Режим чтения
Скачать книгу

Последняя амазонка читать онлайн - Александр Майборода

Последняя амазонка

Александр Дмитриевич Майборода

Коллекция исторических романов (Вече)

В районе современного Цимлянска, на правом высоком берегу Дона, откуда открывается вид на многие километры вниз и вверх по течению, возвышаются остатки красивейшей белокаменной крепости.

В начале IX века здесь, где бурный Дон делал излучину и становился мелководным, проходил Великий шёлковый путь. Охраняли переправу и взимали пошлину амазонки. На Руси их называли поляницы. Царство амазонок находилось на узкой полосе от Северского Донца до Волги между могущественным Хазарским каганатом и славянскими племенами.

В 804 году хазары, узнав о гибели великого словенского князя Буревоя, пошли войной на славян. Преградой на их пути стали грозные воительницы, которые готовы были стоять насмерть.

Александр Майборода

Последняя амазонка

Об авторе

Русский писатель Александр Дмитриевич Майборода родился в 1954 году в простой рабочей семье и вырос в шахтерском городе Новошахтинск Ростовской области, что на границе с Украиной.

Родители работали в геологии. Александр избрал военную карьеру.

Окончив в 1975 году Ульяновское гвардейское танковое командное высшее училище, Александр Дмитриевич начал офицерскую службу в одной из частей Тоцкого гарнизона в должности командира танкового взвода.

Впоследствии служил в органах военной контрразведки. В 1980–1981 годах участвовал в боевых действиях в Афганистане.

Первые опыты литературной деятельности Майборода начал после возвращения из Афганистана. Писал небольшие новеллы, которые печатали в газетах Ульяновской области. В новеллах поднималась тема семейных ценностей.

В это же время работал над первой большой повестью об афганских событиях.

События 1991–1993 годов совершили переворот в жизни Майбороды.

Уволившись со службы, он пытался вписаться в гражданскую жизнь. Жизнь, как у всех, была на грани выживания. Приходилось заниматься самыми различными делами. Работал таксистом, корреспондентом в газете, занимался предпринимательством, служил чиновником.

За это время написал около двух десятков повестей. Они не заинтересовали издателей. Издана была только детективная повесть «Приказ на ликвидацию».

Неудачи не убили тягу писателя к литературе. В конце концов именно они привели его к историческому роману, который вызывал у него давний интерес.

В 2010 году в издательстве «Вече» была издана повесть «Святополк Окаянный».

ИЗБРАННЫЕ СОЧИНЕНИЯ А.Д. МАЙБОРОДЫ

«Приказ на ликвидацию» (2006)

«Святополк Окаянный» (2010)

«Гостомысл» (2011)

«Путь на юг» (2013)

«Последняя амазонка» (2014)

Три загадки донской крепости

Как свидетельствуют археологические исследования, берега Дона и Волги издревле, с бронзового века, были густо заселены славянскими племенами. Существовало множество городов и поселений, от которых ныне почти не осталось следов.

Однако есть одно особенное место: в районе Цимлянска, там, где Волга и Дон сближаются, словно желая воссоединиться, на правом высоком берегу Дона, откуда открывается вид на многие километры вниз и вверх по течению, уже больше тысячи лет возвышаются остатки красивейшей белокаменной крепости.

В старинные времена в этом месте бурный Дон делал излучину и становился мелководным, так что его можно было перейти вброд. Через эту переправу проходил Великий шелковый путь. В исторических источниках говорится, что здесь переправлялись караваны, насчитывавшие от тысячи и более навьюченных животных! Здесь охраняли путь и взимали пошлину.

По предположению археологов, белокаменная крепость была построена в конце VIII века.

Крепость простояла до 1744 года, когда ее стены были разобраны и использованы на строительстве бастионов Старочеркасской крепости. В настоящее время остались валы, рвы, щебень из белого камня.

До сих пор в руинах крепости находится множество предметов, свидетельствующих о жизни обитателей крепости: обломки кухонных горшков, кузнечные инструменты, оружие, сельскохозяйственные орудия, в том числе виноградарный нож. Население кроме обычных культур выращивало и виноград. Находятся обломки амфор – доказательство торговых связей местных жителей с дальними странами.

Чаще всего на территории бывшей крепости находят скелеты – в основном женские и детские. Останки женщин и детей остались непогребенными и находятся под тонким слоем нанесенной веками пыли.

У ног одного из скелетов обнаружено несколько монет – дирхемов. Самая поздняя из которых чекана 799–782 годов. Видимо, монеты были спрятаны в голенище сапога одной из убитых женщин и не найдены врагами. Этот факт позволяет предположить время уничтожения крепости – 800–805 год.

Таким образом, тщательно построенный город простоял не больше трех десятков лет.

Кем был построен этот город и почему он был покинут – никому неизвестно. По строительным приемам крепость больше всего напоминает известные славянские города.

Позже, в 834–837 годах, на противоположном берегу Дона, по просьбе хазар, византийцы построили крепость Саркел. Но это городище не имело никакого отношения к разрушенной крепости.

Странный белокаменный город таит три загадки.

Первая загадка: если на город напали враги, то почему на остатках городища находятся только непогребенные останки женщин и детей? Где останки мужчин, защищавших город? Если мужчины не погибли, то куда они делись? Почему они не вернулись похоронить своих родных?

Вторая загадка: если городище выполняло функцию по сбору денег, то денег там должно было бы быть в изобилии, а в крепости не найдено ни одного клада! Между тем в других старинных городищах их находят достаточно много.

Третья загадка: почему столь удобное и стратегически важное место не было заселено вторично? Хазары и другие завоеватели, захватывавшие позже эти места, при наличии почти целиком сохранившейся цитадели предпочитали строить новые крепости.

Даже в наши дни люди стараются обходить городище стороной. Они утверждают, что над старинными руинами белого города по ночам плавают странные огненные шары и каждого неосторожного, кто осмелится потревожить сон погибших, ждет неминуемая смерть.

В настоящее время загадочное городище официально называют «Правобережное Цимлянское городище». Однако среди местных жителей бытует другое название – «Белая Вежа».

В настоящей повести я попытаюсь дать свою версию гибели донской Белой Вежи.

Глава 1

В конце VIII века нашей эры словенский князь Буревой, как и его предки, стоял старшим над племенами почти всей Восточной Европы. Он судил князей и защищал их племена, когда те не могли самостоятельно справиться с захватчиками – жаждущих чужого добра всегда хватало.

Больше всего славянским племенам досаждали хазары, которые захватили южные земли, лежащие от Волги до Крыма. Хазары взяли под свой контроль проходивший по Дону важный торговый путь из северных словенских земель в южные страны.

В казну Хазарского каганата потекли огромные потоки золота и серебра.

Но, как известно, деньги только больше распаляют жадность, и хазары принялись совершать набеги на окрестные славянские племена и налагать на них дань. А славянское Тмутараканское княжество и вовсе включили в состав каганата.

В это время
Страница 2 из 16

князь Буревой сражался с морскими разбойниками, терроризировавшими западные границы славянских земель.

Не чувствуя решительного отпора, хазары решили перекрыть и торговый путь по Днепру. В 778 году в одной из стычек с хазарами погиб сын князя Буревоя.

Вот тогда-то терпению князя пришел конец.

Весной 779 года, оставив старшего сына защищать границы от морских разбойников, князь Буревой собрал большое войско и вышел походом на юг.

Город Атиль, столица Хазарского каганата, находился в низовьях Волги.

Князь Буревой знал, что хазары обладают многочисленным войском, успешно покорили Кавказ и даже покушались на земли южного соседа – сильнейшего Арабского халифата. Поэтому как человек разумный князь Буревой решил, что хазар надо бить по частям. Прежде чем напасть на гнездо хазарского паука, следовало обрубить ему щупальца – окраины, откуда он мог получить помощь.

В первую очередь Крым.

В Крыму располагалась вторая столица Хазарского каганата – город Сурож, где находилась значительная часть хазарского войска.

Поэтому славянское войско под предводительством князя Буревоя спустилось по Днепру на ладьях и для начала подвергло опустошению побережье Черного моря – от Корсуни до Керчи.

Наведя панику на хазар, к осени Буревой добрался и до Сурожа.

Город находился в долине реки Судак, на берегу Судакской бухты, ограниченной с запада горой Крепостной, а с востока – мысом Алчак. С севера город закрыт грядой гор, покрытых буковым и дубовым лесом.

