человека). Детально проанализировал специфику детского мышления («Речь и мышление ребенка», 1923). Для объяснения представлений детей использовал понятие эгоцентризма, под которым понимал определенную позицию по отношению к окружающему миру, преодолеваемую за счет процесса социализации и влияющую на конструкции детской логики. В дальнейшем обратил особое внимание на развитие интеллекта. В своих исследованиях он старался доказать, что развитие мышления связано с трансформацией внешних действий во внутренние через превращение их в операции. Значительная часть исследований в области интеллекта, проведенных им, была отражена в книге «Психология интеллекта», 1946 г.

Исследования Ж. Пиаже приобрели широкую известность, что способствовало созданию научного направления, названного им генетической эпистемологией.

Глава 9

Механизм психического развития ребенка

При описании механизма психического развития мы отталкивались от идей Л. С. Выготского. Чем это вызвано?

Очевидно, что онтогенез человека разворачивается в культурном (шире – социальном) пространстве и в некотором
Страница 14 из 52

историческом промежутке времени. При этом существуют воздействия как со стороны такого пространства на индивида, так и обратные, причем не только с целью приспособления (адаптации), но и для преобразования, изменения индивидом окружающего пространства. Об этом свидетельствуют факты творческой деятельности. Сам процесс такого взаимодействия, то есть определенные отношения между индивидом и средой, – это конкретные условия, в которых осуществляется «развертка» генотипической программы и которые оказывают на нее соответствующее воздействие. Условия как система отношений между индивидом и средой могут быть благоприятными или неблагоприятными для процесса индивидуального развития. Следовательно, его результаты главным образом будут зависеть от конкретных условий, в которые попадает данный индивид. И в первую очередь это будет сказываться на формировании тех психологических новообразований, которые в меньшей степени обусловлены программой развития, заложенной в генотипе. Таким образом, становится понятной ведущая роль системы отношений между индивидом и средой для психического развития человека. Культурно-исторической концепции Л. С. Выготского принадлежит неоспоримый приоритет во введении этого понятия в психологию развития.

С другой стороны, для всестороннего понимания психического развития важно приложение разработанного Б. Г. Ананьевым комплексного подхода, ориентированного на разностороннее рассмотрение многоуровневой, системной организации структуры человека. Такое соединение естественнонаучного и культурно-исторического взглядов в максимальной степени охватывает все стороны процесса психического развития.

Для понимания механизма психического развития ребенка, его значения в ходе психического развития выделим основные составляющие.

Социальная ситуация развития ребенка

Первым основным понятием механизма психического развития является так называемая социальная ситуация развития ребенка. Это та конкретная форма значимых для ребенка отношений, в которых он находится с окружающей его действительностью (прежде всего социальной) в тот или иной период своей жизни. Социальная ситуация развития – это исходный момент для всех динамических изменений, происходящих в развитии ребенка в течение данного возрастного периода. Она полностью определяет формы и пути развития ребенка, виды деятельности, приобретаемые им новые психические свойства и качества. Образ жизни ребенка обусловлен характером социальной ситуации развития, то есть сложившейся системой взаимоотношений ребенка со взрослыми (Выготский Л. С., 1984). Каждый возраст характеризуется специфической, единственной и неповторимой социальной ситуацией развития. Только оценив социальную ситуацию развития, мы сможем выяснить и понять, как возникают и развиваются те или иные психологические новообразования, которые являются результатом возрастного развития ребенка.

Именно в рамках социальной ситуации развития возникает и развивается ведущий вид (тип) деятельности.

Ведущая деятельность

Ведущая деятельность – это та деятельность ребенка в рамках социальной ситуации развития, выполнение которой определяет возникновение и формирование у него основных психологических новообразований на данной ступени развития.

Каждая стадия психического развития ребенка (каждая новая социальная ситуация развития) характеризуется соответствующим типом ведущей деятельности. Признаком перехода от одной стадии к другой является изменение ведущего типа деятельности. Ведущая деятельность характеризует определенный этап развития, выступает значимым критерием для его диагностики. Ведущая деятельность не появляется сразу, а проходит свое развитие в рамках той или иной социальной ситуации. Важно отметить, что появление в каждом периоде развития новой ведущей деятельности не отменяет предшествующую. Ведущая деятельность обусловливает основные изменения в психическом развитии, и прежде всего появление новых психических образований. Современные данные позволяют выделить следующие виды ведущей деятельности.

1. Непосредственное эмоциональное общение ребенка с взрослыми, присущее младенцу с первых недель жизни и до года. Благодаря нему у младенца формируются такие психические новообразования, как потребность в общении с другими людьми и хватание в качестве основы мануальных и предметных действий.

2. Предметно-манипулятивная деятельность ребенка, характерная для раннего детского возраста (от 1 года до 3 лет).

3. Игровая деятельность или сюжетно-ролевая игра, присущая детям дошкольного возраста (от 3 до 6 лет).

4. Учебная деятельность младших школьников от 6 до 10–11 лет.

5. Общение подростков в возрасте от 10–11 до 15 лет в разных видах деятельности (трудовой, учебной, спортивной, художественной и т. д.).

На примере ведущей деятельности младенцев мы показали ее результаты, выражающиеся в возникновении к концу этого периода психологических новообразований. Каждый вид ведущей деятельности порождает свои эффекты в виде новых психических структур, качеств и свойств. Более подробно о них будет говориться в последующих главах, посвященных тому или иному возрастному периоду.

В рамках ведущей деятельности происходит тренировка и развитие всех психических функций ребенка, что в конечном счете приводит к их качественным изменениям. Растущие психические возможности ребенка естественным образом являются источником противоречий в системе взаимоотношений ребенка со взрослыми. Эти противоречия находят свое выражение в несоответствии новых психологических возможностей ребенка старой форме его взаимоотношений с окружающими людьми. Именно в этот момент наступает так называемый кризис развития.

Кризис развития

Кризис развития – это следующий основной элемент механизма развития ребенка. Л. С. Выготский под кризисом развития понимал сосредоточение резких и капитальных сдвигов и смещений, изменений и переломов в личности ребенка. Кризис – это переломный пункт в нормальном течении психического развития. Он возникает тогда, «когда внутренний ход детского развития завершил какой-то цикл и переход к следующему циклу будет обязательно переломным…» (1984, с. 384). Кризис – это цепь внутренних изменений ребенка при относительно незначительных внешних изменениях. Сущностью каждого кризиса, отмечал он, является перестройка внутреннего переживания, определяющего отношение ребенка к среде, изменение потребностей и побуждений, движущих его поведением. На это указывала и Л. И. Божович, согласно мнению которой причиной возникновения кризиса является неудовлетворение новых потребностей ребенка (1979). Противоречия, составляющие суть кризиса, могут протекать в острой форме, порождая сильные эмоциональные переживания, нарушения в поведении детей, в их взаимоотношениях со взрослыми.

Кризис развития означает начало перехода от одного этапа психического развития к другому. Он возникает на стыке двух возрастов и знаменует собой завершение предыдущего возрастного периода и начало следующего. Источником возникновения кризиса выступает противоречие между возрастающими физическими и
Страница 15 из 52

психическими возможностями ребенка и ранее сложившимися формами его взаимоотношений с окружающими людьми и видами (способами) деятельности. Каждый из нас встречался с проявлениями таких кризисов.

Первым в научной литературе был описан кризис полового созревания. Позднее был открыт кризис 3 лет. Еще позднее был изучен кризис 7 лет. Наряду с ними выделяют кризис новорожденности и кризис 1-го года. Таким образом, ребенок от момента рождения и до периода юношества переживает пять кризисных периодов.

Любой кризис имеет две стороны, которые необходимо учитывать, раскрывая его психологическое содержание и значение для последующего развития ребенка.

Первая из них – разрушительная сторона кризиса. Детское развитие включает в себя процессы свертывания и отмирания. Возникновение нового непременно означает отмирание старого. Процессы отмирания старого сконцентрированы преимущественно в кризисных возрастах. Но негативная сторона кризиса – это обратная, теневая сторона позитивной, конструктивной стороны. «Здесь всегда осуществляются и конструктивные процессы, происходят позитивные изменения, которые составляют главный смысл каждого переломного периода», – подчеркивает В. В. Давыдов (1986, с. 76). Речь идет об уже известных нам психологических новообразованиях.

В заключение несколько слов об особенностях протекания кризиса развития.

Во-первых, для него характерна неотчетливость границ, отделяющих начало и конец кризиса от смежных возрастов. Поэтому родителям, педагогам, воспитателям или врачам-педиатрам важно знать психологическую картину кризиса, а также индивидуальные особенности ребенка, накладывающие свой отпечаток на протекание кризиса.

Во-вторых, мы сталкиваемся с трудновоспитуемостью детей в этот момент вследствие того, «что изменение педагогической системы, применяемой к ребенку, не поспевает за быстрыми изменениями его личности» (Выготский Л. С., 1984, с. 252–253). Конфликты со взрослыми в это время возникают чаще, а вместе с ними приходят мучительные и болезненные переживания. Трехлетний ребенок на какое-то время становится упрямым, капризным, строптивым и своевольным. Семилетний ребенок в это время становится неуравновешенным, несдержанным и капризным. У тринадцатилетних подростков падает работоспособность, затухают и нередко отмирают прежние интересы, а поведение приобретает негативный характер (Давыдов В. В., 1986). В целом следует иметь в виду, что этап кризиса всегда сопровождается снижением темпа продвижения ребенка в ходе обучения.

В то же время нужно иметь в виду, что характер протекания кризиса в значительной мере зависит от конкретных жизненных ситуаций. Если родители, воспитатели, учителя и другие значимые для ребенка люди своевременно учитывают происходящие в нем изменения и в соответствии с ними выстраивают свое отношение, то протекание кризиса в значительной мере смягчается. Как отмечал А. Н. Леонтьев, «в действительности кризисы отнюдь не являются неизбежными спутниками психического развития. Неизбежны не кризисы, а переломы, качественные сдвиги в развитии. Наоборот, кризис – это свидетельство не совершившегося своевременно перелома, сдвига. Кризисов вовсе может не быть, если психическое развитие ребенка складывается не стихийно, а является разумно управляемым процессом – процессом воспитания» (Леонтьев А. Н., 1981, с. 518).

Наличие кризисных периодов в развитии ребенка предполагает существование стабильных периодов. Если для них характерно прогрессивное развитие ребенка, то развитие самого кризиса носит негативный, разрушительный характер. Происходит затухание прогрессивного характера развития. Наверное, потому Л. Н. Толстой называл это время «пустыней одиночества».

Психологическое новообразование

Именно в процессе развития, а не роста, возникают качественно новые психологические образования, и именно они составляют сущность каждого возрастного этапа.

Психологическое новообразование – это:

– во-первых, психические и социальные изменения, возникающие на данной ступени развития и определяющие сознание ребенка, его отношение к среде, внутреннюю и внешнюю жизнь, ход развития в данный период;

– во-вторых, новообразование – обобщенный результат этих изменений, всего психического развития ребенка в соответствующий период, который становится исходным для формирования психических процессов и личности ребенка следующего возраста (Выготский Л. С., 1984).

Каждый возрастной период характеризуется специфическим для него психологическим новообразованием, которое является ведущим для всего процесса развития и при этом характеризует перестройку всей личности ребенка на новой основе. По мнению Л. С. Выготского, оно выступает «основным критерием деления детского развития на отдельные возрасты» (1984, с. 254). Под новообразованиями следует понимать широкий спектр психических явлений от психических процессов (например, наглядно-действенное мышление в раннем детстве) до отдельных свойств личности (скажем, рефлексия в подростковом возрасте).

Схема психического развития ребенка

Значимость понятия «психологическое новообразование» состоит в том, что появление принципиально новых психических характеристик существенным образом меняет психологическую картину возраста. Уже сама по себе эта новая картина может вызвать неадекватную реакцию родителей, педагогов или врачей. Для родителей и педагогов новое в поведении ребенка нередко кажется проявлением упрямства или капризов. А для врачей новые свойства или качества, проявляющиеся в поведении ребенка, могут стать причиной постановки неверного диагноза и ошибочного лечения, особенно если это «новое» поведение разворачивается на фоне патологического процесса. Вероятность диагностических ошибок в такие периоды возрастного развития увеличивается, так как врач может не знать ни о вновь возникающих психологических качествах, ни об особенностях периода развития, который предшествует их появлению (кризис развития).

Подведем итоги анализа основных понятий, описывающих процесс психического развития ребенка. К ним относятся социальная ситуация развития, ведущая деятельность, периоды кризисного и стабильного развития ребенка, психологические новообразования.

Примерный характер взаимодействия между ними представлен на схеме психического развития ребенка (с. 65). Кратко прокомментируем его.

Ранее мы отмечали, что развитие психики – это закономерное изменение психических процессов во времени, выраженное в их количественных, качественных и структурных преобразованиях. Мы видим, что именно психические новообразования как бы завершают каждый возрастной этап развития ребенка, именно они являются основным результатом ведущей деятельности, развивающейся в рамках конкретной ситуации развития, развернутой во времени. Мы говорили о том, что именно новообразования составляют сущность каждого возрастного периода в жизни ребенка, и действительно, с их появлением завершается один период развития и открывается следующий.

Наконец, мы видим, что новые психологические приобретения появляются в кризисные периоды, которыми завершается стабильный этап. Именно в этот
Страница 16 из 52

момент и происходит тот самый перелом в психическом развитии, о котором говорилось выше.

Концепция психического развития ребенка Д. Б. Эльконина

Ценность этого подхода состоит в том, что автор попытался охватить и связать между собой два основных вектора развития ребенка (Эльконин Д. Б., 1989). Один из них характеризует взаимоотношения ребенка с миром вещей, что предполагает познание и овладение предметным миром. Другой вектор характеризует взаимодействие ребенка с миром людей.

Этапы психического развития ребенка (по Д. Б. Эльконину)

Д. Б. Эльконин считает, что деятельность ребенка внутри этих двух векторов представляет единый процесс, в котором формируется личность. Однако в ходе развития этот единый по своей природе процесс раздваивается. В каждом возрастном периоде один вектор доминирует над другим, а в рамках следующего возрастного периода они как бы меняются местами. Строго говоря, именно смена доминирующего вектора на субдоминантный и определяет начало нового возрастного этапа в психическом развитии ребенка. По своему психологическому содержанию вектор есть не что иное, как деятельность, присущая ребенку в данный момент, другими словами – ведущая деятельность ребенка. При этом наличие ведущей деятельности не отменяет другие субдоминантные виды деятельности.

Совокупный анализ типа ведущей деятельности и ее продуктов, то есть психических новообразований на фоне социальной ситуации развития ребенка, позволил Д. Б. Эльконину сформулировать следующую периодизацию психического развития (см. схему).

При осуществлении таких видов деятельности, как непосредственно-эмоциональное общение младенца со взрослыми, сюжетно-ролевая игра дошкольников, общение младших подростков, развивается преимущественно мотивационно-потребностная сфера ребенка.

При осуществлении предметно-манипулятивной деятельности в раннем детстве, учебной деятельности младших школьников и учебно-профессиональной деятельности старших подростков идет преимущественное освоение способов действий и эталонов.

Таким образом, согласно этой концепции, в детском развитии есть периоды, в которых происходит преимущественное развитие потребностно-мотивационной сферы и как результат этого освоение задач, мотивов и норм отношений, и периоды преимущественного развития интеллектуально-познавательных сил, результатом чего становится освоение общественно выработанных способов действий с предметами (см. таблицу).

Итак, мы видим, что развитие ребенка представляет собой цепь переходов от одной стадии к качественно другой. Эти переходы осуществляются через кризисы, преодоление противоречий и появление психических новообразований. Следует отметить, что в каждой стадии содержатся элементы предыдущей и последующей.

Глава 10

Диагностика возрастного развития

Вопрос о необходимости диагностики развития был впервые сформулирован Л. C. Выготским и фактически остается сегодня в том же виде. И не потому, что он потерял свою актуальность. Возможность ставить диагноз психического развития ребенка имела бы огромный практический смысл, если бы была создана реальная основа для того, чтобы целенаправленно формировать психическое здоровье. Однако воз и ныне там. Чтобы понять встающие перед исследователями трудности, разберемся в сути диагностики развития.

Диагностикой развития называют систему исследовательских приемов, задача которых – определение реального уровня развития, достигнутого ребенком. При определении реального уровня развития мы фиксируем плоды развития, то есть то, что уже созрело и завершило свой рост. Нам известны такие закономерности развития, как неравномерность и гетерохронность (разновременность) созревания отдельных сторон личности и ее свойств. Поэтому важно оценить не только то, что уже созрело, но и то, что еще только созревает. В первую очередь это, конечно, относится к детям, ведь очень немногие психические функции завершают процесс своего созревания в детском и подростковом периоде.

Определение не созревших на сегодняшний день, но находящихся в периоде созревания процессов и функций и составляет вторую, самую главную и трудную задачу диагностики развития. Эта задача решается нахождением зоны ближайшего развития.

Итак, мы сталкиваемся с двумя задачами диагностики психического развития:

– определение реального уровня психического развития ребенка;

– определение зоны ближайшего развития.

Проиллюстрируем сказанное. С целью диагностики интеллектуального развития ребенку предлагают ряд задач нарастающей трудности, стандартизированных по годам (месяцам) жизни. Определяется предел трудности задач, доступных для него, и соответствующий стандартный возраст. Тем самым устанавливается реальный умственный возраст.

Если при этом мы хотим установить зону ближайшего развития ребенка, то должны предложить ему следующую по уровню трудности задачу, и поскольку ребенок уже не в состоянии решить ее самостоятельно, мы (взрослые) либо показываем, либо сами начинаем решать задачу, а далее смотрим, сможет он самостоятельно закончить ее решение или нет. К примеру, реальный уровень умственного развития двух детей соответствует 8 годам. Но, определяя зону ближайшего развития, мы установили, что один ребенок с помощью взрослого решает задачи, приуроченные к 12 годам, а другой в состоянии продвинуться в сотрудничестве со взрослым лишь до 9-летнего стандартного возраста. Следовательно, в первом случае зона ближайшего развития составляет 4 года, а во втором случае только 1 год.

Есть ли еще причины, побуждающие к определению зоны ближайшего развития? Одна из важнейших состоит в определении оптимальных сроков обучения детей. Чтобы организовать полноценное и здоровое развитие ребенка, необходимо знать средние границы сенситивного периода для освоения различных видов деятельности. Однако границы сенситивности весьма индивидуальны для каждой человеческой личности. Важно при этом помнить, что обучение опирается не столько на уже созревшие психические процессы, сколько на созревающие.

Итак, определение актуального или реального уровня развития ребенка и зоны ближайшего развития вместе составляют то, что принято называть нормативной возрастной диагностикой. Что же составляет предмет диагностики развития ребенка и каковы ее методы?

Показатели психического развития ребенка

К показателям психического развития ребенка относят:

– развитие познавательной сферы ребенка (восприятие, внимание, память, воображение, мышление);

– формирование системы личностных отношений (эмоции, потребности, мотивы, установки, ценностные ориентации, направленность и т. д.);

– овладение системой разнообразных практических и умственных действий, обеспечивающих возможность продуктивной, творческой деятельности.

А что должно стать предметом психологического изучения? Это – психологический факт. Однако психологические факты разнообразны по содержанию, форме, объему и сложности. Это может быть и ошибка, допущенная учеником, и его проступок, и новое собственное слово, скажем, «нырьба» – по мнению К. Чуковского, превосходное, энергичное, звонкое
Страница 17 из 52

слово. Есть же, кстати, слово «ходьба» от «ходить» или «стрельба» от «стрелять».

Для того чтобы определить, какие факты нужно собрать, важно сформулировать цели и задачи такой работы. Собирая факты, следует учитывать их неоднозначность. Скажем, одни дети, испытывающие повышенное возбуждение, могут кричать, хохотать, интенсивно жестикулировать; у других аналогичное состояние может вызвать подавленность, замкнутость, слезы и т. п.

И все-таки что это за факты?

Во-первых, это физические и умственные действия ребенка. При этом важно понять, чем они вызваны, на что направлены, как подготовлены. Например, игрушка, которой ребенок силится завладеть, находится вне поля досягаемости, и тем не менее он упорно стремится ее достать. Наблюдая за ним, можно подумать об упорстве, настойчивости малыша. Но если ребенку уже 3–4 года, то можно сделать вывод и о том, что он не очень сообразителен. Вместо бесплодного прыганья возле игрушки он мог бы подставить стул или табуретку и спокойно достать желаемое.

Для оценки общего уровня психического развития ребенка Н. А. Русина и В. А. Урываев рекомендуют вначале составить о нем общее впечатление на основании оценки его соматотипа (астенический, пикнический, атлетический), половой зрелости (маскулинность – феминность), позы (сцепленная, напряженная, расслабленная, подавленная), лица (узкое – широкое, толстое – худое, нежное – грубое, красивое – неправильное), мимики и пантомимики (живая, пониженная, преувеличенная, стереотипная). Кроме того, следует обратить внимание на состояние кожи, чистоты тела, социальное оформление внешности (аккуратный внешний вид, прическа, украшения и т. п.) (Русина Н. А., Урываев В. А., 1998).

Во-вторых, это речь ребенка, т. к. в словах выражаются цели поведения, часто раскрываются мотивы, дети выражают свое понимание или непонимание чего-либо. Я уже не говорю о том, что сама речь может использоваться в качестве диагностического показателя развития ребенка. Оцениваются следующие параметры речи: голос (монотонный – красочный), темп (быстрый – замедленный), разговорчивость (разговорчивый, малоразговорчивый, замкнутый, неразговорчивый), дикция, словарь, используемый ребенком (богатый – бедный, разговорный – изысканный, вычурность конструкций предложений, речевые вульгаризмы, степень грамотности и т. п.). При анализе речи ребенка следует обращать внимание на то, как он воспроизводит мысль: легко, затрудненно, связно, замедленно.

В-третьих, психологическим фактом может стать социальное поведение ребенка. При его оценке следует обращать внимание на:

– характер установления контакта ребенком (торопливо, фамильярно, смело, охотно или сдержанно, осторожно);

– характер и протекание адаптации ребенка в ходе обследования (быстро или медленно);

– уровень социальной активности (адекватная – неадекватная ситуации);

– проявление качеств социального поведения: самоуверенный, решительный, упрямый, хвастливый, обращает на себя внимание, подчеркивает свое превосходство, неподчиняющийся, высокомерный, насмешливый, ненастойчивый, скрытно-нерешительный, застенчивый, неуверенный, провоцирующий сочувствие, назойливый, настойчивый, подчиняющийся, стремящийся угодить, оказывающий содействие, получающий радость от контакта, непосредственный, смешливый, шутливый, ласковый, доверчивый. На основании оценки перечисленных качеств можно понять мотивы и тактику поведения ребенка.

Глава 11

Методы изучения психического развития ребенка

А теперь перейдем к характеристике методов изучения этих психологических фактов. Наиболее реальным и эффективным методом является метод наблюдения. Чем он хорош?

Во-первых, собираются факты реального поведения ребенка. Ребенок ведет себя свободно, и потому можно получать правдивые факты.

Во-вторых, каждый ребенок предстает перед наблюдателем как целостная личность. Все, что мы видим и слышим, воспринимается не изолированно, но в связи с другими действиями, словами или поступками ребенка.

В-третьих, если наблюдатель (педагог, психолог или врач) имеет возможность наблюдать ребенка с родителями, он получает представление о характере взаимоотношений между ними.

Как сделать наблюдение максимально эффективным?

Первое и, может быть, главное условие – это выработка в себе способности к наблюдению. Наблюдательность, вообще говоря, необходимое профессиональное качество педагога, воспитателя или врача. Быть наблюдательным значит активно смотреть и слушать, действительно обращать внимание на то, что ребенок делает и говорит, что пытается делать или говорить, что он уже усвоил и что пока выше его способностей или понимания.

Второе условие эффективности наблюдения состоит в соотнесении ваших наблюдений с вашими знаниями о развитии ребенка. Отсутствие последних делает невозможным сопоставление видимого с известными вам эталонами, а без этого трудно делать обоснованные выводы.

Третье условие – это организация наблюдения. Понятно, что, например, у врача-педиатра возможности для детального и обширного наблюдения за поведением ребенка невелики. Поэтому способность к оперативному, всестороннему и глубокому наблюдению приходит с годами тренировки. Для повышения эффективности наблюдения желательна его элементарная организация, что возможно с помощью различных средств.

Одно из них (самое простое) – составление карточек развития ребенка. С их помощью вы сможете установить, что ребенок уже умеет делать, а следовательно, определить его уровень достижений. В разных карточках развития используют следующие рубрики:

– физическое развитие;

– общение и развитие речи (к примеру, выразительность речи, ее понимание и т. д.);

– социальное развитие и игра (под этой рубрикой отмечаются игры с взрослыми и со сверстниками; как ребенок играет, его интересы и т. д.);

– самостоятельность и независимость, т. е. умение обходиться без помощи взрослых во время приема пищи, одевания и раздевания, пользования туалетом и т. п;

– поведение ребенка.

Структура карточки – это перечень отдельных пунктов по каждому аспекту развития ребенка. Ниже приводится пример карточки физического развития (Лешли Дж., 1991).

Какие советы следует дать наблюдателю?

1. Обосновывайте свое мнение (вы должны отвечать за свои слова).

2. Придерживайтесь своих наблюдений – не старайтесь обобщать.

3. Воздерживайтесь от оценочных суждений. Например, можно сказать: «Петя капризничает, потому что мама не задерживается с ним, когда приводит его в детский сад» (в высказывании содержится скрытый упрек матери). А можно и так: «Кажется, Петя быстрее успокаивается в те дни, когда маме удается задержаться с ним на несколько минут».

Фрагмент карточки физического развития

Фрагмент карточки развития, фиксирующей поведение ребенка

Можно порекомендовать и родителям вести такие карточки наблюдения.

Значимая информация может быть извлечена из беседы с ребенком, которую обычно рекомендуют при работе с детьми в возрасте от 6 до 15 лет. По мнению Н. А. Русиной и В. А. Урываева, темами для беседы могут быть:

– семья: ее члены и отношения между ними, терпимость, предпочтения, интимность, доминантность,
Страница 18 из 52

зависимость, агрессия, интенсивность – экстенсивность и активность – пассивность отношений, ревность, зависть, конфликт и т. д.;

– родители: воспитательные методы и родительские позиции, взгляды, интересы, перспективы ребенка;

– участие в домашней работе: ее содержание, систематичность и самостоятельность;

– свободное время: количество и качество проведения, под присмотром родителей, спонтанное или в группе; друг противоположного пола; интересы, увлечения;

– самооценка: общая самооценка, внешний вид, способности; надежды, идеалы; удовлетворенность собой, ожидания;

– школа: ход обучения, как оно протекает, смена школы, привязанность к школе. Учеба: успеваемость, поведение, предпочитаемые предметы, отношение к экзаменам (уровень напряжения). Уровень притязаний. Одноклассники: статус в классе, друзья и враги, взаимоотношения. Учителя: восприятие учеником отношения учителей к себе и другим ученикам, степень популярности, наличие конфликтов;

– cтрахи и опасения: наличие и объекты страхов, ночные страхи)

– cостояние здоровья: хронические заболевания, самооценка состояния здоровья (Русина Н. А., Урываев В. А., 1998).

По результатам наблюдения и беседы с ребенком можно сделать обоснованные заключения о его психологических особенностях. При этом следует дать оценку темпераменту ребенка и его характеру. Оценивая характер, обращайте внимание на отношения ребенка к другим людям, сверстникам, взрослым, к делу, к самому себе.

Другая группа методов изучения ребенка – это эксперимент.

Для врача и педагога наиболее приемлемой формой эксперимента может стать исследование с помощью тестов. Тест – это стандартизированное задание для определения развития у ребенка различных психических процессов. К положительным сторонам тестирования обычно относят:

– возможность определения нормы развития;

– возможность проведения повторных, то есть сравнительных испытаний;

– возможность одномоментного сбора большого объема материала;

– отсутствие длительной специальной подготовки.

В то же время у тестов есть свои недостатки, ограничивающие их применение. Детская и возрастная психология богата разнообразными тестовыми процедурами. Среди них немало надежных, хорошо зарекомендовавших себя. Однако чаще всего практически применимыми могут быть только экспресс-методики. Они просты в употреблении, не требуют длительной обработки данных, сложного и развернутого анализа полученных сведений.

Глава 12

Развитие личности

Развитие человека как личности происходит в общем контексте его «жизненного пути» (С. Л. Рубинштейн), который определяется как история «формирования и развития личности в определенном обществе, развития человека как современника определенной эпохи и сверстника определенного поколения». По Б. Г. Ананьеву, жизненный путь имеет определенные фазы, связанные с изменениями в образе жизни, системе отношений, жизненной программе и т. д. «Фазы жизненного пути накладываются на возрастные стадии онтогенеза, причем в такой степени, что в настоящее время некоторые возрастные стадии обозначаются именно как фазы жизненного пути, например преддошкольное, дошкольное и школьное детство» (Ананьев Б. Г., 1977, с. 266).

Развитие личности как процесс «социализации индивида» осуществляется в определенных социальных условиях семьи, ближайшего окружения, в определенных социально-политических, экономических условиях региона, страны, в этносоциокультурных, национальных традициях того народа, представителем которого он является. Это макроситуация личностного развития.

В то же время на каждой фазе жизненного пути, как подчеркивал Л. С. Выготский, складываются определенные социальные ситуации развития как своеобразное отношение ребенка к окружающей его социальной действительности. По Л. С. Выготскому, социальная ситуация развития «определяет целиком и полностью те формы и тот путь, следуя по которому ребенок приобретает новые свойства личности, черпая их из социальной действительности как из основного источника развития, тот путь, по которому социальное становится индивидуальным» (Выготский Л. С., 1984, с. 258–259).

Социальная ситуация развития, включающая систему отношений, различные уровни социального взаимодействия, различные типы и формы деятельности, рассматривается в качестве основного условия личностного развития. Эта ситуация может быть изменена человеком подобно тому, как он старается изменить свое место в окружающем мире, осознав, что оно не соответствует его возможностям. Если этого не происходит, то возникает открытое противоречие между образом жизни ребенка и его возможностями (А. Н. Леонтьев).

Согласно А. В. Петровскому, сама социальная ситуация развития, или шире – социальная среда, может быть стабильной или изменяющейся, что означает относительную стабильность и изменения в той социальной общности, в которой находится ребенок, человек.

Вхождение ребенка как социального существа в жизнь этой общины предполагает прохождение трех фаз: адаптации к действующим в этой общности нормам, формам взаимодействия, деятельности; индивидуализации как удовлетворения «потребности индивида в максимальной персонализации» и интеграции личности в этой общности.

Если индивидуализация характеризуется «поиском средств и способов для обозначения своей индивидуальности», с тем чтобы снять противоречие между этим стремлением и результатом адаптации («стал такой же, как все в общности»), то интеграция «детерминируется противоречиями между сложившимся на предыдущей фазе стремлением субъекта быть идеально представленным своими особенностями и значимыми для него отличиями в общности и потребностью общности принять, одобрить и культивировать лишь те демонстрируемые им индивидуальные особенности, которые ей импонируют, соответствуют ее ценностям, способствуют успеху совместной деятельности и т. д.» (Петровский А. В., 1984). Совместная деятельность, осуществляемая в рамках ведущей деятельности, заданной «конкретной социальной ситуацией развития, в которой совершается его (ребенка) жизнь» (А. Г. Асмолов), является одним из основных условий развития личности в любой социальной ситуации.

Адаптация, индивидуализация, интеграция (по А. В. Петровскому) выступают как механизмы взаимодействия человека и общности, механизмы его социализации и личностного развития, которое происходит в процессе разрешения возникающих в этом взаимодействии противоречий. Личностное развитие человека соотносится с формированием его самосознания, образа «Я» («Я»-концепции, «Я»-системы), с изменением сферы потребностей и мотиваций, направленности как системы отношений, с развитием личностной рефлексии, механизма самооценки.

