Режим чтения
Скачать книгу

Недотрога читать онлайн - Барбара Фритти

Недотрога

Барбара Фритти

River Rock #1

Бывший моряк Гейб Райдер намерен выполнить последнюю просьбу своего лучшего друга Роба: позаботиться о его семье, особенно о сестре Алисии. Но Алисия не желает зависеть от Гейба, который однажды разбил ей сердце. К тому же ее мучают подозрения: неужели Роб действительно попросил друга следить за ней? Возможно, Гейб нагло врет, надеясь на возобновление романа? Или за этим кроется что-то более серьезное?

Барбара Фритти

Недотрога

Barbara Freethy

The Way Back Home

Copyright © 2012 Barbara Freethy

© Красневская З., перевод на русский язык, 2015

© Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

1

– Папа, нам нужно покупать новые плоты. Надо нанимать проводников, срочно корректировать программы по резервированию маршрутов для туристов. И где прикажешь взять на все это деньги? – по дороге в офис раздраженно бросила отцу Алисия Хейден.

Офис их семейного предприятия «Хейден: речные приключения», некогда известной турфирмы, предлагавшей своим клиентам услуги мирового класса в части организации досуга – речные путешествия на надувных плотах, разместился в одноэтажном здании прямо на берегу реки Смоки, что в Северной Калифорнии. Собственно, вся контора состояла из одной комнаты, а рядом была оборудована площадка с эллингом, в котором хранились плоты и прочее речное оборудование. Чуть поодаль, по другую сторону здания, среди деревьев виднелся грязный причал. Сейчас он был пуст. Ярдах в ста от реки на поросшем травой склоне стоял дом Хейденов.

Все весенние и летние месяцы они занимались тем, что сдавали плоты в аренду любителям речных путешествий и организовывали для них однодневные прогулки, которые начинались прямо от пирса и шли вниз по реке. Тех же, кто жаждал по-настоящему острых приключений на воде, отвозили автобусами на север, миль на десять вверх по течению, откуда стартовали уже скоростные спуски на плотах. Такие туры имели более высокую категорию сложности, и любители острых ощущений всегда отправлялись в путь в сопровождении проводников. Три поколения Хейденов посвятили себя речному бизнесу, насчитывающему более шестидесяти лет. Впрочем, в последнее время дела шли из рук вон плохо, и Алиса была почти уверена в том, что на сей раз им не удастся спасти фирму.

Джордж Хейден ничего не ответил дочери. Он тяжело оперся на свою палку и воззрился вдаль, туда, где среди гор Сьерра-Невада петляла широкая и полноводная река. Над водой стелился густой туман, сегодня он был намного гуще, чем обычно, словно оправдывая само название реки – Смоки, что означает «туманная». Период зимних дождей близился к концу, но, несмотря на последние числа марта, воздух был холодным, а облака, слегка подсвеченные солнечными лучами, плотным слоем укутали весь небосвод.

Порыв ветра растрепал волосы. Алисия зябко поежилась и обхватила себя руками, пожалев, что не взяла из дому куртку. Потертые джинсы и вязаная рубашка плохо спасали от холода. Алисия полдня проторчала в конторе: все старалась найти выход из той тупиковой ситуации, в которой они оказались. Но пока никаких дельных мыслей не было. Вряд ли за оставшиеся дни они успеют выкарабкаться из всех неприятностей, обрушившихся на них в последнее время. Туристический сезон должен начаться уже через две недели, а у них, как говорится, конь не валялся: ничего не готово к приему первых туристов. Необходимо убедить в этом отца, но тот упрямо стоит на своем. Дескать, все в порядке, ничего не изменилось. Словно и не было того трагического случая полгода тому назад, словно и брат ее не погиб три недели назад. Ничего не изменилось! Да все изменилось! Весь их мир перевернулся вверх дном менее чем за год.

Горечь утраты, злость, страх, эмоции переполняли ее через край, но нет! Сейчас не время давать волю чувствам. Надо думать, а не трепать нервы друг другу. Алисия уже не раз пыталась поговорить с отцом о реальном положении дел в фирме, но после похорон сына он стал всячески избегать подобных разговоров. И Алисию он тоже стал избегать. Но сегодня ему не удастся отвертеться!

– Папа! – Алисия ухватилась за поручень и встала рядом с отцом. – Надо что-то решать! Мы будем дальше заниматься этим делом? Сможем?

Он нехотя повернулся в ее сторону. Как же он сдал за последний год, с жалостью подумала Алисия. Отец еще только-только разменял седьмой десяток, а глубокие морщины избороздили все лицо. И сколько седины прибавилось в его стремительно редеющей шевелюре. Впрочем, взгляд оставался все таким же неуступчивым.

– Алисия, мы еще ни разу в жизни не пропустили открытия сезона. Но пока еще рано начинать.

Алисия подавила тяжелый вздох.

– Папа, вопрос не в том, рано или поздно. Вопрос в другом. Нам нужны деньги, нужна мужская сила, а у нас нет ни того, ни другого.

– Всему свое время. Будут у нас и деньги, и мужская сила.

– Как раз времени у нас и нет!

– Не переживай! Все образуется! Как-нибудь выкрутимся. Помяни мое слово! В один прекрасный день нашим семейным бизнесом начнет заправлять твой сын. Ты же не хочешь поставить под угрозу будущее Джастина?

– Именно о его будущем я и пекусь. Наш бизнес вытягивает из семейного бюджета все до последнего пенса, а мы все равно барахтаемся в мутной воде. Что будет, если мы так и не сумеем выплыть на чистую воду? Не рассчитаемся с платежами? Мне же нужно думать о том, чтобы отправить Джастина в колледж.

– Но ведь ему еще только девять!

– Уже почти десять. Пора начать откладывать деньги на его учебу. Я ведь ращу сына одна и потому должна позаботиться о нем сама.

– Это твой собственный выбор – стать матерью-одиночкой, – недовольно нахмурился отец.

Но Алисия не дала втянуть себя в старые споры.

– Мы отклонились от темы!

– Билл уже раздобыл для нас несколько плотов. Завтра надо забрать их.

Билл, старинный друг отца, владел ремонтными мастерскими на берегу и имел магазин, где торговали в том числе и оснасткой для путешествий по реке. Это он не переставал подначивать отца, уверяя его, что тот может вернуться на реку в любой день, стоит только захотеть, и снова попробовать себя в роли плотогона. И это вопреки тому, что врачи категорически запретили отцу даже думать об экстремальных спусках на плотах.

– Папа, давай посмотрим правде в глаза! – Алисия сделала глубокий вдох, словно готовясь к прыжку в неизбежное, и слова полились сами собой: – Люди вручают нам свои жизни, и они должны нам доверять, а они больше не верят в то, что мы сможем обеспечить их безопасность. Они вовсе не ждут, чтобы мы открыли сезон. Напротив! Они страстно желают, чтобы мы раз и навсегда захлопнули двери своей конторы.

Лицо отца стало белым как мел.

– Подожди! Вот вернемся на реку, и все наладится. И люди снова поверят в нас. Всего лишь один несчастный случай за шестьдесят лет. Совсем неплохая статистика, черт меня дери! Да и тот инцидент, он ведь не по нашей вине случился.

Это с какой стороны посмотреть на все случившееся, подумала про себя Алисия, но не рискнула развить тему.

– Нам в затылок дышат конкуренты: они предлагают своим клиентам туры по горным рекам всей страны. Взять хотя бы «Уайлд Ривер Турс». У них даже свой вебсайт имеется. И им нужны и наши маршруты, и наши реки. Как можно в одиночку конкурировать с крупным
Страница 2 из 22

бизнесом?

– Как-нибудь можно! Найдем выход! Я их не боюсь. Да и реку мы знаем лучше всех на свете. Она всегда кормила нас. Река – это наша жизнь!

– Порой она же и забирает ее.

Напоминание было вполне уместным. В минувшем году отец получил травму, а двадцатидевятилетний Брайан Фарр, из местных, погиб во время одного из спусков: перевернулся плот. Да и сама Алисия чуть не утонула. Она снова зябко поежилась, вспомнив те страшные мгновения, когда оказалась в воде.

– Пошли в дом, – неожиданно переменила разговор Алисия. – Холодает.

– Иду. – Отец снова устремил взгляд на воду. – Река, она такая. Она всех нас испытывает на прочность. Хочет знать, достойны ли мы ее.

– Значит, мы оказались недостойны.

– Ничего. В следующий раз исправимся! – Отец вдруг взмахнул кулаком и шутливо погрозил реке. – Ты с норовом, да и я не простак. Мы еще посмотрим, кто кого! Я так просто не сдамся!

Отец часто разговаривал с рекой так, словно она была одушевленной. Мать в свое время часто жаловалась, что ее муж женился не на ней, а на реке. Наверное, поэтому мать и бросила их, когда Алисии исполнилось всего двенадцать лет. Не смирилась с тем, что в сердце мужа она всегда лишь на втором месте после реки.

Послышался лай собаки. Алисия подняла голову и посмотрела в сторону дома. Ее девятилетний сын уже вскарабкался по сходням на причал в сопровождении своей неизменной спутницы, золотистой охотничьей собаки по кличке Сэди. Сэди пребывала в крайне возбужденном состоянии.

– Дедушка! – завопил Джастин еще на подступах к ним. – Я закончил собирать лодку, ту, которую прислал мне дядя Роби.

Сын увлекался моделированием. Все последние дни он корпел над сборкой очередной модели. Несколько месяцев тому назад сборочный комплект прислал Джастину брат Алисии. Предполагалось, что сборкой модели они займутся вместе, когда Роби выйдет на гражданку после службы в морской пехоте. Но Роби был убит в военных действиях на другом конце света, когда до истечения контракта оставалось всего лишь шесть дней. Всего лишь шесть дней, и он вернулся бы домой живым и невредимым. Какая ужасная несправедливость! Трудно смириться с такой нелепой смертью.

Да, за последние несколько месяцев удары сыпались на их семью со всех сторон. Можно сказать, земля закачалась под их ногами. Но Алисия старательно делала вид, что ничего страшного не происходит и она справится с любой бедой. Ведь именно этого ждали от нее близкие.

– Взгляни, дедушка! Я сам все сделал! – похвастался Джастин, протягивая деду готовую модель. Тот взял лодку и принялся внимательно рассматривать ее.

Джастин так похож на ее погибшего брата-близнеца, с горечью подумала Алисия, глядя на сына. Те же веснушки на щеках, золотисто-каштановые кудри, голубые глаза, которые сейчас светились откровенной гордостью за собственные успехи.

Впрочем, у нее самой глаза тоже голубые, такие же, как у Роби. Но в остальном они с братом были мало похожи друг на друга. Она – типичная блондинка, с копной золотистых кудрей, и никаких веснушек на загорелом лице. Да и ростом похвастаться не может. На фоне длинного, как жердь, Роби она всегда казалась малышкой. Алисия представила улыбающееся лицо брата и почувствовала, как больно заныло сердце. Почему-то в своих воспоминаниях она видела брата только улыбающимся: широкая белозубая улыбка, бездна обаяния, которым полнилась вся его личность. Да, он был именно таким – ярким, неординарным, светлым. Воистину, он был для их семьи солнцем. Но вот солнце померкло, и вокруг стало темно.

– Хорошая работа, – похвалил внука Джордж.

– Мама, можно, я испытаю ее на воде? – Мальчуган метнул на мать умоляющий взгляд.

– Уже поздно. А у тебя еще уроки не сделаны. Да и мне нужно приготовить обед. Завтра испытаем.

– Но мамочка! – Лицо мальчугана вытянулось от разочарования.

– Пусть испытает! – заступился за внука дед. – А уроки никуда не денутся.

Конечно, их двоих не переспоришь, подумала Алисия. Отец умел вступать в мужские коалиции, то с Роби, то с Джастином. И всегда против нее. Трудно все же быть единственной женщиной в доме, где полно мужчин. А уж сомневаться в мужских качествах отца не приходилось, да и брат был настоящим мужчиной. Конечно, она тоже росла сорванцом, но при том оставалась женщиной. Вот и сейчас Алисия почувствовала себя уставшей, вымотанной донельзя женщиной, у которой забот полон рот. Да и поводов для переживаний хватает. Так почему же она только что сказала им: «Хорошо! Будь по-вашему»? Ведь она же собиралась ответить «нет!».

Джастин опрометью бросился к берегу. Отец медленно побрел следом. Мальчик сел на корточки и спустил лодку на воду. Алисия услышала, как в офисе зазвонил телефон.

– Ступай ответь! – приказал ей отец. – А я пока присмотрю за Джастином.

Она бегом ворвалась в комнату и схватила телефонную трубку. Звонил Кейт Эндрюс, с которым она встречалась последние несколько месяцев. Кейт и его десятилетний сын Дэвид перебрались к ним в городок в сентябре, в самом начале учебного года. Кейт преподавал в школе историю, а еще тренировал футбольную команду старшеклассников. Дэвид учился в одном классе с Джастином, и мальчишки быстро сдружились. В свою очередь, и у Алисии с Кейтом обнаружились общие интересы. Правда, в последние несколько недель ей было не до свиданий.

– Наконец-то я до тебя дозвонился! Весь день названивал на твой мобильник, но он молчит.

– Извини! Я забыла подзарядить его.

– В последнее время это с тобой случается постоянно.

Что правда, то правда, подумала Алисия. Быть может, подобная забывчивость связана с тем, что ей не хочется ни с кем говорить. С кем хотелось бы, тех – увы! – уже нет.

– Что-то случилось? – равнодушно поинтересовалась она.

– Мне сказали, что у тебя в воскресенье день рождения. Ты ведь не соизволила посвятить меня в такие подробности своей личной жизни. Спешу пригласить тебя на ужин.

Вот вам и еще одна причина не заряжать мобильник! Разве ей сейчас до увеселительных мероприятий?

– Спасибо за приглашение, но мы ничего не празднуем. У меня сейчас не то настроение.

– Зато Джастин не против поучаствовать в нашей вечеринке.

– Понятное дело! Но мне претит сама мысль о том, что я стану отмечать день рождения, а брат его уже не отметит. Я вообще хотела бы вычеркнуть этот день из своей жизни.

– Понимаю. Тогда у меня к тебе еще одно предложение. Отпусти Джастина к нам на выходные. Пусть мальчишки нагуляются, а потом отоспятся всласть. Воскресенье – подходящий день для этого.

– А в школу не проспите в понедельник?

– Не волнуйся! Успеем, я сам отвезу ребят в школу. Мне очень хочется помочь тебе, Алисия, хоть самой малостью. С нашими парнями я управлюсь.

Что ж, идея неплохая, подумала про себя Алисия. Хоть один день ей не надо будет притворяться веселой и беззаботной, что она постоянно делает ради сына.

– Звучит заманчиво, – обронила она вслух. – Но для начала приходите с Дэвидом сегодня вечером к нам на ужин. Тогда и обсудим наши планы на выходные. Насколько мне известно, в субботу начинается фестиваль, посвященный празднику города и началу весны. Наверняка мальчики захотят поучаствовать в разных состязаниях и конкурсах. – Алисия услышала громкий лай собаки и крики с берега. – Прости, мне надо идти.
Страница 3 из 22

Поговорим позже, ладно?

Она повесила трубку и заторопилась к реке. Отец вскарабкался на одну из прибрежных скал, Сэди заливалась громким лаем, а Джастин…

Кровь ударила в голову. Джастин на животе подполз к самому краю огромного валуна, пытаясь поймать лодку, которую бурным течением реки стремительно уносило прочь от берега.

– Джастин! Немедленно слезь! – громко закричала Алисия, свирепо зыркнув в сторону отца. – Зачем ты разрешил ему взбираться туда? Ты же знаешь, что многие валуны легко скатываются вниз, прямо в реку.

– Он сам сиганул. Я и глазом не успел моргнуть, как он уже сидел наверху.

Так уж и не успел, раздраженно подумала Алисия. Папина методика воспитания была ей хорошо известна: мальчишки должны расти настоящими мальчишками.

– Немедленно слезай! – снова приказала она Джастину. – Тебе ведь хорошо известно, я не разрешаю лазать по прибрежным скалам.

– Мамочка! Но надо же как-то спасти лодку! – взмолился мальчуган. – Ведь это же подарок дяди Роби! Я не могу потерять его!

На лице сына отразился страх. Он действительно боялся лишиться последнего подарка от своего любимого дяди.

– Я сама вытащу лодку из воды! – решительно сказала Алисия. – А ты слезай. Только, смотри, осторожно!

Она сбросила туфли, закатала джинсы и, схватив палку подлиннее, устремилась к воде. Не мешкая, она шагнула в реку: холодная вода обожгла ступни ног. Вода бурлила, обдавая ледяными брызгами голые щиколотки. Алисия сделала глубокий вдох и вдруг почувствовала необъяснимый ужас. Она замерла в оцепенении, не в силах пошевелиться. Что это? Откуда этот панический страх? Ведь она – отличная пловчиха, да и реку знает как свои пять пальцев. Чего же она боится?

Она услышала, как кричит Джастин, отчаянно умоляя ее поспешить. Лодку уносило все дальше и дальше от берега. Сэди своим лаем пыталась перекрыть крики сына. И отец тоже что-то кричал Алисии, а она продолжала неподвижно стоять в воде, чувствуя, как бешено колотится в груди сердце.

Целых полгода Алисия не входила в воду. С того самого дня, когда случилась та трагедия. Сколько раз она мысленно прокручивала события того страшного дня. Сколько раз с ужасом вспоминала, как отчаянно пыталась выбраться из круговерти, нащупать под ногами твердое дно, ухватиться хоть за что-нибудь, чтобы вынырнуть из-под воды наружу.

За спиной послышался всплеск воды. Она оглянулась. Какой-то мужчина бросился прямо к лодке. В том месте, где он успел ухватить ее, вода была уже по пояс, но он схватил лодку одной рукой, а второй принялся грести, добираясь до берега почти вплавь. Но прежде чем выйти на берег, он подплыл к Алисии и схватил ее за руку, а потом потащил за собой. Какая железная у него хватка, подумала Алисия, вглядываясь в знакомое лицо, расплывающееся в сгущающихся сумерках. Конечно же, это Гейб Райдер. Гейб Райдер собственной персоной. Глянув в его темные глаза, она непроизвольно почувствовала холодок в груди. Густые, слегка вьющиеся каштановые волосы, карие глаза, черты лица, словно высеченные из камня. Да, это он, Гейб Райдер.

А ведь она ждала его все последние три недели, с того самого момента, как им сообщили о смерти Роби. Она даже мысленно успела выучить все слова, которые собиралась сказать Гейбу. И то, о чем спросить, тоже. Но вот он стоит рядом, а она молчит, начисто перезабыв все выученные слова.

– Вперед! – скомандовал он. – Не отставать! – И силой потащил к берегу.

Так, не выпуская ее руку из своей, Гейб и вытянул Алисию на сушу. И только почувствовав под ногами землю, Алисия обрела некоторую уверенность и тут же вырвала руку.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она с вызовом.

– Тебя спасаю.

– Меня не нужно спасать. Все отлично!

– Правда? Вот только видок у тебя хуже некуда.

Подбежал Джастин, потом подошел и отец, последней примчалась Сэди.

– Твоя? – поинтересовался Гейб, протягивая лодку Джастину.

– Спасибо! – прочувствованно воскликнул мальчуган. – Вы спасли ее!

– Молодец! – сдержанно похвалил Гейба отец. – Навряд ли Алисия успела бы добраться до лодки вовремя.

– Да я уже приготовилась, – начала она в свое оправдание, прекрасно понимая, что и отец, и сын видели, как она испугалась, не решаясь вступить в реку и замешкавшись у самой кромки воды. Отец воспитывал дочь в строгости, без всяких там сантиментов. «Будь сильной, не плачь, учись терпеть боль», – поучал он ее с детства, словно она была не девочкой, а таким же мальчишкой, как и ее брат. И вот сегодня, вопреки всем полученным урокам, она дала слабину. Струсила! И сама мысль о собственной слабости приводила ее в бешенство. – Откуда ты здесь взялся? – круто переменила разговор Алисия, обращаясь к Гейбу.

– Я взялся непосредственно из вашего дома. Позвонил в дверь, никто не ответил. Услышал крики, лай собаки и подался к реке.

– Почему не приехал на похороны?

– Прости, не получилось. Мне очень жаль.

– Алисия! – Отец бросил на дочь заинтригованный взгляд. – Почему ты не знакомишь нас с молодым человеком?