Кроме уже перечисленных естественных препятствий и многочисленного гарнизона город был защищен высокими стенами. Наиболее слабое место любой крепости – ворота – в Суроже были изготовлены из железа.

Таким образом, Сурож оказалась крепостью серьезной. Даже неприступной. Поэтому первый приступ хазары с легкостью отбили. Но это не смутило славян.

Еще десять дней продолжалась осада крепости. Упорство дало результат – на одиннадцатый день славянские воины сломали железные ворота и ворвались в город.

Город пал и был предан грабежу. С мечом в руке князь Буревой во главе воинов бросился к богатейшему храму Сурожа, рассек двери храма и захватил его сокровища.

Христианские легенды утверждают, что тогда случилось чудо.

В «Житии Стефана Сурожского» XV века говорится, что тогда у раки святого Стефана князя Буревоя постиг паралич. Поняв это как кару свыше, князь Буревой вернул храму все награбленное и, когда это не помогло, приказал своим воинам очистить город, отдал святому Стефану всю награбленную в Крыму церковную утварь и решил креститься. Преемник святого Стефана архиепископ Филарет, в сослужении местного духовенства, тут же совершил крещение князя, а затем и его бояр. После этого князь Буревой почувствовал облегчение, но полное исцеление получил лишь тогда, когда, по совету духовенства, дал обет освободить всех пленных, захваченных на Крымском побережье. Внеся богатый вклад храму Святого Стефана и почтив своим приветом местное население, князь Буревой удалился из сурожских пределов.

Правда это или нет, о том ныне никому неизвестно.

А мы продолжим свой рассказ.

Взяв Сурож, князь Буревой направил послов к соседним с хазарами и больше всего от них страдавших племенам северян, вятичей и муромы. Послы сообщили князьям, что князь Буревой будет ждать их в том месте, где Дон и Волга сходились на самое близкое расстояние, чтобы совместными силами продолжить поход на хазар.

Перезимовав в Крыму, славянское войско двинулось на Дон.

Земли вятичей и муромы располагались по берегам верховий Дона и его притоков, и, как только лед сошел с рек, их дружины на кораблях пошли к месту встречи с основным славянским войском. Шли по течению рек, поэтому вятичи и мурома в месте встречи оказались раньше войска князя Буревоя.

Отсюда до столицы хазар было рукой подать – всего лишь несколько дней конного перехода.

Опасаясь нападения хазар, вятичи и мурома поставили лагеря на правом берегу Дона, как раз напротив брода. Здесь и обороняться было проще, да и в случае чего недолго было уйти вверх по Дону.

Опасения вятичей и муромы оказались напрасными – к концу недели к месту встречи подошло войско князя Буревоя.

Но по пути с князем Буревоем произошло странное происшествие, которое в дальнейшем имело существенное значение для данной повести.

Когда корабли славянского войска подошли к низовьям Дона, князь Буревой заметил на берегу развалины старинного города.

Волхв, ведший хронику похода, сообщил, что это остатки бывшей столицы государства поляниц-амазонок.

О храбрых поляницах, женщинах-воительницах, князь Буревой слышал и раньше, поэтому заинтересовался:

– Неужели у поляниц здесь была столица?

– Да, – сказал волхв, – почти три тысячи лет назад, когда наши предки искали новые земли, в этих местах обосновалась часть нашего племени во главе с Вольгой, верховной жрицей богини Макошь. В честь своего мужа она назвала реку и город, заложенный ею в этом месте, Тан. Но случилось так, что на город напали враги и в сражении погибли ее любимый и все мужчины племени. В печали Вольга и ее подруги дали клятву, что больше никогда не выйдут замуж и ни один мужчина не поселится в их городе. Так Вольга стала царицей поляниц. Поляницы создали сильное войско и долго правили этим краем. Но потом исчезли.

– Слышал я, что не так уж и давно амазонки ходили в походы на Византию, – проговорил князь Буревой.

– Ходил такой слух, – ответил волхв, кивая головой. – Хазары до сих пор опасаются этих мест из боязни нападения поляниц. Ночными ведьмами их прозывают. Но самих поляниц давно уж никто не видел.

– Я хочу осмотреть город поляниц, – решительно сказал князь Буревой и приказал кораблю причалить к берегу.

Высадившись на берег, князь в сопровождении свиты дружинников направился к старым развалинам. Но когда он подошел совсем близко к ним, впереди неожиданно появился всадник на белой лошади.

Всадник был в чешуйчатой броне и при полном вооружении – копье, лук, меч и топорик за поясом. На голове – шлем с серебристым забралом, опущеннычм на лицо.

Опасаясь подвоха – все же это были хазарские владения, – дружинники – суровые и храбрые мужчины – окружили своего князя.

Многие из них потянулись к оружию.

Всадник тоже остановился, но ничем не проявил испуга. Он стоял неподвижно, рассматривая стоящих перед ним людей.

Так продолжалось несколько минут. Наконец князь Буревой решительно раздвинул плечом дружинников и вышел вперед. Остановившись в нескольких шагах от загадочного всадника, он объявил:

– Я словенский князь Буревой! А ты кто такой?

Всадник, секунду помедлив, снял шлем.

По плечам рассыпались длинные белокурые волосы.

Все ахнули от удивления – это была молодая женщина!

И была она необыкновенно хороша: изящные черты лица, большие синие глаза, черные тонкие брови, красные сочные губы.

– Кто ты? – изумленно повторил свой вопрос князь.

Она заговорила бархатистым голосом, таким, что заставляет мужчин влюбляться в женщин до помутнения сознания и толкает на самые безрассудные поступки.

Разумеется, князь Буревой мгновенно влюбился в эту женщину.

– Я царица Красимира! – с достоинством назвала она свое имя.

Видимо, это послужило сигналом, так как тут же из
Страница 3 из 16

развалин появились новые всадники. Они подъехали к своей предводительнице, остановившись за ее спиной, и сняли шлемы.

Мужчины ахнули – все женщины были молоды и красивы.

– Поляницы! – констатировал князь.

Царица Красимира подала знак, и ей помогли слезть с коня.

Подойдя к князю, она продолжила:

– Князь, я много слышала о твоих подвигах. Ты побил наших злейших врагов – хазар.

– Прекрасная царица, но где твой город? – спросил князь. – Кроме развалин, я тут ничего не вижу.

– У нас давно нет городов, – печально проговорила Красимира.

– Но почему? – удивился князь Буревой. – Разве это не ваша страна?

– Это наша страна. И когда-то у нас были прекрасные города, о чем свидетельствуют эти развалины. – Красимира показала рукой на развалины. – Но города надо защищать, на что требуется много сил. А в степи мы вольны, словно ветер.

Красимира улыбнулась.

– Попробуй поймать степной ветер!

– Да, это невозможно, – согласился князь, также улыбнувшись. Девушка явно ему нравилась.

– Но у меня есть дворец, хотя и скромный, недалеко в степи, – проговорила Красимира. – Я прошу тебя: будь моим гостем.

Князь уважительно поклонился:

– Царица, я рад быть твоим гостем! Для меня это большой почет.

Князь Буревой подал знак, и к нему подвели коня.

Стан амазонок оказался недалеко. Это было небольшой поселок, состоявший из пары десятков юрт. В центре поселка стояла большая юрта – это и был дворец царицы амазонок.

По случаю встречи в стане амазонок состоялся пир.

Детали пира мы описывать не будем. Важно одно – князь Буревой и царица Красимира полюбили друг друга.

Через три дня славянское войско вместе с отрядом амазонок двинулись дальше.

Воссоединившись с вятичами и муромой, славянское войско двинулось на Итиль.

Однако до Атиля войско не дошло. Хазарский каган, узнав о нависшей над столицей угрозе, поспешил начать мирные переговоры.

Переговоры были недолгими – хазары заплатили огромный выкуп золотом и серебром и поклялись больше не тревожить славянские земли.

По соглашению причерноморские земли и Крым остались за хазарами. Плодородное правобережье Дона и Тмутаракань – за славянами.

Земля между Доном и Волгой, по которой проходил Великий шелковый путь, осталась за амазонками.

Князю Буревою пора было уходить на север.

Перед расставанием он предложил царице Красимире стать его женой и вместе с подругами поехать с ним. Многие из них также завели себе в славянском войске милых дружков.

Но царица Красимира ответила отказом:

– Благодарю за предложение, князь. Но это невозможно.