Все стороны личностного развития характеризуются внутренней противоречивостью, неоднородностью. Так, на примере изменения самооценки младшего школьника показано, что личностное развитие асинхронно в структурных компонентах как в количественном, так и в качественном отношении. Было отмечено, что только к концу этого возраста процесс самооценивания ребенка приводит к формированию у него самооценки как личностного образования. При этом, по данным
Страница 19 из 52

А. В. Захаровой, с возрастом во всех видах деятельности уменьшается количество завышенных самооценок и увеличивается число заниженных, что свидетельствует о росте у детей критического отношения к себе. Однако это не повышает адекватности самооценки. Количество учащихся с адекватной самооценкой не превышает 40–50 %.

Факторы развития

Произвольность и саморегуляция – основа интеллектуально-личностного развития ребенка. Произвольность поведения основывается на постепенном переходе от внешней регуляции к саморегуляции.

В личностном, как и в интеллектуальном, плане развитие ребенка идет от непроизвольности, импульсивности, ситуативности поведенческих реакций и поведения в целом к его произвольности, регулируемости. Эта тенденция проявляется в умении ребенка управлять своим поведением, сознательно ставить цели, преднамеренно искать и находить средства их достижения, преодолевая трудности и препятствия. Произвольность и саморегуляция – стержневая линия интеллектуально-личностного развития ребенка. Произвольность поведения основывается на постепенном переходе от внешней регуляции к саморегуляции. Особенно отчетливо эта тенденция прослеживается в становлении самоконтроля, являющегося производным от внешнего контроля и оценивания. Опытные учителя всегда принимают во внимание эти особенности возрастной психологии, когда необходимо организовать проверку и оценку знаний школьников. От внешнего к внутреннему, от деятельности, организуемой учителем, к ее самоорганизации учеником – вот магистральный путь личностного развития и саморазвития школьника.

В исследованиях Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, Д. Б. Эльконина, Л. И. Божович было показано, что развитие ребенка как личности определяется последовательным формированием личностных новообразований. Л. И. Божович проводит их анализ внутри 5 возрастных периодов личностного развития ребенка (Божович Л. И., 1978, с. 30–34). «Центральным, то есть личностным, новообразованием 1-го года жизни является возникновение аффективно заряженных представлений, которые и побуждают поведение ребенка вопреки воздействиям внешней среды». Л. И. Божович называет эти представления «мотивирующими». Их действие освобождает ребенка от «диктата внешних воздействий». Хотя он сам этого еще не осознает, но начинает становиться субъектом. К 3-му году жизни, то есть к концу раннего детства, «центральным новообразованием… является „система Я“ и рождаемая этим новообразованием потребность действовать самому», что выражается в формуле «Я сам». «Потребность в реализации и утверждении своего Я… является доминирующей». В этот период развития сталкиваются две силы – «хочу» и «надо». Происходит формирование самосознания.

Период до 7–8 лет соотносится Л. И. Божович со становлением ребенка как «социального индивида»: «У него возникает потребность в новой жизненной позиции и общественно значимой деятельности, обеспечивающей эту позицию». К 12–14 годам формируется «способность к целеполаганию», то есть к определению и постановке сознательных целей, а к 15–16 годам – «жизненная перспектива».

Рассмотренные Л. И. Божович возрастные периоды совпадают с периодами кризисов 1-го и 3-го года жизни, с кризисом 7 лет и подросткового возраста. Основной, важнейший для педагогической практики вывод, учитывающий приведенные ранее положения Л. С. Выготского, состоит в том, что педагогу необходимо учитывать эти особенности личностного развития учащегося. Это поможет снять остроту возрастных кризисов у школьников, предотвратить возникновение фрустрации (психического напряжения, тревожности и др.), нервных срывов.

Для правильного понимания развития личности ребенка особый интерес представляют ранние периоды (до 7 лет). Это в собственном смысле слова «персоногенез», то есть становление и индивидуальное развитие личности. Один из ведущих исследователей этой проблемы В. С. Мухина рассматривает развитие личности как уровневое, последовательное формирование структуры самосознания ребенка.

Механизмы развития

Механизмами развития личности, по В. С. Мухиной, являются: идентификация, обособление и их взаимодействие.

В этой структуре пять звеньев: имя собственное и тело, притязание на признание, половая идентификация, психологическое время и социальное пространство личности. Механизмами развития личности, по В. С. Мухиной, являются: идентификация, обособление и взаимодействие между ними (Мухина В. С., 1997, с. 56–97). Как подчеркивает автор, «общезначимой ценностью для общества и личности является структура человеческого самосознания, которую формируют имя собственное, самооценка и притязание на признание, представление себя как представителя определенного пола, представление себя во времени (в прошлом, настоящем и будущем), оценка себя в отношении прав и обязанностей» (Мухина В. С., 1986, с. 58). Проведенные В. С. Мухиной и ее учениками многочисленные исследования показывают, как внимателен должен быть учитель к школьнику. Выбирая формы обращения к первокласснику, тем более к шестилетке, он должен помнить, что фамилия ребенка «отчуждает» его – он привык к своему имени. В. С. Мухина советует в начале обучения обращаться к детям (особенно из неблагополучных семей) по имени и не бояться положительно оценить действия ребенка: «Петя, ты молодец!», «Маша сегодня умница» и т. д. Осознавая себя мальчиком или девочкой, ребенок при помощи учителя, семьи формирует свою половую (социальную) позицию. Мальчик должен быть сильнее, он должен брать на себя заботу о девочке, быть внимателен к ней. В. С. Мухина справедливо отмечает, что постоянно объединять детей под общим обращением «Дети!» или «Ребята!» не совсем правильно. Необходимо подчеркивать, фиксировать специфичность того, на что при формировании личности ребенка направляется внимание девочек (женственность, сдержанность, мягкость, доброта, чистоплотность, аккуратность, гуманность, внимательность, сострадание и т. д.) и мальчиков (смелость, решительность, ответственность, великодушие, честность и т. д.). Существенна мысль В. С. Мухиной об особенностях формирования жизненной перспективы ребенка на основе управления его представлениями о себе в прошлом, будущем и настоящем. Жизненную позицию первоклассников можно сформулировать так: сегодняшний день ради завтрашнего. Ее исследование показало, что подавляющее число детей обращено не в свое прошлое, а в будущее. Это положение относится прежде всего к нормальному, а не к депривированному развитию (то есть развитию, в процессе которого не удовлетворяются такие потребности, как притязание на признание и др.). Его особенно важно учитывать учителю, работающему во время перестройки социальных структур общества, изменения сложившихся мнений, стереотипов в индивидуальном сознании людей, и в частности – детей. Учитель должен целенаправленно формировать оптимистическое представление ребенка о будущем, укреплять позитивные жизненные перспективы, противостоять пессимизму.

Разрабатывая общую концепцию гуманного воспитывающего обучения, направленного на формирование полноценной активной личности (Я. Корчак, Л. Н. Толстой, К. Д. Ушинский,
Страница 20 из 52

В. А. Сухомлинский, В. В. Давыдов и многие другие), В. С. Мухина особое внимание обращает на формирование у ребенка отношения к правам и обязанностям, принятым в обществе. Автор предлагает плодотворную идею обращения обязанностей детей в их права, осознание, понимание которых «поднимает» самоуважение ребенка. Сравним привычное нам обращение: «Ребята, вы должны сидеть тихо», «Вы должны работать на уроке самостоятельно» и предлагаемую В. С. Мухиной форму: «Дети, вы имеете право на тишину, на самостоятельную работу – воспользуйтесь этими правами».

Разработанная В. С. Мухиной структура самосознания личности ребенка: «Я Петя – хороший – мальчик – был, есть, буду – имею право, должен» «представляет ту основу, которая просматривается у всего человека, обретая содержательное наполнение в зависимости от традиций, социального устройства, с одной стороны, и индивидуального пути развития личности – с другой» (Мухина В. С., 1986, с. 64). Компоненты этой структуры представлены в самосознании каждого школьника, и конечно, в зависимости от уровня его личностного и возрастного развития они определяют его позицию как ученика, его отношение к учению, учителю, школе.

Согласно А. В. Петровскому, развитие личности может быть представлено как единство непрерывности и прерывности. «Непрерывность в развитии личности (как системы) выражает относительную устойчивость в закономерности ее перехода от одной фазы к другой в данной общности, для нее референтной. Прерывность характеризует качественные изменения, порождаемые особенностями включения личности в новые конкретно-исторические условия, которые связаны с действием факторов, относящихся к ее взаимодействию с „соседними“ системами, в данном случае с принятой в обществе системой образования» (Петровский А. В., 1987, с. 21). По А. В. Петровскому, личностное развитие человека, проходящего состояния адаптации, индивидуализации и интеграции как макро- и микрофаз этого процесса, определяет вся ситуация социального развития.

Приведенная трактовка развития личности, разрабатываемая прежде всего отечественной психологией (А. Н. Леонтьев, Б. Г. Ананьев, А. В. Петровский, Л. С. Выготский), находится в русле концепции, согласно которой, по Л. С. Выготскому, «развитие есть непрерывный процесс самодвижения, характеризующийся в первую очередь непрестанным возникновением и образованием нового, не бывшего на прежних ступенях… единством общественного и личного при восхождении ребенка по ступеням развития» (Выготский Л. С., 1984, с. 248).

Другая трактовка развития, согласно Л. С. Выготскому, находит воплощение в теориях творческой эволюции, направляемой автономным, внутренним, жизненным порывом целеустремленно саморазвивающейся личности, волей к самоутверждению и самосовершенствованию (Выготский Л. С., 1984, с. 248).

Проведенный С. Д. Смирновым анализ движущих сил и условий развития личности, представленный в широко известных зарубежных концепциях, показывает, как трактуются эти силы и условия:

– по З. Фрейду, основой индивидуального и личностного развития являются врожденные влечения или инстинкты, где единственным источником психической энергии признаются биологические влечения;

– по К. Юнгу, развитие есть «индивидуализация» как дифференциация от общности. Конечная цель индивидуализации – достижение высшей точки «самости», целостности и полного единства всех психических структур;

– по А. Адлеру, человеку от рождения присуще «чувство общности», или «общественное чувство», которое и побуждает его войти в общество, преодолеть чувство собственной неполноценности, обычно возникающее в первые годы жизни, и добиться превосходства за счет разного рода компенсаций;

– по К. Хорни, основной источник энергии для развития личности – чувство беспокойства, неуютности, «коренной тревоги» и порождаемое им стремление к безопасности и т. д.

Очевидно, что личностное развитие, становление человека как личности, социального существа столь многопланово, что его могут одновременно определять как внешние, так и внутренние условия. «Два основных противоречия определяют сущность человека, его развитие и многообразие его сущностных качеств и их сочетаний в характерологические комплексы. Это: а) отчужденность от природы и связь с ней; б) отчужденность от общества, группы, других людей и связь с ними» (Шадриков В. Д., 1993, с. 27). К сожалению, многие теории и основанные на них методы психологии развития абсолютизируют роль отдельных условий развития.

Жизненный путь – история формирования и развития личности в определенном обществе, развития человека как современника определенной эпохи и сверстника определенного поколения.

Глава 13

Принципы психологической педагогики

Школа складывается из учащихся, преподавателей и их работы.

    Я.-А. Коменский

Начнем с прозрачного определения учения, данного Я.-А. Коменским: «Учить (docere) – делать так, чтобы известное кому-то одному узнал и другой. Здесь нужны три стороны: 1) обучаемый – ученик (который а) способен и б) жаден до учения), 2) обучающий – учитель, который должен уметь, мочь и хотеть учить, 3) способ преподавания учения, куда входят примеры, правила, упражнения» (Коменский Я.-А., 1997, с. 473). Такое сочетание противоречий и служит основанием психологической педагогики.

Психологическая педагогика – самостоятельная дисциплина, отличная от педагогической психологии, собственно педагогики или дидактики. Сфера психологической педагогики – теоретическое обоснование и разработка методов причинно-генетического исследования психических функций и сознания; целенаправленное и поэтапное формирование умственных действий и понятий; проектирование учебных действий и учебной деятельности, учебного взаимодействия; теория и практика развивающего образования; личностно ориентированное обучение. Поэтому психологическая педагогика имеет не столько проектировочный, психотехнический характер, сколько характер диалогический, размышляющий, понимающий.

Исследуя психику сознания, деятельности, поведения, психологическая педагогика, во-первых, опирается на методологическую и методическую базу общей психологии: описательный, причинно-генетический, разъясняющий, формирующий, проектирующий и трансформирующий методы.

Во-вторых, она использует содержательные достижения культурно-исторической психологии и психологической теории деятельности – экспериментальные исследования развития функциональных органов индивида, становления превращенных форм действия, их экстериоризации и объективации.

Психологическая педагогика – это существенный шаг в развитии культурно-исторической теории и практики образования, подлинная философия которого состоит в том, что оно ориентируется не на ответное, а на ответственное действие, действие педагогики, понимающей, что не нужно формировать человека по своим меркам, а нужно помочь ему (хотя бы не мешать) стать самим собой. Как это ни удивительно, но в наше смутное время педагоги и психологи начинают думать не только о «зоне ближайшего развития», но и о перспективе бесконечного развития человека.

Ниже мы рассмотрим принципы психологической педагогики, разработанные и
Страница 21 из 52

сформулированные учеными, относящими себя к школе культурно-исторической психологии Л. С. Выготского. Школа Л. С. Выготского сегодня – это своеобразный культурно-генетический код, поскольку многие ее последователи сами создали свои научные школы в психологии и в образовании. Полезно упомянуть их, чтобы напомнить о работах ряда психологов, оказавшихся незаслуженно забытыми.

В литературе все реже встречаются имена А. Р. Лурия, А. Н. Леонтьева, Л. И. Божович, П. Я. Гальперина, Л. В. Занкова, А. В. Запорожца, П. И. Зинченко, Н. А. Менчинской, Л. С. Славиной, Д. Б. Эльконина и др. Похоже, лишь двум теориям развития зарезервировано место в XXI в. Это теории Л. С. Выготского и Ж. Пиаже, которые, как бы кому-то ни хотелось или ни казалось, еще не история. Другие, может быть лучшие, теории пока недооценены, а ведь все перечисленные ученые много сделали для дальнейшего развития концепций Выготского.

Ядром культурно-исторической теории развития является идея возникновения в ходе развития новообразований, которые получили разные наименования: функциональные органы индивида, искусственные органы, артефакты, артеакты и т. п. Подчеркивание функциональности, искусственности означает, что это не анатомо-морфологические органы, хотя, разумеется, функциональные органы строятся и реализуются на их базе.

Согласно Л. С. Выготскому, новообразование – это и признак развития, и сущностная характеристика высшей психической функции: «… развитие не исчерпывается схемой „больше – меньше“, а характеризуется в первую очередь именно наличием качественных новообразований» (Выготский Л. С., 1982–1984, т. 4, с. 247). Он характеризовал возникновение новообразований как главное событие в процессе развития.

Высшая психическая функция является специфическим новообразованием, а «не прямым продолжением и дальнейшим усовершенствованием соответствующей элементарной функции» (Выготский Л. С., 1984, т. 6, с. 56). И наконец: «…высшие психические функции возникают как специфические новообразования, как новое структурное целое, характеризующееся теми новыми функциональными отношениями, которые устанавливаются внутри его» (Выготский Л. С., 1984, т. 6, с. 60).

Для складывающихся ныне концептуальных схем и практик личностно ориентированного обучения полезно учитывать размышления Выготского о центральном новообразовании, которое является ведущим для всего процесса развития на той или иной возрастной ступени и характеризует перестройку всей личности ребенка на новой основе:

«В каждую данную возрастную эпоху развитие совершается не таким путем, что изменяются отдельные стороны личности ребенка, в результате чего происходит перестройка личности в целом, – в развитии существует как раз обратная зависимость: личность ребенка изменяется как целое в своем внутреннем строении и законами изменения этого целого определяется движение каждой его части» (Выготский Л. С., 1984, т. 4, с. 256).

Сегодня новообразования в обучении и развитии – это предмет совместных исследований психологической педагогики и психологической физиологии, созданной трудами А. А. Ухтомского, Н. А. Бернштейна и А. Р. Лурия.

Источником развития, а соответственно, и возникновения новообразований является обучение. Л. С. Выготский доказывал, что процессы обучения и развития взаимосвязаны («единство»), но не тождественны. В своей первой фундаментальной работе «Педагогическая психология», изданной в 1926 г., он характеризовал обучение как источник развития, а роль педагога видел не в том, чтобы толкать и двигать («роль движущей силы выполняет рикша»), а в том, чтобы направлять, регулировать, организовывать, вести вперед развитие. Иными словами, Выготский понимал, что не следует искать движущую силу развития вне ученика:

«В основе воспитательного процесса должна быть личная деятельность ученика, и все искусство воспитателя должно сводиться к тому, чтобы направлять и регулировать эту деятельность» (Выготский Л. С., 1991, с. 82).

Невольно вспоминается И. И. Сеченов, относивший к элементам мысли не только ощущение и восприятие, но и личное действие. Концепция развития Л. С. Выготского заслуживает специального изложения, которое выходит за пределы настоящей книги. Заинтересованного читателя отсылаю к только что опубликованному прекрасному путеводителю по культурно-исторической психологии (Мещеряков Б. Г., 1998). Я же, прежде чем охарактеризовать принципы психологической педагогики, дам свое видение теории развивающего обучения (образования) Д. Б. Эльконина и В. В. Давыдова, созданной авторами в контексте теории Выготского.

Д. Б. Эльконин и В. В. Давыдов разработали свой вариант системы развивающего обучения младших школьников. Ядро их теории составляют представления об учебной деятельности. В своем подходе Д. Б. Эльконин и В. В. Давыдов органично соединили достижения культурно-исторической психологии и психологической теории деятельности. Учебная деятельность рассматривается этими учеными исторически, культурно, а затем и структурно. Теория и солидная практика организации, развития и формирования учебной деятельности не может быть правильно понята и оценена вне широкого философского и психологического контекста, в котором она разрабатывалась и который она так или иначе включила в себя. Вне этого контекста она не заслужила бы наименования «теория».

Основные доминанты системы развивающего обучения:

– практическое сознание;

– теоретическое мышление;

– творчество как ядро личности;

– личность per se;

– рефлексия;

– учебная деятельность, имеющая и сама по себе достаточно сложное строение. В нее входят познавательные потребности, мотивы, задачи, действия и операции.

Лишь при наличии всех перечисленных доминант, или концентров, можно говорить о развивающем обучении в смысле Эльконина – Давыдова. Это непросто понять, но еще труднее реализовать в школьном преподавании. Тем не менее теория и практика развивающего обучения получает все большее распространение.

Самый сложный пункт, которому В. В. Давыдов придавал решающее значение и уделял наибольшее внимание, – это соотношение эмпирического и теоретического мышления. Понимание этого соотношения требует определенной философско-методологической культуры. Там, где ее нет или где она недостаточна, раздаются вполне обывательские упреки: как это возможно в младших классах готовить теоретиков? Прибегну к неожиданной (может быть, и для Д. Б. Эльконина с В. В. Давыдовым) аргументации, что здесь дело не в возрасте. Вот как вспоминал П. А. Флоренский о своем детстве:

«На Аджарском шоссе я с детства приучился видеть землю не только с поверхности, а и в разрезе, даже преимущественно в разрезе, и потому на самое время смотрел сбоку. Тут дело совсем не в отвлеченных понятиях, и до всего, указываемого мною, чрезвычайно легко подойти, руководствуясь рассуждениями. А дело здесь в всосавшихся спервоначала и по-своему сложивших всю мысль привычках ума… В строении моего восприятия план представляется внутренне далеким, а поперечный разрез – близким; единовременность говорит и склонна распасться на отдельные группы предметов, последовательно обозреваемые, тогда как последовательность – это
Страница 22 из 52

мой способ мышления, причем она воспринимается как единовременная. Четвертая координата – времени – стала настолько живой, что время утратило свой характер дурной бесконечности, сделалось уютным и замкнутым, приблизилось к вечности. Я привык видеть корни вещей. Эта привычка зрения потом проросла все мышление и определила основной характер его – стремление двигаться по вертикали и малую заинтересованность в горизонтали» (Флоренский П. А., 1992, с. 99).

Это и есть главные черты теоретического мышления, сложившегося у о. Павла в детские годы. Именно о развитии такого мышления в начальной школе заботился В. В. Давыдов. Его интересовали глубина, корни и вертикаль. Д. Б. Эльконин и В. В. Давыдов никогда не стремились строить образование по типу «шведского стола» знаний (выражение Э. Фромма), и оба с подозрением относились к всезнайкам и скорохватам.

Теоретическое мышление о корнях, истоках, о происхождении и развитии – это живое мышление, вырастающее из живого знания.

Камнем преткновения для любых теорий образования и соответствующих им технологий, будь они традиционными, новаторскими, альтернативными, является главное противоречие, которое тем или иным образом преодолевается, но редко осознается. Это противоречие между необходимостью установления возрастной и образовательной нормы (учитывая ее, разрабатываются стандарты образования и ведется работа над методами и критериями объективно-нормативной диагностики уровней развития) и «неудержимостью онтогенеза» (А. Г. Гурвич), т. е. существованием собственных законов развития человека, в том числе и спонтанного, неподконтрольного образовательной системе. Эффективный путь преодоления этого противоречия содержится в упомянутой теории развивающего образования. Но в ней главным образом делается акцент на технологии обучения и диагностики, разработка которой опирается на представления о «норме развития».

Думаю, что пора попытаться (хотя это крайне сложно) сместить акцент и сделать главным предметом изучения развитие как таковое, а технологическую проблематику сделать производной. Не «норма развития», а «развитие – норма». Именно из этого исходят принцип амплификации развития и обучения, сформулированный А. В. Запорожцем, и представления о спонтанности развития А. В. Запорожца и Н. А. Менчинской. Конечно, трудно принять положение о том, что потенциал развития ребенка может и должен превосходить любую культурную, в том числе образовательную норму. Но если мы этого не признаем, образование нельзя будет назвать развивающим. А если признаем, то должны будем сделать следующий шаг, который еще труднее первого: учитель должен быть конгениален ученику. Это требует, в свою очередь, ориентации образования на индивидуальность и личность ученика. Соединение в одной концептуальной схеме развивающего и личностно ориентированного обучения сделает само образование не только развивающим, но и развивающимся. Ведь оно постоянно имеет дело с подлинным разнообразием неустоявшейся индивидуальности человека (пусть маленького), который еще находится в пути.

Дальнейшее проникновение в тайны развития, в том числе и спонтанного, психики, сознания, деятельности ребенка не может повредить образованию. Некоторые из нижеизложенных принципов наиболее ярко проявляются в самом раннем возрасте, другие – в более взрослом. Вместе они представляют надежную предпосылку и основание для размышления о психологической педагогике и для построения культурно-исторической, а еще лучше – культурно-событийной теории и практики образования.

1. Главным является неудержимость и творческий характер развития. Наиболее демонстративно порождение младенцем знаков, понятных взрослому (плач, улыбка, движение). Речь идет именно о порождении, а не об усвоении, хотя, конечно, этот процесс невозможен вне ситуации взаимодействия со взрослыми. Как писал О. Мандельштам о младенце, «он опыт из лепета лепит и лепет из опыта пьет». Исследования А. В. Запорожца и А. Р. Лурия показали, что дети порождают не только знаки, но и символы. И те и другие являются элементами языка. В этом смысле уже младенец если и не творец культуры, то, несомненно, ее субъект. И нужно очень постараться, чтобы суметь подавить творческий потенциал ребенка, а вместе с ним и ростки культуры. Неслучайно П. А. Флоренский писал, что секрет творчества – в сохранении юности, а секрет гениальности – в сохранении детства на всю жизнь. «Он награжден каким-то вечным детством», – сказала А. Ахматова о Б. Пастернаке.

Творческий характер развития и обучения подчеркнут в известном тезисе Н. А. Бернштейна о том, что упражнение – это повторение без повторения. Ни ребенок, ни взрослый не могут дважды совершенно одинаково осуществить одно и то же движение, произнести одно и то же слово. Каждая реализация своеобразна, как отпечаток пальца. Возникает вопрос о природе эталонов для усвоения, о соотношении консервативных и динамических, творческих сил развития. При совершенствовании процесса обучения этот принцип может реализовываться как с помощью подбора и составления разнообразных упражнений, так и в проблематизации обучающих курсов.

2. Ведущая роль социокультурного контекста или социальной ситуации развития. Она обнаруживается уже в младенческом возрасте при восприятии родного языка, когда у ребенка развивается глухота к фонематическому строю чужого языка, хотя сразу после рождения слух младенца открыт к усвоению любого из почти семи тысяч языков, существующих на Земле.

В преддошкольном и дошкольном детстве социокультурный контекст оказывает решающее влияние на овладение простейшими орудиями и предметами. Очень рано он обнаруживается в жестах, мимике. В более позднем возрасте социокультурный контекст оказывает влияние на процессы формирования образа мира, на характер сенсорных эталонов, перцептивных единиц восприятия, схем памяти – вплоть до общего стиля поведения и деятельности. Программы обучения должны быть наполнены культурными и историческими контекстами и параллелями.

3. Ориентация обучения на сензитивные периоды развития, то есть периоды, наиболее чувствительные к усвоению языка, способов общения, предметных и умственных действий (счет, чтение, оперирование образами, знаками, символами, эстетическое восприятие и т. д.). Наличие этих периодов ставит проблему поиска соответствующего им предметного, знакового, символического содержания, а также соответствующих этим периодам методов обучения. Не меньшее значение имеет установление соотношения между теми или иными сензитивными периодами и анатомо-морфологическим созреванием соответствующих систем и структур организма. Это важно для определения связей между социокультурным и физиологическим контекстом развития, для поиска соответствий и противоречий между ними.

4. Совместная деятельность и общение как движущая сила развития, средство обучения и воспитания. Ограничусь лишь одним примером. Первые представления младенца о таких пространственных категориях, как величина и удаленность предметов, производят впечатление априорных, так как они складываются до формирования его локомоций и предметных действий.
Страница 23 из 52

Согласно Д. Б. Эльконину, это вполне объяснимо, поскольку ребенок на самом деле открывает их не с помощью исключительно собственных действий, а с помощью действий взрослого. Общение необходимо для усвоения достижений исторического развития человечества. Младенец в силу необходимости является гением общения, его лидером, он властно вынуждает к общению окружающих его взрослых. Иное дело, что эта его способность, как, впрочем, и многие другие, утрачивается с возрастом.

5. Ведущая деятельность, законы ее смены как важнейшее основание периодизации детского развития. Д. Б. Эльконин и В. В. Давыдов на большом материале показали, что психологические новообразования каждого периода в жизни ребенка определяются осуществляемой им ведущей деятельностью. Поэтому-то связь типов этой деятельности является внутренним основанием генетической преемственности периодов возрастного психического развития ребенка. Исходной, как это ни удивительно, является деятельность ребенка по управлению поведением взрослого, которая достаточно эффективно осуществляется с помощью порожденных самим ребенком знаковых средств. (Некоторые умудряются дожить до седых волос и не овладеть никакой другой деятельностью, кроме управленческой.) Д. Б. Эльконин говорил (правда, с долей иронии), что не столько семья социализирует ребенка, сколько он сам социализирует окружающих его близких, подчиняет их себе, пытается сконструировать удобный и приятный для себя мир, что, правда, далеко не всегда ему удается. Отсюда и драма понимания или, скорее, непонимания при переходе ребенка в новое для него социальное окружение. Затем последовательно возникают и сменяют друг друга такие ведущие деятельности, как общение, игра, учение, самоопределение, поиск себя, труд и т. д. При этом сам термин «ведущая деятельность» говорит о том, что она не единственная. Все виды деятельности после своего появления могут сосуществовать, взаимодействовать и конкурировать друг с другом. Порядок смены, сосуществования, конкуренции деятельностей составляет важную психологическую проблему в связи с развитием личности, которая должна подниматься над пространством доступных ей видов деятельности, выбирать из них ту или иную или строить новую. Большой интерес представляют нарушения законов смены ведущей деятельности в онтогенезе, анализ таких феноменов, как «инфанты» и «вундеркинды». Язвительный Л. С. Выготский говорил, что все будущее вундеркинда в его прошлом. Полезная в своем возрастном периоде форма ведущей деятельности может стать иллюзорно-компенсаторной в другом.

6. Определение зоны ближайшего развития – метод диагностики способностей, понимаемых как способы деятельности.

«Зона ближайшего развития ребенка – это расстояние между уровнем его актуального развития, определяемым с помощью задач, решаемых самостоятельно, и уровнем возможного развития, определяемым с помощью задач, решаемых под руководством взрослых и в сотрудничестве с более умными товарищами» (Выготский Л. С., 1991, с. 399–400).

«Таким образом, исследуя, что ребенок выполнит самостоятельно, мы исследуем развитие вчерашнего дня. Исследуя, что ребенок способен выполнить в сотрудничестве, мы определяем развитие завтрашнего дня» (Выготский Л. С., 1984, т. 4, с. 24).

Выготский считал, что понятие зоны ближайшего развития раскрывает «природу» сензитивных периодов в обучении. Первое понятие рассматривается как теоретическое, второе – эмпирическое. Знание «природы» позволяет конструировать методы диагностики сензитивных периодов и методы обучения. Поэтому от понятия зоны ближайшего развития идут пути и к исследованиям, и к практике (Мещеряков Б. Г., 1998). В теории развивающего обучения Д. Б. Эльконина – В. В. Давыдова это понятие «приобрело функции общей реальной организации учебной деятельности, в которой усвоение школьниками теоретических знаний происходит в форме их постоянного диалого-дискуссионного сотрудничества и общения как между собой, так и с учителем» (Давыдов В. В., 1996, с. 517).

Необходимы дальнейшие исследования диагностической ценности этого метода определения способностей, равно как и поиск путей практической организации деятельности детей (со взрослыми, со сверстниками, с компьютером) в зоне ближайшего развития. Необходимо создание условий преодоления ребенком зоны ближайшего развития, выхода за ее пределы. Особую проблему составляет определение «размеров» индивидуальной зоны ближайшего развития обучаемого, поскольку негативные последствия может иметь как их преувеличение, так и преуменьшение.

7. Амплификация (обогащение, усиление, углубление) детского развития как необходимое условие разностороннего воспитания ребенка. Особенно велико значение богатства возможностей на ранних ступенях детского развития (А. В. Запорожец) как средства преодоления его односторонности, средства выявления задатков и способностей. Обучаемому, насколько это возможно, должен быть предоставлен широкий выбор разнообразных деятельностей, в которых у него появляется шанс отыскать наиболее близкие его способностям и задаткам. Амплификация – это условие свободного развития, поиска и нахождения ребенком себя в материале, затем преодоления материала и преодоления себя в той или иной форме деятельности или общения.

8. Непреходящая ценность всех этапов детского развития. А. В. Запорожец предупреждал о неразумности (иногда пагубности) торопливости в переводе детей с одной ступени развития на другую, например от образа к слову, от игры к учению, от предметного действия к умственному и т. д. Каждый этап должен исчерпать себя, тогда он обеспечит благоприятные условия для перехода к новому, а его достижения останутся на всю жизнь. Классическая тупость чиновника объясняется игровой дистрофией в детстве. Было бы полезно разработать систему показателей, способных демонстрировать психологическую готовность ребенка к переходу на новую ступень обучения. Здесь, конечно, очень существенна проблема динамической нормы развития.

9. Принцип единства аффекта и интеллекта или близкий к нему принцип активного деятеля. Первая часть указанного принципа получила развитие в работах Л. С. Выготского, вторую часть развивал М. Я. Басов. Объединение обеих частей означает рассмотрение всех психических явлений сквозь призму их возникновения и становления в деятельности человека. Значительный вклад в развитие такого подхода внес С. Л. Рубинштейн, провозгласивший единство сознания и деятельности человека. Это единство должно пониматься не как цель, не как итог или результат, а в качестве непрерывного становления, имеющего циклический, спиральный, противоречивый характер. Оно выражается в становлении сознания в результате взаимодействия его образующих, обладающих гетерогенной (разнородной) деятельностью, эффективной, личностной природой.

