Режим чтения
Скачать книгу

Крылатое приключение читать онлайн - Наталия Кузнецова

Крылатое приключение

Наталия Александровна Кузнецова

Черный котенок (Эксмо)

Ромка и его сестра Лешка любят животных. Лешка знает все про собак, а Ромка обожает птиц. Поэтому они никак не могли пройти мимо раненого сокола. Только сокол – птица капризная, так что нужно как можно быстрее найти для него новый дом. И тут папа подруги пригласил ребят погостить в заповеднике «Соколиная гора»! Там разводят этих прекрасных птиц и созданы все условия для их жизни. Но вот беда, в заповеднике повадились охотиться браконьеры. Только Ромка не просто любитель птиц, а еще и будущий сыщик, и от его соколиного взора не уйдет ни один преступник!

Наталия Кузнецова

Крылатое приключение

© Кузнецова Н., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2016

Глава I

Чудо в перьях

Когда в Медовке нежданно-негаданно появилась Лешкина воронежская подружка Катька, на даче разгулялось прямо-таки безудержное веселье, хотя и до того на скуку никто не жаловался. Ну разве что Ромка периодически погружался в уныние, но на то была своя причина. Впервые за свою жизнь Ромка без памяти влюбился, а Лиза – предмет его обожания, юная кино-актриса и просто красавица, улетела на съемки за границу. Эта разлука и навеяла на него тоску и печаль. Но с Катькой все изменилось. Она сумела завоевать Ромкино расположение, и тот стал доверять ей свои сердечные тайны, а она не скупилась на ценные советы и очень скоро подняла его настроение и боевой дух.

Как-то вечером Ромка с Катькой посмотрели несколько «ужастиков» подряд, после чего принялись пугать друг дружку всякими страшилками. Сначала Катька подкараулила Ромку под лестницей и схватила его за пятку «страшной рукой мертвеца», которую смастерила из желтой резиновой перчатки, наполнив ее льдом из холодильника. Ромка дико завизжал: рука и впрямь была жутко ледяной, а затем нацепил на себя белую простыню с прорезями для глаз и с замогильными стонами стал по всему дому гоняться за Катькой. Неуемные выдумщики подняли такой шум, что разбудили Нину Сергеевну. Несмотря на ее возмущение и требование вести себя потише, проказники не угомонились, но перенесли игру в сад и принялись носиться по узким дорожкам между деревьями и грядками, распугивая жаб, ежей и сверчков.

А в это самое время Лешка с Артемом сидели на скамеечке рядом с домом и снисходительно наблюдали за детскими забавами своих друзей. Сами они в такие часы предпочитали любоваться звездным небом и болтать о всякой ерунде, им одним понятной и интересной. И так сидели они обычно долго-долго. Вот и в тот раз расстались, лишь когда заря, стирая черный цвет, стала окрашивать небо предутренними красками.

Лешка пришла в комнату, где Катька видела уже десятый сон, улеглась и все еще долго не могла уснуть. Она мысленно повторяла слова Артема о том, что теплые воспоминания об этих вечерах будут согревать его в далекой Англии – там он учился, – и ее лицо озарялось счастливой улыбкой. Затем мысли перескочили на завтрашнюю поездку в Москву: непоседа Катька предложила побродить денек по столице, и друзья охотно ее поддержали.

Обдумав все, Лешка спокойно уснула. А так как отъезд был назначен на одиннадцать часов, то она, как и все, намеревалась утром подольше поваляться.

Однако выспаться Лешке не удалось. Не успело солнце выбраться из-за горизонта, как ее разбудил Дик. Обычно пес спал под ее окном и не тревожил хозяйку до тех пор, пока Лешка не проснется сама. Но стоило ей пошевелиться, как он тут же вскакивал передними лапами на подоконник и просовывал в окно свою лобастую голову. Однако в этот раз Дик не стал дожидаться ее пробуждения, а преждевременно громко, заливисто залаял.

С большой неохотой Лешка поднялась с постели и выглянула в окно. Дик бегал вокруг высокого дерева и поглядывал на его верхушку. Судя по громкому треску веток, там пыталась устроиться какая-то большая пестрая птица, но потерпев неудачу, она тяжело захлопала крыльями и, низко пролетев над садом, скрылась из виду. Дик с лаем проводил пернатую незнакомку до забора, вернулся обратно и с виноватым видом улегся под окном своей преждевременно разбуженной хозяйки.

– Кто там еще? – не отрывая голову от подушки, сонным голосом пробормотала Катька.

– Какая-то птица. Она уже улетела. Спи, – ответила Лешка и улеглась сама. Но спать уже расхотелось, и тогда она решила сбегать с Диком на собачий пляж. Ей нравилось иногда, пока все спят, спокойно посидеть у реки, наслаждаясь природой и одиночеством.

После пробежки вдоль небольшого леса Лешка присела на уже нагретый мягким утренним солнышком камень, а Дик, подняв фонтан брызг, ворвался в прохладную речную воду: пес обожал купаться.

Утро было чудесным! Листва еще не просохла от сверкающих на ней крупных капель росы, в прибрежной траве стрекотали веселые кузнечики, между цветов летали яркие бабочки, с треском мелькали разноцветные стрекозы. Одна из них приятно пощекотала крылышками Лешкину щеку, следом подлетела другая, в два раза больше, глазастая и зеленая, и тоже слегка коснулась крылом лица. И Лешка вспомнила одну книжку, где утверждалось, что стрекозы – насекомые древние и обитают на Земле вот уже сотни миллионов лет.

Лешка прикрыла глаза и в мгновение ока перенеслась в далекое прошлое, в те времена, когда почти вся жизнь на планете была сосредоточена в океане, а над сушей, вернее, над болотной топью с однообразными, без единого цветочка, растениями, носились гигантские стрекозы, летучие клопы величиной с воробья и тараканы размером с ворону. В этой малоприятной эпохе она долго не задержалась и переместилась в более позднюю – царство динозавров, самых необыкновенных существ, когда-либо населявших Землю.

Лешке представились багровый закат над океаном, плещущиеся в воде гигантские ящеры, летающие под облаками крылатые чудища, бродящие по суше двенадцатиметровые монстры… Она попыталась припомнить названия известных ей динозавров: и травоядных, и хищных, но Дик помешал. Пес ракетой вылетел из реки, отряхнулся всем телом, и грязный холодный душ с водорослями и илом вернул Лешку к действительности.

– Дик, ну сколько тебе говорить, не подходи ко мне мокрым! – грозно закричала она.

Пес, который всегда все понимал, в этот раз никак на ее слова не отреагировал, а повел ушами, понюхал воздух и устремился к холму позади пляжа. Там за кустами явно кто-то скрывался.

– Стоять! – приказала Лешка, опасаясь, что пес кого-нибудь напугает. На постороннего человека Дик просто так, без всяких на то причин наброситься не мог, но один только вид грозной кавказской овчарки на кого угодно мог нагнать страху.

Однако за кустами, куда собака привела Лешку, никаких людей, к ее облегчению, не было. Но Дик оскалил клыки и издал страшный рык. В тот же миг из густой травы выскочила большая рыжевато-бурая птица со светлыми пятнистыми перышками на голове, и девочка ее узнала. Именно она была виновницей столь раннего Лешкиного пробуждения.

Дик медленно, но решительно подбирался к незнакомке. А надо сказать, что к птицам он был равнодушен, за голубями и воробьями не гонялся и на Ромкиного Попку сроду не обращал ни малейшего внимания. Видимо, эта рыже-бурая красавица чем-то его разозлила. И Лешка за нее испугалась. Если Дик кинется, то разорвет
Страница 2 из 8

несчастную в клочья, одни только перья от нее и останутся. Допустить этого нельзя ни в коем случае.

– Дик, стоять! – еще громче прокричала она.