– Разве ты не любишь меня? – спросил князь.

– Люблю и буду вечно любить, – сказала царица Красимира.

– Так что же мешает нам стать мужем и женой? – спросил князь.

– Мы дали клятву великой богине Макошь – ни я, ни мои подруги не могут быть чьими-то женами, – ответила прекрасная Красимира, убеждая саму себя, а слезы катились из ее глаз. – Мы обречены на вечное одиночество.

Клятва богам, тем более великой матери богов – дело серьезное. Никто даже не помышлял о возможности нарушить клятву.

Князь Буревой поцеловал Красимиру и только спросил:

– А если у тебя родится ребенок?

– Если родится дочь, она станет поляницей. Дочь принадлежит матери, – сказала Красимира.

– А если сын? – спросил князь.

Князя Буревоя этот вопрос беспокоил – в походе погиб еще один его сын. Таким образом, возникла угроза остаться без наследников.

– Сын принадлежит отцу, – сказала Красимира. – Когда ему исполнится три года, ты сможешь его забрать.

– Я так и сделаю, – с облегчением проговорил князь Буревой и добавил: – Однако я не позволю, чтобы женщина, подарившая мне счастье, скиталась по степи.

Красимира вздохнула:

– Такова моя судьба… Степь – мой дом!

– Я подарю тебе город, – пообещал князь.

Он выполнил свое обещание.

Место для крепости князь Буревой избрал у переправы через Дон. Здесь, на высоком правом берегу, находилось удобное плато, возвышавшееся над поймой примерно на полсотни метров. Отсюда хорошо была видна окружающая местность.

Плато в форме треугольника, образованного двумя глубокими, с крутыми склонами оврагами, и обрывом к Дону. Вершина плато обращена к степи и соединена с ней перешейком шириной не более 4–5 метров.

Строительство крепости князь Буревой поручил князю вятичей Борониславу.

Строительство шло быстро.

К естественным преимуществам местности строители добавили искусственные. Они перерыли перешеек, соединявший крепость с материковым берегом, рвом и подрыли, «эскарпировали», склоны.

Прямо на слой почвы, иногда на песчаниковые, подогнанные друг к другу плиты в качестве фундамента, были установлены воротные укрепления, угловые и серединные башни. Они были сделаны из обработанных стандартных белокаменных блоков.

Башни были соединены белокаменными стенами. Ширина их составляла четыре метра. Высота шесть метров. Общая длина стен – 365 метров.

Внутри крепость стеной разделили на три части.

В первой части, располагавшейся у крепостных ворот, располагались мастерские и дома ремесленников, слуг, а также рынок.

Из первой части ворота вели во вторую часть крепости.

Во второй части, дальняя стена которой шла над берегом Дона, были расположены подсобные помещения – амбары, жилища дружинниц, помещения для гостей.

За воротами воздвигли квадратное здание, похожее на башню. Под домом находились подвалы для разнообразных припасов.

Выше, на первом этаже, располагалась гридница.

На второй этаж вело высокое крыльцо. Здесь был парадный зал, где царица принимала важных людей и собирала дружину на советы.

Зал был украшен оружием и знаменами.

Личные покои царицы находились в третьей части крепости. Эта часть представляла треугольник в северной, самой защищенной, части крепости. Одна из стен проходила по обрывистому берегу Дона, вторая – по крутому склону оврага.

Посредине этого треугольника был поставлен деревянный терем, который окружал сад.

Так как стены крепости были высотой больше десяти метров, то из окон терема были видны только стены и сад.

Терем соединялся с башней в остром углу крепости, откуда открывался прекрасный вид на реку и окрестности.

В крепости поселились дружина, слуги, ремесленники и торговцы.

Затем вокруг города стали селиться те, без кого не обходится жизнь ни одного города: торговцы, кузнецы, гончары и иные ремесленники.

Окружающая земля была плодородна, и земледельцы превратили окрестности в цветущий сад. Особенно много места занимали виноградники.

Народ селился в слободке поблизости по видам занятия, чтобы не мешать друг другу.

Дома в слободках представляли собой мазанки, крытые соломой. Стены сплетены из ивовых прутьев и обмазаны глиной, смешанной с рубленой соломой и навозом.

Слободка была огорожена частоколом, который защищал от мелких разбойников. В случае большой опасности предполагалось, что люди спрячутся в крепости.

А те, кто занимался скотоводством, ставили юрты по всей правобережной степи.

Так, в спокойствии и мире, прошла почти четверть века.

Глава 2

Низовья Итиля (ныне – Волга). Столица Хазарского каганата Атиль.

Город Атиль состоял из двух основных частей – восточной и западной, а также острова, на котором
Страница 4 из 16

находился дворец кагана.

Восточная его часть была крупнейшим международным торговым центром: здесь жили купцы из разных стран. (В арабских и персидских источниках она называется Казаран или Хамлих.) С высоты птичьего полета восточная часть казалась лабиринтом из плоских глиняных крыш.

Западная часть Атиля превосходила по размерам восточную: здесь были сосредоточены основные религиозные и политические учреждения; там жили хазарский бек и хазары-иудеи. (В мусульманских источниках западный Атиль называется также Саригшин.) В центре западной части находилась крепость с высокими стенами из необожженного кирпича; за стенами – дворец бека.

Дворец, словно драгоценный изумруд в золотой оправе, властвовал над городом.

Великий бек Абадия проснулся от тихой приятной музыки. Музыка доносилась из-за большого ковра на стене: за ковром скрывалась небольшая комната, в которой играли музыканты.

Служанки-рабыни в белых легких одеждах стояли у стены, выстроившись в линию.

Едва бек встал, как служанки опустили на его плечи драгоценный халат из зеленого шелка, расшитого жемчужными узорами. Прохладная ткань приятно скользнула по телу.

Другая служанка подала беку пиалу с кумысом. Абадия медленно, с удовольствием, выпил кумыс.

Слабо шипящая жидкость оставила на языке приятный кислый привкус.

Абадия любил кумыс.

Говорят, что тот, кто пьет кумыс по утрам и спит с молодыми женщинами, живет вечно. Правда, бек еще не встречал живущих вечно людей. Но это только потому, что люди пили неправильный кумыс и спали с плохими женщинами.

У самого бека имелся целый табун отборных белых кобылиц, к которым подпускали только самых лучших белых жеребцов.

И гарем у него из сотни женщин, к которым имел доступ только он.

Служанка подала мягкое полотенце. Бек вытер губы.

В стороне стояли сановники, которые каждое утро докладывали о происшествиях, случившихся за ночь. В руках они держали свитки с записями. Они ожидали знака, чтобы начать доклад.

Но Абадия отбросил полотенце и прошел на балкон. Ему не хотелось начинать утро с известий, многие из которых могли испортить настроение на весь день.

С балкона видно все, весь дворец – настоящий рай с прекрасным садом, из которого сочился сладкий запах роз; бассейн с фонтаном, рядом с которым виднелись обнаженные тела прекрасных женщин из гарема.

Никто не имел права видеть ни лиц этих женщин, ни их тел.

Однако женщины хорошо знали, что их видно с балкона, на который по утрам выходит их господин.

Любая женщина из гарема мечтала провести ночь со своим господином. Внимание господина сулило ей дорогие подарки, красивые наряды, отдельную комнату и множество других благ, что так желанно любой женщине.

Поэтому женщины старались, чтобы он обратил на них внимание. Они всячески показывали себя: для этого принимали позы, в которых выглядели красивее; старались двигаться плавными движениями; расчесывали распущенные длинные волосы.

«Шалуньи»! – сладко подумал бек, любуясь женщинами. Но невольно его взгляд перекинулся за высокие крепостные стены, которыми был огражден его рай.

За стенами рая протекала другая жизнь. Там город – скучные глинобитные хижины, где жили бедняки, которым жизнь казалась совсем не раем.

Над плоскими крышами хижин поднимался сизый дым, и когда ветер дул с той стороны, он доносил острый запах горящего кизяка.

А дальше видна голубая река – Итиль. А еще дальше – бескрайняя степь. Степь, как ковер, вышитый яркими узорами. Весна – время цветения волшебных тюльпанов. Пройдет еще немного времени – и огненное солнце выжжет степь и превратит ее в серую пустыню.

Широко расплескавшаяся степь казалась бескрайней. Но Абадия знал, что все в мире имеет конец. И у степи есть конец – она кончается там, где начинается лес.