10. Опосредствующая роль знаково-символических структур, слова и мифа в формировании предметных действий, знаний, становления личности. Л. С. Выготский придавал этим структурам статус осознаваемости и сознательности (в подлинном смысле слова), вводил материю сознания в ткань психического. Символизация играла при этом роль средства
Страница 24 из 52

осмысления. Игнорирование этого хода мысли является одной из причин сведения психики и сознания к мозгу. В результате ученые ищут в мозге не физиологические системы и структуры, обеспечивающие функционирование сознания, а само сознание или порождающие его причины. Опосредованный характер развития требует выяснения адекватных возрастным особенностям детей внешних средств (предметов, знаков, слов, символов, мифов) и внутренних способов предметной и умственной деятельности. Важнейшую проблему составляет выявление условий перехода от опосредованного действия к действию непосредственному, к поступку, совершаемому мгновенно, как бы без размышления, но остающемуся тем не менее в высшей степени сознательным, свободным, нравственным. Не меньшее значение имеет установление цикличности и спиральности переходов от непосредственного к опосредованному и обратно.

11. Интериоризация и экстериоризация как механизмы развития и обучения. Здесь важны переходы от внешнего к внутреннему и от внутреннего к внешнему. Например, переходы от внешнего предметного действия к предметному и операциональному значениям, к образам, концептам, наконец, к мыслям. Эта последовательность достаточно хорошо изучена. Менее изучены переходы от мысли к образу, где нужен максимум умственного усилия, от мысли к действию, где нужны эмоциональная (и нравственная) оценка и волевое усилие. Перечисленное находится в сфере исполнительной и познавательной деятельности. Механизмы интериоризации и экстериоризации имеются в эффективно-эмоциональной и личностной сфере, где наблюдаются переходы от содействия к сочувствию, сопереживанию, порождению новых жизненных смыслов и замыслов, а от них – к самостоятельным, свободным и ответственным действиям – поступкам. Наличие указанных механизмов и переходов позволяет рассматривать развитие как образование цепи превращенных (и извращенных) форм поведения, деятельности и сознания.

Не только внутренние формы психического, включая сознание, возникают по законам интериоризации, «вращивания», которое одновременно является и «выращиванием». Выращенное сознание, в свою очередь, интериоризируется в предметное, коммуникативное действие. Тогда возникает поступок, тогда «звучат шаги как поступки».

12. Неравномерность (гетерохронность) развития и формирования психических действий. Например, по данным П. И. Зинченко, действие и понимание, дающие эффект непроизвольного запоминания, опережают по своей эффективности произвольное запоминание, выступая средством последнего. При всей полезности подчеркивания неравномерности развития, выделения его этапов, необходимо представлять себе, так сказать, весь «фронт» развития, то есть не столько изолированные уровни развития исполнительных когнитивных, эмоционально-оценочных, личностных компонентов поведения и деятельности, сколько их чередование, выравнивание, затем вновь конкуренцию в темпах становления. Это же характеризует и процесс формирования бытийного, рефлексивного и духовного слоев сознания. Указанная неравномерность сильно затрудняет установление нормы развития и диагностику его уровня.

Перечисление принципов, сформулированных в культурно-исторической теории развития психики и сознания, в психологической теории деятельности, в психологии действия, может быть продолжено. Именно их я называю принципами психологической педагогики. Все они заслуживают более развернутого описания и должны лежать в основе любой современной разумной и человечной системы образования и воспитания. Главное состоит в том, что этой системе или совокупности принципов пока не выдвинуто никакой разумной альтернативы. Задача состоит в их версификации, развитии и операционализации, то есть в создании соответствующих методик, психотехник, культурных педагогических технологий, предназначенных для реализации в педагогической деятельности.

В таком же восстановлении нуждаются концепции, имеющиеся в педагогике, в возрастной физиологии, в гигиене детей и подростков, в профтехобразовании, в эстетическом воспитании, в общей дидактике, в частных методах. Можно предположить, что при их сравнительном анализе выявится наличие многих общих принципов, выраженных на разных языках.

Выполнение работы по реконструкции, дополнению, сравнительному анализу, проверке, операционализации принципов детского развития требует комплексного изучения детства. Это будет существенным шагом в развитии культурно-исторической теории и практики образования.

Глава 14

Возрастная периодизация

На сегодняшний день, к сожалению, не существует единой общепринятой классификации возрастных периодов развития человека, хотя в разное время предпринимались многочисленные попытки создания возрастной периодизации. В результате этого появилось множество различных классификаций, а единой классификации так и не было создано. Вместе с тем можно отметить и наличие общих тенденций в различных возрастных периодизациях, а также близость некоторых из них между собой.

В классификации Дж. Биррена (Birren, 1964) выделяются 8 фаз жизненного развития человека.

Первая фаза – младенчество, охватывает период до 2 лет.

Вторая фаза – предшкольный возраст, от 2 до 5 лет.

Третья фаза – детство, 5 – 12 лет.

Четвертая фаза – юность, 12–17 лет.

Пятая фаза – ранняя взрослость, 17–25 лет.

Шестая фаза – зрелость, 25–50 лет.

Седьмая фаза – поздняя зрелость, 50–75 лет.

Восьмая фаза – старость, от 75 лет и далее.

По мнению Б. Г. Ананьева, недостатком этой классификации является то, что здесь не выдерживается единый принцип дифференциации. Выделение второй фазы (предшкольный возраст) происходит не по возрастному критерию, как в остальных случаях, а по социально-педагогическому признаку. Заметим, что такое смешение критериев возрастной периодизации характерно не только для классификации Дж. Биррена, но является достаточно распространенным явлением (например, Bromley D., 1966; Люблинская А. А., 1959; и др.). Проведя многоаспектный анализ различных подходов к возрастной периодизации, Д. И. Фельдштейн, так же как и Б. Г. Ананьев, обращает внимание на некорректность построения периодизации развития, когда в ее основе лежат разные принципы дифференциации – по возрасту (младенчество, детство и т. д.) и по роду деятельности (дошкольный, школьный и т. д.).

В классификации Д. Бромлей (Bromley D., 1966) выделяются пять циклов развития: внутриутробный, детство, юность, взрослость, старость. При этом каждый цикл в свою очередь подразделяется на несколько стадий.

Цикл «детство» охватывает три стадии: младенчество (от рождения до 18 месяцев), дошкольное детство (от 18 месяцев до 5 лет), раннее школьное детство (от 5 лет до 11–13 лет).

Цикл «юность» подразделяется на две стадии: старшее школьное детство (от 11 до 15 лет), поздняя юность (от 15 лет до 21 года).

Цикл «взрослость» состоит из трех стадий: ранняя взрослость (от 21 года до 25 лет), средняя взрослость (от 25 до 40 лет), поздняя взрослость (от 40 до 55 лет).

В качестве особой переходной стадии выделяется предпенсионный возраст (от 55 до 65 лет). Цикл «старость» начинается от 65 лет и включает в себя также три стадии: отставка (от 65 лет), старый возраст (от 70 лет), третья стадия,
Страница 25 из 52

обозначаемая как финиш, по существу включает в себя период старческих болезней и умирания.

В классификации Э. Эриксона выделяются следующие возрастные этапы, стадии психосоциального развития:

? от рождения до 1 года (младенчество, или орально-сенсорная стадия),

? от 1 года до 3 лет (раннее детство, или мышечно-анальная стадия),

? от 3 до 6 лет (возраст игры, или локомоторно-генитальная стадия),

? от 6 до 12 лет (школьный возраст, или латентная стадия),

? от 12 до 19 лет (подростковый и юношеский возраст),

? от 20 до 25 лет (ранняя зрелость),

? от 26 до 64 лет (средняя зрелость),

? от 65 лет (поздняя зрелость).

В одной из распространенных современных международных классификаций (Квинн В., 2000) выделяются следующие возрастные этапы:

? младенческий возраст – от рождения до 3 лет,

? раннее детство – от 3 до 6 лет,

? детство – от 6 до 12 лет,

? подростковый (юношеский) возраст – от 12 до 18 лет,

? молодость – от 18 до 40 лет,

? зрелый возраст – от 40 до 65 лет,

? пожилой возраст – от 65 лет.

В современном фундаментальном издании по психологии развития Г. Крайг (Craig G., 1996, 2000) приводится периодизация хотя и близкая к вышеуказанной, но не совпадающая с ней полностью. Здесь выделяются следующие возрастные этапы:

? младенческий возраст – от рождения до 2 лет,

? раннее детство – от 2 до 6 лет,

? среднее детство – от 6 до 12 лет,

? подростковый и юношеский возраст – от 12 до 19 лет,

? ранняя взрослость – от 20 до 40 лет,

? средняя взрослость – от 40 до 60 лет,

? поздняя взрослость – от 60 лет и далее.

Поскольку нам необходимо придерживаться в этой книге какой-то определенной периодизации, проведем краткий сравнительно-сопоставительный анализ. Какой же возраст скрывается за всеми этими словами – младенчество, детство, подростковый период и т. д., насколько близки или далеки друг от друга различные классификации?

Сравнительный анализ периодизаций различных авторов

Младенчество рассматривается как возраст: до 1 года (Мухина В. С., 1998; Erikson E., 1963); до 18 месяцев (Bromley D., 1966); до 2 лет (Крайг Г., 2000); до 3 лет (Квинн В., 2000).

Раннее детство рассматривается как возраст: от 1 до 3 лет (Мухина В. С., 1998; Erikson E., 1963); от 18 месяцев до 5 лет (Bromley D., 1966); от 3 до 6 лет (Квинн В., 2000); от 2 до 6 лет (Крайг Г., 2000).

Среднее детство рассматривается как возраст от 6 до 12 лет (Квинн В., 2000; Крайг Г., 2000).

Подростковый и юношеский возраст в современной международной традиции рассматривается в единстве и часто этот этап обозначается одним термином – подростковый возраст (Rice P., 1996). Правда, при этом выделяют обычно две стадии – ранний подростковый (до 14 лет) и старший подростковый (до 19 лет), что соответствует в отечественной традиции выделению подросткового и юношеского возраста.

Итак, подростковый и юношеский возраст рассматриваются в границах: от 11 до 19 лет, с выделением раннего и старшего подросткового возраста (Райс Ф., 2000); от 10 до 17 лет, с выделением подросткового возраста и первого периода юности[1 - Второй период юности определяется в границах от 17 до 21 года.] (Фельдштейн Д. И., 1999); от 12 до 18 лет (Квинн В., 2000); от 12 до 19 лет (Erikson E., 1963; Крайг Г., 2000).

Ранняя взрослость рассматривается как возраст: от 21 года до 25 лет (Bromley D.,1966); 17–25 лет (Birren, 1964); от 20 до 25 лет (Erikson E., 1963); от 20 до 40 лет (Крайг Г., 2000).

Средняя взрослость рассматривается как возраст: от 25 до 50 лет (Birren, 1964); от 25 до 60 лет (Erikson E., 1963); от 35 до 60 лет (Фельдштейн Д. И., 1999); от 40 до 60 лет (Крайг Г., 2000); от 40 до 65 лет (Квинн В., 2000).

Поздняя взрослость (пожилой возраст) рассматривается как возраст: от 50 до 75 лет (Birren, 1964); от 40 до 55 лет, а с учетом переходной стадии – до 65 лет (Bromley D., 1966); от 65 лет (Erikson E., 1963); от 60 лет (Крайг Г., 2000); от 60 до 75 лет (Фельдштейн Д. И., 1999); от 65 лет (Квинн В., 2000).

Как мы видим, существуют заметные расхождения во взглядах. Положение усугубляется еще и тем, что и субъективное самоощущение, и объективные показатели расцвета сил человека или старости, увядания определяются не только хронологическим возрастом.

Существенное значение в действительности имеют и факторы совершенно иного порядка: социоэкономический статус, образовательный уровень, специфика профессиональной деятельности и многие другие. В связи с этим в современной психологии развития все более и более утверждается мнение (Крайг Г., 2000), что точно указать границы стадий развития взрослых людей довольно трудно, если это вообще возможно.

Список литературы

Аверин В. А. Психология в структуре высшего медицинского образования. Дисс. на соиск. уч. степ. д. психол. н. СПб., 1997.

Ананьев Б. Г., Дворяшина М. А., Кудрявцева Н. А. Индивидуальное развитие человека и константность восприятия. Л.: ЛГУ, 1968.

Ананьев Б. Г. О проблемах современного человекознания. М.: Наука, 1977.

Ананьев Б. Г. Человек как предмет познания. Л.: ЛГУ, 1968.

Ананьев Б. Г. Избранные психологические труды. М., 1980.

Анохин П. К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса. М., 1968.

Асмолов А. Г. Историко-эволюционный подход к психологии личности. Дисс. в виде науч. докл. на соиск. уч. степ. д. психол. н. М., 1998.

Асмолов А. Г. Психология личности: Учебник. М.: МГУ, 1990.

Бауэр Э. С. Теоретическая биология = Theoretikal biology: Перепеч. изд. 1935. Будапешт, 1982.

Берг Л. С. Труды по теории эволюции. Л.: Наука, 1977.

Бернштейн Н. А. Предисловие // Тринчер К. С. Биология и информация. Элементы биологической термодинамики. М., 1965.

Бернштейн Н. А. Физиология движений и активность. М., 1990.

Божович Л. И. Этапы формирования личности в онтогенезе // Вопросы психологии. 1978. № 4.

Божович Л. И. Этапы формирования личности в онтогенезе // Вопросы психологии. 1979. № 2.

Выготский Л. С. Педагогическая психология. М., 1991.

Выготский Л. С. Собрание сочинений: В 6 т. М.: Педагогика, 1984. Т. 4, 6

Ганзен В. А. Восприятие целостных объектов. Л.: ЛГУ, 1974.

Давыдов В. В. Проблемы развивающего обучения. М., 1986.

Давыдов В. В. Теория развивающего обучения. М., 1996.

Егорова М. С., Марютина Т. М. Развитие как предмет психогенетики // Вопросы психологии. 1992. № 5–6.

История эволюционных учений в биологии. М.; Л.: Наука, 1966.

Карандашев Ю. Н. Психология развития: Учебное пособие. Минск, 1997.

Квинн В. Прикладная психология. СПб., 2000.

Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Законы эволюции и самоорганизации сложных систем. М.: Наука, 1994.

Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Синергетика как новое мировидение: диалог с Пригожиным // Вопросы философии. 1992. № 12.

Коменский Я. А. Сочинения. М., 1997.

Коффка К. Основы психического развития. М., 1934.

Крайг Г. Психология развития. СПб.: Питер, 2000.

Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М., 1981.

Лешли Д. Работать с маленькими детьми, поощрять их развитие и решать проблемы. М.: Просвещение, 1991.

Митькин А. А. На пути к системной психологии развития // Психологический журнал. Т. 18. 1997. № 3.

Мухина В. С. Возрастная психология. М., 1997.

Мухина В. С. Возрастная психология. М., 1998.

Мухина В. С. Шестилетний ребенок в школе. М., 1986.

Немов Р. С. Психология: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений: В 2 кн. Кн. 1. Общие основы психологии. М., 1994.

Обухова Л. Ф. Детская психология: теории, факты, проблемы. М.: Тривола, 1995.

Педология / Под ред. А. Залкинда. М.; Л., 1934.

Петровский А. В. Проблемы развития личности с позиций социальной психологии // Вопросы психологии. 1984.
Страница 26 из 52

№ 4.

Петровский А. В. Развитие личности и проблема ведущей деятельности // Вопросы психологии. 1987. № 1.

Развитие психофизиологических функций взрослых людей / Под ред. Б. Г. Ананьева, Е. И. Степановой. М.: Педагогика, 1972.

Райс Ф. Психология подросткового и юношеского возраста. СПб., 2000.

Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1940.

Русина Н. А., Урываев В. А. Психологическая характеристика личности ребенка / Методические рекомендации. Ярославль: ЯГМА, 1998.

Рыбалко Е. Ф. Возрастная и дифференциальная психология: Учебное пособие. Л.: ЛГУ, 1990.

Сеченов И. М. Избранные философские и психологические произведения. М., 1947.

Спиноза Б. Этика. Предисловие. М.; Л., 1932.

Степанова Е. И. Психология взрослых людей – основа акмеологии. СПб., 1995.

Тринчер К. С. Биология и информация. Элементы биологической термодинамики. М., 1965.

Узнадзе Д. Н. Психологические исследования. М.: Наука, 1966.

Фельдштейн Д. И. Психология взросления. М., 1999.

Философский энциклопедический словарь. М., 1983.

Флоренский П. А. У водоразделов мысли. Париж, 1992.

Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990.

Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1995.

Фромм Э. Человек для себя. М., 1992.

Холодная М. А. Психология интеллекта: Парадоксы исследования. М.: Томск, 1997.

Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб.: Питер, 1997.

Чуприкова Н. И. Психология умственного развития: Принцип дифференциации. М., 1997.

Шадриков В. О. Философия образования и образовательная политика. М., 1993.

Шмальгаузен И. И. Избранные труды. Пути и закономерности эволюционного процесса. М., 1983.

Штерн В. Психология раннего детства до шестилетнего возраста. Петроград, 1915.

Эльконин Д. Б. Избранные психологические труды. М.: Педагогика. 1989.

Эрман Л., Парсонс П. Генетика поведения и эволюция. М.: Мир, 1984.

Hartman N. Teleologisches Denken. Berlin, 1951.

Stern W. Die menschliche Personlichkeit. 1923.

Часть II

Младенчество (от рождения до двух лет)

Развитие эмбриона и плода

Первый месяц

Первый месяц внутриутробного развития – период наиболее интенсивного роста в жизни организма: по сравнению с зиготой эмбрион увеличивается в 10 000 раз. К концу месяца его длина достигает 1,3 см.

Кровь уже течет по артериям и венам эмбриона, хотя их размер очень мал. Сердце его по размеру сопоставимо с величиной строчной буквы, частота сердечных сокращений – 65 ударов в минуту. На этом этапе уже присутствуют зачатки головного мозга, почек, печени и пищеварительного тракта. Начинает функционировать пуповина – связующее звено между эмбрионом и матерью. Под микроскопом на голове эмбриона можно разглядеть несколько выпуклостей, которые в дальнейшем преобразуются в глаза, уши, нос и рот. Определить пол будущего ребенка еще невозможно.

Второй месяц

К концу второго месяца рост плода – менее 2,5 см, а его вес – 2,1 г. Длина головы равна половине длины всего тела. Четко дифференцируются части лица, появляются зачатки зубов и языка. На руках выделяются кисти и пальцы, на ногах – колени, лодыжки и стопы. Плод покрыт тонкой кожей, можно получить отпечатки пальцев рук и ног. Костные клетки появляются на 8-й неделе внутриутробного развития.

Мозг координирует функционирование органов. Идет развитие половых органов. Сердечный ритм стабилен. В желудке вырабатываются пищеварительные соки; в печени идет образование кровяных клеток. В почках кровь очищается от мочевой кислоты. Кожа реагирует на тактильные раздражения. На грубое механическое раздражение (удар) 8-недельный плод реагирует сгибанием туловища, разгибанием головы и отведением рук назад.

Третий месяц

К концу третьего месяца вес плода достигает 28 г, рост – 7,5 см. Плод имеет ногти, веки (которые пока закрыты), голосовые связки, губы и выступающий нос. Голова плода остается большой – примерно 1 / 3 длины плода, характерен высокий лоб. Пол будущего ребенка на данном этапе определить легко.

Органы уже функционируют: плод может дышать (заглатывая амниотическую жидкость в легкие и выпуская ее обратно), изредка происходит мочеиспускание. В ребрах и позвоночнике соединительная ткань сменяется хрящевой.

Рефлексы плода достаточно разнообразны: он двигает ногами, руками, большими пальцами рук и головой; рот плода открывается и закрывается, совершает глотательные движения.

При прикосновении к векам плод щурится, при прикосновении к ладони – частично сжимает кисть в кулачок; прикосновение к губам вызывает сосательный рефлекс; при ударе по пяткам пальцы ног разгибаются. Эти рефлексы присутствуют у новорожденного и исчезают в течение первых месяцев жизни.

Четвертый месяц

Тело растет быстрее головы, и пропорция длина головы / длина тела становится равной 1:4 (как и у новорожденного). Рост плода – 20–25 см, вес – около 170 г. Длина пуповины примерно равна длине плода и увеличивается вместе с ним. К этому моменту заканчивается развитие плаценты.

Мать начинает чувствовать движения ног плода – так называемые шевеления, которые в ряде стран и религиозных школ считаются началом человеческой жизни. Рефлексы плода становятся более «живыми» вследствие развития мышечной системы.

Пятый месяц

Вес плода на данном этапе колеблется в пределах 340–450 г, длина достигает 31 см. Появляются индивидуальные черты внешности, присущие данному плоду.

Стабилизируется смена состояний, подобных сну и бодрствованию, особое положение плода (предлежание). Возрастает двигательная активность: плод толкается, потягивается, чешется. Если приложить ухо к животу матери, можно услышать сердцебиение. Начинают работать потовые и сальные железы.

Дыхательная система плода еще не приспособлена к адекватному дыханию вне матки; дети, родившиеся на этом сроке, как правило, не выживают.

Начинают расти волосы: жесткие – брови и ресницы, тонкие – на голове и шелковистые, или лануго (lanugo), – по всему телу.

Шестой месяц

Скорость роста плода несколько снижается, и к концу шестого месяца плод имеет рост около 35 см, вес – 560 г. Появляется подкожная жировая клетчатка. Заканчивается развитие глаз: они открываются, закрываются и смотрят во всех направлениях. Плод способен слышать, плакать, сильно сжимать руку в кулачок.

Дети, родившиеся на шестом месяце, имеют очень небольшой шанс остаться в живых, так как формирование их дыхательного аппарата еще не завершено. Тем не менее встречаются случаи, когда ребенок, рожденный на этом сроке, выживает.

Седьмой месяц

К концу седьмого месяца длина плода приближается к 40 см, вес колеблется от 1,4 до 2,3 кг. Рефлексы на этом сроке окончательно сформированы. Плод дышит, глотает, делает движения, похожие на издавание крика, может сосать большой палец руки. Лануго к этому времени могут исчезнуть, а могут сохраниться даже до рождения. Волосы на голове продолжают расти. Шансы плода весом как минимум 1,5 кг на выживание достаточно высоки при условии интенсивных медицинских мероприятий. Плод доращивается в условиях изоляции от внешней среды (кювезе) до достижения массы 2,3 кг.

Восьмой месяц

Восьмимесячный плод достигает 45–50 см в длину и весит 2,3–3,2 кг. Ему становится мало места, и его двигательная активность снижается. В течение этого и следующего месяца по всему телу идет формирование жировой
Страница 27 из 52

клетчатки, которая поможет ребенку приспосабливаться к изменению внешней температуры после рождения.

Девятый месяц и новорожденный

Примерно за неделю до рождения плод прекращает расти, достигая в длину 50 см, масса плода примерно равна 3,4 кг. Мальчики обычно немного длиннее и тяжелее девочек. Продолжает формироваться жировая клетчатка, повышается эффективность работы различных систем органов, повышается частота сердечных сокращений, через пуповину начинает удаляться большее количество продуктов обмена. Цвет кожи, поначалу красноватый, бледнеет. На момент рождения общий срок пребывания плода в утробе матери примерно равен 266 дням, хотя обычно называемый срок беременности – 280 дней, так как большинство врачей начинают отсчет от последнего менструального цикла матери.

Глава 1

Когнитивные особенности

Развитие когнитивной сферы ребенка мы будем рассматривать в контексте развития познавательных психических процессов.

К познавательным психическим процессам относятся психические процессы, связанные с восприятием и переработкой информации. В их число входят: ощущения, восприятия, представления, память, воображение, мышление, речь. Именно благодаря данным процессам человек получает сведения об окружающем его мире и о себе самом.

Следует отметить, что психические явления, входящие в данную группу процессов, не только имеют существенные различия, но и тесно взаимосвязаны между собой. Поэтому очень часто о них говорят как об интеллектуальной сфере человека или как о когнитивных процессах.

Интеллектуальная сфера – относительно устойчивая структура умственных способностей индивида, которые могут влиять на его стиль и стратегию решения различных проблем.

Когнитивные процессы – совокупность процессов, обеспечивающих преобразование сенсорной информации от момента попадания стимула на рецепторные поверхности до получения ответа в виде знания.

Развитие психических познавательных процессов, как правило, протекает неравномерно. На первых этапах возрастного развития прежде всего происходит развитие тех процессов, которые обеспечивают контакт человека с внешней средой через наглядные образы. К числу таких процессов относятся ощущения и восприятия.

Развитие ощущений

Ощущение – отражение свойств предметов объективного мира, возникающее при их непосредственном воздействии на органы чувств.

Ощущение – это психический процесс, начинающий развиваться сразу после рождения ребенка. Суть ощущений заключается в отражении психикой ребенка отдельных свойств предметов, таких как тепло и холод, твердость и мягкость, цвет и др. Благодаря ощущениям человек получает самую разнообразную информацию о внешнем мире. В настоящее время существует несколько наиболее популярных классификаций ощущений, благодаря которым возможно представить весь объем получаемой человеком информации.

Чаще всего встречается классификация, основанная на модальности ощущений, отражающих характеристики основных органов чувств. Поэтому принято говорить о зрительных ощущениях, слуховых, вкусовых, обонятельных, осязательных и др.

Спустя непродолжительное время после рождения ребенок испытывает ощущения всех видов. Однако степень зрелости этих чувств и этапы их развития различны.

Развитие кожной чувствительности

Сразу после рождения у ребенка более развитой оказывается кожная чувствительность. При появлении на свет ребенок дрожит из-за различия температуры тела матери и температуры комнаты. Реагирует новорожденный ребенок и на прикосновения, причем наиболее чувствительны у него губы и вся область рта. Вполне вероятно, что новорожденный может ощущать не только тепло и прикосновение, но и боль.

Развитие вкусовой чувствительности

Уже к моменту рождения у ребенка достаточно высоко развита вкусовая чувствительность. Новорожденные дети ярко реагируют на введение им в рот раствора хинина или сахара. Через несколько дней после рождения ребенок уже способен отличить молоко матери от подслащенной воды, а последнюю – от простой воды.

Развитие обонятельной чувствительности

С момента рождения у ребенка уже достаточно развита обонятельная чувствительность. Новорожденный ребенок по запаху материнского молока определяет, есть в комнате мама или нет. Если ребенок первую неделю питался материнским молоком, то он будет отворачиваться от коровьего, лишь почувствовав его запах.

Однако следует отметить, что обонятельные ощущения, не связанные с питанием, развиваются у ребенка достаточно долго. Они мало развиты у большинства детей даже в четырех-пятилетнем возрасте.

Развитие слуха

Более сложно, чем обоняние и вкус, развиваются у ребенка зрение и слух.

Это объясняется прежде всего сложностью строения и функционирования данных органов чувств и меньшей зрелостью их к моменту рождения ребенка.

В первые дни после рождения ребенок не реагирует на звуки, даже очень громкие. Это объясняется тем, что слуховой проход новорожденного заполнен околоплодной жидкостью, которая рассасывается лишь через несколько дней после рождения. Обычно ребенок начинает реагировать на звуки в течение 1-й недели, иногда этот срок затягивается до 2–3 недель.

Первые реакции ребенка на звук имеют характер общего двигательного возбуждения: ребенок вскидывает ручки, шевелит ножками, издает громкий крик. Чувствительность к звуку у новорожденного ребенка очень низкая, но постепенно в первые недели его жизни она возрастает. Через 2–3 месяца ребенок начинает воспринимать направление звука, поворачивая голову в сторону источника звука. На 3–4-м месяце некоторые дети начинают реагировать на пение и музыку улыбкой, общим оживлением.

Что касается развития речевого слуха, то ребенок прежде всего начинает реагировать на интонацию речи. Это наблюдается на 2-м месяце жизни, когда ласковый тон мамы действует на ребенка успокаивающе.

Немного позже ребенок начинает воспринимать ритмическую сторону речи и общий звуковой рисунок слов. Однако различение звуков речи наступает только к концу первого года жизни малыша. С этого момента и начинается развитие собственно речевого слуха. Сначала у ребенка возникает способность различать гласные, а спустя некоторое время он начинает различать и согласные.

Развитие зрения

Наиболее медленно у ребенка развивается зрение. Абсолютная чувствительность к свету у новорожденных детей достаточно низкая, но уже в первые дни жизни она заметно возрастает. С момента появления у малыша зрительных ощущений ребенок начинает реагировать на свет различными двигательными реакциями.

Однако цвет ребенок различает очень плохо, и развитие этой его способности идет очень медленно. Установлено, что ребенок начинает различать цвет на 5-м месяце своей жизни, после чего у него незамедлительно появляется интерес ко всякого рода ярким предметам.

Новорожденный ребенок не может различать предметы. Эта способность возникает у малыша лишь в процессе развития у него восприятия.

Развитие восприятия

Восприятие – это целостное отражение предметов, ситуаций, явлений, возникающих в сознании человека при непосредственном воздействии
Страница 28 из 52

физических раздражителей на рецепторные поверхности его органов чувств.

Основным отличием восприятия от ощущения является то, что в процессе восприятия у человека формируется целостное представление о предмете, а не только об его отдельных свойствах. Например, когда мы сидим за столом, то мы понимаем, что сидим именно за столом, а не за чем-то непонятным, имеющим определенную температуру, твердость и цвет.

Некоторые авторы не без основания полагают, что ощущения являются составной частью восприятия. Подобное мнение основывается на том, что физиологические механизмы ощущений (рецепторы, афферентные нервы, сенсорные, или первичные, поля коры головного мозга) являются элементами физиологической системы, обеспечивающей функционирование процесса восприятия. Кроме того, в функционировании процесса восприятия весьма значимую роль играют вторичные, или интегративные, поля коры головного мозга. Они соединяют в единое целое информацию, полученную от разнообразных ощущений. С психологической точки зрения восприятие – это чрезвычайно сложный процесс, тесно взаимосвязанный с другими психическими процессами, происходящими в организме человека. Экспериментальные исследования позволяют утверждать, что в формировании образа предмета реального мира кроме ощущений задействована память, мышление, речь и др. Поэтому очень часто о восприятии говорят как о своеобразной перцептивной деятельности. Следовательно, когда ребенок начинает выделять предметы из окружающего его мира, это свидетельствует о переходе его психического развития на более высокую ступень.

Предметное восприятие

Новорожденный ребенок, обладая определенными ощущениями, не может «видеть» окружающие его предметы. Это объясняется тем, что движение глаз ребенка не согласовано: один глаз может смотреть в одну сторону, другой в другую или вообще может быть закрытым.

По мнению Б. М. Теплова, признаки предметного восприятия у ребенка начинают проявляться в возрасте 2–4 месяцев, когда начинают формироваться его действия с предметами. Ребенок, перебирая в руках какой-то предмет, предпринимает попытки зафиксировать на нем свой взгляд. Данное «достижение» малыша дает основание предполагать о начале развития у него восприятия. Поэтому очень часто говорят о том, что «рука учит глаз».

Психологические теории

Известный швейцарский ученый Жан Пиаже, длительное время изучавший закономерности развития психики ребенка, разработал концепцию стадийного ее развития. В частности, он рассматривал сенсорное развитие детей первого года жизни в двух направлениях: в отношении ребенка с неживыми предметами и в отношении с окружающими его людьми. В каждом из этих направлений он выделил несколько стадий развития психики ребенка, которые, по его мнению, отражают закономерности развития перцептивной сферы (см. таблицу).

К 5–6 месяцам количество случаев фиксации взора малыша на предмете увеличивается, однако на этом развитие восприятия у ребенка только лишь начинается.

