Режим чтения
Скачать книгу

Колония. Ключ читать онлайн - Константин Калбазов

Колония. Ключ

Константин Георгиевич Калбазов

Колония #2

Параллельный мир со всеми сопутствующими прелестями в виде необъятных просторов, новых открытий, постоянного ощущения новизны. Это просто мечта. И ее осуществление не могут омрачить никакие опасности, подстерегающие колонистов чуть не на каждом шагу. Наоборот, крайне неблагожелательно настроенные хищники придают только лишнюю остроту ощущений. Человек уже давно привык выходить победителем из любых схваток с братьями меньшими, даже если они огромны, как гора. Единственный, кто ему может противостоять, это такой же человек. Существо, обладающее несносной привычкой сохранять все противоречия в себе даже в девственном мире. Толкаться плечами там, где хватит места миллиардам, нести смерть и разрушение вместо мира и созидания… При этом неизменно прикрываясь красивыми речами.

Константин Калбазов

Колония. Ключ

Глава 1

Тучи сгущаются

Что же, похоже, все, необходимые для принятия решения, в сборе. Конечно, кто-то может попытаться это оспорить, мотивируя тем простым обстоятельством, что здесь не присутствуют представители гражданской власти. Да-да, все именно так. Хотя и мало землян в этом неизведанном и все еще враждебно настроенном к ним мире, но органы власти имеются и здесь. Иначе никак.

Любое общество не может существовать без регламентирующих его жизнедеятельность правил. А соответственно, неизменно возникает потребность и в органах, неукоснительно претворяющих эти правила в жизнь. Как и в тех, кто будет контролировать их исполнение.

Пусть здесь по большей части не работали законы США, хотя и были взяты за основу – адвокаты-крючкотворы остались бы тут без работы, – но органы власти тут присутствовали, имея вполне реальные полномочия. Были здесь и законы – суровые, как и окружающая людей действительность.

Впрочем, вряд ли у кого-то возникло бы желание диктовать ему свою волю. Сто двадцать профессиональных военных с боевым опытом за плечами, находящиеся в его непосредственном подчинении, – достаточный довод в пользу благоразумия.

Так что три системы существовали независимо друг от друга. Два городка с приписанными к ним фермами, вольные поселенцы, рассматривающие себя вне чьей-либо юрисдикции, и администрация во главе с представителем правительства США мистером Ником Лозеном. Всем им приходилось считаться с интересами друг друга и жить, осознавая, что есть предел, выше которого они прыгнуть не могли.

Вольные поселенцы имели возможность жить как им заблагорассудится, только покинув пределы городка и земель окрест. Но если они оказывались на них, то вынуждены были соответствовать правилам, заведенным обществом. Это помогало избежать некоторого разочарования и ненужных проблем.

Но и городским властям лучше было не влезать в дела, находящиеся вне их юрисдикции. Вопросы же, которые собирались обсуждать в кабинете Лозена, выходили далеко за пределы владений обоих городков. Правда, нельзя сказать, что в итоге они не могли коснуться и их. Но это уже детали, которые, скорее всего, так и останутся деталями.

Лозен окинул взглядом собравшихся за столом в его кабинете. Всего их было четверо, и каждый из них являлся важным звеном в осуществлении его плана. А план, надо заметить, был грандиозным. Ни много ни мало – найти иголку в стоге сена. В большом таком стоге, размером с нормальную планету Земля. Ну вращается чуть медленнее, ну притяжение ноль девяносто восемь от земного – так и что с того? С размерами тут все нормально, а сколько тут материков – и вовсе непонятно.

Вот командир роты егерей капитан Мэт Дойл.

Эта рота была создана специально под данный проект. В нее собрали тех рейнджеров, которые не захотели отправляться в запас, отслужив положенный срок. Все тертые калачи, которым скучно сидеть на пенсии, протирая по выходным штаны в местных барах и заливая пинтами пива свою жажду адреналиновой дозы.

Капитан крепок, под стать своим парням. Перед ним – бельгийская штурмовая винтовка FN SCAR-H, которая до недавнего времени состояла на вооружении рейнджеров. Правда, эта под русский автоматный патрон. К сожалению, в американской армии нет оружия под промежуточный патрон «семь шестьдесят два миллиметра». Калибр «пять пятьдесят шесть» для местных условий все же маловат, да и у русского патрона убойное останавливающее действие повыше: и по местным хищникам вполне прилично, и для вооружения стрелкового подразделения подходит. Именно из-за его универсальности Дойл и остановил свой выбор на этом варианте.

Разумеется, рота имела и более серьезное вооружение. Мало того, даже образцы под русский патрон без особого труда можно трансформировать под натовский. Для этого достаточно иметь хотя бы скромную мастерскую и набор необходимых для замены частей. И то и другое наличествовало даже с запасом. На Колонии вообще все было с запасом, на случай непредвиденной изоляции.

У Лозена под рукой также был FN SCAR-H. Такой подход способствует унификации боеприпасов. Как ни странно, но русский карабин Симонова у американцев и канадцев пользуется популярностью. В любом оружейном магазине без труда можно найти довольно широкий ассортимент различных лож, магазинов и других аксессуаров к данному оружию.

На Колонии он тоже не стал редкостью. Легкий, оборотистый, достаточно мощный и неприхотливый. Что еще нужно для обеспечения безопасности себе и своим близким? Можно смело предположить наличие СКСов примерно у четверти поселенцев. Несмотря на то что нередко это китайские образцы.

Джим Хопкинс, картограф. Он же специалист по компьютерам и программному обеспечению. Не единственный, разумеется, но лучший, и это без сомнений. Это именно он обнаружил на Колонии следы русских и, можно сказать, инициировал данное совещание. А еще он молод и задирист. Мало того что уселся напротив капитана, боднув его наглым взглядом, так еще и подобно ему выложил на стол свое оружие. Хм, кстати, СКС с пластиковой ложей, ортопедическим прикладом, магазином на двадцать патронов, да еще и с коллиматорным прицелом.

Вот только капитан отреагировал на это как-то вяло. Никак в общем-то не отреагировал. Мазнул равнодушным взглядом по парню, а потом перевел его на других присутствующих, уютно устроившихся за столом, на полумягких офисных стульях.

Джеф Эванс, пилот дирижабля. Если на Земле только говорят о целесообразности возродить дирижаблестроение и доказывают их неоспоримое преимущество в грузоперевозках, то на Колонии ничего доказывать не нужно. Здесь эта техника будет востребована как никогда, потому что сможет обеспечить пассажирские и грузоперевозки на значительные расстояния при минимуме затрат.

Современный дирижабль не стоит сравнивать с его предшественниками, появившимися на заре освоения воздушного океана. Сегодняшняя конструкция позволяет использовать безопасный гелий, разделение пузыря на несколько отсеков, что в значительной степени уменьшает вероятность падения. К тому же ему вовсе не нужна причальная мачта. Для посадки достаточно иметь относительно ровную площадку. Особенная же форма баллонов позволяет рассчитывать не только на подъемную силу газа, но и на аэродинамику. В результате этого сочетания, при меньших габаритах, можно
Страница 2 из 19

достигнуть большего потолка высоты.

Современные материалы позволили сделать оболочку, которая может не опасаться местных летающих тварей. Что весьма важно, учитывая их агрессивность. Впрочем, за все время тренировочных полетов не нашлось ни одной птички, пожелавшей атаковать такого огромного монстра. Как и нападать на вертолеты. Вот небольшие гражданские самолеты, те да, изредка подвергались атакам. Но это совсем уж малютки.

Словом, при желании на этом аппарате можно отправляться в кругосветное путешествие. Грузоподъемности вполне хватит для того, чтобы взять достаточное количество топлива и припасов. А если еще и не спешить, используя попутные ветры, так можно рассчитывать и на куда большее. Впрочем, очень может быть, что сейчас предстоит именно такое путешествие.

И наконец последний из сидящих за столом, Карл Рэй. Мужчина в годах, хотя и крепок, как вековой дуб. Одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что он явно родился не в то время. Его просто невозможно представить без пары кольтов на оружейном поясе, с рядом блестящих латунью патронов, и уютно примостившейся на его коленях легенды Дикого Запада, винчестера образца 1866 года. Однако судьба дала ему шанс исправить данное обстоятельство, и он не преминул им воспользоваться, представ именно в этом облике. Даже широкополая фетровая шляпа наличествовала. Хотя в данный момент она примостилась на вешалке у входной двери.

Но это, так сказать, поэтический образ, который не имеет никакого отношения к роли Карла на Колонии. Здесь он вовсе не ковбой, покоряющий дикие просторы, а главный специалист по вопросам радиоэфира. Обеспечение бесперебойной связи и радиоориентиров – это вовсе не тривиальная задача, да еще в местных условиях, а вот теперь к его основной работе добавится и радиоразведка.

Конечно же не дело отправлять в столь сомнительную экспедицию человека, способного за несколько минут собрать рабочую радиостанцию из подручного материала. Но иного выхода нет. Карл единственный из всех поселенцев, кто владеет русским языком.

В годы своей молодости ему довелось работать в Антарктике, и так уж сложилось, что одну из зим он провел на русской станции. Именно там он и познакомился со своей будущей женой. Потом были и поездки в Россию к новой родне. Несколько лет назад в автомобильной катастрофе он потерял жену и дочь, а заодно и связь с Россией, и по этой причине без раздумий согласился отправиться в новый мир, по сути получив билет в один конец…

– Что же, господа, все в сборе, и это радует. Я думаю, как только величайшие бойцы современности уберут со стола свое оружие, можно будет начать. – Лозен не без иронии взглянул на капитана и картографа.

Военный только изобразил легкую ухмылку, однако без лишних слов отложил свою штурмовую винтовку, примостив ее сбоку. Картограф сдался не сразу. Ну прямо молодой и задиристый петушок, хотя и не так чтобы сильно молод, все же двадцать семь лет. Он демонстративно выждал, пока Дойл уберет свое оружие, потом кинул взгляд на Лозена и только после этого, словно делая одолжение, опустил свой карабин на колени.

– Благодарю вас. Итак, ситуация в общих чертах вам уже известна. Здесь нет лишних ушей, а потому будем говорить предельно откровенно. Ситуацию с русскими мы уже обговаривали, и в необходимости организации их поиска ни у кого сомнений нет. Поэтому давайте перейдем непосредственно к делу. Джеф, первый вопрос к тебе: можем ли мы вообще организовать экспедицию?

– Аппарат хорошо зарекомендовал себя еще на Земле. Тестовые полеты после сборки здесь прошли успешно, без каких-либо недоразумений, – пожав плечами, начал доклад первый пилот дирижабля. – Остается сделать запасы топлива, воды и продовольствия, после чего можно будет сажать народ и выдвигаться.

– А как у вас там с удобствами? – положив локти на стол и сцепив кисти, поинтересовался Карл.

– Нормально с удобствами. Все было предусмотрено еще на Земле. Аппарат изначально готовился для исследовательских полетов. Другое дело, что процесс сборки и тестирования на Колонии занял слишком много времени. Ну да, тому есть объективные причины. В общем, как бы то ни было, на борту достаточно места, чтобы обеспечить комфортное путешествие для двух десятков человек.

– С транспортом все ясно. Теперь по составу экспедиции. Карл, ты начальник экспедиции, на тебе же связь. Далее, двенадцать егерей, это с учетом тебя, Мэт. – Капитан с пониманием кивнул Лозену. – Джим – картографирование. И два члена экипажа. Остается еще четыре посадочных места. Карл, подберешь из наших умников зоолога, ботаника, геолога и метеоролога. Хм, вполне научный состав получается.

– Научный? – с искренним удивлением вздернул бровь умудренный годами Карл. – Ник, по-моему, ты слишком уж военизировал нашу экспедицию. И весьма серьезно порезал научный состав. Насколько мне помнится, изначально в нее входило только четверо егерей. И этого вполне достаточно для обеспечения безопасности. Каждый из нас не ленится посещать стрельбище, да и с представителями местной фауны хотя бы раз, но сталкивался.

– Очень смешно. То есть про русских ты уже успел забыть? А может, ты забыл и о том, что если бы не они, то я не стал бы рисковать нашим дирижаблем и вашими жизнями. Эти четверо ученых просто ширма для непосвященных, не надо об этом забывать. Несомненно, от их пребывания на борту будет какая-то польза, но главное – это не их работа, а ваша. И еще. Как только будут обнаружены русские, командование переходит к капитану Дойлу.

– Послушай, Ник, я конечно же понимаю необходимость единоначалия и не собираюсь мутить воду, но, по-моему, мы подходим к данному вопросу не с той стороны. Мы изначально видим в русских врагов, и это ошибка. С ними так нельзя. На силу они обязательно ответят силой.

– Карл, я тебя понимаю, твоя жена… Но сейчас вопрос в другом…

– При чем тут моя жена? – прервав старшего начальника, отмахнулся Рэй. – Да, я любил ее, да, она была русской, но не это главное. Поймите, русские – народ непредсказуемый. Они могут преданно заглядывать в глаза, едва ли не вымаливая подачку, и выглядеть ручными и жалкими. Но под овечьей шкурой прячется свирепый медведь. И когда последний просыпается, они бывают страшны в своей ярости. Мне доводилось видеть их в обеих ипостасях, в девяностые, когда ездил к родне жены. Вот скажи, Дойл, сохранит ли боеспособность американская часть при потерях в восемьдесят процентов личного состава?

– Мои парни…

– Я не о твоих парнях, являющихся по сути специальным подразделением. Я об обычной части.

– Хм, вообще-то… при таких потерях подразделение считается полностью уничтоженным…

– Во-от. А русские сражаются даже в этом случае и мало того – бросаются в атаку. Причем я говорю о мальчишках восемнадцати – двадцати лет от роду, практически не имеющих военной подготовки. И это не кино, а правда жизни. Вы ставите на силу, и это, по-моему, ошибка.

– То есть ты готов утверждать, что при виде нас русские бросятся к нам с распростертыми объятиями? Я правильно тебя понимаю? – уперев в Рэя строгий взгляд, произнес Лозен.

– Нет. Этого утверждать я не могу, – шумно вздохнув, возразил связист.

– Отлично. А мы не можем себе позволить рисковать. С того момента, как
Страница 3 из 19

только будут обнаружены русские, задача всех членов экспедиции – в точности выполнять приказы капитана Дойла. И вся полнота ответственности ложится на его плечи. Это всем ясно? Хорошо. Карл, не смогут ли русские обнаружить нас по радиообмену?

– Все возможно. Хотя и маловероятно, что они проводят поиск в большом диапазоне частот. Вначале, скорее всего, как и мы, они вели активный поиск, но сомнительно, чтобы они продолжали его и сейчас. Судя по состоянию оболочки и самого зонда, его выпустили в небеса год назад, может, чуть меньше. За это время русские уже должны убедиться в том, что планета девственно-чиста, – покачав головой, ответил главный связист.

– Но исключить вариант, что они перехватят наш радиообмен или сигнал радиомаяка, мы не можем? – с нажимом поинтересовался Лозен.

– Перехват самого сигнала конечно же нет. Но распознать природу сигнала им не удастся. Во всяком случае, не сразу. Все же на длинных волнах мы будем использовать ЗАС. Ну и наконец, мы тоже использовали метеозонды. Может, они сейчас также снаряжают экспедицию, – пожав плечами, произнес Карл.

А что еще он мог сказать. Утверждать что-либо с достаточной долей уверенности в этих условиях просто глупо. И потом, в мире случается столько случайностей, которые разваливают весьма дорогостоящие и продуманные проекты.

Взять тот же самолет «стэлс». Вроде бы все продумали. Вложили миллионы долларов, затратили тысячи человеко-часов и наконец с триумфом раструбили на весь свет о своем успехе. Трепещите, враги! Ага. Как бы не так. Оказывается, допотопная русская зенитная установка лохматых годов не только прекрасно видит этот «самолет-невидимку», но еще и великолепно его сбивает. Так что всего предусмотреть невозможно.

– Это досужие рассуждения, – отмахнулся глава администрации. – Мы не можем себе позволить сидеть сложа руки и ждать, пока ситуация разрешится сама собой.

– Ник, а по-моему, мы отправляемся на поиски иголки в стоге сена. Целая планета – и один-единственный дирижабль, бороздящий ее просторы в поисках маленького поселения русских. Это при условии, что оно вообще есть. Очень может быть, что они сейчас сидят на Земле, таращатся на Колонию через портал. Сунули на эту сторону с помощью роботов кое-какую технику и запускают зонды. Ну не глупее же они нас, в самом-то деле, – разведя руки в стороны, словно говоря об очевидном, решил вмешаться Хопкинс.