Абадия не любил лес. В его дебрях холодно и сыро. Живут среди темных дубрав славяне – народ упрямый и суровый, как окружающий их лес. У славян множество городов, полных золота, серебра, ценных мехов.

Но все это только мечты – они подобны призрачным дворцам из облаков, плывущим в далекой синей вышине.

Абадия хорошо помнил, что еще недавно Хазарский каганат был мощным государством и занимал земли от Каспия до Днепра. Хазарскому кагану платили дань граничившие с ним племена. С Хазарией считались даже Византийская империя и Арабский халифат.

Но три десятка лет назад отец Абадии совершил большую ошибку: переоценив свои силы, он предпринял набег на славянские земли.

В отместку славянский князь Буревой, или, как его называли хазары и ромеи, Бравлин, прошелся огнем и мечом по хазарским землям.

Много хазарских городов было стерто с лица земли. Много хазарских мужчин и женщин попало в плен к славянам.

То поражение сильно ослабило Хазарию.

Соседи, словно голодные шакалы, впились в раненого зверя: ромеи начали спор о власти над крымскими провинциями Хазарии; халиф предъявил претензии; а там зашевелились и авары.

И, казалось, весь мир восстал против хазар.

Князь Буревой был подобен буре, налетевшей на крепость. Но даже самый сильный ветер не может разрушить стены крепости.

Из фундамента, на котором стояла хазарская крепость, бурным ветром был вырван всего лишь маленький камешек. Но основа оказалась гнилой, и цитадель, казавшаяся несокрушимой, зашаталась, грозя обрушиться со страшной силой на все окружающее.

Чтобы понять причину слабости хазарского государства, надо учитывать, что после прихода в прикаспийские степи тюрков и аланов население Хазарии стало многонациональным.

Основу, конечно, составляли коренные хазары. Но государством стала править тюркская аристократия, которая склонялась к исламу, тем самым признавая верховенство Арабского халифа. А это противоречило интересам верхушки другого племени – аланов.

Ромеи, соперники Арабского халифата, обещали аланам поддержку, если те примут христианство. Но принятие христианства означало зависимость от Византии.

Так возникла проблема.

Проблему взялся разрешить один из хазарских военачальников по имени Булан. По совету его жены, Серах, иудейки, он и его ближние тайно приняли иудаизм.

Это был хитрый ход.

По этой причине они стали врагами и ислама и христианства, но зато сохранили независимость.

Постепенно, используя тайные связи, Булан протащил на многие руководящие военные и государственные должности своих друзей-иудеев и таким образом стал Ас-правителем.

Абадия – его внук. Его мать и жена были иудейками.

С приходом иудаизма взаимоотношения между правителями и народом изменились.

Справедливости ради следует признать, что и тюрки, и иудеи, и аланы были для хазар пришлыми чужаками.

Но тюрки со временем связались с коренным населением Хазарии не только общей судьбой и общими интересами, но и родственными связями, поскольку тюркские воины брали в жены хазарских девушек. Из-за этого стало сложно разделить тюрков и хазар. К тому же тюркские вожди, захватывая в набегах добычу, часть ее отдавали и своим подданным. Поэтому тюркская знать воспринималась хазарами в качестве вождей.

А вот иудейские общины жили обособленно, в связи с чем не происходило этнического смешения иудеев с местным населением и таким образом новая верхушка оказалась отделенной от народа. И так как
Страница 5 из 16

иудейская верхушка поставила на первое место алчное выкачивание из народа прибыли, то коренные хазары, не выдерживая тягот налогов и поборов, скоро оказались вынужденными отселяться на окраины государства.

Таким образом, иудаизм так и остался вероисповеданием правящего меньшинства, а рядовые подданные, связывая с этой верой ухудшение своего положения, предпочитали переходить в другие религии, даже несмотря на запреты властей. Вскоре большинство хазар стали мусульманами или христианами. Сохранились идолопоклонники. Но их всех объединила ненависть к иудеям.

В этих условиях иудаизм не смог стать фактором, объединяющим население страны.

Это было терпимо, пока хазарские войска успешно вели грабительские войны.

Но как только князь Буревой отбил хазарам охоту ходить в славянские земли, так сразу начали обостряться проблемы. Улицы хазарских городов заполнились нищими.

Народ заволновался.

Чтобы успокоить народ, требовалось показать ему врага, ставшего причиной бедности. Абадия хорошо понимал, что если он этого не сделает, то этим врагом станет он сам. Этого Абадия не хотел.

Первым делом он взял власть в свои руки и превратил кагана из династии Ашина в марионетку.

Чтобы подчеркнуть свою власть, Абадия принял титул «бек», то есть «царь». Это значило, что он возглавил правительство при номинальном кагане, находившемся с этого времени под стражей и выпускаемом напоказ народу раз в год.

Каган – верховный правитель Хазарии. Таким образом сложилось странное положение – каган царствовал, но не правил; бек не царствовал, но правил.

Впрочем, в истории это явление не такое уж и редкое.

Таким образом, узурпировав власть, Абадия стал единоличным правителем Хазарии. Если бы он не сделал этого, то остались бы от великой Хазарии только воспоминания.

На все эти реформы ушло слишком много времени. Государство спасти удалось, но ситуация в Хазарии ухудшилась – народ уже открыто требовал перемен.

Выход был только в победоносной войне. В большой войне. Потому что только большая война могла дать обильную добычу, которая заткнула бы глотки недовольным.

Большая война – опасное предприятие, особенно когда собираешься воевать с сильным врагом.

Однако Абадия рассчитал, что даже если хазарское войско потерпит поражение на войне, то он все равно получит выгоду, так как при этом погибнет множество тех, кто готов сегодня обратить оружие против него.

Таким образом, война была делом решенным. Оставалось определиться – с кем воевать?

Абадия задавал этот вопрос и пытался сам себе ответить:

«Начать войну на востоке, где бродят печенеги? С них нечего взять. Воевать с ними – только время попусту тратить. На юге? Там Арабский халифат, с которым идут постоянные споры из-за нищего Кавказа. Нет, рабы не по зубам хазарам. На западе? На западе – ромеи. Ромеи богаты. Армия их сильна. Лучше не связываться с ними. Они и так ищут повод, чтобы отторгнуть земли хазар в Крыму. Севернее? Там империя франков. Император Карл – опасный враг, которого лучше не дразнить. Север? Там страшный князь Бравлин. Он не уничтожил Хазарский каганат только потому, что посчитал, что хазары будут служить буфером между славянами и южным миром».

Но ничто не вечно под луной. Многие годы Абадия смотрел на соседей, словно волк на огромных и сильных зверей, ожидающий, что когда кто-то из них ослабеет и споткнется.

Ожидание затягивалось, и Абадия кожей чувствовал, как истончается нить висящего над ним меча, и это приводило его в ужас.

Абадия вздрогнул – почти рядом с ним, на расстоянии вытянутой руки, на перила балкона внезапно сел большой черный ворон.

Некоторое время он косил внимательным красным глазом на Абадию, словно хотел ему что-то сказать.

Удивленный бесстрашным поведением птицы, Абадия не шевелился, но затем послышался звук лопнувшей струны. Каркнув, ворон шумно взмахнул крыльями и полетел низко над крышами куда-то в степь.

«Это знак!» – подумал Абадия.

Однако предсказывал знак добро или зло, Абадия не решил.

Тем не менее ему в голову пришла мысль – каштаны из огня лучше таскать чужими руками, если не хочешь обжечь свои.

Абадия обрадовался и щелкнул пальцами. К нему поспешил подойти один из сановников.

– Пиши! – приказал Абадия.

Тот сел за столик с бумагой и плошкой чернил.

Абадия стал диктовать письмо. Оно было коротко.

Закончив диктовать, Абадия поставил подпись и приказал:

– С этим письмом немедленно пошли гонца к булгарскому эльтеберу Шилке.

Глава 3

Чтобы понять ход дальнейших событий, надо иметь в виду следующее: булгары считаются одной из самых ранних тюркоязычных групп, появившихся к западу от Волги.

В последней четверти V – начале VI века булгары появились отдельными племенами в Западном Причерноморье и Подунавье, но основная масса булгар обитала в степях Северо-Западного Предкавказья.

На рубеже V–VI веков главенствующее положение в союзе булгарских племен заняли утигуры и кутригуры. Первые обитали в степях Приазовья, вторые кочевали в Северном Причерноморье. Границей между ними был Дон.