– Потому что ты прекрасно знаешь этого молодого человека! – насупилась Алисия. – Это же Гейб Райдер, лучший друг нашего Роби. Говорили, не разлей вода. По идее, он всегда должен был быть рядом с другом. А по жизни получилось так, что он ничего не сделал, чтобы спасти Роби.

Несмотря на смуглую кожу, лицо Гейба стало смертельно бледным, но он промолчал и, повернувшись к Джорджу, скупо обронил:

– Мистер Хейден, примите мои самые искренние соболезнования.

– Вот теперь я вас вспомнил! – ответил тот и задумчиво кивнул. – Несколько лет тому назад вы гостили у нас на Рождество. Простите великодушно, не признал сразу.

– Ничего страшного. Я рад снова навестить вас.

– Роби всегда отзывался о вас в самых лестных тонах. Ваше имя мелькало в каждом его электронном письме.

– Роб был отличным парнем, пожалуй, лучшим из нас! – Гейб повернулся к Джастину. – А ты меня помнишь, Джастин? В мой прошлый приезд ты был еще совсем малыш.

– Наверное, помню, – смутился мальчуган и неожиданно добавил: – А как так получилось, что вы, лучший друг дяди Роби, не смогли защитить его?

Повисло неловкое молчание. Алисия уже пожалела о своей внезапной вспышке. Напрасно она упрекнула Гейба, да еще в присутствии сына, но слово – не воробей… Впрочем, что сказано, то сказано. Она и в самом деле возлагала на Гейба всю вину за гибель брата. Ведь Гейб же обещал ей, что, в случае чего, всегда будет рядом с Роби.

– На войне не все так просто, – подал голос Джордж Хейден. – Пошли в дом, Гейб. Вам надо переодеться во что-то сухое. Оставайтесь с нами на ужин. И одежда ваша пусть просохнет.

– Спасибо, но я…

– Никаких «но»! – решительно перебил его Хейден. – Друг Роби – это и наш друг. – Он бросил выразительный взгляд на Алисию и повернулся к внуку. – Пошли, Джастин! Поможешь мне подняться по ступенькам.

Отец в сопровождении мальчика начал подниматься вверх по склону. Сзади за ними неотступно плелась Сэди. Алисия бросила на Гейба долгий изучающий взгляд, но он выдержал его и не отвел глаза в сторону. Впрочем, трудно было понять по выражению этих карих глаз, о чем он думает. Так было всегда. Так было и сейчас.

– Так все же, почему ты не приехал на похороны? – повторила она свой вопрос.

– Я сопровождал домой одного раненого
Страница 4 из 22

сослуживца, тоже из нашего подразделения. Он получил боевое ранение в той же переделке, в которой погиб и Роб. Какое-то время парень лежал в госпитале, и я неотлучно был при нем. Не хотел бросать его одного.

– Вот ведь как получается! Роби убит, тот парень ранен, а ты хоть бы хны! Ни единой царапинки! – Алисия почувствовала новый прилив бешенства. Ей вдруг страстно захотелось излить всю свою злость на любого, кто подвернется. Какой же несправедливой оказалась судьба к ее брату. Что ж, лучшего объекта для нападок, чем Гейб, и не придумаешь. – И как же тебе удалось остаться живым и невредимым в той, как ты ее называешь, «переделке»?

Гейб подавил тяжелый вздох.

– Бог его знает как! Поверь мне, Алисия, я отдал бы все на свете за то, чтобы вместо меня на этом месте сейчас стоял Роб.

– Не верю! – На глаза Алисии навернулись слезы. – Не верю ни единому твоему слову! Ты обещал мне заботиться о Роби. Помнишь, мы стояли на крыльце, – Алисия кивнула в сторону дома, – и ты сказал мне, что сделаешь все от тебя зависящее, чтобы Роби вернулся домой живым? Помнишь?

– Все я помню! Я помню весь тот день до мельчайшей подробности! – Гейб плотно сжал губы. В его глазах читалась боль.

По спине Алисии пробежал противный холодок. Ведь в тот день они с Гейбом говорили не только о Роби.

– И не надо лишний раз напоминать мне о том, что я не выполнил своего обещания. Я и сам это прекрасно знаю.

Алисия почувствовала, что переборщила. Она несправедлива к Гейбу. Разве можно обвинять его в гибели брата? Но на ком еще может она разрядиться? Излить всю скопившуюся в ней ярость? Враг, тот, кто отнял жизнь ее брата, не имеет ни имени, ни лица. Руководство морских пехотинцев даже не удосужилось объяснить Алисии, как и при каких обстоятельствах погиб ее брат. Коротко сказали, что Роби вел себя геройски и она может гордиться своим братом. А что ей с той гордости?

– Расскажи мне, как погиб Роби! – потребовала она.

Гейб отрицательно мотнул головой:

– Не могу.

– Можешь! Ты должен! Ты обязан рассказать мне всю правду!

– Это военная тайна.

– Плевать я хотела на все ваши тайны! Погиб мой брат, мой брат-близнец! И я должна знать правду о его гибели. Как я могла не почувствовать, что Роби угрожает опасность? – с запоздалым раскаянием воскликнула она. – Ведь я всегда все чувствовала. Всегда! Между нами была особая связь, которая бывает только у близнецов. А в тот проклятый день я ничего не почувствовала! Ни-че-го! Почему?

– Как ты могла почувствовать что-то, когда мы находились на другом конце света?

– Какое это имеет значение?

Гейб бросил на Алисию долгий взгляд.

– Не думаю, что Роб захотел бы, чтобы ты узнала, через что ему пришлось пройти. Может, он сам, сознательно, каким-то образом блокировал вашу двустороннюю связь.

– То есть ты мне ничего не скажешь?

– Прости. – Он участливо посмотрел на нее. – Но нет.

– Тогда убирайся ко всем чертям! Выразил свои соболезнования – и проваливай на все четыре стороны!

– Не сейчас! Не сразу. Я кое-что пообещал твоему брату.

– Что именно?

– Где-то за месяц до своей гибели Роб поделился со мной планами на будущее. Сказал, что хочет вернуться домой и помочь вам с отцом спасти бизнес. Он очень переживал за вас после всех этих грустных событий. Буквально считал дни до конца службы, так рвался домой. Он ведь вас очень любил.

Ее глаза затуманили слезы.

– Знаю. Роби всегда был жутко ответственным человеком, еще до службы в армии.

– Так вот, он попросил меня, в случае чего, приехать к вам и подставить свое плечо.

Алисия напряглась от неожиданности.

– Мне не нужна твоя помощь.

– Правда? – Он посмотрел на нее долгим изучающим взглядом. – Тогда что там было только что, в реке? Ты ведь стояла в воде как вкопанная.

– Не говори ерунды!

– Это ты не говори. А я-то прекрасно знаю, что такое страх.

– Глупости! Я не боюсь реки. Я выросла на ней!

– И в прошлом году едва не утонула.

– Откуда ты знаешь? Я никогда не рассказывала об этом Роби.

– Значит, это сделал кто-то другой. Быть может, твой отец.

– Ему я тоже не рассказывала во всех подробностях, что я тогда пережила. Он сам в это время барахтался в воде, борясь за собственную жизнь. Где ему было до моих переживаний! – Алисия увидела, как вспыхнули глаза Гейба, и поняла, что сказала слишком много. – Во всяком случае, я со всем справилась, и теперь все отлично. Отцу тоже стало гораздо лучше. Так что мы потихоньку двигаемся вперед.

– Вам нужна помощь. И я пообещал Роби помочь вам. И слово свое сдержу.

– Считай, что ты уже помог. Спас лодку Джастина. Можешь отправляться домой.

– А я и так дома! – Гейб извлек из кармана связку ключей. До боли знакомую связку. Алисия почувствовала странную пустоту в желудке. Это же ключи Роби от его дома! И его брелок.

– Ни за что! – сказала она как отрезала. – И не мечтай, что ты поселишься в доме Роби!

– Отныне это и мой дом. Так мне сказал Роб.

Алисия была потрясена. Дом, принадлежавший Роби, издавна был их семейным достоянием. Несколько поколений Хейденов жили в этом доме. Неужели ее брат подарил свой дом лучшему другу?

– Не верю я тебе! – воскликнула она с вызовом. – Этот дом построил еще мой прапрадед. Роби не мог отдать его тебе просто так, ни с того ни с сего!

– У меня есть письмо от твоего брата, которое все объясняет.

– Нет, не может быть! Тут какая-то ошибка, не иначе. Ты, наверное, с ума спятил, если решил, что я позволю тебе войти в дом Роби. Вторгнуться в его прошлую жизнь.

– Это ты спятила, вообразив, что я брошу все и уеду прочь, не выполнив своего обещания, – стальным голосом проговорил Гейб, и взгляд его тоже стал холодным, как сталь.

– Ты здесь не нужен, Гейб.

– В мой прошлый приезд ты была иного мнения.

Алисия нервно сглотнула подступивший к горлу комок. Она вдруг отчетливо вспомнила тот холодный зимний день, нарядную рождественскую елку в гостиной, ветки белой омелы над входной дверью в дом, жаркое пламя камина, возле которого они с Гейбом согревали друг друга в объятиях.

– Что было, то прошло! С тех пор минуло уже целых три года. Подумаешь, на неделю оба потеряли голову. Ты и сам, когда уехал, ясно дал мне понять, что у наших отношений нет будущего.

«К несчастью, – подумала она про себя, – мне потребовалось очень много времени, чтобы осознать это самой».

Он снова впился в нее пристальным взглядом.

– В одном ты права, Алисия. Все в прошлом. Но сейчас я снова здесь и не собираюсь никуда уезжать.

Гейб круто развернулся и побрел вверх по склону.

– Значит, ты приехал спасать меня, да? – крикнула она ему вдогонку.

– Да! – Он обернулся и метнул в нее быстрый взгляд.

– А кто тогда будет спасать меня от тебя?

Алисия увидела, как поднялась его грудь, когда Гейб вобрал в себя очередную порцию воздуха. Он молча отвернулся и зашагал прочь.

Как же она ненавидела в этот момент его самоуверенную физиономию, решительную походку, неприступный вид. Впрочем, как бы она ни старалась возненавидеть Гейба, как бы ей того ни хотелось, она не могла.

Алисия перевела взгляд на реку, жадно глотая ртом воздух и пытаясь успокоить расходившиеся нервы. Все правда! Ее потянуло к Гейбу с первой же минуты, как она его увидела. Эти темные волосы, карие глаза, казавшиеся бездонными из-за своего насыщенного цвета. А ведь
Страница 5 из 22

брат советовал ей держаться от Гейба подальше. Говорил, что у его друга характер еще тот, что он может играючи обидеть любую женщину просто так, ни за что. Но Алисия нутром почувствовала, что Гейбу тоже нужна ласка, что он хочет быть любимым, хотя это отнюдь не означало, что он подпустит ее к себе достаточно близко или позволит любить себя. Он держал Алисию на расстоянии вытянутой руки, с самого начала четко дав понять, что для него она прежде всего сестра Роби. А следовательно, особа неприкасаемая. А потом между ними случилась одна безумная ночь, которую Алисия не забудет до конца своих дней.

Она тряхнула головой, словно пытаясь отогнать от себя нахлынувшие воспоминания. Что толку растравлять душу? Сегодня они с Гейбом чужие люди, и ей не нужна его помощь. Впрочем, лукавить тоже не стоит. Помощь-то ей как раз нужна позарез. Алисия скользнула взглядом по дворовым постройкам. Вон валяются плоты, которые нужно подремонтировать, краска на здании вся облупилась, на пирсе пора менять настил, половина досок сгнила, остальные поломаны. Да, помощь им нужна, но только не от Гейба. Что он смыслит в их деле? Ах, если бы Роби был жив! Брат знал в городе всех. Люди относились к нему с уважением, любили его. Вот он бы точно сумел снова наладить их бизнес, вдохнуть в него новую жизнь. А что Гейб? Что он умеет? Разве что воевать!

Гейб вытер полотенцем руки и уставился на собственное отражение, разглядывая себя в зеркале, висевшем в ванной комнате. Джордж принес ему два теплых свитера синего цвета. Явно форменные вещи из обмундирования морпехов, подумал Гейб, переодеваясь в сухое. Потом отец Роба предложил пропустить по стаканчику, пока сохнут джинсы. Гостеприимство старого Хейдена озадачивало. С чего это он так расшаркивается перед ним? Уж лучше бы встретил в штыки, как Алисия.

Ее реакция, впрочем, тоже была понятна Гейбу. Да и все ее упреки – ничто в сравнении с тем, как казнит себя он сам. Сколько раз он мысленно прокручивал в памяти события того трагического дня. И снова его обдавало нестерпимым зноем пустыни, и пот из-под каски стекал ручьями по лицу, а вокруг рвались снаряды, слышался визг тормозов, противно пахли горящие покрышки. Потом внезапный столб пламени и удивление, застывшее во взгляде Роба, когда он упал на землю. Хаос, паника и слишком много крови…

Гейб плеснул себе в лицо холодной водой, пытаясь унять разгоряченное воображение. Ночью все повторится снова, и он будет заново переживать все перипетии того страшного боя, но ночью, во всяком случае, он будет один. Он не имеет права распускаться в присутствии Алисии и ее близких. Все терзания он отложит на потом, а поутру снова напустит на себя неприступный вид.

Гейб еще раз внимательно вгляделся в свое лицо: несколько шрамов на лбу, возле самой кромки волос, глубокий шрам на подбородке. Заныли ребра, простреленные шрапнелью. Но что все эти мелочи в сравнении с той болью, которую он чувствует, потеряв друга? Они были неразлучны шесть лет: вместе жили, вместе воевали, вместе проводили свой досуг. Теперь все кончено.

Гейб отшвырнул полотенце. Хватит распускать нюни! Не может же он торчать в этой ванной до скончания веков.

Конечно, он догадывался, какой трудной будет его поездка к родным друга. Но то, что она будет настолько трудна, он и предположить не мог. И не только из-за Роби, но в первую очередь из-за Алисии. Гейб долго и мучительно пытался забыть события той ночи, которая никак и никогда не должна была случиться в его жизни. Целых три года он заставлял себя не слушать Роби, когда тот заводил речь о сестре. А когда он выходил с Алисией на видеосвязь, то Гейб всегда предусмотрительно сбегал куда-нибудь по делам. Он даже выбросил все групповые снимки, на которых была запечатлена и Алисия. Вот только выбросить ее из собственного сердца он никак не мог.

И вот она снова предстала перед ним во всем своем великолепии: роскошные золотистые волосы, глаза цвета небесной лазури, пухлые алые губы.

Черт-черт-черт! Самое время остановиться! А ведь за три года он уже успел подзабыть, как она хороша собой. Но вот встретила его она плохо. Судя по всему, она его ненавидит. Что только к лучшему. Она и думать забыла о нем как о своем мужчине. И уж тем более не воспринимает его в этом качестве сегодня. Ему нужен барьер между ними, а ненависть – отличный барьер.

Выйдя из ванной, Гейб направился в гостиную. Собственно, это была и гостиная, и столовая: кухня находилась тут же, отгороженная от жилой комнаты декоративной аркой. Алисия хлопотала возле плиты. Нервозные движения выдавали скрытое напряжение. Видно, Алисии была ненавистна сама мысль о том, что она готовит трапезу для Гейба. А может, разозлило то, что он увидел ее в момент, когда она потеряла самообладание и проявила малодушие, испугавшись реки. Алисия смотрела на бурные потоки воды, закручивающиеся вокруг ее ног, с таким ужасом, словно то были чудовища, намеревавшиеся утащить ее на дно. Судя по всему, психологическая травма, полученная во время прошлогоднего несчастного случая, оказалась много серьезнее, чем это представлял себе Роб.

– Вот ваше пиво! – обронил Джордж, кивнув на бутылку, стоявшую на журнальном столике.

– Спасибо! – Гейб уселся на диван, а Джордж полулежа устроился на кушетке, удобно вытянув ноги. По телевизору шли местные новости. Уютная семейная обстановка, и это так непривычно! Почти все свое детство Гейб скитался по чужим углам, не имея собственного дома, лишь изредка попадая под семейный кров своих друзей-приятелей. Ночлежки, бараки, где за каждым углом его подстерегали опасность и даже смерть, если не будешь все время начеку. Потом его жизнь переместилась в армейские казармы. В отпуск он чаще всего отправлялся куда-нибудь поразвлечься с друзьями. Когда в последний раз он был вот в таком обычном доме, в котором живут обычные люди и наслаждаются обычным домашним уютом? Хейдены собрались в ожидании вечерней трапезы, и Гейб остро почувствовал себя лишним в их компании.

Он вдруг вспомнил, когда был в этой комнате в последний раз. Роб пригласил его к себе домой на рождественские праздники. Гостиная была украшена до самого потолка, большая рождественская ель занимала весь угол комнаты, прямо под ней проворно сновали поезда игрушечной железной дороги. Везде на полках красовались нарядные Санта-Клаусы в сопровождении не менее нарядных спутниц-Снегурочек. Некоторые гордо восседали на резных санях, другие стояли во весь рост. Над камином висела гирлянда из разноцветных поздравительных открыток. Роб еще тогда шутил, что Алисия готова расшибиться в доску, только бы Рождество удалось на славу. И оно удалось! Это было лучшее Рождество в жизни Гейба. К сожалению, новый год оказался гораздо хуже.

– Проголодались? – поинтересовался у него Джордж. – Ужин будет готов через пару минут. Но можно перекусить, если желаете.

– Нет, спасибо, я не голоден.

Гейб кинул взгляд в сторону кухни. Алисия откинула на дуршлаг спагетти, над миской начали медленно подниматься клубы пара, и на светлых волосах хозяйки моментально образовались спирали завитушек. А она здорово похудела, подумал Гейб, разглядывая ее хрупкую фигурку. Вся словно светится, и этот усталый наклон плеч, будто она тянет на своей спине страшно тяжелую и непосильную
Страница 6 из 22

для себя ношу.

– Не обижайтесь на Алисию, – вдруг неожиданно произнес отец Роби. – Она вовсе не имела в виду то, что сказала.

Гейб искоса взглянул на старого Хейдена. Казалось, тот всецело был поглощен телевизором.

– Я ее прекрасно понимаю, – ответил Гейб. – И не обижаюсь.

– Дочка все еще никак не может смириться с потерей Роби. Мы все не можем. В подобной ситуации так хочется взвалить всю вину за случившееся на любого, кто подвернется под руку.

– Я тоже никак не могу смириться с мыслью о том, что Роби больше нет, – угрюмо ответил Гейб.

– Алисия и Роби были очень близки. Они так тонко чувствовали друг друга. Бывало, только кто-то из них откроет рот, а другой уже знает, что тот скажет. Его гибель потрясла ее. Я и представить себе не мог, что она будет так переживать. А у вас есть братья?

– Нет. Но я считал Роби своим братом.

– Он тоже называл вас своим братом. Он всегда рассказывал нам о вас, когда приезжал домой на побывку. И о других своих однополчанах тоже. Сказать честно, я никогда не понимал, почему он решил податься в морпехи, почему выбрал для себя военное поприще. Но я гордился им. И всеми вами гордился. – Джордж слегка откашлялся. – Никогда не думал, что потеряю на войне собственного сына! – Хейден плотно сжал губы и недоуменно покачал головой. – Но это был его собственный выбор, и это хоть немного примиряет меня с утратой.

Оба замолчали, и пару минут в комнате царила тишина. Гейб сделал глубокий вдох. Пора посвятить старика в свои дальнейшие планы.

– Роби рассказал мне, что у вас возникли кое-какие проблемы на фирме. Он всем сердцем рвался к вам. Хотел поскорее вернуться домой и помочь. В последнее время все его мысли были заняты только вами и сестрой. Он отдал мне ключи от своего дома. Взял с меня слово, что, в случае чего, я приеду в Ривер-Рок и подставлю вам плечо. И вот сейчас я хочу выполнить обещание.

Джордж ошарашенно воззрился на него.

– То есть вы хотите сказать, мой сын знал, что может погибнуть?

Вопрос застал Гейба врасплох. Он снова вспомнил те последние мгновения, когда они с Роби оба поняли, что Роб умирает. Правда, Гейб старался в тот момент оттянуть неизбежное, даже пытался шутить, рассказывал какие-то небылицы, надеясь убедить друга в том, что все обойдется. И Роб молча слушал его байки. Он даже вяло пошутил, что никогда еще не слышал столь убедительных небылиц и что Гейб просто превзошел самого себя.

От этих воспоминаний к горлу подкатил комок, и Гейб почувствовал, как стало больно дышать. Отпустит ли его когда-нибудь эта ноющая боль? Джордж ждал ответа, устремив на него свой немигающий взгляд.