– А я и не утверждаю, что ты не прав. – Лозен перевел взгляд на картографа. – Но исследовательская часть нам необходима, и от нее будет ощутимая польза в любом случае. В конце концов, подобная экспедиция и планировалась, просто я слегка перераспределил ее состав. Давайте теперь о деталях и экипировке…

Эта часть совещания заняла ничуть не меньше, а даже больше времени. Нужно было проработать слишком много деталей, вплоть до того, что экспедиция сможет оказаться в полной изоляции. Мало ли что случится, а потому подход к экипировке должен быть самым тщательным. Не забыли даже о шанцевом и плотничьем инструменте.

Вот только все эти старания неуклонно вели к одному не очень оптимистичному итогу: грузоподъемность дирижабля оставалась по-прежнему вовсе не беспредельной. Поэтому, пополняя снаряжение чем-то одним, приходилось жертвовать другим, соответствующим по весу. Как правило, это было топливо, а его уменьшение сокращало и время экспедиции в целом.

Даже ученые едва не лишились своего места в гондоле. Дойл просто назвал их балластом, от которого не будет никакой пользы. Мол, уж лучше вместо их тушек и багажа взять что-то более полезное. Все же получалось что-то около полутоны – весьма солидно, когда пилот готов сражаться за каждый лишний килограмм.

Но Лозен отмел это предложение как несостоятельное. В конце концов, проще пожертвовать топливом и сделать лишний рейс, чем концентрировать все усилия только на одной задаче. Нельзя забывать о важности сбора научных сведений для жизни колонистов, а главное – для будущего. Так что при всей приоритетности задачи по поиску русских работа ученых если и была менее важна, то на довольно незначительную величину.

– Мэт, я понимаю, что шансы обнаружить русских сразу ничтожно малы, – обратился к капитану Лозен, когда они остались вдвоем. – Понимаю и то, что Джим может быть прав, и они сейчас изучают Колонию с Земли. Но если это случится. Если вы все же их найдете. Запомни, самое главное – это «ключ». Даже если тебе придется положить всю экспедицию, ты должен до него дотянуться.

– Я все сделаю в лучшем виде, Ник, не переживай. Карл, конечно, высокого мнения о русских как о бойцах, но тут уж позволь мне остаться при своем. Дай Бог только найти их. Остальное уже наша забота.

– Разрешите, товарищ полковник?

– … Да понимаю я все, – отвечая кому-то по телефону и явно устав от разговора, полковник Юрин подал знак, чтобы подчиненный проходил и присаживался.

Лукину ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Правда, профессиональная привычка все же взяла верх, и он волей-неволей прислушался к разговору. Разумеется, собеседника полковника он не слышал, но вполне мог составить себе представление о сути разговора.

В общем-то ничего особенного. Начальнику в очередной раз вставляли дрозда, а он пытался объяснить, что его управление очень даже ловит мышей. Будь разговор в иной плоскости, капитан как миленький ожидал бы в приемной, хотя и прибыл по приказу самого Юрина. Но тот не мог упустить случая и не показать лишний раз, как он радеет о своих подчиненных, и то, что он к ним строг, вовсе не его самодурство, а простая необходимость. Так сказать, лишнее подтверждение того, что он тут тоже не халвой объедается.

Лишнее все это. В управлении и без того знали, чего стоит их начальник. Не сказать, что кристальной чистоты человек – кое-что, кое-где к его рукам прилипает, не без того, – но нужно отдать ему должное, берегов он не теряет и не ставит подобный заработок на поток.

Лукин был из другой категории. Он никогда и ничего начальству не заносил, и никто ему никаких намеков по этому поводу не делал. Правда, надо признать, он вполне обходился без левых доходов, довольствуясь зарплатой. Тут, наверное, все же нужно отдать должное жене, которая никогда его не попрекала тем, что другие умудряются зарабатывать куда как больше. Будь иначе – и кто знает, кем бы стал Лукин Константин Викторович.

Так вот. При наличии некоторых недостатков Юрин обладал одним неоспоримым достоинством: он всегда считал, что снимать стружку с его подчиненных – это строго его прерогатива. Никогда и ни при каких обстоятельствах он не давал своих людей в обиду. И уж тем более тягловых лошадок, к которым, по сути, и относился Лукин.

Ни разу их управление не начинало носить круглое и катать квадратное, в свете выполнения какого-нибудь очередного аврального «вихря-антитеррора». Управление всегда работало в штатном режиме. Ну а если уж случался какой аврал, то на это были действительно реальные причины. Хм, правда, если Юрин начинал сдирать шкуру… в общем, приятного мало.

– Ну слава богу, отбрехался, – кладя мобильник на стол, выдохнул полковник. – Видишь, Костя, что творится?

– Вижу, товарищ полковник.

– Ничего-то ты не видишь. Потому как если бы видел, то занимался бы делом, а не
Страница 4 из 19

ерундой страдал. Вот скажи, что у тебя сейчас в разработке?

– Отрабатываю сигнал от источника, относительно бывшего старшего оперуполномоченного Ладыгина Александра Сергеевича.

– Что, дорогой, не дают покоя чужие успехи?

– Кхм… При чем тут успехи? – возмутился Лукин, прекрасно поняв намек и то, что никто тему о взятках расшифровывать доподлинно не станет.

– Ну как же? Уволился из органов, отхватил в городе такой солидный кусок, да еще и в кратчайшие сроки поставил заправку. А теперь, гад и мироед, деньги гребет лопатой. Не знаю, что ты там разрабатываешь, Константин, но мне хватило получаса, чтобы собрать о нем информацию. Все оформлено официально, участок выделен на законном основании, заправка поставлена с соблюдением всех норм, персонал работает как положено, с полагающимся соцпакетом, налоги платятся исправно. Даже уже успели выдержать парочку проверок, причем успешно всех отшили. И где тут интерес ФСБ? Нет, ну так, чтобы я знал. Регион у нас неспокойный, а тебя отчего-то потянуло на бизнесменов.

– Дмитрий Иванович, Ладыгин меня заинтересовал не как бизнесмен. Вернее, не только как бизнесмен, – невольно покраснев, возразил капитан.

– Так, Костя. Давай-ка все по порядку, четко, ясно и без соплей.

– Есть четко и ясно. Примерно год назад он приобрел участок пастбищной земли в довольно глухом уголке. В настоящий момент участок выгорожен забором, имеется вооруженная охрана. Источник сообщает о значительном перемещении на эту территорию различных грузов. В среднем, четыре длинномера в неделю. Между тем никаких строительных работ на данном участке не ведется, имеются только несколько вагончиков.

– Так туда свозятся строительные материалы? – А вот об этом участке и бурной деятельности Ладыгина начальник, похоже, не в курсе.

– Груз различного характера, – Лукин даже расправил плечи, едва Юрин проявил свою заинтересованность, – иногда это строительные материалы, в основном металлопрокат, но бывает, что идут закрытые фуры, и в этом случае характер груза источнику неизвестен. Было замечено перемещение техники самого различного назначения, от сельскохозяйственной до строительной. Источник утверждает, что на участке нет никаких складских помещений. Куда деваются грузы и техника, остается неизвестным.

– И какие напрашиваются выводы? – подбодрил подчиненного полковник.

– Я предполагаю организацию новой ОПГ[1 - ОПГ – организованная преступная группа.]. В крае зафиксирован всплеск хищений транспорта и строительной техники. Подобное конечно же и раньше случалось, но в свете поступивших сведений я склонен видеть здесь взаимосвязь. Тем более участок находится неподалеку от административной границы с Кабардино-Балкарией и Карачаево-Черкесией. За этими республиками уже давно укрепилась определенная репутация.

– Ну а каким образом в это вписывается металлопрокат и эти крытые фуры?

– Не знаю. Ладыгин неоднократно был замечен в обществе преступного авторитета Радионова, так называемого Руля. Возможно, здесь имеется какая-то связь. Транзит похищенного. А в крытых фурах может оказаться вообще все, что угодно. Те же удобрения, которые вполне можно использовать как взрывчатку.

– Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Что думаешь предпринять?

– Пока буду осуществлять оперативное сопровождение. Есть автотранспорт и водители, которых задействуют в перевозках систематически. Отработаю их.

– Ясно. Что же, одобряю. Вот только не в ущерб остальным направлениям. Что ты там выудишь, непонятно, а наработанные дела бросать не след.

– Ясно, товарищ полковник. Разрешите идти.

– Иди, Константин.

Проводив взглядом своего подчиненного, Юрин невольно задумался. Ладыгин личность в городе довольно известная, и с ним связаны не только упоминавшиеся капитаном странности. Еще с девяностых годов появилось некое сообщество, в которое входили действующие и бывшие сотрудники внутренних дел. Никаких конкретных сведений, кроме слухов, у ФСБ не было.

Впрочем, никто никогда всерьез это направление и не разрабатывал. Никому не по нраву разгул преступности. А эти парни явно заставляли авторитетов придерживаться определенных правил. При этом сами никаких условий не диктовали и вообще никак себя не проявляли, пока все находилось на уровне негласных договоренностей.

От этого польза всем и даже ему, начальнику управления ФСБ. Кто сказал, что если этот городок погрязнет в разборках, то холку будут мылить только начальнику полиции? Как бы не так. Ему, полковнику Юрину, досталось бы ничуть не меньше. Но главное, лишний шум, он никому не нужен – ни простым гражданам, ни дельцам, ни чиновникам, ни силовикам. Лучше уж так, тишком да бочком.

Мог ли Ладыгин уйти в криминал? Очень даже мог. Столько лет находиться около и не опылиться – в это слабо верится. Но если так, то отчего бы его ОПГ не взять в разработку, а потом и под крыло. Тем более кусок, похоже, получается довольно жирный, а потому и себя грешного можно не забыть. Решено, пусть Лукин покрутится пару-тройку месяцев, а там можно будет и определяться.

Опять завибрировал лежащий на столе телефон, а затем вдогонку зазвучала мелодия. Выражение лица Дмитрия Ивановича тут же изменилось. Отчего-то именно сегодня начальники словно с цепи сорвались и бросились ему названивать. Причем у каждого нашлось немало претензий, ну и распоряжений, куда же без них. В общем, ничего удивительного в том, что от очередного звонка он ничего хорошего не ждал.

Но как видно, горькие пилюли на сегодня уже закончились. Звонил его давний товарищ, Петр Аркадьевич Нефедов. Личность довольно известная, можно сказать, практически олигарх. Во всяком случае, играя на бирже и обладая просто звериным чутьем, он сумел сколотить внушительное состояние. У всех одна волна кризиса за другой, а Нефедову хоть бы что, его капитал только растет.

Они были друзьями с самого детства. Даже когда в девяностые Юрин служил за нищенскую зарплату, а Нефедов уже сколотил свой первый миллион зеленых, эта дружба не дала трещину. Быть может, все дело в том, что каждый из них жил собственной жизнью.

Нефедов не раз и не два предлагал другу вложить в игру на бирже хотя бы небольшие сбережения. В конце концов Петру не составит труда приобщить эти деньги к своим и ввести их в оборот, и уже через год эта сумма многократно увеличится. А дальше, как говорится, по нарастающей. Причем, чтобы не ставить друга в щекотливую ситуацию, он готов был пойти на отчисления брокерского процента.

Но Юрин не согласился. Нет, деньги ему были нужны. И он не сомневался в том, что не прогорит ни при каком раскладе. Наконец, сумма, которую он мог предоставить для этой операции, была настолько скромной, что Нефедов куда больше носил в своем бумажнике. Более того, Дмитрий был уверен, что, в случае чего, друг просто достанет деньги и отдаст, да еще и увеличив сумму раз в несколько, – мол, прокрутил и заработал.

Юрин банально не хотел быть в зависимости от старого друга. Не желал проверять их дружбу на прочность деньгами. Именно поэтому, встречаясь, они не ходили в рестораны. Дмитрий не позволил бы платить за себя или по меньшей мере стал бы настаивать на очередности.

Чтобы не вводить друга в растраты, Петр вдруг воспылал любовью к
Страница 5 из 19

экспромтам. Так что их совместные попойки по большей части происходили на природе, с удочками для антуража.

Конечно же жизнь не стоит на месте, и сегодня Юрин вполне мог себе позволить любой банкет в честь друга. Но так уж случилось, что, раз попробовав посидеть в ресторане, они уже через десять минут переглянулись и отправились на берег речки. Правда, предварительно заехали в магазин охоты и рыбалки, чтобы прикупить походные стол и стулья. Все же располагаться на капоте авто или на одеяле было как-то несолидно.

– Здорово, пропащая душа, – поднеся трубку к уху, тут же произнес Юрин.

– С чего бы это пропащая? Подумаешь, всего-то годик не виделись.

– Хм, если судить по твоему ответу, то ты либо уже прибыл, либо на подходе.

– Вообще-то я все еще в Москве. Просто решил сначала созвониться. Мало ли какие заботы обуревают полковника ФСБ, да еще и начальника управления.

– Никаких забот, – невольно расправляя плечи, ответил Юрин. – Ты же знаешь, ради тебя я готов все отставить в сторону. Даже Родину.

– Родину не надо. Но если ты способен выкроить денек-другой, я через четыре часа у тебя.

– Отлично. Тогда я сворачиваюсь на работе и иду мариновать шашлыки.

– Опять сам?

– Только сам и никак иначе.

– Ладушки. Тогда жди.

Глава 2

Андреевский

– Разрешите, Наталья Игоревна?

– Игорь Викторович, конечно же проходите. Что-то случилось? – поднимаясь из кресла, поинтересовалась Лебедева у протиснувшегося в дверь геолога.

– А к вам можно приходить, только если что-то случилось?

– Неужели наша легендарная скала дала трещину и решила приударить за мной? – всплеснув руками, задорно поинтересовалась она.

Ну если ничего не случилось, то отчего бы не повеселиться. Тем более что веселого в этих тревожных краях не так чтобы много, да и с досугом особого разнообразия не наблюдается. Для пущего эффекта она прямо-таки плюхнулась в свое кресло, вытаращившись на гостя изумленным и вместе с тем исполненным обожания взглядом.

– Э-э, молодка, ты поаккуратнее, а то ведь не посмотрю, что в дочери мне годишься, живо хвост распушу, а тогда только держись.

– Вот все вы так говорите, а как до дела доходит, то сразу в кусты.

– Не все, не наговаривай. Но ты у нас девушка с характером, живо всем рога поотшибала.

– И этим сразила ваше сердце. Ну признайтесь же.

– Не признаюсь, Наталья Игоревна, – вновь переходя на «вы», развел руками Зарубин. – Честно говоря, после моей покойной супруги ни одна женщина не смогла обратить на себя мое внимание настолько, чтобы я захотел жить с ней под одной крышей.

– А потому вас хватает только на посещение красных фонарей.

Зарубин окинул девушку изучающим взглядом. Нет, ни капли иронии или неодобрения. Разве только взгляд, полный смешинок, из-под длинных ресниц, ну и явно сдерживаемая улыбка. Хм, ну а чего, собственно, от нее ждать-то. Медик. Причем хороший медик и замечательный человек. Она по определению не могла подойти к данному обстоятельству без понимания.

Квартал красных фонарей в Андреевском появился сравнительно недавно. Как раз незадолго до нового года Ладыгин со своими друзьями провел операцию под кодовым названием «Сауна». В результате этой вылазки в Ставрополь десять проституток, вместе с их сутенером, сменили место жительства и соответственно работы.

С сутенером никто возиться не стал, просто определили на жительство и обеспечили работой. Нет желания трудиться – никто не держит, мир большой, необъятный и неизведанный. А потому живи, где хочешь и как хочешь. Правда, оружие и снаряжение ему никто просто так выдавать не стал, предложив все выкупить. Цинизм, с которым Ладыгин подходил к людям, порой просто поражал.

С проститутками дело обстояло куда проще. Им предложили выбор между жизнью простой поселенки и дальнейшей работой по специальности. В первом случае администрация обязалась обеспечить работой.

Битые жизнью и уже давно не ожидавшие от нее подарков девки приняли изменения в их судьбе довольно стоически. Две из них решили покончить с древней профессией. Одну определили в бухгалтерию, благо она имела профильное образование. Вторую забрала к себе Лебедева. Девушка училась на последнем курсе стоматологического факультета. Кстати, неплохо училась, но, будучи из малообеспеченной семьи, была вынуждена заботиться о себе сама.