Важнейшим условием развития восприятия как психического процесса является практика. Однако ребенок в возрасте до 2 лет лишен какой-либо самостоятельности и нуждается в постоянной опеке со стороны взрослых.

Поэтому его контакты с предметами реального мира чаще всего происходят в процессе совместной деятельности со взрослыми. Следовательно, чем чаще ребенок общается со взрослым, тем больше он совершает разнообразных действий с окружающими предметами и, соответственно, тем более быстрыми темпами происходит развитие его восприятия.

Однако следует отметить, что развитие восприятия не может осуществляться изолированно от развития мышления и речи. Как известно, процессы мышления задействованы в процессе предметного восприятия окружающего мира. Так, при восприятии реального мира человек присваивает каждому предмету какое-то значение, а делает он это с помощью слова.

Развитие речи

Развитие речи проходит в несколько этапов. Чаще всего выделяют четыре периода развития речи у ребенка. Первый период является периодом подготовления словесной речи.

Период подготовления словесной речи

Этот период начинается с первых дней жизни ребенка и длится до конца первого года его жизни.

Голосовые реакции наблюдаются уже у новорожденных. Это хныканье. Несколько позднее (3–4 недели) они превращаются в редкие отрывистые звуки – зачатки лепета. Первые звуки, произносимые ребенком, лишены функции речи. Они возникают, скорее всего, из-за органических ощущений или двигательных реакций на внешний раздражитель. Однако уже в возрасте 2–3 недель дети начинают прислушиваться к звукам, а в возрасте 2–3 месяцев начинают связывать звуки голоса с присутствием взрослого. Так, услышав голос, 3-месячный ребенок начинает глазами искать взрослого. Это явление уже можно рассматривать как первые зачатки речевого общения.

Стадии развития техники ребенка по Пиаже

После 3–4 месяцев звуки, произносимые ребенком, становятся более многочисленными и разнообразными. Это объясняется тем, что ребенок начинает бессознательно подражать речи взрослого, прежде всего ее интонационной и ритмической стороне. В лепете ребенка появляются певучие гласные, которые, входя в сочетание с согласными звуками, образуют повторяющиеся слоги типа: «да-да-да» или «ня-ня-ня».

Со второй половины первого года жизни у ребенка появляются элементы настоящего речевого общения. Они выражаются первоначально в том, что у ребенка появляются специфические реакции на жесты взрослого, сопровождаемые словами. Например, на зовущий жест руками взрослого, сопровождаемый словами «иди-иди», ребенок протягивает руки. Дети этого возраста реагируют и на отдельные слова. Например, на вопрос «Где мама?» ребенок поворачивается в сторону матери или ищет ее глазами. Таким образом, в 6–6,5 месяцев ребенок начинает связывать воспринимаемый предмет с определенным словом – именем или названием объекта и предмета.

С 7–8 месяцев у ребенка значительно увеличивается количество слов, которые он связывает с определенными действиями или впечатлениями.

Существенной особенностью речевого развития детей является то, что первое понимание слов ребенком возникает, как правило, в действенных и эмоциональных для ребенка ситуациях. Обычно это ситуация взаимного действия ребенка и взрослого с какими-нибудь предметами. Однако первые слова, усваиваемые ребенком, воспринимаются им весьма своеобразно. Они неотделимы от эмоционального переживания и действия. Поэтому для самого ребенка эти слова еще не являются настоящим языком, хотя характерно, что возникновение первых осмысленных слов, произносимых ребенком, также происходит в действенных и эмоциональных для него ситуациях. Их зачатки проявляются в виде жеста, сопровождаемого определенными звуками.

С 8–9 месяцев у ребенка начинается период развития активной речи. Именно в этот период у ребенка отмечаются постоянные попытки подражать звукам, произносимым взрослыми. При этом ребенок подражает звучанию только тех слов, которые вызывают у него определенную реакцию, то есть приобрели для него некоторый
Страница 29 из 52

смысл.

Существенной особенностью речевого развития детей является то, что первое понимание слов ребенком возникает, как правило, в действенных и эмоциональных для ребенка ситуациях.

Одновременно с началом попыток активной речи быстро увеличивается количество понимаемых ребенком слов. Так, до 11 месяцев прирост слов в месяц составляет от 5 до 12 слов, а в 12 – 13-й месяцы этот прирост увеличивается до 20–45 новых слов. Это объясняется тем, что вместе с появлением у ребенка первых произносимых им слов развитие речи происходит в процессе собственно речевого общения. Теперь речь ребенка начинает побуждаться собственно обращенными к нему словами.

Нормы развития

По мнению С. Н. Карповой, основными характеристиками развития речи ребенка в первый год жизни являются следующие стадии.

1. К концу 1-го – началу 2-го месяца жизни у ребенка возникает специфическая реакция на человеческую речь – особое внимание к ней, называемое слуховым сосредоточением.

2. На 3-м месяце жизни в ответ на речевые обращения взрослого у ребенка появляются собственные речевые реакции, входящие в состав известного «комплекса оживления». Вначале ребенок произносит короткие отрывистые звуки. Затем у него появляются протяжные, певучие и тихие звуки, которые преимущественно воспроизводят интонацию взрослых. Позднее возникает ритмическое и звуковое речевое подражание.

3. Примерно с 4 месяцев ребенок начинает различать высказываниявзрослых по интонации, что свидетельствует о том, что он уже умеет пользоваться речью как средством эмоционального общения.

4. На 6-м месяце жизни ребенок ориентируется не только на эмоциональный тон и характер высказывания, но также и на другие его признаки, например на ритмику взрослой речи. Одновременно возрастает и фонетическая организованность собственных звуков ребенка. Завершается переход ребенка к лепету, который представляет собой следующий шаг в развитии его активной речи. К концу первого полугодия жизни наряду с эмоциональным общением возникает и обособляется предметное общение.

5. Во 2-м полугодии жизни ребенок начинает пользоваться «псевдословами», которые, выполняя сигнальную функцию, еще не имеют постоянных обобщенных значений.

С 8–9 месяцев ребенок произносит звуки, а затем и целые слова по заданному взрослым образцу. И к концу первого года жизни малыш усваивает семантику слова как целостный комплекс физических звуков, имеющих некоторый обобщенный смысл.

Период первоначального овладения языком

В конце 1-го – начале 2-го года жизни у ребенка начинается период развития собственно речевого общения, которое выделяется теперь уже в самостоятельную форму общения малыша с окружающими. Таким образом происходит переход к следующему этапу овладения ребенком речью – периоду первоначального овладения языком.

Факторы развития

В основе этого периода лежит быстрое общее развитие ребенка и усложнение его отношений с окружающим миром, что и создает у малыша настоятельную потребность о чем-то сказать, т. е. потребность в речевом общении становится одной из жизненных потребностей ребенка.

Стадия «слов-предложений»

Следует отметить, что рассматриваемый период развития речи у ребенка может быть условно разделен на несколько стадий. Первая стадия – стадия «слов-предложений». Она начинается на 12 – 13-м месяце жизни и длится до полутора лет.

Первые слова ребенка отличаются особым своеобразием. Малыш уже в состоянии указать или обозначить какой-либо предмет, но эти слова неотделимы от действия с данным предметом и отношения к нему.

Ребенок не пользуется словом для обозначения абстрактных понятий. Звуковые подобия слов и отдельные членораздельные слова в данный период всегда связаны с деятельностью ребенка, манипуляцией с предметами, с процессом общения. При этом одним и тем же словом ребенок может называть совершенно разные предметы. Например, слово «ки-ки» у ребенка может означать и кошку, и меховую шубу.

Следующей особенностью данного периода является то, что высказывания ребенка ограничиваются всего лишь одним словом – как правило, существительным, выполняющим функцию целого предложения. Например, обращение к матери может означать и призыв о помощи, и просьбу о том, что ребенку необходимо что-то сделать, и др. Поэтому смысл произносимых ребенком слов зависит от конкретной ситуации и от сопровождающего его жеста или действия малыша. Значимость конкретной ситуации сохраняется и тогда, когда ребенок начинает произносить два-три слова, но еще грамматически несопоставимых друг с другом, поскольку речь на данном этапе развития не является грамматически дифференцированной.

Эти особенности речи ребенка внутренне связаны с тем, что его мышление, наряду с которым формируется и речь, еще имеет характер наглядных, практически действенных интеллектуальных операций. Обобщенные представления, возникающие в процессе интеллектуальной деятельности ребенка, уже оформляются и закрепляются в его сознании в конкретных словах языка. Эти слова сами включаются в мышление ребенка на данном этапе только в наглядном, практическом процессе.

Надо отметить, что в этот период речевого развития ребенка не является достаточно развитой и фонетическая сторона детской речи. Малыш часто пропускает в словах отдельные звуки и даже целые слоги. Например, «Эня» вместо «Женя» и др. Нередко ребенок переставляет звуки в словах или замещает одни звуки другими. Например, «осё» вместо «хорошо» и др.

Стадия двух-трехсловных предложений

Вторая стадия начинается со 2-го полугодия 2-го года жизни ребенка. Эта стадия может быть охарактеризована как стадия двух-трехсловных предложений или как стадия морфологической расчлененности детской речи. С переходом к данной стадии начинается весьма быстрый рост активного словаря ребенка, который к 2 годам достигает 250–300 слов, имеющих уже гораздо более устойчивое и четкое значение.

Нормы развития

На данной стадии речевого развития у ребенка появляется умение самостоятельно употреблять ряд морфологических элементов со свойственным им в языке значением. Например, ребенок начинает более грамотно использовать число в именах существительных, категории уменьшительности и категории повелительности, падежи существительных, времена и лица глаголов.

К этому возрасту ребенок овладевает почти всей системой звуков языка. Исключение составляют плавные Р и Л, свистящие С и З и шипящие Ж и Ш.

Увеличение темпов овладения языком на данной стадии речевого развития ребенка может быть объяснено тем, что в своей речи малыш пробует выразить не только то, что с ним происходит в данную минуту, но и то, что с ним было раньше, то есть что не связано с наглядностью и действенностью конкретной ситуации. Вероятно, это явление в свою очередь обусловлено развитием мыслительных процессов у ребенка.

Развитие мышления

Мышление является высшим психическим познавательным процессом. Суть данного процесса заключается в порождении нового знания на основе творческого отражения и преобразования в сознании человека окружающей действительности.

Как известно, развитие речи ребенка самым тесным образом связано с
Страница 30 из 52

мышлением, поскольку человек излагает свои мысли в речевой форме. Однако речь является не только формой мышления, но и его орудием. Человек не может мыслить без участия речи. Все, что имеет для нас смысл, трансформируется в речевую форму. Поэтому можно предположить, что развитие мышления обусловило необходимость более точного выражения сформированных понятий, мыслей. Это, вероятно, и подталкивает ребенка к овладению точными значениями слов языка, его морфологией и синтаксисом, к совершенствованию фонетики своей речи.

Мышление, как и любой психический познавательный процесс, имеет свои специфические характеристики и признаки (см. схему).

Характеристики мышления

Бурное развитие речи ребенка во второй год жизни может быть косвенным подтверждением того, что у него начинают активно развиваться мыслительные процессы. Развитие мышления ребенка, безусловно, имеет свои закономерности.

Этапы развития мышления

В настоящее время существуют различные теории, которые пытаются определить основные этапы и механизмы развития мышления человека в его онтогенезе. Ряд теорий противоречат друг другу. Тем не менее есть общепринятые точки зрения в отношении закономерностей развития мышления.

Обобщение

Обобщение – продукт мыслительной деятельности, форма отражения общих признаков и качеств явлений действительности.

В большинстве существующих в настоящее время подходов к периодизации этапов развития мышления принято считать, что начальный этап развития мышления человека связан с обобщениями. При этом первые обобщения ребенка неотделимы от его практической деятельности: мы видим, как ребенок совершает одни и те же действия со сходными между собой предметами. Эта тенденция начинает проявляться уже в конце 1-го года жизни малыша. Причем проявление мышления у ребенка является жизненно необходимой тенденцией, поскольку сам процесс мышления для ребенка имеет практическую направленность. Оперируя предметами на основе знания отдельных их свойств, ребенок уже в начале 2-го года жизни может решать определенные практические задачи.

Например, ребенок в возрасте 1 года и 1 месяца в состоянии догадаться, что для того чтобы достать орехи со стола, необходимо к столу поставить скамейку. Или другой пример: мальчик в возрасте 1 года и 3 месяцев, для того чтобы передвинуть тяжелый ящик с вещами, сначала вынул половину вещей, а потом выполнил необходимую операцию.

Во всех вышеприведенных примерах ребенок опирался на опыт, уже полученный им раньше. Причем следует учитывать, что этот опыт ребенка не всегда является его личным опытом. Очень многое ребенок узнает, когда наблюдает за взрослыми.

Овладение речью

Следующий этап развития мышления ребенка связан с овладением им речью. Слова, которыми овладевает ребенок, являются для него опорой для обобщений. Они очень быстро приобретают для него общее значение и очень легко переносятся с одного предмета на другой. Однако в значение первых слов нередко входят только какие-то отдельные признаки предметов и явлений, которыми ребенок и руководствуется, относя к ним слово. Вполне естественно, что этот признак, существенный для ребенка, на самом деле является далеко не существенным. Например, слово «яблоко» детьми весьма часто сопоставляется со всеми круглыми предметами, а иногда и со всеми предметами красного цвета.

Сравнение

Сравнение – одна из логических операций мышления, суть которой заключается в сопоставлении одинаковых по модальности признаков и свойств различных предметов между собой.

Другим весьма значимым этапом развития мышления ребенка является этап, в процессе которого малыш может один и тот же предмет назвать несколькими словами. Это явление наблюдается, как правило, в возрасте около 2 лет и свидетельствует о формировании у ребенка такой умственной операции, как сравнение. На данном этапе развития мышления в сознании ребенка происходит процесс обнаружения сходства или различия между предметами и явлениями реального мира. Когда мы смотрим на два предмета, мы всегда замечаем, в чем они похожи или в чем они различаются. Следовательно, к концу 2-го года жизни ребенок в состоянии обнаружить различия между окружающими его предметами.

Развитие памяти

Говоря об особенностях психического развития детей в возрасте до 2 лет, нельзя не остановиться на особенностях проявления такого психического процесса, как память. Неоспоримым является тот факт, что развитие восприятия, мышления и речи не может осуществляться без участия памяти. Ребенок не может выучить слово, если не в состоянии его запомнить.

Первоначальным проявлением памяти можно считать условные рефлексы, которые наблюдаются уже в первые месяцы жизни ребенка. Например, прекращение плача, когда в комнату входит мама.

Более отчетливо проявление памяти обнаруживается тогда, когда ребенок начинает узнавать предметы. Впервые этот процесс наблюдается в конце 1-го полугодия жизни малыша и сначала ограничивается узким кругом объектов: ребенок узнает мать, других людей, которые его постоянно окружают, вещи, с которыми он часто имеет дело. Причем все это узнается, если не происходит длительного перерыва в восприятии предмета. Если же промежуток времени между узнаванием и последним восприятием предмета, так называемый латентный (скрытый) период, был достаточно большим, то ребенок может не узнать предъявляемый ему предмет. Обычно этот скрытый период не должен превышать несколько дней, иначе ребенок будет не в состоянии узнать что-либо или кого-либо.

Постепенно круг предметов, которые ребенок узнает, увеличивается. Удлиняется и скрытый период. К концу 2-го года жизни ребенок может узнать то, что видел за несколько недель до этого. Таким образом, к концу 2-го года жизни память ребенка достигает уровня развития, обеспечивающего дальнейший рост всех психических процессов в его организме.

Развитие внимания

Однако рассмотрение особенностей развития когнитивной сферы человека в возрасте до 2 лет было бы неполным без анализа особенностей развития внимания ребенка.

Под вниманием принято понимать направленность и сосредоточенность психической деятельности на чем-либо определенном.

Внимание, как и большинство психических процессов, имеет свои этапы развития.

Развитие непроизвольного внимания

Непроизвольное внимание – один из видов внимания – психический процесс, который возникает независимо от сознания человека и заключается в вынужденном сосредоточении субъекта в данный момент времени на каком-либо реальном или идеальном объекте.

В первые месяцы жизни у ребенка отмечается наличие только непроизвольного внимания. Ребенок вначале реагирует исключительно на внешние раздражители, причем только в случае их резкой смены. Например, при переходе от сумерек к яркому свету, при внезапных громких звуках, при смене температуры и т. п.

Начиная с 3-го месяца ребенок начинает все больше заинтересовываться внешними объектами, тесно связанными с его жизнью, то есть наиболее близкими к нему.

В 5–7 месяцев ребенок уже в состоянии достаточно долго рассматривать какой-нибудь предмет, ощупывать его, брать в рот. Особенно заметно
Страница 31 из 52

проявление его интереса к новым ярким и блестящим предметам. Это позволяет говорить о том, что его непроизвольное внимание в этот период жизни достаточно развито и интенсивно.

Развитие произвольного внимания

Произвольное внимание – один из видов внимания – психический процесс, который заключается в сознательном и активном сосредоточении субъекта в данный момент времени на каком-либо реальном или идеальном объекте.

Зачатки произвольного внимания обычно начинают проявляться к концу 1-го – началу 2-го года жизни ребенка. Можно предположить, что возникновение и формирование произвольного внимания связано с процессом воспитания ребенка. Окружающие ребенка люди постепенно приучают его выполнять не то, что ему хочется, а то, что ему нужно делать.

Мнение ученых

По мнению Н. Ф. Добрынина, в результате воспитания дети вынуждены обращать внимание на требуемое от них действие, и постепенно у них, пока еще в примитивной форме, начинает проявляться сознательность.

Роль игры в развитии внимания

Большое значение для развития произвольного внимания имеет игра. В процессе игры ребенок учится координировать свои движения сообразно задачам игры и направлять свои действия в соответствии с ее правилами. Параллельно с произвольным вниманием на основе чувственного опыта развивается и непроизвольное внимание. Знакомство со все большим и большим количеством предметов и явлений, постепенное формирование умения разбираться в простейших отношениях, постоянные беседы с родителями, прогулки с ними, игры, в которых дети подражают взрослым, манипулирование с игрушками и другими предметами – все это обогащает опыт ребенка, а вместе с тем развивает его интересы и внимание. Следовательно, игры ребенка, особенно с участием взрослого, являются важнейшим условием развития внимания ребенка.

Резюме

На первых этапах когнитивного развития прежде всего происходит развитие тех процессов, которые обеспечивают контакт человека с внешней средой через наглядные образы. К числу таких процессов относятся ощущения и восприятия. Сразу после рождения у ребенка более развитой оказывается кожная чувствительность, достаточно высоко развита вкусовая и обонятельная чувствительность. Развитие зрения и слуха происходит постепенно в течение всего периода младенчества.

Развитие речи у ребенка проходит в несколько этапов:

– период подготовления словесной речи. После 6 месяцев жизни у ребенка появляются элементы настоящего речевого общения;

– в конце 1-го – начале 2-го года жизни происходит переход к следующему этапу овладения ребенком речью – периоду первоначального овладения языком. Потребность в речевом общении становится одной из жизненных потребностей ребенка.

Развитие мышления проходит в этом возрасте несколько стадий: обобщение, развитие речи, сравнение.

К концу 2-го года жизни память ребенка достигает уровня развития, обеспечивающего дальнейший рост всех психических процессов в его организме.

В первые месяцы жизни у ребенка отмечается наличие только непроизвольного внимания. Зачатки произвольного внимания обычно начинают проявляться к концу 1-го – началу 2-го года жизни ребенка.

Глава 2

Аффективная сфера

В процессе познания действительности у человека формируется то или иное отношение к предметам и явлениям, окружающим его: к вещам, событиям, к другим людям, к своей личности. Таким образом, эмоциями называют переживание человеком своего отношения к окружающей действительности и к самому себе.

Эмоции (франц. emotion, от лат. еmoveo – потрясаю, волную) – особый класс психических процессов и состояний, связанных с инстинктами, потребностями и мотивами. Эмоции выполняют функцию регулирования активности субъекта путем отражения значимости внешних и внутренних ситуаций для осуществления его жизнедеятельности (Философская энциклопедия, 1970).

В психологии выделяется 10 фундаментальных эмоций, которые обладают свойственными именно им адаптивными функциями и уникальными мотивационными качествами. Это: 1) интерес-волнение, 2) радость, 3) удивление, 4) горе-страдание, 5) гнев, 6) отвращение, 7) презрение, 8) страх, 9) стыд, 10) вина.

Как отмечает К. Э. Изард, одной из причин возникновения человеческих эмоций является необходимость обеспечения социальной связи между матерью и ребенком. Младенец просто не выжил бы, если бы его мать не испытывала сильнейшей потребности держать его на руках. А ребенок во всем зависит от матери: она кормит его, когда он голоден, согревает, если ему холодно, ухаживает за ним, защищает от опасности (Изард К. Э., 1999).

Особенности эмоциональной сферы ребенка от 0 до 2 лет

Развитие аффективной сферы ребенка начинается еще до рождения. Осознанное желание родителей иметь ребенка является одним из главных моментов в формировании психоэмоциональной структуры личности будущего ребенка. Позитивный взгляд на себя, жизнь и окружающих людей складывается у желанного ребенка еще в момент его существования в виде зародыша. «Меня хотят, любят, ждут» – эта формула, записанная в подсознании малыша, определяет не только его развитие, но и весь жизненный путь будущей личности. Ребенок, в необходимости появления которого на свет родители долго сомневались, существенно отличается от желанного. Своим поведением этот малыш как бы мстит родителям за их «нежелание, нелюбовь, неожидание» (Кряжева Н. Л., 1996).

Аффективная сфера – совокупность переживаний человеком своего отношения к окружающей действительности и к самому себе.

Эмоции в жизни маленького ребенка играют особенную роль. Они являются первой формой связи ребенка с окружающим миром. Эмоции служат выражением отношения ребенка к предметному миру, толкают к познанию, тем самым способствуя всестороннему развитию малыша, они представляют собой одно из средств общения ребенка со взрослыми и детьми.

Ведущий вид деятельности ребенка в младенческом возрасте – непосредственное эмоциональное общение с окружающими. Внутри и на фоне его формируются ориентировочные и сенсомоторно-манипулятивные действия.

Важным новообразованием этого возраста является формирование у ребенка потребности в общении с другими людьми и определенное эмоциональное отношение к ним. Дефицит эмоционального общения оказывает отрицательное влияние на психическое развитие малыша.

Мнение ученых

Эмоциональные состояния оказывают влияние на жизнедеятельность всего организма ребенка. По этому поводу Н. М. Щелованов говорит: «Эмоции не только составляют наиболее ценное психологическое содержание жизни ребенка, но и имеют очень важное физиологическое значение в жизнедеятельности организма» (Щелованов Н. М., 1954). Различные эмоциональные реакции вызывают либо повышение деятельности всего организма ребенка, либо угнетение, торможение его активности. В соответствии с этим эмоции делятся на положительные и отрицательные. Преобладание положительных эмоций является одним из основных условий хорошего физического и психического развития ребенка раннего возраста. Если отрицательная эмоция в силу ряда обстоятельств сохраняется длительно, она может стать причиной заболевания.

Комплекс
Страница 32 из 52

оживления

Комплекс оживления как реакция на появление взрослого в поле зрения ребенка является свидетельством окончания периода новорожденности. Наблюдения за новорожденными показали, что первые проявления эмоций выражаются криком, сопровождаются сморщиванием, покраснением, некоординированными движениями.

Наблюдения за младенцами в течение 4 часов в день в первые 5 дней жизни и в течение 10 часов в 6-й день жизни обнаружили, что в в период от 2 до 12 часов после рождения на лице младенца отмечаются движения, морфологически напоминающие улыбку. Эти движения возникали во сне и рассматривались как спонтанные и рефлекторные. Собственно улыбка возникала на лице младенца в 1-ю неделю жизни в ответ на различные звуковые стимулы, в том числе в ответ на высокий человеческий голос. Вместе с тем к 5-й неделе сам по себе человеческий голос не вызывает у младенца улыбку. К этому возрасту в качестве активаторов улыбки начинают выступать различные зрительные стимулы, в том числе вид человеческого лица.

На 2-м и 3-м месяце жизни ребенок уже улыбается спонтанно, а не только в ответ на внешние раздражители. Наиболее универсальным стимулом для улыбки можно считать вид человеческого лица (Изард К. Э., 1999). На 2-м месяце ребенок замирает и сосредоточивается на лице человека, наклонившегося над ним, улыбается, вскидывает ручки, перебирает ножками, появляются голосовые реакции. Эта реакция получила название «комплекс оживления».

Некоторые психологи детства считают именно это новообразование основным показателем завершения периода новорожденности. «Улыбка на лице ребенка и является концом кризиса новорожденности. С этого момента у него начинается индивидуальная психическая жизнь. Дальнейшее психическое развитие ребенка есть прежде всего развитие средств его общения со взрослыми» (Эльконин Д. Б., 1989, с. 45).

Ребенок не просто улыбается, он реагирует на взрослого движениями всего тела, откликается эмоционально. Дети с замедленным развитием прежде всего отстают именно в появлении комплекса оживления. По мнению М. И. Лисиной, комплекс оживления является выражением появившейся потребности ребенка в общении со взрослым – первой его социальной потребности (Лисина М. И., 1978).

В классическом исследовании Шпитца и Вольфа (Spitz, Wolf, 1946) было обнаружено, что в возрасте от 2 до 5 месяцев ребенок реагирует улыбкой на любое человеческое лицо. Примерно на 4-5-м месяце ребенок начинает отличать мать от других людей. После этого возраста лицо незнакомого человека редко вызывает у него улыбку, он теперь отдает явное предпочтение материнскому лицу и другим знакомым лицам. Эффект, который производит улыбка ребенка, ее воздействие на чувства матери подтверждают истинность гипотезы о мотивационной роли эмоций и эмоциональной экспрессии. Улыбка ребенка вызывает встречную улыбку матери, способствует формированию эмоциональной привязанности, теплых, нежных отношений между матерью и ребенком (Изард К. Э., 1999).

Комплекс оживления

Исследования

В результате серии исследований, проведенных в Академии медицинских наук в Москве, М. Ю. Кистяковская (1965) обнаружила, что комплекс оживления наблюдается у здоровых детей к концу первого – началу второго месяца жизни. Кроме улыбки, комплекс оживления проявляется быстрыми генерализованными движениями с попеременным сгибанием и выпрямлением конечностей, учащением дыхания, голосовыми реакциями и морганием. По результатам проведенных исследований можно сделать ряд выводов.

1. Взрослый может вызвать позитивную эмоцию младенца, просто обеспечивая его слуховыми и зрительными впечатлениями, тем самым развивая его способность к визуальной концентрации.

2. Своевременное и полное удовлетворение первичных потребностей младенца значительно снижает вероятность возникновения негативных эмоций и создает условия для позитивного эмоционального развития ребенка.

3. Позитивные эмоции способствуют длительной и устойчивой визуальной концентрации.

Как отмечает М. И. Лисина: «Мать видит то, чего еще нет, и тем самым реально лепит новое поведение ребенка. Она начинает общаться с ребенком, когда тот еще не способен к коммуникативной деятельности, но именно благодаря этому он в конце концов втягивается в эту деятельность» (1978, с. 276).

При нормальном воспитании оглушительное «уа» новорожденного переходит в менее бурное выражение отрицательной эмоции – плач.

Влияние эмоций на физиологические процессы в организме ребенка

Звуки гуления, издаваемые ребенком в момент радости, имеют значение для голосовых реакций, а в дальнейшем и для развития речи. Кроме того, как уже говорилось, положительные эмоции влияют на все физиологические процессы, происходящие в организме ребенка, повышая его тонус. Поэтому преобладание радостного состояния для всех возрастов развития человека очень ценно.

Если судить по внешней стороне проявления эмоций новорожденного и обратиться, к примеру, к ситуации, когда малыш испытывает «чувство голода», то по силе крика и его эмоциональной насыщенности можно сделать вывод о том, что организм ребенка находится в критическом состоянии. Между тем энергетических запасов детского организма вполне достаточно, чтобы существовать еще несколько дней. В этом случае эмоция – крик ребенка – предвосхищает состояние, которое наступит в далеком будущем, представляя собой защитную функцию организма.

Улыбка ребенка вызывает встречную улыбку матери, способствует формированию эмоциональной привязанности, теплых, нежных отношений между матерью и ребенком

Мнение ученых

В. М. Бехтерев по этому поводу пишет: «Бодрящая эмоция, выражающаяся веселым состоянием, имеет вообще огромное значение для жизнедеятельности организма. Она отражается благотворно на всех его функциях, как растительных, так и нервно-психических, регулирующих внешние отношения организма. Довольный и веселый ребенок лучше питается, он бодрее, сильнее и трудоспособней. Он обнаруживает больше интереса к играм и занятиям и легче справляется вообще со всеми задачами, нежели ребенок, вечно плачущий, недовольный и раздражительный» (цит. по: Модина А. И., 1971).

Развитие социальных эмоций

Социальные эмоции – это переживание человеком своего отношения к окружающим людям; они возникают, формируются и проявляются в системе межличностных взаимоотношений. Появление комплекса оживления свидетельствует о начале развития у младенца социальных эмоций.

Общение со взрослыми

Эмоциональные контакты с детьми в возрасте 2, 3, 4 месяцев показывают, какой глубокий восторг вызывает у них ласковый разговор взрослого человека, который никогда их не кормил и не пеленал, но теперь, нагнувшись, улыбается и нежно гладит. Долгих 7 минут (столько, сколько продолжалась встреча) младенец не сводил сияющих глаз с лица взрослого, гулил, перебирал ножками и не уставал радоваться (по материалам М. И. Лисиной).

Как уже отмечалось чуть раньше, новорожденный ребенок демонстрирует свои эмоции при помощи крика, который имеет определенный интонационный рисунок. В процессе общения со взрослыми ребенок пытается выразить свои эмоции, создавая имитацию взрослой речи и используя при этом те
Страница 33 из 52

интонации, которые заложены в нем от рождения. Так у малыша происходит формирование различных голосовых реакций.

На 1-м месяце жизни крик ребенка, по своему звуковому составу близкий к интонеме обиды и недовольства у взрослых, свидетельствует об аналогичном состоянии малыша. Позднее в голосовых реакциях ребенка появляются и другие звуки, позволяющие дифференцировать его эмоциональное состояние.

На эмоциональную окраску речевого сообщения дети начинают реагировать раньше, чем способны понять его смысл. Так, сурово сказанные, но ласковые по смыслу слова вызывают у ребенка отрицательные эмоции, тогда как мягкий тон сердитого по смыслу словесного обращения стимулирует положительные эмоциональные проявления (Денисова З. В., 1978).

«У нас все в порядке»

Мнение ученых

Как отмечал Л. С. Выготский, «слово долгое время для ребенка является скорее свойством, чем символом вещи» (1984, с. 115). За значением слова у детей, в отличие от взрослых, стоят эмоционально-образные связи, то есть слово как средство мышления в полной мере начинает использоваться ребенком на относительно поздних этапах его развития. В ранний возрастной период речь является для младенца выражением эмоциональной сферы поведения. Первая стадия развития речи – аффективно-волевая, и первые слова ребенка, заключающие в себе знаки его желаний или чувств, носят всецело аффективно-волевой характер.

В связи с увеличением длительности бодрствования и дальнейшим развитием деятельности анализаторов у ребенка появляются условия для возникновения положительных эмоций. Если в период новорожденности для ребенка важен телесный контакт с матерью, то с 6 месяцев голос и зрительный образ матери несут такой же позитивный эмоциональный импульс, как ранее физический контакт. Более того, нормально развивающемуся ребенку крайне важно теперь видеть мать.

Этот этап развития, когда шестимесячный плачущий ребенок замолкает, услышав из другой комнаты голос мамы, психологи называют «появлением надежды» (Белкина В. Н., 1998).