– Да, Роб понимал, что умирает. Он хотел, чтобы я сказал вам, как сильно он всех вас любил.

– Расскажите об этом Алисии.

– Обязательно. Но не сейчас. Я скажу ей, когда у нее появится настроение слушать меня.

– Мы так в полной мере и не осознали, что случилось на самом деле. Ведь все произошло за тридевять земель отсюда. А потому смерть Роби показалась всем нам нереальной. Его тело доставили домой в цинковом гробу. Мы даже не видели его.

– Тем лучше! Вы всегда будете помнить его живым.

– Вы правы. Таким я его и помню. Мой сын всегда был в хорошем настроении, всегда улыбался, всегда излучал оптимизм. Никого никогда не обидел, слова дурного ни о ком не сказал. – Джордж немного помолчал. – А помощь нам и правда нужна. Я в последнее время приболел и уже не могу управляться со всеми делами так, как раньше. Конечно, я очень надеялся на сына, думал, он поможет нам снова встать на ноги. Алисии одной со всем не управиться. Да у нее и Джастин на руках.

– Тогда позвольте мне. Я с радостью помогу вам. А как только дела пойдут на лад, я верну вам дом и уеду отсюда. Я в курсе того, что дом принадлежит вашей семье уже на протяжении нескольких поколений.

– Дом принадлежал Роби. И он был волен распорядиться им по собственному усмотрению. А вдруг вам у нас понравится и вы решите остаться? Ривер-Рок – отличное место для жизни. Наша семья обосновалась в этом городке более ста лет тому назад, если вы не знаете.

Гейб знал об этом. Знал и удивлялся тому, что люди могут пускать такие глубокие корни, живя на одном месте. Пожалуй, он никогда бы так не смог.

– Мой прапрадед построил вот этот дом, – продолжил Джордж свой экскурс в прошлое. – А дед построил дом, который потом перешел к Роби. В миле отсюда мой дядя построил еще один большой дом. В нем сейчас живет мой племянник.

Интересно, а почему у Алисии нет своего дома, подумал Гейб. Но этот вопрос он не рискнул задать, оставив его на потом. Джордж продолжал неспешно рассказывать ему о своей родне, но внимание Гейба снова переключилось на Алисию. Внезапно она подняла голову и перехватила его взгляд. Какое-то время Алисия тоже смотрела на него, и в ее красивых голубых глазах читалась мольба. Алисия умоляла Гейба уйти. И не просто уйти, а уехать прочь навсегда. «Нет, не сейчас, – подумал он. – Еще не время. Придется ей немного потерпеть мое присутствие».

– Пойду взгляну, не нужна ли Алисии помощь, – проговорил он нарочито веселым тоном, поднимаясь с дивана и направляясь в сторону кухни.

При его появлении Алисия недовольно нахмурилась.

– Я и правда очень хочу, чтобы ты уехал. Твое присутствие здесь еще более накалит обстановку. Наверняка появятся новые сложности.

– Не могу! Я обещал. Это не входило в мои планы, но…

– В твои планы редко что входит! Вот и в свой последний приезд к нам…

– Если я тебя чем-то обидел…

– Обидел?! И ты еще сомневаешься в этом?

– Но тогда мне нужно было уехать, Алисия, причем срочно. У меня были обязательства перед другими людьми. Ты не хуже меня знала, что…

Она резко взмахнула рукой, давая понять, что разговор окончен.

– Хватит об этом!

– Но ты сама начала.

– И сама же закончила! – В дверь позвонили, и из груди Алисии вырвался вздох облегчения. – Это, наверное, Кейт, мой приятель! – воскликнула она, слегка споткнувшись о слово «приятель».

– Роб рассказывал мне о нем. Просил присмотреться к парню повнимательнее.

Глаза Алисии вспыхнули нехорошим огнем.

– Кейт – отличный кавалер, и к нему не нужно присматриваться! Учитель, преподает в старших классах, один растит сына. Замечательный человек!

– Наверное, раз ты так говоришь. Но все же ступай открой ему дверь и дай мне убедиться в этом самому, – полушутя бросил Гейб, когда звонок зазвенел вторично.

2

Гейб поплелся за Алисией в холл. Его распирало от любопытства, и одновременно он испытывал нечто отдаленно похожее на ревность. На самом деле о Кейте ему было известно совсем немного. Гейб всегда обрывал разговоры друга, когда тот начинал рассказывать ему об очередных любовных увлечениях своей сестры. Мысль о том, что Алисия может отлично проводить время с другими мужчинами, была нестерпима. И вот через минуту ему предстоит лично познакомиться с одним из таких мужчин.

Алисия широко распахнула дверь, и в комнату вошел высокий сухощавый мужчина лет тридцати пяти. Темно-русые волосы, дружелюбный взгляд светло-карих глаз. Коричневые брюки, рубашка спортивного типа. Впрочем, со стороны он производил впечатление человека, который больше времени проводит в помещении, чем на улице. Рядом стоял мальчуган примерно такого же возраста, как и Джастин. Мальчишка, войдя в холл,
Страница 7 из 22

немедленно бросился на поиски друга.

Алисия прочувствованно сжала руку Кейта.

– Я так рада, что ты пришел! Знакомься! Это – Гейб Райдер, друг моего покойного брата. Гейб! Это – Кейт Эндрюс.

Кейт тепло улыбнулся и протянул руку для рукопожатия.

– Наслышан о вас! Алисия всегда зачитывала мне электронные послания от своего брата, в которых он живописал ваши подвиги.

– Роб, по своему обыкновению, сильно преувеличивал.

– Жаль, мне не довелось познакомиться с ним лично! – тяжело вздохнул Кейт. – Судя по его письмам, он был отличным парнем.

Алисия слегка откашлялась и подала голос:

– Ужин вот-вот будет готов. Надеюсь, вы уже успели проголодаться?

– Просто умираем от голода! – рассмеялся Кейт. – Пойду помою руки. На заправке попался какой-то неисправный насос, все руки в бензине.

– Конечно! Будь как дома! – тоном гостеприимной хозяйки воскликнула Алисия. – Ты же знаешь, где ванная комната.

– Так это, значит, Кейт, – задумчиво обронил Гейб, наблюдая за тем, как тот устремился к ванной.

– Да, это он! – с вызовом ответила Алисия. – И он замечательный мужчина! Добрый, внимательный, ласковый.

– Тогда все в порядке. Именно о таком мужчине для тебя я бы и мечтал.

– Тебе-то что за дело? С какой стати ты станешь мечтать о мужчине для меня? Это моя жизнь, и я разберусь с ней сама. Пора накрывать на стол. Надеюсь, после ужина ты распрощаешься с нами.

«Надейся, надейся», – иронично усмехнулся про себя Гейб. Он распрощается со всеми ними только тогда, когда выполнит свое обещание, и не раньше.

В разговоре за столом доминировали Джастин и Дэвид. Они весело болтали о школьных делах, о бойскаутах, о том, что вот-вот начнется новый бейсбольный сезон. Алисия была рада, что не нужно выдумывать темы для разговора. С того самого момента, как она увидела Гейба, она все время чувствовала себя не в своей тарелке. Она была готова к встрече с ним на похоронах брата, но он не приехал, и тогда она решила, что они вообще больше никогда не увидятся. И вот это его неожиданное появление сегодня, оно застало ее врасплох.

Время от времени она бросала в его сторону косые взгляды, понимала, что он тоже внимательно следит за нею, и тут же в испуге отводила глаза прочь. Гейб всегда смотрел на нее по-особенному, не так, как другие мужчины. От его взгляда земля уходила у нее из-под ног и сердце начинало бешено колотиться в груди. А Алисия-то надеялась, что с прошлым покончено, что ей удалось выбросить воспоминания о нем из своей памяти. Да, одно дело – воспоминания, и совсем другое – живой человек, из плоти и крови, присутствие которого никак нельзя проигнорировать. Она снова метнула взгляд в сторону Гейба и облегченно вздохнула, увидев, что он всецело занят разговором с ее отцом. Что ж, у нее есть пара мгновений для того, чтобы рассмотреть Гейба поподробнее.

Он немного выше Кейта и шире в плечах, и вообще, у него атлетическое сложение, как у настоящего мужчины. Он изменил прическу и слегка отрастил волосы. В свой прошлый приезд он был подстрижен «под ежик». Но после демобилизации решил, видно, перейти на гражданский тип стрижек. Что ж, ему идет. На лице добавилось несколько новых шрамов, один – на подбородке, еще пара – на лбу. Но они отнюдь не портили суровой красоты его лица, сильного статного тела, бездонного взгляда горящих глаз. Ее взгляд скользнул по его широкой груди. Когда-то она лежала на этой груди, ощущала под собой его упругое тело, трогала его накачанные мускулы. Эти воспоминания снова вызвали сладостную истому по всему телу.

Гейб понравился Алисии с первой же минуты их встречи. Ее неудержимо потянуло к нему. После трех дней незамысловатого флирта они впервые поцеловались. То был не поцелуй, а самый настоящий взрыв чувств. Гейб оттолкнул ее тогда от себя и ушел прочь. Но двумя днями позже они уже лежали в одной постели. А потом он уехал.

Алисия сделала еще один глубокий вдох, пытаясь отогнать от себя соблазнительные картинки прошлого.

Гейб повернул голову в ее сторону, и она с вызовом посмотрела на него. В конце концов, она здесь хозяйка, а он – ее гость. Вот пусть и отводит свой взгляд первым! Но Гейб не из тех, кто идет на уступки, даже по таким пустякам.

– Мама, ты меня слушаешь? – прервал ход ее мыслей возглас сына. Она слегка вздрогнула и виновато глянула на Джастина. В его глазах она прочитала явный укор. Видно, он что-то рассказывал ей, а она даже не слышала.

– Прости, дорогой. Задумалась о своем.

– Я спрашиваю, ты отвезешь меня на день рождения в Файф-Эрроуз-Пойнт?

Вполне закономерный вопрос. На подходе десятый день рождения Джастина. А для всех мальчишек их городка посещение Файф-Эрроуз-Пойнт уже давно превратилось в своеобразный ритуал, так сказать, пропуск во взрослую жизнь. В свое время Роби обещал мальчугану свозить его туда, и вот еще одно обещание осталось невыполненным.

Отец заметил растерянность на лице Алисии и поспешил на помощь дочери:

– Она не сможет, Джастин. Она даже не знает, где это.

На самом деле Алисия прекрасно знала, где именно находится желанное место, но предпочитала помалкивать об этом. Всем ведь известно: это заповедная мужская территория и женскому полу вход туда воспрещен.

– Почему? – удивился Джастин.

– Потому что девчонок туда не пускают. Это место – только для мужчин. Там мальчишки становятся взрослыми. В давние времена в Файф-Эрроуз-Пойнт устраивали самые настоящие воинские соревнования.

– Дядя Роби обещал отвезти меня туда на мой десятый день рождения! – У мальчика от огорчения задрожали губы. – Он говорил, что все мальчишки в нашей семье впервые посещали Файф-Эрроуз-Пойнт именно тогда, когда им исполнялось десять лет.

Сердце Алисии сжалось от боли. Как бы ей хотелось утешить сына, но что она может?

– Жаль, что мне пока не под силу такое путешествие, – тяжело вздохнул Джордж. – Но дай мне несколько недель, Джастин. И когда я окончательно оправлюсь, то обязательно повезу тебя в Файф-Эрроуз-Пойнт.

Обещание деда не очень воодушевило мальчика. В его глазах дедушка был уже немощным, больным стариком. Он едва может вскарабкаться по прибрежному откосу вверх. Куда ему до речных приключений? Там ведь придется лазать по скалам, маневрировать на плоту, преодолевая стремительные спуски и бурное течение горной реки.

– О чем речь? Что за место? – заинтригованно спросил Гейб.

Алисия вопросительно глянула на отца:

– Расскажешь, папа?

В глазах отца вспыхнул азартный огонь.

– С удовольствием! В давние времена, еще до завоевания Дикого Запада колонизаторами с Востока, вдоль реки жили многочисленные племена аборигенов. И вот согласно одной из их легенд, у индейцев имелось священное место, где юношей испытывали на прочность и посвящали в воины. Проверяли, насколько они храбры, мужественны, как долго могут сносить лишения. Каждый из них должен был пройти определенным маршрутом и собрать по пути пять наконечников стрел, по числу испытаний, обязательных для каждого посвященного. Отсюда и название места: буквально «Место пяти стрел».

– И что это были за испытания? – не удержался от вопроса Кейт.

– Переплыть горную реку вплавь – раз, найти дорогу домой в непролазной чаще – два, сразиться с диким зверем – три, вынести страшный зимний холод или нестерпимую летнюю жару –
Страница 8 из 22

четыре, наконец, взобраться по отвесной скале на самый верх, откуда открывается просто потрясающий вид на весь каньон. – Джордж уже вошел в роль заправского рассказчика. – Между прочим, многие юноши погибали во время выполнения последнего задания. Срывались со скалы, падали вниз и разбивались насмерть. Согласно легенде, духи свято берегут это место и защищают его от посторонних глаз, некоторых путешественников они даже намеренно сбивают с курса, специально направляя их лодки по ложному пути. Тайна этого места открывается только самым достойным и храбрым воинам.

– А ты сам видел этих духов? – Джастин зачарованно смотрел на деда.

– Не довелось. Но вот твой дядя Роби, тот видел. Он сказал, что у духа на лице был нарисован знак войны. Я ничего не видел. Когда обернулся, дух уже исчез.

– Здорово! – воскликнул Джастин. – Я тоже хочу туда!

– Пожалуйста, охлади свой пыл! – наставительно заметила мать, пытаясь вернуть сына в день сегодняшний. – Стрелы, наконечники, индейцы – все это осталось в прошлом.

– Откуда тебе знать? – Губы Гейба тронула легкая улыбка. – Тебе просто завидно! Ты же девчонка, и тебя туда не пускали.

– Сколько парней в нашем городе пытались отыскать эти стрелы, и никто ничего не нашел! – возмутилась Алисия.

– Один парень нашел, тридцать лет тому назад, – возразил отец. – Беда в том, что само это место, Файф-Эрроуз-Пойнт, «Место пяти стрел», не имеет точного обозначения и четких границ. Оно петляет вместе с рекой, повторяя все ее изгибы между гор и каньонов. На сегодняшний день есть лишь одна общая точка сбора для всех смельчаков, выходящих на старт. Многие ведь добираются туда не только по реке, но и по суше.

– Да уж! И почти каждый год после этих ваших соревнований ведутся спасательные работы. Ищут очередного храбреца, пропавшего в горах. И не всегда находят! – подвела черту под разговором Алисия. – Давно уже пора отказаться от всех этих глупых россказней. И не морочить головы мальчишкам всякими сказками.

– Спорим, я найду стрелу! – гордо заявил Джастин.

Джордж с улыбкой посмотрел на внука.

– И спорить не стану! Дай только срок! У тебя еще все впереди.

– Вот если бы папа был здесь, он бы меня обязательно отвез! – не унимался мальчуган.

Алисия подавила очередной вздох. Тут уж она помочь бессильна. Они расстались с отцом Джастина много лет тому назад.

– Кто хочет мороженого? – перевела она разговор на другое.

Собрав от желающих заказы, она поднялась с места и направилась на кухню.

Кейт пошел следом, прихватив с собой стопку пустых тарелок.

– С тобой все в порядке? – участливо поинтересовался он. – Ты сегодня какая-то взвинченная.

– Да, что-то нервы сдали. Последний год стал сплошным испытанием для нашей семьи.

– Чем я могу помочь тебе?

– Ты уже помогаешь, – Алисия не лукавила. Кейт действительно стал ей надежной опорой после смерти брата. – И ты прекрасно знаешь, как высоко я ценю твою помощь.

Он наклонился и запечатлел на ее губах легкий поцелуй.

– Я мог бы сделать гораздо больше. Но ведь ты у нас такая самостоятельная женщина. Все привыкла делать сама.

– Не все. Вот тебе ложка. Будешь раскладывать мороженое по порциям.

Алисия подвинула ему контейнер с шоколадным пломбиром.

– Согласен!

Пока Кейт занимался десертом, Алисия быстро прибралась на кухне. Когда мальчишки расправились с мороженым, Кейт заторопился домой, сославшись на то, что ему еще надо написать доклад. Они с Дэвидом ушли, Джастин отправился к себе в комнату, Гейб и отец остались за столом. Судя по всему, отцу нравилось беседовать с гостем. Хотя, с другой стороны, чему удивляться? Свежий человек, не то что местные! Те уже давным-давно выучили наизусть все его байки.

Алисия тоже направилась к себе в спальню и плотно прикрыла дверь, чтобы не слышать их голосов. Спальня была ее убежищем, единственная комната в доме, где не преобладал мужской дух. Пожалуй, Алисия даже перестаралась по части женскости. На огромной двуспальной кровати в живописном беспорядке расположились с полдюжины подушек. На окнах – веселенькие шторы с оборочками, на трельяже – ароматизированные свечи, на стенах полно фотографий с репродукциями, купленными на местном арт-рынке. Да, это правда, Алисия росла настоящим сорванцом. Днями носилась вместе с мальчишками как угорелая, удила вместе с ними рыбу, играла в футбол, а вечерами возвращалась в свою комнату и наслаждалась покоем и чисто женским уютом.

Вот и сейчас она зажгла несколько свечей и, усевшись на кровать, попыталась обрести душевное равновесие. Но мысль о том, что Гейб в это время сидит внизу, не давала ей покоя. Она должна забыть о нем. Тем более в ее жизни уже есть Кейт, мужчина, на которого она может положиться во всем. Он никогда не бросит ее и не разорвет ей сердце, уехав просто так, без объяснения причин. И Джастину он нравится, а с Дэвидом они вообще словно братья. Ее сыну нужен отец, особенно сейчас, когда Роби уже больше нет с ними.

Алисия снова вздохнула и откинулась на подушки. Ей всегда не везло с мужчинами.

С отцом Джастина она познакомилась, когда ей было восемнадцать. Она подрабатывала официанткой на одном из летних музыкальных фестивалей, а Коннор выступал там в качестве солиста поп-группы. Конечно, она влюбилась в него. Его любовные песенки просто завораживали, и она не устояла. Едва ей минуло девятнадцать, как она поняла, что беременна. Отец встретил новость без особого энтузиазма. Но Алисия честно пыталась наладить свою семейную жизнь. Они прожили с Коннором года полтора. К чести ее мужа следует сказать, что он тоже прилагал все усилия, чтобы стать примерным семьянином. Но ему на тот момент был всего лишь двадцать один год. К тому же музыкант! Семейные узы сковывали его по рукам и ногам, а он жаждал творческой свободы. В конце концов Коннор уехал вместе со своей группой в очередное турне и больше не вернулся. Изредка она получала от него коротенькие сообщения по электронной почте, еще реже он присылал подарки сыну. Собственно, этим и ограничивалось его участие в воспитании Джастина.

Она не может совершить еще одну непоправимую ошибку. Джастину нужен отец, который всегда будет рядом с ним.

Алисия рывком поднялась с кровати и беспокойно прошлась по комнате, собирая разбросанные вещи. Вот! Полный порядок, но все равно ей не сидится на месте. Она снова подалась вниз проверить, чем занимается Джастин. Как всегда, торчит с наушниками в компьютере. Она помахала у него под носом рукой, отвлекая от игры.

– Еще пятнадцать минут, и в кровать! Ясно?

– Хорошо! – кивнул мальчик.

Что-то в лице сына заставило Алисию задержаться в детской.

– С тобой все в порядке?

Джастин нервно заерзал на стуле.

– Мама, ты действительно не хочешь, чтобы я остался на твой день рождения дома? Не так уж я и горю желанием поболтать допоздна с Дэвидом.

Алисия улыбнулась и полуобняла сына за плечи.

– Как же я тебя люблю, малыш! Но ты и без меня это прекрасно знаешь, да?

– Да.

– Так вот, знай и еще! Я буду очень счастлива, если ты прекрасно проведешь выходной в компании с Дэвидом. Повеселитесь всласть.

– А ты в это время будешь одна!

– Не одна. Ты забыл про дедушку.

– С дедушкой сильно не повеселишься, – задумчиво обронил Джастин.

– Ты за меня не переживай,
Страница 9 из 22

сынок! Я тоже постараюсь прекрасно провести время.