Остальных отправили в квартал красных фонарей. Им предстояло трудиться на ниве оказания услуг населению. Мужскому, разумеется. Вот и потянулся туда ручеек из одиноких мужчин. Любому женатому путь туда был заказан, причем на законодательном уровне. Ладыгин, безусловный лидер поселенцев, был ярым сторонником крепких семейных отношений. Знали об этом и жрицы любви, которым в случае отношений с женатым мужчиной грозил серьезный штраф. Вот такие перегибы.

Зарубин, будучи холостым и все еще о-го-го каким крепким мужчиной, нуждался в женском общении. Поэтому являлся если не частым, то постоянным клиентом квартала. Именно на это обстоятельство и указала Лебедева. В общем-то ей до этого не было никакого дела, мало того, она это одобряла как медик, но как женщина…

А вообще, найдется ли такая женщина, которая сможет вот так запросто смотреть на такое непотребство? То-то и оно. Впрочем, это скорее относится к проституткам. У мужиков есть все же одно весомое и извиняющее обстоятельство. Несмотря на постоянно увеличивающееся население – а оно уже перевалило отметку в две сотни человек, – их все еще значительно больше, чем женщин.

– Наталья Игоревна, вот напрасно вы язвите на эту тему. Даже там я не смог бы найти ту, которая согласилась бы ждать меня по полгода из командировок, а вторую половину выносить мой несносный характер. Здесь же мне и вовсе не на что надеяться. Так что спасибо администрации, заботящейся о здоровье поселенцев.

– Да бога ради, Игорь Викторович. Вот честное слово, я за вас только рада.

– Тогда прогоните, пожалуйста, тех бесенят, что сейчас отплясывают в ваших замечательных серых глазках.

– Не могу, – сложив руки на груди, искренне ответила Лебедева.

– Ну и гад с вами, Наталья Игоревна, – махнул на нее рукой геолог, пристраивая поудобнее между ногами СКС. – Вообще-то я к вам по делу, а вы тут про… кхм. Так вот. Сейчас идет комплектование экспедиции, командовать которой, собственно говоря, предстоит мне. И я к вам именно по этому поводу.

– А в чем трудности? – тут же став серьезной, откинулась на спинку кресла Лебедева. – Все заказанное мною доставлено. Работы по оборудованию походного медблока проведены качественно, с выполнением всех требований. Оно, конечно, совмещение с исследовательской лабораторией как бы не очень… но, с другой стороны, в походных условиях на большее рассчитывать не приходится. Словом, по медицинской части все в полном порядке. Даже медик имеется.

– Угу. Мне сегодня сообщили о том, что в экспедицию с нами отправляется Вика. Именно по этой причине я и пришел.

– А чем вас не устраивает Вика? Молодая, энергичная, с опытом походной жизни. Девушка из деревни, так что обузой не будет. В профессиональном плане…

– Вот именно что в профессиональном, – перебил Лебедеву Зарубин. – Стоматологического кресла в медблоке я не заметил.

– Игорь Викторович, давайте смотреть на вещи прямо.
Страница 6 из 19

Медиков в Андреевском четверо. Ваша покорная слуга – хирург, Вика – стоматолог, Варя – фельдшер и Вера – медсестра. Все, больше никого нет. Варю отправлять бесполезно, потому что она способна выполнять только конкретные назначения и оказывать помощь при незначительных повреждениях. Вера… понятно. Так что остается Вика.

Как выяснилось, в университете бывшая путана училась не на страх, а на совесть. Не сказать, что изначально перспектива вечного поселения на Колонии ее порадовала. Но по здравом рассуждении Вика Цыганова пришла к выводу, что вряд ли она смогла бы устроиться на Земле лучше. Тем более что, несмотря на ее общеизвестное прошлое, в поселке к ней относились с уважением.

Медик в селе, вообще, личность уважаемая, их даже сплетники обходят стороной, вот Вика и вписалась в местное общество. А раз уж в поселке имелась потребность в специалистах широкого профиля, то она принялась за активное самообразование.

Впрочем, не сказать, что в своем порыве она осталась в одиночестве. Лебедева в этом плане ничуть ей не уступала. Вот так и вышло, что они обе занялись вплотную военной хирургией, выписав для этого всю необходимую литературу. Данное направление в местных условиях оказалось наиболее востребованным. Что в общем-то неудивительно с учетом агрессивной фауны и просто несчастных случаев на производстве и при обращении с оружием.

Несмотря на трудности, оба медика добивались явных успехов. На их счету уже были поставленные на ноги больные, пострадавшие от когтей и клыков хищников, а также с переломами. Был даже один с огнестрельным ранением – результат несчастного случая.

Так что Вика вполне отвечала требованиям. Во всяком случае, исходя из местных реалий. Хотя, чего греха таить, она конечно же уступала Лебедевой, и весьма серьезно. Все же и возраст, и оконченное образование, и большая практика – от этого никуда не уйти.

– Не обессудьте, Наталья Игоревна, но Вика не подойдет. Я вынужден просить вас отправиться с нами в экспедицию.

– И чем вы это мотивируете? – вздернула бровь Лебедева.

– Тем, что нам нужен опытный медик, который не растеряется в случае чего и сможет оказать быструю квалифицированную помощь.

– Ну, знаете ли, Игорь Викторович, это ни в какие ворота. Сколько вас отправляется в экспедицию? Пятнадцать человек? А сколько остается здесь? И заметьте, им также нужна быстрая и квалифицированная медицинская помощь. Не знаю, как там будет у вас в экспедиции, но здесь веселья хватит, поверьте. За пять месяцев двенадцать серьезных травм и ранений, и это всего лишь на две сотни человек. Ну и последнее. Я как бы не любительница выездов на пикники, да и с природой нахожусь в явных неладах. Мне с трудом удалось приспособиться к жизни в местном вагончике, хотя он и довольно комфортабельный. А вы хотите утащить меня в чистое поле. В общем, как любит говорить ваш Ладыгин, картина маслом.

– Боюсь, я все же вынужден буду настаивать, Наталья Игоревна. Бивачная жизнь, она, конечно, не мед и не сахар, но поверьте, человек такая скотина, что очень быстро привыкает ко всему. Пара дней, и вы войдете в колею. Что же касается соотношения, то вы правы лишь отчасти. Да, нас пятнадцать против двух сотен, и выбор должен быть очевиден. Однако есть одно обстоятельство, которое перевешивает все аргументы. С нами идет Ладыгин. Так что вы нужны там в первую очередь для того, чтобы в случае необходимости смогли обеспечить его безопасность. Надеюсь, о его роли на Колонии говорить не нужно? Одни его ненавидят, другие благодарны за предоставление повторного шанса все начать сначала. Но все сходятся в одном: с его головы не должен упасть ни единый волос. Конечно, люди уже смирились с тем, что им предстоит жить в новом мире и путь в старый для них уже закрыт. Но они не готовы порвать пуповину, связывающую их с Землей. Опять же это необходимо и с практической точки зрения. Мы еще не готовы к самостоятельной жизни.

– Знаете, я не буду с вами спорить. Сама я еще не определилась, как к нему относиться. С одной стороны, он меня похитил и обрек на жизнь в этом месте. С другой – спас и предоставил шанс загладить свою вину за совершенное преступление если не перед Богом, то хотя бы в глазах людей. Но отчего вы пришли ко мне. Пойдите к нему, потребуйте от него, чтобы он оставил это безрассудство. Не взывайте к моей совести и не просите меня становиться его ангелом-хранителем, потребуйте, чтобы он не смел рисковать понапрасну.

– Угу. В который раз. Он согласился все время ходить в бронежилете, даже спать в нем. А еще все время быть в каске. Между прочим, ничего смешного, – заметив появившуюся на губах собеседницы улыбку, возразил геолог, – в степи куда жарче, а эти аксессуары и здесь не сахар. Он не возражает даже против персонального телохранителя. Но вот с чем он не согласен в корне, так это с тем, чтобы отказаться от этой экспедиции. Да он, собственно, именно по этой причине не стал обращаться в правительство. Боится, что его запрут в четырех стенах и станут изучать, как подопытную крысу, а еще будут оберегать, пичкая невкусной и здоровой пищей. И признаться, я его понимаю, потому как сам вольная птица.

– Вообще-то лидерам не пристало вести себя подобным образом. Он должен быть готов к тому, чтобы пожертвовать личным ради общественного или поставленной цели.

– Угу. Ладыгин подпишется под каждым вашим словом. И даже уже как-то давал нечто вроде зарока. Во всяком случае, обещал быть куда более осмотрительным и соизмерять свои желания со своими же обязанностями.

– И?

– Я же говорю, собрался в экспедицию, – разведя руками, вздохнул Зарубин.

– Нда-а. Не лидер.

– Это точно. Сам себе на уме. Так какое будет ваше решение, Наталья Игоревна?

– А вы посадите его возле портала на цепь, – словно не услышав вопроса, предложила Лебедева.

– При желании он сам кого хочешь заставит лаять. А вот с ним такой номер не пройдет. Пришибить – это можно, а заставить… – Зарубин даже сокрушенно покачал головой.

– Намекаете на гипноз.

– Да я не намекаю, Наталья Игоревна, я прямо говорю.

– Хм. Если серьезно, то на вашем месте я бы поступила иначе. Откажитесь от экспедиции с его участием. Не сможет же он всех держать под контролем. Это же ребячество, ей-богу.

– Не вариант. Во-первых, экспедиция необходима. Я бы сказал, жизненно. Во-вторых, вы плохо знаете Ладыгина. Если он что втемяшил себе в голову, то может и сам рвануть. Лучше бы уж с нами, все же надежнее.

– Хорошо. Пусть тогда доставит сюда врача «скорой помощи». Вот уж кто многопрофильные специалисты, к тому же привычные работать в экстремальных ситуациях. Я одного знаю, так это просто виртуоз. А потом, Ладыгин сможет ему внушить, что тот бродил где-то на Земле, заплатит командировочные, и все. Насколько я знаю, с платой для него нет никаких проблем.

– Хм, а я как-то не… Ладно, как вариант принимается. Но на всякий случай, если что, вы согласны отправиться с нами?

– Вот уж сомневаюсь, что при подобном подходе могут возникнуть сложности.

– И все же?

– Согласна, – скорее чтобы от нее отстали, чем соглашаясь на самом деле, махнула рукой Лебедева.

– Вот и хорошо. Тогда я побежал. Выход уже через два дня, а дел еще невпроворот. До свидания, Наталья Игоревна.

Не сказать, что разговор ей был приятен, но
Страница 7 из 19

тем не менее этого седого мужчину она проводила с искренней улыбкой. Всегда, знаете ли, приятно наблюдать за работой профессионала или человека, по-настоящему увлеченного своим делом. Зарубин не мыслил себя без вот таких выходов. Для него это даже не образ жизни, а скорее уже потребность. Запри такого в квартире, и он очень быстро зачахнет.

Не успела дверь закрыться за геологом, как вновь распахнулась. Причем проделала это столь стремительно, что Лебедева даже вздрогнула, опасаясь, что это может быть весть о несчастье. Возможно, кому и казалось, что она обладает выдержкой и способна на волевые решения, но на деле… Нет, все эти качества вроде как в ней присутствовали, но при каждом экстренном случае ею овладевал самый настоящий страх. Она панически боялась, что у нее может что-то не получиться и на ее совести окажется еще одна жизнь.

Да, но с таким лицом тревожные вести не приносят. Да и не влетают вихрем, иначе и не скажешь, когда спешат с дурными новостями. Это скорее уж присуще людям, переполняемым самым настоящим счастьем. Интересно, кто так осчастливил Вику? Вон как вся светится, словно новогодняя елка.

– Здравствуйте, Наталья Игоревна! – едва не выкрикнула девушка, с озорным видом делая книксен.

Ага, вот теперь немного покружиться – самую малость, всего-то пару оборотов – и наконец, озаряя все вокруг зажигательной улыбкой, с ходу опуститься на стул. Стоп. Он же вращающийся. Тогда еще пару оборотов… А вот теперь устремить на начальницу светящиеся счастьем глаза.

– И что все это значит? – слегка склонив голову набок, поинтересовалась Лебедева.

– Вы не поверите!

– А ты скажи, вдруг не все так плохо. – Настроение подчиненной невольно передалось и начальнице.

– Валентин сделал мне предложение! – наполовину прикрыв ладошками улыбающееся личико, выдала девушка.

– Это который? Уж не Злобин ли? – В ответ Цыганова только мелко закивала головой.

Нда-а. Странный все же народ эти женщины.

Вика – красавица, да что там, просто мечта любого мужчины, как говорится, модель, а кроме того, натура целеустремленная, живая, с мозгами в этой самой красивой головке. Самостоятельно поступить на бюджет в медицинский университет и продержаться на нем в течение пяти с половиной лет – это вовсе не шутка. К тому же училась она хорошо, это Лебедева уже давно поняла. А еще – как она занялась самообразованием!

И Валентин – жилистый, нескладный увалень с потасканной внешностью, не способный связать два слова. Образование – три класса и два коридора. Только и толку, что сумел овладеть несколькими строительными специальностями, да и то прямо на строительной площадке. И рядом с ним вот такой цветок, как Вика.

– А что вы так на меня смотрите, Наталья Игоревна? – Игривое и радостное настроение словно сорвало порывом ветра.

– Да вот думаю, радоваться за тебя или все же предостеречь от ошибки.

– И почему вы думаете, что я ошибаюсь?

– Как бы тебе сказать… Ну не пара вы.

– А вы на внешность не смотрите, Наталья Игоревна. Валентин, может, и не красавец, зато надежный. За ним как за каменной стеной – совсем не страшно и спокойно. И потом… Вот не поверите, а по мне, он очень даже симпатичный.

– Вик, только пойми меня правильно. Но по-моему, он алкоголик, – в последний момент все же решив отказаться от категорического тона, произнесла Лебедева.

– Скорее запойный, – спокойно согласилась Вика, а потом продолжила: – Но это в прошлом. Во-первых, тут со спиртным, кроме пива, серьезные трудности. Во-вторых, он уже почти год алкоголь в рот вообще не берет. Даже пива. Он как только тут оказался, Ладыгина попросил, и тот его закодировал. Ну и напоследок… Наталья Игоревна, а я кто? Проститутка. Я собой торговала, а это грех похлеще пьянства.

– Вика, я вовсе не думала…

– Да бросьте. Конечно, не думали. За три месяца, что я с вами, вы и полслова мне не сказали, даже косо не взглянули. Просто то, что было на Земле, – это как в прошлой жизни.

– Погоди. Но ведь бригада Тимохи наемники. Они же должны будут вернуться на Землю. Ладыгин, конечно, своеобразный тип, но слово свое держит. А ты… Хм, ну тебя и твоих бывших товарок вроде как никто возвращать не собирается.

– Угу. Я поняла. Но Валентин сказал, что обратно на Землю не вернется. Говорит, здесь он в кои-то веки почувствовал себя человеком.

– А разница в возрасте?

– Это он только выглядит так, а на деле ему только тридцать два. Восемь лет, да это и не разница вовсе. – Лицо Вики вновь озарилось радостной улыбкой.

Ну хорошо девушке. Вот как хорошо. А тут начальница со своим занудством и рассуждениями, кто кому пара, а кто не пара. Ну и пусть будут тут у них свои «красавица и чудовище». В конце концов, внешность – это не главное. Опять же Колония и впрямь оказывала сильное влияние на людей.

– Все, прости. Поздравляю. От всего сердца поздравляю, – зайдя за спину девушки и обняв ее, в самое ухо произнесла Лебедева.

– Спасибо. Только…

– Господи, Вика, у тебя настроение меняется как погода в мае, да еще и на Кавказе. Ну что опять не так?

– Просто… Я ведь аборт делала. А вдруг я больше не смогу родить?

– Глупости. Все у тебя будет в порядке. А вот за мысль спасибо.

– За какую?

– А вот за такую. Гинеколог нам нужен. Или хотя бы литература и пособия. Но лучше бы все же специалист, хоть завалящий. Пока-то проблем вроде никаких. Но…

– Наталья Игоревна, а как же быть с экспедицией? Ведь два дня осталось. Как же мы с Валентином…

Угу. Кто о чем, а лысый о расческе. У девушки, можно сказать, медовый месяц на носу, а у нее как в той песне: «Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону». Ну да разве это проблема?

– Нормально все, Вика. Ты не едешь, – успокоила девушку Наталья.

– А кто же тогда? Вы?

– И я не еду. Другого доктора найдут. Ладно, давай трудиться.