Пес опять не послушался хозяйку и бросился вперед. Однако вопреки Лешкиным опасениям птица сумела за себя постоять. Она высоко подпрыгнула, обнажив мощные желтые лапы с огромными черными крючковатыми когтями, спикировала на Дика, вцепилась в его шею и клюнула прямо в нос. Дик взвыл и, извиваясь всем телом, попытался стряхнуть с себя неприятеля. Хорошо хоть, что шерсть у него была густой и длинной, а сам он сильным и проворным и потому сумел вырваться из страшных когтей и, не переставая визжать от боли, отскочить в сторону.

А пернатая злодейка, преподнеся Дику страшный урок, неуклюже запрыгала прочь, помогая себе одним крылом. А другое, распущенное, как веер, бессильно волочилось по земле. Птица выбралась на открытое пространство и попробовала взлететь, но с одним крылом ей это не удалось, и она поскакала дальше.

Лешка подобралась к хищнице сзади, как ей казалось, незаметно, и протянула руки. Но птица, почувствовав опасность, обернулась и острым, как бритва, крючковатым клювом впилась в Лешкину руку. К счастью, Лешка секундой раньше поскользнулась на траве, потеряла равновесие и дернулась, иначе острый клюв пронзил бы ее ладонь насквозь. Лешка обиделась и, дуя на небольшую ранку, обратилась к Дику:

– Я ей добра хочу, а она, глупая, не понимает.

В ответ пес потряс головой, отбежал еще дальше и коротко тявкнул, призывая хозяйку последовать его примеру и как можно скорее расстаться с опасной тварью. Но Лешка не сдвинулась с места. Хоть птица и агрессивно настроена, не оставлять же ее здесь одну, раненую? А если набежит целая стая собак? Или, чего доброго, заявятся плохие люди?

А птица еще раз попробовала взлететь, и на ее больном крыле выступила кровь. И на траве вокруг тоже виднелись капельки крови. Должно быть, налетела на провода или какое-нибудь другое препятствие и поранилась, такое с птицами часто случается.

Лешка пожалела, что рядом нет брата. Сама она прекрасно разбиралась в собаках и могла определить любую породу, а вот пернатые были по Ромкиной части. Как только у него появился Попка, желтый волнистый попугайчик, брат стал интересоваться и другими видами птиц и сейчас мог ответить на любой вопрос на птичью тему.

Лешка призвала на помощь логику и сама сообразила, как ей справиться с грозным хищником. Она сняла с себя легкую курточку и набросила ее на птицу. Та перестала что-либо видеть, и Лешка успела схватить ее двумя руками. Птица забилась с невиданной силой, а острые когти полоснули девочку по плечу. Лешка и не предполагала, что в таком небольшом теле скрывается столько дикой мощи.

Тем не менее она исхитрилась спеленать птицу курткой и стремглав понеслась с ней к дому. Дик бежал поодаль, сильно недоумевая, зачем его хозяйке понадобилось брать с собой этот живой кошмар.

Когда Лешка вбежала в калитку, все только начали просыпаться. Ромка увидел из окна, что сестра тащит что-то необычное, и выскочил ей навстречу:

– Что это у тебя?

– Птеродактиль, – на бегу бросила Лешка.

– Нет, кроме шуток?

– Сам, что ли, не видишь? Птица. Раненая.

– Что за птица? Опять голубь? – воскликнула выбежавшая следом за Ромкой Катька. Она хорошо помнила историю, когда ее друзья спасли голубя ценной породы и пережили немало приключений, прежде чем птицу удалось вернуть законному владельцу[1 - Подробно об этом читайте в книге Н. Кузнецовой «Засада на синюю птицу», вышедшей в серии «Черный котенок» (прим. ред.).]. Но, присмотревшись, поняла, что это далеко не голубь.

А ее подруга пояснила:

– Должно быть, это ястреб или коршун. Злой как сто чертей.

– Ух ты, класс! – восхитился Ромка. – Дай посмотреть.

– Сейчас посмотришь.

Лешка пронеслась в свою комнату и опустила сверток на диван. Ромка быстро закрыл окно и задвинул шторы, чтобы создать в комнате полумрак.

Катька села на диван, протянула к птице руку, но Лешка воскликнула:

– Осторожней, она клюется.

– Дайте-ка я сам, – предложил Ромка и осторожно высвободил из куртки пернатую гостью. Птица забилась в угол дивана и грозно зыркнула на него темными глазами. Ромке захотелось ее погладить, и тут же острый коготь оцарапал его руку, а клюв тюкнул по пальцу. Ромка сунул палец в рот и отскочил, а Катька на всякий случай пересела в кресло.

– И правда, клюется, – разглядывая палец, с восхищением покачал головой Ромка. – Я сам виноват, к нему нельзя подходить со спины и делать резких движений. Понятное дело, хищник. Это, к вашему сведению, не ястреб и не коршун, а самый настоящий сокол. Видите, у него на груди каплевидные пестринки? И глаза у него темные, а у ястреба – желтые. Не знаю только, какого он вида. Но это я потом посмотрю, а пока его надо полечить.

– Наверное, он на провода налетел, как тогда голубь, – сказала Лешка.

– А может, в него кто-то стрелял, но пуля прошла по касательной.

– Ой, а я никогда не видела таких птиц живьем! – с интересом разглядывая нового опасного питомца, воскликнула Катька. – Ну, может, и видела когда в зоопарке, но не обратила внимания.

– Сокол теперь – редкая птица, – заметил Артем.

– Еще какая редкая, их теперь раз-два – и обчелся. Многие их виды занесены в Красную книгу. Там теперь очень много хищных птиц, потому что их до недавнего времени беспощадно истребляли. Я Брема читал, так у него написано, что и ястребы, и орлы, и соколы подлежат уничтожению, – закивал Ромка.

– Будто природа сама не знает, кто ей нужен, а кто нет, – буркнула Лешка и озабоченно спросила: – А чем же мы будем его кормить?

– Если это хищник, ему нужно мясо. Да? – спросила Катька и, не дожидаясь ответа, побежала к холодильнику.

– Отрежь кусочек, да разморозь прежде, чем нести! – вдогонку ей крикнул Ромка.

Катька откромсала от замороженного мяса большой кусок, подставила его под струю горячей воды и, когда мясо оттаяло, принесла его в комнату. Ромка раздвинул штору, чтобы птица могла лучше видеть, и подбросил мясо в воздух. Не успело оно упасть на диван, как сокол ринулся на добычу, схватил мощными лапами и принялся рвать острым клювом.

– Вот это хищник так хищник! – поразилась Катька.

– Пусть поживет у нас, мы его прокормим, – предложила Лешка.

– А что? – воодушевился Ромка. – Место для него есть – в сарае. Если мы будем держать его там, а не в доме, Нина Сергеевна возражать не станет. А потом, когда он поправится, мы его выпустим. Или с собой в Москву возьмем. В общем, там видно будет. А теперь помогите посмотреть, что у него с крылом. Только не делайте резких движений, а то он опять на кого-нибудь набросится.

– Я знаю, как его усмирить, – сказала Лешка. – Ему нужен колпак.

– Верно, я уж и сам об этом подумал. Но колпака у нас нет, чем бы его заменить? Думайте все!

– А давайте сделаем оригами, – предложила Лешка.

– Ори… что? – сморщила носик Катька.

– А это в буквальном переводе с японского – «складывание бумаги». В Японии это искусство передается от взрослых к детям. Ты же слышала о бумажных журавликах?

– Слышала. Я и сама могу сложить и «лодку», и «кораблик», и «обжору».

– А что, идея, – Ромка вырвал из блокнота лист, свернул его наподобие лодки и нахлобучил соколу на голову. – Ну и как?