Эксперименты

Доказано, что малыши по-разному реагируют на голос мамы, папы, бабушки, незнакомых. Всего ребенок в состоянии различить до 30 голосовых оттенков и интонаций (Кряжева Н. Л., 1996).

В процессе общения со взрослыми на 2-м году жизни у ребенка формируется эмоциональная реакция на похвалу (Р. Х. Шакуров). Это способствует созданию у ребенка внутренних условий для развития самооценки, самолюбия, для формирования устойчивого положительно-эмоционального отношения малыша к себе и к своим качествам.

Развитие эмпатии

Эмпатией называется способность человека эмоционально отзываться на переживания других людей.

Считается, что первичные эмпатические реакции ребенка на отрицательное состояние матери – тревогу, страх, огорчение – можно обнаружить в возрасте 2–3 месяцев. Они носят характер плача, двигательного возбуждения, отказа от пищи.

Уже к концу 1-го года жизни ребенок делает попытку утешить расстроенную мать. Он заражается отрицательным эмоциональным состоянием другого человека, поэтому вслед за одним ребенком в яслях начинают дружно плакать и все остальные.

В раннем возрасте любовь к близким проявляется в соответствующем поведении ребенка: он жалеет, если мама обожгла палец, старается не шуметь, если кто-то отдыхает или работает. Таким образом ребенок проявляет эмпатию, он сочувствует и сопереживает. Так, двухлетняя девочка, увидев плачущего брата, сама пускается в слезы, выражая таким образом свое сочувствие, хотя еще и не совсем отдает себе отчет в том, что произошло.

В развитии эмпатии у ребенка серьезная роль принадлежит взрослому. Для формирования подобных эмоций у малыша хорошо использовать различные жизненные ситуации. Именно члены семьи должны проявлять сочувствие друг к другу, побуждая к этому и ребенка: «Не шуми, мама устала!», «Играй тихо, папа работает!», «Пожалей девочку, она упала, ей больно!» (Белкина В. Н., 1998). Разумеется, вызвать сочувствие и сострадание одними словами нельзя, если ребенок не видит реального проявления этих чувств по отношению к нему или не наблюдает их в семье.

Большое место во всем поведении детей 2-го года жизни занимает эмоциональное общение их друг с другом. Стоит одному малышу с ласковой улыбкой подойти к другому, как тот отвечает ему улыбкой, убегает от него, беспрестанно оборачивается, как бы приглашая сверстника поиграть в «догонялки». Однако в связи с существенными сдвигами в развитии высшей нервной деятельности, которые происходят у ребенка 2-го года жизни, необходимо постепенно усложнять эмоциональное общение его с окружающими, а также развивать такие сложные, социально полезные эмоции, как заботливое отношение друг к другу, участие, ласковость, жалость. Их можно формировать по мере развития у детей понимания и активной речи (Модина А. И., 1971).

Отрицательные эмоции

На 2-м году жизни, кроме положительных эмоциональных форм общения, могут возникать и отрицательные эмоциональные реакции.

Отрицательные эмоции – переживания, связанные с неудовлетворением или невозможностью удовлетворить те или иные потребности.

Отрицательные эмоции. «Что случилось? Чем мы недовольны?»

На 2-м году жизни ребенка имеется больше предпосылок для возникновения у него отрицательных эмоций, чем в последующие периоды его развития. Это объясняется прежде всего тем, что у детей в этом возрасте еще плохо развита активная речь (особенно в первом полугодии 2-го года), что приводит к неумению выразить словами свое отношение к тому или иному факту, событию или ситуации. Отрицательные эмоциональные состояния выражаются уже не только в крике, плаче. Находясь в состоянии недовольства чем-либо, ребенок в этом возрасте топает ногами, дерется, а иногда и кусается. Например, если малыш утомлен, огорчен или обижен, то есть находится в состоянии повышенной или, наоборот, пониженной возбудимости, а к нему подойдет кто-то из детей с намерением пожалеть или просто поиграть с ним, то он может дать неадекватную реакцию – еще больше расплакаться или ударить ребенка, жалеющего его. В таких случаях очень важно сберечь и стимулировать у второго ребенка желание проявлять сочувствие.

Эмоции страха

Уже на 2-м году жизни ребенок способен испытывать такие эмоции, как радость, любовь, страх, обида и т. п.

Эмоции страха чаще всего возникают у малыша в результате резкого изменения какого-либо стереотипа в его привычной жизни. Не обладая жизненным опытом, ребенок боится всего нового, незнакомого, неожиданного. Однако спокойное отношение взрослых к новым впечатлениям, к изменению ситуации быстро приучает ребенка не бояться их.

Причиной возникновения страха может быть и неправильное воспитание. Почти в каждой семье ребенка пугают чем-нибудь, желая заставить его слушаться. «Тебя дед заберет», – говорят взрослые малышу. Ребенок, не зная еще, что для него безопасно, а чего следует опасаться, начинает думать, что так, очевидно, и случится. Тем более что когда-то в магазине один дедушка даже сказал, что возьмет его с собой.

У каждой матери, у каждой бабушки есть свое «пугало», и к нему прибегают как к воспитательному средству. Тем самым взрослые совершают серьезную
Страница 34 из 52

ошибку, так как частые переживания чувства страха в детстве могут оставить глубокий след в душе ребенка, вызвав со временем нервозность, различные формы тяжелых психических отклонений и т. п.

Эмоциональные нарушения

Отклонения в развитии эмоций у ребенка могут выражаться как в недостаточном их развитии (эмоциональная холодность), так и в чрезмерном развитии отрицательных эмоций.

Пример холодности и замкнутости может возникать в результате развития у ребенка госпитализма и при эмоциональной депривации. Согласно некоторым данным, дети, потерявшие мать сразу же после рождения, часто вырастают замкнутыми, неконтактными людьми, а лишившись матери в 6-месячном возрасте, проявляют асоциальные черты поведения.

Факторы развития

Исследования показали, что одним из важнейших факторов, неблагоприятно влияющих на ребенка, является недостаточность в его жизни эмоциональных и социальных стимулов. Таким образом, стоит подчеркнуть, что ребенку для полноценного развития необходима любовь человека, его ласка. Малыш должен чувствовать, что он дорог взрослому, что его любят. Ребенок, выросший без любви, как правило, боязлив, хмур, недоверчив. Отсутствие любви в детстве сказывается на всей личности будущего человека (Модина А. И., 1971).

Причины возникновения отклонений в эмоциональном развитии ребенка

Преследуя цель вырастить веселого и жизнерадостного малыша, взрослые должны знать те причины, из-за которых у ребенка возникают отрицательные эмоциональные состояния, для того чтобы была возможность их предупредить. В работах Н. М. Аксариной отмечается, что наиболее характерными причинами, вызывающими отрицательные эмоции у детей, являются следующие.

1. Срыв привычного стереотипа поведения. Изменение привычек требует от ребенка большого нервного напряжения и сопровождается нарушением не только эмоциональной сферы, но и всего поведения. Малыш может перестать играть, потерять аппетит, плохо спать и др. Наиболее частые отрицательные реакции наблюдаются у детей после 5–6 месяцев до 1 года 7 месяцев – 1 года 8 месяцев, так как к этому времени у ребенка начинают формироваться довольно устойчивые привычки, и, если их приходится менять, это порой вызывает у малыша различные нарушения возбудимости нервной системы и поведения. Так, например, приход в дом постороннего человека, переезд на новую квартиру, передача ребенка на несколько дней бабушке вызывают ряд временных отрицательных реакций.

2. Неправильное построение режима дня ребенка. Если установленный ритм сна, кормления и бодрствования не соответствует индивидуальным особенностям физического и нервно-психического состояния малыша или установленный режим часто нарушается взрослыми, это зачастую приводит к тому, что ребенок становится раздражительным, плачет по самым ничтожным поводам.

3. Неправильные воспитательные приемы. Если ребенка запугивают, мешают ему двигаться, если его игру все время прерывают: «не лезь», «не мешай», если ребенок при каждом желании что-либо сделать получает от взрослых лишь одно «нельзя», то он будет в плохом эмоциональном состоянии, будет часто раздражаться и много плакать.

Часто бывает, что ребенок в семье становится «игрушкой» для матери и других взрослых. Они забавляются с малышом, много ласкают и балуют его, иногда перевозбуждают и утомляют нервную систему ребенка – это также вредно отражается на его эмоциональном состоянии.

4. Отсутствие необходимых условий для игры и самостоятельной деятельности. Одной из частых причин отрицательного эмоционального состояния ребенка является дефицит сенсорных раздражений и отсутствие условий для двигательной и других форм активности, что крайне необходимо малышу. Неудовлетворение этих потребностей и ведет к возникновению различных отрицательных эмоций, вследствие того что ребенок не получает достаточного количества впечатлений, обеспечивающих активное состояние коры головного мозга и способствующих его психическому развитию.

5. Создание односторонней аффективной привязанности у ребенка тоже служит часто источником его слез, его тяжелых эмоциональных переживаний. Если ребенок привык быть только с матерью, если ее любовь выражается в том, что она постоянно держит его на руках, целует, обнимает, фиксирует на себе его внимание, то у ребенка создается исключительная привязанность к ней. И когда мать по необходимости вынуждена на время уйти, оставить малыша с кем-нибудь другим, это вызывает у ребенка долгий неумолкающий крик. Ребенку нужна любовь матери, ее ласка, но нельзя, чтобы все его интересы были связаны только с ней одной. Когда ребенок начинает хорошо понимать речь, необходимо объяснить ему, что «мама пошла на работу», «мама пошла купить хлеб и скоро придет» и т. д. Таким образом, необходимо, чтобы ребенок, которому приятно быть с матерью, мог в случае ее ухода спокойно на это реагировать и найти себе занятие и без нее.

6. Наконец, частой причиной отрицательного эмоционального состояния детей является отсутствие единого подхода к ребенку со стороны взрослых. Часто разные требования, которые предъявляют ребенку взрослые, разные приемы воспитания, применяющиеся в одних и тех же случаях, не способствуют созданию у малыша твердых, единых установок, определенного правильного отношения к окружающему миру. Например, отец говорит: «Возьми карандаш и рисуй», а мать кричит: «Не смей брать, нельзя».

Резюме

Таким образом, развитие эмоциональной сферы ребенка является важнейшим фактором связи его с окружающим миром. Появление комплекса оживления свидетельствует о завершении кризиса новорожденности и начале развития социальных эмоций. Развитие эмпатии у ребенка наблюдается в конце 1-го года жизни. На 2-м году жизни у малыша в силу различных причин и обстоятельств начинается активное проявление отрицательных эмоций, в том числе и эмоций страха. Для того чтобы эти эмоции развивались у ребенка в рамках нормы, необходимы постоянное внимание, любовь и забота со стороны близких.

Глава 3

Мотивационная сфера

Изучение психологии развития человека невозможно без исследования ее мотивации, то есть тех движущих сил человеческого поведения, которые в своей совокупности представляют стержень личности и определяют характер ее развития. Проблематика мотивации представляет на сегодняшний день одну из самых изучаемых областей психологического знания и вместе с тем – вызывающую наибольшие споры.

Несмотря на значительную теоретическую и экспериментальную разработанность, единых взглядов на большинство аспектов мотивации в современной психологической науке нет. Это является свидетельством сложности и многогранности данного психологического конструкта. Однако в своей работе мы будем рассматривать только возрастные особенности мотивации, не углубляясь в методологические дебри вопроса. Поэтому, ограничившись наиболее общими представлениями, дадим следующие определения понятий мотива и мотивации.

Под мотивом мы будем понимать внутреннее побуждение личности к тому или иному виду активности, связанное с удовлетворением определенной потребности, а под
Страница 35 из 52

мотивацией – всю совокупность различных побуждений: мотивов, потребностей, интересов, стремлений, целей, влечений, мотивационных установок или диспозиций, идеалов и т. п., что в широком смысле подразумевает детерминацию поведения вообще.

Потребности – первоисточник психической активности ребенка

Потребность – переживаемое состояние внутреннего напряжения, возникающее вследствие отражения в сознании нужды и выступающее источником активности.

Безусловно, человек испытывает в первые месяцы своей жизни преимущественно физиологические потребности – в пище, питье, тепле и т. п., и нет возможности говорить о наличии у него каких-либо мотивов и тем более ценностей, интересов, убеждений. Однако именно этот период – период младенчества – исключительно важен для формирования и дальнейшего развития всего мотивационного комплекса человека. Следовательно, на этом этапе онтогенетического развития совершенно необходимо рассмотреть те первые социально обусловленные потребности, которые впоследствии, претерпев качественные преобразования, будут предопределять не только уровень, но и направленность всей активности человека.

В первые месяцы своей жизни ребенок испытывает в основном физиологические потребности

Анализ психологической литературы по рассматриваемой проблематике обнаруживает отсутствие целостной картины понимания природы возникновения социогенных потребностей.

В рамках психоаналитической традиции младенец представляется существом, находящимся во власти инстинктивных влечений своего организма, полностью погруженным в его переживания, и в соответствии с этим эгоизм и самолюбие ребенка выступают в качестве первичных социальных мотивов человека.

Ребенок начиная с младенческого возраста находится во власти сексуальных влечений, данных в их начальной, т. е. прегенитальной, форме, он не нуждается во внешнем мире и не стремится к нему, представляя собой, таким образом, «чистейшее наслаждающееся Я». Только с началом 2-го месяца у ребенка возникает определенный интерес к внешнему миру и возможность выйти в своей активности за пределы непосредственных влечений и инстинктивных тенденций (Фрейд З., 1998).

По концепции Ж. Пиаже, первый год жизни ребенка определяется как период абсолютного эгоцентризма – «солипсизм первого года жизни», в течение которого младенец ограничивается в большей степени удовлетворением простейших жизненных потребностей (Пиаже Ж., 1994).

В противовес этим взглядам выступает Л. С. Выготский, который полагает, что даже самые элементарные жизненные потребности младенца могут быть удовлетворены не иначе как с помощью взрослых, ухаживающих за ним, и в первую очередь матери. В этом смысле младенец представляет собой «максимально социальное существо», ибо все в его поведении вплетено и воткано в социальное и первый контакт с действительностью оказывается целиком и полностью социально опосредованным (Выготский Л. С., 1984).

Основываясь во многом на позиции Л. С. Выготского, М. И. Лисина называет в качестве ведущего фактора психического развития ребенка потребность в общении, а Л. И. Божович – потребность во впечатлениях.

Анализ положений, постулируемых этими исследователями, показывает, что в содержательном плане они во многом сходны и основное их различие состоит в выделении ведущего мотива активности ребенка.

Факторы развития

Ведущий фактор психического развития ребенка – потребность в общении (Лисина М. И., 1986).

Так, мотив общения у М. И. Лисиной (1986) включает в себя три основные потребности:

1) потребность во впечатлениях – познавательные мотивы,

2) потребность в активной деятельности – деловые мотивы,

3) потребность в признании и поддержке – личностные мотивы.

В реальной жизни ребенка все три группы мотивов сосуществуют и тесно переплетаются между собой. В разные периоды детства их относительная роль изменяется: то одни, то другие из них занимают положение ведущих. Причем речь идет не об индивидных особенностях взаимоотношения разных мотивов, а об особенностях именно возрастных, типичных для большинства детей соответствующего возраста.

В 1-м полугодии жизни ведущим мотивом общения ребенка с взрослым является личностный мотив. Он олицетворяется в персоне взрослого как ласкового доброжелателя, который в то же время служит центральным объектом познания и деятельности малыша.

Начиная со 2-го полугодия и позднее, вплоть до 2 с половиной лет, ведущую роль в становлении психического развития ребенка занимает деловой мотив общения. Он воплощается в лице взрослого как искусного партнера по игре, образца для подражания и эксперта по оценке умений и знаний ребенка.

Факторы развития

Ведущий фактор психического развития ребенка – потребность во впечатлениях (Л. И. Божович, 1968).

Л. И. Божович оспаривает первичность мотива общения как ведущего фактора психического развития ребенка. Исследователь предполагает, что у ребенка существует иная первичная потребность. Она по своей внутренней форме должна заключать в себе не только возможность своего собственного качественного развития, но и побуждение психики ребенка к развитию ее специфических человеческих форм. В качестве такого ведущего мотива автор называет потребность во впечатлениях, которая влечет за собой развитие всех других социально обусловленных потребностей ребенка (Божович Л. И., 1968).

Представляет интерес в этой связи обращение к концепции А. Маслоу, в соответствии с которой первичной социогенной потребностью ребенка является потребность в аффилиации. Рассматривая развитие потребностей в онтогенезе, А. Маслоу считает, что, рождаясь, человек обладает лишь одними физиологическими потребностями и, возможно в очень слабой, зачаточной форме, потребностью в безопасности, которая проявляется в реакции испуга. Только спустя несколько месяцев ребенок начинает выказывать первые признаки социальной привязанности и избирательной любви к окружающим. Спустя еще некоторое время малыш, окруженный любовью и заботой родителей, чувствуя себя в безопасности, может обнаружить стремление к автономности, независимости, потребность в достижении какой-либо цели, в уважении, в оценке, в похвале (Маслоу А., 1999).

Итак, на основе этих и других, неупомянутых здесь подходов к пониманию мотивационной сферы ребенка можно выделить основные, наиболее значимые потребности детей этого возраста, неудовлетворение которых на рассматриваемой стадии онтогенетического развития негативно влияет на последующую социальную адаптацию человека и влечет за собой порой разрушительные последствия.

Аффилиативная потребность

Аффилиативная потребность – потребность в общении, в эмоциональных контактах, стремление быть среди других людей.

Х. Хекхаузен под аффилиацией подразумевает определенный класс социальных взаимодействий между людьми, имеющих повседневный и в то же время фундаментальный характер. Основным содержанием аффилиации является общение людей друг с другом (в том числе и общение с людьми незнакомыми или малознакомыми), которое приносит удовлетворение, увлекает и обогащает обе стороны. При этом целью человека, стремящегося к
Страница 36 из 52

аффилиации, является поиск если не любви со стороны своего партнера по общению, то, по крайней мере, его приятия, дружеской поддержки и симпатии (Хекхаузен Х., 1986, с. 289).

Многие исследователи-персонологи утверждают, что фундамент детской личности закладывается в самый ранний период взаимодействия ребенка с ухаживающим за ним взрослым, при этом наиболее важную роль играет их аффективная связь. Потребность в любви, эмоциональной привязанности является одной из главенствующих потребностей, которая способна в значительной мере определять не только поведение, но и всю жизнь человека. Так, еще в психоанализе З. Фрейда, а в настоящее время и в концепциях большинства психологов и психотерапевтов невроз понимается как нервно-психическое расстройство, в основе которого лежит неудовлетворенная, как правило в детстве, потребность в любви. Данный пример является яркой демонстрацией значимости удовлетворения любви и эмоциональной привязанности у ребенка в раннем детстве.

Условия развития мотива аффилиации

Только постоянный эмоциональный контакт между матерью и младенцем, включающий в себя наряду с вербальными средствами общения тактильные ощущения – ласки, поцелуи, объятия, способен удовлетворить потребность в любви у ребенка на раннем этапе развития.

Однако у нас до сих пор бытует мнение, что излишнее проявление материнской любви в младенческом возрасте способно избаловать ребенка, причем это мнение активно поддерживается и идеями Б. Спока, книги которого по сию пору популярны в нашей стране. В этой связи полезно обратиться к подходу американского ученого Б. Уайта к воспитанию детей на раннем этапе развития: «Как можно чаще обращайтесь к своему ребенку и реагируйте на его крики со всей быстротой, на которую вы способны»; «Не отказывайтесь брать малыша на руки из-за боязни избаловать и не позволяйте ему долго кричать» (Уайт Б., 1982). Уайт полагает, что если родители быстро реагируют на плач ребенка, то он накапливает позитивные представления; если же они отвечают не сразу, то у малыша происходит накопление негативных эмоций, которые в своей сумме влияют на создание у ребенка сомнений, любят ли его, заботятся ли о нем.

Например

Интересны в этой связи этнокультурные различия в подходе к уходу за младенцем. Так, Э. Эриксон, описывая воспитание детей у индейцев сиу, обращает внимание на то, что выкармливание детей у них считалось настолько важным, что даже мужу предписывалось воздерживаться от жены на протяжении всего периода кормления, продолжавшегося от 3 до 5 лет. Ребенку же мать давала грудь всякий раз, когда он начинал хныкать (Эриксон Э., 1996).

М. Мид, описывая особенности арапешей (Новая Гвинея), пытается понять, как из младенца-арапеша постепенно формируется личность добродушного, кроткого, восприимчивого взрослого. Исследователь предполагает, что этому во многом способствует то «непрерывное, теплое ощущение безопасности», которое ребенок испытывает с момента рождения. Характерно, что в течение первых месяцев жизни малыш никогда не остается один. Плач ребенка – это трагедия, которую следует избежать любой ценой, и эта установка взрослых сохраняется на протяжении всей последующей жизни ребенка. Малыша много носят на руках, ему дают грудь, как только он начинает плакать, он всегда находится поблизости от какой-нибудь женщины, которая даст ему свою грудь в случае необходимости (Мид М., 1988).

Диаметрально противоположным подтверждением важности удовлетворения потребности в аффилиации являются случаи госпитализма – «приобретения» нашей цивилизации, а также результаты ряда своеобразных экспериментальных исследований (эксперименты Г. Харлоу на обезьянках, Троника «с каменным лицом», исследования Дж. Боулби, М. Эйнсворт и др.).

Эксперименты

«Эксперимент с каменным лицом» Троника. Согласно идее Троника, основная детерминанта развития детей связана с функционированием двусторонней системы эмоционального общения между ребенком и ухаживающим за ним взрослым.

В ходе поставленного эксперимента родителя просили прекратить на время общение с ребенком (3 мес.), но, продолжая смотреть на малыша, придать своему лицу застывшее или отсутствующее выражение. У младенца это вызывало сначала удивление, затем он пытался повлиять на родителя улыбкой, гулением и двигательной активностью. Через несколько минут поведение младенцев начинало меняться. Они отворачивались в сторону, начинали сосать палец и выглядели страдающими. Некоторые из детей реагировали на безучастность родителя хныканием, переходящим в непрерывный плач, у кого-то текли слюни и развивалась икота.

Этот эксперимент продемонстрировал весомость и важность эмоционального общения между родителями и детьми.

Данные этих исследований со всей убедительностью демонстрируют, что лишение младенца любви создает реальную угрозу не только для его психического и физического здоровья, но порой и для самой жизни малыша. Таким образом, можно утверждать вслед за А. Маслоу, что депривация потребности в любви патогенна.

Потребность в безопасности, или базальное доверие к жизни

Потребность в безопасности – это потребность ребенка в стабильности, защите, в свободе от страха, тревоги и хаоса, потребность в структуре жизни, ее упорядоченности, наличии определенных привычек и правил, в том числе и ограничений и т. п. (Маслоу А., 1999).

В зависимости от степени удовлетворения потребности в аффилиации у ребенка будет развиваться доверие (недоверие) к другим людям и к окружающему миру вообще.

В соответствии с психосоциальной теорией развития Э. Эриксона, в период до 1 года у ребенка формируется базальное чувство доверия. В случае положительного формирования этого чувства социальный мир будет восприниматься малышом как безопасное, стабильное место, что и является главным условием дальнейшего развития здоровой личности (Эриксон Э., 1986).

Понятие базального чувства доверия можно соотнести с потребностью человека в безопасности. Эта потребность, как показывает А. Маслоу, проявляется особенно ярко и наглядно у младенцев.

Ребенок реагирует на угрозу гораздо более непосредственно, чем взрослый человек, так как воспитание и культурные влияния еще не научили его подавлять и сдерживать свои реакции. Взрослый человек, даже ощущая угрозу, может скрыть свои чувства, смягчить их проявление настолько, что они останутся незамеченными для стороннего наблюдателя.

Реакция же младенца настолько сильна и непосредственна, что все его существо реагирует на внезапную угрозу – на шум, яркий свет, грубое прикосновение, потерю матери, вид незнакомого человека и т. д. (Маслоу А., 1999).

Потребность в безопасности у детей проявляется также и в их тяге к постоянству, к упорядочению повседневной жизни. Малышу необходимо, чтобы этот мир был предсказуем, размерен и организован.

Так, в соответствии с гипотезой несоответствия в когнитивной теории, в возрасте примерно 7 месяцев младенцы конструируют схемы всего знакомого. Когда перед ребенком появляется новое изображение или новый объект, отличный от тех, что ему знакомы, он испытывает тревогу. Этим объясняется боязнь незнакомых людей, которая может сопровождать ребенка
Страница 37 из 52

практически до 2 лет. Всякая же несправедливость или проявление непоследовательности, непостоянства со стороны родителей вызывают у ребенка также тревогу и беспокойство. В данном случае, как считает А. Маслоу, главную роль играет не столько несправедливость как таковая и даже не боль, связанная с ней, сколько то обстоятельство, что несправедливость или непоследовательность заставляет ребенка ощутить непредсказуемость мира, его опасность, и это убеждает ребенка в том, что этому миру доверять нельзя.

Следовательно, формируемое у ребенка на подсознательном уровне базовое доверие к миру и удовлетворяемая в достаточной мере потребность в безопасности являются в своей совокупности еще одним фактором, влияющим на дальнейшее формирование характера ребенка, его будущей жизненной позиции, способности противостоять жизненным трудностям и невзгодам.

Потребность в новых впечатлениях

Приблизительно на 3 – 5-й неделе жизни ребенок начинает проявлять пристальный интерес к тому, что происходит вокруг. Это выражается в появлении у малыша зрительного сосредоточения, что в свою очередь способствует изменению поведенческих характеристик ребенка. Исследователи называют это началом проявления потребности в информации или потребности в новых впечатлениях.

Потребность в новых впечатлениях – стремление к восприятию и познанию всего нового.

Условия развития потребности в новых впечатлениях

Л. И. Божович полагает, что потребность в новых впечатлениях порождается включением в жизнедеятельность ребенка коры головного мозга (1968). Различные формы спонтанной активности, наблюдаемые в этом возрасте, также имеют большое значение для формирования будущей познавательной активности.

Исследование предмета ртом

Ш. Бюлер и ее коллеги, изучив поведение младенцев в этом возрасте, обнаружили, что полноценные движения конечностями ведут к развитию у младенца мускульного контроля, а это впоследствии формирует его будущую игровую активность. Эти движения проявляются в ранних попытках ребенка что-либо исследовать: во-первых, играя с пальчиками на своих руках, он стремится понять, что же можно с ними делать; во-вторых, младенец пытается «изучить» характеристики тех предметов, которые он берет в рот и которыми он чуть позже всячески манипулирует (Vernon M., 1971).

Таким образом, эти комбинированные «исследования» малыша, основанные на его визуальных и тактильных ощущениях, являются важной особенностью поведения младенца. Они дают ребенку возможность открыть и понять перманентную природу предметов, их внешний вид, их свойства и назначение.

Вехи в развитии

Поведение ребенка, связанное с появлением у него потребности во впечатлениях, знаменует собой начало формирования у него мотивационной активности. С возникновением у малыша способности к самостоятельному передвижению (сперва ползанию, а затем и хождению) ребенок начинает исследовать бoльшие пространства – комнату, квартиру, дом. Таким образом, расширение зоны «исследования» способствует дальнейшему развитию познавательных способностей младенца.

Процесс развития и усложнения первичной потребности ребенка в новых впечатлениях естественно и органично приводит к росту его познавательной потребности, которая «толкает ребенка все шире и глубже входить в окружающую среду и овладевать ею» (Божович Л. И., 1968, с. 202).

Здесь необходимо отметить, что, в отличие от первых 6–7 месяцев, более или менее независимых от внешних обстоятельств, достижения ребенка от 8 месяцев до 2 лет ни в коем случае не обеспечиваются сами собой, им необходима специальная организация со стороны взрослого человека. И к сожалению, лишь один из десяти малышей действительно достигает того уровня развития, которого он мог бы достичь. Именно этот период – примерно с 8 месяцев и до 2 лет – является периодом, когда любопытство ребенка достигает максимума.

Мнение психологов

А. Маслоу считает, что потребность знать и понимать выражена у ребенка гораздо отчетливее, чем у взрослого человека. Малыша не надо учить любопытству, его можно скорее отучить от любопытства, и именно эта трагедия разворачивается в детских учреждениях (Маслоу А., 1999).

Мотив достижения

Мотив достижения – это потребность индивида добиваться успехов и избегать неудач.

Большинство исследователей, занимающихся проблемами мотивов и мотивации, признают существование ряда феноменов, связанных с мотивом достижения, которые отчасти наблюдаются уже на 1-м году жизни ребенка. Феномены, которые могут «мотивационно» быть достигнуты малышом уже в раннем детстве, включают в себя поведенческие повторения, которые Бюлер интерпретировал как «функциональное удовольствие», а Пиаже – как вторичные и третичные циклические реакции.

«Я сам!»

Позднее, на 2-м году жизни, желание ребенка все делать самостоятельно – «Я сам» (как правило, при кормлении и одевании) – также рассматривается некоторыми авторами как предвестники мотивационного поведения. М. Вернон предполагает, что эти модели поведения малыша являются врожденными, а не приобретенными, так как каждый ребенок отдается выполнению какой-то задачи с большим вниманием, настойчивостью и удовольствием, даже не нуждаясь в позитивном подкреплении его действий со стороны родителей (Vernon М., 1971). Пиаже писал, что ребенок повторяет эти действия «забавы ради», с улыбкой и смехом и без какого-либо ожидания результата (Пиаже Ж., 1994). И более того, надо заметить, что он будет упорно продолжать свое занятие, несмотря на возможные негативные санкции со стороны взрослых.

Однако Х. Хекхаузен рассматривает эти феномены как предвестники, но не начало мотива достижения в широком смысле, который предполагает структурирование ситуации. Первым показателем развития поведения, мотивированного достижением, он считает центрирование ребенка на самостоятельно достигнутом результате в процессе какой-либо деятельности. Выражается это в том, что начиная примерно с полутора лет некоторые дети прерывают свои манипуляции с кубиками во время игры, обращая внимание на свое «произведение», пытаясь его как-то оценить (исследования Хетцер) (Х. Хекхаузен, 1986).

Исследования

Наблюдая за маленькими детьми, Бюлер заметил, как происходит у ребенка формирование умения решать что-либо и стремления совершать целенаправленные действия.

В возрасте примерно 1,5 года ребенок начинает делать простые конструкции из кубиков. Постепенно он начинает «планировать» свои конструкции, упорно продолжая свои действия до тех пор, пока не достигнет желаемой цели, и испытывает огромное удовольствие, достигнув ее. В ранние годы ребенок никак не называет свою конструкцию, но позднее он может назвать ее в зависимости от того, на что она похожа. К 5–6 годам малыш уже умеет делать настоящие репродукции определенных предметов.

Бюлер обнаружил, что у 80 % детей, не успевающих в 1 классе, не развито умение работать упорно на достижение какой-либо цели. Наблюдения исследователя и их анализ показали, что зачастую это дети из очень бедных семей, у которых просто не было игрового материала. Но, кроме того, к числу этих же детей принадлежали и малыши из обеспеченных семей,
Страница 38 из 52

которые, наоборот, получали слишком много помощи и внимания со стороны взрослых (Vernon M., 1971).

М. И. Лисина отмечает что важнейшим мотивом для совершения сложных предметных действий является стремление ребенка подражать взрослому человеку. Это создает благоприятную основу для обучения ребенка различным действиям и манипуляциям с предметами. Многое ребенок в состоянии постичь и сам, однако научить малыша рациональному использованию предметов, помочь ему узнать их функциональное назначение может только взрослый человек.

С другой стороны, потребность в достижении является продуктом социально научающих ситуаций и подкреплений, которые ребенок получает в повседневной жизни. Макклелланд считает, что мотив достижения является продуктом подкрепления, полученным от родителей или других людей, образующих первое детское окружение (McClelland, 1961).