В общем и целом, несмотря на то что ее едва не завербовали в экспедицию, день начался удачно, как имел и хорошее продолжение. Слава богу, до вечера обошлось без происшествий, что не могло не радовать. Впрочем, жизнь на Колонии уже успела приучить Лебедеву к тому, что ситуация может измениться в любой момент. Этот мир строго спрашивал за пренебрежительное к нему отношение.

Именно поэтому по окончании рабочего дня Наталья Игоревна отправилась не домой и не в клуб, построенный и оснащенный специально для проведения досуга. Ее путь лежал прямиком на стрельбище, организованное сразу за периметром поселка. Ей, как и многим поселенцам, предстояло еще посетить очередное занятие по боевой подготовке.

Вообще-то первичную подготовку все проходили сразу по прибытии на Колонию. Причем в обязательном порядке. Хотя, даже несмотря на такие меры, время от времени случались происшествия в результате неосторожного обращения со стреляющим железом.

Однако оружие здесь выдавалось всем. Правда, за него приходилось платить, в рассрочку, но и отказаться от него не было никакой возможности. Минимум гладкоствольное охотничье ружье должно было быть у каждого. Ну а там – по аппетитам. В поселке действовала лавка, где можно было выкупить стволы и посерьезнее, и даже пистолеты. Вот только с автоматами дело обстояло сложнее. Они предназначались только для охраны и свободно не продавались.

Так вот, первичную подготовку Лебедева прошла уже давно. Но как ни
Страница 8 из 19

странно это звучит, в процессе занятий она – та, которая никогда прежде не брала в руки оружие, – вдруг ощутила к нему тягу. Нет, это не была любовь и уж тем более страсть, но возиться с ним и стрелять ей нравилось.

Мало того, у нее уже имелись кое-какие достижения. Ее инструктор, Сергей Вертинский, утверждал, что у нее самый настоящий талант к стрельбе, причем как из длинноствольного оружия, так и из пистолетов. Вертинский и сейчас продолжал с ней заниматься. Правда, не по службе, а скорее уж по дружбе.

– Наталья Игоревна, наше вам с кисточкой. – Отстреляв серию, Вертинский легким поклоном приветствовал появление своей ученицы.

– И я рада нашей встрече, Сергей Иванович. – Принимая игру, Лебедева сделала книксен, что в горке выглядело довольно нелепо.

Вообще-то она не одобряла ни стиль «милитари», ни туристический, предпочитая простую гражданскую одежду и даже платья. Что с того, что дикий мир. В пределах поселка такая одежда была вполне приемлема, а уж при ее работе и подавно. Оно и пациентам настроение поднимает, а правильное настроение у больного – это отличное подспорье в процессе его излечения.

И не сказать, что поселенцы воспринимали это отрицательно. Наоборот, Наталья помимо своей воли стала еще и законодательницей моды. Все женщины в быту начали отказываться от робы, отдавая предпочтение именно женским нарядам. В лавке появился отдел тканей, а в поселке своя портниха, у которой заказы не переводились, хотя женщин в Андреевском раз-два и обчелся. Так что даже здесь женщины оставались женщинами. Да и все шло к тому, что и мужчин они скоро начнут вытряхивать из формы. Во всяком случае, для посещения клуба точно.

Но на стрельбище все же лучше приходить в соответствующей одежде. Это просто практично. И потом, несмотря на наличие квартала красных фонарей, мужчины здесь по большей части не избалованы женским вниманием. Так что не помешает поберечь их нервную систему, тем более при статях Лебедевой.

Ну а что тут такого? Она прекрасно осознавала, как выглядит и каким образом воздействует на мужчин. Вон даже Вертинский, с которым они сдружились, вполне счастливый в браке, и тот не в состоянии удержаться, чтоб не бросить на нее восхищенного взгляда. Разве только рукам волю не дает да смущенно отводит глаза, когда встречается с ее насмешливым прищуром.

– Сереж, глаза сломаешь, – не выдержав, прыснула Наталья. – Ведь целую неделю у жены под боком пробыл, а туда же, порода твоя кобелиная.

– Не. Кобелиное поведение Сергеич не одобряет. Но с другой стороны, в тот момент, когда я перестану обращать внимание на таких красавиц, пора ложиться в гроб.

– Ну-у тогда ты живее всех живых. Вот только что-то я не замечала, будто бы посещал интересный квартал.

– Ты же знаешь, за деньги мне противно, а всякое непотребство под запретом. Вот и жду положенные выходные, чтобы отвести душу. Ирина уже побаиваться начинает моих побывок.

– Пошляк! – Наталья в шутливом гневе двинула его своим кулачком в плечо.

– Ты просто ничего не понимаешь, – игриво защищаясь, начал оправдываться Вертинский, – это же «ход конем». Так сказать, веду артподготовку перед решительным штурмом.

– В смысле?

– Да вот, думаю перебираться сюда насовсем.

– С ума сошел? Да какое будущее у твоих детей в этом мире?

– Наташ, ты ерунду-то не городи. Нормальное будущее. Ничуть не хуже, чем там. Работа, дом, семья, дети. Мне здесь нравится. Здесь чище, честнее, и внуки мои будут куда здоровее, чем там. Ты только не смейся, но я, в общем-то молодой мужик, уже начинаю ловить себя на том, что превращаюсь в параноика. Вот столкнуться лицом к лицу с какой местной зверюгой мне не так страшно, как, к примеру, заболеть тем же раком. Двое моих одноклассников умерли именно от него. А как почитаешь статистику, так и вовсе настроение кислым становится. А все оттого, что пичкают нас не пойми чем. Во всяком случае, я в этом убежден.

– И как же ты собираешься убедить жену? Одной только сексуальной агрессии явно маловато.

– А это как сказать. Всегда есть капля, которая становится решающей.

– Сереж.

– Что?

– Сере-ожа, – трясясь от нетерпения и заглядывая ему через плечо, начала канючить Наталья.

– Чего?

– Вертинский, не зли меня, а то пропишу витамины внутримышечно, чуть пониже спины. А к моим рекомендациям здесь…

– Все, все, все, убедила. Да не забыл я, не забыл.

Вообще знавшие Сергея сильно удивились бы, наблюдая за этой дружеской беседой. Он как-то трудно сходился с людьми, по большей части оставаясь нелюдимым и немногословным. Удивило бы их и его желание перебраться на Колонию. Все прекрасно были осведомлены, что этот мир для него всего лишь способ заработать. Планы же на жизнь у него связаны с Землей.

Но рядом с Натальей он словно преображался, становясь совершенно другим. Самое же поразительное заключалось в том, что Лебедева и впрямь воспринималась им только как подруга. Возможно, причина крылась в открывшейся у нее тяге к стрелковому оружию, к которому он и сам был неравнодушен.

Именно поэтому он взялся сделать тюнинг ее карабину, выданному ей как ценному специалисту. Неделю назад, перед своим убытием в отпуск, он забрал ее оружие с собой на Землю. Правда, при этом дал несколько расплывчатое обещание, что, мол, если он ничего не напортачит, то она получит новый карабин. А если у него руки-крюки, то свой прежний.

Это как раз и было причиной ее волнения. Сверток-то она видела, а вот что в нем – поди разбери. Она, конечно, понимала, что Вертинский вряд ли стал бы над ней так шутить, но мало ли…

Это как конфетку у ребенка отобрать! Это как… Да у нее даже не было слов как! Вертинский, сволочь! Он все же сделал это! Ну кто так шутит!? На Лебедеву из развернутого свертка смотрел самый обычный, штатный СКС. Она же уставилась на него с таким разочарованным видом, что любой случайный свидетель этой сцены просто бы умилился.

– Мог хотя бы оптику поставить, – разочарованно выдохнула Наталья, подходя к столу и беря в руки оружие. – Вертинский, а ведь витамины плачут по твоей заднице, – словно змея прошипела Лебедева. – Где мой карабин?

– Игорь, неси скорее, а то меня сейчас живота лишат! – наигранно истерично закричал Сергей. – И не забудь мой выигрыш.

К веселой парочке тут же подошел, сокрушенно качая головой, Волков. В руках он нес характерный сверток и четыре пачки автоматных патронов. Он-то, конечно, заведует всей хозяйственной частью поселка, как и оружейным складом, вот только это вовсе не значит, что он может себе позволить дармовые боеприпасы. Разумеется, разница в цене между лавкой и складом имеется, но платить все равно придется.

– Держите вашего красавца. Признаться, не думал, что Сергей прав окажется. Ну да наука на будущее – не спорить с такими прохвостами. Забирай. – Это уже Вертинскому, который, как обычно, в присутствии посторонних превратился в немногословного типа.

Впрочем, Наталья на это мало обращала внимания, так как была поглощена созерцанием того, что получилось у Вертинского. Когда он говорил, что можно значительно улучшить карабин, она ему не поверила. Все же его создавали настоящие мастера оружейного дела, а не какие-то кустари. Но она ошиблась. Потому что штучная работа всегда отличается от серийной модели.

Ложе было
Страница 9 из 19

изготовлено из фанеры, выкрашенной в темно-красный цвет. В прикладе имелось отверстие под большой палец, в результате чего шейка практически превратилась в рукоять. Сама форма приклада несколько изменилась и стала более удобной. На смену привычному магазину пришел новый, от автомата Калашникова, разве только чуть короче. Со ствола пропали штык-нож и налив для его крепления, зато появился дульный тормоз-компенсатор. Сбоку примостилась планка для крепления оптики. Правда, на сей раз ее не поставили, так как на карабине был установлен коллиматорный прицел.

Наталья, взглянув на получившегося красавца, так и обмерла, а потом приняла его едва не трясущимися руками. Только и успела кивнуть в ответ на слова Волкова о том, что оружие заряжено. Потом на некоторое время она выпала из реальности, в деталях рассматривая свою новую старую игрушку.

– Ах ты ж моя красавица. Вон какая вся ладная стала, – поглаживая лакированное ложе, с нежностью приговаривала Наталья, а потом, словно вспомнив, посмотрела на своего наставника и друга: – Сергей, обязательно было так издеваться?

– Сто двадцать халявных патронов, – пожав плечами и выразительно кивнув на карабин в ее руках, ответил он.

– Ладно. Аргумент серьезный. Слушай, я думала, он станет легче, а он, наоборот, потяжелел.

– Пришло больше, чем ушло, вот и все. Но ведь стал удобнее?

– Еще как. Сидит вообще как влитой. А этот магазин. Кстати, он стандартный?

– Да, только укороченный под двадцать патронов. Но можно присоединить хоть диск от РПК.

– Элегантная штучка получилась, – вынес свое резюме Волков. – А как ты сумел приладить магазин от автомата?

– Да там делов-то? Легкая переделка, и все готово. Только в России этого делать нельзя, срок сразу нарисуют. А здесь нормально.

– Серега, а перебирайся-ка ты сюда окончательно. Заделаешься оружейным мастером. У нас тут народ уже с ума по оружию сходит. Вон даже доктора в настоящих валькирий превращаются.

– Я все слышу, – бросила через плечо Лебедева. – Сереж, и во сколько все это обошлось?

Сергей, он конечно же друг, но нисколько не меценат. Впрочем, ни на что подобное Наталья и не рассчитывала. Однако, судя по довольному виду парня, тот уже готов был удариться в благотворительность.

– Потом сочтемся, Наташ. Пробуй давай.

Ага. Размечталась. Вертинский, он и есть Вертинский. Как говорится, дружба дружбой, а табачок врозь. Но она и не в обиде. Просто успела уже его получше узнать. Он, может, и удавится за копейку, но зато, случись что, не раздумывая, бросится на помощь. Вот такой противоречивый тип.

Приклад впечатался в плечо как влитой. Длина – тютелька в тютельку, удобно настолько, что даже увеличившийся вес оружия не ощущается. А коллиматор – это вообще сказка. Хоть бери его и снимай, чтобы не расхолаживал. Но прицел с ним брать и быстро, и удобно, что в местных реалиях очень даже важно. Ладно. Пора проверить все это в деле. Палец плавно потянул спусковой крючок…

Магазин на двадцать патронов отстрелялся словно сам собой. Лебедева, успевшая в полной мере изучить повадки своего оружия, была удивлена произошедшими изменениями. Карабин не просто выглядел другим, он и был другим. Изменилось буквально все, а главное – отдача была мягче и перестало задирать ствол.

– Ну как? – наблюдая за ошеломленной Натальей, поинтересовался Сергей.

– Потрясающе. Такое впечатление, что у меня в руках и не СКС вовсе.

– А еще вон какой красивый, – хмыкнув, поддержал Волков.

Все же многие мужчины считают, что женщина и оружие – понятия вообще несовместимые. Вот и Волков из этой же когорты. Хотя это мнение ему уже стоило проигранного заклада.

Нет, Наталья не собиралась утверждать, что женщины способны владеть оружием наравне с мужчинами. Хаживала уже по этой тропинке, когда уверилась во мнении о превосходстве женщин над мужчинами в вождении автомобиля.

Но ведь и грести всех под одну гребенку не стоит. Исключения есть всегда. Вот она, например. Как оказалось, водитель из нее вышел не очень, зато стреляет она на загляденье. Даже без коллиматора измочалить центр мишени с сотни метров ей ничего не стоит. Да вон оно, подтверждение.

– Разрешите, Наталья Игоревна. – Волков с самой любезной улыбкой протянул руку к ее карабину.

Вначале шевельнулась было обида, и она хотела отклонить эти притязания, но по здравом рассуждении передумала. Ишь какая цаца! Обидели ее. По-хорошему, от Волкова она всегда видела только добро, так чего теперь-то обиды строить. В конце концов, он не обязан разделять ее мнение и вправе иметь свое.

– Вот только попробуй маникюр попортить, будешь потом полировать, – ну не могла она не съехидничать.

– Ни боже ж ты мой, Наталья Игоревна, – поспешил заверить ее Волков.

Отщелкнул магазин, вогнал второй, благо Вертинский переделал четыре штуки. Вскинул оружие. Хмыкнул, одобрительно покачав головой. Потом быстро расстрелял магазин и задумчиво уставился на карабин.

– Нда-а. А ведь вы правы, Наталья Игоревна, совершенно другое оружие. Ну что, Сергей, заказы принимать начинаешь, или как?

– Подозреваю, что ты уже в очереди, Игорек.

– Угадал.

– Прости, но придется обождать. Меня тут обрадовали: через пару дней отправляюсь в экспедицию. Будь здесь моя мастерская да имей я свободное время – без проблем. Но ни того ни другого нет. Так что извини.

– Лады. Тогда я первый на очереди.

– Не вопрос. А может, подумаешь насчет СВТ? Поверь, получится ничуть не хуже.

– Верю. Да только светка больно громоздкая. Но я еще подумаю.

Со стрельбища Наталья возвращалась в приподнятом настроении. Она вообще сильно изменилась за последние месяцы, словно обрела второе дыхание, научившись радоваться малому. Вот получила переделанный карабин и вволю постреляла. Теперь быстро домой, привести себя в порядок – и в клуб. Там по вечерам собирается практически весь поселок, благо народу еще не так много.

Домик у нее стандартный, из двух вагончиков. Не сказать, что планировка ей по душе, но есть прихожая, спальня, гостиная, кухня и санузел. Конечно, не сравнить с ее прежней квартирой, и тем не менее, несмотря на относительную тесноту, в наличии все удобства. В поселке даже центральная канализация устроена и пока работает без каких-либо проблем, вынося все нечистоты в Подкумок.

Приняла душ, постояла перед распахнутым шкафом, ничуть не смущаясь тем обстоятельством, что находится в нижнем белье. А чего, собственно, стесняться и, главное, перед кем? Живет она одна, окна занавешены плотными шторами, так что даже силуэт не рассмотреть.

Нда-а. Ситуация. Вещи вешать уже некуда, а надеть нечего. Она не собиралась поражать поселенцев своими дорогими нарядами, ввергая женское население Колонии в смертный грех зависти. Более того, все ее платья были достаточно скромными. Но в том-то и дело, что в любом одеянии она выглядела достаточно эффектно, а выделяться как-то не хотелось.

Наконец выбор пал на серое платье. Хоть и неброское, а все равно выгодно подчеркивает и фигуру, и высокую грудь. Вроде даже прикрывает колени, но в то же время волей-неволей остановишь взгляд и на крутых бедрах, и на стройных ножках. Ну не в рубище же обряжаться, в самом-то деле.

Теперь туфли на высоком каблуке. В поселке грязи практически нет. Дороги отсыпаны
Страница 10 из 19

песчано-гравийной смесью. Тротуары вообще заасфальтированы. Появился в Андреевском один мужичок, который раньше работал на асфальтовом заводе. Изготовили простейшее оборудование, завезли смолу и солярку, остальное нашлось на месте. Ничего сложного, было бы желание, ну и средства конечно же.