Лодка на
Страница 3 из 8

голове птицы хоть и плохо, но держалась, и все решили, что на первый случай сойдет и так.

Затем Артем вызвался подержать сокола, а Ромка осмотрел крыло, выстриг перышки вокруг раны, обработал ее края йодом и компетентно заявил:

– По-моему, ничего страшного. Летать он пока не сможет, потому что у него обломаны маховые перья, но будем надеяться, что скоро отрастут новые.

– А теперь давайте отнесем его в сарай, – предложил Артем.

Глава II

Поездка в Москву

Старый деревянный сарай еще в начале лета был оборудован друзьями под штаб-квартиру, и Катька принимала в этом самое деятельное участие. Они натаскали в сарай пахучего сена, накрыли его старым, но красивым «тигровым» покрывалом, на котором было очень удобно и сидеть, и лежать. Потом Ромка приволок туда всякой старой мебели: стол, стул, табуретку, а стены оклеил постерами с фотографиями звезд кино и эстрады, и внутри стало не только уютно, но и ярко.

Войдя в штаб-квартиру, Ромка взгромоздил на стол перевернутую табуретку и усадил сокола на узкую перекладину между ее ножками. Птица перебралась на самый край перекладины, поджала под себя одну ногу и замерла.

Все расположились на сене, не сводя с сокола глаз.

– «Лодка» все же не годится – и держится плохо, и смотрится некрасиво, – критически подметила Катька.

– Ежу понятно, – отозвался Ромка. – Надо поскорее сшить ему настоящий колпак. И насест должен быть другим. Кажется, его нужно обить сукном или войлоком, чтобы у сокола не уставали лапы.

– А правда хорошо, что у нас теперь есть свой домашний сокол? Ни у кого нет, а у нас – есть! – возликовала Лешка. – Давайте назовем его Тимошей.

– Кличка Тимоша больше подходит смирной птице, а это хищник, – возразил брат. – Лучше назвать его Ураганом или Злюкой.

– Мне не нравится, – заявила Катька, а Артем сказал:

– Он же не всегда будет таким диким. Если Лешке так хочется, пусть будет Тимошей.

– Да и ладно, – легко согласился Ромка. Он поднялся с сена, занавесил единственное в сарае узкое окошко. Стало совсем темно, и Ромка снял с головы сокола «лодку». Птица не пошевельнулась, и он легонько погладил ее по спине. – Мы его воспитаем, приручим, и он нас полюбит. Вы ведь знаете, что сокол – птица ловчая?

– И что? – спросила Катька.

– А то, что мы сможем с ней охотиться. – Ромка вернулся и сел рядом со своей боевой подругой. – Ты, Катька, Дюма «Королеву Марго» читала? Помнишь, какую книгу использовала Екатерина Медичи, чтобы отравить Генриха Наваррского, а вместо этого отправила на тот свет своего собственного сына, короля Карла Девятого?

Катька сморщила свой маленький носик:

– Кажется, та книга была о соколиной охоте?

– Вот именно. И оказалась она такой интересной, что несчастный Карл не смог от нее оторваться. Облизывал свои пальцы и перелистывал ими слипшиеся от яда страницы, пока не дочитал книгу до конца.

– И не подписал себе смертный приговор, – дополнила Лешка, а Артем кивнул:

– Недаром соколиную охоту называют королевской, или царской, охотой. И еще я где-то читал, что гордая птица, спускающаяся с небес на руку своего хозяина, прежде являлась символом могущества.

– Вот и мы будем как цари! – Ромкины глаза засияли, он вскочил с сена. – А давай, Темка, прямо сейчас посмотрим в Интернете, что там про соколов пишут. Узнаем, как колпак сшить, и жердочку сделать, и охотиться, и вообще все-все.

– Какой еще Интернет?! – вскричала Катька. – Мы же в Москву собирались! Мне надоела дача, я в город хочу! – Она тоже вскочила и оглядела компанию. Взгляд ее стал строг, а губы приготовились надуться от обиды. – Так мы едем или нет?

Лешка перевела глаза с Артема на брата и нерешительно произнесла:

– Даже и не знаю.

Но Ромка пребывал в чрезвычайно довольном настроении и потому покладисто заявил:

– Раз собирались, то и поезжайте, а я здесь останусь. Мне и без птицы-то не хотелось никуда ехать, а теперь и подавно не хочется. Я, что ли, Москвы не видел? Насмотрюсь еще осенью.

Так и порешили: Ромка с соколом остался на даче, а остальные уехали в Москву.

Сойдя с электрички, трое друзей первым делом направились на Красную площадь. Катьке непременно хотелось там «отметиться», а также сфотографироваться на фоне Кремля и храма Василия Блаженного.

На площади много было народу. Задрав головы, друзья, как и все, любовались разноцветными куполами великолепного собора и величественными кремлевскими башнями, украшенными двуглавыми орлами.

– Мне кажется, что это самая красивая площадь в мире! – воскликнула Катька.

– Так оно и есть, – отозвался Артем и навел объектив фотоаппарата на них с Лешкой.

Пока друзья фотографировались, на площади показалась очередная группа иностранных туристов, внимательно слушающих своего гида – невысокую худенькую женщину с зычным голосом. Из любопытства Лешка подошла к группе поближе и вдруг услышала слово «сокол». Или оно ей почудилось?

– Давайте послушаем, что им рассказывают, – попросила она Катьку с Артемом.

Трое друзей влились в группу гостей столицы и протиснулись в первый ряд. Экскурсовод и в самом деле вела речь о птицах.

– Позолоту куполов Кремля портят вороны. Они развлекаются тем, что съезжают на хвостах по сусальному золоту и тем самым его царапают, – повествовала экскурсовод. – Но вместо того чтобы регулярно тратиться на реставрацию, люди вспомнили исконно русский способ охраны храмов: распугивать ворон с помощью прирученных хищных птиц, в частности соколов.

– Ой, как интересно! – не сдержалась Лешка. – А где их разводят?

– В русском соколином центре.

– Разве у нас в Москве такой есть?

– Ну а как же! Хищные птицы охраняют не только купола Кремля, они помогают также на аэродромах, разгоняя птиц со взлетных полос, – ответила женщина и увела туристов к Кремлевской стене.

Погуляв еще немного, друзья зашли в ГУМ, где Катька накупила кучу косметики, а потом пешком, мимо Александровского сада, направились на Старый Арбат – любимую Лешкину улицу. Но еще не доходя до Арбата, они наткнулись на высокого парня в красной рубахе, который стоял у дверей небольшого ресторана и рукой в кожаной перчатке придерживал деревянную подставку, на которой гордо восседал такой же сокол, какой остался у них на даче, разве что чуть покрупнее и с более темным брюшком. Все это было так экзотично, что редкий прохожий не заглядывался на необычную пару. Вот и Лешка не смогла отвести глаз от гордой птицы. Подойдя поближе, она стала разглядывать сокола и его снаряжение.

– Что, нравится птичка? Хотите с ней сфотографироваться? – тут же предложил парень.

– Хотим! – подлетев к подруге, воскликнула Катька.

Все трое по очереди сфотографировались рядом с соколом, но не ушли, а заинтересовались затейливой соколиной амуницией.

– Сколько ему всего надо! И где все это брать? – озаботилась Катька. – Вот такую сумку, например?

– Это называется ягдташ, – объяснил парень в красной рубашке. – Его можно купить в магазине.

Лешка задержала взгляд на шапочке на голове сокола.

– А самим можно сшить такой колпак?

– Вполне. Только это не колпак, а клобук, – хозяин красивой птицы оказался приветливым и общительным. – Видишь ли, обоняние и слух у сокола развиты слабо, его главное достоинство – чрезвычайно острое
Страница 4 из 8

зрение. Когда вокруг много людей, клобук изолирует птицу от внешнего мира, спасая ее от стресса.