Она закрыла дверь в детскую и снова вернулась в гостиную. Отец по-прежнему полулежал на кушетке и смотрел телевизор. С некоторых пор это стало его любимым занятием. Всю свою жизнь он много работал, был сильным, физически выносливым человеком. Алисии трудно было смириться с тем, что на ее глазах отец стремительно превращался в инвалида. Но, быть может, со временем все образуется, кто знает.

– Гейб уже ушел? – перевела она вздох облегчения, увидев, что стул, на котором тот сидел, пуст.

– Да. Пошел в дом Роби. Сказал, что перебирается туда.

Алисия присела на краешек кушетки.

– Гейб не имеет права жить в доме Роби, папа. Этот дом принадлежит всей нашей семье.

– Я тоже удивился, когда узнал, что Роби отдал дом Гейбу, – согласился с дочерью Джордж. – Но не забывай, Алисия! Дом принадлежал твоему брату, и он был волен распорядиться своим имуществом так, как посчитал нужным.

– Мне нужны доказательства того, что Роби действительно отдал ему этот дом.

– Гейб сказал мне, что у него есть письмо от твоего брата с подробными указаниями на сей счет.

– Вот пусть он мне и покажет его!

– Ступай и посмотри. Ты же знаешь, где сейчас Гейб, – равнодушно пожал плечами Джордж, и это разозлило Алисию еще больше.

– Папа, почему тебе все равно, кто станет жить в нашем доме? Ведь он всегда принадлежал нашей семье!

Отец немного помолчал.

– Видишь ли, Алисия, твой брат всегда уважал Гейба. Он сам говорил мне об этом много раз. А Гейб хочет помочь нам. К тому же он сказал, что, как только в его помощи нужды не будет, он немедленно съедет и вернет нам дом.

– Нам не нужна его помощь!

– Сегодня после обеда ты мне толковала совсем о другом. Говорила, что нам нужна мужская сила.

– Я говорила с тобой о нашем бизнесе. А что Гейб понимает в том, как сплавляют по горным рекам плоты с туристами?

– Не беда! Он подучится.

– Еще не хватало нам обучать его. Пусть выметается отсюда, и поскорее!

Отец недобро прищурился.

– В чем дело, Алисия? Неужели ты и правда втемяшила себе в голову, что Роби погиб по вине Гейба? Ни за что не поверю в подобную чушь!

– Но мы же не знаем, что там произошло на самом деле! – резонно напомнила она отцу.

– Не знаешь, так спроси у Гейба.

– Я уже спрашивала. Но он отказался отвечать на мои вопросы.

– Попытайся еще раз! – Отец взял палку и медленно поднялся с кушетки. – Ты ведь знала и понимала Роби лучше всех нас. И коль скоро твой брат послал Гейба к нам, значит, на то у него были веские причины. Мы должны уважать его волю.

– Нам не нужен здесь Гейб! – упрямо повторила Алисия, чувствуя, что все ее попытки переубедить отца закончились ничем. Но и мысль о том, что Гейб поселится в доме брата и станет жить по соседству с ними, была ей невыносима.

– Откуда нам знать, какими причинами руководствовался Роби? – задумчиво бросил ей отец. – Вполне возможно, он полагал, что не нам нужна помощь Гейба, а это мы должны помочь ему.

Дом Роби располагался в двухстах ярдах от родительского дома. Небольшой коттедж укрылся в тени деревьев, что создавало атмосферу особого уединения. Гостиная с каменным камином, столовая с окнами, выходящими на реку. Рядом – крохотная кухонька. В задней части дома – спальня, а чердачное помещение, куда вела узкая винтовая лестница, было отдано под своеобразное хранилище: там Роби держал свои инструменты, туристическое снаряжение, оснастку.

Стоя посреди гостиной, Гейб отчаянно боролся с желанием бросить все и немедленно уехать прочь. Бежать из дома сию же минуту! Куда бы он ни повернулся в этой комнате, повсюду ему мерещился Роби. Вот он вольготно развалился на огромном диване из красной кожи и слушает старые диски, которые начал коллекционировать еще мальчишкой. А вот он весело барабанит по клавишам старенького пианино. Гейб отчетливо слышал его жизнерадостный заливистый смех, эхом отдающийся в безмолвии пустого дома, он даже явственно почувствовал запах любимого одеколона Роби, которым тот обильно поливал себя, отправляясь на очередное свидание.

Гейб почувствовал, как покрылся испариной, и непроизвольно смахнул пот со лба. Он не был в доме друга три года. Этот дом, он идеально подходил Роби. А вот ему он совершенно не подходит. Гейб никогда не жил в небольшом городке. И каково ему будет сейчас, поселившись рядом с женщиной, которая ненавидит его всеми фибрами души?

«Не психуй, – попытался он успокоить сам себя. – Это же не навсегда». Несмотря на то что Роб умолял его забрать себе дом и обосноваться в нем на всю оставшуюся жизнь, Гейб твердо решил, что он останется здесь ровно настолько, насколько это будет нужно для того, чтобы помочь Алисии и ее отцу. Куда он отправится потом, Гейб еще не решил. Но одно он знал совершенно точно: как можно дальше от этих мест.

Он глянул в окно и увидел хрупкую фигурку, мелькнувшую среди деревьев. Светлые волосы отливали в лунном свете серебром. Гейб почувствовал, как напряглось его тело, когда он увидел на лужайке перед домом Алисию. Быстрым шагом он направился в прихожую и, распахнув входную дверь, вышел на крыльцо. Наверное, не стоит приглашать ее в дом в столь позднее время, мелькнуло у него. Последствия могут быть самыми разными, в том числе и непредсказуемыми.

– Вот проходила мимо и увидела в окнах свет, – сбивчиво начала Алисия. – Впервые за долгие месяцы в окнах дома Роби горит свет! И я вдруг вспомнила…

Она оборвала себя на полуслове, дернула плечиком и гордо вскинула подбородок.

– Хотелось бы взглянуть на то письмо, в котором Роби просит тебя приехать к нам. Это письмо с тобой?

– Да, оно в моей сумке. А все мои вещи еще в машине.

Гейб махнул рукой в сторону вездехода темно-серого цвета, который был припаркован на подъезде к дому.

– Так ступай и принеси его!

Недоверие, читавшееся во взгляде Алисии, обидело Гейба. Впрочем, разве он имеет право винить ее в чем-то?

– Хорошо!

Он спустился по ступенькам крыльца и направился к машине. Алисия неотступно шла следом.

– У дома совсем нежилой вид! – бросил он по пути. – Такое впечатление, что уже давно никто не переступал его порог.

– Я не была в доме Роби с тех самых пор, как узнала о его гибели. Несколько раз пыталась, но так и не смогла себя пересилить. Поднималась на крыльцо, бралась за ручку двери, даже открывала дверь, но переступить порог не хватало духу. – Алисия глянула на дом, голос ее стал едва слышен. – Сама не знаю, почему мне так тяжело войти туда. При жизни Роби я каждые две недели делала в доме уборку, пылесосила мебель, стирала отовсюду пыль, делала все, чтобы дом продолжал иметь жилой вид, чтобы он в любой момент был готов принять своего хозяина. Разве могли мы подумать, что Роби никогда не вернется, а вместо него в доме поселишься ты?

– Прости, что все так вышло. Мне очень жаль, и я все отлично понимаю.

– Что ты понимаешь? Да мне, если хочешь знать, даже дышать сейчас трудно. Ведь Роби был моей второй половинкой. Мы родились одновременно, вместе выросли. А когда нас бросила мама, мне ее заменил Роби. Он всегда был рядом со мной, и если даже отсутствовал физически, то все равно присутствовал незримо. Наша внутренняя связь друг с другом была такой прочной, такой сильной, и вот она порвалась. Навсегда! Как подумаю о том, что
Страница 10 из 22

отныне мне предстоит жить уже без него… – Голос ее сорвался. – Не знаю, как мне это удастся.

– У тебя все получится, вот увидишь. Должно получиться! – убежденно проговорил Гейб. – Потому что больше всего на свете Роби хотел видеть тебя счастливой.

– Я знаю! И потом, мне надо жить ради Джастина. Жить и держать себя в руках. Как объяснить ребенку, почему его мама все время плачет?

– Потерпи немного. Прошло еще слишком мало времени. Постепенно горечь утраты притупится.

– Не думаю! Время ничего не изменит, я уверена в этом.

Гейб нырнул в салон машины, расстегнул молнию на большой дорожной сумке, стоявшей на сиденье рядом с водительским местом, и извлек оттуда запечатанный конверт, на котором значилось имя Алисии.

– Роби написал это письмо за три дня до своей гибели.

– Но почему?! – воскликнула она, судорожно хватаясь за край конверта. – Он что, заранее знал, что не вернется живым?

– На войне каждый день рискуешь жизнью. У нас в части многие по сто раз переписывали свои завещания, а отправляясь на боевое задание, всегда писали письма близким. Знаешь, как-то на душе спокойнее, когда идешь в бой с сознанием, что оставил все свои дела в полном порядке на тот случай, если вдруг произойдет худшее.

– Но он же много раз участвовал в боевых действиях. Что же такого необычного было в тот раз?

– Понятия не имею. Разве что мы оба жили уже мыслями о будущем. Ведь до дембеля оставались считаные дни.

– Да, всего лишь шесть дней! – тяжело вздохнула Алисия. – Подумать только! Всего лишь шесть дней, и он бы вернулся домой живым и невредимым.

У Гейба заныло сердце.

– Да, ты права, – едва слышно прошептал он.

Она посмотрела на него с мольбой, словно собиралась просить о чем-то таком, чего он категорически не мог ей дать.

– Он не сильно мучился? – спросила Алисия почти шепотом.

Ее вопрос вонзился ему в грудь словно острый нож. Он вспомнил залитое кровью лицо друга, невыразимое страдание в его глазах… Разве Роб захотел бы, чтобы его сестра узнала все эти ужасные подробности? Ни за что! А потому Гейб должен сейчас солгать, притвориться, сказать что-то такое, что могло бы хоть немного успокоить Алисию.

– Нет. К тому же он был не один. Я был рядом с ним до последнего.

По щеке Алисии скатилась слезинка.

– Я рада, – тихо проговорила она, вытирая слезу, потом слепо уставилась на конверт. – Так ты сам не читал письмо?

– Нет! Роби сказал, что изложил в нем свои мотивы касательно дома. Если это не так, то можешь с легким сердцем выставить меня вон. Но все равно, я останусь в городке и попытаюсь помочь вам.

Она снова глянула на запечатанное письмо. В ее глазах застыли оцепенение и даже ужас, словно она держала в руках бомбу, которая вот-вот должна взорваться и уничтожить все вокруг. Шло время, а она стояла и молчала, и лишь шум воды, долетавший с реки, да пение сверчков нарушали безмолвную тишину, царящую вокруг. Между тем ночь становилась все темнее, померкли звезды, спрятавшись среди облаков, на дорогу легли густые тени от деревьев.

В близлежащем леске послышались какие-то тревожные звуки. Гейб почувствовал, что нервы напряжены до предела. «Возьми себя в руки», – мысленно приказал он себе. Видно, давали знать о себе перегрузки последних недель. Но здесь ведь не зона военных действий, и враг не прячется за каждым кустом.

Однако ветка хрустнула уже совсем близко. Нет, определенно здесь что-то не так. Гейб почувствовал, как бешено заколотилось сердце.

Когда раздался грохот, он с силой швырнул Алисию на землю, закрыв ее сверху своим телом. Не хватало, чтобы еще один из Хейденов погиб у него на глазах.

3

Алисия ошарашенно пыталась вдохнуть в себя глоток свежего воздуха, но Гейб припечатал ее к земле с такой силой, что она не могла даже пошевелиться. Она почти уткнулась головой в автомобильную покрышку, несколько мелких камешков отскочили от земли, залетели ей за ворот рубашки и теперь неприятно кололи тело.

– Лежи тихо, – вполголоса скомандовал Гейб, впившись пристальным взглядом в окрестности.

Кажется, он готов на все, чтобы спасти ее жизнь. Алисия без слов почувствовала его порыв. Однако на сей раз он ошибается. Ей не грозит никакая опасность. Вот бы выбраться из-под него, и она скажет, что его так сильно напугало.

Она негромко вскрикнула, но все же кое-как приподнялась и попыталась сесть.

– Не двигайся. Нас отсюда не видно! Здесь тень!

– Гейб! Перестань дурачиться! Это всего лишь Сэди. Разбросала в темноте пустые банки, вот и наделала столько шума.

Гейб уставился на нее непонимающим взглядом. Судя по всему, он действительно не понимал, о чем ему говорит Алисия. Бедный, неожиданно подумала она. Как же он далеко сейчас от нее! Он все еще там, на этой проклятой войне, где каждую секунду тебя подстерегает смертельная опасность.

– Успокойся, Гейб! Это наша собака Сэди. Все в порядке!

Он сделал глубокий вдох и повернул голову в сторону Сэди. Но собака даже не взглянула на него: она была всецело занята работой, остервенело раскапывая какую-то совершенно умопомрачительную, с ее точки зрения, кучу грязи.

Гейб взглянул на Алисию. Сейчас он был так близко от нее, его губы почти касались ее губ, его тело больно давило ей грудь, их ноги сплелись в один клубок. Он слегка пошевелился, и лицо его разгладилось. Кажется, он постепенно возвращался к реальности, подумала Алисия. Напряженное выражение в его глазах вдруг сменилось откровенным желанием. Ей был хорошо знаком этот страстный блеск его глаз, и она моментально почувствовала сладостную истому во всем теле. Прошло три года, и ничего не изменилось. Все повторяется с той же точностью, как и в ту ночь. Она хочет его, она готова отдаться ему прямо сейчас, понимая, что это безумие, непростительная глупость, верх легкомыслия, и прочее, и прочее. Ну, и что с того? Она хочет его! А на остальное ей наплевать!

Она даже не поняла, кто из них потянулся навстречу первым. Просто почувствовала на своих губах вкус его губ, и все. Одной рукой он слегка поддерживал ее под голову, а другой ласково гладил ее волосы и целовал, целовал, целовал… Какой же это был упоительный, жадный, необыкновенно долгий и нежный поцелуй! Все невзгоды, все горести минувших недель вдруг растворились и исчезли вместе с тем страхом, который она пережила несколько секунд тому назад. Мощный выброс адреналина в кровь, гремучая смесь ужаса и наслаждения. Ей не хотелось думать ни о чем. Она желала все забыть, отрешиться от всех своих переживаний, не думать о том, что будет потом. Она обвила его шею руками, притягивая еще ближе к себе, но Гейб вдруг отстранился и стал медленно подниматься с земли. Куда же он, подумала она с отчаянием. Ведь им было так хорошо сейчас. Ей было так приятно чувствовать на себе вес его тела, ощущать, как он с силой вдавливает ее в гравий.

Но Гейб решительно высвободился из ее объятий и, чертыхнувшись себе под нос, встал. Потом он молча посмотрел на Алисию, его дыхание было прерывистым и тяжелым, а выражение лица оставалось неразличимым в густом мраке, окружившем их со всех сторон. Какое-то мгновение они оба напряженно молчали, но вот Гейб протянул ей руку, помогая встать.

– Прости, – пробормотал он, отпуская ее руку, как только Алисия поднялась с земли. – Я не должен был…

Алисия схватилась за
Страница 11 из 22

кузов машины, пытаясь обрести и душевное, и физическое равновесие. Голова у нее кружилась, ноги вдруг стали ватными. Алисия сделала несколько глубоких вдохов, потом стала медленно стряхивать песок со своих джинсов.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Не знаю, что тебе ответить.

– Не надо мне было целовать тебя. Совсем голову потерял!

– Я тоже.

Она вдруг подумала о том, каких усилий ей стоило загнать воспоминания о Гейбе в самые дальние уголки своей памяти. И вот он снова рядом с ней, и все ее чувства к нему моментально вспыхнули с новой силой. Более того, они даже стали еще ярче, красочнее и живее. Да, от такой близости с Гейбом добра не жди.

– Обещаю, такого больше не повторится.

– Да, если ты уедешь, то не повторится.

Он недовольно поджал губы.

– Говорю же тебе, не повторится! Уже не повторилось!

– Тогда зачем ты швырнул меня на землю?

– Прости. Обычная реакция солдата. Услышал непонятный шум и…

– По-моему, у тебя чересчур обостренная реакция на самые обычные вещи! Тебе не кажется?

– Наверное, – неохотно согласился он. – Но и ты не забывай. Я совсем недавно вернулся из зоны военных действий. На гражданке всего лишь пару недель. Все еще слишком свежо в памяти. Нервы постоянно на взводе.

Вот и Гейб не остался прежним после той «переделки», как он назвал ее, которая унесла жизнь Роби, подумала Алисия. Судя по всему, он получил шрамы не только на лице.

– Чем это там твоя собака так увлеклась? – кивнул он в сторону Сэди, которая продолжала с прежним рвением разгребать землю.

– Понятия не имею. Она у нас вообще любит покопаться в земле. Не дай бог, забежит на мой огород, моментально перекопает все грядки.

– С ума сойти, какой жизнью вы все тут живете! – растерянно пробормотал он. – Собаки, грядки… Я словно попал в другое измерение.

– Ты сказал мне, что они нас не видят. Кого ты имел в виду?

– Никого, забудь! – моментально насупился он. – Больно я тебя шарахнул на землю?

– Но ты же пытался защитить меня.

– Ну да. От твоей собаки, – неловко пошутил он, стараясь разрядить обстановку.

– В тот момент ты не знал, что это всего лишь собака.

Алисия глянула на землю и заметила белое пятно. Письмо Роби! Она нагнулась и подняла конверт. Вряд ли она сегодня станет читать предсмертное послание брата. У нее для этого просто нету сил.

– Знаешь что, – сказала она неожиданно миролюбивым тоном, – оставайся, поживи, пока мы тут разберемся со всем. Правда, в доме Роби нет ни крошки съестного. А потому приходи на завтрак к нам. Мы встаем в семь утра. Джастину к восьми в школу.

– Спасибо, Алисия.

Она уже собралась уходить. Но вдруг вспомнила слова отца.

– Гейб, ты вот сказал, что приехал, чтобы помочь нам. Но, быть может, помощь нужна и тебе самому, а? Трудно представить, через что тебе пришлось пройти.

– И не пытайся! – коротко отрезал он. – А что, ты могла бы предложить мне свою помощь, если бы я попросил?

– Могла бы. Только ты вряд ли воспользовался бы ею. Роби не раз повторял, что ты – самый упрямый и независимый человек на свете. Теперь я и сама вижу, что мой брат, как всегда, попал в самую точку.

Неожиданно Гейб широко улыбнулся.

– Чему ты улыбаешься? – удивилась она.

– Тому и улыбаюсь, что твой брат слово в слово говорил то же самое, но уже про тебя.

Алисия встала еще до восхода солнца. Ночь она провела без сна, все думала о тех испытаниях, которые выпали на долю Роби и его друга. Через какой ад им пришлось пройти, снова и снова спрашивала она себя. Что такого страшного творилось там, на другом конце света? Вряд ли в обозримом будущем она сумеет получить ответы на эти мучительные вопросы, а потому приходится сконцентрироваться на дне сегодняшнем.

Наскоро приняв душ, она натянула на себя джинсы и майку, набросила сверху свитер, выпустила на улицу Сэди, разбудила Джастина и пошла варить кофе. Когда-то ее отец тоже поднимался с восходом солнца, но после несчастного случая раньше девяти он на кухне не появлялся.

В ожидании, пока вскипит вода для кофе, Алисия решила не тратить зря времени и, прихватив с собой корзинку, направилась в сад. На ступеньках крыльца она слегка замешкалась, любуясь результатами своей деятельности. Красивый ухоженный сад, в одном конце – аккуратные делянки, засеянные самыми разнообразными травами: тимьян, базилик, майоран, мята. По другую сторону – рачительно возделанные грядки с помидорами, тыквами, луком, морковью, фасолью, несколькими сортами салатов и перца. И все радует глаз, все обещает неплохой урожай. Будет что продать через месяц-другой местным ресторанам и кафе. Но сегодня ей хватит нескольких красивых томатов, горсти шпината, пары цукини и тыквы. Алисия уже почти разобралась с овощами к завтраку, когда увидела, что задняя дверь в доме брата распахнулась и на пороге показался Гейб.

При виде знакомой фигуры екнуло сердце. Гейб облачился в старые потертые джинсы и футболку темно-зеленого цвета с длинными рукавами. Футболка туго обтягивала его могучий торс, которым еще сегодня ночью он так крепко прижимал Алисию к земле. Она сделала глубокий вдох и мысленно запретила себе даже думать о том, что было.

– Какая красота! – восхищенно воскликнул Гейб, кивнув на грядки.