Помимо тротуаров, все бросились устраивать дорожки в своих дворах. Бригада дорожников всего-то из четырех человек, и штат вроде как увеличивать не собираются, поэтому забот у них хоть отбавляй. Народ в очередь записывается. А ведь имеется и дорожная техника, так что не за горами и асфальтирование улиц.

По сути, на тротуарах и дворах поселенцев в настоящее время оттачивался механизм работы дорожников. Подобное уже было у строителей. И надо заметить, исполнение радовало. Теперь они за день без особого труда выдавали один полностью готовый вагончик, включая установку, отделку и коммуникации. Разумеется, это относится к стандартным образцам. Работа не штучная, и дизайн, мягко говоря, угловат, но в целом вполне симпатично.

Андреевский вообще получился чистым и ухоженным поселком. Вот так взглянешь на него и не поверишь, что живут тут русские. Скорее уж немцы, с их педантичностью и аккуратностью. Но нет, свои родные, славяне. Тут ведь все зависит от того, как поставить дело. Если относиться наплевательски, то и получается бардак. А вот если сразу закрутить гайки и не давать расслабиться…

Трудно это, не без того. Тем более когда имеешь дело с взрослыми людьми, с уже давно сложившимися характерами. И уж тем паче с теми, кто не всегда помнил о необходимости помыть руки перед едой, да и вообще помыться. Но ничего невозможного. Просто нужен системный подход. Родителей придется где-то заставлять и контролировать, зато дети уже будут другими.

Доходило до абсурда. Волков осуществлял контроль за чистотой и порядком в поселке. Старшие на рабочих местах обязаны были спрашивать с подчиненных за затрапезный вид. Абы как и абы в чем в клуб никого не пускали, за это отвечал заведующий. Медики должны были производить обход на предмет соблюдения санитарных норм даже в домах, не забывая при этом обследовать жителей и на педикулез.

Лебедева попробовала было возмутиться по этому поводу, но Ладыгин только отмахнулся. Дескать, со временем появится в поселке санитарная служба, а до этого ее функции должны быть разделены между руководителями. Если кому не нравится, места много, в Андреевском никого насильно не держат. А коль скоро находитесь здесь, будьте добры исполнять свои обязанности.

Вообще-то поначалу Лебедева вполне серьезно подумывала об отшельничьей жизни. Собиралась получить некоторые навыки по выживанию, а потом уйти из поселка и устраивать свою судьбу самостоятельно. У нее даже имелся план действий.

Перво-наперво она позаботилась о компенсации родителям сбитой ею девочки, переписав на них свою квартиру со всем имуществом. Разумеется, кроме личных вещей, которые вывез Ладыгин. Кстати, сделал он это совершенно бестолково. Но хотя бы с квартирой не оплошал, и то радует.

Вторым пунктом числилась переправка денег на эту сторону. Раз уж они имеют хождение и здесь. Как ни странно, но у нее скопилась солидная сумма, были и драгоценности, которые хранились у подруги. Она в общем-то предполагала, что ее могут арестовать, как и ее счета. Понимала, что и в банке возникнут сложности со снятием наличных. Поэтому и предприняла меры предосторожности. Не оставлять же все без присмотра в пустой квартире.

Нет, она делала это не для себя. Вот о себе-то она в этот момент как раз меньше всего думала. Но она все еще надеялась, что потерпевшая сторона согласится принять от нее хоть какую-то компенсацию за погибшую девочку. И именно на этот случай предприняла меры.

У нее ничего не получилось, а вот Ладыгин сумел все организовать. Впрочем, могло ли выйти по-другому у этого наглого и циничного типа? Что-то сомнительно. Для достижения своей цели он способен как изворачиваться змеей, так и сокрушать любые преграды, словно кабан.

Далее, имея деньги, Лебедева вполне могла обустроить собственную усадьбу. Разумеется, она не была настолько сумасшедшей, чтобы забираться слишком далеко от людей. Тем более она собиралась продолжать врачебную деятельность. Жить-то на что-то нужно.

Вот только этим ее планам не дано было осуществиться. Нет, деньги у нее имелись и сейчас. Мало того, ее зарплаты хватало с избытком, даже откладывала, увеличивая свои сбережения. Просто тратить тут особо некуда. Так вот, ее средств вполне хватило бы на обустройство небольшой усадьбы, эдак километрах в пяти от поселка. С одной стороны, вроде и не так далеко, а с другой, по местным меркам, и не близко.

Но чем обстоятельнее она знакомилась с новым миром, тем больше понимала, что подобное отшельничество сродни только изощренному самоубийству. Тут уж одно из двух: либо решаться жить дальше, либо просто пустить себе пулю в лоб. Благо изобретать ничего не придется, потому что наряду с карабином ей полагался и ТТ. Остается только приставить к виску и нажать на спуск.

Еще совсем недавно она, возможно, так бы и поступила. Но так уж случилось, что ее попросту выдернули из прошлой жизни и всучили в руки новую. И она решила жить. Ну а раз уж так, то о самоубийстве – как о простом, так и об изощренном – пришлось позабыть…

Наталья осмотрела себя в большом зеркале. Нда-а. Нет, все замечательно. Девушка, глядевшая на нее, ей самой очень даже нравилась, да и чего там, вызывала чувство гордости. Вот только легкое платьице, сумочка в руке, а на талии пояс с кобурой, из которой торчит ТТ, да плюс ко всему еще и пристегнутая рация – как бы это помягче сказать? – все это выглядело несколько не гармонично, а уж что касается цвета…

Но, наученная горьким опытом, слава богу чужим, она не собиралась расслабляться и прятать эти вещи в сумочку. Ладно рация, но поди достань оттуда ТТ…

Каждый житель поселка был обязан иметь при себе оружие и даже дома всегда держать его под рукой. Имеющим в собственности пистолет разрешалось ходить с ним в пределах поселка. Выезд же за периметр без длинного ствола был попросту запрещен.

Что же касается рации, так она вообще не имела права с ней расставаться. Даже ночью та была включена и находилась поблизости, переключенная на тревожную частоту. Так что выбор невелик. Впрочем, здесь это уже давно воспринималось вполне нормально. Ничего. В клубе при входе есть стеллажи и пирамида, где можно спокойно оставить свое оружие. Случаев воровства там пока что не наблюдалось.

Клуб находился в центре поселка и представлял собой эдакий квадрат, составленный из вагончиков. В них располагались: небольшой кинотеатр, библиотека, игровые автоматы, бильярд, настольный теннис. Ну и танцевальная площадка в центральном дворике, разумеется перекрытом, а поэтому пригодном к использованию даже в зимнюю пору.

Все же хорошо потрудились поселенцы. Мало того что за сравнительно короткий срок успели освоить такой большой объем работ, так еще и выполнили все качественно. Никакая халтура или что-либо временное здесь не могли пройти. Спрос был строжайшим. Руководство не скупилось ни на инструмент, ни на материалы, но и требовало по полной.

Ага. Вот и Вика со своим женихом. Вообще-то на Колонии оформить
Страница 11 из 19

отношения проще простого. Достаточно появиться в администрации и сделать соответствующую запись, никаких испытательных сроков или очередей. Но не все так просто.

Во-первых, никто не позволит молодым зажать свадьбу. Пусть она и не первая в поселке, но народу здесь все еще мало, а потому погулять соберутся все, кроме дежурных. Во-вторых, молодой семье где-то нужно жить, а блоки общежития для этого подходят меньше всего. Так что администрации в любом случае нужна пауза в пару-тройку дней, чтобы не ударить в грязь лицом и исполнить свои обещания.

Конечно, в случае с Викой в подобной паузе не было никакой необходимости. Цыганова, как врач, была обеспечена точно таким же домом, что и Лебедева. Они даже проживали по соседству. Естественно, со временем семья может и увеличиться, но в том-то и прелесть модульных домов, что нарастить любое количество комнат не составит никакого труда. А вот вопрос со свадьбой оставался открытым, и тут уж им никто попускать не собирался.

Будущие молодожены как раз в это время танцевали в центре зала, не обращая внимания на окружающих. Ну прямо два голубка. Нет, точно красавица и чудовище. Взгляд скользнул в сторону. У стойки бара о чем-то весело перешептывались три жрицы любви, все время косясь в сторону бывшей товарки. Шали-ишь! Все же голубки. Вон сколько зависти, хотя и стараются казаться разбитными и равнодушными.

Женская половина хотела было настоять на том, чтобы этим шалавам вход в клуб был воспрещен. Но руководство чаяниям населения не вняло. Эти девахи были такими же членами общества, как и самая честная домохозяйка. Разумеется, с равноправием у них имелись кое-какие проблемы, но не так чтобы фатальные. А уж запретить им посещать клуб и другие общественные места ни у кого из начальства и в мыслях не было.

Был случай, когда одна из женок, узрев, как ее благоверный косится на девушку, устроила самый настоящий скандал. Причем не остановилась на одних только словесных оскорблениях, перейдя в атаку, чтобы «повыдирать этой твари все патлы». Глупая оказалась затея, да к тому же еще и дорогая. Ввиду того что девушка своим поведением не давала никакого повода, честную жену и мать подвергли внушительному штрафу.

С одной стороны, стоять рядом с девицами легкого поведения не хотелось. С другой – присутствовало желание усугубить пива. Не сказать, что она была его ярой любительницей, но от бокальчика не отказалась бы. К тому же к бару ее влекло нечто необычное. Она не могла поверить, но…

– Витя, у меня галлюцинации или это…

– Вино, Наталья Игоревна. Правда, крепленого нет, только сухое, но зато несколько видов, – с улыбкой ответил парень.

Появился он здесь недели через две после Лебедевой. Парнишку убедил переселиться его бывший одногруппник по детскому дому. Виктор после выпуска сумел устроиться барменом и даже набить руку в своем ремесле. Перспективы были довольно радужными, если бы не одно происшествие. Он сам этого не хотел, но так случилось, что ему довелось перейти кое-кому дорогу. Вот тут-то и возник Лялин со своим предложением. Виктор предпочел согласиться и теперь не жалел о своем выборе. Это конечно же не его бар, но все равно работа знакомая и по-своему интересная. А там, глядишь, и до своего заведения дело дойдет.

– А как же с сухим законом? – Лебедева кивнула на сверкающий никелировкой пивной кран.

– Администрация ввела послабления. Теперь ограничения в пару бокалов нет. Но я все равно остался при деле и не должен наливать чрезмерно увлекающимся. Но думаю, все не так страшно. С сегодняшнего дня у нас появился пристав или, если хотите, участковый. Это старинный товарищ Ладыгина, некто Любущенко Сергей, он сначала помогал перебрасывать сюда людей, а теперь и сам перебрался.

– И что, будут сажать? – с искренним любопытством поинтересовалась Лебедева.

– Не. Насколько я знаю, все остается по-прежнему: штрафы и выселение. Только за пьянство штрафы такие, что за первый раз отдашь месячную зарплату, за второй двухмесячную, а за третье нарушение выселение. Срок давности год. Так что особо не погуляешь.

– По-моему, зря они так резко отпустили. Дураки же найдутся.

– Конечно, найдутся. Но один-два, не больше. Вам пива или вина? – склонив голову набок, заговорщицки поинтересовался Виктор, явно намекая на то, что она у него не одна.

– Налей бокальчик белого.

Наталья вдруг ощутила, как рот наполнился слюной. Надо же, а ведь никогда не была любительницей алкоголя. Так, растянуть один бокал на весь вечер. Не иначе как ностальгия. А может, все дело в запретном плоде. Всегда больше всего хочется того, чего нельзя.

– Отвали.

Ого. А жрицы любви не остаются без внимания даже в клубе. Парень подошел к одной из трех проституток с явным намерением продолжить столь удачно начавшийся вечер. То, что он слегка навеселе, было заметно даже невооруженным глазом. Оно вроде и ничего такого предосудительного, в конце концов, алкоголь употребляют, как раз чтобы повысить градус настроения. Но вот к проститутке он приблизился зря.

Вроде бы нет ничего особого в том, чтобы пригласить ее на танец, ведь для этого и приходят на танцплощадку. Но как видно, девушка отказала, и недовольный парень решил настоять на своем, однако вновь получил отказ, на этот раз в довольно резкой форме.

– Слышь ты, шлюха, ты за базаром следи! – Кто бы сомневался, что парень подобным отношением останется недоволен.

– Юра, ну чего ты греешься, – решила вступиться за девушку одна из ее товарок. – Мало того что в клубе, так ведь мы уже тебе сказали, чтобы не подходил.

– Завянь, Светка, не к тебе вопрос.

– Что тут происходит?

Ого, а вот это, похоже, и есть тот самый пристав, Любущенко который. Ну а кому еще вздумается обрядиться в форму полицейского. Нет, ее конечно же использовали как робу, вот только ни у кого при этом не наблюдалось нашивок и фурнитуры.

– Да вот, товарищ капитан, Юра решил, что мы сюда работать явились.

– Басманов, ты на сегодня уже отгулял. Ноги в руки – и домой, спать. А если ты чего-то не понял, то я тебе живо штраф нарисую, – не дав заговорить открывшему было рот парню, припечатал Любущенко.

Проводив взглядом направившегося на выход и чертыхающегося Басманова, Любущенко обернулся к девушкам. Как видно, разговор еще не закончился. Лебедева вообще-то не любила лезть в чужие дела, но происходило это рядом, музыка играла не так громко, а потому она не могла не слышать их беседы.

– А теперь конкретно, что произошло?

– Да ничего особенного, Сергей Иванович. Просто этот Юра – козел, вот и все.

– Очень информативно, – с нарочито серьезным выражением лица кивнул в такт своим словам пристав.

– Он решил, что если платит, то ему можно все, – вздохнув, начала объяснять девушка. – Нет, товарищ капитан, мы хотя и проститутки, но… Словом, мы с девчатами решили, что его обслуживать не будем. Пусть уж сам как-нибудь.

– Резонно.

– Угу. Ну принял он слегка на грудь, и его сразу же на подвиги потянуло.

– Вот теперь все ясно. Отдыхайте.

В общем-то событие не из числа необычных, и Наталья вскоре о нем позабыла, отдавшись веселью. Потому что суббота, и отвлечься просто необходимо. Опять же в круг ее утянула Вика, пребывавшая на седьмом небе от счастья. Впрочем, Наталья скорее сама поддалась неуклюжим и
Страница 12 из 19

сбивчивым уговорам Валентина. Уж больно уморительно и беспомощно он смотрелся.

И как только у них с Викой сладилось? Наталья точно знала, что та сама вешаться не стала бы. Женское счастье, оно такое, его ни хитростью, ни коварством не добудешь, а Цыганова достаточно умна и бита жизнью, чтобы не понимать этого…

Необычное она заметила уже на подходе к своему дому, до которого от клуба было не больше пяти минут неспешного шага. За освещением поселка следили строго, поэтому она сильно удивилась, обнаружив свой дом погруженным в полумрак.

Есть у нее и дворовое освещение, но она не стала зажигать. Собственно, ни к чему. Уличный фонарь расположен прямо напротив ее дома, поэтому всегда обильно заливал его своим светом. Но только не в этот раз… Теперь придется плестись впотьмах. Хорошо хоть дорожники сделали ей исключение и заасфальтировали двор без очереди. Все же привилегии начальства никуда не делись и в новом мире.

Вроде ничего особенного. Чего не бывает. Ну перегорела лампа, и всех делов… Но у Натальи отчего-то защемило сердце. И ладно бы была причина, так ведь не случалось на Колонии еще ни одного преступления. Бывали драки между мужиками, да вот бабы однажды подрались, только и всего. Так чего же она опасается?

Хм, а она и не опасается. Она откровенно боится. Словно в детстве, когда за каждым углом, и уж тем более темным, бабайки прятались. Сама не поняла, как ТТ оказался в руке, а палец взвел курок. Это у нее появилось совсем недавно: прохлада вороненого металла вселяла уверенность в себе.

Правда, не так и сильно. Едва преодолев границу яркого освещения, она невольно сбавила шаг. А еще и Вика не торопится домой – пошли со своим женихом прогуляться по вечерней прохладе. Не вовремя на них нахлынуло романтическое настроение.

Да что это такое! В конце концов, она в Андреевском, а не где-то! Господи, только бы не увидел кто, а то стыда не оберешься. Обругала саму себя, и сразу же стало веселее – вон как бодро зашагала.