– А что у него на лапах?

– Специальные крепления, называемые путцами или опутенками. А вот это, – молодой человек указал на изящный поводок, пристегивающий птицу к перчатке, – должник.

– Красивая у вас перчатка, – отметила Лешка.

– Потому что парадная. А вообще перчатки бывают трех видов: парадные, охотничьи и рабочие. Подставка, на которой сокол сидит, именуется присадом.

– А какой это сокол? – справилась Катька.

– Балобан.

– Странное какое название.

– По Далю это значит болван, глупец. Но уверяю вас, сокол – очень умная птица. Мой Джой откликается на зов и даже скучает по мне, когда остается один. А когда я возвращаюсь, приветствует меня громкими криками. Хотя по характеру эти птицы очень гордые и независимые, и многие охотники говорят, что соколы просто смиряются с существованием хозяина.

– А долго вы его дрессировали? – спросила Лешка.

Парень усмехнулся:

– Сокол – не собака, выдрессировать его нельзя. Можно только приучить не бояться человека, садиться на его руку и, главное, охотиться. А это уже целая наука.

– А долго его приучать?

– Когда как. Порой на это уходит несколько месяцев, а иногда опытным сокольничим хватает и десяти дней. В среднем – месяц.

– Всего-то? Вот здорово! Мы ведь это не просто так спрашиваем. Дело в том, что у нас свой сокол есть, мы сегодня его поймали. У него повреждено крыло, но мой брат говорит, что оно скоро заживет. Он точь-в-точь такой, как ваш.

– И что же вы собираетесь со своей птичкой делать? – раздался сбоку голос.

Лешка повернулась и увидела невысокого худого парня с нервным лицом, черными прилизанными волосами и лихорадочно блестевшими глазами. По-видимому, он уже давно стоял рядом с ними и слышал весь разговор.

– Сначала вылечим, а потом посмотрим. Может быть, выпустим. Или оставим себе. Мой брат хочет научить его охотиться.

– Содержать в домашних условиях хищника непросто, – покачал головой хозяин сокола.

– Это почему? – искренне удивилась Катька. – Мы ему дали кусок мяса, и он его тут же съел. А теперь сидит себе преспокойненько в сарае на одной ноге, даже не шевелится, так что никаких проблем с ним нет.

– Это так только кажется. В принципе, содержать сокола можно и в городской квартире, и он действительно часами будет сидеть на специальной подставке и не двигаться. Но ведь это далеко не все, что ему нужно. К вашему сведению, прокормить хищника довольно сложно: ему требуется та пища, которую он сам добывает на свободе. Не будет живого корма – сокол просто зачахнет. Еще надо помнить, что в природных условиях хищные птицы поедают добычу полностью: с шерстью, костями, перьями. Еще ему надо купаться в воде. Впрочем, вода и пища – это еще куда ни шло, можно и в обыкновенном тазу купальню устроить. Но ему обязательно нужно каждый день летать. В противном случае птица разжиреет и погибнет.

– Это что же, мы должны ловить для него рябчиков и перепелок? – усмехнулся Артем. – Своего-то вы чем кормите?

– Когда чем, в основном голубями и грызунами, – пояснил парень. – Но можно и чем-нибудь другим. Туркменские охотники, например, кормят ловчих балобанов тушканчиками или песчанками.

– Голубями? – сосредоточенно сморщив лоб, переспросила Лешка и уточнила: – Живыми?

– А то какими же. Соколы падаль не едят.

Лешка тут же представила, как полюбившуюся ей синюю голубку раздирает жуткий кривой клюв, и ей сразу расхотелось держать сокола в своей квартире. И уж тем более кормить его живыми зверушками и птичками.

А парень в красной рубашке философски заметил:

– Таков закон природы. Одни едят других, чтобы выжить.

– Вот в природе они пусть сами между собой и разбираются, я не против, а дома мне такого не надо.

– А знаете что? Отдайте вашего сокола мне, – тут же предложил парень с нервным лицом.

– А зачем он тебе? – вскинулась девочка.

– Мне-то? Охотиться.

– Сыч, ты что, охотник? – скептически протянул владелец сокола.

Нервный парень бросил на него недовольный взгляд и раздраженно дернул плечом:

– Ну не сам, конечно. Есть люди, которые занимаются соколиной охотой.

– Это какие такие люди?

– Ты, Ярослав, их не знаешь.

– Но нам надо знать, в какие руки он попадет, – вступил в перепалку Артем.

– Вот-вот, – закивала Лешка.

– В хорошие, ручаюсь, что в хорошие! – воскликнул Сыч. – Ну так что, отдадите?

После всего услышанного Лешке захотелось как можно скорее избавиться от их кровожадного питомца, но что-то очень неприятное послышалось ей в голосе Сыча. В растерянности она оглянулась на Ярослава. Тот чуть заметно качнул головой. И она решительно заявила:

– Извини, но мы его пока никому отдавать не будем, некоторое время он может и у нас пожить. Ничего с ним не случится, если с недельку поест размороженное мясо. Правда, Ярослав?

– Конечно, – кивнул хозяин сокола.

– Поправится, а там видно будет, – довершила свою мысль Лешка.

Но Сыч понял ее по-своему и обратился сразу ко всем троим:

– Не хотите просто так отдавать, так продайте.

– Нет, и продавать его мы не собираемся, – столь же твердо заявила девочка.

Но Сыч не унимался:

– Но почему? Мало того что я избавлю вас от хлопот, так вы еще и деньги получите.

– Ну хорошо, мы подумаем. Приедем домой, посоветуемся с моим братом, послушаем, что скажет он, – ответила Лешка, лишь бы только закончить неприятный разговор, и отвернулась. Однако настырный Сыч на этом не успокоился. Он возник перед ней с телефоном в руке и потребовал:

– Продиктуй-ка мне, пожалуйста, свой номер.

Лешка потянулась было в карман за мобильником, но немного помедлила и, даже не подумав солгать, назвала номер телефона, который стоял у них на даче в гостиной. Еще она сказала, что зовут ее Олей, и тут же об этом пожалела. Но слова уже вылетели, а они, как говорится, не воробьи. Лешка виновато оглянулась на Артема, но тот великодушно махнул рукой, и она успокоилась.

А Сыч, пряча свой телефон, довольно ухмыльнулся:

– Значит, вечерком я тебе позвоню. Мне ведь сначала на него посмотреть надо, чтобы знать, что покупаю. Крыло-то у него не сильно повреждено? Отрастут перья-то?

– Отрастут, куда им деться, – уже с раздражением ответила Лешка и, попрощавшись с Ярославом, взяла Катьку под руку.

– Всего хорошего, – доброжелательно кивнул головой парень с соколом.

Лешка молча шла по тротуару, сосредоточенно глядя себе под ноги, и о чем-то думала. И вдруг, нахмурив брови, воскликнула:

– Ну как все странно! Ну очень странно! Просто мистика какая-то!

– О чем ты? – удивился Артем, и Лешка пояснила:

– А вот о чем. Мы бессчетное количество раз ходили по Москве и соколов нигде не встречали и ничего про них не слышали. А как только у нас завелся свой, то на каждом шагу мы что-нибудь слышим о них или видим.

В ответ Артем лишь покачал головой:

– Никакая это не мистика. Вспомни, разве ты этого парня с соколом прежде не видела? Мы тут недели две назад проходили, а он шел навстречу.

Лешка задумалась:

– Что-то припоминаю.

– Вот-вот. Он тут постоянно ходит или стоит, а может, носил своего сокола к ветеринару. Но только тебя тогда такие птицы не интересовали, тебе и в голову не пришло задержать на нем взгляд и подойти поближе. И про
Страница 5 из 8

то, что купола церквей и аэродромы охраняют хищные птицы, ты тоже слышала раньше, верно? Но только теперь стала замечать подобную информацию, потому что она коснулась лично тебя.