Алисия даже зарделась от удовольствия. И садом, и огородом она занялась всего лишь пару лет тому назад, но за последние полгода ее увлечение переросло в самую настоящую страсть. Пожалуй, только в саду она чувствовала себя настоящей хозяйкой, которая вольна распоряжаться всем, как ей хочется. Казалось бы, чего проще? Копай себе землю, поливай, и все у тебя будет цвести и благоухать. В Алисии вдруг проснулось творческое начало, и она, вопреки ударам, сыпавшимся на нее со всех сторон, буквально вкладывала душу и в свои цветники, и в свои грядки.

– О, я еще не довела работу до конца! – скромно призналась она. – И потом, здесь у меня земли маловато. Я уже положила глаз на участок за коттеджем Роби. Но там еще кое-что нужно убрать, расчистить землю. А пока же сообщаю: на завтрак у нас свежие овощи.

– Такими деликатесами я привык лакомиться далеко не каждый день.

– Роби тоже так говорил. Всякий раз, приезжая домой, он в первую очередь налегал именно на свежие фрукты и овощи.

В полураскрытую дверь просунул голову Джастин:

– Мама, а где завтрак?

– Скоро будет готов, – поспешила Алисия успокоить сына и заторопилась на кухню. – Как вам омлет с овощами?

– Я съем все, что угодно, – честно признался Гейб, входя следом за ней в дом.

– Налей себе кофе, – предложила ему Алисия. – А я быстренько займусь овощами. Джастин! Приготовь пока стол, а потом займись тостами.

– А мне что делать? – спросил Гейб.

– Сидеть и ждать завтрака.

– Можете сделать тосты, – с легкостью переложил на него часть своей работы Джастин.

Гейб весело улыбнулся.

– Вот хоть кто-то в вашей семье не отказывается от помощи и готов поделиться работой.

Алисия достала из шкафчика хлеб и положила его на стол, а сама принялась нарезать кольцами лук и томаты и взбивать яйца.

– Раз так, можешь приступать к работе. Джастин, ты все домашние задания приготовил?

– Кажется, – не вполне уверенно ответил сын.

– Что-то в твоем голосе заставляет меня усомниться в этом!

Мальчик пробормотал под нос что-то невнятное и поспешил в
Страница 12 из 22

холл.

– Твой сын еще не проснулся. Судя по всему, он у тебя не жаворонок. В отличие от своей мамы.

– Да нет! Видно, чувствует за собой какой-то грешок, вот и поспешил скрыться с глаз, – улыбнулась Алисия. – А я и правда люблю просыпаться на рассвете. Что может быть лучше утренней свежести, когда вся природа радуется наступлению нового дня? А уж как птицы поют по утрам, заслушаешься! Роби тоже любил утро. Мы всегда просыпались первыми в доме. Если у отца не значился в расписании ранний маршрут по реке, то он мог отдыхать и до десяти часов. А на мне всегда было приготовление завтрака. Роби ненавидел готовить. С ним было так: если проголодался, хватал все подряд, что подвернется под руку в холодильнике. Того куснет, этого и уже наполовину сыт, когда за стол садится. Или будет торчать возле холодильника и тяжело вздыхать и канючить что-нибудь. Я ему всегда говорила: «Вот погоди! Женишься, жена не потерпит твоих капризов. Какой женщине понравится такое своеволие?» – Ее голос неожиданно дрогнул, и она замолчала. Не пришлось ее брату пожить жизнью женатого человека, и жена никогда не станет отчитывать его за нетерпеливость. Алисия откашлялась и перевела разговор на сына. – А вот Джастин – другой. Весь в отца.

– Где сейчас его отец? – не удержался от вопроса Гейб.

– Понятия не имею. Коннор, по своему обыкновению, недоступен, вне зоны действия сети.

– То есть он не поддерживает отношения даже с сыном?

– Периодически. Изредка заглядывает к нам в промежутках между своими гастролями.

– Ничего себе отец!

– На самом деле он неплохой парень. Просто не дорос еще до того, чтобы быть отцом.

– Раньше надо было думать. Еще до того, как наградил тебя ребеночком.

– Да это случайно все вышло. Порвался презерватив, и все! – Не станет же она рассказывать Гейбу, как все было на самом деле. Вообще ее за дурочку посчитает. – Так что ничьей вины в случившемся нет. К тому же мы были еще так молоды. Совершенно не готовы к роли родителей.

– И тем не менее ты отлично справилась с этой ролью.

– Да, справилась, – Алисия огляделась по сторонам. Не дай бог, Джастин где-то рядом и может услышать их разговор. – И ни разу не пожалела о том, что родила сына. Я люблю его больше всего на свете. Правда, в последнее время он все чаще пристает ко мне с расспросами об отце. Спрашивает, почему он не живет с нами. Порой на такие вопросы трудно ответить.

– Я думаю, нужно говорить, что есть. Правда есть правда.

– Даже если эта правда может тебя больно ранить?

– Все равно, это лучше, чем ложь.

Что-то во взгляде Гейба подсказало Алисии, что он хорошо знает то, о чем говорит.

– Расскажи мне о своей семье, Гейб, – невольно вырвалось у нее.

– Родителей у меня нет. Близких родственников, сестер, братьев тоже нет. Только я один. – Он взял два куска хлеба и положил их в тостер. – Где наше сливочное масло?

Она извлекла из холодильника масло.

– Уходишь от ответа?

– Почему? Ты спросила, я ответил.

– Ничего ты не ответил! – Алисия повернулась к плите, всецело сосредоточившись на омлете.

Гейб промолчал, и она решила не педалировать ситуацию. В конце концов, какое ей дело до прошлой жизни Гейба? Омлет был готов, Гейб уже управился с тостами, а тут и Джастин вернулся.

Алисия быстро накрыла на стол, Гейб выставил тарелку с тостами и, обозрев стол, не удержался от восклицания:

– Вот это да! Просто пир на весь мир! Неудивительно, что Роби назначил тебя главной по завтракам.

– По-моему, слишком много овощей, – пожаловался Джастин, отодвигая к краю тарелки горстку шпината.

– Ешь! Шпинат очень полезен.

– Дядя Роби говорил мне по секрету, что он всегда скармливал свою порцию овощей Бонни.

Алисия невольно улыбнулась, услышав знакомое имя.

– Так звали нашу собаку, мы тогда были еще детьми, – пояснила она Гейбу.

– А у вас есть собака? – спросил у него мальчик.

– Увы, нет. В твоем возрасте я тоже страстно мечтал о своей собаке, но не получилось.

– Почему не получилось? Родители не разрешили?

– Родителей рядом не было. Я жил тогда либо у дальних родственников, либо у друзей.

Алисия молча отхлебнула из стакана апельсиновый сок. Сыну Гейб дал все же более развернутый ответ, чем ей.

– Наш папа тоже не живет вместе с нами, – грустно вздохнул мальчик. – Он – музыкант, гастролирует вместе со своей группой по всему миру. Папа у меня хороший. Недавно прислал в подарок гитару и даже пообещал научить меня играть на ней.

Джастин с вызовом глянул на мать, словно ожидая, что она начнет возражать.

– Джастин, не забывай! Когда я ем, я глух и нем! – попеняла ему Алисия. Она не собиралась спорить с сыном по поводу его отца. Дай бог, чтобы на сей раз Коннор выполнил свое обещание и научил мальчишку игре на гитаре. Что, конечно, вряд ли.

– Ты всегда начинаешь мне перечить, когда я завожу разговор о папе! – пожаловался Джастин, отодвигая в сторону свою тарелку. – Наверное, потому он и не горит особым желанием приезжать к нам!

Последние слова сына прозвучали особенно обидно, но Алисия понимала, что мальчик не хотел обижать ее.

– Все! Я готов!

– Тогда поставь свою тарелку в раковину и беги чистить зубы.

– Все в порядке? – участливо поинтересовался у нее Гейб. – Сын обошелся с тобой чересчур круто.

– Просто в последнее время все, что касается отца и того, что он не живет с нами, превратилось у него в навязчивую идею. А что я могу поделать в этой ситуации? При всем желании ничего.

– Да тебе и так достается! Дом, хозяйство, отец, Джастин, ваш бизнес. Удивляюсь, как ты только справляешься со всем этим одна. А еще упираешься, не хочешь, чтобы я хоть чуть-чуть помог тебе.

– В последнее время в моей жизни появился мужчина. Мне кажется, что я могу положиться на него. – Алисия поднялась из-за стола и стала собирать посуду. Составив тарелки горкой, она понесла их к раковине, не заметив, что Гейб пристроился за ней следом. Снова повернувшись к столу, Алисия едва не ударилась ему в грудь. И снова сердце упало куда-то вниз. – Ну, ты прямо крадешься, как невидимка.

– Тренировка и еще раз тренировка! Алисия, дай мне шанс!

– Шанс для чего? – прошептала она, ощущая его близость каждой клеточкой своего тела. И не вырваться ведь! Сзади – раковина, впереди – его могучий торс.

– Для того, чтобы доказать тебе, что и на меня ты тоже можешь положиться.

– В самом деле? Вспомни, однажды ты взял и уехал без всяких объяснений. Неплохо получилось!

– И снова тренировка. Я часто так поступал.

– Замечательный опыт! Уехать прочь, даже не попрощавшись! Да ты просто уникум, Гейб!

В его глазах мелькнула тень.

– Обещаю, этого больше не повторится.

– Конечно, не повторится! Прости. Мне нужно прибраться на кухне, отвезти Джастина в школу, а потом заняться плотами. Отойди в сторону и не мешай!

Гейб даже не пошелохнулся.

– Я не сдвинусь с места до тех пор, пока ты не скажешь, что возьмешь меня с собой. Я ведь обещал Роби!

Пустые хлопоты, вздохнула про себя Алисия. Эту схватку ей никогда не выиграть. Да и вообще, не объявлять же Гейбу войну. Ей и без него есть с кем воевать.

– Хорошо, будь по-твоему. Поедешь с нами в город. А пока дай мне помыть посуду.

Успех, пусть и небольшой, но успех, подумал Гейб, садясь в машину вместе с Джастином и Алисией. Прогресс явно налицо. Да, это всего лишь
Страница 13 из 22

первый шаг, но очень важный. Пока еще стена, которой окружила себя Алисия, высока и прочна. Ничего! Со временем он расшатает эту стену, нащупает в ней брешь, проделает ходы и лазы. Впрочем, разве только она одна окружает себя неприступными стенами? А он сам? Разве он ведет себя по-другому?

Ведь он же сознательно бежал от нее в свое время, инстинктивно почувствовав, что Алисия – это женщина его мечты. С самой первой встречи он был сражен ее красотой, взят в плен, обезоружен ее жизнерадостностью, оптимизмом, веселым нравом, заливистым смехом. Он с трудом сдерживал себя, постоянно напоминая себе, что в первую очередь Алисия для него – это сестра лучшего друга. Но перед ее обольстительными чарами действительно было невозможно устоять. Еще ни одна женщина не влекла Гейба к себе с такой силой, как Алисия. Мысли о ней преследовали его повсюду. Еще немного, и клапан был бы сорван. Что двигало Гейбом тогда? Похоть? Страсть? Неистовство переживаний пугало. Ведь он не имеет права забывать о том, что Алисия одна растит ребенка, что ей нужен не просто мужчина, а такой мужчина, который сумел бы стать ей хорошим мужем и настоящим отцом для ее сына. Гейб сильно сомневался в том, что он сможет. Кстати, он сомневается в этом и по сей день.

– Не забудь! – напомнила Алисия сыну, высаживая его возле школы. – Я заберу вас с Дэвидом после уроков и отвезу домой.

– Помню, мама, помню! Пока! Пока, Гейб.

Джастин помахал им на прощание рукой и широко улыбнулся, отчего сразу же стал удивительно похож на своего дядю Роби.

Гейб повернулся к Алисии и перехватил ее взгляд, устремленный на него.

– Твой сын – просто вылитая копия Роби!

– Да, – согласилась она. – С одной стороны, это радует. С другой – вечное напоминание о том… – Она еще раз бросила взгляд в сторону удалявшегося Джастина и слегка откашлялась. – Ну что? Вперед?

Она лихо сорвалась со стоянки и вырулила на проезжую часть.

– Послушай, – не удержался от любопытства Гейб. – А почему у Роби свой дом? Логичнее было бы иметь его тебе. У тебя ведь ребенок, тебе и в самом деле нужна своя крыша над головой.

– О, в нашей семье другие традиции. У нас испокон веков, во всяком случае еще со времен моего прапрадеда, дом всегда передавался по наследству старшему члену семьи по мужской линии. И это правило остается незыблемым и по сию пору. На тот случай, если ты еще не успел почувствовать это, докладываю: в семействе Хейденов процветает патриархат.

– И тебя это бесит?

– Иногда. Но я люблю своего отца и просто обожала Роби. И не имела ничего против того, что у него будет свой дом. Когда Джастин был маленьким, мне было проще иметь в доме всего лишь одного взрослого мужчину – папу. Да и отец мне много помогал в то время. Я этого никогда не забуду. Словом, маленький ребенок в доме, у всех полно забот. Конечно же, Роби нужно было иметь свой отдельный угол. Мало ли, вдруг захотел бы пригласить к себе девушку и все такое. Словом, ты понимаешь, о чем я.

– Отлично понимаю! – улыбнулся Гейб.

Чем ближе они подъезжали к городу, тем острее он чувствовал, как же сильно отличается тот мир, в котором жила Алисия, от его собственного. Вокруг них мелькали лесные угодья, могучие калифорнийские мамонтовые деревья теснились по обе стороны шоссе, а потом лесная полоса сменялась бескрайними лугами, возделанными пашнями, фермерскими постройками. На въезде в городок их встретил огромный транспарант, извещающий жителей и гостей Ривер-Рок о скором открытии весеннего музыкального фестиваля в честь праздника города. Транспарант был прикреплен к двум фонарным столбам по обе стороны Мейн-стрит, главной улицы в их городе. Несмотря на несколько современных зданий, общий вид городка сразу же напомнил Гейбу старые голливудские вестерны, которые он так любил в детстве.

– Ничего себе! – пробормотал он вполголоса. – У меня такое чувство, будто машина времени перенесла нас в прошлое.

Алисия понимающе улыбнулась.

– Да, действительно, наш городок был построен во времена золотой лихорадки, еще в средине девятнадцатого века. Вон там, в нашем местном банке, еще сохранились фотографии первых золотых приисков и самих старателей, некоторые из них даже умудрились стать миллионерами. Здание суда тоже сохранилось с тех далеких пор. Только в прошлом году перекрыли новую крышу. А вот и наша самая знаменитая улица. – Алисия махнула рукой на боковую улочку. – На ней находится наш самый знаменитый салун «У Мелани». Кстати, это первый салун, открытый в Ривер-Рок. Сегодня он стал центром нашего ежегодного музыкального фестиваля, который всегда проводится весной. Но теперь концертные площадки расширились. Открылись еще два новых клуба на другом конце города, рядом со старой мельницей. Там организуются концерты прямо у реки, и только живой звук. А вообще-то город сильно разросся в последние годы: целый жилой район строится в пяти милях отсюда. Так что мы уже совсем не тот маленький заштатный городишко, которым были когда-то! – Алисия снова взмахнула рукой, указывая на вывеску очередного бара, «Бэртс Дайнер». – Я когда-то подрабатывала в этом баре, еще старшеклассницей.

– Помню. Ты меня водила сюда, угощала жареным мясом с острым перцем и сыром.

Улыбка сбежала с ее лица.

– Да. Точно. А я и забыла. То есть все наши местные достопримечательности ты уже видел.

– Да, но тогда была зима. Повсюду гирлянды, рождественские елки, и на каждом углу – Санта-Клаус. Просто зимняя сказка.

– Это правда, – согласилась Алисия. – Обычно снега у нас бывает немного, но в тот год его навалило, как никогда. А в наших местах все любят отмечать праздники, просто страсть как любят. Тем более зимой, когда дел поменьше. Вот мы и пользуемся любым поводом, чтобы повеселиться всласть.

– Не скучно тебе, Алисия, жить в такой глуши, вдали от больших городов?

– Да я ведь практически нигде и не жила, кроме своих родных мест. Здесь мой дом.

– И не хочется?

Она равнодушно пожала плечами.

– Когда-то я думала над этим. Съездила в Сакраменто, потом побывала в Сан-Франциско, какое-то время гостила в Портленде и Сиэтле. Не скрою, городская жизнь мне понравилась. Но при этом я всегда рвалась домой. У меня никогда не было такой тяги к странствиям, как у Роби. Правда, я собиралась продолжить свое образование в другом месте, мечтала о колледже, но потом случилась моя беременность, и на дальнейшей учебе пришлось поставить крест. – Алисия помолчала. – Зато ты, наверное, объездил полмира?

– Пожалуй, даже весь мир. Сама понимаешь, морпехи – люди подвижные. Куда посылают, туда и едем.

– Роби любил путешествовать, даже если такие путешествия были сопряжены с риском для жизни.

– Да, это верно. И с местными он всегда охотно общался. Только приедем на новое место, глядь, а у него уже куча новых друзей. Где? Когда успел?

– Вообще-то немного странно, что вы с Роби дружили. Очень уж вы разные. Роби открытый, душа нараспашку, любил поболтать, а ты гораздо сдержаннее. Тихий, спокойный, но, как известно, в тихом омуте черти водятся. Не поймешь, что у тебя там внутри. – Алисия бросила на него задумчивый взгляд.

Гейб не стал возражать. В его душе действительно были сокрыты такие глубины, которые ему точно не хотелось тревожить. Тем более сейчас. А потому он ограничился лишь короткой
Страница 14 из 22

констатацией:

– Да, мы были разными, но уважали друг друга.

Алисия припарковала машину на стоянке возле магазина и заглушила мотор. Гейб уже приготовился выскочить на тротуар, но тут заметил, что его спутница сидит неподвижно, вперив взор в одну точку.

– Что-то не так? – обеспокоился он.

– Все в порядке! Я справлюсь.

С чем, хотелось спросить ему. Какую такую битву с собой ведет Алисия? Но он прекрасно понимал, что все это – сугубо личное и его не касается. А потому он молча вышел из машины и подождал, пока она сделает то же самое.

Ступив на тротуар, Алисия решительным шагом направилась ко входу в магазин. Пожилой седовласый продавец в очках сосредоточенно занимался клиенткой. Но вот женщина выбрала то, что ей было нужно, и окинула Алисию крайне нелюбезным взглядом.

– Добрый день, миссис Айслер! – поздоровалась с ней Алисия, но женщина лишь недовольно фыркнула и, пробормотав что-то себе под нос, удалилась прочь.

– Не обращай внимания, – поспешил успокоить ее продавец. – За последние двадцать лет я ни разу не видел миссис Айслер в хорошем расположении духа.

– Билл, позвольте представить вам Гейба Райдера, друга моего покойного брата.

– Рад познакомиться! – улыбнулся продавец и протянул руку для рукопожатия. – Я знал Роби с того самого дня, как он появился на свет. Отличный был парень. Не встречал никого лучше. Вы вместе служили?

– Да, последние шесть лет.

– Отец сказал, что в продажу поступили новые плоты «Пионер».

– Да, вчера получили. У меня для вас есть выгодное предложение.

– Было бы здорово! – обрадовалась Алисия. – Обычно хорошие скидки можно получить только при покупке крупных партий.

– Мой старый приятель пошел мне навстречу. Его бесит, как крупные фирмы, занимающиеся спортивным инвентарем, обходятся с мелкими оптовиками, с теми, кто обслуживает небольшой семейный бизнес и продает инвентарь в розницу. Ему совсем не нравится работать с такими гигантами туристической индустрии, как, скажем, фирма «Уайлд Ривер Турс». Говорит, у них на уме только всякие глобальные проекты. Хотят доминировать на всех самых известных реках мира. И все мысли у них только о деньгах. Они не любят реку так, как любим ее мы! – Билл недовольно нахмурился. – Слышал, Челсия, тем не менее, подписала с ними контракт. Это правда?

– Да! Еще в конце прошлого года, вскоре после того несчастного случая. Они попросту переманили ее к себе.

– Какой позор! Она ведь была одной из лучших ваших проводников. Но остался Саймон, так?

– Надеюсь. Его трудно застать на месте, вы же знаете. Сейчас, насколько мне известно, он в Южной Америке.

– Он вернется! А я раздобыл для вас плоты.

– Большое спасибо!