Нигард, подчеркивая влияние первых опытов социального взаимодействия на развитие мотива достижения у детей, констатирует, что малыши, получавшие положительные оценки за выполнение каких-либо действий в раннем детстве, проявляют высокий мотив достижения в начальной и средней школах. Ребенок, который поощрялся взрослыми за стремление к достижению, будет воспринимать достигнутую цель как потенциальный источник удовольствия и безопасности. Кроме того, такой малыш разовьет в себе ожидания, что его усилия могут быть успешными, если он постарается (Nygard R., 1997). В обратном случае, когда подкрепления носят отрицательный характер, у ребенка не будет стимула к достижению цели, что станет основой доминирования в характере и поведении ребенка мотива избегания каких-либо ситуаций, ведущих его к неудачам.

Резюме

Рассматриваемый период онтогенеза имеет исключительно важное значение для формирования и дальнейшего развития мотивационной сферы человека.

Ребенок этого возраста испытывает не только базовые физиологические потребности – в пище, питье, тепле и т. п., но и ярко выраженные потребности в аффилиации, в безопасности, в общении, в новых впечатлениях.

Многочисленные исследования обнаруживают, что депривация этих потребностей создает реальную угрозу как психическому, так и физическому здоровью детей, а впоследствии может сказаться и на успешности их социальной адаптации.

По мнению некоторых исследователей, собственно началом формирования мотивационной активности ребенка является поведение, связанное с появлением у него потребности в новых впечатлениях. Процесс развития и усложнения этой потребности ведет за собой развитие других социально обусловленных потребностей человека. При этом необходимо отметить, что развитие этой потребности у ребенка не обеспечивается само по себе, а ему необходима специальная организация со стороны взрослого человека.

Помимо перечисленных потребностей некоторые исследователи обнаруживают в этот период и первые предвестники мотива достижения, который является главным образом продуктом подкрепления со стороны родителей или других людей, образующих первое окружение ребенка.

Глава 4

Особенности Я-концепции

Я-концепция – это обобщенное представление человека о самом себе, система его установок относительно собственной личности (Реан А. А., 1999, с. 47).

Я-концепцию можно определить как совокупность всех представлений индивида о себе, полученных в результате критического взгляда на себя, свои поступки, образ жизни и т. п. Описательную составляющую Я-концепции часто называют образом Я, составляющую же, связанную с отношением к себе или отдельным своим качествам, принято называть самооценкой.

«Я» по определению Д. А. Леонтьева (1993, с. 40) – это форма переживания человеком своей личности, в которой личность открывается сама себе. Концепция (от лат. conceps) может означать: понимание, система, трактовка каких-либо явлений, руководящая идея для освещения.

Понятие Я-концепции было введено американским психологом и философом У. Джеймсом в конце XIX века. Теоретическое и прикладное развитие понятие Я-концепции приобрело благодаря творчеству выдающихся психологов-гуманистов А. Маслоу, К. Роджерса и гуманиста неопсихоаналитической эпохи Э. Эриксона. Наиболее полное отражение Я-концепция получила в книге Р. Бернса «Развитие Я-концепции и воспитание».

В российской психологии проблемой Я-концепции и близкой научной направленностью занимались Б. Г. Ананьев, И. С. Кон, Д. А. Леонтьев, А. Б. Орлов, В. В. Столин, А. А. Реан и др.

Теоретически с этим понятием связаны такие психологические термины, как самооценка, самосознание, самоактуализация, хотя все они имеют содержательную самостоятельность.

Развитие «телесного» Я-образа

До 3 месяцев младенец, по-видимому, не воспринимает себя как «субъекта», который хочет и может исследовать окружающий его мир и оценивать его значимость для себя.

В 3-месячном возрасте ребенок начинает проявлять значительный интерес к детальному исследованию пространства собственного «Я». Наиболее выраженным и значимым проявлением этого является изучение и освоение ребенком своего физического тела. Младенец с большим интересом открывает для себя собственные руки и пальчики на них, исследует и познает их возможности, совершая различные движения, понятные только ему. Ноги в этот возрастной период для ребенка представляют менее действенную часть тела, однако он с удовольствием изучает и свои ступни, в том числе и ртом.

К 6 же месяцам ребенка начинают в большей степени интересовать собственные ноги, он делает попытки «использовать» их по прямому назначению, поддерживая вертикальное положение тела и совершая первые передвижения. Для малыша открытие того, что он сам может «передвигаться» в этом пространстве, отыскивать в нем то место, которое ему кажется привлекательным, овладевать любыми интересующими его предметами, имеет крайне важное значение. Ведь, совершая первые движения (сначала ползком, а потом и перебежками), ребенок обретает столь желанную самостоятельность, самоутверждается, становится увереннее и крепче в своих движениях. Все это приводит ребенка в восторг, и он стремится разделить свою радость со взрослыми.

Раннее осознание «телесного Я» у ребенка связано прежде всего с опытом тех движений и действий, которые малыш осуществляет в процессе освоения пространства своего физического тела. Более целостно Я-образ впервые воспринимается ребенком при знакомстве со своим отражением в зеркале.

До 8 месяцев очевидно, что ребенка привлекает изображение в зеркале, однако узнает ли он себя, однозначно сказать трудно.

Первые шаги

Между 8 и 16 месяцами малыш уже может отличить собственное изображение в зеркале от зеркальных образов других людей, например от ребенка старшего возраста или взрослого.

Именно в этот возрастной период младенец начинает связывать конкретные особенности внешности с чувством своего «Я». Однако интересно, что если поставить губной помадой яркую метку на носу малыша, то он ее непременно заметит, но станет показывать не на свой нос, а на нос в зеркале.

Эксперименты

Американские исследователи Брукс-Ган и Льюис провели серию
Страница 39 из 52

экспериментов, анализируя реакцию малышей разных возрастов на свое отражение в зеркале, и пришли к выводу, что в самосознании ребенка в этот момент происходит гигантский скачок (Lewis, Brooks-Gunn, 1979).

Примерно в 18 месяцев ребенок уже более не нуждается в каких-то внешних подсказках, чтобы установить связь между изображением в зеркале и собой, – он понимает, что видит свой собственный образ. Теперь, если вновь повторить эксперимент с губной помадой, последует иная реакция малыша: он укажет на свой нос, отвернется от зеркала, опустит глаза и смущенно улыбнется.

К 2 годам познание ребенком себя расширяется еще больше. Он уже не только узнает свое изображение в зеркале, но постепенно начинает осознавать и смысл тех действий, которые совершают взрослые, причесывая или умывая его. Так, 2-летний ребенок, прихорашиваясь сам перед зеркалом, любуется собой, начиная задумываться над понятиями красоты, опрятности, аккуратности (Cicchetti, Beeghly, 1990).

Развитие Я-образа во взаимодействии с предметами

Приобщение ребенка к предметному миру происходит под влиянием его общения со взрослыми, в результате которого у младенца происходит формирование определенных предпочтений к каким-либо предметам. Ребенку может нравиться или не нравиться предмет из-за его определенного цвета, формы, запаха или звука, производимого этим предметом или игрушкой.

Одному малышу интересны куклы, потому что они внешне похожи на человека, другой же предпочитает тряпичные или плюшевые мягкие игрушки – их приятно трогать руками. Узнать о подобных предпочтениях ребенка можно по характерному комплексу оживления, который характеризуют радость и нетерпение малыша при приближении к желанному предмету.

«Мне нравится этот кубик»

Исследования, проведенные психологами, дают основания утверждать, что на 1-м году жизни у ребенка когнитивно-аффективные компоненты образа своего «Я» еще четко не дифференцированы на позитивные и непозитивные. Младенцу свойственно эмоционально-положительное переживание «своей субъектности и коммуникативной и предметно-практической деятельности» (Авдеева Н. Н. и др., 1986).

Во втором полугодии жизни ребенка происходит существенное увеличение опыта его взаимодействия с предметами, что постепенно способствует формированию у малыша представления о себе как о деятеле. Ребенок начинает различать успешность и неуспешность каких-либо своих практических манипуляций, соответственно переживая свои достижения или неудачи.

Развитие Я-концепции под влиянием социума

С первых дней после рождения ребенок попадает во взрослый мир, в котором отношения между людьми непременно влияют на его личностное развитие. Прежде всего, конечно, малыш находится в среде своих близких (родителей, сестер, братьев, бабушек, дедушек), эмоциональное воздействие которых на малыша определяет в свою очередь эмоциональное восприятие ребенком себя, окружающих людей и даже всего окружающего мира. Одним словом, веселым, жизнерадостным или же угрюмым, грустным и замкнутым в себе будет малыш, очень во многом зависит от того, какая эмоциональная атмосфера преобладает в доме, где он появился на свет и где получает первые «капельки» счастья и горечи. Эмоциональное восприятие ребенком себя и окружающего мира зависит также и от того, как привыкли разговаривать и решать свои проблемы мама с папой и как они общаются с малышом в разных жизненных ситуациях, как поощряют и как наказывают, испытывает ли ребенок страх и желание утаить, спрятать что-то или же наоборот, потребность в помощи и совете взрослого.

Факторы развития

На протяжении всего младенчества и раннего детства главным фактором формирования Я-концепции ребенка является его общение со взрослыми, в первую очередь – с родителями.

Образ Я и родители

С конца первого месяца общение младенца со взрослыми имеет ситуационно-личностный характер. Это связано с тем, что в этот период своего развития ребенок нуждается в общении со взрослыми прежде всего для удовлетворения своих насущных потребностей, поэтому малыш стремится во всем проявить свою активность, выражая свое эмоциональное отношение к имеющей место ситуации.

Исследования

Как показали исследования группы психологов (Авдеева Н. Н. и др., 1990), младенец до 3 месяцев реагирует только на положительные обращения к нему взрослых и никак не отвечает на интонационно-мимические выражения неодобрения или порицания в его адрес. Это может быть связано с тем, что позитивные «сигналы» более просты и распознавание их доступнее для ребенка. Или же, по мнению психологов, младенец имеет рефлекторную защиту от негативных психологических воздействий, исходящих от тех людей, от которых зависит его существование. Кстати, последний фактор вполне может представлять собой начало того огромного количества сознательных и бессознательных защит, присущих личности взрослого человека.

В этот возрастной период ребенок способен очень чутко различать оттенки отношения к нему взрослого, но пока еще не может отличать одного человека от другого. Однако характерно, что безразличие взрослого уже в этом возрасте малыш воспринимает негативно.

В настоящее время считается признанным, что ребенок уже в первые полгода жизни способен к ограниченной имитации действий своих родителей. Он двигает головой, открывает и закрывает рот, даже высовывает язык в ответ на мимику родителей. Несмотря на то что движения младенца носят подражательный характер, совершает их он самостоятельно, без чьего-либо давления или просьбы, что, безусловно, можно считать началом проявления образа Я у ребенка. Более того, совершая какое-либо движение или действие, младенец наблюдает за реакцией взрослых, познавая таким образом, что в его поведении является дозволенным, а что воспринимается укоризненно. Так ребенок приобретает опыт влияния на окружающих: он изучает, как взрослые оценивают его действия, начинает понимать, чего от него ждут, и прилагает немалые усилия, чтобы разобраться в том, как ему следует вести себя со взрослыми.

После 6 месяцев постижение своего «Я» развивается в русле общего психосоциального развития младенца. Если рассматривать одну из важных психосоциальных составляющих в системе человеческих отношений – привязанность к значимым близким – как способ проявления самосознания, то самосознание первоначально на эмоционально-чувственном уровне дает основание ребенку осознавать себя как: «Я – любимый», «Я – желанный», «Я – привязанный к моим близким». Таким образом, ребенок ощущает свое «Я» таким, каким воспринимают и определяют его взрослые, то есть Я-концепция младенца «помещена» внутрь родительской концепции и из нее рождается.

В соответствии с интерпретацией известного специалиста в области психологии развития Г. Крайга понятием «привязанность» обозначают отношения, характеризующиеся сильной взаимозависимостью, ярко выраженными обоюдными чувствами и жизненно важными эмоциональными связями.

Младенец старше 6 месяцев способен уже четко и своевременно выразить окружающим свою реакцию на какую-либо конкретную ситуацию. Теперь ребенок уже знает, чего он хочет, и в случае, если ситуация не нравится малышу или
Страница 40 из 52

противоречит его ожиданиям, если он испытывает дискомфорт оттого, что чем-то неудовлетворен, – он «сердится» и незамедлительно ставит в известность своих родителей, требуя и ожидая изменения ситуации. Если же ребенок чем-то доволен, ему все нравится, ситуация приносит ему желанное и приятное, то младенец спешит оповестить окружающих об этом радостным оживлением.

Таким образом, возникновение и формирование осознания своего «Я» у ребенка происходит в результате его активного взаимодействия с окружающими. В связи с этим взрослым следует иметь в виду, что им необходимо всячески способствовать развитию активного самовыражения ребенка, помогать ему проявлять свои желания, свою индивидуальность.

Я и незнакомцы

С 3 месяцев и примерно до конца первого полугодия ребенок начинает различать знакомых и незнакомых людей. Близкого человека, которого ребенок хорошо знает, он приветствует радостной улыбкой или просто оживлением. Незнакомца же малыш может «принять» также с радостью, однако степень ее выраженности будет заметно меньше. Многое зависит от того, каково у ребенка общее эмоциональное восприятие мира и окружающих его людей, веселый ли он и оживленный в повседневной жизни или же его поведение характеризуют в большей степени спокойствие и безразличие к происходящему вокруг. Чем обусловлен тот или иной «взгляд» малыша на мир, мы уже говорили чуть раньше, где речь шла об атмосфере дома и взаимоотношениях в семье.

Во 2-м полугодии жизни у ребенка появляется стойкое расположение к родным людям и параллельно развивается отрицательное отношение к незнакомцам.

К 7–8 месяцам ребенок может, проанализировав различные реакции на него со стороны взрослых, сделать выводы о том, кто из окружающих с ним связан и как этот человек к нему относится. Появляющиеся же в поле восприятия ребенка «незнакомцы» уже без труда отличаются от близких людей и родителей и принимаются ребенком с большой настороженностью.

Можно предположить, что подобное отношение к незнакомым людям является не просто «реакцией избегания», а своего рода «экспериментом» ребенка, который дает ему возможность узнать об истинном отношении «чужих взрослых» к нему. При этом малыш наблюдает за эмоциональной реакцией близких на «чужого» человека. Более «авторитетным» для ребенка является мнение матери, и если мама улыбается незнакомцу и голос ее звучит мягко, ласково, спокойно, то и малыш уже смелее обращает свой взор в его сторону, постепенно привыкая к этому человеку и «принимая» его.

Отражение «Я-фактора» в речи

У психологов есть основание считать, что проявление особенностей образа Я в речи ребенка начинается с момента появления его лепета в виде псевдословесного потока. Этот способ эмоционально-мотивационного общения младенца со взрослыми проявляет себя примерно к 11 месяцам жизни малыша.

Во 2-й половине 1-го года жизни у ребенка начинает формироваться собственно речевая деятельность. В ней ребенок пытается выразить свое отношение к окружающим его людям, явно демонстрируя избирательность восприятия обращенной к нему речи взрослых. Это отражается и в том, какие первые слова произносит ребенок. Однако суть «Я» ребенка обозначается значительно раньше, еще в 1-й месяц его жизни. Проявления этого можно увидеть в определенной интонационной структуре крика ребенка, который по своему акустическому составу имеет сходную интонацию с недовольством взрослого человека.

Исследования

В исследовании Р. В. Тонковой-Ямпольской (1968) с помощью акустического анализа выявлено различие звуков недовольства и спокойного гуления (повествовательная интонация). С 3-го месяца у ребенка появляются звуки радости и смеха, с 6-го – интонация радости дифференцируется: возникает радость с восклицанием и более спокойные веселые звуки. С 7 месяцев выделяется интонация, сходная по своей структуре с эмоциональной просьбой, и выразительное спокойное гуление, похожее на интонацию утверждения у взрослого. С 10 месяцев выявляется настойчивая интонация, близкая к убеждению и требовательному повелению у взрослого. И наконец на 2-м году жизни добавляется интонация вопроса.

Таким образом, речевое развитие ребенка в первом полугодии жизни проявляется в первую очередь в интонационном структурировании его речи (Рыбалко Е. Ф., 1990, с. 142).

Еще в младенческом возрасте у ребенка постепенно происходит формирование способов общения, начинают складываться первичные формы коммуникативной активности, имеющие определенную структуру.

Во втором полугодии жизни активность самопроявления ребенка в общении с окружающими значительно возрастает. Усиливается жестикуляция малыша в адрес окружающих, дифференцируются и усложняются голосовые и эмоциональные реакции. Так, в возрасте 7 – 12 месяцев младенец начинает заявлять о себе как о субъекте общения. Научившись говорить, ребенок произносит свое имя для того, чтобы сообщить окружающим о своих потребностях, желаниях или чувствах.

Осознавание себя проявляется в самохарактеристиках (уменьшительные или упрощенные варианты слов, определяющие позитивность или негативность отношения к себе). Кроме того, интересно, что словесное оценивание себя и других ребенок осуществляет в соответствии с конкретной ситуацией и ожиданиями данного партнера по общению.

Отношение младенца к себе

В работах, выполненных под руководством М. И. Лисиной (1980), экспериментально было установлено, что на первом году жизни у ребенка развивается весьма своеобразное отношение к себе. В основном оно складывается в результате общения со взрослыми, адекватно и непосредственно отражая те чувства любви, заботы, безусловного принятия личности ребенка, которые исходят от окружающих. Вследствие этого у ребенка формируются такие важные составляющие его образа-Я, как эмоционально-позитивное самоощущение и переживание своей значимости для окружающих людей.

Таким образом, все эти факторы влияют на развитие у младенца общей самооценки. Однако на первом году жизни роль собственного опыта ребенка (его взаимодействие с предметами, общение со взрослыми) в развитии образа Я еще весьма незначительна.

Интересно, что с момента рождения и 2 месяца спустя младенцы не могут выделить себя из окружающего мира.

Однако со временем они начинают понимать, что они – отдельные и единственные в своем роде существа. Осознанию этого открытия посвящена значительная часть младенчества (Крайг Г., 2000).

Становление содержательной сути Я-образа происходит так, что хотя младенец и переживает результат своих действий (он его радует или огорчает), но это переживание не носит характера «успеха» или «неуспеха» в психологическом значении этих терминов. Тем не менее у ребенка формируется отношение к себе, возможно, в виде стабильной составляющей его Я-концепции. Значимость этого момента подчеркивалась в классических теоретических работах, связанных с Я-концепцией человека.

Психологические теории

Э. Эриксон, пожалуй в большей мере, чем другие психоаналитики, исследовавший психологическую феноменологию развития человека, выделяет восемь стадий жизненного цикла человека. Первая стадия проходит в период от рождения до 1,5 лет
Страница 41 из 52

(Элкинд Д., 1996).

Доверие и недоверие. Первая стадия развития человека соответствует оральной стадии классического психоанализа и обычно охватывает первый год его жизни. В этот период развивается способность маленького человека к социальному взаимодействию, движущей силой которого является его доверие к окружающему миру, родителям, близким людям.

Степень доверия ребенка в значительной мере зависит от проявляемой к нему заботы. Младенец, желания и потребности которого сразу удовлетворяются, который никогда долго не испытывает дискомфорт, которого баюкают и ласкают, с которым играют и разговаривают, чувствует, что мир – место довольно уютное, а люди – существа отзывчивые и добрые. Если же ребенок не получает должного ухода, не встречает любовной заботы со стороны окружающих, то в нем вырабатывается недоверие – боязливость и подозрительность по отношению к миру вообще и к людям в частности (Элкинд Д., 1996) (это первоначально затаенное недоверие, а порой и страх малыш понесет дальше по жизни, заставляя впоследствии взрослых задумываться о причинах возникновения тех или иных отрицательных черт в характере ребенка, его привычках и желаниях).

(Необходимо подчеркнуть, однако, что вопрос о том, что станет доминантой в формировании образа Я ребенка (доверие или недоверие), не решается однозначно в первый год его жизни. Этот барьер в своем становлении ребенку предстоит преодолевать заново на каждой последующей стадии развития. В этом состоит и надежда, и одновременно затаенная угроза.)

Формирование половой идентичности

С точки зрения известного отечественного исследователя психологии половых различий И. С. Кона, самая первая категория, в которой ребенок осмысливает собственное «Я», – это половая принадлежность (Кон И. С., 1981).

Однако на протяжении всего младенчества и раннего детства главным фактором формирования Я-концепции ребенка остается его общение со взрослым человеком, в том числе и в отношении осознания своей половой принадлежности. Внешние признаки пола новорожденного обозначают для взрослых «программу» его восприятия и их отношения к ребенку (в духе какой половой роли, мужской или женской, он должен воспитываться). С полом у людей (в большей или меньшей мере в зависимости от культуральных особенностей) связываются традиционные ассоциации, которые ребенок в течение жизни постепенно усваивает. В последующем эмоционально-когнитивное осознание себя как человека определенного пола уже обусловлено нормами и обычаями соответствующего общества и культуры.

Наблюдения

Распознавать пол человека дети обучаются рано. Так, разная «реактивность» на мужчин и женщин наблюдается уже у 7 – 8-месячных младенцев (Колисов Д. В., Сельверова Н. Б., 1978).

Как указывает И. С. Кон, первичная половая идентичность, т. е. знание своей половой принадлежности, складывается уже обычно к 1,5 годам. Осознание своего пола является наиболее устойчивым, стержневым элементом самосознания ребенка (Кон И. С., 1981, с. 49).

К 2 годам ребенок знает свой пол, но еще не умеет обосновать эту принадлежность. Определяя себя как мальчика или девочку, малыш не связывает это со своими биологическими признаками. В дальнейшем у ребенка состоится истинная половая идентификация как результат сложного биосоциального процесса, соединяющего онтогенез, половую социализацию и развитие самосознания.

Резюме

Формирование Я-концепции у ребенка на самом раннем этапе его развития происходит под влиянием общения со взрослыми.

В соответствии с содержанием введенного А. В. Запорожцем понятия «функциональное развитие» (в сравнении с возрастным развитием), можно считать, что Я-концепция в младенческий период (так же как и в последующие) проходит стадию «функционального развития», что предусматривает изменение отдельных составляющих и функций Я-образа ребенка.

С момента рождения и 2 месяца спустя младенцы не могут выделить себя из окружающего мира. Однако со временем они начинают понимать, что они – отдельные и единственные в своем роде существа. Осознанию этого открытия посвящена значительная часть младенчества.

Последовательность формирования Я-концепции у младенцев

– Первые 2 месяца жизни у ребенка нет грани между собой и миром.

– Осознание своего тела приходит в 3–8 месяцев.

– Воздействие на окружение начинается с 3 месяцев.

– Выражение отношения к другим людям наступает у ребенка с 7–8 месяцев.

– Умение откладывать осуществление своих «планов» на короткое время появляется с 8 месяцев.

– Подражание окружающим людям и изучение норм их поведения начинается с 6 месяцев.

– Опережающая модель в самопроявлении – понимание того, что от него ждут, наступает в 12–18 месяцев.

– Внешний Я-образ (узнает себя в зеркале, на фотографии) формируется с 8 месяцев.

– Узнает о принадлежности к конкретному полу с 18 месяцев.

– Узнает о своих физических особенностях и других характеристиках с 18 месяцев.

– Негативная реакция на несоответствие суждений о нем и вербальный образ своего Я появляются с 18 месяцев.

– Проявление своего отношения к чему-либо в «сознательных эмоциях» – гордости, вины, стыда, смущения – появляется после 1 года.

– Интернализация общественных норм, ориентация на социальные нормы в своем поведении появляется у ребенка около 2 лет.

– Понимание освоения половых ролей возникает после 20 месяцев.

– Распространение понятия Я на то, что мне принадлежит, – «собственничество» – возникает у ребенка около 2 лет.

– Элементы саморегуляции – самоинструктирование, самопоощрение, самопорицание – появляются в возрасте около 2 лет.

Глава 5

Поведенческие особенности

Значение термина «поведение» можно рассматривать как в общем смысле, так и в более узком, конкретном. В расширенном значении этого слова под поведением понимают индивидуальные формы движения любых объектов в контексте некоторых условий. Так, например, физики говорят о поведении электрона в магнитном поле. В узком смысле поведение – это «присущее живым существам взаимодействие с окружающей средой, включающее их двигательную активность и ориентацию по отношению к этой среде» (БЭС, с. 160).

Двойственная природа человека (А. Н. Леонтьев) проявляется в том, что его поведение одновременно осуществляется в двух средах – физической и социальной. Следует подчеркнуть, что социальной средой является не просто совокупность людей как физических тел, а характеризующая культуру данной социальной группы система эмоциональных (непосредственных) и рациональных (опосредованных) отношений между людьми. В связи с этим поведение людей приобретает две основные формы – форму деятельности и форму общения. И в том и другом случае человек как активный инициатор своего поведения выступает в качестве субъекта, в первом случае – субъекта деятельности, во втором – субъекта общения. Таким образом, при анализе развития человека как активного деятеля основной категорией является категория субъекта.

Активность человека как субъекта определяется активностью самой психики, поскольку психика «активна, а не реактивна по своей природе и сущности» (Суходольский Г. В., с.
Страница 42 из 52

70). «Активность, понимаемая как порождение материальной или духовной энергии, есть исходная характеристика субъекта, главный признак, отличающий его от объекта» (Каган М. С., с. 90). Второй «характеристической особенностью субъекта действия» является «осознанность действий» (там же).

Поведение человека – имеющее природные предпосылки, но по своему содержанию социально обусловленное, опосредствованное языком взаимодействие с окружающей средой, реализуемое в форме деятельности и общения.

Развитие координированного, целенаправленного и осмысленного поведения человека идет путем освоения и согласования субъектом трех пространств, в которых осуществляется его жизнедеятельность: пространства его собственного тела, физического пространства и «пространства» межличностных отношений, или социального пространства.

Развитие телесного пространства и физической активности

Развитие телесного пространства начинается с освоения ребенком собственного тела. Это происходит путем исследования возможностей своего тела и его спонтанной физической активности.

Развитие схемы тела

Схема тела – это психическая структура, в которой отражена конструкция собственного тела человека. Только благодаря ее наличию возможна успешная координация движений различных частей тела человека. Наличие схемы тела необходимо для эффективного взаимодействия ребенка с физическим миром. Формирование схемы тела начинается, по-видимому, с момента его первого контакта с предметным миром и в дальнейшем обусловливается его предметными действиями и деятельностью.

Исследования

По данным М. Л. Симмел, которая тщательно исследовала возрастные изменения в появлении феномена «фантомной конечности», формирование схемы тела завершается только к 9 – 10 годам (Симмел М. Л., с. 370).

Посмотрим, как развивается поведение ребенка в плане освоения физического пространства с момента рождения до 2 лет.

Новорожденный ребенок

Новорожденный ребенок большую часть времени спит. Однако уже в первые дни общее время бодрствования, состоящее из коротких интервалов между сном, достигает нескольких часов в сутки (Авдеева Н. Н. и др., 1996). Во время бодрствования ребенок проявляет три формы активности: спокойное бодрствование, активное бодрствование и крик, который взрослыми оценивается как плач.

Во время спокойного бодрствования ребенок лежит с открытыми глазами. При этом двигательная активность, в том числе и мимическая (гримасы), практически отсутствует. При попадании в поле его зрения движущегося предмета он может провожать его взглядом.

Хватательный рефлекс: ребенок крепко сжимает вложенный в его руку палец

В периоды активного бодрствования глаза ребенка также открыты, дыхание, как правило, неровное. Он совершает быстрые, хаотичные, разнообразные движения, в которых принимают участие все части его тела.

Во время крика ребенок издает голосом громкие, нечленораздельные, порой надрывные звуки. При этом он весь приходит в движение – «барахтается».

В поведении новорожденного проявляются разнообразные, жизненно необходимые рефлексы. Один из них – рефлекс «поиска груди»: если ребенка погладить по щеке около уголка рта, он повернет голову в сторону поглаживающей руки. Если ребенок очень голоден, то в ответ на такое раздражение он повернет голову в обе стороны несколько раз, при этом он открывает рот и вытягивает губы.

Младенчество

К 4 месяцам некоторые рефлексы (например, рефлекс шагания) угасают, и в поведении ребенка начинает появляться некоторая осмысленность и «произвольность». Дети в этом возрасте уже способны поднимать голову, лежа на животе, а если их поддерживать в сидячем положении, они удерживают ее вертикально и внимательно наблюдают за происходящим вокруг. В этом же возрасте дети уже способны переворачиваться с живота на спину и обратно.

Рефлекторная ходьба (шаговый рефлекс)

В этом возрасте рука ребенка постепенно начинает выполнять роль манипуляторного органа. Он может обхватывать одну руку другой или схватить рукой свою ногу и разглядывать ее или обследовать ее ртом. Такое взаимодействие со своим собственным телом дает ребенку важную информацию для построения схемы тела. Приблизительно к 6 месяцам ребенок уже достает предмет, трогает его, берет в руку, машет им, стучит (Авдеева Н. Н. с соавт., 1996). Таким образом, развитие схемы тела происходит в предметном действии, в процессе взаимодействия с физическим миром.

Ребенок собирает пирамидку, надевая кольца на основание

Развитие взаимодействия с физической средой

Манипуляторный характер действий

Манипуляторный характер действий (от лат. manipulus – горсть, пригоршня; manus – рука) – осуществление разнообразных движений руками с предметом, его ощупывание, вращение, перекладывание, встряхивание, бросание и т. д.

Зрительно-моторная координация – осуществление координированных движений, осуществляемых под контролем зрения.

В возрасте 7 – 10 месяцев ребенок не только овладевает достаточно тонкой моторикой, но и обретает способность самостоятельно перемещаться в пространстве. Его действия носят уже манипуляторный характер.

Зрительно-моторная координация достигает высокого уровня развития: ребенок уже может открывать и закрывать крышку коробки, вкладывать шарик в полый кубик, доставать один интересный предмет с помощью другого. Ребенок в этом возрасте уже может, придерживаясь за что-то, самостоятельно вставать на ноги и даже ходить, опираясь на что-то. В пространстве большинство детей перемещается на четвереньках. При этом они проявляют высочайшую исследовательскую активность – руками и ртом обследуется любой попавшийся на пути предмет. В то же время игры ребенка с предметами в этом возрасте имеют еще чисто манипуляторный характер: предметы перекладываются из руки в руку, их бросают, ими стучат и т. д.

Функциональный характер действий

Функциональный характер действий – воспроизведение в структуре действий функциональных свойств предмета, например, характерных для него движений или движений, связанных с его использованием. После 10 месяцев игры с предметами приобретают дифференцированный, функциональный характер: куклу укачивают, расческой «расчесываются», машину катают. Таким образом, многие действия ребенка после 10 месяцев становятся преднамеренными.

Наблюдения

Ребенок может 84 раза подряд поднять крышку кофейника для того, чтобы вызвать звук щелчка при ее захлопывании под действием пружины (Люблинская А. А., с. 335).

Вехи в развитии человека

Основной новой характеристикой деятельности второго года жизни ребенка является его направленность на достижение результата, интерес к функциональному назначению объектов, то есть переход от манипуляторной к собственно предметной деятельности.

В возрасте 12 месяцев тонкая моторика становится еще более совершенной – у ребенка появляется способность подбирать мелкие предметы и рассматривать их, зажимая между двумя пальцами, большим и указательным. В этом же возрасте некоторые дети начинают самостоятельно ходить, что значительно расширяет их жизненное пространство. Они могут включать
Страница 43 из 52

электроприборы, открывать дверцы и окна, забираться в шкафы, засовывать мелкие предметы в щели и розетки. Это может в некоторых случаях, безусловно, оказаться опасным, однако следует учитывать, что чрезмерное ограничение активности и любознательности ребенка может привести к торможению развития его самостоятельности во взаимодействии с окружающим миром. Многие дети в этом возрасте при соответствующих побуждениях со стороны взрослых начинают пользоваться ложкой во время еды и пить из чашки, держа ее двумя руками.