Каблуки процокали по асфальту, глухо и слегка гулко отозвался металл крыльца. Ручка провернулась легко, и дверь тут же подалась навстречу. Так и должно быть. Запирать дома у них пока как-то не принято. Нет, замки имеются, и даже где-то в шкафчике прихожей валяются ключи, но ими никто не пользуется. Так. Включатель слева на уровне плеча. Вот сейчас…

Однако сделать она ничего не успела. Сильная рука отбросила ее от двери в глубь прихожей. Резко хлопнула дверь, отрезая хоть какие-то отдаленные искорки света и погружая помещение в непроглядную мглу. Пара уверенных мужских шагов, которые легко распознать на слух, и вот она почувствовала на своем теле чьи-то суетливо шарящие руки. Нападающий дышал часто, с каким-то всхлипом, обжигая своим дыханием ее лицо. Резкий рывок – и платье трещит, опускаясь не полностью, а едва только высвобождая грудь и в то же время фиксируя руки, – Господи, как же страшно!!!

– А-а!!! Ммм!!!

– Молчи, сука, – зажав ей рот, в самое ухо выдохнул перевозбудившийся мужской голос. – Будешь умницей – ничего тебе не станется.

Рука быстро зашарила по ее телу, суетливо облапила высокую грудь, успев нырнуть под бюстгальтер. Мозолистая пятерня работяги, слегка оцарапав грудь и сосок, выскользнула наружу и поползла вниз, к обрезу уже задравшегося платья. Вторая рука наконец высвободила рот, но только затем, чтобы обхватить голову и запечатать губы невероятно мерзким поцелуем.

От зловония смеси табака и алкоголя ее едва не вывернуло. И не случилось это только оттого, что в этот момент ее охватил такой невероятный животный ужас, что она не могла даже пошевелиться. Теперь Наталья не пыталась кричать или хоть как-то сопротивляться.

Его колени развели ее ноги, рука уже задрала платье и сорвала трусики, суетливо зашарила у ширинки. Еще немного… еще самая малость, и если она не будет сопротивляться, случится нечто ужасное… Она уже давно не девица, но ведь это другое. Это совсем другое!

Нет, она так и не вспомнила о том, что в ее руке все так же зажат пистолет. Она вообще ничего не осознавала. Просто когда ей стало совсем плохо и казалось, что спасения нет, она неосознанно потянулась к тому, что дарило ей уверенность в себе. Без какого-либо участия со стороны Лебедевой рука сама уперла ствол пистолета в бок нападающего, благо остававшейся свободы для этого было вполне достаточно, а палец нажал на спуск. Сначала один раз, потом еще и еще…

Глава 3

Экспедиция

Несмотря на сдерживающие факторы, колонна двигалась на юг довольно бодро. Если не произойдет ничего непредвиденного, то уже к вечеру они достигнут побережья. Там они заночуют, а утром повернут на восток и начнут огибать горную гряду, чтобы выйти на обширные степные просторы.

Во всяком случае, исходя из имеющихся у них разрозненных сведений с немногих зондов, отправленных на восток и север, можно было сделать именно такой вывод. Все было за то, что горы, в которых оказались путешественники между мирами, протянулись с севера на юг, а восточнее лежит обширная степь.

Впрочем, могло быть все иначе. Степной участок, убегавший на юг, оборвался морским побережьем и фактически оказался горной долиной. Большой, не без того, но все же долиной. Впрочем, весьма серьезная река, сродни Дону – ее, кстати, так и назвали, – косвенно указывала на то, что там равнина, а уж степная или еще какая, это предстояло выяснить.

В принципе они могли выйти на открытый простор уже сегодня, но это при условии, если бы колонна экспедиции не была бы отягощена дополнительным оборудованием и техникой. По здравом размышлении, все же было принято решение провести исследование в двух направлениях. Одна партия двинется на север, с целью изучения предгорий. Вторая постарается собрать как можно больше сведений о Доне.

Это проделки Винниковой, настоявшей на проявлении особого внимания к столь серьезной реке. Та ведь могла оказаться важнейшей транспортной артерией. Не собираются же люди все время крутиться возле портала. Нужно будет расселяться, а река – при отсутствии каких-либо дорог – окажется отличным подспорьем в этом деле. Елена Петровна даже предположила, что новые поселения будут возникать именно по берегам рек.

Вообще-то сложно с этим спорить, тем более что человечество однажды уже прошло по этой дорожке, вполне оправдавшей этот выбор. Так к чему тогда изобретать велосипед? Правда, это несло с собой и некоторые трудности, такие как доставка водного транспорта. Кстати, несмотря на то что маршрут был уже хоженым, именно из-за буксируемого прицепа с катером колонна двигалась с черепашьей скоростью, едва доходившей до семи-восьми километров в час.

Для нужд экспедиции вполне подошла бы пара надувных лодок с подвесными моторами. Их размеры и грузоподъемность вполне сопоставимы с катером, а места они занимали не так уж много, уютно угнездившись в прицепе с припасами. Однако катер был куда надежнее и больше отвечал вопросам безопасности.

Поэтому скрепя сердце Александр все же согласился выделить на его покупку полтора миллиона рублей – стоимость тридцати надувных лодок. Ничего так разница? Но никуда не денешься. Опять же помимо безопасности в планах экспедиции была и работа по изучению акватории. А для этого потребовалась закупка и установка
Страница 13 из 19

дополнительного оборудования.

Кроме этого колонистами были закуплены шесть армейских КрАЗов, в комплекте с понтонами, и столько же понтонов без автомобилей. Все не первой свежести, со всевозможными помятостями, даже пришлось кое-где накладывать заплаты, но в общем и целом парк был в исправном состоянии. Во всяком случае, три КрАЗа решились взять с собой в экспедицию.

Один из них останется в устье Дона и спустит на его воды свой понтон. Рисковать кем-либо, чтобы доставить его в Андреевский, Александр не собирался. Понтон же должен послужить в качестве парома или, если быть более точным, плота, буксируемого катером.

На нем расположится сборный домик из металла. Тимоха с парнями потрудились на славу. Правда, это сооружение заняло целый отдельный прицеп, но ничего не поделаешь – людям предстояло двигаться по неизвестной реке. Кто его знает, кого им придется повстречать. Хотелось надеяться, что двухмиллиметровый металл все же выдержит притязания речных обитателей.

Там же устроится и цистерна с топливом, так что проблем с этим не возникнет никаких, чуть ли не до истоков можно будет дойти. Однако, несмотря на это, теснота на понтоне не предвидится. В эту часть экспедиции вошли: водитель, он же и моторист на катере; капитан, имевший опыт вождения подобного судна еще на том, земном Доне; а также гидролог, мужчина в годах, завербованный где-то пронырливым Лялиным, и новенькие биолог и ботаник – эти появились заботами Винниковой и Рудникова. Молодые специалисты, которым вряд ли светило достигнуть больших высот на Земле. Зато здесь у них открывались нешуточные перспективы. Хм, опять же и Колонии двоякая польза – обе оказались незамужними девушками и вроде как высказали намерения остаться здесь. Завершали этот список два бойца охраны, без которых нечего было и думать о путешествии экспедиции, ну и сюрприз напоследок – медик, Вика Цыганова, или, если быть более точным, Злобина. Отправить людей в неизвестность без доктора Александр не мог. А ввиду ограниченности выбора вынужден был задействовать Вику. Ну и мужа ее, куда же деваться, ведь молодые едва только успели сыграть свадьбу. Благо тот оказался не только хорошим водителем, но и в дизелях кое-что понимал, так что и ему нашлось место в экспедиции.

Впрочем, тут больше надежды было на то, что катер новенький, а потому проблем удастся избежать. На Колонию вообще старались забрасывать только новую технику. Исключение составляли только КрАЗы с понтонами, да и то ввиду их специфики. Словом, для восьми человек, даже с учетом противоположного пола и молодоженов, места вполне достаточно. Правда, если последние не станут впадать в раж, а то мало ли, еще отобьют у всех охоту ко сну.

Основная часть экспедиции должна была забрать с собой два понтона, на случай если придется преодолевать серьезное водное препятствие. Соединенные вместе, они образовывали паром, способный переправить всю технику экспедиции. Разумеется, в порядке очередности. По времени оно могло получиться и затратно, но это смотря с чем сравнивать. Если с невозможностью переправиться или объездом в пару-тройку сотен километров, так ничего страшного.

Понтоны оказались очень практичными и полезными. За последнее время поселенцы уже наловчились с ними обращаться, обходясь куда меньшим числом рабочих рук, чем требовалось по штату. В настоящее время по Среднему озеру ходил паром, от поселка до хутора, на устройстве которого все же настояли Мироновы и Вымовы. А также вовсю шли работы по обустройству этого нового поселения. Хутором его окрестили по настоянию самих же крестьян, которые наотрез отказывались называть свое поселение фермой, а себя фермерами. Мол, хутора в России от веку водились, без всякой иноземщины. Впрочем, Ладыгин не стал спорить: пусть хутор… да хоть горшок, лишь бы толк был.

А еще немаловажно, чтобы там обошлось без приключений. Этот хутор был первым полностью самостоятельным проектом Власова. Парень молодой, горячий, а главное – увлекающийся и романтичный. Как бы не учудил чего, что потом и сотня не разгребет…

Словом, на экспедицию пришлось изрядно потратиться. Нет, Ладыгину вовсе не было жалко на это денег. В конце концов, необходимость исследовательских работ была очевидной. Но его все время не оставляла навязчивая мысль о том, что они все еще потребляют и ничего не зарабатывают.

Все последние месяцы он был занят пополнением всевозможных припасов для поселенцев. Одна только нефтебаза чего стоит. А иначе хранилище чуть ли не на тысячу кубов ГСМ не назовешь. А складская зона, заставленная ангарами и превышающая территорию поселка? Александр несколько месяцев кряду тащил и тащил все, что только возможно.

С одной стороны, это было связано с предстоящим его длительным отсутствием. С другой – он вовсе не исключал возможность того, что может не вернуться. А в этом случае люди окажутся попросту отрезанными.

Ох сколько же ему пришлось выслушать в свой адрес доброго и ласкового. Но он и не подумал изменить свое решение. Да, глупо, безрассудно, безответственно и еще бог весть как, – все это он понимал и со всем был согласен – и тем не менее уперся как осел, утвердившись в своем решении отправиться в путешествие по этому миру.

Так вот, из более чем полумиллиардной суммы, похищенной у черных банкиров, в его распоряжении оставалось едва ли двадцать миллионов. Благодаря этим тратам он сумел обеспечить поселенцев по самую маковку. Кое-чего хватит еще и их правнукам. Например, оружия и боеприпасов чуть ли не на сотню лет, при учете интенсивного роста численности населения. В общем, за прошедший год Ладыгин сделал такие единовременные вложения, что несколько лет насчет поставок можно было точно особо не напрягаться.

Однако продолжать и дальше финансировать заселение Колонии криминальными методами было бы не просто глупо, но и опасно. Чего греха таить, до сих пор им просто везло, и, кстати, пока еще ничего не закончилось. Никто не забудет ограбления черных банкиров. У таких дел нет срока давности, и друзьям, решившим взвалить на себя освоение нового мира, это еще ой как может аукнуться. Поэтому ему катастрофически не хватало легальных доходов. Однако того, что давала АЗС, было ничтожно мало.

Признаться, он сильно надеялся на то, что в ходе экспедиции им удастся найти хоть какой-то ресурс, который можно было бы использовать для пополнения бюджета. В идеале конечно же он рассчитывал на золото или алмазы. Все другое требовало больших вложений и могло дать положительный результат только в перспективе.

А золото и камни… Все просто – намывай и сдавай. Пусть и по заниженной цене, тут ничего не поделаешь. Зато деньги в этой области крутятся нешуточные, а потому нет никаких опасений, что товар залежится. Правда, опять криминал, но с этим ничего не поделаешь.

Машину подбросило на очередной кочке. Причем на этот раз настолько основательно, что Александр слегка приложился головой о боковое стекло. Хорошо хоть у него за спиной только понтон да прицеп с припасами. Если бы был салон с людьми, то по нему не прошелся бы только ленивый. А так ничего, лишь Вертинский слегка покосился, а потом снова начал осматривать окрестности, словно ничего и не произошло.

Что же, все верно. Это Александр решил
Страница 14 из 19

податься в водители. Вообще-то в этом не было острой необходимости, шоферы в поселке имелись, хотя и наблюдался серьезный дефицит в людских ресурсах. Однако на его решение скорее повлияло другое: Александр ненавидел путешествовать в автомобиле в качестве пассажира, его сразу же начинало клонить в сон. А какой сон, когда машину кидает как бешеную. Вон, даже держась за баранку, умудрился приложиться головой, так что все одно к одному – и лишнего человека не пришлось задействовать, и он при деле.

Ан нет, лишнего брать с собой все же пришлось. Вон он, уселся рядом и старательно делает вид, что его нет. Вертинский оказался в экспедиции в качестве личного телохранителя Ладыгина, как самый подготовленный из числа подразделения охраны.

Впрочем, то, что он помалкивал, даже хорошо, Александр и сам не больно-то разговорчив за рулем. Он всегда любил поездки на дальние расстояния в одиночку. Большинство водителей предпочитают либо болтать, либо слушать, будь то пассажир или магнитофон, борясь со скукой или с одолевающим сном. Но есть и такие, кто обожает молчаливую езду, при этом прекрасно себя чувствуя. Именно ко второй категории и относился Александр.

Правда, к концу дня он сильно усомнился в своем здравомыслии. Вождение грузовика – это совсем не одно и то же, что езда на легковом авто. А если еще учесть маршрут по бездорожью, то и вовсе… Несмотря на наличие гидроусилителя руля, причем работающего вполне исправно, нагрузка на руки была ощутимая.

– О, мужики, гляньте, Сергеича колбасит! – послышался веселый голос одного из водителей, едва Александр спрыгнул на землю.

Ну а что, вполне себе справедливо. Идет эдакий детина, в промокшей насквозь майке, со смешно расставленными руками. Вкупе с кривой походкой из-за затекших ног Ладыгин в этот момент походил на пингвина. Ну и у кого не вызовет улыбку вышагивающий по твердой земле пингвин? Вот-вот. А человек, он в таком случае вызывает не улыбку, скорее уж неудержимый хохот. И уж тем более тот, что самоуверенно взялся не за свое дело.

– Александр Сергеевич, вы забыли надеть бронежилет и каску, – с невозмутимым видом напомнил подошедший к нему начальник экспедиции Зарубин.

Угу, с лидерством Ладыгина он мог согласиться только там, в Андреевском. Здесь, в поле, он и не думал подчиняться тому, кто не имел за своими плечами ни одного серьезного полевого выхода. Опять же и с местными условиями старый геолог знаком куда как лучше. Практику он успел наработать солидную. Тут и выходы вокруг Среднего озера, и походы к Малому, и осенняя экспедиция к морскому побережью. Как раз на этом месте, где имеется проход на восток, и стоял их лагерь.

Так что должность начальника экспедиции ему принадлежала по праву, и спускать он никому не собирался. Вот и сейчас он устремил твердый взгляд на своего нанимателя, имевшего неосторожность отдать себя в его подчинение.

– Игорь Викторович, стараясь обезопасить меня от хищников, вы рискуете спровадить меня на тот свет посредством нечеловеческих мучений.

– Может быть. Но помнится, именно вы, бросаясь в эту авантюру как последний мальчишка, обещали не снимать с себя эти аксессуары.

– Товарищ начальник экспедиции, предлагаю компромисс. Я буду обряжаться в эти латы всякий раз, когда решусь покинуть лагерь или выполнять обязанности по его охране. Игорь Викторович, мы ведь не вечно будем в поле, – видя, что геолог всем своим видом выражает непреклонность, вкрадчиво закончил Ладыгин.

– Значит, припомнишь старому упрямому ослу его выверты?

– Насчет осла это чисто ваше умозаключение, – тут же открестился Александр, – а вот насчет «припомню» – это в точку.

– Интересно. И что вы сделаете, молодой человек?

– А сошлю вас на Землю, с легкой амнезией и полными карманами денег.

– И лишите меня мраморного обелиска с изображением в полный рост, в героической разгрузке, большим рюкзаком за плечами и геологическим молотком в руке?

Вот далась им всем его шутка. Он ведь только однажды это сказал, да и то обращаясь к бригаде Тимохи, но кто только уже не переиначил данное высказывание, каждый раз интерпретируя его под себя.

– Лишу, – решительно тряхнул головой Ладыгин.

– Ладно. Пошутили – и будет. Шли бы вы, Александр Сергеевич, к Лебедевой, пусть она сделает вам массаж. По-моему, он вам сейчас не помешает.

– Кхм.