И Лешка с ним согласилась:

– Ты, пожалуй, прав.

– Ромка бы на это ответил: «Я всегда прав», – улыбнулся Артем.

Дойдя до подземного перехода, Лешка в последний раз оглянулась на парня по имени Ярослав. Какие-то прохожие, скорее всего, иностранцы, фотографировались с его соколом, а настырного Сыча рядом уже не было. Неожиданно для самой себя Лешка воскликнула: «Подождите минуточку, я сейчас вернусь!» А сама побежала назад к ресторану. Она дождалась, пока туристы уйдут, и закидала владельца сокола вопросами:

– Ярослав, а кто такой Сыч? Ты давно его знаешь? Стоит ли отдавать ему сокола? Он правда передаст его настоящим охотникам?

Ярослав невесело усмехнулся:

– Сыч-то? Не думаю. Я с ним мало знаком, но ребята говорят, что он таксидермист. Правда, сам он это отрицает, но я уверен, что так оно и есть.

И без того огромные Лешкины глаза округлились и сделались еще больше.

– Что?! Ты хочешь сказать, что Сыч убивает птиц, чтобы делать из них чучела? Как ты об этом узнал?

– Ну, как-то Джой, – Ярослав погладил своего сокола по крылу, – заболел, причем очень сильно. Я даже боялся, что не выживет. А Сыч случайно, а быть может, и намеренно со мной встретился и стал уговаривать продать ему птицу. «Зачем тебе больной сокол?» – спрашиваю. А он отвечал, что вылечит его, а чем и как – объяснить не сумел. Тут до меня и дошло, зачем Джой ему на самом деле нужен. Какой-нибудь коллекционер заказал ему чучело сокола для своего загородного дома, вот он и старался.

После этих слов Лешка пришла в еще большее негодование:

– Какой же мерзостью он занимается! Зачем теперь-то, в наше время, делать чучела, когда можно создавать виртуальных животных и птиц? То-то он мне таким противным показался. Зря я ему дала свой телефон.

– Ничего страшного, Сыч парень трусливый. Позвонит, дай ему от ворот поворот, он и отстанет.

– Так я и сделаю, – решила Лешка.

Глава III

Неожиданное предложение

Ромка встретил друзей с красными от усталости глазами, но весьма довольный. Все то время, пока ребята гуляли по Москве, он провел у компьютера и теперь спешил поделиться информацией. Он прямо-таки захлебывался от восторга.

– Вы себе не представляете, сколько я всего узнал! И про охоту, и про то, как сшить для сокола клобук и перчатку, сделать шесток и все остальное, и как его тренировать. Оказывается, соколиная охота зародилась еще пять тысяч лет назад в Индии! В средневековой Европе ею увлекались и короли, и простолюдины. Даже существовал специальный табель о рангах, предписывающий, кому и с какой птицей охотиться. А в Англии в те времена воровство или убийство чужого сокола каралось смертной казнью. И на Руси все князья и цари тоже любили такую охоту, а при Иване Грозном даже дорожную подать с купцов брали голубями для соколов.

– Понятно, – сказала Лешка, собираясь пройти к себе в комнату, чтобы переодеться с дороги. Но брат схватил ее за локоть и притянул к компьютеру.

– Нет, не уходи, а послушай, что я еще знаю. – Не выпуская ее руки, Ромка повернулся к монитору и скороговоркой прочел: – У всех народов сокол был символом высокородного происхождения и роскоши. В сознании подданных обладатель сокола признавался правителем земли и людей. Самым великим царем-сокольником считается представитель великой династии Гогенштауфенов король Фридрих Второй, описавший искусство охоты с птицами. Его книга с таким названием до сих пор пользуется успехом. А вторым по значимости царем-охотником называют нашего Алексея Михайловича по прозвищу Тишайший, отца Петра Первого. «Птичьей потехе» Алексей Михайлович предавался часто в ущерб государственным делам. Кроме специальных выездов он охотился даже по пути на богомолье, а в своих любимых местах основал дорожные дворцы и загородные резиденции. Также Алексей Михайлович создал свод уставов соколиной службы, вошедший в классику древнерусской литературы. Его «Урядник сокольничего пути» живет уже пятый век. В наши дни соколиная охота во всем мире переживает период возрождения, как на Ближнем Востоке, так и в Америке.

Лешка сделала попытку вырваться, но Ромка не собирался ее отпускать.

– Стой! А ты хоть знаешь, какой у нас сокол? Балобан! В арабских странах именно балобанов ставят выше других соколов, потому что они универсальные хищники, приспособлены для охоты и в степях, и в пустынях, а также самые добычливые.

Ромка был готов просвещать ее до бесконечности. Тогда Лешка свободной рукой стукнула его по лбу и закричала:

– Ты можешь остановиться или нет? Мы уже и без тебя знаем, что у нас балобан. – И, понизив голос, добавила: – Все остальное, конечно, тоже нужно для общего развития, но только никакой соколиной охоты у тебя не выйдет.

– Это еще почему? – удивился Ромка, который уже вообразил себя завзятым охотником, гордо вышагивающим по Медовке с соколом на плече на зависть местным мальчишкам.

– По многим причинам. Я, например, вообще охоту ненавижу, но главное то, что сокола в доме держать нельзя. Это тебе не Попка, которого ты зерном кормишь, Тимоше не только мясо, но и живой корм нужен.

– Удивила! Я еще не успел тебе об этом прочесть. Будем ловить ему мышей, – невозмутимо ответил брат.

– И не мечтай! – топнула ногой Лешка. – Мы в Москве тоже много чего узнали про соколов. Оказывается, в городе есть специальный соколиный центр, и его питомцы охраняют от ворон и других птиц кремлевские купола и аэродромы. Лучше узнай, где этот центр находится, и мы отдадим нашего Тимошу туда.

– Но я уже настроился, что он будет у нас жить. И вы тоже этого хотели. Зачем ты дала ему имя? – с сестры Ромка перевел глаза на друга. – А ты, Темка, тоже передумал охотиться?

Артем пожал плечами:

– Да я не очень-то и хотел. Этому занятию надо посвящать много времени, а у меня другие планы. К тому же ты, я надеюсь, не забыл, что осенью я уеду?

– Не забыл, – вздохнул Ромка. – Но я и сам могу заниматься с соколом, без вас. Найду кого-нибудь, кто меня поддержит. Вдруг получится?

Ответа Ромка не получил, так как у ворот притормозила синяя машина, и Катька, стоявшая у окна, с беспокойством проговорила:

– Смотрите-ка, кажется, там мой папа приехал. Интересно, зачем?

Друзья выбежали во двор. Юрий Евгеньевич, широко улыбаясь, открывал калитку:

– Привет, друзья. Катюшенька, здравствуй. Как ты тут?

– Нормально, – буркнула Катька. Она сделала навстречу отцу несколько шагов, но от его раскрытых объятий увернулась и суровым голосом спросила: – А с чего это ты вдруг к нам приехал?

– Да вот, захотел узнать, как ты тут поживаешь, и спросить, не хочешь ли домой.

– Домой? Когда?

– Завтра. В крайнем случае послезавтра.

Катька сникла, как увядший цветок.

– Так я и знала. Что, твоя командировка уже закончилась?

Отец развел руками:

– Почти.

– Но я не хочу отсюда уезжать! Что мне в Воронеже делать?! – Катька капризно затопала ногами и отвернулась, а по ее щекам в два ручья заструились горькие слезы. И чем больше отец ее уговаривал уехать, тем громче она рыдала.

Подошло время ужина, но Катька от еды отказалась и удалилась в сарай. Там она улеглась на сено и
Страница 6 из 8

продолжала страдать, но уже молча.