В 1,5 года поведение детей становится более сложным. Они могут: выстроить башню из двух – четырех кубиков, более умело есть самостоятельно, более уверенно ходить и даже пытаться бегать, частично самостоятельно раздеваться. Однако наиболее важным является то, что они воспроизводят довольно сложные действия, подражая взрослым, например «читают» книгу, «укладывают спать» партнера.

В возрасте 2 лет психомоторика детей развита уже настолько, что легче сказать, чего они не умеют делать в домашнем мире, чем перечислить то, что они уже умеют. И все же важными приобретениями к этому возрасту являются следующие умения: бегать, подпрыгивать на обеих ногах, отбивать мяч ногой, бросать мяч двумя руками партнеру, взбираться по лестнице, переливать воду из сосуда в сосуд, строить башню из 6–8 кубиков, рисовать каракули, самостоятельно раздеваться.

Развитие социального поведения

Описанные выше формы поведения ребенка в физической среде были бы просто невозможны, если бы дети не были с самого начала погружены в мир, созданный взрослыми людьми, и их развитие протекало бы без участия взрослых.

Справедливость этого суждения подтверждается случаями развития детей, «воспитывавшихся» животными или в условиях ограниченных контактов со взрослыми (Й. Лангмейер, З. Матейчек; А. М. Прихожан; Н. Н. Толcтых).

Достоверно доказано, что ребенок может вскармливаться и воспитываться животными. Описано множество случаев такого воспитания. Наиболее тщательно задокументированным из них является случай с двумя девочками, которых в 1920 году обнаружили в стае волков близ индийской деревни Годамури. После того как их поймали, выяснилось, что младшая из них, которую назвали Амалой, была в возрасте приблизительно 1,5 лет, а старшая (Камала) – приблизительно 8 лет.

После помещения их в сиротский приют в Миндрапуре за ними был организован уход и тщательное наблюдение. Поскольку Амала была младше, она быстро прогрессировала в своем психическом развитии, однако она, к сожалению, через год умерла, поэтому все данные о дальнейшем развитии основаны на наблюдении за Камалой в течение последующих 9 лет. Она тоже умерла от уремии в возрасте 17 лет.

В начале помещения этих девочек в приют их поведение характеризовалось следующим.

Человеческой речью они не владели. Более того, людей они боялись. Камала искусала одного из детей, неосторожно приблизившегося к ней. Перемещались они на четвереньках так ловко, что их трудно было поймать. Днем они спали, свернувшись в уголке и тесно прижавшись друг к другу. Ночью они проявляли максимальную активность и, как волки, регулярно по три раза за ночь выли. Подобно волкам, Камала ворчала и скалила зубы, когда к ней кто-то приближался. Других звуков они не издавали. Ели они, стоя на четвереньках, прямо ртом из миски. Рот был также единственным хватательным органом. Руками они пользовались исключительно для своего передвижения. У обеих была очень чистая и здоровая кожа, на коленях огромные мозоли. Обнаружено было, что запах сырого мяса они чувствовали на расстоянии 70 метров.

Психическое развитие Камалы было крайне медленным. Свое первое слово она произнесла только спустя 2 года. Еще через два года ее словарь содержал 6 слов. К 17 годам она научилась произносить только короткие фразы. Стоять она научилась через 3 года после помещения в приют и еще через 3 года она сделала свои первые самостоятельные шаги. К концу своей жизни ее эмоциональные реакции стали более дифференцированными и она могла уже приемлемым образом участвовать в жизни детского коллектива. Вместе с тем ее поведение часто оставалось неадекватным возникающим социальным ситуациям (Й. Лангмейер, З. Матейчек).

Описаны случаи воспитания детей пантерой, бабуинами и даже кенгуру. Во всех случаях наблюдения за поведением детей, воспитывавшихся животными, отмечалось следующее.

1. В своем поведении они воспроизводили видовое поведение (повадки) животных, которые их воспитывали.

2. Все они запаздывали в умственном развитии, характерном для развития детей в обычных условиях.

3. Их дальнейшее перевоспитание было крайне затруднено.

Общепризнано представление о том, что сознание человека является результатом его участия в жизни организованных социальных групп с момента рождения. По мнению А. В. Брушлинского, такое участие может оказаться продуктивным только в том случае, если ребенок обладает «изначальной социальностью» в качестве необходимой его предпосылки. Благодаря этому качеству ребенок, минуя животную стадию развития, сразу же включается в культуру социальной среды, участвуя вместе с другими в ее развитии. При этом вместе с развитием активности ребенка как субъекта происходит одновременное овладение навыками общения в социуме.

Развитие социального поведения новорожденного ребенка

Изначальная социальность ребенка не только способствует его психическому развитию, но и требует постоянных, устойчивых, заинтересованных его контактов со взрослыми. Напомним, что новорожденный обладает всем необходимым для участия в социальном взаимодействии. Совершенствование техники научных исследований развития социального поведения младенцев (применение в наблюдении рапидной съемки) позволило обнаружить, что уже в первые недели жизни дети способны к организованным избирательным реакциям на воздействия со стороны взрослых и достаточно сложному взаимодействию с ними.

В. Кондон обнаружил, что новорожденный способен двигаться синхронно ритму речи взрослого. Скоростная киносъемка позволила увидеть, что движения матери и младенца представляют собой гармонично сочетающиеся взаимные приближения и отступления – как бы своеобразный вальс. Эти факты получили название явления синхронизации сложных действий матери и младенца (Н. Н. Авдеева и др.; Г. Крайг).

Готовность новорожденного к социальному взаимодействию проявляется, в частности, в том, что он, по данным Д. Б. Годовиковой, при воздействии различными звуками проявляет максимальную реактивность в форме ориентировочной, поисковой реакции в ответ именно на интонированную фразу (Е. Ф. Рыбалко).

Уже к трем неделям жизни при условии постоянного и тесного контакта с матерью новорожденный способен фиксировать свой взгляд на глазах матери. Однако самым поразительным оказалось то, что уже 3-месячный или чуть старше ребенок способен участвовать в играх взрослого с ним. Повторяя движения взрослого взглядом, ребенок то отводит глаза в сторону, то смотрит на лицо играющей с ним матери, тем самым помогая ей определить темп и ритм движений во время игры, например при игре в «козу» или «ладушки».

Вехи в развитии

Первым отчетливым проявлением
Страница 44 из 52

социальной активности младенца является то, что он начинает улыбаться в ответ на голос матери или на ее появление в его поле зрения. В атмосфере любви и непрестанных разговоров с ребенком первая «социальная» улыбка появляется у малыша уже к концу первого месяца его жизни, что знаменует собой окончание периода новорожденности. До этого момента дети также могут улыбаться и проявлять иные мимические реакции, например при купании или после еды. Однако, поскольку эти действия младенца еще не направлены на кого-либо, они получили название «спонтанной» или «гастрической» улыбки.

Развитие социального поведения ребенка после периода новорожденности

До 6 месяцев общение ребенка со взрослыми носит преимущественно эмоциональный характер. В качестве средств общения в это время выступают эмоциональные реакции.

После 6–8 месяцев у ребенка формируется новый тип общения со взрослыми – ситуативно-деловой, при котором в качестве средства общения наряду с эмоциональными реакциями становится действие с предметом.

Эмоциональное общение – общение посредством так называемых выразительных движений, то есть движений, соответствующих определенному эмоциональному состоянию: поз, мимики, интонаций голоса, прикосновений, поглаживаний, прижимания к груди, отталкивания и т. д.

Ситуативно-деловое общение – здесь: общение ребенка со взрослым в процессе совместных действий с предметами, целью которого является само по себе совместное действие.

Предметное общение

Общение ребенка со взрослыми не только способствует формированию у него так называемого базового доверия к миру, но также, что крайне немаловажно, очень рано открывает ребенку пространство предметов – вещей, в которых воплощен общественно-исторический опыт взаимодействия с физическим миром. С помощью языка, а также других средств общения взрослый вводит ребенка в мир, который имеет строгую организацию, в котором каждая вещь и каждый предмет занимают определенное место и выполняют определенные функции. Продуктивность взаимодействия ребенка с предметами, в частности с игрушками, обязательно связана с его общением со взрослыми. Известно, что малыш испытывает наибольший интерес к тем вещам и игрушкам, которые побывали в руках у взрослого или которыми он играл со взрослым.

Еще не владея речью, ребенок вступает в активное общение со взрослым, используя при этом жесты, мимику, вокализации. Таким образом он всем своим поведением дает понять, что требует сотрудничества.

С помощью жестов и голоса он обращается к взрослому для того, чтобы заполучить какой-нибудь предмет, или дает понять, что хочет приблизиться к чему-то, рассмотреть, открыть, достать, потрогать. Так игрушки становятся активно используемыми средствами общения. Взрослый превращается в партнера по совместной деятельности, причем партнера, который не только показывает ребенку, как надо играть и что делать, но кроме этого еще и оценивает, насколько успешной была попытка малыша совершить то или иное действие. Именно поэтому в подобном общении взрослого с ребенком все более важной становится роль одобрения и порицания действий, совершаемых малышом.

Предметное взаимодействие со взрослым может превращаться в игру, инициатором которой является ребенок. Он может, например, протягивая волчок, этим жестом просить его завести. Или же может бросать игрушку на пол и ждать, чтобы ему ее подняли. К этому времени ребенок уже понимает значение отдельных слов, может отличать ласковые интонации от упреков, хотя развитие речи у него находится на стадии лепета.

Речевое общение

В возрасте до 1 года понимание ребенком речи взрослого носит еще сугубо ситуативный характер. Ребенок скорее реагирует на интонацию и выражение лица близкого человека, чем на собственно значение сказанного им слова. Значения слов представлены ему единичными объектами в знакомых ситуациях.

На 2-м году жизни начинает стремительно развиваться процесс обобщения. К концу второго года ребенок имеет активный словарный запас – уже в 2–3 десятка слов. Он может уже связывать их в предложения, состоящие из 2–3 слов. Несмотря на то что слова произносятся неправильно, ребенок может уже с их помощью выразить свое желание, приглашение, вопрос. Где-то именно в этом возрасте адресованные взрослому неоформленные возгласы с просьбой назвать предмет заменяются первыми вопросами типа «Что это?»

Процесс обобщения – мыслительная деятельность, содержанием которой является отражение общих и характерных признаков и качеств данного класса объектов и явлений окружающей действительности. Процесс обобщения лежит в основе формирования понятий.

Подражание – источник развития ребенка

Подражание – здесь: воспроизведение ребенком в своих действиях поведения взрослого в различных ситуациях.

Механизмы развития

Основным механизмом развития ребенка как субъекта деятельности и общения является подражание взрослым, которое приобретает в разные периоды жизни самые различные формы.

Подражание является классической проблемой для психологии развития. Ей уделяли внимание такие выдающиеся исследователи, как Г. Тард, Э. Торндайк, Д. Уотсон, Р. Вудвортс, И. М. Сеченов, К. Д. Ушинский. В теории социального научения подражание, или имитация, выполняет познавательную и коммуникативную функцию. Л. С. Выготский считал, что подражание является источником всех специфически человеческих свойств сознания и видов деятельности.

У младенца до 6 месяцев подражательные действия являются исключением, поэтому основная форма подражания ребенка в этот период представляет собой эмоциональное заражение. Оно способствует формированию между ребенком и взрослым пространства непосредственно-эмоционального общения. Благодаря механизму эмоционального заражения ребенок воспроизводит предречевые вокализации, которые создают модель интонационной, ритмической и фонематической стороны взрослой речи.

«Я тоже делаю гимнастику!»

После 6 месяцев подражание становится подлинным источником развития, поскольку именно подражание является основой для овладения ребенком новыми средствами коммуникации и способами предметных манипуляций.

В этот период подражание ребенка взрослым приобретает новую форму – форму «копирования» (И. В. Шаповаленко), причем до 1 года копируются действия с конкретным предметом, после 1 года происходит перенос действий на сходные предметы – «курение», говорение по «телефону», а ближе к 2 годам ребенок уже может воспроизводить цепочки предметных действий, например «укладывать спать» другого человека.

Индивидуальные особенности развития ребенка и отклонения от нормы

Человек как субъект деятельности и общения развивается на основе унаследованных и врожденных свойств. Следовательно, предпосылки субъекта следует искать также в тех исходных индивидуально-типических свойствах человека, к которым Б. Г. Ананьев относит конституцию, нейродинамику и функциональную асимметрию полушарий головного мозга. У человека специфика этих и ряда других предпосылок «состоит в том, что у ребенка сразу после рождения эти формы имеют незавершенный характер и их дальнейшее развитие
Страница 45 из 52

происходит в социальной среде» (Рыбалко Е. Ф., с. 42).

Здесь следует отметить, что в своем поведении дети уже с первых дней жизни отличаются друг от друга. Это может проявляться не только в характере реакций на раздражители, на неудобство, на голод, но и в тех предпочтениях, которые могут обнаруживаться уже у новорожденного, например в том, каким способом его можно быстрее успокоить. Именно в этом возрасте оказывается крайне важным знание и понимание родителями индивидуальных особенностей своего ребенка, его привычек, потребностей и желаний. В первую очередь, конечно, это касается матери.

Наблюдения

Американские исследователи заметили, что, если родители реагируют на запросы ребенка неадекватно, пытаются успокоить его способом, вступающим в противоречие с его собственными желаниями, «это может привести к формированию у них и у малыша нежелательных стереотипов поведения, которые впоследствии будет трудно изменить» (Крайг Г., с. 210). Отмечается, например, что если на крик ребенка, который может быть вызван различными причинами дискомфорта, всегда следует одна и та же реакция родителей – накормить, то у маленького ребенка может сформироваться и закрепиться стереотип, который можно выразить формулой «Еда – спасение от всех бед» (Раншбург Й., Поппер П.).

Несмотря на индивидуальные различия, развитие человека как активного деятеля при благоприятных социальных условиях подчинено настолько определенным закономерностям, что они позволяют даже судить о нормальности или аномальности индивидуального развития (Т. Бауэр).

В частности, Деннис наблюдал за развитием ходьбы у детей – индейцев племени хопи, живущих в условиях национальных и европейских традиций. Оказалось, что независимо от национального или европейского стиля воспитания дети хопи и в том и другом случае начинают ходить в 15 месяцев.

Дети индейцев хопи большую часть времени спеленуты

Специфика обращения индейцев хопи со своими детьми в их раннем возрасте заключалась в следующем. В возрасте до 1,5 лет дети были постоянно туго спеленутыми. При выполнении взрослым какой-нибудь работы спеленутого ребенка привязывали к обрезку доски, который ставили вертикально в защищенном месте так, чтобы ребенок мог видеть взрослого. На верхнем конце доски устраивался небольшой навес, защищавший ребенка от дождя и солнца. После достижения ребенком 1,5 лет его распеленывали и начинали учить ходить.

В своем предисловии к книге Т. Бауэра (1985) А. В. Запорожец и Б. М. Величковский пишут: «В последние годы в мировой, в том числе и английской, психологии (Дж. Брунер, К. Триварзен, Р. Харре) было получено множество эмпирических данных, подтверждающих вывод о том, что общение с окружающими и выполнение совместных с ними действий составляют необходимое условие развития младенца».

Синдром «госпитализма»

Госпитализм (от франц. hospital – больница) – синдром патологии детского психического и личностного развития, возникающий в результате отделения его от матери, а также ранней его институализации.

Исследования

Сошлемся лишь на данные Рене Спитца (1945), впервые подробно описавшего синдром «госпитализма» у детей, воспитывавшихся в приютах для младенцев. По наблюдению ученого, дети, лишенные постоянных эмоциональных контактов с кем-то из взрослых и личностного участия в их развитии, имели ряд отличительных черт. В частности, эти малыши долго не могли научиться самостоятельно сидеть и стоять, ничем не интересовались, не умели радоваться и огорчаться, были апатичны, их активность сводилась к тому, что они совершали однообразные движения рукой, ногой или корпусом, сосали палец вплоть до образования кровавых ран.

Признаками госпитализма являются также потеря в весе, вялость, апатичность, повышенная сонливость, мышечный гипотонус, уход от контактов с окружающими (отсутствие зрительного слежения, поворотов «на голос», «гуления» в ответ на ласку взрослого), слабый плач и т. д.

«Современный госпитализм», или институализация, характеризуется отсутствием ярких, разнообразных эмоций, любознательности, инициативы, недостаточным умением играть с предметами, длительной задержкой в развитии речи (Авдеева Н. Н. и др., 1996).

Синдром госпитализма развивается, как правило, у детей, содержащихся в домах ребенка, детских домах, в изоляции от материнской заботы и ласки. И несмотря на накопившийся опыт обращения с подобными детьми, специалистам в этих вопросах полностью не удается преодолеть явление госпитализма.

Резюме

Таким образом, основная линия развития поведения ребенка в раннем возрасте представляет собой последовательное движение от менее дифференцированных движений, характерных для первой половины первого года жизни, когда реализуется стремление к формированию эмоционального контакта со взрослым, через интенсивное освоение своего собственного тела к достаточно высоко дифференцированной предметной деятельности, становлению речи и интенсификации общения со взрослым на втором году жизни.

Глава 6

Социализация в ранние периоды онтогенеза человека

Социализация – это особый процесс включения ребенка в общество, процесс и результат усвоения, активного воспроизводства индивидом социального опыта. Он может происходить как стихийно, так и целенаправленно (воспитание).

Понятие социализации было введено в 40-е годы в работах Дж. Долларда и П. Миллера. В разных научных школах понятие социализации получило различную интерпретацию. В необихевиоризме оно трактуется как социальное научение, в школе символического интеракционизма – как результат социального взаимодействия, в гуманистической психологии – как результат самоактуализации Я-концепции и т. д.

Для успешной адаптации ребенку необходимо не только освоить навыки социальной коммуникации, язык социального общения в его вербальных и невербальных формах, но и определить различия между миром вещей и людей, выяснить закономерности взаимодействия как с предметным миром, так и с миром социальным. Для этого требуется определенный когнитивный базис. С другой стороны, в процессе общения с окружающими людьми ребенок расширяет свой запас сведений о мире, формируется его мышление, возникает речь. Таким образом, когнитивное и социальное развитие ребенка тесно связаны, неразрывны. С данных позиций рассмотрим процессы ранней социализации ребенка как процесс его когнитивно-социального развития.

История вопроса

Одним из первых психологов, поставивших в центр своих исследований анализ развития личности ребенка, был В. Штерн. Его теория получила название теории конвергенции. Психическое развитие в представлении Штерна – это саморазвертывание имеющихся у человека задатков, которое направляется и определяется той средой, в которой живет ребенок. Так, в игровой деятельности он выделял форму неизменную и связанную с врожденными инстинктами. Содержание игры задается средой, помогая ребенку понять, в какой деятельности он может реализовать заложенные в нем качества. Таким образом, игра служит не только для упражнения врожденных инстинктов, но и для социализации детей. Само
Страница 46 из 52

развитие В. Штерн понимал как рост, дифференциацию и преобразование психических структур. Под дифференциацией он имел в виду переход от смутных, неотчетливых образов к более ясным, структурированным и отчетливым гештальтам. В. Штерн был одним из первых, указавшим на роль схемы как ментальной структуры, помогающей перейти от представлений к понятиям.

Бихевиористы сводили социализацию к социальному научению – приобретению новых форм реакций путем подражания поведению других людей или наблюдения за ними. А. Бандура указывал, что люди способны представлять внешние влияния и ответную реакцию на них символически, в виде «внутренней модели внешнего мира». Благодаря этому даже в тех случаях, когда индивид не проявляет открытых реакций и не получает подкрепления, он, следя за подкрепляемыми действиями других, научается их имитировать.

Психоаналитические взгляды (это прежде всего концепция З. Фрейда) можно обозначить как теорию конфронтации двух факторов: биологических тенденций и среды. Роль социальных влияний состоит в том, чтобы ограничить, табуировать поведение человека. Под давлением социальных норм врожденное вытесняется из сознания, создавая напряжение и конфронтацию между сознательным (социальным) и подсознательным (врожденным).

Ж. Пиаже не рассматривал процесс социализации как самостоятельный или специфичный. Он считал, что по мере становления логического мышления ребенок овладевает правилами и законами организации социума. Критическим периодом в развитии способности к логическому мышлению, а следовательно, и пониманию правил социальной организации является преодоление эгоцентризма ребенка в 6 – 7-летнем возрасте. Следовательно, согласно Ж. Пиаже, когнитивное развитие определяет возможности социального.

Противоположная точка зрения была сформулирована в работах П. Шпитца, Дж. Боулби и их последователей. В их работах впервые были описаны последствия материнской депривации на психическое развитие ребенка, показана роль ранней эмоциональной привязанности к матери для психического здоровья, формирования личности ребенка. Последствия жизни ребенка в учреждении (госпитализм) в отрыве от матери проявлялись уже к 3–4 месяцам и становились значительными к 6–7 месяцам. Дефицит социальных контактов приводил к снижению интереса к окружению, нарушению моторного развития, появлялась апатия, обедненность эмоциональных проявлений. В дальнейшем происходили тяжелые изменения в интеллектуальном и личностном развитии детей. Формировался характер, по словам Дж. Боулби, никого не любящий и не испытывающий потребности в любви (по Лангмейеру Й., Матейчику З., 1984). Эту линию исследований продолжили Дж. Боулби (теория эмоционального развития) и М. Эйнсворт (теория привязанности).

Теория привязанности

Привязанность – избирательное отношение ребенка к матери, обеспечивающей ребенку надежную безопасность и эмоциональную поддержку.

Данная концепция эмоциональной привязанности была критикой представлений З. Фрейда о «корыстной» любви ребенка к матери, которая обеспечивает ребенка питанием. Строго говоря, критика представлений З. Фрейда эмпирически была подготовлена экспериментами Дж. Харлоу на детенышах шимпанзе. Ставшие классическими эксперименты Дж. Харлоу с суррогатными матерями моделировали «корыстную» любовь (манекен обезьяны с бутылочкой молока) и эмоциональную защиту (манекен обезьяны, обтянутый теплой, мохнатой материей), показали, что детеныши шимпанзе предпочитают «теплую маму» «кормящей» и, более того, ищут защиты в ситуации появления незнакомого страшного объекта (манекена медведя) у «теплой матери». Привязанность детеныша к матери выполняет функцию защиты и безопасности на ранних этапах развития, имеет биологические корни и обладает видовой специфичностью. Так, детеныши шимпанзе цепляются за шерсть матери. Дж. Боулби описал видоспецифический арсенал младенцев, позволяющий поддерживать близость с воспитателем. Плач и улыбка младенцев обеспечивают эмоциональный отклик и контакт с матерью или заменяющим ее человеком.

Привязанность (attachment) младенца к матери начинает формироваться очень рано.

Начальная фаза привязанности – между 8 и 12 неделями жизни: ребенок посылает сигналы, не адресованные конкретному лицу.

В течение 1-го полугодия, в фазе становления привязанности, ребенок различает знакомых и незнакомых, предпочитая знакомых.

На стадии сформированной привязанности (после 6 месяцев) ребенок способен предпринимать активные действия для достижения желаемой близости с воспитателем. Ребенок создает внутренний образ воспитателя и начинает страдать от разлуки с ним. Поведение становится целенаправленным (в течение первого полугодия).

На стадии целевого партнерства (примерно на 3-м году жизни) ребенок научается сообразоваться с планами и представлениями ухаживающего за ним человека.

Фазы привязанности сменяют друг друга в зависимости не только от развития социальных функций ребенка, но и вместе с расширением его ментальных и психомоторных возможностей. Расширяется репертуар этечментных действий. Так, если на 1-й стадии это только мимика, улыбка, плач, вокализации и контактные действия, то на 2-й стадии становится возможным координированное целенаправленное дотягивание, на 3-й стадии – ползание и лазание. Постепенно ребенок становится способен к целенаправленному поведению, у него формируется представление о «постоянстве человека» (продолжении его существования за пределами прямой видимости), наконец он становится способен понимать и учитывать чувства и намерения других людей.

Впоследствии эти работы были подвергнуты критике за сведение всего многообразия факторов, влияющих на развитие психики, только к качеству материнско-детского взаимодействия. Было показано, что депривация может принимать самые разнообразные формы и давать самые разнообразные по форме и тяжести последствия, которые далеко не всегда являются фатальными и необратимыми для дальнейшего развития (Лангмейер Й., Матейчик З., 1984).

Для оценки привязанности М. Эйнсворт был предложен тест «Незнакомая ситуация», который позволял оценить варианты привязанности. Процедура построена на предположении, что, оказавшись в незнакомой ситуации и с чужим человеком, ребенок будет демонстрировать способность к адаптации и силу привязанности к матери. Тест проводится с детьми около года и состоит из восьми эпизодов общей продолжительностью 20 минут. Мать с младенцем приходят в незнакомую игровую комнату, куда позже входит незнакомый человек и пытается взаимодействовать с ребенком. Мать покидает комнату, а затем возвращается. При втором разлучении уходят и мать и незнакомец, а ребенок остается один. Затем сначала возвращается незнакомый человек, а потом и мать. Анализ поведения детей позволил выделить четыре типа привязанности младенца к матери.

Безопасная привязанность (secure attachment), обозначенная автором как группа «В». Большинство детей образуют этот тип привязанности (66 %). Младенцы чувствовали себя уверенно в незнакомой обстановке, активно исследовали комнату, играли. При разлучении с матерью они расстраивались, изучение окружения снижалось. Они
Страница 47 из 52

радовались возвращению матери, искали с ней контакта и продолжали активно играть.

Второй тип привязанности – небезопасная привязанность избегающего типа (avoidant attachment), группа «А». Составляет 20 % выборки детей. Для младенцев этого типа привязанности характерно отсутствие или небольшое проявление горя при уходе матери из комнаты. Они обращают внимание на окружение, избегая контакта и взаимодействия с матерью, некоторые просто игнорируют ее.

Третий тип привязанности – небезопасная привязанность амбивалентно-сопротивляющегося типа, группа «С». Составляет 12 % выборки детей. Младенцы уже с первых эпизодов проявляют тревогу в присутствии матери и амбивалентность во взаимодействиях с ней. Они очень расстраиваются при уходе матери, при ее возвращении они демонстрируют желание контакта с ней, но сопротивляются приближению и взаимодействию.

Четвертый тип – небезопасная привязанность с дезорганизацией, группа «D». К ней относятся младенцы, демонстрирующие противоречивые формы поведения аномального типа, например стереотипные формы поведения (раскачивание, таскание себя за волосы, ритмичные движения руками или ногами без всякой цели, гримасы и т. п.), ступорозные реакции, реактивное поведение. Мать плохо справляется с ситуацией, и ее воссоединение может усилить данные формы поведения (Ainsworth М. et al., 1978).

Каковы последствия привязанности для психического развития детей в более старшем возрасте? Как показали исследования последних десятилетий, привязанность ребенка на ранних этапах развития оказывает влияние на все аспекты его психического развития и успешность социализации.

Так, М. Майн с коллегами (Main et al., 1985) оценивал эффекты привязанности на самооценку детей в возрасте 6 лет. Для определения самооценки он использовал кукольное интервью, когда разные куклы задавали вопросы: «Тебе нравится твое имя? Нравишься ли ты себе? Хочешь ли стать лучше?» и другие подобные вопросы. Дети, имевшие безопасную привязанность («В»), показывали, что воспринимают себя в позитивном свете и способны осознать не самые лучшие свои качества. Дети с небезопасной избегающей привязанностью («А») представляют себя как полное совершенство, тогда как небезопасно амбивалентно-привязанные дети («С») не демонстрируют определенных представлений. Небезопасно привязанные с дезорганизацией («D») судят о себе наиболее негативно. Дети безопасно привязанные имели высокие самооценки, демонстрировали большую когнитивную компетентность и гармоничные отношения со сверстниками.

В когнитивном развитии нарушение отношений привязанности наиболее сказывается в поисковом, исследовательском поведении и стиле решения задач. Ранняя безопасная привязанность обеспечивает более сложные формы исследовательского поведения (Main М., Kaplan N., Cassady J, 1985). Дети проявляли повышенный интерес, упорство и удовольствие при решении проблемных ситуаций. Подобное поведение редко встречается у 2-летних детей, имевших небезопасную привязанность (Sroufe L., 1985).

Качество привязанности у младенцев в дальнейшем связано с социальными отношениями со сверстниками. Проиллюстрируем эту связь исследованием Л. Сроуфа (Sroufe L. A., 1985), который проследил 40 детей, начиная с 12-месячного возраста до трех с половиной лет. Младенцы, имевшие безопасную и небезопасную привязанность, в 12 месяцев развивали различные социальные и эмоциональные паттерны. Безопасно привязанные оценивались воспитателями как дети с высокой самооценкой, способные к эмпатии, позитивные аффекты у них преобладали над негативными. Они были более активны, инициативны, ответственны. Во взаимоотношениях со сверстниками показывали большую выносливость, используя позитивные эмоции. Они отличались меньшей агрессивностью, были неплаксивы. Неудивительно, что воспитатели оценивали таких детей как более социально компетентных, с лучшими социальными навыками и имевших большее число друзей. Безопасно привязанные дети были более популярны среди сверстников, чем дети, имевшие небезопасную привязанность. Подобная связь между ранней привязанностью и более поздней компетентностью в дружбе была показана у дошкольников и детей начальной школы (по Hetherington E. M. & Park R. D., 1994).

Привязанность ребенка в раннем возрасте не ограничивается только одним родителем. В исследовании младенцев в возрасте 1 года изучалось соотношение привязанности ребенка к обоим родителям. Были выделены дети, которые имели безопасную привязанность к обоим родителям, только к одному (матери или отцу) и были небезопасно привязаны к другому родителю. В данных исследованиях использовали ситуацию дружелюбного клоуна («чужого») как показателя адаптивности социальных отношений у маленьких детей. Младенцы, которые были безопасно привязаны к обоим родителям, демонстрировали бо?льшую отзывчивость и более тесное взаимодействие с клоуном, чем те дети, которые были привязаны к одному из родителей и небезопасно привязаны к другому. Дети, небезопасно привязанные к обоим родителям, были наименее коммуникабельны с клоуном.

Несмотря на безусловное значение привязанности для социализации и нормального психического развития ребенка, критика теорий привязанности указывает на то, что нельзя рассматривать привязанность как универсальный механизм развития личности ребенка, игнорируя другие аспекты ее становления.

Отечественные концепции социального развития

Несмотря на разные концептуальные основания теорий П. Шпитца, Дж. Боулби, М. Эйнсворт и культурно-исторической теории Л. С. Выготского, их объединяет представление о всеобъемлющей роли социальных взаимодействий в психическом развитии ребенка.

Согласно Л. С. Выготскому, социальное взаимодействие первично и детерминирует переход в развитии человека от натуральных психических функций к высшим, специфически человеческим. Вместо понятия «онтогенез психического» он ввел понятие «социогенез психического». Ведущая роль в социогенезе психики принадлежит взрослому как носителю культурных средств, которые опосредуют взаимодействие ребенка с миром. При этом Л. С. Выготский, описывая ранние этапы онтогенеза психики, говорил о едином, взаимопроникающем ряде социально-биологического формирования личности ребенка. Признавая роль биологических, врожденных программ развития на ранних этапах (приблизительно до 3 лет), Выготский затем переносил центр тяжести на культурные факторы: общение, воспитание и т. п., делая их единственным источником развития высших психических функций. В этом состоит противоречивость теории Л. С. Выготского.

Культурно-историческая теория, таким образом, предлагала единственную детерминанту развития ребенка – социальное взаимодействие. Однако, декларируя социальную природу психического развития ребенка, культурно-историческая теория оставляла ребенка пассивным объектом взрослых социальных воздействий. Она, с одной стороны, не раскрывала его роли активного агента взаимодействий, а с другой – не оставляла места для избирательности ребенка при взаимодействии с миром, отказывая ему в индивидуальных предпочтениях, не учитывая своеобразия его развития.