Билл поспешил на склад. В этот момент дверь отворилась, и в магазин вошла стройная молодая женщина в черных джинсах и белой майке, прикрытой сверху коротеньким серым жакетам. Вьющиеся темные волосы коротко пострижены. Ее темно-карие глаза впились в них, и женщина резко остановилась.

Алисия застыла как вкопанная. Между нею и незнакомкой было не более двух метров, но, казалось, каждый сантиметр пути вибрирует от напряжения.

– Келли! Ты вернулась! – наконец выдавила из себя Алисия.

– Да, вчера. На будущей неделе будут оперировать маму: тазобедренный сустав.

– Слышала. Надеюсь, все обойдется.

– Думаю, она поправится! – Келли сделала глубокий вдох. – А где Билл?

– Отошел на склад, хочет показать нам… – Алисия сконфуженно умолкла.

Келли прищурилась.

– Что показать? Новые плоты? Мама говорит, вы опять собираетесь открывать сезон?

– Это так.

– Ушам своим не верю! – тряхнула кудрями Келли, и ее глаза вспыхнули нехорошим блеском.

– Но послушай!

– И слушать не стану! Не хочу слышать твои дурацкие объяснения! – Девушка круто развернулась и вышла вон, громко хлопнув за собой дверью.

– По-моему, Келли – это имя твоей лучшей подруги, – осторожно заметил Гейб, несколько ошарашенный только что разыгравшейся на его глазах сценой.

Какое-то время Алисия оцепенело смотрела на него, не вполне отдавая себе отчет, где она, а потом выдавила:

– Бывшей лучшей подруги.

– Не понимаю, – Гейб впился в расстроенное лицо Алисии.

– Дело в том, что в прошлом году во время одного из наших спусков на плотах погиб жених Келли.

– Понятия не имел! – воскликнул пораженный Гейб. – Роби мне ничего не говорил.

– Друзья решили устроить мальчишник для Брайана за три недели до их свадьбы с Келли. Планировалось, что я буду на свадьбе старшей подружкой невесты. Мы уже даже наряды приготовили, заказали церковную службу, договорились о помещении, где пройдет прием. Сразу же после похорон Брайана Келли уехала из города. Со мной она перестала разговаривать. Не думала, что мы когда-нибудь увидимся вновь.

– Сочувствую тебе, Алисия.

– Она винит меня в смерти Брайана. Да и не она одна. Многие так считают! – Алисия замолчала, увидев выходящего со склада Билла. Он толкал перед собой большую тележку.

– Ступай-ка сюда, Алисия! – скомандовал он. – Полюбуйся на этот лучший в мире надувной плот! Замечательная конструкция! Специально предназначенная для спусков по горным рекам. Твоему отцу такие плоты придутся по душе.

– Не думаю, что он воспользуется хотя бы одним из них.

– Еще как воспользуется! Уж я-то его знаю! Твоего отца просто так не сломить.

– Поживем – увидим. В последнее время он очень сильно сдал, физически, я имею в виду.

– Да, пока он еще не полностью оправился от полученных травм, это верно. Вполне возможно, этот сезон ему даже придется пропустить. Но все равно твой отец – сильный человек, и воля у него железная. Он сам мне сказал, что вернется на реку, и я ему верю.

– Наши желания не всегда совпадают с нашими возможностями, – задумчиво обронила Алисия.

– Так я потащу это в машину? – Гейб вопросительно глянул на тележку.

– Хорошо, – разрешил ему Билл. – Тележку поставьте потом возле заднего входа в магазин.

– Я иду следом, только обговорю с Биллом все условия, – сказала Алисия.

Гейб уложил коробки на заднее сиденье машины и повез тележку обратно к магазину. Пока он занимался транспортировкой, от его глаз не ускользнуло, что на другой стороне улицы, прямо возле входа в агентство недвижимости, стоит Келли и о чем-то оживленно беседует с молодым мужчиной. Но стоило им заметить появившуюся из магазина Алисию, как оба тут же замолчали, впившись в нее неприязненными взглядами. Алисия вначале замедлила шаг, а потом почти опрометью подбежала к машине и вскочила на сиденье.

– Что это за парень беседует с твоей бывшей подругой? – поинтересовался Гейб.

– Это брат Брайана, Рассел. Он работает как раз напротив.

– Он тоже принимал участие в том мальчишнике?

– Да. Но он был на одном плоту с моим отцом. Они, собственно, возглавляли весь отряд, их плот шел первым. А когда он перевернулся, именно Рассел помог отцу выбраться на берег. В той кутерьме поначалу никто не заметил исчезновения Брайана. А когда хватились, было уже поздно.

Алисия подавленно замолчала.

– Расскажи мне все же, что произошло на реке в тот злополучный день. Я хочу иметь полное представление о происшествии.

– Зачем тебе?

– Затем, что я хочу помочь тебе. Ведь твой бизнес не сводится только к приобретению новых надувных плотов. Как я
Страница 15 из 22

понимаю, после той трагедии сильно пострадал имидж вашей компании.

– Много ты понимаешь! – саркастически заметила Алисия.

– Ну вот скажи честно, сколько людей винят вас в гибели этого парня?

– Много.

– Так вот, мы должны заставить их переменить свое мнение.

Алисия осторожно вырулила на проезжую часть.

– Зачем?

– Разве ты не мечтаешь снова вернуться на реку? Впрочем, ты этого боишься! Но почему?

– Потому что, скорее всего, в той трагедии виновата я.

– Ну, это еще надо доказать! Мы можем где-нибудь спокойно побеседовать, чтобы нам никто не помешал?

– С чего ты взял, что я захочу вступать с тобой в доверительные разговоры?

– Можешь не вступать. Как хочешь! – Он небрежно пожал плечами. – Только одно я знаю наверняка. Тебе надо выговориться перед кем-то. И вот он я, весь к твоим услугам. Не думай, я не стану слепо защищать тебя. Если ты сделала что-то не так, я скажу тебе об этом прямо в глаза.

Она угрюмо посмотрела на него.

– Хорошо хоть, что говорить буду не только я одна.

4

Келли проводила взглядом машину Алисии, пока та не скрылась за углом. Настроение у нее было преотвратительным: свело желудок, а к горлу подступила тошнота. Надо же! Она дома чуть больше суток, а уже готова мчаться прочь из города куда глаза глядят. Разумеется, Келли предполагала, что даже случайная встреча с Алисией будет для нее тяжким испытанием, но то, что это стало настоящим потрясением, пугало.

– Держись от нее подальше, – посоветовал ей Рассел. – И запомни, ни о каком возобновлении дружеских отношений не может быть и речи!

– Да я и сама это понимаю! – Келли снова повернулась к Расселу.

Успешный брокер, холостяк тридцати трех лет, как говорится, все при нем. Тем не менее гибель брата и у него выбила почву из-под ног. В трагедии он винил прежде всего себя. Ведь именно ему пришла в голову идея организовать веселый мальчишник на плотах накануне свадьбы Брайана.

– Уверена, что тебя снова не потянет к ней? Вы же были не разлей вода, лучшими подругами. Предполагалось, что она будет твоей главной подружкой на свадьбе.

– Пожалуйста, не напоминай мне о том, что было. Я знала, что, вернувшись домой, рано или поздно встречусь с Алисией, но не думала, что это произойдет так скоро. Она сказала мне, что покупает новый плот. Вполне возможно, вместо того…

Келли снова почувствовала в желудке рвотные спазмы, и память моментально вернула ее в тот ужасный летний день, когда вся ее жизнь пошла под откос. Она вместе с матерью подбирала цветы для свадебных букетов, когда позвонил Рассел. Его голос срывался от волнения. Кажется, он сам не мог поверить в то, о чем говорил. Плот перевернулся, и Брайан оказался в воде. Найти его не могут. Еще целых двадцать четыре часа Келли надеялась на чудо, верила и молилась, но чуда не произошло.

– Никогда не думал, что они снова посмеют сунуться на реку после всего, что случилось! – прервал Рассел ход ее мыслей. – Их надо остановить. Они – просто ходячая угроза для всех.

В первую секунду Келли хотелось возразить, защитить Хейденов от несправедливых наветов, но воспоминания о собственном горе заставили ее замолчать. Еще каких-то полгода тому назад она перегрызла бы горло любому, кто посмел бы обидеть ее подругу. Для Келли Хейдены всегда были второй семьей. Джордж после смерти отца заменил его ей. Да и Алисия относилась к матери Келли как к родной. Они даже порой шутили, что неплохо было бы поженить их родителей и зажить одной семьей, но старшие не проявили особого рвения. Что и понятно. Джордж дни и ночи торчал на реке, а в город наезжал очень редко и исключительно по делу.

– Не думаю, что Джордж уже настолько оправился, чтобы лично сопровождать туристов на плотах, – задумчиво обронила Келли.

– Ходит он все еще с палкой, – заметил Рассел.

– Это ты спас ему жизнь!

– Не для того я ее спасал, чтобы он снова возобновил свои дурацкие гонки на плотах и угробил еще кого-нибудь! – гневно воскликнул Рассел, и его лицо исказилось от ярости.

Впервые Келли обратила внимание на то, что вид у Рассела, прямо скажем, неважнецкий. Располнел, обозначился животик, лицо багровое, такое у него раньше было только после обильной выпивки. Волосы поредели, а на макушке проглядывала лысина. Да, смерть брата далась ему очень нелегко. Рассел все еще не может смириться с его гибелью.

– Не изводи себя так, Рассел, – попыталась сгладить его неожиданный взрыв ярости Келли. – Что случилось, то случилось, и Брайана больше не вернешь.

Рассел тяжело вздохнул.

– Знаю. Более того, я даже не собирался заводить с тобой разговор о прошлом, если бы не… Когда оперируют твою мать?

– На следующей неделе.

– Вот в городе обрадуются твоему возвращению! Все так скучают по твоим кулинарным шедеврам. Конечно, Нора тоже отличная повариха, но с тобой она не идет ни в какое сравнение.

– Спасибо за добрые слова, но не забывай, что именно Нора обучила меня всем секретам ремесла.

– Как твоя работа в Сакраменто?

– Взяла отпуск. – Келли помолчала. – Но я собираюсь вернуться. Ривер-Рок мне больше не родной дом.

– Но прежде приглашаю тебя к нам на ужин. Родители будут очень рады увидеться с тобой. И Аманда тоже.

– Когда ты уже наденешь ей на палец обручальное кольцо?

– Вот подумываю сделать это в скором будущем, – улыбнулся он обезоруживающей детской улыбкой.

– Поторопись. Такие девушки на дороге не валяются.

– Ты права! Аманда – отличная девушка. Пожалуй, она даже чересчур хороша для меня. – Рассел слегка подался вперед и поцеловал Келли в щеку. – Рад был увидеться с тобой. Позвони, и мы согласуем день, когда ты сможешь прийти к нам.

– Обязательно.

Распрощавшись, Келли поспешила домой. Как бы ей хотелось снова почувствовать себя счастливой в родном городе. Но неожиданная встреча с Алисией напомнила ей все. Никогда больше этот город не будет родным.

Алисия глянула на Гейба. Тот не проронил ни слова после того, как они вышли из магазина. Явно давал ей время привести свои чувства в порядок.

– Когда Келли не приехала на похороны Роби, – начала она тихо, – я решила, что уже никогда не увижу ее. Она перебралась в Сакраменто и устроилась шеф-поваром в одном из тамошних ресторанов. Она ведь кулинар от бога. Ее матери принадлежит кафе «Черная смородина» на другом конце города. Так что Келли, можно сказать, выросла на кухне.

– Давай поговорим о том несчастном случае, Алисия.

– Подожди немного, ладно? Мы уже почти у цели. – Она свернула на узкую проселочную дорогу и, проехав пару сотен ярдов под густыми кронами деревьев, выскочила на поросшую травой полянку, потом заглушила мотор и вышла из машины. – Выходи, – повернулась она к Гейбу. – Хочу тебе кое-что показать.

Какое-то время они молча шли по едва заметной в густой траве тропинке, пока не увидели старый деревянный мост. Под ним мощно ревела река, разветвляясь прямо внизу на два рукава, разделенных между собой узкой полосой из земли, гравия и крупных валунов. Такое впечатление, что запруда была рукотворной: будто ее специально соорудили для того, чтобы помешать дальнейшему спуску лодок по реке. Мост, очень ветхий на вид, был закрыт уже давным-давно, как опасный даже для пешеходов.

– Какой грандиозный ландшафт! – восхитился Гейб красотой открывшегося его взору
Страница 16 из 22

пейзажа. – Надеюсь, ты привезла меня сюда не для того, чтобы столкнуть вниз?

– Можешь быть спокоен. Пока твоя жизнь в полной безопасности, – вяло пошутила Алисия, усаживаясь прямо на землю и с облегчением вытягивая ноги. Она не рассчитывала, что звуки бурлящей внизу воды будут столь громкими, но река ревела и грохотала, заставляя содрогаться от страха. Как же не похоже это стремительное течение на то, что они наблюдают из окон своего дома. Там река плавно несет свои воды вниз по течению, но здесь она буквально захлебывается от натиска воды, невольно заставляя вспомнить все то, что произошло в прошлом году. Особенно эти острые валуны, торчащие из воды, словно отточенные клинки. Алисия вдруг почувствовала слабое головокружение, и земля поплыла под ней куда-то в сторону.

– Алисия! Тебе плохо? – встревоженно взглянул на нее Гейб.

– Не надо было мне привозить тебя сюда, – едва слышно прошептала Алисия. – Глупо все получилось.

– Со мной тебе ничего не грозит! Не бойся! – Он с силой схватил ее за руку и больно сжал. Да, действительно, с такой железной хваткой упасть в реку Алисии он не даст. Впрочем, столь тесное общение с Гейбом сулит в себе и иные опасности, помимо тех, чтобы просто свалиться с моста в воду. – Расскажи мне, наконец, что случилось в тот роковой день на реке. Прошу тебя!

Алисия медленным движением высвободила свою руку и отодвинулась чуть подальше от воды. Гейб уселся рядом.

– Я еще ни с кем и никогда не говорила об этом.

– Даже с братом?

– Даже с ним. Не хотела расстраивать Роби, а потому ничего не сообщила ему. Просто написала, что отец получил незначительное ранение в результате несчастного случая, и на этом точка. С отцом мы тоже никогда не касались этой темы. Он ведь, по сути, даже не знает, что тогда произошло на самом деле. Его смыло водой первым. А что было дальше… Келли после гибели Брайана отказалась общаться со мной. С Джастином обсуждать случившееся я боялась, не хотелось пугать его. Вот и вышло так, что весь груз тех ужасных воспоминаний я до сих пор ношу в себе.

– А Кейт?

– С Кейтом я познакомилась немного позже, уже в сентябре, а трагедия произошла в августе.

– Однако…

Вопросительное выражение его глаз не понравилось Алисии.

– Я обязательно расскажу ему все, но позже, когда представится удобный случай. Для него все это – уже прошлое. А для меня самой главным было обрести физическую форму и восстановить душевное равновесие!

– Ты это серьезно? О какой форме ты толкуешь? Ты же панически боишься воды. Один вид ревущей реки приводит тебя в ужас. И ты всерьез полагаешь, что через пару недель что-то изменится?

– Все будет хорошо. Вот увидишь! Я сумею взять себя в руки.

– Едва ли.

– Говорю тебе, я справлюсь!

Он с сомнением покачал головой и мягко сказал:

– Так все же, что тогда случилось на самом деле?

Алисия сделала глубокий вдох.

– Была пятница, стояла прекрасная погода. Мы сравнительно недавно разработали однодневный маршрут: всего лишь два порога, один – со сложностью четвертого класса, другой – с пятой степенью сложности. В подобные спуски мы почти никогда не включаем пороги с шестой степенью сложности. Они практически недоступны спортсменам-любителям. Пятая степень сложности – это тоже очень серьезно, но, как правило, в такие путешествия вместе с туристами на каждом плоту отправляется в путь опытный проводник. Более того, мы уже несколько раз успели обкатать этот маршрут, и все было нормально. В тот день в путь отправились три плота с четырьмя туристами. Плюс на каждом плоту – проводник. Отец вел первый плот, я находилась на втором, а третий контролировал Саймон, один из наших самых опытных проводников. Отправились в путешествие рано утром и начальную часть маршрута прошли без всяких осложнений. Помню, причалили к берегу на ленч и организовали нечто похожее на воскресный пикник. Все смеялись, шутили – словом, отлично провели время. Но после обеда погода вдруг резко изменилась, поднялся ветер, и река забурлила, а течение стало еще стремительнее. Нам бы обратить внимание, но никто не придал этому особого значения. Бурлит себе, ну и пусть бурлит. Но не прошло и часа, как у нас случилась неприятность. По чистой случайности первый плот задел волнорез, такой крутой настил возле самого берега, с помощью которого усмиряется волна, а течение реки делается более плавным. Беда лишь в том, что вокруг волнореза при сильном течении могут образовываться водовороты, и тогда никто не застрахован от того, что любой из них может с легкостью затянуть в себя. Что и случилось в тот день.

Алисия замолчала. В ее сознании вихрем пронеслись картинки разбушевавшейся стихии. Бурлящая, ревущая вода, стремительно несущийся вперед плот, уже почти потерявший управление, а потом отчаянные крики тех, кто находился на первом плоту: плот перевернулся, и людей стало стремительно засасывать в воронку.

– Я просто оцепенела от ужаса, – после некоторой паузы заговорила она снова. Видно, сам рассказ давался ей очень непросто. – Отца нигде не было видно. Скорее всего, у него просто не было сил побороть скорость течения и вынырнуть наверх. Но в эту минуту и наш плот вдруг подбросило в воздух, и мы несколько мгновений пролетели над водой, словно это был не плот, а ковер-самолет. А уже в следующую секунду я сама очутилась в воде.

Она зябко поежилась, вспомнив тот страшный холод, который окружил ее со всех сторон, и то отчаяние, которое охватило ее при мысли о тщетности всех усилий выбраться из бурлящего водоворота.

Гейб взглянул на ее побледневшее лицо и ласково погладил по спине.

– Успокойся, Алисия. Сейчас ты не в воде, а под тобою твердая земля.

Алисия повернулась к нему, словно ища защиты. Его решительный взгляд помог ей снова вернуться к действительности.

– Рассел Фарр, брат Брайана, тоже был на первом плоту вместе с моим отцом. Рассел и вытащил его, уже потерявшего сознание, из воды и дотащил до ближайшего валуна. Если бы не Рассел, отец наверняка бы погиб.

– А ты?

– А меня понесло вниз по течению. Я кричала. Или мне казалось, что я кричала. Вокруг шумела вода, сердце колотилось в груди. Столько шума вокруг. Я пыталась плыть, пыталась ухватиться рукой за плот, который несло рядом, но у меня ничего не получалось. Наконец, собрав остатки сил, я все же кое-как выкарабкалась на берег. Меня снесло почти на четверть мили вниз по реке от того места, где случилось крушение. Наш плот потащило дальше, и он стремительно понесся вниз, к водопадам, вопреки всем туристическим маршрутам. – Алисия откашлялась и снова замолчала, собираясь с духом, чтобы пережить весь ужас той трагедии еще раз. – В тот момент я представления не имела, что кто-то остался на плоту. Мне он показался пустым. Но было такое ощущение, что кто-то оказался в воде снизу и плот тянет за собой свою жертву к неминуемой гибели. Впрочем, я мало что видела и различала. Я оглянулась назад, увидела наших парней на берегу и подумала, что все участники похода сумели добраться до берега. Но когда мы наконец собрались вместе, то выяснилось, что Брайана среди нас нет. Мы так и не смогли самостоятельно отыскать его. И тогда я поняла, что это мой плот увлек его за собой к водопаду. Упав в воду, он, видно, зацепился за какой-то крюк снизу, и его понесло
Страница 17 из 22

вниз вместе с плотом. Правда, на нем был спасательный жилет, но там вокруг столько острых камней. Жилет мог порваться. Позднее один из парней говорил, что видел на воде следы крови.

– Если хочешь, можешь больше не продолжать, – ласково предложил Гейб.

– Собственно, и продолжать-то уже нечего. – Она подавила тяжелый вздох. – Тело Брайана спасатели нашли только на следующий день, в четырех милях от того места, где произошло крушение. На голове у него была открытая рана. Скорее всего, ударился о камень. Официальная версия: сильный удар в голову при падении, после чего он потерял сознание и утонул. Впрочем, никому от этого легче не стало.

– Может быть, легче было ему. Он ничего не чувствовал. Не понимал, что с ним происходит.

– Дай-то бог!

Гейб бросил на Алисию внимательный взгляд.