Кутригуры своими набегами постоянно тревожили балканские провинции Византии. Поэтому хитрые византийцы подкупили утигуров и натравили их на кутригуров. После беспощадной междоусобной войны оба племени исчезли. Оставшиеся в живых рассеялись среди других племен и приняли их имена.

Булгарские вожди неоднократно предпринимали попытки образовать государство. И так как в это время в причерноморских степях главенствующее положение занимал Аварский каганат, то булгары заключили союз с врагами аваров – Византией.

Булгары приняли христианство, а элита воспитывались при византийском дворе и получала от ромеев огромные дары и титулы.

Однако государства булгар были недолговечными. После очередного распада государства во второй половине VII века булгары окончательно разделились на четыре группы.

Одна группа осталась в степях между Волгой и Доном. Вторая переправилась через Дон и осела в причерноморских степях. Впоследствии эти племена были поглощены хазарами.

Третья группа булгар ушла на запад. Часть их основала Дунайскую Булгарию. Другая ушла в Паннонию и Италию.

Нас интересует группа булгар, откочевавших по Волге на север. Под влиянием местных земледельческих славянских и финно-угорских племен булгары перешли к оседлому образу жизни, тем самым положив начало государству Волжская Булгария.

Ко времени, о котором мы ведем повествование, молодое булгарское государство находилось в зависимости от Хазарского каганата.

Независимой Волжская Булгария стала только спустя полтора века после окончательного разгрома Хазарского каганата в 965 году киевским князем Святославом I Игоревичем.

Во главе Волжской Булгарии стоял эльтебер по имени Шилка. Эльтеберами назывались вассалы древних тюрок – правители, выполнявшие «обязанности губернаторов» во времена, о которых мы ведем повествование.

Глава 4

У амазонок из Белой Вежи забот хватало – почти каждый день через донскую переправу проходили десятки караванов. Здесь, в надежно охраняемом месте, караваны отдыхали, торговали, часть товаров перегружалась на корабли, которые уходили вверх или вниз по Дону, другая часть уходила дальше – к
Страница 6 из 16

Днепру.

За переправу и торг амазонки собирали пошлину.

Так что деньги от пошлин и торговли в амазонскую казну текли рекой. По всему миру амазонки славились богатством.

Деньги влекут к себе и желающих их получить.

Самый опасный враг был рядом – от Белой Вежи до хазарской столицы было рукой подать. Хазарские кочевья бродили совсем рядом в степи по левой стороне Дона.

По жадным взглядам хазар, которые они бросали в сторону Белой Вежи, чувствовалось, что они ждут, точно шакал, залегший в засаду, слабины, случая, чтобы кинуться на свою жертву.

После погрома, устроенного князем Буревоем, хазары присмирели и даже не помышляли приближаться к Белой Веже.

Тем не менее об опасности, исходящей от хазар, амазонки не забывали – спящий волк все равно остается волком.

В день весеннего равноденствия, когда мать богов Макошь просыпается от зимнего сна, амазонки проводили волхвование: они приносили дары богине; взамен богиня покровительствовала их племени и предупреждала об опасностях.

Волхвование проводилось на священном холме. Внешне он ничем не отличался от других, разве только на его вершине стоял гранитный истукан, посвященный матери богов Макошь. Истукан настолько древний, что от времени врос в землю по пояс.

Кто и когда его поставил, амазонки знали: когда-то давным-давно, когда славяне только начали великое переселение в северные земли, царица Вольга основала в этих местах царство женщин-воинов.

Первая царица амазонок Вольга была великой жрицей матери богов Макошь. Она знала священные места. По ее приказу и были поставлены в священных местах истуканы богини – покровительницы женщин.

Царство амазонок благодаря покровительнице Макошь просуществовало почти три тысячи лет.

Сегодня царица Красимира была главной жрицей богини Макошь.

В день солнцеворота степь еще серая от сухой травы. На склонах оврагов белел ноздреватый снег. Земля подсохла тонкой коркой, похожей на молодую кожу.

Приветствуя пробуждение живого от зимнего сна, где-то в небесном океане, синем, как бирюза, заливались жаворонки.

Еще днем несколько девушек во главе с Божаной пешком отправились в священное место, чтобы подготовить ритуальный огонь: самый короткий путь к богам – с дымом, поднимающимся в небеса.

Божана означает «богами благословенная». Она дочь царицы Красимиры от князя Буревоя.

Она настоящая принцесса.

Ей девятнадцать лет, она в расцвете красоты и сил.

Фигура у нее была скорее атлетическая, чем женственная. Для женщин-воительниц, с детства приучаемых к воинскому делу, это обычное явление. Но из-за высокого роста телосложение девушки выглядело гармонично.

Лицо приятное: овальной формы, обрамленное светлыми волосами. Волосы не белые и не пшеничные, а с благородным платиновым оттенком. Волосы распущены и свободно лежали на плечах – знак, что девушка незамужем.

Нос и губы правильной формы.

Глаза большие, серые. Взгляд прямой, гордый.

Одета девушка просто, так же, как и ее подруги: сверху серый плащ из сукна, под ним белая рубаха из простого полотна; шаровары тонкого сукна, заправленные в короткие красные сапожки, на талии – пояс с небольшим мечом.

То, что она принцесса, показывали только золотой обруч с изящными узорами, скрепляющий волосы на голове, да красная шелковая рубаха.

Сопровождавшие принцессу девушки несли копья и луки через плечо, хоть они уходили от крепости недалеко.

Невдалеке от холма со священным истуканом был лес – там и набрали девушки дрова и хворост.

Пока они готовили костер, подошла сама царица Красимира с дружиной. Они шли пешком – это было частью ритуала.

На царице надет плащ благородного пурпурного цвета. Под плащом – только простая белая рубаха. У царицы имелись дорогие и роскошные одеяния и украшения. Но перед богами нельзя хвалиться богатством – боги хотят видеть человека таким, каков он есть на самом деле; за гордыню они могут наказать человека.

Рубаха перетянута широким поясом.

На поясе висел меч.

Меч, более смахивающий на кинжал, – непременный атрибут амазонки. Амазонку перепоясывали мечом в четыре года, и потом без меча она не могла сделать ни шагу! С мечом, луком и копьем ее клали и в могилу.

На поясе висели серебряная фляжка и пара мешочков. В мешочках хранились очень важные для волхвования ритуальные вещи. Какие именно – тайна для всех.

У подножия холма Красимира на секунду задержалась.

Сопровождавшие ее амазонки встали вокруг холма кольцом. К ним присоединились и девушки, ранее пришедшие с Божаной.

На холме осталась одна Божана – она наследница царицы амазонок. Красимира передала ей тайные знания.

Поэтому во время волхвования на холме были только Красимира и Божана. Амазонки бдительно следили за тем, чтобы никто не помешал их общению с богами.

Последней с холма спустилась Величка – подруга Божаны и воевода молодой дружины. Она сообщила Красимире, что на холме все готово к волхвованию.

Красимира оглянулась.

Убедившись, что священное место окружено дружинницами и никто из посторонних не помешает общению с богами, Красимира едва заметно повела плечом, и плащ соскользнул. Плащ подхватила воевода старшей дружины Ярослава, которая всегда находилась рядом с царицей.

Передав плащ другой дружиннице, Ярослава подала Красимире холщовую суму.

Красимира повесила суму на плечо, негромко проговорила: «ждите!» и подчеркнуто медленно начала подниматься на холм.

Ритуал начался.

Красимира медленно поднималась по пологому склону, и из-под ее ног со стрекотом разлетались в разные стороны кузнечики с оранжевыми крыльями.

Божана ожидала мать около статуи, встав на одно колено и склонив голову.

Поднявшись на холм, Красимира спросила:

– Все готово!

– Все готово! – подтвердила Божана, не поднимая головы.

Красимира взглянула на запад – солнце тонуло в туманном сизом океане на горизонте. Над ним разгоралась ослепительным блеском первая звезда.

– Смотри, – сказала Красимира.

Божана встала рядом с ней.

Солнце стремительно закатилось, и на небе стали появляться новые огоньки.

Красимира показала пальцем на созвездие из четырех звезд, образовавших трапецию.

– Смотри и запоминай – там царственная звезда.

– Она не самая яркая, – заметила Божана.

– Но самая важная, – проговорила Красимира и пояснила: – эта звезда показывает ход времени.