– Нечего тут кряхтеть, как старый дед. В конце концов, это моя прерогатива, как старшего по возрасту. Ноги в руки – и вперед к медику.

Нда, с медиком получилось как-то не очень. Александр прекрасно понимал, что имеющийся на Колонии медицинский персонал, мягко говоря, для экспедиции подходил слабо. Оказание помощи в полевых условиях требует особого подхода, нервов и навыков.

Когда Зарубин заикнулся ему о том, что неплохо было бы привлечь к этому делу врачей со «скорой помощи», Ладыгин не без апломба заявил, мол, и сам не лыком шит. Все именно так. Он и сам подумал об этом. Мало того, уже договорился с двумя специалистами и должен был доставить их как раз за день до отбытия.

Вроде все предусмотрел, и обычно у него срывы не случались. Но только не в этот раз. Один из докторов в последний момент ехать отказался в связи с семейными обстоятельствами. Второй прибыл на Колонию, но оказался настолько впечатлительным и неосторожным, что, упав с крыльца, умудрился повредить себе ногу.

Ну как было ему не засмотреться на скоротечную схватку с мышатом, да еще при этом не испугаться. Крылатый гад появился совершенно неожиданно, причем не со стороны гор, откуда их обычно ожидали, а от озера. Именно по этой причине охрана на вышке заметила его слишком поздно.

Вообще-то мышаты уже привыкли облетать территорию поселка стороной, как делали они это с гнездовьем чаек. Но порой встречались и такие отчаянные, которые решали проверить людей на прочность. Мышат уже пересекал границу поселка, когда с вышки раздалась длинная очередь из дегтяря. Трассы прорезали воздух, в большинстве своем уходя мимо. Но часть все же достала летающего агрессора и впилась в его тело.

Подбитая зверюга, а к птицам мышат никакого отношения не имел, завалилась как раз неподалеку от жилища, временно выделенного новому врачу. Тот в это время, как назло, находился на крыльце, наблюдая за происходящим. Мало ему было этих впечатлений, так еще и мышат оказался только раненым. Взвыв благим матом и оскалив свою нешуточную пасть, он рванулся в сторону врача, чем сильно его напугал. Несмотря на имеющийся в его руках СКС, мужчина от испуга попятился назад и свалился, заполучив трещину кости.

Зверюгу-то добили подбежавшие поселенцы, благо они всегда перемещались с оружием. Да и дети в возрасте от четырнадцати лет уже имели собственное. Но возникшей проблемы это не решило. Врач для экспедиции оказался потерянным.

Именно по этой причине Ладыгин был вынужден принять волевое решение. Мужчина оставался в Андреевском. Гипс на ноге – это конечно же неприятно, но не помешает ему оказывать поселенцам медицинскую помощь. А вот женскому персоналу в лице Лебедевой и Злобиной пришлось собираться в дальнюю дорогу.

Откладывать выход и дальше, пока он не найдет новых медиков, Александр не собирался. Да его уже чуть не трясло – так хотелось отправиться в поход. Впрочем, в лице Зарубина он обрел
Страница 15 из 19

союзника. Правда, тот спешил по причине недостатка времени. Ведь основной экспедиции предстояло еще сделать и немалый крюк, километров в триста, до берега Дона. Нужно было помочь гидрографам доставить до места все их оборудование, ну и цистерну с топливом.

И вообще, выход геологоразведочной партии начинается ранней весной и заканчивается поздней осенью. Любая задержка может пагубно сказаться на результатах работы. Ведь недаром говорят, что больше всего всегда не хватает времени.

И вот теперь по всему получалось, что Зарубин отправлял Александра прямиком к Лебедевой. По правде сказать, задумка не из лучших. Так уж случилось, что при всем при том, что Наталья Игоревна прекрасно вжилась в общество переселенцев, пользовалась их уважением и вообще чувствовала себя уже как дома, Ладыгина она недолюбливала. Ну это если мягко сказать.

С одной стороны, Александр ее прекрасно понимал. Но с другой… Ладно бы на Земле ее ждало что-то хорошее. Так ведь нет же. Даже если бы ее откупили покровители, там она не смогла бы прийти в себя так, как это случилось здесь. Уж больно сильно она винила себя в гибели ребенка. А на Колонии все вышло по-другому. Мерцающая гладь портала отсекла ее от прежней жизни, и у Лебедевой началась новая. Разве только вошла она в нее не младенцем, а уже взрослым человеком.

– Кхм, нормально все, Игорь Викторович, я сам оклемаюсь, – смущенно возразил Ладыгин, явно не желая обращаться к Лебедевой.

– Александр Сергеевич, нам за завтра нужно пройти минимум сто километров, и поверьте, если у вас сейчас наметились проблемы, то завтра все будет только хуже. Так что не спорьте и шагом марш в медблок.

– Что там случилось, Игорь Викторович? – вдруг послышался голос Лебедевой.

Все верно. Машины образовали тесный круг, и внутри своеобразного периметра началась разбивка лагеря. Строители даже предусмотрели некое заграждение из сетки-рабицы, которое натягивали так, чтобы никакая страхолюдина не проползла. Не все же время люди будут находиться в автомобилях. Поэтому на стоянке наблюдалась некоторая теснота, и Наталья вполне расслышала то, что упомянули ее хозяйство, хотя пока и не поняла по какой причине.

– А вот и наш доктор. Наталья Игоревна, обработайте, пожалуйста, этого неуча, взявшегося не за свое дело.

– А что случилось?

– Организуйте ему общий массаж. И желательно повторить завтра с утра.

– Может, мне с ним еще и психотерапией заняться? – возмутилась подобному подходу доктор.

– Я же говорил, – смущенно произнес Ладыгин, махнув рукой и не забыв при этом скривиться от боли, и отвернулся, чтобы уйти.

– Стоять! Мне еще неповоротливых и кряхтящих водителей на марше не хватало. Эдак и до беды недалеко. Поэтому забирайте своего клиента и приведите его в норму. Я все сказал.

Нет, всем конечно же и без того было известно, что у Зарубина характер не подарок. Но только его геологи, которых он натаскивал в многократных выходах, да те, кто прошлой осенью выдвигался к этому месту, знали, насколько он становится властным в поле. Вот теперь и Лебедева увидела его с другой стороны, когда встретилась с ним взглядом. И куда только делся строгий, но вместе с тем добрый и где-то чуткий зрелый мужчина, – ну прямо сам хищником стал.

Вообще-то не в правилах Лебедевой сносить подобное обращение. Но с Зарубиным она решила не конфликтовать. Вопросы касательно единоначалия и железной дисциплины проговаривались еще перед выходом. Как и наказания за нарушения. Так что по возвращении кроме штрафа очень даже легко можно было загреметь на общественные работы, с проживанием в казенном помещении с решетками и жестким лежаком.

Впрочем, она поступила подобным образом скорее не из-за неминуемого наказания. С одной стороны, вопрос не стоил и выеденного яйца, с другой – она искренне уважала Зарубина, поэтому никак не могла позволить себе хотя бы бросить тень на авторитет этого человека.

– Ну и чего стоим, Ладыгин? Идите за мной, – только пожав плечами, велела она. И, больше не глядя в его сторону, направилась к машине, служившей медблоком, лабораторией и местом проживания Лебедевой и Винниковой.

В другое время народ непременно прошелся бы по сладкой парочке, решившей уединиться подальше от народного взора. Но в этот раз не прозвучало не то что сальных шуток, а даже многозначительного шепота. Все просто предпочли позабыть о данном происшествии, вспомнив о своих делах.

Нет, будь на месте Натальи Вика, никто даже не посмотрел бы на наличие здесь ее новоявленного супруга. А вот с Лебедевой все было несколько иначе. Буквально за пару дней до выхода ее едва не изнасиловали.

Стоит ли говорить, что ждало ее после этого? Переселенцев слишком мало, и все друг друга знают, даже по голосам различают. Так что затеряться не получится. Если только обрубить концы. Но испуганная до полусмерти Лебедева все же сумела воспользоваться пистолетом и застрелила насильника. Собаке собачья смерть.

Правда, в поселке жалели, что тот так легко отделался. Вот если бы его привязать к дереву за периметром, да еще и слегка пустить кровь, вот тогда бы удовлетворение было бы полным. Такие простые нравы. Нет, люди не стали кровожадными или жестокими. Просто, если раньше они не имели возможности за себя постоять либо банально боялись, здесь у них вдруг проснулись и уважение к самим себе, и обостренное чувство справедливости…

– Не стойте, снимайте верхнюю одежду, – быстро застелив один из топчанов простынею, распорядилась Лебедева.

Потом склонилась над пластиковым ящиком с красным крестом, что-то там разыскивая. Вообще все хозяйство медика и ученых было тщательнейшим образом упаковано и находилось в подобных ящиках. Впрочем, стеклянные шкафы, с такими же полочками, здесь просто не выжили бы.

Кстати, помимо топчанов и стеллажей, заставленных различными ящиками и упаковками, в помещении имелись еще и три стола. Один из них был длиной в два метра, и в случае необходимости он должен был исполнять роль операционного. Александр грешным делом думал, что его как раз на нем и разложат. Имелось еще и четыре весьма удобных кресла, которые при движении крепились к полу, а при стоянке их вполне можно было использовать для работы, катаясь на колесиках. Правда, делать это следовало аккуратно, все же особым простором салон не отличался.

– Наталья Игоревна, а может, ну его, – слегка пожав плечами, попробовал воспротивиться Ладыгин.

– Угу. Давай не будем, а всем скажем, что было. Третий класс, вторая четверть. Ложитесь уже, – бросила через плечо Лебедева.

– Может, я сначала обмоюсь. Все же целый день на жаре баранку крутил.

– Если вы боитесь произвести на меня дурное впечатление запахом пота, то не напрягайтесь. Я хирург, а потому имею довольно высокий порог терпимости к различным ароматам. А помыться вы сможете и после массажа. Только не сразу. Это даже поможет поднять тонус. Ага, вот он.

Лебедева наконец оторвалась от ящика. Открыла какой-то тюбик, выдавила на руки крем и начала энергично их растирать. Попутно взглянула на Александра, слегка склонив голову набок, и требовательно указала на топчан.

Интересно, а кто из них на нем будет спать? Наверняка Лебедева. Вряд ли она стала бы укладывать его на место Винниковой. Угу. Нашел же о чем подумать,
Страница 16 из 19

фетишист недоделанный. Охохошеньки! Вот уж чего не ожидал, так это того, что у нее окажутся такие крепкие руки. Вернее, они мягкие, но в то же время… Словом, кому приходилось на себе ощущать сильные женские руки, поймет, потому как объяснить это словами невозможно.

Боль, прострелившая мышцы вначале, уже совсем скоро истаяла, улетучилась и пропала. Вместо нее пришло расслабление и блаженство. Вот так и подмывало заурчать, как довольный котяра, которому чешут за ухом. А еще он едва не уснул – так его разморило. Даже вставать не хотелось, когда Лебедева сообщила о том, что пора подниматься.

Ага. И желательно бочком, подхватить свои пожитки – и на выход. Хорошо, что народ сейчас занят своими делами и есть шанс, что никто не обратит на него внимания. А вот если заметит Лебедева… Что она там сказала? В душ не раньше чем через полчаса. Плохо. Потому как остудить не ко времени разбушевавшуюся кровь не помешало бы.

С водой проблем не было. Еще в прошлом году, во время стоянки здесь, Зарубин приказал выкопать запруду в протекающем рядом ручье с чистейшей водой. Так что можно было смело использовать ту, что весь день грелась на солнце в баках, а утром заправить емкости свежей, благо под это дело имелась помпа.

Зарубин молодец. Подходя к делу подготовки экспедиции, он учел многое. Как, например, и вот эти своеобразные душевые кабины. Ничего особенного, просто дуга из проволоки, крепящаяся к кузову автомобиля, обычная шторка для ванной и деревянная решетка. Ах да, самое главное – обычный пластиковый бак с водой.

Мыться бросились всей толпой. А ведь еще недавно большинство из них вспоминали о гигиене в лучшем случае раз в неделю. Впрочем, о том, что люди здесь сильно менялись, говорилось уже не единожды.

Ну раз уж в душ так скоро не получится, то он вот тут присядет и немного остынет. Вот же неймется доктору. Что там еще? Ах одеться, чтобы резко не остыть. Это легко. Впрочем, в том, чтобы особо скрытничать, необходимости уже нет. Взбунтовавшаяся плоть наконец успокоилась, и можно было передвигаться без риска подвергнуться насмешкам и различного рода намекам. Ну а чего, собственно, ожидать от толпы мужиков. Правда, есть здесь и пять женщин, но так даже интереснее, есть перед кем распушить хвост…

Вообще-то Александр сильно сомневался в том, что у них получится за следующий день преодолеть расстояние в сотню километров. Ведь мало того что предстояло двигаться по бездорожью, вдобавок ко всему впереди лежала неизвестная местность. Банальный овраг мог стать серьезным препятствием и задержать продвижение на несколько часов.

Угу. Так оно, по идее, и должно было быть, но только не в случае с применением современных технологий. Чириков, их картограф, а по сути все же хороший программист, недаром ел свой хлеб. А еще помогали современные интерактивные карты, да еще и на основе аэрофотоснимков, серьезно отличавшиеся от своих бумажных собратьев. Тут можно прокрутить картинку даже в 3D, что Антон с успехом и проделал.

Посидели они с Зарубиным вечерком, поговорили ладком да покрутили карту на компьютере. В результате у них прорисовался маршрут на следующий день. Дальше все зависело от того, чего не рассмотреть на снимках, ну и от самих водителей.

Но и здесь все сложилось как нельзя лучше. Александр вообще чувствовал себя бодрячком. Все же утренний сеанс массажа ему пошел на пользу. А ведь проснулся с чувством, что не в состоянии пошевелить и пальцем.

Местность оказалась куда ровнее, чем это было с другой стороны горной гряды. А соответственно и скорость можно было выдерживать в постоянном темпе. Правда, увлекаться никто не собирался, поэтому колонна двигалась в среднем километров по двадцать в час. Ничего такого особенно опасного. Трава тут не такая густая и высокая, большие ямы хорошо различимы, маленькие же вполне исправно преодолевали колеса грузовиков.

Словом, за день отмахали примерно сто двадцать километров. А если судить по уверенному виду Чирикова и Зарубина, то на следующий они планировали выйти уже непосредственно к Дону. Выводы свои они основывали опять же на изучении карты. Впрочем, после сегодняшнего Александр был склонен им верить. Жаль, ничего подобного не получится, когда они отправятся вдоль предгорий. Та местность никак не картографирована, поэтому придется тыкаться на ощупь, как слепым котятам.

– Сергеич, уверен, что справишься?

– А ты под руку не говори, тогда все будет нормально. И потом, расстояние всего-то две сотни метров.

– Это-то да. Но ты не забывай, у этой дуры разброс на таком расстоянии почти полметра. Поэтому целиться нужно с учетом того, чтобы пуля, попав в воображаемый круг, сумела свалить его, а не поранить.

Ладыгин оторвался от ПТР и внимательно посмотрел на Вертинского. Тот же, в свою очередь, взирал на начальника и подопечного в одном лице совершенно невыразительным взглядом. Но, несмотря на маску безразличия, так любимую Сергеем, Александр все же сумел заметить легкую толику зависти. Была слабость у этого парня – любил пострелять.

Не сказать, что он не пользовал ПТР. Еще чего. Как раз больше всех и стрелял, оттого и советы давал всегда со знанием дела. Но одно дело дырявить мишени, и совсем другое – вот так, в самый настоящий живой танк. Это же совершенно несопоставимо. Нет, тут не охотничий азарт. Какая же это охота – приблизиться на приемлемую дистанцию к стаду зубров, хорошенько прицелиться и всадить увесистую пулю в бочину ничего не подозревающей горе мяса и меха, скорее уж тир, а не охота.

Но зато, стреляя именно в этих огромных животных, можно почувствовать невероятную мощь этого оружия. Когда одна-единственная пуля сваливает с ног огромного быка, весом под четыре тонны, чувства, обуревающие тебя в этот момент, объяснить сложно. Во всяком случае, Вертинский буквально болел этим.

Этот парень нравился Александру. Немногословный, надежный, выдержанный, обладающий стальными нервами. Но кто сказал, что эти брутальные игры интересны только ему? Тут прямо как в детском саду – я тоже хочу. Поэтому Сергей мог сколько угодно корчить равнодушные физиономии, начальник даже не собирался потворствовать ему.