М. И. Лисина, развивая линию исследований, заложенную Л. С. Выготским,
Страница 48 из 52

постулировала наличие особой потребности в общении, которая формируется на основе базовых биологических потребностей (в пище, тепле, безопасности и т. п.) и стремления к новым впечатлениям, богатым источником которых является взрослый (Лисина М. И., 1986). Критерием появления потребности в общении (приблизительно в 3–4 недели) является улыбка в ответ на воздействие взрослого. Необходимо отметить, однако, что такая улыбка может иметь и другое происхождение и функцию – аффективную регуляцию внутреннего напряжения, первоначально эндогенного, а затем стимульно обусловленного (когнитивно продуцируемого) (Сергиенко, 1992). М. И. Лисина разграничивает собственно общение и взаимодействие, которое может наблюдаться раньше 2-го месяца жизни. Общение определяется как взаимонаправленная коммуникативная деятельность, каждый участник которой выступает как субъект. В рамках общения как ведущей психической деятельности в первое полугодие жизни младенца формируются различные формы активности и важнейшие психические процессы.

В работах М. И. Лисиной и ее сотрудников было продемонстрировано положительное влияние общения со взрослым на эмоциональное и когнитивное развитие младенцев и показано, что общение со взрослым есть необходимое условие полноценного развития ребенка.

Вопрос о соотношении биологических и социальных факторов в возникновении и развитии общения в работах М. И. Лисиной остается открытым.

Таким образом, способности и к социальному и к когнитивному взаимодействию развиваются прижизненно, в процессе взаимодействия со взрослым. Однако потребность в общении не является специфичной только для человека. В широко известных опытах Дж. Харлоу и Р. Харлоу ранняя депривация общения с матерью приводила у обезьян к серьезным нарушениям поведения впоследствии. Уже у животных общение является необходимым для формирования адекватного поведения, и, следовательно, исследования М. И. Лисиной подтверждают эволюционную закономерность, но не дают основания считать социальное взаимодействие основным фактором, определяющим развитие психики у человека.

В. В. Лебединский (Лебединский и др., 1990) признает наличие врожденных реакций, обеспечивающих приспособление новорожденного к матери. Однако, по его мнению, уровень, связанный с подстройкой аффективных состояний индивида к аффективным состояниям других людей, отвечающий за реагирование на социальные стимулы, включается лишь к середине 1-го года жизни. Только с этого момента ребенок начинает имитировать эмоциональные реакции и только затем переходит к адекватному эмоциональному реагированию. С этого времени взрослый выделяется как особый объект, эмоциональное отношение к которому опосредует отношение ребенка к окружающему.

Подходы к изучению взаимодействия ребенка и взрослого на ранних этапах развития в зарубежной психологии

Между описанными крайними позициями существует несколько промежуточных вариантов.

К. Тревартен (Trevarthen С., 1989) считает, что существуют врожденные механизмы для распознавания эмоций других людей и для «присоединения» ребенка к изменениям в экспрессии, чем достигается регуляция аффективных состояний. Эти механизмы адаптируются для связи с состояниями мозга партнера по коммуникации. Фундаментальным механизмом интерсубъективной координации является кинематическая подстройка (синхронизация активности).

Подтверждением этих предположений могут служить эксперименты А. Мельтзоффа (Meltzoff А., 1990), демонстрирующие имитацию лицевой экспрессии и жестов (высовывание языка, поднятие пальца) младенцами буквально в первые часы жизни. Данные Хевиленд и Лелвики (Havilend & Lelvica), приводимые Р. П. Хобсоном (Hobson, 1993), показывают, что уже 10-недельные младенцы реагировали на эмоциональное состояние матери своими собственными аффективными состояниями и могли демонстрировать такие паттерны эмоциональной экспрессии, которые не демонстрировались матерями (открывание и закрывание рта, страх и уменьшение количества движений в ответ на выражение гнева и т. п.).

По мнению К. Тревартена, за эмоциональную регуляцию (а значит, и за регуляцию социального взаимодействия) ответственны подкорковые структуры (лимбическая система, базальные ганглии, ретикулярная формация). Следовательно, такая регуляция является достаточно древней, врожденной (формируется внутриутробно), базовой для всех последующих видов регуляции.

В работе Р. Мухамедрахимова (1999) было показано, что существуют взаимные подстройки социальных коммуникаций матери и младенца. Младенец подстраивается под индивидуальный уровень эмоционально предпочитаемой стимуляции матери, уровень ее сенсорной чувствительности.

Символическая коммуникация, по К. Тревартену, возникает около 9 месяцев, причем символическое обозначение связано с наделением предметов внешнего мира эмоциональной оценкой и распознаванием этой оценки. Язык при этом используется для регуляции активности, внося в нее эмоциональный компонент.

Суммируя вышесказанное, приходим к выводу, что первичным и врожденным является аффективный компонент, который по необходимости связан с социальным взаимодействием, а когнитивное развитие по отношению к аффективному вторично.

Р. П. Хобсон (Hobson, 1993) также признает наличие врожденной способности к аффективным контактам с другими людьми. Он считает, что социальные стимулы воспринимаются непосредственно. Восприятие улыбки, например, не двухстадийный процесс (восприятие некоторого поведения и затем наделение его определенным значением), а одномоментный, так как способность к регистрации эмоциональных значений врожденна. Кроме того, у ребенка имеются внутренне детерминированные способности к организации экспрессивных действий в ответ на эмоциональное воздействие.

При этом Р. П. Хобсон различает первичную интерсубъективность (непосредственное восприятие социальных стимулов и аффективная реакция на них) и вторичную интерсубъективность («социальная отнесенность», способность ребенка воспринимать и отвечать на аффективную реакцию других людей на предметы и события).

Р. П. Хобсон полагает также, что существует фундаментальное различие между интерперсональными и объектными отношениями, конституированное специализированными формами перцептивного / когнитивного / мотивационного / эмоционального взаимодействия с миром и с другими людьми.

Необходимым условием развития мышления он считает «дистанцирование» мысли от внешнего мира, непосредственного действенного контакта с ним. Предполагается, что это происходит путем использования двух механизмов:

1) отношения «Я – Оно» – это сенсомоторные способности, описанные вместе с путем их развития Ж. Пиаже (обобщение определенных особенностей предмета на основе опыта различного взаимодействия с ним);

2) отношения «Я – Ты» – это интерперсональные отношения, основное развитие которых происходит по линии понимания ребенком того, что другие люди также являются самостями (selves), наделенными способностью переживать различные психические состояния. Это – усвоение различного отношения и направленности других людей по отношению к предметам окружающего мира. В процессе этого усвоения у
Страница 49 из 52

ребенка возникает способность к символизации, пониманию того, что один и тот же предмет для разных людей может иметь различное значение.

Обе линии развития первоначально независимы и пересекаются лишь в конце 1-го года жизни в связи с появлением у ребенка способности к символизации. При этом развитие у ребенка понимания отношений «Я – Ты» запускает когнитивную революцию. С этого момента ребенок становится способен усвоить отношение других к миру и начинает учиться не только на собственном опыте, но и используя опыт других людей. В возрасте около 18 месяцев у детей возникает ролевая игра (то есть представление себя другим), представление о гипотетических объектах и ситуациях (не только «что есть», но и «что должно быть»).

Итак, мы видим, что существуют различные точки зрения на первичные психические механизмы:

– первична врожденная психическая активность, на базе которой формируются когнитивные механизмы, являющиеся адекватными и для познания социального мира (Ж. Пиаже);

– первичны аффективные механизмы, формируемые прижизненно в процессе социального взаимодействия, при помощи которого осуществляется все дальнейшее развитие (Л. С. Выготский, М. И. Лисина);

– первичны врожденные аффективные механизмы, на базе которых формируется сначала социальное познание – общение с матерью, затем познание предметного мира (К. Тревартен);

– первичны оба вида познания, но когнитивное на ранних стадиях онтогенеза является ведущим (Р. П. Хобсон).

Теории формирования социального знания

Большое место в современных исследованиях проблемы познания социального мира занимает проблема возникновения у ребенка представлений о наличии у других людей способности переживать различные психические состояния, такой же, какой обладает он сам (theory of mind) (Hobson R. P., 1993; Moore С., 1996). Существует огромный интерес к проблеме социального понимания. Уже в возрасте около 2 месяцев ребенок вовлечен в интеракцию как социальный партнер. В конце 1-го года жизни дети уже могут участвовать в триадической интеракции, включающей объект, на который направлен интерес взрослого и ребенка. К этому времени дети уже явно имеют представление о психических состояниях партнера по общению (они направляют чье-либо внимание жестами, могут использовать эмоциональную экспрессию другого для ориентации в ситуации и т. п.).

Все теории социального понимания характеризуются двумя основными чертами:

1) их элементы имеют структуру отношений (между субъектом и объектом). При этом субъект и объект не всегда могут быть наблюдаемы одновременно (так, объектом отношения может выступать не материальный предмет, а его ментальная репрезентация);

2) психологические отношения одинаково приложимы как к себе, так и к другим людям (другие люди также могут быть субъектами).

Одна из проблем социального понимания заключается в том, что информация о себе и своей деятельности качественно отлична от информации о другом человеке, вовлеченном в ту же деятельность. Информация о себе – это информация об объекте, включая опыт взаимодействия с ним, информация о другом – это информация о субъекте и его поведении. На основании только этой информации у ребенка нет способа узнать, что эти два типа информации относятся к одному и тому же, то есть к психологическому отношению между субъектом и объектом. Тем не менее ребенок это узнает. Как же это происходит?

Существует множество теорий, объясняющих данный процесс, которые можно разбить на четыре группы.

1. Теории модулярности. Главная цель модулярного подхода – определить требования к системе обработки информации, необходимой для когнитивного развития. Общая система обработки информации включает несколько подсистем – модулей, формирующихся по мере созревания мозга. Некоторые модули (в том числе модуль, ответственный за социальное понимание) имеют встроенную репрезентационную структуру, определяющую тип переработки информации и форму получаемого знания.

В теории А. Лесли (по Hobson R. P., 1993) предполагается существование трех модулей для обработки соответствующей информации, которые могут развиваться независимо и параллельно, хотя в норме их развитие происходит последовательно, отчасти детерминированное созреванием общей когнитивной структуры.

1-й модуль – теория телесных механизмов. Начинает развиваться с 3–4 месяцев. Ребенок обрабатывает информацию о поведении физических объектов и создает классификацию объектов, основанную на их физических свойствах. Если объект может начинать движение или изменять его сам по себе, то он, скорее всего, может быть субъектом. Если же это происходит только с привлечением внешних источников энергии – он не субъект.

2-й модуль – теория механизмов мышления. Начинает развиваться в 6–8 месяцев. Обрабатывает информацию о субъектах и их целенаправленных действиях.

3-й модуль – теория механизмов мышления. Начинает развиваться около 18 месяцев. Обрабатывает информацию о субъектах и их ментальных отношениях к возможно существующему. Следовательно, эти механизмы ответственны за метарепрезентации и отвечают также за понимание действий в отношении потенциально несуществующих обстоятельств.

В теории С. Барон-Кохена (Baron-Cohen) (по Hobson R. P., 1993) подчеркивается решающая роль в развитии социального понимания детекции ребенком направления взгляда. Автор теории добавляет к перечисленным выше модулям еще детектор намерений (определение намерения другого человека), детектор направления взгляда (прослеживание ребенком взгляда взрослого, что позволяет ментально присоединиться к намерению взрослого), а также механизм общего внимания, когда внимание ребенка и взрослого встречается на одном объекте, что дает представление об обмене психическими состояниями.

2. Нео-пиажетианские теории. Согласно теориям этой группы, социальное понимание главным образом зависит от собственной активности ребенка в социальном мире. Различия между авторами заключаются в том, предшествует ли понимание эквивалентности себя и другого различению социального мира и мира объектов. В первом случае мы имеем теории симуляции, которые предполагают, что понимание другого происходит через уподобление собственной направленной деятельности на базе собственного опыта.

Б. Расселл, например, считает, что знание о разделении на субъект и объект и знание об объекте есть на самом деле знание об отношении их между собой как субъектом опыта и объектом. Опыт социального взаимодействия играет огромную роль в развитии понимания себя и других как субъектов (по Hobson R. P., 1993).

3. Теории подобия (matching). Основное внимание в теориях этой группы уделяется проблеме понимания эквивалентности себя и другого. Предполагается, что врожденное сходство между собой и другими наиболее очевидно в ситуациях, где Я и другой вовлечены в одну и ту же деятельность. Это и есть ситуации подобия, позволяющие младенцу понять, что Я и другой одинаковы в их потенциальной возможности вступать в психологические отношения с объектами.

Эти теории схожи в подчеркивании центральной роли интермодальной интеграции и амодальной репрезентации информации, полученной от себя и других.

В теории имитации Э. Мельтзоффа
Страница 50 из 52

и А. Гопника (Meltzoff, 1990; Melt-zoff A., Gopnik A., 1993) основная роль отводится способности ребенка к имитации. Предполагается, что способность к определению кроссмодальной эквивалентности между зрительным опытом деятельности других и проприоцептивным опытом собственной деятельности позволяет младенцу получать опыт типа «как и я». Таким путем можно получить опыт не только в отношении действий, но и в отношении эмоций, наблюдая за их поведенческими проявлениями (имитация счастливого выражения лица ведет к переживанию эмоции счастья). Хотя относительный характер психологических состояний не дан непосредственно в амодальной схеме тела, младенец склонен имитировать действия других, направленные на объект, и в результате может определять эквивалентность Я и других в смысле действий с объектами, а тем самым – и объектно-направленную природу психической активности.

По мнению К. Моора (Moorе, 1996), младенец может участвовать в уподобляющей деятельности, не имея предварительно никакой теории сознания. Младенцы, вовлеченные в такую деятельность, способны получать информацию о себе и других по поводу одних и тех же психологических отношений, и здесь интермодальная интеграция может обеспечить репрезентацию этой деятельности, опосредующей отношения между субъектом и объектом.

4. Теории интерсубъективности. Термин был введен К. Тревартеном в 1979 г. в контексте описания реципрокности в раннем социальном взаимодействии и прояснения идеи, что младенцы уже в двухмесячном возрасте осознают субъектность и интенциональность других. Имеются, однако, возражения, что реципрокность не является реальным феноменом взаимодействия ребенка и взрослого, но лишь отражает тенденцию взрослого интерпретировать социальное поведение младенцев как направленное.

Наиболее разработанной из теорий этого направления является уже упоминавшаяся теория раннего социального понимания Р. П. Хобсона. Напомним, что, согласно ей, интерперсональная отнесенность является основой всех нормальных форм социального понимания: ребенок в очень раннем возрасте способен координировать свои установки (комбинацию ментальных и телесных атрибутов человека) с установками другого для включения в интерсубъективное взаимодействие. Во 2-м полугодии жизни дети способны воспринимать установки других, направленные на объект, и таким образом входить в «треугольник отношений» (Я – другой – объект); дети становятся способны относиться не только непосредственно к другому человеку или объекту, но и к отношению другого к объектам внешнего мира или к ним самим. Чтобы это произошло, предварительно существующее представление о людях как субъектах опыта предполагает когнитивный рост в понимании соотношения целей и средств. Понимание возможности разделения установок другого не требует концептуализации психики (сознания), но требует способности регистрировать тот факт, что другие могут иметь психические состояния, отличные от таковых у самого ребенка. Все вышеописанное происходит к концу 1-го года жизни.

Таким образом, представлена довольно разноплановая картина понимания процесса социализации в раннем возрасте. Особый интерес к раннему возрасту обусловлен прежде всего тем, что для понимания сложных форм социальных взаимодействий между людьми необходимо изучить базовые формы социального поведения, его детерминанты и механизмы. Несмотря на противоречивость и разнородность представленных концепций и теорий, становится отчетливо ясно, что процесс социализации, хотя и имеет особый статус в психическом развитии человека, не может быть изучен и понят в отрыве от других аспектов развития: когнитивного, моторного, эмоционального. Создание единой, объемной картины постижения человеком мира во всех его сложнейших противоречиях позволит продвинуться к пониманию основ процесса социализации. Ранний период развития ребенка позволяет изучить природу этого процесса.

Итоги возраста

На первых этапах когнитивного развития прежде всего происходит развитие тех процессов, которые обеспечивают контакт человека с внешней средой через наглядные образы. Сразу после рождения у ребенка более развитой оказывается кожная чувствительность, достаточно высоко развита вкусовая и обонятельная чувствительность. Развитие зрения и слуха происходит постепенно в течение всего периода младенчества.

После 6 месяцев жизни у ребенка появляются элементы настоящего речевого общения.

В конце 1-го – начале 2-го года жизни происходит переход к периоду первоначального овладения языком. Потребность в речевом общении становится одной из жизненных потребностей ребенка.

Развитие мышления проходит в этом возрасте несколько стадий: обобщение, развитие речи, сравнение.

К концу 2-го года жизни память ребенка достигает уровня развития, обеспечивающего дальнейший рост всех психических процессов.

В первые месяцы жизни у ребенка отмечается наличие только непроизвольного внимания. Зачатки произвольного внимания обычно начинают проявляться к концу 1-го – началу 2-го года жизни ребенка.

Развитие эмоциональной сферы ребенка является важнейшим фактором связи его с окружающим миром. Появление комплекса оживления свидетельствует о завершении кризиса новорожденности и начале развития социальных эмоций. Развитие эмпатии у ребенка наблюдается в конце 1-го года жизни. На 2-м году жизни у малыша в силу различных причин и обстоятельств начинается активное проявление отрицательных эмоций, в том числе и эмоций страха.

Формирование мотивационной сферы происходит таким образом: ребенок этого возраста испытывает не только базовые физиологические потребности – в пище, питье, тепле и т. п., но и ярко выраженные потребности в аффилиации, в безопасности, в общении, в новых впечатлениях.

Депривация этих потребностей создает реальную угрозу как психическому, так и физическому здоровью детей, а впоследствии может сказаться и на успешности их социальной адаптации.

Началом формирования мотивационной активности ребенка является поведение, связанное с появлением у него потребности в новых впечатлениях. Процесс развития и усложнения этой потребности ведет за собой развитие других социально обусловленных потребностей человека. При этом необходимо отметить, что развитие этой потребности у ребенка не обеспечивается само по себе, а ему необходима специальная организация со стороны взрослого человека.

Формирование Я-концепции у ребенка на самом раннем этапе его развития происходит под влиянием общения со взрослыми.

Первые два месяца жизни у ребенка нет грани между собой и миром. Затем появляется осознание своего тела (в 3–8 месяцев).

Подражание окружающим людям и изучение норм поведения начинается с 6 месяцев.

Внешний Я-образ (узнавание себя в зеркале, на фотографии) формируется с 8 месяцев.

Вербальный образ своего Я появляется с 18 месяцев.

Интернализация общественных норм, ориентация на социальные нормы в своем поведении возникает у ребенка около 2 лет.

Около 2 лет у ребенка появляются «собственничество» (распространение понятия «Я» на то, что ему принадлежит) и элементы саморегуляции (самоинструктирование, самопоощрение, самопорицание).

Основная
Страница 51 из 52

линия развития поведения ребенка в раннем возрасте представляет собой последовательное движение от менее дифференцированных движений, характерных для первой половины первого года жизни, через интенсивное освоение своего собственного тела к достаточно высоко дифференцированной предметной деятельности, становлению речи и интенсификации общения со взрослым на втором году жизни.

Следует отметить, что важнейшим фактором развития ребенка на начальной стадии онтогенеза является общение со взрослыми.

Список литературы

Авдеева Н. Н., Елагина М. Г., Мещерякова С. Ю. Формирование личности ребенка в дошкольном возрасте // Психологические основы формирования личности / Под ред. И. В. Дубровиной, Н. Н. Толстых. М., 1986.

Авдеева Н. Н., Мещерякова С. Ю., Ражников В. Г. Психология вашего младенца: у истоков общения и творчества. М., 1996.

Ананьев Б. Г., Рыбалко Е. Ф. Особенности восприятия пространства у детей. М., 1964.

Бауэр Т. Дж. Р. Психическое развитие младенца. М., 1979.

Бауэр Т. Психическое развитие младенца. М., 1985.

Белкина В. Н. Психология раннего и дошкольного детства: Учебное пособие. Ярославль, 1998.

Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М.: Прогресс, 1986.

Божович Л. И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968.

Большой энциклопедический словарь. М., 1991.

Брушлинский А. В. Проблема субъекта в психологической науке // Психологический журнал. 1991. Т. 12, № 6.

Винарская Е. Н. Раннее речевое развитие ребенка и проблемы дефектологии: Периодика раннего развития: Эмоциональные предпосылки освоения языка. М.: Просвещение, 1987.

Выготский Л. С. Собрание сочинений: В 6 т. Т. 2, 4. М., 1984.

Денисова З. В. Механизмы эмоционального поведения ребенка. Л., 1978.

Добрынин Н. Ф. О селективности и динамике внимания // Вопросы психологии. 1975. № 2.

Додонов Б. М. В мире эмоций. Киев, 1987.

Запорожец А. В. Избранные психологические труды: В 2 т. Т. 2. М.: Педагогика, 1986.

Изард К. Э. Психология эмоций / Пер. с англ. СПб., 1999.

Каган М. С. Мир общения. М., 1988.

Карандашев Ю. Н. Развитие представлений у детей: Учебное пособие. Минск, 1987.

Колисов Д. В., Сельверова Н. Б. Физиолого-педагогические аспекты полового созревания. М., 1978.

Кон И. С. Психология половых различий // Вопросы психологии. 1981. № 2.

Крайг Г. Психология развития. СПб.: Питер, 2000.

Кряжева Н. Л. Развитие эмоционального мира детей: Популярное пособие для родителей и педагогов. Ярославль, 1996.

Лангмейер Й., Матейчик З. Психическая депривация в детском возрасте. Прага, 1984.

Лисина М. И. Генезис форм общения у детей // Принцип развития в психологии / Под ред. Л. И. Анцыферовой. М., 1978.

Лисина М. И. Проблемы онтогенеза общения. М., 1986.

Лисина М. И., Авдеева Н. Н. Развитие представления о себе ребенка первого года жизни // Исследования по вопросам возрастной и педагогической психологии. М., 1980.

Люблинская А. А. Детская психология. М., 1971.

Маслоу А. Мотивация и личность. СПб., 1999.

Мид М. Культура и мир детства. М., 1988.

Модина А. И. Развитие эмоций у детей раннего возраста. М., 1971.

Мухамедрахимов Р. Ж. Мать и младенец: Психологическое взаимодействие. СПб., 1999.

Мухина В. С. Детская психология. М.: Просвещение, 1985.

Немов Р. С. Психология: В 3 кн. Кн. 2. М.: Владос, 1998.

Никифоров Г. С. Самоконтроль человека. Л., 1989.

Осницкий А. К. Проблемы субъективной активности // Вопросы психологии. 1996. № 1.

Павлов И. П. Двадцатилетний опыт. 4-е изд. Госиздат, 1928.

Пиаже Ж. Избранные психологические труды. М., 1994.

Пиаже Ж. Психология интеллекта // Избранные психологические труды. М., 1994.

Прихожан А. М., Толстых Н. Н. Дети без семьи. М., 1990.

Раншбург Й., Поппер П. Секреты личности. М., 1983.

Раттер М. Помощь трудным детям. М., 1987.

Рыбалко Е. Ф. Возрастная и дифференциальная психология. Л.: Изд. Лен. ун-та, 1990.

Сергиенко Е. А. Антиципация в раннем онтогенезе человека. М., 1992.

Сергиенко Е. А. Природа субъекта: онтогенетический аспект // Проблема субъекта в психологической науке / Под ред. А. В. Брушлинского, М. И. Воловиковой, В. Н. Дружинина. М., 2000.

Симмел М. Л. Фантомная конечность // Хрестоматия по ощущению и восприятию. МГУ, 1975.

Суходольский Г. В. Основы психологической теории деятельности. Л., 1988.

Уайт Б. Первые три года жизни. М., 1982.

Философская энциклопедия / Гл. ред. Ф. В. Константинов. М.: Советская энциклопедия, 1970. Т. 5.

Франус Э. Развитие младенца / Пер. с польского. Варшава: Наша ксенгарня, 1961.

Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986.

Щелованов Н. М. Воспитание детей раннего возраста. М., 1954.

Эйнсворт М. Привязанности за порогом младенчества // Детство идеальное и настоящее. Новосибирск, 1994.

Эльконин Д. Б. Детская психология (развитие ребенка от рождения до семи лет). М., 1960.

Эльконин Д. Б. Избранные психологические труды. М., 1989.

Эриксон Э. Детство и общество / Предисл. Д. Элкинда. СПб., 1996.

Ainsworth M. D., Blehar M. C., Waters E., Wall S. Patterns of attachment: a psychological study of the strange situation. N. Y., 1978.

Heckhausen H. The Anatomy of Achievement Motivation. N. Y., 1967.

Hetherington E. M., Park R. D. Child Psychology. A contemporary viewpoint. N. Y., 1994.

Hobson R. P. Autism and the Development of Mind. Hove, 1993.

Hoeksma J. B., Koomen H. Development of Early Mother-Child Interaction and Attachment. Amsterdam, 1991.

Main M., Kaplan N., Cassady J. Security in infancy, chilhood and adulthood: a move to the level of representation. In: I. Bretherton & E. Waters (Eds.), Growing points of attachment theory and research. Monographs of the Society for Research in Child Development, 1985, 50, Seriel N. 209.

McClelland D. C. The Achieving Society. Toronto, 1961.

Meltzoff A. Towards a Developmental Cognitive Science // The Development and Neural Bases of Higher Cognitive Functions. Annals of N. Y. Academy of Science. V. 608. 1990.

Meltzoff A., Gopnik A. The role of imitation in understanding persons and developing theories of mind // In: Baron-Cohen S., Tager-Flushberg H., Cohen D. (Eds.) Understanding other minds: Perspectives from autism, 1996, Oxford: Oxford University Press.

Moore C. Theories of Mind in Infancy // British Journal of Developmental Psychology. V. 14. 1996.

Nygard R. Personality, situation and persistence: A study with emphasis of achievement motivation. Oslo etc., 1977.

Sroufe L. A. Attachment classification from the perspective of infant-caregiver relationships and infant temperament // Child Development, 1985. V. 56.

Trevarthen C. Development of Early Social Interactions and the Affective Regulation of Brain Growth // Neurobiology of Early Infant Behavior. London, 1989.

Vernon M. D. Human motivation. Cambridge, 1971.

Часть III

Раннее детство (от двух до шести лет)

Глава 1

Особенности процесса развития детства

Проблема развития – одна из наиболее сложных и актуальных во многих сферах научных знаний – в философии, социологии, биологии, педагогике и др. В психологии ее можно считать кардинальной. Стремясь проникнуть в психологическую природу движущих сил развития человека как личности, отечественные психологи проводят углубленные и разнонаправленные исследования. Особенности развития прослеживаются в этих исследованиях на большом отрезке жизни. Определяются характеристики разных уровней развития, закономерности его проявления, прежде всего на этапах детства (младенчество, дошкольный, младший школьный, подростковый и юношеский возраст).

Накопленные знания – с одной стороны, новые подходы современной науки – с другой, а также формирующиеся требования современного общества к человеку выявляют не только недостающие звенья в понимании развития, но и многие важнейшие направления поиска, определяя проблемы развития детства.

Потребность в решении этих и многих других проблем и вопросов обусловила в последние годы повышенное внимание к ним, что нашло отражение в литературе (Асмолов А. Г., 1996; Зинченко В. П., 1991, 1992; Мамардашвили М. К., 1993; Михайлов Ф. Т., 1990; Поливанова К. Н., 1994; Фельдштейн Д. И., 1985, 1989, 1996; Эльконин Б. Д., 1994).

В
Страница 52 из 52

основе настоящей теории развития детства лежат прежде всего концептуальные положения и экспериментальные материалы научной школы Выготского – Леонтьева – Эльконина.

Анализ этих положений и материалов позволил В. П. Зинченко (Зинченко В. П., Моргунов Е. Б., 1994) вычленить некоторые важнейшие принципы, характеризующие процессы психического развития ребенка, которые уже сейчас являются руководящими как при разработке основ и проектировании системы обучения, воспитания детей, так и при организации исследования детства.

Среди них:

1) творческий характер развития, проявляющийся в порождении ребенком знаков, символов, когда он уже с младенчества выступает как субъект культуры;

2) ведущая роль социокультурного контекста развития, по-разному проявляющаяся в разных периодах, влияя, например, в школьном возрасте на процессы формирования образа мира, стиля поведения и деятельности;

3) особая значимость сенситивных периодов развития (разных для разных возрастов), то есть периодов, наиболее чувствительных к осознанию, усвоению и реализации норм, форм, условий человеческой жизнедеятельности (языка, способов общения и т. д.);

4) совместная деятельность взрослых и детей как движущая сила развития ребенка, передача детям взрослыми достижений исторического развития человека;

5) наличие ведущей деятельности в каждом возрастном периоде и законы ее смены как основа преемственности периодов психического развития ребенка;

6) определение зоны ближайшего развития растущего человека;

7) амплификация (расширение) детского развития как условие свободного поиска и нахождения ребенком себя в материале, той или иной форме деятельности и общения;

8) непреходящая ценность для формирования полноценной личности всех этапов детского развития;

9) принцип единства аффекта и интеллекта – становление сознания в результате совместной деятельности аффективной и личностной составляющих;

10) опосредующая роль знаково-символических структур в образовании связей между предметами и действиями;

11) интериоризация и экстериоризация как механизмы развития;

12) неравномерность (гетерохронность) развития, учитывать которую чрезвычайно важно, представляя при этом не только уровни и компоненты развития, но и весь его «фронт».

Перечисление принципов развития (в рамках теории культурно-исторического развития) может быть продолжено и соотнесено с другими, неупомянутыми. Например, принцип выделения ведущей деятельности соотносится с закономерным чередованием двух сторон единого процесса развития деятельности (Ананьев Б. Г., 1996; Эльконин Д. Б., 1971, 1995; Леонтьев А. Н., 1983), учета важнейшей закономерности «обратного действия» (Фельдштейн Д. И., 1985, 1989, 1996) и т. д. Выделенные В. П. Зинченко положения отечественной психологии дают своего рода «программную сетку», вычленяя важнейшие достижения в изучении развития ребенка, обеспечивающие направления теоретических исследований, а также намечая основные задачи в разработке программы образования.

В настоящее время существует достаточно большой объем знаний, раскрывающих процесс развития с разных сторон (движущие силы, условия, формы, особенности). В то же время реальная картина развития детства пока четко не обрисована. Углубленного изучения требуют механизмы переходов от одного возраста к другому, особенности взаимодействия социальной ситуации и специфики развития в этой ситуации, взаимоотношения между взрослым и ребенком и др.

Исключительно важным представляется дифференцированный подход к средовым характеристикам Детства – культурного контекста его развития. В этом плане особую значимость приобретает исследование реальной социальной среды ребенка на каждом периоде онтогенеза и той среды, в которой практически находится и формируется Детство в целом. Отсюда перспективным становится выделение на базе общих закономерностей, в том числе и на основе устойчивых особенностей и принципов развития, особого целостного состояния Детства как саморазвивающегося субъекта, постоянно выступающего в качестве такового в отношениях со Взрослым миром. Здесь главной направленностью развития является отрицание растущим человеком себя в этом Детстве, на каждом следующем этапе его, приобретение нового, выход из данного состояния.

Выделенные В. П. Зинченко принципы, которые свойственны всем возрастам детства и по-разному проявляются в них, характеризуют развитие в целом. Причем сама возможность их выделения показывает, что Детство представляет собой нечто целое. В отличие от изменений во Взрослом сообществе, на всем протяжении Детства идет процесс структурирования качеств и свойств, составляющих взрослость (не физиологическую, а социальную, психологическую взрослость).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/kollektiv-avtorov/psihologiya-cheloveka-ot-rozhdeniya-do-smerti/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Второй период юности определяется в границах от 17 до 21 года.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.