Когда небо приобрело черный окрас, Красимира объявила:

– Пора!

Она подошла к костру и присела. Божана присела рядом.

Красимира вынула из сумы кремень, стальной нож, обожженную разлохмаченную тряпочку и несколько камышовых метелок.

Тряпочку и метелки она положила под дрова – это затравка.

Затем, держа в одной руке кремень, а в другой нож, прошептала заклинания.

Затем тупой стороной ножа скользящим движением выбила из кремня искры на затравку.

Угольная поверхность покрылась мелкими красными пятнами, затем повеяло дымком, и вот по затравке пробежал веселый огонек.

Божана стала осторожно подкладывать в огонь сухие былинки вперемешку с тонкими веточками.

Вскоре огонь охватил весь костер. В темное небо полетели искры.

Теперь в руках Красимиры были дары богине – хлеб, мясо и вино.

Жрицы стояли рядом с огнем, не шевелясь, и казалось, что они сами превратились в истуканов.

Пламя
Страница 7 из 16

костра красило их лица в красный цвет.

– О, мать богов! О, мать всего живого! Прими наши дары! – торжественно проговорила Красимира, обращаясь к статуе богини.

Она подошла к костру и положила в огонь свои дары. В небо потянулся дым, пахнущий мясом и горячим хлебом.

Минуту стояла тишина – надо было дождаться, когда богиня вкусит запах даров.

Затем Красимира подняла руки к звездам.

– Мать Макошь, вот наши дары. Наше тело, наша кровь, наша пища. Государыня Макошь, матушка, мать небесная, мать богов! Ты наша покровительница и защитница! Даруй нам удачу! Дай здравия моим сестрам, великим и малым. Пусть будет так по нашему желанию и по твоей милости!

Красимира на секунду остановилась, затем продолжила:

– А еще я прошу: дай нам знак о нашей судьбе!

Она подала руку дочери и тихо проговорила:

– Теперь слушай, Божана.

Крепко сжав руки и прикрыв глаза, они стали слушать.

Едва слышно потрескивал искрами костер. Где-то недалеко, в ночной степи, тонко кричала птица.

Красимира открыла глаза – ночной небесный океан разгорался множеством новых холодных огоньков.

Красимира сжала руку Божане, и она, почувствовав знак, тоже открыла глаза.

Красимира тихо прошептала Божане на ухо:

– Дочь, посмотри на эту звезду.

И показала рукой на одну из звездочек.

– Она кажется красной, – тихо проговорила Божана.

– Она и в самом деле – цвета крови.

– Почему она имеет такой цвет?

– Потому что это звезда войны.

– Она горит ярче других. Это какой-то знак?

– Смотри внимательнее. Говори, что видишь.

Божана смотрела на звезду, и ей казалось, будто звезда уже не горит, а изливает потоки крови.

– Я вижу кровь. Много крови. Потоки крови!

Красимира прошептала слегка дрогнувшим голосом:

– Однако давно она так ярко не горела…

– Эта звезда предвещает нам войну? – спросила Божана.

– Она всегда появляется перед большими войнами, – ответила Красимира.

Ни Красимиру, ни Божану не испугало обещание войны – они были воинами и умереть в сражении, с мечом в руке, было для них главным счастьем. Им просто хотелось знать, с каким врагом им предстоит сразиться.

– Но кто к нам может прийти с войной? Хазары?

– Вряд ли… Пока князь Буревой жив, они не посмеют близко подойти к нам. А он еще крепок и здоров.

– Булгары?

Красимира покачала головой:

– То мне неведомо. Вокруг много врагов.

– Мать, ты можешь спросить богиню, какой враг нападет на нас?

– Попробую.

Красимира села на землю, сняла с пояса фляжку, сделала глоток. Положила фляжку рядом. Прикрыла глаза и надолго замерла.

Божана ждала.

Наконец Красимира очнулась.

Сунула руку в мешочек на поясе, что-то взяла там и, снова закрыв глаза, резким движением выбросила на землю.

Это была горсть мелких костей. Когда кости раскатились по земле, Красимира открыла глаза.

Взглянув на кости, нахмурилась. Потрогала их пальцем.

Затем начала пояснять:

– Боги дают знак, что придет к нам враг. Он захочет погубить наше племя, погубит многих наших сестер и наших детей. И потечет кровавая река. Мы будем стоять на краю этой реки, только один шаг будет отделять нас от гибели.

– Мы погибнем?

– Многие из нас погибнут.

– Однако недобрый знак дает нам богиня, – проговорила Божана, пристально глядя на гадальные кости.

Кости притягивали взгляд, как магнит.

Божана задала вопрос:

– Значит, война приведет нас к гибели?

– Возможно, это испытание богов. Мы должны выстоять. Нам будет казаться, что мы все погибнем. Но мы должны стоять и помощь придет, и тогда наше племя спасется, – прошептала Красимира и замолчала.

– Значит, нас ждет поражение?

– Гибель еще не означает поражение.

– Что ж, умереть в бою – счастье для воина.

– Высшее счастье – победа над врагом.

Божане вдруг представилось, что она лежит в грязи с окровавленным лицом, и по ее спине пробежала холодная дрожь.

Божана почувствовала страх перед смертью, и это ей не понравилось – воин не имеет права бояться смерти. Тот, кто боится смерти, обречен на поражение в бою, ибо, охваченный страхом, он начнет бояться своего врага.

«Поляницы никого не боятся!» – подумала Божана, мотнув головой, отметая постыдные мысли.

В степи тонко перекликались перепелки.

Лизнув кончиком языка предательски пересохшие губы, Божана севшим голосом спросила:

– Когда враг придет и откуда?

По ее изменившемуся голосу Красимира догадалась о чувствах дочери и бросила на нее удивленный взгляд.

– Ты боишься смерти? – спросила она тихо, словно ее мог кто-то услышать.

– Нет! – поспешно ответила Божана.

Красимира покачала головой:

– Боятся все. В этом нет ничего постыдного. Только смелый стоит над своим страхом, страх стоит над трусом.

– Я не боюсь, – твердо проговорила Божана.

– Хорошо, – сказала Красимира и пальцем пошевелила гадальные кости.

Божана, посвященная в таинства волхвования, видела, что кости лежат плохо и не сулят ничего хорошего.

– Есть хороший знак – в этом году мы будем жить спокойно, – прошептала Красимира и стала собирать гадальные кости по одной и складывать их в мешочек. – Все, гадание окончено!

– Но что за враг грозит нам? – недоуменно спросила Божана.

– То пока неведомо, – сказала Красимира и повторила: – Больше ничего не спрашивай. Все, дочь, гадание закончено!

Как бы подтверждая ее слова, со стороны реки дунул холодный порыв. Божана отметила, что от него пахнуло могильной сыростью.

Красимира подала знак, и дружинницы поднялись на вершину холма. Красимира объявила им результаты разговора с богиней.

Затем поляницы водили священный хоровод и пели, прося у праматери удачи и благосклонности.

Глава 5

Зимой умер старый князь вятичей Боронислав.

Вятичи – союз, состоящий из множества племен, которые управлялись вече и избираемыми князьями. Над всеми стоял старший князь. Он также избирался.

Следующим старшим князем, как правило, становился его брат или сын.

Этому была веская причина. У старшего князя была сила – дружина старшего князя была сильнейшей в племени – и деньги – племена платили ему дань.

У Боронислава не было брата. Его многочисленные братья погибли в сражениях. Зато был сын Вячеслав. Поэтому, проводив отца в дорогу к вечности, его сын, молодой князь Вячеслав отправился собирать дань.

Территория, населенная вятичами, в арабских источниках называлась страной Вантит.

Юго-западная граница ее проходила по водоразделу Оки и Десны. Затем граница вятичей проходила вдоль долин Угры и Оки вплоть до впадения Москвы в Оку, минуя бассейны Протвы и Нары. Далее граница расселения вятичей шла на северо-запад вдоль правых притоков до верховьев Москвы-реки, а потом поворачивала на восток по направлению к верховьям Клязьмы. При впадении Учи в Клязьму граница сворачивала на юго-восток и шла сначала по левому берегу Москвы, а затем Оки. Далее граница распространения вятичей шла к верховьям Оки, включая бассейн Прони. Верхнее течение Дона целиком было занято вятичами.

Вятичи занимали стратегически выгодные земли – от врагов с севера вятичей отделяли дружественные кривичи и словене.