– И все же я не понимаю! История, которую ты рассказала мне, это типичный несчастный случай, и только. Почему люди винят вас? Почему ты сама винишь себя?

– Выдвигалось много версий о причинах трагедии. Одни говорили, что мы плохо надули плоты, что не проверили их как следует перед тем, как отправляться в путешествие. Что нам не тягаться с крупными туристическими фирмами, организующими такого рода досуг для своих клиентов, что у нас плохое снаряжение, и прочее, и прочее. Многие выражали сомнение в моей компетентности, говорили, что я не вполне квалифицированный проводник, подчеркивали, что отец уже не молод, и, конечно, все в один голос твердили, что это было чистым безумием – решиться на спуск по реке в тех погодных условиях, которые тогда были.

– Ну да! Задним умом все богаты! А ты сама что думаешь?

– Не знаю. Позднее мы действительно обнаружили пробоину в одном из наших плотов. Но, скорее всего, она образовалась в тот самый момент, когда плот налетел на рифы.

– Похоже на то, – Гейб бросил еще один внимательный взгляд на Алисию. – Больше ничего не хочешь добавить?

На ее лице отразилось смятение. Алисия явно прикидывала, как далеко она может зайти в своих откровениях.

– Ничего существенного. Разве что на уровне ощущений. После ленча у меня сложилось впечатление, что Брайан чересчур весел. Да и два его приятеля стали разговаривать громче обычного. Не знаю, что стало тому причиной. Адреналин ли ударил им в голову или что другое, покрепче. Слушали они меня все вполуха, не бросались сию же минуту выполнять мои команды, как это было утром, в самом начале нашего путешествия.

– Думаешь, они пили?

– Спиртное во время подобных спусков категорически запрещено. Но у всех были с собой бутылки с водой. Правда, я не проверила их содержимое. Доверяла. Ведь все парни были моими знакомыми, хорошими друзьями.

– Разве при вскрытии тела патологоанатомы не проводили тесты на алкоголь?

– После гибели Брайана прошло больше суток. Даже если у него в крови и был алкоголь, за это время он успел рассосаться. А потому всей правды мы никогда не узнаем.

– Ты пыталась поговорить с его друзьями?

– Шутишь! Да со мной никто и разговаривать не захотел! К тому же в тот момент я была всецело занята отцом. У него диагностировали перелом ноги сразу в трех местах, трещины на ребрах. Он нуждался в постоянном уходе. Так что у меня попросту не было времени для того, чтобы заняться собственным расследованием. Да я и не представляла себе, с чего начать. С нами тогда на плотах плыл и начальник городской полиции. Вот он затем и вел все расследование. В конце концов гибель Брайана списали на несчастный случай, хотя многие в Ривер-Рок не верят в такую версию.

– По-моему, ты тоже в нее не веришь.

– Я просто жалею, что не могу отчетливо вспомнить все, что тогда произошло. В сущности, я видела лишь малую часть разыгравшейся трагедии. Каждый из нас был занят собственным спасением, мы все были поглощены тем, чтобы любой ценой выбраться на берег. Вот в чем вся проблема. Никто не видел всей картины в целом. У каждого лишь собственный крохотный фрагмент воспоминаний.

– То есть ты хочешь свести все эти фрагменты воедино, сложить головоломку, но не знаешь, с чего начать?

– Точно! Хотя даже сложив головоломку, мы все равно не вернем Брайана.

– Но это поможет тебе преодолеть собственные страхи. Отец ведь не знает, что ты сейчас панически боишься реки, не так ли?

– Нет. – Она подтянула коленки к груди и обхватила их руками. – Во всяком случае, он делает вид, что не знает. Он ведь у нас отчаянно упрямый и признает лишь один способ преодоления страха: если тебя сбросила лошадь, снова карабкайся ей на холку, если под тобой перевернулся плот, верни его в исходное положение и продолжай спуск по реке.

– А его самого после того случая не стали одолевать страхи?

– Не думаю. Он любит реку. Она для него словно женщина, которая дразнит, не подпускает к себе, а он все время добивается ее благосклонности, чувствуя себя при этом сильным и мужественным, словом, настоящим мужчиной. После того как от нас ушла мать, в жизни моего отца была лишь одна-единственная любовь: река.

– Почему вас бросила мать?

– О, это еще одна очень длинная история. Но, мне кажется, я и так сегодня рассказала тебе чересчур много. Теперь твоя очередь.

Лицо Гейба моментально стало каменным.

– Я не могу рассказать тебе, как погиб Роб.

– Почему? Я только что вывернулась перед тобой наизнанку, а ты молчишь.

– У нас с тобой разные ситуации.

– Но скажи мне хоть одно словечко! Пожалуйста! О чем Роби говорил перед смертью? – Страшный вопрос по своей сути. Как только он сорвался с ее уст, Алисии тут же расхотелось знать, каковы были последние слова ее брата. Ведь если Роби заговорил о чем-то очень важном и личном, значит, он понимал, что умирает. А ей была ненавистна сама мысль о том, через какие страдания ему пришлось пройти перед смертью: боль, собственное бессилие, осознание приближающейся смерти. – Не хочешь, как хочешь! – Алисия проворно вскочила на ноги. – У меня еще куча дел! Заплатить по счетам, заказать провизию, договориться с проводниками о новых маршрутах.

Гейб медленно поднялся с земли.

– Алисия! Посмотри на меня.

– Зачем? – Алисия повернула голову и взглянула на Гейба.

– Затем, что Роби хотел, чтобы ты знала, как сильно он тебя любил. А я ему сказал, что тебе это и так прекрасно известно.

Ее глаза налились слезами.

– Ты прав! Я это знала! – Алисия больно прикусила нижнюю губу. – Хочу извиниться перед тобой за то, что наболтала вчера много лишнего. Я отлично понимаю, что ты не мог бросить Роби умирать одного. Просто мне нужно было излить на кого-то всю свою злость, а тут как раз подвернулся ты.

– Я все понимаю, Алисия. К тому же ты ведь не рассчитывала увидеть меня снова. Вполне возможно, даже задавалась вопросом, почему Роби, а не я.

– О, нет! Я никогда не желала тебе смерти, Гейб. Можешь мне поверить! Я была бы счастлива, если бы вы оба остались живы. Но обвинять тебя в гибели брата было с моей стороны верхом несправедливости. Сама того не понимая, я обошлась с тобой точно так же, как обошлись и со мной после гибели Брайана, обвиняя в тех грехах, которых не было на моей совести. Мне очень жаль, что все так вышло. Прости.

– Знаешь, я часто думаю о том, что многое в своей жизни я хотел бы изменить и прожить заново.

– Я тоже. Но – увы! – в реальной жизни это невозможно.

– Ты права.

– И что будем
Страница 18 из 22

делать?

– Для начала вернемся на реку и осуществим небольшой спуск вдвоем, только ты и я.

Алисия почувствовала, как ускорился ее пульс.

– Даже… не знаю… что и сказать.

– Со мной тебе не надо будет притворяться, делать вид, что тебе не страшно. Более того, я полностью подстроюсь под тебя.

– Хорошо, я подумаю над твоим предложением. Но если мне не удастся снова запустить наш бизнес, тогда отпадет и необходимость в речных экспедициях.

– А чем должен был заняться Роби в случае своего возвращения домой? – поинтересовался Гейб, плетясь следом за Алисией к машине. – Какова, так сказать, его роль в вашем предпринимательском проекте?

Алисия остановилась возле машины.

– О, ему предназначалась очень важная роль, можно сказать, самая важная. Он должен был развеять все страхи и сомнения и выбить почву из-под ног наших недоброжелателей. С помощью своей белозубой улыбки он должен был сделать невозможное: снова вернуть всех постоянных клиентов в лоно семейства Хейденов. Роби ведь в наших местах все просто обожали. Он сумел бы переубедить горожан, и нам снова стали бы доверять.

– Иными словами, тебе срочно нужен парень с обложки, так?

– Частично. И не обижайся, пожалуйста, но ты на эту роль никак не годишься.

– Ты не совсем справедлива! Временами я могу быть очень даже обходительным.

Алисия с сомнением покачала головой. Конечно, Гейб – это вылитый секс-символ, но вот характер у него далеко не сахар: угрюмый взгляд, тяга к одиночеству.

– Если хочешь, оставайся, приступай к работе. Не думаю, что градус неприязни к нам возрастет еще больше после того, как ты возьмешься пиарить фирму Хейденов.

– Посмотрим-посмотрим!

– На что? – не удержалась от вопроса Алисия, заметно нервничая. Кажется, Гейб всерьез решил принять ее вызов.

– Поживем – увидим. Для начала мне предстоит разработать стратегию, определить ключевые цели и задачи и разобраться с тем, как их реализовать. Задача номер один – это нейтрализовать ваших недоброжелателей и в корне изменить общественное мнение.

– Цели, задачи… Ты не на войне, Гейб.

– Ты не права, Алисия, – улыбнулся Гейб. – Нам предстоит сражение. Сражение за восстановление твоего доброго имени. Так где, ты говоришь, живет твоя Келли?

– Постоялый двор под названием «Черная смородина». Но я не хочу, чтобы ты начал выяснять с ней отношения. У нее и без того хватает проблем. Она до сих пор не оправилась от гибели жениха.

– Удивляюсь тебе, Алисия. Ты еще пытаешься защищать ее, и это после того, как жестоко она обошлась с тобой.

– Она была моей лучшей подругой. И я по-прежнему люблю ее. Оставь Келли в покое.

– Хорошо. Тогда другой вопрос. В каком месте у вас аккумулируются все городские сплетни?

– В кафе-гриль, или у Берта Дайнера, или в баре «У Мелани».

– Просьба: высади меня где-нибудь в городе. Начну осваивать местную территорию.

– Как же ты вернешься домой?

– Пущу в ход свое обаяние, – весело рассмеялся он.

– Ну, если ты любишь ходить пешком, тогда, конечно, тебе ничего не грозит! – ворчливо бросила Алисия, включая зажигание. Улыбка у него и правда убийственная, подумала она про себя, но одними улыбочками вряд ли удастся переломить общественное мнение в ее пользу.

Келли взбежала по ступенькам крыльца. Постоялый двор «Черная смородина» с одноименным кафе при нем располагался в красивом старинном поместье на трех акрах частных угодий – заливные луга и лес примерно в пяти милях от города. Небольшая речушка пересекала территорию поместья, сливаясь с основным руслом в полумили от дома. Просторная крытая галерея окружала четырехэтажный особняк с трех сторон, сзади располагался крытый дворик-патио с вымощенной камнем мостовой. Там стояли столы и стулья, рядом дымился открытый очаг. В доме было оборудовано десять номеров для постояльцев плюс три гостевых коттеджа. Еще одна комната располагалась в мансарде на самом верхнем этаже, и в ней всегда обитала Келли. Мама с братом уже несколько лет как занимали один из гостевых коттеджей. Переселились туда подальше от постояльцев и вечной сутолоки в большом доме. Но Келли уже настолько привыкла к своей мансарде, что категорически отказалась съезжать. К тому же ей хотелось свободы во всем. А когда начала встречаться с Брайаном, то и вовсе перебралась к нему.

Келли открыла парадную дверь дома. Знакомая с детства мебель, привычные запахи родного дома снова вызвали у нее прилив ностальгии. Да, она скучала по дому. Скучала по своим близким, по Норе, которая вместе с ее матерью четырнадцать лет тому назад занялись гостиничным бизнесом. Женщины открыли собственный постоялый двор. Это случилось сразу же после смерти отца Келли. Кстати, именно Норе Келли была обязана всеми своими кулинарными талантами. Уже с пятнадцати лет она подвизалась на кухне в роли заместительницы шеф-повара. А когда Нора, достигнув весьма зрелого возраста, в пятьдесят семь лет влюбилась и бросилась вслед за своим возлюбленным мужем колесить по стране в его трейлере, Келли заменила ее полностью.

Именно Нора сейчас и встретила Келли первой, горячо обняв и едва не задушив в своих объятиях. Энергичная пухленькая блондинка с платиновыми кудряшками и приветливой улыбкой, она буквально расцвела при виде Келли.

– Ну, наконец-то! Я уже не чаяла дождаться тебя. Мать сказала мне, что еще рано утром отправила тебя по делам.

– Да. Я хотела помочь тебе с завтраком, но у мамы скопилась куча неотложных поручений. Пришлось ехать.

– Линнет просто боится операции и, чтобы не думать о ней, загружает и себя, и всех остальных всяческими, якобы неотложными, делами. Но в любом случае не переживай. Постояльцев у нас сегодня немного, так что я управилась. Правда, к вечеру ожидается прибытие трех пар. На выходные работы прибавится.

– Вот и прекрасно! Я готова!

– Конечно, за работой все грустные мысли уходят прочь, – понимающе улыбнулась Нора. – Ты точь-в-точь как твоя мать.

– Да я просто хочу помочь тебе. Знаю, ты ведь не горела особым желанием снова переходить на полный рабочий день. Но после того, как я уехала в Сакраменто, тебе пришлось подставлять свое плечо.

Нора лишь отмахнулась.

– Не говори глупостей! Сколько же можно колесить по свету в этой железной коробке? Там и места-то нет, чтобы повернуться. Короче говоря, Рассел стал действовать мне на нервы. И я ему тоже. Нет, я по-прежнему обожаю мужа, но перемены пойдут нам обоим только на пользу.

– Тогда и вообще все замечательно! – обрадовалась Келли. – Я рада, что ты снова приступила к своим обязанностям шеф-повара. – Она замялась, но потом все же решила расставить все точки над «i». – Я вряд ли вернусь сюда насовсем.

– Вот и твоя мать сказала мне то же самое. Хотя мы обе надеемся на то, что ты вдруг возьмешь и передумаешь. Ведь это твой родной дом. И народ тебя так любит.

– Не могу, Нора! Поверь мне! Не могу ходить по городу и видеть те места, где мы с Брайаном когда-то бывали вместе. Сразу же вспоминается все, что я потеряла.

– Понимаю! – сочувственно вздохнула Нора. – Но я знаю и другое. Можно уехать хоть на край света, но от себя, милая, не убежишь.

– А я и не бегу. Я просто пытаюсь начать все сначала. Большая разница!

– Разница есть, но, пока ты не помиришься с Алисией, ты ничего не сумеешь начать сначала.
Страница 19 из 22

Почему ты не приехала на похороны Роби?

– Я хотела, – покаянно начала Келли, почувствовав угрызения совести. – Но побоялась, что не смогу сдержать себя. Менее всего на свете Хейденам нужны были выяснения отношений прямо на похоронах. – Келли подавила тяжелый вздох. – Не могу поверить, что Роби погиб. Ужасно! Он ведь уже одной ногой был на гражданке. За неделю до его гибели я получила от него письмо.

– Вот как? – Нора бросила на Келли пристальный взгляд. – А я и не знала, что ты продолжала поддерживать с ним связь.

– Он хотел, чтобы я помирилась с Алисией, но я ответила, что это невозможно. – Келли немного помолчала. – Я только что столкнулась с Алисией в городе. Представляешь, она покупала новое снаряжение для турпоходов! О чем она только думает! Неужели снова собирается работать с туристами? И как только совести хватает!

– Келли, ты несправедлива. Это же их семейный бизнес. Вряд ли Джордж Хейден откажется от него из-за одного несчастного случая.

– Это не несчастный случай! Беспечность, вот что это! – выкрикнула Келли, не вполне понимая, что именно она имеет в виду под словом «беспечность». Но как бы то ни было, а все в городе продолжают считать, что в случившейся трагедии виноваты Хейдены. Хотя бы частично.

– Не забывай, Алисия одна растит сына. Надо же ей как-то зарабатывать деньги.

При упоминании о Джастине лицо Келли моментально разгладилось. Ведь она была крестной матерью мальчика. Более того, она присутствовала при его рождении, все восемнадцать часов, пока длились роды, она неотлучно была рядом с подругой. Келли первой взяла его на руки, когда малышу было от роду всего лишь несколько минут. До недавнего времени она принимала самое активное участие в жизни мальчика, но полгода тому назад все изменилось.

– Как там Джастин?

– Растет потихоньку. И с каждым днем становится все больше и больше похожим на Роби. Скучает по тете Келли, уверена в этом. Едва ли ребенок может понять, почему ты так внезапно исчезла из его жизни.

– Наверняка Алисия объяснила ему! – Келли подавила еще один тяжелый вздох. – Не хочу я здесь оставаться, Нора. Вдалеке мне намного легче. Во всяком случае, хоть не боишься столкнуться нос к носу с неприятным тебе человеком.

– Но не будешь же ты вечно прятаться от Алисии. Вам надо сесть вместе и поговорить по душам.

– Как я могу разговаривать с ней по душам, зная, что Брайан находился на ее плоту? И погиб! Разговорами тут ничего не исправишь.

– Упрямая ты девчонка! – сокрушенно покачала головой Нора. – А ведь именно сейчас вы как никогда нужны друг другу. Ты потеряла своего жениха. А у нее погиб брат. Можно сказать, вы обе лишились самых дорогих мужчин в вашей жизни.

– Да, но моей вины в гибели Роби нет, а вот она виновата в смерти Брайана. Ведь она была его проводником! Обязана была позаботиться о его безопасности.

– Горные реки непредсказуемы, Келли. Брайан отлично знал, куда шел.

– Ничего он не знал! Для него это было словно прогулка на аквабайке вдоль морского побережья. Садишься, отчаливаешь от берега, да, немного страшно, но никто и не думает о смерти! – Келли устало взмахнула рукой. – Все! Не будем больше об этом, ладно? Пойду на кухню и займусь готовкой. Я приехала домой только ради мамы. И как только она оправится после операции, я немедленно вернусь в Сакраменто. Там сейчас моя новая жизнь. Какое у нас меню на ужин?

– Котлеты из телятины с гарниром из риса и свежей спаржи.

– Отлично! – Келли достала из шкафчика чистый фартук и надела его. За работой ей всегда становилось лучше. На кухне она чувствовала себя полновластной хозяйкой, где все у нее под неусыпным контролем. В реальной жизни это было далеко не так. Она стала с шумом извлекать из-под кухонного стола кастрюли и сковороды, полезла в холодильник за провизией, а мысли между тем снова вернули ее в прошлое. В тот самый последний вечер накануне рокового путешествия Брайана, когда она тоже занималась ужином. Собрались все подружки невесты, чтобы заняться примеркой своих нарядов. Она приготовила тогда настоящую итальянскую пасту со свежими овощами из огорода Алисии. Помнится, они пили красное вино, разговаривали о всякой ерунде, смеялись.

Келли почувствовала, как снова заныло сердце. Боль утраты все еще была слишком велика. К тому же Келли горевала не только о своем женихе. Она жалела и о разрыве с Алисией. И где-то в самых-самых дальних глубинах своего сердца даже не понимала, какая из этих двух ран саднит горше. Разумеется, Келли было стыдно, что она так переживает из-за подруги. Келли чувствовала себя виноватой, почти предательницей по отношению к памяти о Брайане, и от этого ее душевные терзания только усиливались.

5

Гейбу потребовалось не более полутора часов для того, чтобы обойти пешком весь городок. Ривер-Рок при близком знакомстве оказался очень милым городком и гораздо более интересным, чем предполагал Гейб. Оказалось, что у города есть своя история и свой собственный, неповторимый облик. Впрочем, Гейб остался в городе совсем не для того, чтобы любоваться местными красотами, словно заезжий турист. Ему нужна информация и еще раз информация. Перед входом в ресторан Берта Дайнера толпился народ, что и понятно: наступило время ленча. Чтобы не толкаться зря в очереди, Гейб решил пропустить кружечку пива в баре «У Мелани». Внутри царил приятный полумрак, на стенах негромко вещали плоские телевизоры, за массивными дубовыми столами с такими же массивными скамейками восседали в основном мужчины. Гейб подошел к стойке бара и заказал себе пиво и гамбургер у рыжеволосой барменши немногим старше двадцати. Бейджик на ее фирменной куртке извещал, что девушку зовут Кэсси.

– Только что приехали? – поинтересовалась она, выставляя перед ним кружку с пивом. – Вы явно не из наших мест.

– Как вы догадались?

– Просто я всех знаю в Ривер-Рок.

– Да, это правда, я не здешний.

– У нас проездом?

– Пока еще не знаю.

– Ого! Какая таинственность, – улыбнулась девушка. Внезапно ее глаза вспыхнули озорным блеском. – А, с вами все понятно! Вы из фирмы «Уайлд Ривер Турс», я права? Глядя на ваши бицепсы, сразу догадаешься, что вы не бумажки в конторе перекладываете.