Родительское сердце не выдержало. После ужина Юрий Евгеньевич вместе с ребятами пришел в штаб-квартиру, уселся рядом с Катькой на покрывало и погладил дочь по плечу:

– Не плачь, пожалуйста. Ну, если тебе так хочется, можешь остаться здесь еще денька на два.

– На два? – Катька привстала и улеглась снова. – Нет, этого мало.

– Извини, но на больший срок я не смогу задержаться.

– Да, конечно, для тебя твоя работа дороже родной дочери, – всхлипнула Катька, и ее плечи вновь затряслись в беззвучном плаче.

Тимоша, все это время неподвижно сидевший на правой лапе, сменил ее на левую и застыл в прежней позе. Царская птица не снизошла до человеческой суеты.

Юрий Евгеньевич вздрогнул и приподнялся:

– Он что, живой? А я, когда вошел, подумал, что вы где-то птичье чучело раздобыли.

– Что вы! Конечно, живой. Это сокол-балобан, его сегодня Лешка на собачьем пляже нашла, – сообщил Ромка.

– И что же вы с ним собираетесь делать?

– Я хочу, чтобы он остался у нас, а они – нет. А выпустить на волю его нельзя, у него крыло повреждено.

– Мне кажется, его надо отвезти в Москву, в соколиный центр, – вставила Лешка. – Как вы думаете, это хорошая идея?

Юрий Евгеньевич ей ответил не сразу. Он неожиданно задумался, даже глаза прикрыл и после некоторого молчания сказал:

– Пожалуй, я знаю, куда можно пристроить вашего сокола. У меня есть знакомый орнитолог, он как раз заведует питомником хищных птиц на Соколиной горе.

– Что это за гора такая? Впервые о ней слышу! – воскликнул Ромка.

– «Соколиная гора» – это название небольшого, но замечательного заповедника на Дону. По дороге из Москвы мы с Катей можем туда заехать и пристроить птицу. Можете не сомневаться, она попадет в хорошие руки. Уход по всем правилам науки ей обеспечен. Кстати, Катюша, и твоя мечта наконец сбудется, ты увидишь необыкновенно красивые места. Ты ведь давно хотела попасть на Соколиную гору. Ты меня слышишь? – Юрий Евгеньевич тронул Катьку за плечо, но та даже не шевельнулась. – Ты что, не рада? А помнишь, как ты обиделась, когда весной я не смог взять тебя с собой в этот заповедник?

– Хороша ложка к обеду. А сейчас мне и здесь неплохо, – пробурчала Катька и, откинув покрывало, зарылась в сено.

А Ромка встал, потоптался возле Катькиного отца и робко попросил:

– А нельзя ли и нам поехать с вами? Что вам стоит взять нас с собой? Мы посмотрим на этот заповедник, а потом сами домой на поезде вернемся. Ведь это недалеко от Воронежа, да?

Катька от Ромкиной идеи пришла в бурный восторг. Она подскочила, как распрямившаяся пружинка, и обеими руками обхватила шею отца.

– Папа, пожалуйста, очень тебя прошу, возьми нас всех в твой заповедник! Я тогда всегда буду тебя слушаться. И маму тоже, честное слово.

И Юрий Евгеньевич сдался:

– А родители их отпустят?

– Отпустят, если ты попросишь. Сделай это прямо сейчас!

– И с Ниной Сергеевной тоже поговорите, чтобы она приглядела за моим Попкой и Лешкиным Диком, – расхрабрился Ромка.

Катькин отец согласился и на это.

– Чего не сделаешь для любимой дочери и ее друзей? Хорошо, я постараюсь.

– Значит, мы можем готовиться к поездке? Ура! – во весь голос закричал Ромка.

– Не торопись, у вас впереди еще много времени, – напомнил ему Юрий Евгеньевич, но Ромка вприпрыжку помчался собирать вещи.

Ночевать на даче Юрий Евгеньевич не стал и вскоре уехал. Счастливые Ромка с Катькой снова целый вечер гонялись друг за дружкой по дорожкам сада, а Лешка с Артемом, как всегда, расположились на своей любимой скамеечке.

И вдруг из окна гостиной послышался телефонный звонок. Лешка вскочила.

– Я подойду, – сказала она и понеслась к телефону. А когда сняла трубку, брезгливо поморщилась. Звонил Сыч, о котором она и думать забыла.

– Здравствуйте, могу я услышать Олю? – очень вежливо спросил он.

– Услышать можете. Это я.

– А я – тот человек, которому вы дали свой телефон.

– Я узнала.

– Вот и ладненько. Скажи, как к вам подъехать? Мне бы хотелось сначала взглянуть на вашу птичку.

«Понятно, зачем ты хочешь на нее взглянуть. Чтобы оценить ее оперение», – подумала Лешка, и ее всю передернуло от отвращения к мерзкому типу.

– Ты уж нас извини, но мы тебе его не отдадим и не продадим, – твердо сказала она.

Сыч лишь удивился:

– Почему? Или вам деньги не нужны? Я заплачу хорошо, даже больше, чем ты думаешь.

– А я ничего не думаю. Мы уже договорились с одним питомником и завтра повезем нашего сокола туда. Это уже решено.

– С каким еще питомником? Что-то я никогда не слышал ни о каких соколиных питомниках.

– С тем, который находится в заповеднике «Соколиная гора», – пояснила Лешка.

– Как-как? «Соколиная гора», говоришь? – переспросил Сыч. – А, кажется, я про такую гору уже где-то слышал. Ну что ж, дело ваше, не хотите – как хотите. Пока.

– Пока-пока, – весело отозвалась Лешка.

У нее словно гора с плеч свалилась. Вопреки ее опасениям Сыч оказался неназойливым, сразу от нее отстал. К счастью, больше она этого живодера никогда не увидит, а если и увидит, то даже не поздоровается.

Лешка выбросила противного Сыча из головы и вернулась к Артему.

Весь следующий день прошел в радостном ожидании скорого отъезда. И когда забрезжил рассвет нового дня, к даче подъехал Катькин отец. Четверо друзей погрузились в его машину, выехали на трассу и помчались в сторону юга.

Глава IV

Знакомство с заповедником

Сокол Тимоша смирно сидел в посылочной коробке, которую Ромка всю дорогу держал на коленях, чтобы птица не испытывала тряски.

– Расскажите, пожалуйста, поподробней, что это за гора такая, на которую мы едем? – попросил он Катькиного отца.

– О, это удивительное место! Оно даже занесено в Книгу рекордов Гиннесса как самый маленький заповедник мира с необыкновенно богатой флорой и фауной, – ответил Юрий Евгеньевич. – Представьте себе леса, степи и пойменные луга с редкостными ландшафтами и разнообразными растениями, а также водоемы, скалы и осыпи, умещающиеся на одном малюсеньком участке площадью в какие-то двести гектаров. Жаль, что сейчас не весна. Вы бы увидели, как цветут миндаль, вишня, терн… Хотя и сейчас там тоже очень красиво.

Всю дорогу Юрий Евгеньевич рассказывал своим пассажирам о реликтовых растениях, скалах девонского происхождения, редких, нигде больше не встречающихся птицах, цветах, грибах, бабочках, шмелях, нашедших приют на Соколиной горе.

Несколько часов пролетело незаметно, и он наконец объявил:

– Кажется, подъезжаем, скоро сами все увидите.

Не успев договорить, Юрий Евгеньевич вдруг резко затормозил перед огромным дорожным щитом, который указывал на объезд, а затем вгляделся вдаль и с досадой махнул рукой:

– Там, впереди, ремонтируют дорогу. Придется делать крюк. Теперь попадем в заповедник позже, чем я надеялся.