Словенскому князю Буревою вятичи платили дань.

На западе, на Волге, поселились волжские булгары, а между ними и вятичами лежали земли муромы и мещеры – племен довольно воинственных, но не
Страница 8 из 16

многочисленных, а потому в военном отношении слабых.

На западе – северяне и далее славянские земли. Это также были хорошие соседи. Хотя и между ними случались конфликты. Так, поляне и древляне постоянно конфликтовали между собой, в основном из-за женщин. Диковатые древляне повадились похищать полянских красавиц. Но это были свои ссоры, хотя и жестокие.

За зиму князь Вячеслав обошел почти все племена, оставив напоследок самое сложное – юг.

На юге земля вятичей соприкасалась с опасным врагом – с сильным Хазарским каганатом. Так что южная граница оснований для спокойствия не давала.

Кроме хазар на юге было царство амазонок и их крепость – Белая Вежа. А еще южнее, на берегах моря, – Тмутараканское княжество.

Тмутараканское княжество платило дань хазарам.

А амазонки никому дани не платили. Платой амазонок была охрана южных границ земель вятичей.

Амазонки и тмутараканцы в городах вятичей обычно не появлялись. Поэтому молодой князь даже из любопытства не мог не посетить загадочных земель.

Как только реки очистились ото льда, князь Вячеслав с малой дружиной на стругах отправился на юг с вполне определенным умыслом – лично разобраться с ситуацией на границах с хазарами.

По пути он намеревался посетить Белую Вежу на Дону, где хозяйничали загадочные амазонки и затем дойти до Тмутаракани.

Течение в реках, еще не успокоившихся от весеннего половодья, гнали струги так быстро, что гребцам почти не было работы. Зато кормчие трудились в поте лица, не давая бурному течению затянуть ладьи под прибрежные кручи.

Так же быстро менялась и погода. Пока шли по своим землям, окрестности заволакивал промозглый туман.

Спать приходилось, завернувшись в плащи и меховые одеяла.

Так шли с неделю.

Наконец наступило утро, когда князь Вячеслав, открыв глаза, увидел, что на безоблачном синем небе ярко светит солнце.

Мерно плескалась вода за бортом.

Падавшие на лицо солнечные лучи припекали.

Князь Вячеслав сбросил меховое одеяло и, держась за мачту, под которой он спал, поднялся.

Дружинники дремали, прислонившись к бортам. Лишь на корме о чем-то весело разговаривали люди. Судя по голосам, воевода Воислав и кормчий Хвост.

Князь Вячеслав подошел к борту, наклонился и зачерпнул ладонью воды из реки, чтобы умыться. Но при этом его взгляд упал на берег, и Вячеслав замер – степь полыхала красным цветом.

– Ух, ты! – изумленно выдохнул князь, и зачерпнутая вода пролилась из ладоней.

Чтобы оправиться от изумления, он снова зачерпнул воды и плеснул в лицо. Вода была холодной.

Умывшись, Вячеслав перебрался на корму.

– Князь, проснулся? Здорово ли ночевал? – приветствовал его воевода и, улыбаясь, шутливо поинтересовался: – и какая краса-девица снилась тебе на сей раз?

Вячеславу действительно ночью приснилась девица, да такая красивая, что до сих пор стояла перед глазами молодого человека.

Девушка из сна была такой, о какой мужчина мечтает с детства, с того времени как первый раз чувствует интерес к женщине. Она была похожа на волшебный мираж, волнующий душу и притягивающий, словно магнит.

Многие отправлялись навстречу миражу, только никто еще не смог дойти до него.

Теперь Вячеслав чувствовал в душе горечь разочарования, словно потерял что-то дорогое и не мог найти.

Вячеслав верил, что во сне душа человека странствует по миру. Только как узнать, куда она забрела?

Вещие сны сбываются, только боги коварны и дают сбыться плохому, а хорошее уводят стороной.

Поэтому Вячеслав никогда не встретит девушку из своего сна.

– Почему снилась именно девица? – смущенно проговорил князь Вячеслав, присаживаясь на полку, идущую по борту.

Малая дружина князя Вячеслава состояла сплошь из молодых людей – эту дружину Вячеслав собирал еще мальчишкой.

А воевода Воислав был в преклонном возрасте. Глаза блеклы, как осенний иней. Лицо испещрено морщинами. Длинные усы и седая борода стекали на широкую грудь.

Бдителен и строг воевода – с утра уже в кольчуге.

Воислав водил дружину еще самого князя Боронислава. За его спиной множество подвигов, которым он уж и счет потерял.

Если молодые дружинники были для Вячеслава друзьями по озорным играм, то старый воевода был над ним вроде строгого надсмотрщика. Даже если и не скажет, то взглянет так, что у княжеского сына невольно дрогнет сердце.

Нет, не взял бы князь Вячеслав старого воеводу в поход, но перед смертью отец потребовал поклясться, что будет он держать Воислава в походах всегда рядом с собой.

Мудр был Боронислав – понимал, что молодость горяча, жизнью не дорожит, много ошибок делает, а жестокий мир не прощает ошибок: смерть – за них наказание.

Надеялся Боронислав, что умудренный жизнью советчик обережет юного князя от опасных ошибок, пока он не войдет в разум.

– А ты не смущайся, князь, – весело говорил воевода, – ты молодой мужчина, к тому же неженатый; тебе обязательно по ночам должны сниться девицы.

Хвост, – худой, с хитрым лицом, – хихикнул:

– А мне по молодости девки дюжинами за ночь снились.

Вячеслав поспешил переменить тему разговора. Он кивнул головой на степь.

– Чего это там вся степь красная?

– Это тюльпаны, цветок такой, – сказал Воислав, – каждую весну степь, как ковром, покрывается этими цветами.

Хвост кивнул.

– Да, но потом наступит такая жара, что здесь все будет бледно, как прошлогодняя солома. Но места тут хорошие – хлеб родится знатно. Но слишком уж жарко летом. В наших лесах лучше. Жарко станет – сядешь под куст, отдохнешь. А здесь под куст смотри с осторожностью – множество ядовитых гадов водится.

Вячеслав бросил на Хвоста любопытный взгляд.

– Хвост, ты здесь разве уже бывал?

– А как же! И не раз, – ответил Хвост, всматриваясь вдаль.

– Когда строили Белую Вежу, сюда часто наши корабли ходили, – заметил Воислав и поинтересовался: – ты что там высматриваешь?

– Что-то впереди белеет на берегу. Городок, что ли, какой? – спросил Хвост и сокрушенно отметил: – Однако давно я в этих местах не бывал. Уж и забывать стал.

– То и есть Белая Вежа. Однако дружину пора будить, – сказал Воислав и громко объявил: – а ну-ка, отроки младые, поднимайтесь! Белая Вежа скоро. Говорят, амазонки – женщины молодые и красивые. Так что не осрамитесь – умывайтесь да приводите себя в красоту.

Молодежи недолго навести красоту – чисто умылись холодной донской водицей, накинули нарядные рубахи.

Глава 6

К пристани у Белой Вежи подошли через час. Подошли лихо – дружно работая веслами, под веселую песню.

Утро было еще раннее и вятичи надеялись, что застанут хозяек врасплох. Но когда подошли ближе, увидели, что на пристани уже стояла ровная шеренга воинов в доспехах, с остроконечными шлемами на головах, в руках – копья красные, круглые щиты.

За строем плыло белое знамя с вышитой золотом птицей с распростертыми крыльями. Под знаменем несколько воинов в богатой одежде.

Корабль приближался к пристани. Князь Вячеслав и воевода Воислав стояли на носу струга.

Глядя на строй грозных воинов с лицами, закрытыми блестящим шлемом, Вячеслав высказал сомнение:

– Воевода, а ты уверен, что это женщины?

– Не сомневайся, князь, – сказал Воислав, – это их знамя. Шлемы с закрытыми лицами они используют для того, чтобы враг не знал, что перед ним
Страница 9 из 16

женщина.

– Мы не враги им, – пробормотал Вячеслав.

– Конечно, потому и встречают нас с почетом, – успокоил Воислав, поправляя меч на поясе.

– Но как они узнали о том, что мы подходим? – с удивлением в голосе спросил Вячеслав.

– Узнали, – усмехнулся Воислав. – Я думаю, они еще вчера знали, что мы идем по реке.

– Не может быть! – не поверил Вячеслав, – вчера был туман – берегов не было видно.