– В конторе «Уайлд Ривер Турс» я точно бумажки не перекладываю. А чем эта контора занимается? Устраивает гонки на плотах?

– О, они предлагают самые разнообразные виды экстремального спорта. Говорят, они намереваются открыть свой филиал и в нашем городе. Хотят прибрать к рукам местный туристический бизнес. Я, кстати, послала им свое резюме, но они даже не соизволили перезвонить.

– Что за работу вы ищете?

– Я могу управлять надувным плотом, я знаю отличные места для рыбалки на нашей реке, можно сказать, лучший клев в мире. А еще занимаюсь скалолазанием. Здесь поблизости, милях в пятнадцати от Ривер-Рок, есть отвесные скалы очень большой высоты.

– О, да вы – настоящий кладезь талантов. Тогда почему трудитесь в баре?

– Это заведение принадлежит моему двоюродному брату. Ему нужна помощница. А мне нужны деньги. Как видите, все просто.

Девушка отошла в сторону, чтобы принять очередной заказ, и в эту минуту Гейб увидел входящего в бар Кейта.

– Не ожидал увидеть вас здесь, – проговорил Гейб, когда Кейт подошел к стойке.

– Вот зашел забрать
Страница 20 из 22

свой заказ, – пояснил тот. – У нас на этой неделе сплошные родительские собрания, даже перекусить некогда. А силы нужны. Вот я и решил устроить себе ленч на ходу.

– Да уж, общение с родителями действительно отнимает много сил, – посочувствовал ему Гейб. – Сильно они вас допекают?

– Есть такие. Особенно усердствуют те, кто не очень занимается воспитанием своих чад. Иные родители и понятия не имеют, чем занимался их ребенок последние несколько месяцев. А вы что делаете в городе?

– Решил познакомиться поближе.

Гейбу очень хотелось вызвать в себе волну неприязни по отношению к Кейту, и причин для этого вроде бы было предостаточно. Начать с того, что этот парень нравился Алисии. Но доброжелательный тон Кейта никак не настраивал на конфронтацию.

– Хорошо, что вы приехали к нам! – воскликнул Кейт, снова удивив Гейба искренностью своих чувств. – Алисия убита горем после смерти брата. Ей трудно говорить о нем со мной. Я ведь его даже не видел. А ее отец не любит подобных разговоров. Видно, ему просто больно возвращаться мыслями к гибели Роби. Алисия, конечно, не из тех, кто любит свое горе выставлять напоказ, но и справиться с ним в одиночку у нее пока плохо получается.

Гейб молча кивнул, не зная, что сказать.

– Я бы очень хотел, чтобы она смогла переубедить отца, заставила бы его бросить свой бизнес, – продолжал Кейт. – К сожалению, в прошлом году, когда случилась трагедия, меня еще тут не было. Хотя о ней по-прежнему говорят в городе, а с приближением туристического сезона эти разговоры возобновились с новой силой. Насколько я могу судить, люди не в восторге от того, что Хейдены снова собираются вернуться на реку.

– По-вашему, им лучше уйти?

– Да. Пусть бы Алисия лучше занималась своим огородом, а не скакала на плотах по горным рекам. Это было бы гораздо лучше для нее самой.

Гейб не был уверен, что для Алисии это было бы лучше. Все эти годы она бесстрашно работала проводником, демонстрируя и высокую квалификацию, и личное мужество. На ее счету десятки маршрутов и множество спусков. Жажда приключений, тяга к риску, ощущение адреналина в крови, от всего этого не так-то просто отказаться. Да, сейчас она боится реки, но едва ли она сумеет побороть свой страх, копаясь на грядках у себя в огороде. Страх можно побороть лишь новыми испытаниями, встретив их лицом к лицу и преодолев. Иначе Алисия будет бояться воды до конца своих дней.

– Алисии нужно найти подход к отцу и суметь переломить его упрямство. Знаю, это будет нелегко! – вздохнул Кейт. – Джордж любит реку. Можно сказать, он ее обожает. Никогда не видел ничего подобного. Мне это трудно понять.

– А вот мне, напротив, его целеустремленность, упрямство, как считают иные, по душе. Он знает, чего хочет, и идет к цели, ни на что не обращая внимания.

– Да, именно так! Ни на что! И от этого часто страдает его семья. Алисия растеряла почти всех своих друзей. Я переживаю и за нее, и за Джастина. Дэвид говорит, что мальчишки в школе обижают его, говорят всякие гадости.

Гейб нахмурился. Неужели одноклассники стали третировать парня из-за прошлогоднего несчастного случая? Ведь именно так воспринимает все произошедшее сын Алисии. Вот и еще одна причина, по которой следует остаться и разобраться во всем до конца.

Кейт расплатился за свой ленч и бросил на прощание:

– Надеюсь, еще увидимся!

– Наверняка! – ответил Гейб.

– Вы знакомы с Кейтом? – спросила Кэсси, не скрывая любопытства.

– Познакомились вчера вечером.

– Да, но он назвал вас по имени: Гейб.

– А я и есть Гейб. Гейб Райдер к вашим услугам, мэм.

– Вы – Гейб Райдер? – удивленно воскликнула Кэсси. – Лучший друг Роби! Но на похоронах я вас не видела. Роби столько о вас рассказывал, когда приезжал домой на побывку.

– К сожалению, я не смог приехать на похороны. Служба!

– Мы все очень горюем из-за смерти Роби! – Ее глаза засверкали, наполнившись слезами. – Он любил поболтать со мной обо всем на свете, когда заглядывал в бар. Между прочим, всегда садился на это место, где сидите вы. Какой был замечательный парень!

– Это правда.

– Сейчас подам ваш гамбургер.

В ожидании еды Гейб огляделся по сторонам и за одним из столиков сразу же увидел знакомое лицо. Именно этот мужчина разговаривал на улице с Келли: брат покойного Брайана. Сейчас он вел беседу с мужчиной приблизительно своего возраста, говорил на повышенных тонах и много жестикулировал. Он всегда такой нервный, подумал про себя Гейб, или сегодня что-то вывело его из себя? Он ведь и с Келли держался не менее агрессивно. А может, это гибель брата так на него подействовала, испортив до неузнаваемости характер?

Что ж, парня можно понять. Все последние недели Гейб тоже жил в состоянии внутреннего разлада. Его душила ярость, не притуплялось острое чувство несправедливости от того, что случилось с лучшим другом. Но позволить себе распуститься он не мог. Ради памяти Роби, ради спокойствия Алисии он обязан держать себя в руках.

Вот только как помочь ей, Гейб пока еще не знал. И даже представления не имел, с какой стороны подойти к решению всех ее проблем. Может, Кейт и прав. И для нее будет лучше, если она уйдет из семейного бизнеса. Тогда зачем его спасать? Ради чего Гейб сюда приехал? Они возродят фирму Хейденов, он уедет, а фирма тяжким грузом ляжет на плечи Алисии.

Помнится, Роб всегда с таким увлечением рассказывал ему о делах отца. Впрочем, сам он редко работал на реке. Он просто наслаждался тем, что живет рядом с рекой. А уж домашние носились с ним, словно с особой королевских кровей. Гейб это сам видел, когда приезжал к другу в гости на Рождество. Сам же Роби, судя по всему, просто упивался этим всеобщим обожанием и почитанием.

Впрочем, а сам Гейб не упивался бы? Просто у него никогда не было семьи, не было своего родного дома, и никто на всем белом свете никогда не волновался за него, не переживал, не терзался мыслями о том, жив ли он еще. Пожалуй, если бы у него была такая же любящая сестра, как Алисия, он не стал бы возражать. Будь оно все неладно, вздохнул он про себя. Алисия чертовски хороша, вот в чем его беда. Да, несчастья последних месяцев наложили на нее свой отпечаток, но этот блеск в глазах! Повезло Кейту, ничего не скажешь.

– Эй, Кэсс! Где наше пиво? – выкрикнул у него над ухом Рассел, подошедший к стойке бара. Он с трудом держался на ногах, галстук съехал набок, край рубахи торчал из брюк.

– Сейчас подам! – отозвалась Кэсси. – А тебе не много, Расс? Ведь еще только полдень.

– Жажда что-то мучит, – заплетающимся языком проговорил он и, перехватив взгляд Гейба, уставился на него с откровенной неприязнью. – Кажется, это вас я видел вместе с Алисией?

– Это друг Роби, – поспешила пояснить Кэсси.

– Вот как? Так пусть этот друг передаст Алисии пару теплых слов. Скажи ей, чтобы она держалась подальше от реки. Иначе горько пожалеет!

Гейб решительно поднялся со своего места. Какое счастье, что он на целую голову выше обидчика.

– Позвольте и мне сказать вам кое-что. Еще одна подобная угроза, и горько жалеть придется уже вам. Понятно я говорю?

– Она и не таких угроз заслуживает! Сука! Убийца проклятая!

Наконец-то ярость, которая копилась в Гейбе все эти долгие три недели, прошедшие с момента гибели Роби, выплеснулась наружу. Гейб, не раздумывая, двинул
Страница 21 из 22

кулаком прямо по физиономии Рассела. Удар был такой силы, что тот пошатнулся, но все же устоял на ногах и даже попытался дать сдачи. Первый раз Рассел промахнулся, зато во второй ударил прямо в челюсть Гейба. Тот уже приготовился к ответной атаке, но в этот момент кто-то схватил его за руку. Приятель Рассела сделал то же самое с Расселом.

– Хватит буянить, Расс! – примирительно сказал он ему. – Кулаками горю не поможешь!

Гейб с силой вырвал свою руку, которую крепко сжимал здоровенный детина из числа посетителей.

– Вам лучше уйти, – посоветовал он Гейбу. – Прямо сейчас!

Какую-то долю секунды Гейб колебался, потом, не говоря ни слова, направился к выходу. Кажется, кампания по завоеванию симпатий местных жителей началась с сокрушительного поражения. Ужас! Хотел помочь Алисии, но только усугубил все еще больше.

Почти весь день Алисия провела в конторе. Занималась разбором бумаг, вносила новые данные на вебсайт их фирмы, разместила в Интернете несколько объявлений о найме проводников, сделала кое-какие заказы. Несмотря на занятость, Алисия тем не менее не могла отрешиться от мыслей о Гейбе. Интересно, что он делает в городе? Глянув на часы, она с удивлением обнаружила, что уже два часа дня. А Гейба все еще нет! Куда же он пропал? Еще немного покопавшись в бумагах, она поднялась со своего рабочего места и пошла на улицу. Забравшись на холм, Алисия решила срезать дорогу домой и направилась прямиком к густой заросли деревьев, высаженных в свое время вдоль границы между двумя участками. Машина Гейба стояла на прежнем месте. Алисия подошла ближе и поняла, что в доме кто-то есть. Значит, Гейб уже вернулся!

Алисия решительно взялась за дверную ручку, даже не удосужившись постучать, и вошла в дом. Гейб стоял возле раковины, прижимая к лицу мокрое полотенце. Нижняя губа была рассечена и кровоточила.

– Что случилось? – воскликнула Алисия.

– Ничего, – недовольно пробурчал Гейб.

– Хорошенькое «ничего».

– Ветка ударила в лицо!

Алисия подошла ближе и отвела полотенце в сторону. Правый глаз заплыл кровью, и под ним образовался здоровенный синяк.

– Это не ветка, а чей-то кулак.

– Какая разница?

– Как это какая разница? Ты уже с кем-то подрался, да? И тоже наверняка наставил бедняге синяков?

– Что заслужил, то и получил! – жестко сказал Гейб без тени раскаяния во взгляде.

– Кажется, у тебя была несколько иная цель: расположить жителей города к себе и переломить общественное мнение в нашу пользу. Или я ошибаюсь?

– Ну, как видишь, первый блин комом.

– И с кем же ты умудрился подраться?

– С братом Брайана. С тем самым парнем, с которым беседовала Келли.

– С Расселом? – У Алисии даже руки опустились от такой новости. – Ты подрался с Расселом? Но почему?

– Он был пьян.

– Глупости! Он известный в городе специалист по недвижимости, а сейчас еще только середина рабочего дня.

– Говорю же тебе, он был пьян в стельку. И зол, как три тысячи чертей.

Алисия посмотрела на Гейба долгим изучающим взглядом, словно пытаясь восстановить все то, что осталось недосказанным.

– Он что-то про меня говорил, да?

– Козел, вот он кто!

– Надо приложить лед, – проговорила она, открывая холодильник. Достав несколько кубиков льда, она завернула их в полотенце и протянула сверток Гейбу: – Приложи. Так что он там говорил?

– Не хочет, чтобы вы возобновляли свой бизнес, – ответил Гейб, морщась от боли, но прижимая лед к синяку.

– Ну, это старая песенка. В конце концов, его можно понять. Ведь он потерял брата.

– Но это еще не повод, чтобы угрожать тебе!

– Он угрожал мне?

– Больше не будет.

Алисия недовольно нахмурилась.

– Конечно, я благодарна тебе за эту защиту, но дракой с Расселом нашему делу не поможешь.

– Ты не должна позволять ему третировать себя. Тем более угрожать.

– Я и не позволю! – Алисия немного помолчала. – И как же ты добирался сюда?

– Один дальнобойщик немного подбросил по трассе, а остальную часть пути шел пешком. Ну, чего ты уставилась на меня? – набросился он на Алисию, слегка сдвинув в сторону полотенце со льдом.

– Размышляю. Обычно ты такой выдержанный. Всегда держишь под контролем и свое тело, и выражение лица. Иногда складывается впечатление, что ты просто боишься расслабиться даже на одно мгновение. И вот, оказывается, можешь ведь расслабиться, да еще как! – Неожиданно она вспомнила, каким страстным был Гейб в ту единственную ночь, которую они провели вместе. Воспоминания были такими яркими, что она даже облизала пересохшие от волнения губы. Кажется, в ту ночь они оба потеряли всякий контроль над собой.

В глазах Гейба вдруг вспыхнуло желание, словно он тоже вспомнил сладостные мгновения той незабываемой ночи. Но стук в дверь вернул их обоих в день сегодняшний.

– Я открою, – сказала Алисия, направляясь к входной двери, и с удивлением обнаружила стоящую на крыльце Кэсси. В руках она держала пакет из плотной коричневой бумаги.

– Привет, Кэсси!

– Здравствуй, Алисия, – немного растерялась гостья, не ожидавшая увидеть здесь Алисию. Кэсси взглянула поверх ее головы на Гейба и сказала: – Вот, привезла ваш ленч, Гейб. Вы про него совсем забыли. Впрочем, я попросила повара приготовить вам свежий бургер.

Кэсси легко проскользнула мимо Алисии и протянула Гейбу пакет с провизией.

– Спасибо! Очень вам признателен! – несколько растерялся Гейб при виде визитерши.

– Я все еще под впечатлением от того, как вы ловко разделались с Расселом, – с нескрываемым восхищением прощебетала Кэсси, не сводя глаз с Гейба. – Он сегодня перешел все рамки приличия.

Алисия неожиданно почувствовала укол ревности, заметив, какая кокетливая улыбка порхает по устам Кэсси.

– Пожалуй, можно было преподать ему и более серьезный урок, – нерешительно промямлил Гейб.

– Он получил очень серьезный урок! Вы действовали безупречно! – Кэсси взглянула на Алисию. – Ты бы только видела, как он разделался с Расселом. Роб гордился бы таким другом. Ну, мне пора! Работа не ждет. Теперь вы знаете, Гейб, где найти меня, если вам вдруг понадобится экскурсовод по городу.

– Ловлю на слове, – учтиво улыбнулся в ответ он.

– Буду рада. Пока, Алисия.

– Пока, пока, – пробормотала Алисия, закрывая за Кэсси дверь. – А дела у нас не так уж и плохи, в конце концов! – проговорила она с иронией. – Кое-кого из местных тебе все же удалось обворожить и даже перетянуть на свою сторону.

Новость о драке в баре Келли услышала на базаре. Она не была лично знакома с Гейбом и даже не видела его в тот раз, когда он вместе с Роби приезжал к ним на рождественские праздники, но много слышала о нем и от Алисии, и от самого Роби. Можно сказать, что Гейб разбил сердце ее лучшей подруге. Еще никогда она не видела Алисию столь безутешной. Ей потребовались долгие месяцы, чтобы вывести себя из состояния депрессии, последовавшей после скоропалительного отъезда Гейба.

Наверное, это тот парень, который сопровождал ее в магазине. Но Келли была настолько потрясена неожиданной встречей с Алисией, что взглянула на ее спутника лишь мельком. Правда, она отметила, когда Алисия с парнем шли к машине и садились в нее, что держатся они по-дружески.

Как же неприятно все это! Не успела приехать домой, и снова оказалась в центре скандала и
Страница 22 из 22

сплетен.

Расплатившись за овощи, Келли уложила покупки в машину и решила заглянуть на работу к Расселу. Расс всегда заводился с полоборота, но все же по натуре он был добрым и сердечным человеком. Он тяжело переживал смерть брата и все еще не смирился с его потерей, и Келли должна лично убедиться, что Рассел в порядке.

Войдя в контору, Келли увидела, что в приемной пусто, и направилась прямиком в кабинет. Рассел сидел за столом, прижимая к лицу лед. Волосы у него были растрепаны, правый глаз заплыл кровью, следы крови были видны и на рубашке. Да, менее всего он был сейчас похож на успешного брокера, занимающегося недвижимостью.

По другую сторону стола восседал Джерри Донован, старинный друг обоих братьев Фарр. Высокий блондин в потертых джинсах и футболке, он вальяжно развалился на стуле, задрав ноги на стол. Но при виде Келли мгновенно и с громким стуком опустил бутсы на пол. Келли прочитала в его светло-карих глазах откровенное смятение.

Неожиданная встреча с Джерри не добавила ей хорошего настроения. Она знала его еще с тех пор, как они оба ходили в одну детсадовскую группу, и он всегда раздражал ее.

– Что случилось, Рассел? – спросила Келли прямо с порога. – Слышала, ты подрался?

– Да вот, какой-то полоумный приятель Алисии отвесил мне оплеуху, – скривился от боли Рассел.

– За что?

– Откуда мне знать? – пожал он плечами.

Келли перевела взгляд на Джерри, ожидая дальнейших объяснений.

– Мы немного перебрали с пивом за ленчем, – пояснил тот.

– Однако ты в полном порядке, не так ли? – Она снова повернулась к Расселу. – Не понимаю тебя, Расс! Ты ведь никогда не пьешь во время работы.

– Сегодня мне вдруг захотелось выпить, и все тут. Да не переживай ты! Все закончилось, не успев начаться.

– Оно вообще не должно было начинаться! Ты – уважаемый в городе человек, у тебя – свой бизнес, а тут пьяный дебош в баре. Сейчас только и разговоров везде об этой потасовке.

– Он первый меня ударил!

– Просто так? Подошел и ударил? – с сомнением в голосе покачала головой Келли.

– Наверное, я что-то брякнул насчет Алисии. Сказал, чтобы она убиралась прочь с реки.

– Так дальше не пойдет, – тяжело вздохнула Келли, присаживаясь на краешек свободного стула. – Рассел, подумай сам! Нам надо как-то приспосабливаться к новым обстоятельствам и жить дальше.

– Тебе проще! Ты здесь больше не живешь. А я что ни день вынужден смотреть на эту проклятую реку.

И податься мне некуда! Здесь моя работа, здесь живут мои родители, дедушка, бабушка. Наконец, моя девушка.

– Но и кулаками ты ничего не изменишь.

– Все равно мне было приятно дать в морду этому парню.

– Этот парень – лучший друг покойного Роби Хейдена, бывший морпех. У него куча боевых наград за мужество и доблесть, проявленные во время военных действий.

– Тогда приятнее вдвойне! – раздраженно бросил Рассел. – Не такой уж он и герой, этот твой хваленый морпех.

Разговор продолжать бессмысленно, поняла Келли и поднялась со стула.

– Хорошо, как знаешь! Мне пора возвращаться к себе в гостиницу. Рада, что ты в порядке.

– Я провожу тебя! – подхватился с места Джерри и пошел за ней следом. Уже на улице он спросил: – А где твоя машина?

– Оставила возле рынка. Я покупала там провизию для ужина и услышала о драке. – Келли немного помолчала. – Ты должен серьезно поговорить с Расселом, Джерри. По-моему, он совсем голову потерял. Буквально пышит злобой. Своей ненавистью он отравляет все вокруг. Боюсь, эта злоба уничтожит его изнутри. Фарры уже потеряли одного сына. Не хочу, чтобы они потеряли и второго.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/barbara-fritti/nedotroga/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.