Объездной путь занял больше двух часов, зато друзья увидели и скалы, и тенистую дубраву, и ковыль, и светлый березняк на длинном пологом склоне. По нему-то и проходил последний участок дороги, ведущий к центральной усадьбе заповедника. Путешественники остановились у большого двухэтажного дома – административного здания.

У входа возвышалась красивая альпийская горка, а рядом с ней стоял невысокий мужчина с темной бородкой и в очках, всем
Страница 7 из 8

своим обликом напоминавший дореволюционного ученого или адвоката.

Юрий Евгеньевич подкатил прямо к нему.

– Это тот, кто нам нужен – заведующий питомником хищных птиц, Алексей Петрович, – объяснил Катькин папа друзьям, а сам вышел из машины и направился к мужчине.

– Здравствуй, Петрович.

Заведующий питомником блеснул стеклами очков, сквозь которые смотрели веселые живые глаза, и двинулся навстречу.

– Юра! Очень рад тебя видеть. В гости к нам?

– На экскурсию и по делу, – ответил Юрий Евгеньевич, и мужчины пожали друг другу руки.

Остальные путешественники тоже выбрались из машины.

– Это моя дочь. – Юрий Евгеньевич обнял за плечи Катьку. – А это ее друзья.

– Очень приятно. Люблю юные лица, особенно когда они такие симпатичные, – приветливо сказал Алексей Петрович.

А Лешке в коленку ткнулась холодным носом гончая собака с желтой шерстью, длинными висячими ушами и грустными-прегрустными глазами.

– Ой, какая красивая! А как ее зовут? – воскликнула девочка.

– Понч, – ответил мужчина.

– Пончик?

– Можно и так.

Из-за угла дома вынеслась еще одна охотничья собака, белая с черными пятнами.

– Это – пойнтер, – определила Лешка. – А его как зовут?

– Арчи. А это – Белка, – указал он на маленькую дворовую собачонку с неожиданно громким, басистым лаем. – Не бойтесь, она не кусается.

– Мы не боимся собак, – ответила Лешка, и Алексей Петрович снова улыбнулся и задержал взгляд на синей картонной коробке, которую Ромка вынес из машины и поставил на землю. Птица в коробке трепыхалась, стремясь поскорее вырваться на волю.

– А кто там у вас?

– Сокол-балобан, – пояснил Ромка.

– Серьезно? И как он к вам попал?

Ромка коротко рассказал, как его сестра нашла подранка на берегу реки и как он лечил его крыло.

– Мы решили отдать его вам. Пригодится?

Алексей Петрович приоткрыл коробку и осторожно заглянул внутрь.

– Хороший экземпляр. У нас и вольер свободный есть.

– Вот хорошо! А у вас тут красиво! – оглядываясь по сторонам, воскликнула Лешка. – Какой широкий здесь Дон. А это что за гора?

Противоположный берег Дона обрывался к водной глади высоченным уступом, на котором выделялись иссеченные водой и ветром скалы, одна причудливей другой. Катька указала на них рукой.

– Смотрите, вон та похожа на язык, а другая – на голову сказочного богатыря в шлеме.

– Ты угадала, эти скалы так и называются: «Язык» и «Голова», а сама гора – Соколиной. Она и дала название всему заповеднику, – пояснил Алексей Петрович.

А Ромка обратил его внимание на возвышенность слева от усадьбы, кажущуюся издали небольшой, поросшую лесом, с выступающими из нее такими же светлыми скалами.

– А там что за горка?

Ученый усмехнулся:

– То не простая горка. Это так называемые Белые камни. За ними скрывается глубокий овраг, по дну которого течет маленькая, но быстрая речка. Этот овраг мы называем каньоном.

– Классно, – подпрыгнул Ромка. – Нам Юрий Евгеньевич сказал, что все эти скалы имеют девонское происхождение. Значит, если хорошенько поискать, то в них можно найти древние окаменелости?

– Окаменелости найти можно, только ходить там опасно, и я вам не советую этого делать.

– Почему?

– На той, как ты сказал, «горке» часты камнепады, не дай бог кому-нибудь попасть под них. Каменная лавина беспощадна.

В это время мимо них быстрым шагом прошел высоченный молодой мужчина с наголо выбритой головой.

– Никита! – окликнул его Алексей Петрович.

Великан остановился.

– Будь так добр, покажи ребятам питомник и размести в пустом вольере нового жильца. – Заведующий питомником протянул мужчине коробку с соколом, а друзьям сказал: – Никита – тоже орнитолог, как и я. Вот он вам сейчас все покажет и расскажет.

Сам он вернулся к Юрию Евгеньевичу, а друзья пошли за Никитой и вместе с ним подошли к длинному блоку вольеров с самыми разными птицами. Увидев огромного орла, друзья задержались около него, а Ромка пробежался вдоль всех решеток и вернулся обратно с горящими глазами.

– Вот это птички! Каких только тут нет!

– У нас много хищных птиц, больше двадцати видов. И ястребы-тетеревятники, и беркуты, и карликовые орлы, и сапсаны, и пустельги… Есть даже филины, в последнее время тоже ставшие редкостью в русских лесах. А что за лес без уханья филина? Имеется и полярный кречет, очень редкая и красивая птица, – Никита с гордостью указал на крупного красивого белого сокола. – Теперь он встречается крайне редко, а когда-то даже в Петербурге на Исаакиевском соборе гнездился.

Никита открыл дверь пустого вольера и запустил в него Тимошу. Сокол неуклюже взлетел на шест, схватился одной лапой и крупными черными глазами внимательно оглядел свое новое жилище. Наверное, оно ему понравилось, потому что он так и застыл на месте с поджатой лапой.

А по соседству с ним в другом вольере Лешка увидела точно такого же сокола и воскликнула:

– Да это же брат-близнец нашего Тимоши!

– Это Тришенька, мой любимец, наш самый лучший охотник.

– Вы и охотой занимаетесь? – радостно воскликнул Ромка.

– Занимаемся. Но основное направление нашей работы – это разведение и реинтродукция, то есть возвращение в природу, соколов-балобанов.

– И как вы это делаете? – заинтересовалась Лешка.

– О, это кропотливый труд. Весной на Соколиной горе мы отбираем у самки балобана кладку и помещаем ее в инкубатор. Тем временем она делает вторую кладку и этих птенцов высиживает сама. Первые же вылупляются у нас, мы их выкармливаем и содержим в специальных гнездовых ящиках до тех пор, пока у них не окрепнут крылья. Кормим соколят через специальные устройства таким образом, чтобы они не видели человека и не смогли к нему привыкнуть. Спустя некоторое время ящики с одной стороны открываются, и птенцы получают возможность учиться летать. Но еще в течение нескольких недель они не слишком отдаляются от родного дома и обязательно возвращаются за пищей, пока не научатся добывать ее самостоятельно. Используем мы и другой метод разведения птиц: подкладываем насиженные яйца к «приемным родителям», к примеру, в гнезда канюков. Соколята вылупляются и вырастают в чужой семье.

По азарту, с которым говорил молодой орнитолог, было видно, насколько он увлечен своим делом.

– Интересная у вас работа, – отметил Ромка. – Если бы я не хотел стать сыщиком, я бы обязательно выучился на орнитолога.

– Интересная, – согласился Никита и указал на один из ящиков. – Вон, видите птенца сверху? А рядом, на дереве, второй. Это они прилетели за пищей.

– А если вы их не покормите?

– Перестанут прилетать. Они уже умеют жить самостоятельно.

Налюбовавшись на гордых птиц, друзья вернулись к административному зданию. Юрий Евгеньевич по-прежнему стоял у своей машины и беседовал с Алексеем Петровичем.

– Пристроили своего сокола? – обернулся он к детям.

– Да, – кивнула Лешка.

– Тогда поехали.

– Это еще куда? – удивилась Катька.

– Домой, в Воронеж.