Вместо этого он снова приник к оружию, навел прицел на вожака. Эта семья стала объектом охоты, поскольку отделилась от основного стада и насчитывала не больше полусотни голов. Сколько тогда составляло само стадо? Вот уж чего Ладыгину не хотелось бы делать, так это пересчитывать его поголовье. Шутка сказать, практически на всем обозримом просторе разлилось живое темно-коричневое море. Да их тут миллионы.

Желание желанием, но перед самым выстрелом плечо жалобно заныло. Нет, оно в полном порядке, это скорее сработал условный рефлекс или оживилась мышечная память. Еще бы! Кто хоть раз стрелял из этого монстра, ни за что не забудет связанные с этим ощущения. Банг! Ну чисто пушка!

Пуля угодила примерно туда, куда и целился Александр. Матерый вожак вздрогнул, передние ноги подогнулись, и он упал на колени. Крепок все же на рану. Кто другой уже свалился бы, а этот еще цеплялся за жизнь. Но в другого стрелять нельзя. Нужно выбивать именно вожака, иначе, преисполненный долга защищать стадо, он может броситься в атаку.

Конечно, отбиться шансы у них довольно велики, но зачем нагнетать
Страница 17 из 19

обстановку. И потом, вместе с вожаком может ринуться и стадо. А тогда одна надежда на то, что «Урал» сумеет набрать бо?льшую скорость, нежели разъяренные животные. Кстати, это далеко не факт. Эти монстры бегали просто с поразительной быстротой и отличались необыкновенной выносливостью. Еще бы. Хотя их и назвали зубрами, они скорее были ближе к американским бизонам и за год успевали преодолеть тысячи километров.

– Еще разок, – рассматривая результат выстрела в бинокль, посоветовал Вертинский.

Вообще-то вожаку прилетело неслабо, и он вот-вот рухнет, но Сергей прав, лучше перестраховаться. Второй выстрел сразу свалил животное на бок. Члены его семьи, видя гибель вожака и слыша непонятный гром, предпочли ретироваться в сторону основного стада. И правильно в общем-то сделали. Нечего им тут делать.

Экспедиция проходила без каких-либо эксцессов. Нет, совсем без трудностей не обошлось. Так не бывает. Но, как говорится, все штатно. Каждый занят своим делом. Геологи во главе с Зарубиным бурят скважины, собирают образцы пород. Даже с лотками работают, ну прямо золотоискатели.

Водители по большей части заняты охраной лагеря или сопровождением ученых, которым не сидится на месте. У них хватает своих забот. А почему должно быть иначе? Мир новый, а потому работы непочатый край. Да они ее могут только начать, жизнь положить, но сделать только лишь первый незначительный шаг.

Чириков увлечен составлением карты местности. Для большей эффективности, с учетом розы ветров, ему приходится частенько выезжать за пределы лагеря. Все же зонды – это одноразовое оборудование, теряющееся безвозвратно. А вот от его работы – польза несомненная.

Зато сам Александр оказался невостребованным. Разве только выезжал в качестве охраны. Хм, со своей охраной. Ну еще случались выезды на охоту. То с Винниковой, то вот, как сегодня, для пополнения припасов. Сейчас забьют морозилку мясом, и на месяц можно забыть о проблеме. В качестве же отдушины оставалась только биолог. Время от времени у нее возникала потребность в новом объекте для изучения, и тогда целый отряд отправлялся на самое настоящее сафари. Причем никто не знал, на кого предстоит охотиться в этот раз.

Кстати, сегодня она так же выехала с группой в надежде подстрелить кого-то интересного. Жаль. А то можно было бы поохотиться не один, а два дня кряду. Впрочем, лучше бы он все же отправился с Винниковой. Захотелось ему пострелять из ПТРа, видишь ли.

Однако за все в этой жизни нужно платить. Например, теперь ему вместе с водителем предстояло поучаствовать в разделке туши. А это не так легко: все же и размеры животного необъятные, и шкура очень тяжелая. Вертинский только многозначительно поправил висящий на плече автомат и самым внимательным образом начал осматривать местность.

Лебедева так и вовсе носик отворотила. И чего, спрашивается, поехала с ними? Ладно бы Сергей мог с ней занятия проводить, но он как бы на посту, и ни о какой стрелковой подготовке не может быть и речи. Да Александр и сам не позволил бы ему этого. Над степью плывет запах крови, и то, что люди его не чувствуют уже с пяти шагов, ни о чем не говорит. Кому надо, тот очень даже почует.

Впрочем, ее понять можно. Они с собой в экспедицию взяли изрядную библиотеку – разумеется, в электронном виде, иначе под такое количество книг понадобился бы отдельный грузовик, – но сколько можно читать? Оскомина появляется уже через неделю, работы у нее особой нет. Если только кто порежется, палец прищемит, или она от скуки затеет очередной медицинский осмотр. Помогает, конечно, время от времени Винниковой, но этим зуд скуки не унять. Пожалуй, скука – это единственная причина, по которой Лебедева оказалась здесь.

Да, тут гляди не гляди, а пока не засучишь рукава, толку не будет. Кровь из перерезанной глотки быка течь перестала. Так что поглядели друг на дружку, поплевали на руки, вооружились ножами, и вперед. Шкура с туши сама не сползет, и мясо не нарежется. Тяжелый, зар-раза… Хорошо хоть саму шкуру беречь не надо, поэтому ее взрезали полосами и стали сдирать по частям. Иначе без лебедки нечего было бы и мечтать управиться с ней. А уж в одиночку и подавно. Но, признаться, жаль. Такое добро пропадает.

– Сереж, я отойду, – произнесла Лебедева, наблюдавшая за тем, как водитель и Ладыгин начали таскать большие вырезки мякоти в машину.

– Куда собралась, Наташ?

– Нужно мне. Думала, дотерплю до лагеря, но чувствую…

– Ясно. Ну ты это, не мудри. Вон зайди за машину или за ту же тушу.

– За тушу? – вздела брови домиком Наталья.

– Ну машина, она вроде и повыше, но, когда присядешь, тебя вполне можно рассмотреть, а они как раз и не стоят. А туша что. Как присядешь, так никто ничего и не увидит.

– Но поймет, зачем я туда пошла.

– Что естественно, то не безобразно, – лениво отмахнулся Вертинский.

– Уговорил, речистый.

– Наташа, ты только там осмотрись сначала. Так-то вроде никого, но мало ли.

– Хорошо. – Девушка подхватила свой неизменный СКС и решительно двинулась в обход разделываемой туши.

Ладыгин невольно сопроводил Лебедеву взглядом. Потом сообразил, за какой такой надобностью она туда направилась… В который уже раз мысленно обозвал себя фетишистом и тихо так, чтобы никто не заметил, вздохнул. Нравилась ему Лебедева, ох как нравилась. Но ты поди преодолей ту неприязнь, что она к нему испытывает. А и то – взять и выкрасть неизвестно куда.

Когда на нее напал тот рабочий – тихоня, божий одуванчик, – Ладыгин был готов сам порвать его голыми руками. Ага, нашел за кого заступаться. Испугаться-то она испугалась, да только не так уж сильно, если сумела всадить в насильника весь магазин. Самостоя-ательная, куда-а бы деться…

Оно, конечно, под лежачий камень вода не течет, но все-таки он решил все же немного обождать. Пусть пройдет какое-то время, а там, глядишь, и оттает. Опять же дружбу водит только с Вертинским и Волковым. Первый женат, второй тоже имеет зазнобу. Хотя-а…

Хм, может, посоветовать Волкову перетянуть свою Нину с пацанами? А что, жилье у него вполне. Правда, с образованием не очень. Но с другой стороны, отчим может обучить их токарному делу, благо уже в этом году собираются запускать механическую мастерскую. Понятно, что мальцы еще, но в то же время вряд ли им светит высшее образование и престижная работа. Если только по счастливому жребию. А тут гарантированно будут при деле и без всяких дураков. Решено, именно так и поступит.

Александр глянул на водителя, кивнул и ухватился за край брезента, на который они укладывали пласты мяса. Так куда сподручнее, и пачкаешься меньше, и унести получается больше.

Душераздирающий женский крик и рык волколака прозвучали практически синхронно. В первое мгновение от неожиданности все трое мужчин даже замерли, не в состоянии осознать произошедшее, но уже со следующим ударом сердца пришли в движение.

Испуганный и бледный как полотно водитель лихорадочно пытался выхватить из-за спины свою мосинку. При этом он пятился назад, как видно намереваясь найти укрытие в салоне вахтовки. Однако ноги его заплелись, и он упал на пятую точку, продолжая при этом сучить ступнями.

Ему много раз доводилось слышать истории о волколаке, и даже видеть эту страхолюдину мертвой, когда однажды его приволокли в
Страница 18 из 19

поселок. Он даже умудрился попробовать немного жесткое, но тем не менее вкусное мясо этого хищника – шашлык из него получался просто на загляденье, – но самому сталкиваться с подобными монстрами ему пока еще не доводилось.

Вертинский, зло выплюнув какое-то неразборчивое ругательство, рванул как спринтер, стараясь обежать тушу быка. Еще секунду назад он наблюдал из-за нее голову Натальи. Но она пропала как-то в мгновение ока, при этом нехорошо дернувшись. Словно девушку кто-то рванул за ноги или сбил на землю. Он бежал настолько быстро, насколько вообще был способен. Сергей уже успел обогнуть преграду и даже рассмотреть девушку, отчаянно барахтающуюся под огромным зверем, но предпринять ничего уже не смог.

Предательская, все еще сочная и налитая зеленью июльская трава Колонии сыграла с ним злую шутку, когда он попытался остановиться. Сапоги заскользили, словно на льду, и он упал на бок, умудрившись даже в таком положении проехать пару метров. Именно в этот момент он осознал, что отчаянно не успевает. Нет, через пару секунд он будет на колене и откроет огонь в зверя. Мало того, он ничуть не сомневался, что не заденет девушку, уж больно несопоставимы размеры ее и волколака, но при всем при этом он безнадежно опоздает и будет уже не спасать свою подругу, а мстить за нее. Существенная разница.

Ладыгин же действовал вообще вопреки всякому здравому смыслу. Любой другой на его месте ни за что не поступил бы подобным образом. Ну разве только нашелся бы еще один мечтатель, который уже не раз и не два спасал свою избранницу от различных хищников. Хм. Кстати, и от волколака тоже. Вот только в мечтах.

Так вот, этот рыцарь в сияющих доспехах не стал обходить препятствие в виде останков быка, у которых разграблению, по сути, подверглась только задняя часть. Вместо этого он рванул прямо через препятствие, успев выхватить нож. Благодаря тесаку, вошедшему в плоть как в масло, он сумел зацепиться и буквально взлететь на тушу. Нда-а, адреналин все же способен творить чудеса и выискивать в организме невиданные доселе резервы.

Только оказавшись наверху и увидев, как волколак терзает девушку, он сообразил, что его автомат стоит мирно прислоненным у машины. Ну неудобно с ним таскать тяжести и разделывать тушу, вот и оставил его в сторонке. В принципе ничего страшного. Никто не мог и предположить, что эта хитрая бестия умудрится совершить подобное. И потом, у них ведь был выставлен наблюдатель.

Отсутствие автомата вовсе не означало, что Александр был безоружным. Он никогда не расставался со «стечкиным», на поясе в оперативной кобуре. Мгновение – и оружие оказалось в его руке, еще одно – и оно уже, с выключенным предохранителем, направлено на хищника. Заполучив новую игрушку, Александр потратил много времени на тренировки, и, как видно, не зря. Все произошло без участия его разума…

А вот что делать дальше, было абсолютно непонятно. Если бы он был сбоку, то никаких проблем. Наталья лежала на спине, а зверь находился сверху. Но с позиции, которую занимал Ладыгин, стрелять было неудобно. Ни волколак, ни Лебедева и не думали оставаться неподвижными, каждый из них шевелился, причем ничуть не согласовывая свои движения. При этом он рычал, а она визжала на одной протяжной зубодробильной ноте. Конечно же то, что она не болталась безвольно куклой и все еще жива, радовало. Но как выстрелить в хищника и при этом не попасть в саму девушку?

Все это заняло не больше пары стуков сердца. С третьим Ладыгин уже летел вниз, выставив свои ноги как таран. Будь ты хоть трижды волколак и обладай большой массой, ты не сможешь проигнорировать живой снаряд весом в девяносто кило. А уж если эти килограммы бьют тебя в плечо, то ты как минимум опрокинешься на бок.

По сути, так и произошло. Зверя отбросило, а Александр при этом приземлился на пятую точку, обрушив свои ноги на грудь спасаемой девушки, временно выбив из нее дух и оборвав ее крик. При этом в пасти зверя остался карабин Лебедевой. Как видно, не успев воспользоваться им, она все же сумела его выставить перед собой, что и спасло ей жизнь, когда хищник попытался вцепиться ей в горло.

Теперь все было просто и понятно. Вот он, ошеломленный зверь, пытающийся подняться и броситься на нового противника, – и никого на линии огня. Палец утопил спусковой крючок и тут же отпустил. Первая двойка пришлась в плечо и шею хищника. За ней последовала еще одна, потом еще, еще…

Затем послышался голос более веского аргумента в виде АКМа в руках Вертинского. По обыкновению не заморачиваясь, тот пустил одну длинную, на весь магазин, очередь. Так, чтобы с гарантией…

– Наташа, ты как?

Ну вот. Благодаря безрассудству Ладыгина Лебедева вроде как осталась жива. Ну, во всяком случае, со всхлипом пыталась втянуть в себя воздух. А он даже не мог предстать перед ней во всей красе. Вместо него ей помогал Сергей. А он… А что он? Он вообще боялся открыть рот, так как тогда очень даже мог заорать благим матом. Поначалу-то ничего не почувствовал, но теперь… Ох и знатно же он приложился копчиком!

– Й-а-а на-арма-ально.

– Точно нормально? Ты в крови, – не унимался заботливый Вертинский.

С одной стороны, больно неимоверно. Но с другой – обидно, а главное – распирает от злости. И этот, олух царя небесного… Между прочим, это он, Ладыгин, персона номер один. Это его нужно охранять и в первую очередь интересоваться именно его здоровьем, а не ошиваться возле местных красавиц. Нужно срочно что-то решать с семьей Вертинского, чтобы и думать не смел…

– Сергеич, ты как?

– Н-н… Кх… Н-нормально.

Ну да. Кроме пятой точки, и впрямь порядок. С Лебедевой тоже вроде обошлось. Нет, ее бронежилет очень даже пострадал, в смысле когти зверя слегка подрали чехол, но этим все и ограничилось. Сама его обладательница оказалась невредимой. Александр вовсе не был единственным, кто обряжался в этот девайс.

На Колонии использовался легкий образец, из тех, что носятся даже под рубашкой. Местным хищникам даже он не по зубам, а потому таскать бронежилеты большего класса защиты нет смысла. Вся охрана и те, кто бывал по служебной надобности за периметром, были обеспечены всем казенным. Остальным, желающим приобрести средства защиты в личное пользование, предстояло их выкупить в лавке. Кстати, никто и не думал этим пренебрегать. Еще чего, жизнь все-таки дороже денег, к тому же не таких уж больших.

Как ни странно, но первой в себя пришла Лебедева. Она тут же все взяла в свои руки и приказала перенести Ладыгина в вахтовку. Именно что перенести, под это дело были использованы носилки. Кстати, это она запретила марать их кровью, когда мужчины стали перетаскивать мясо. Властная такая особа. Впрочем, Александр был не в претензии, так как теперь ему пришлось лежать на них животом вниз.

Пока Вертинский и водитель загружали добычу (вернее, зубрятину они уже перенесли, но решили, что грешно оставлять в чистом поле нетронутую тушку волколака, – неплохой повод устроить обжираловку с шашлыком, вот и надумали срезать куски получше), Лебедева же занялась «раненым». Впрочем, особо она ничего предпринять не могла, разве только приложила к ушибу хладопакет.

– Ну как, получше? – заботливо поинтересовалась девушка.

– Спасибо. Так куда лучше. Только вот… Носилки и все
Страница 19 из 19

такое…

– Угу. Подумаешь, задницей приложился. Это вы зря. Копчик – это вовсе не шутки. Даже если позабыть о том, что это все же позвоночник, на него завязана большая группа мышц. Так что шутить с ним не рекомендуется. Хорошо бы сделать рентген, но, к сожалению, здесь это невозможно. Остается взять вас под наблюдение, ну и постельный режим. А сейчас отвернитесь, мне себя осмотреть нужно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/konstantin-kalbazov/koloniya-kluch/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Сноски

1

ОПГ – организованная преступная группа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.