– Как? Уже?

Юрий Евгеньевич виновато развел руками:

– Но я же не предполагал, что дорога окажется такой длинной.

В разговор вступил Алексей Петрович.

– А может, не стоит, на ночь-то глядя? – предостерег он приятеля. – Ты устал, не дай бог, еще заснешь за рулем.

– Это очень опасно, – поддакнул Ромка.

– Да-да-да!
Страница 8 из 8

Мы с тобой обязательно попадем в жуткую аварию! – подлила масла в огонь Катька. – Учти, папа, ты рискуешь не только своей, но и нашими молодыми жизнями. А если с нами что-нибудь случится, представь, что будет с мамой?! И что ты ей тогда скажешь?

И Юрий Евгеньевич задумался:

– Ну, если мы тебя, Петрович, не стесним, то, пожалуй, останемся здесь на ночь. Найдется, где переночевать?

– Конечно. Все наши студенты-практиканты на время разъехались, так что места есть. Что вы выбираете: домик или гостиничный номер?

– Домик, домик, – запрыгала Катька.

– Ну что ж, идемте в домик.

Друзья вытащили из машины свою поклажу и вслед за Алексеем Петровичем отправились к летним бревенчатым домикам, выстроившимся в ровный ряд вдоль берега Дона. Когда приблизились к самому первому, из его окна выглянул молодой человек с сильно загорелым лицом и выгоревшими на солнце почти соломенными волосами, падавшими на его высокий гладкий лоб. Из-под неожиданно темных бровей смотрели стальные слегка прищуренные глаза.

– Здравствуй, Павел, – приветливо обратился к нему Алексей Петрович. – Хотя мы, кажется, уже сегодня виделись.

– Виделись рано утром, – кивнул молодой человек и обвел остальных изучающим взглядом. – А это кто?

– Соседей к тебе на постой привел. Ты не против?

– Нет, конечно.

– Нам нужны две комнаты. Они, надеюсь, не заняты?

Молодой человек непонимающе взглянул на ученого.

– Конечно нет, с чего вы взяли? Студенты уже дня три как уехали.

– Но вчера мне показалось, что к тебе кто-то приехал, – возразил Алексей Петрович.

Парень отрицательно покачал головой:

– Да нет же, вы ошибаетесь, никто ко мне не приезжал.

– Тем лучше. А соседи они тебе всего на одну ночь.

И Павел широко улыбнулся:

– Да хоть на десять. Места всем хватит.

Алексей Петрович зашел в домик, и все потянулись за ним. В небольшом коридорчике было две двери. Одна вела в комнату Павла, другая – в две смежные маленькие комнатки. В каждой из них стояло по две кровати и немудреная мебель.

Катька прошла во вторую, дальнюю комнатку, где у окна стоял большой стол, опустила сумку на пол и объявила, что они с Лешкой будут жить здесь. Ромке с Артемом ничего не осталось, как занять первую комнатку.

Оставив в домике свои пожитки, друзья отправились к Алексею Петровичу ужинать. Его квартира располагалась в административном здании на первом этаже, жил он со своей женой Юлией Вячеславовной, молодой привлекательной женщиной. Она тоже занималась научной работой.

После ужина друзья сбегали на золотой песчаный пляж, окунулись в прохладную воду Дона, а потом просто гуляли вдоль берега и любовались причудливыми скалами Соколиной горы.

Поздним вечером, когда стемнело, их всех пригласили на шашлык.

Кроме Алексея Петровича и Юлии Вячеславовны, вокруг огромного костра на речном берегу собралось много людей. Среди них двое орнитологов: уже знакомый друзьям великан Никита и еще один, Иван, такой же влюбленный в свою профессию человек, похожий на своего товарища бритой головой и мощным торсом. Вот только ростом Иван был невысок и по сравнению с Никитой казался маленьким. А еще у костра сидели трое аспирантов: сосед ребят по домику Павел, тоже, как оказалось, орнитолог, а также энтомолог Вацис – молодой человек с открытым прямодушным взглядом голубых глаз и ботаник Наташа, веселая черноокая девушка с непокорными темными кудряшками.

У костра было интересно и весело. Ребята узнали много нового о заповеднике, наслушались всяких смешных историй. А когда наелись и вволю насмеялись, оставили взрослых с их разговорами, а сами отошли в сторону и разлеглись в высокой пружинящей луговой траве.

Лешка вгляделась в бархатное бездонное небо и ахнула:

– Какие огромные звезды! Почему-то они здесь даже больше, чем у нас в Медовке.

У ее брата на все имелся готовый ответ.

– Я знаю почему. Потому что здесь мало действует световое загрязнение, а в Медовку оно доходит из Москвы. А вот жители Лондона, я читал, жалуются на то, что не видят Млечный Путь.

Катька втянула в себя необыкновенно густой, пропитанный луговыми травами воздух.

– А запахи какие!

– Да уж, природа здесь что надо, – согласился с ней Артем, а Ромка сказал:

– Вы только подумайте, как переменчива наша жизнь. Еще позавчера мы и не мечтали попасть в такое необыкновенное место, и вот уже здесь.

– Скажи мне спасибо, – отозвалась Лешка. – Если бы я не нашла сокола, ты бы так и остался сидеть в Медовке.

– Значит, надо сказать спасибо соколу за то, что он нашелся, – возразил Ромка. – Надо будет завтра его навестить.

– Обязательно. Пойдем к нему прямо с утра, – сказала Лешка.

Но рано утром к девчонкам в окошко заглянул Юрий Евгеньевич – сам он ночевал в квартире Алексея Петровича. Просунув внутрь голову, Катькин отец мягко, но твердо сказал:

– Катюша, просыпайся. Лешка, вставай. Пора ехать.

Катька с трудом разлепила глаза – спать-то легли позже некуда.

– Что, уже? А почему так рано? Не хочу я никуда уезжать.

Но Юрий Евгеньевич ее и слушать не стал, а перешел к другому окну и разбудил ребят.

С большой неохотой Ромка с Артемом выбрались из дома. Над Доном поднималось ярко-красное солнце, в его лучах песок на пляже казался розовым, а Соколиная гора с другой стороны реки дразнилась своим каменным языком. И вот от такой красоты им предстояло уехать.

– Юрий Евгеньевич, ну давайте останемся здесь еще хоть на немножечко, ну совсем на чуть-чуть, – заныл Ромка.

Катькин отец печально вздохнул:

– Я бы и сам с удовольствием, но мне на работу надо. Я и так уже задержался.

– Но нам-то на работу не надо! У нас-то каникулы. Мы еще в музей природы не заглянули, а ты сам хотел, чтобы мы там побывали, и на гриб редкий не посмотрели, и… и в лес не сходили, и на Соколиную гору не слазили, и вообще никуда. Разве можно вот так уезжать, ничего не повидав? Можно мы тут останемся? – размазывая по лицу слезы, заголосила Катька.

С перекинутым через плечо полотенцем со стороны реки к ним подошел Алексей Петрович.

– Вы что, решили нас покинуть?

– Мне на работу надо, – повторил Юрий Евгеньевич.

– А они хотят остаться, – прочитал орнитолог по хмурым лицам ребят.

– Еще как! – вздохнула Лешка. – Мы так долго сюда собирались, так готовились к этой поездке, так мечтали все здесь увидеть…

– Ну так оставайтесь и живите. Места здесь много.

– Папа! – вскричала Катька. – Папочка, слышишь, что тебе люди говорят!

– Петрович, ты это серьезно? – переспросил Юрий Евгеньевич. – Они тебе и в самом деле не помешают?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=20483691&lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

notes

Примечания

1

Подробно об этом читайте в книге Н. Кузнецовой «Засада на синюю птицу», вышедшей в серии «Черный котенок» (прим. ред.).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.