– Эти все видят, – проговорил Воислав и показал рукой. – Видишь под знаменем боярина с пурпурным плащом?

– Вижу, – сказал Вячеслав.

– Это их царица.

– Жаль, что их лиц невозможно рассмотреть. Говорят, поляницы – самые красивые женщины на свете.

– Говорят. Двадцать лет назад я видел царицу Красимиру. Краше ее я больше никогда в жизни не видел женщин. Тогда князь Буревой влюбился в нее, звал к себе в жены.

– И что?

– Она отказалась.

– Почему? – спросил Вячеслав.

– Так обычай у поляниц такой: клятву они дают праматери богов, – они ей поклоняются – вечно оставаться незамужними, – пояснил Воислав.

– Но почему? Ведь они – женщины. Воинское дело не для женщин. Женщины должны детей рожать, домом заниматься…

– Потому что они свободу любят больше всего, – сказал Воислав и с задумчивым видом добавил: – а вообще это давняя история.

– Что за история? – быстро спросил Вячеслав.

– Пристань уже рядом. Потом расскажу, – сказал Воислав, – время не красит человека, тем более – женщину. Жаль…

Вячеслав бросил искоса взгляд на старого воеводу и подумал, что, возможно, тот тоже был когда-то влюблен в Красимиру.

Воислав перехватил его взгляд. Поняв, о чем подумал молодой князь, сухо продолжил:

– Слышал я, что у Красимиры от князя Буревоя родилась дочь.

Вячеслав пожал плечами.

– Я не слышал ничего об этом.

– Князь Буревой в молодости на лицо был красив, а Красимира – сам видел. Если их дочь вышла в отца и мать, то… – воевода многозначительно замолчал.

– И что же? – не понял Вячеслав.

– И что же? – повторил Воислав.

Он бросил взгляд на князя, и ему пришла в голову мысль, что красивая амазонка легко может вскружить голову молодому человеку.

Воислав поторопился предупредить:

– Князь, только ты не вздумай влюбиться в поляницу.

– Но почему? – спросил Вячеслав. – Если поляница так красива, как ты говоришь, то она может стать красивой женой!

– Не будет она тебе никакой женой!

– Почему?

– Потому что она сердце тебе разобьет и бросит. Потом всю жизнь тосковать будешь.

– Ну да? Еще не одной женщине не удалось сделать это! – не поверил Вячеслав и с интересом стал смотреть на приближающийся берег.

До пристани оставались считанные метры. Строй воинов на пристани стоял стальной сверкающей стеной.

Но вот гребцы по команде кормчего поставили весла вертикально вверх. Двое – один на носу, другой на корме – приготовили причальные канаты.

На причал выбежали люди, чтобы принять канаты.

И как только княжеский корабль коснулся с глухим стуком дерева причала, переброшенные на пристань канаты подхватили и, остановив корабль, привязали их к деревянным тумбам.

Остальные корабли причалили к другому борту княжеского корабля.

Пока корабли причаливали, амазонки перестроились. Теперь они стояли в две шеренги лицом друг к другу, образовывая коридор, ведущий к знамени.

Царица, в сопровождении бояр, двинулась навстречу гостям.

Борта корабля были вровень с настилом пристани. Поэтому мостков не пришлось перебрасывать.

Князь Вячеслав и воевода, поддерживаемые под руки боярами, сошли на пристань. Они не нуждались в поддержке, но таков был порядок – этим подчеркивалось положение вождей.

Сделав несколько шагов, князь и воевода остановились. За их спинами в линию выстроились дружинники и замерли.

Процессия амазонок остановилась, не дойдя пяти шагов до князя.

Царица плавным движением сняла шлем – из-под шлема упали на плечи густые белокурые волосы – и отдала его ближайшей дружиннице.

Воислав удивился про себя – Красимира, несмотря на прошедшие годы, была все так же красива.

– Это она! – тихо прошептал он на ухо князю Вячеславу.

Голову Красимиры помощницы быстро покрыли почти прозрачным платком. Затем подали золотой венец и она с достоинством надела венец на голову поверх платка.

Закончив с этим, Красимира слегка склонила голову и поприветствовала гостя.

– Будь здрав, гость!

– Я князь вятичей Вячеслав, – представился Вячеслав, склоняя голову. – И ты будь здрава, царица Красимира.

– Ты меня знаешь? – спросила Красимира.

– Мой воевода знает тебя, – сказал Вячеслав.

Красимира взглянула на воеводу и узнала:

– Воислав, да ты ли это?

Воислав поклонился:

– Это я, царица. А ты по-прежнему красива.

Красимира улыбнулась:

– Рада и тебя видеть во здравии.

Воислав показал взглядом на Вячеслава:

– Князь Вячеслав – сын князя Боронислава.

Красимира обратилась к Вячеславу:

– Князь, здрав ли твой отец, князь Боронислав?

– Он умер зимой от болезни, – ответил Вячеслав.

– Жаль. Славный и храбрый был воин. Но меч и броня бессильны перед болезнью, – проговорила Красимира. – Князь, будь моим гостем.

Вячеслав поклонился и учтиво проговорил:

– Быть твоим гостем, царица, для меня большая честь.

Глава 7

Последние двадцать лет амазонки находились под покровительством вятичей, и с князем Борониславом Красимира поддерживала не просто дружеские, а тесные связи.

Хотя амазонки и не обязаны были платить дань князю Борониславу, однако Красимира не упускала случая послать ему подарки – изделия из драгоценных металлов, дорогие ткани, изделия из стекла и фарфора.

Подарки стоили больших денег.

Боронислав отдаривался мехами, медом и воском.

Но для амазонок, контролировавших переправу на большом торговом пути, это было пустяком; ценнее подарков для них была помощь, которую Боронислав мог оказать амазонкам в случае опасности.

Таким образом, новый князь вятичей был особенным гостем, с которым царице амазонок, которая хорошо помнила предупреждение праматери богов о грозящей опасности, требовалось наладить отношения такие же, как с его отцом. Это было жизненно важно.

В славянской народной традиции «гость» обозначает «чужеземец», представитель чужого племени. Превращение «чужого» в «гостя» связано с обрядовыми формами обмена, включавшими пиры, угощения, чествования, совместную охоту.

Это Красимира решила использовать в полной мере.

Поэтому в завершение ритуальной процедуры встречи Красимира повела гостей в крепость.

По пути между хозяйкой и гостем велся вежливый разговор. Вячеслав чувствовал себя не очень уютно в общении с красивой зрелой женщиной. Он расспрашивал об окружающих местах, Красимира рассказывала и в свою очередь интересовалась жизнью и обычаями вятичей.

Дружинники шли следом. Мужчины с разочарованием бросали взгляды на амазонок – те так и не подняли шлемы, и на их лицах сверкали маски.

Фигуры скрывались доспехами. О том, что это были женщины, можно было только догадываться по длинным волосам, пробивавшимся из-под шлемов.

Божана шла рядом с Красимирой. Она также не сняла маски. Из-под маски она с интересом рассматривала князя Вячеслава и оценивала.

Князь Вячеслав был молод: скорее всего – либо ровесник Божане, либо немного старше
Страница 10 из 16

ее.

Роста он был среднего, на полголовы выше Божаны. Мужчины почти всегда выше женщин.

Крепко сложен. Понятно – результат постоянных воинских тренировок. У самой Божаны была атлетическая фигура – тонкая талия, широкие плечи и не по-женски сильные руки.

Лицо Вячеслава красиво: тонкие черты, большие серые глаза. Русые волосы коротко острижены. Тоже понятно: в походах длинные волосы – только помеха. На щеках – курчавая короткая борода.

Князь был в кольчуге с нагрудными пластинами. Поверх – плащ из красной дорогой ткани. Шаровары синие. На ногах – низкие сапоги до щиколоток из красной мягкой кожи.

Белая рубаха выпущена поверх шаровар, и в талии перетянута широким поясом, украшенным золотыми и серебряными фигурками зверей.

На поясе висел меч в украшенных серебром ножнах.

Божана отметила, что под доспехами у нее была более скромная практичная одежда, но зато доспехи были наряднее, чем у князя.

Отметив это с удовлетворением, она продолжила рассматривать князя, благо он этого не замечал.

Молодой человек все больше и больше нравился девушке.

По обычаю амазонке не разрешалось знакомиться с мужчинами, пока она не убьет врага.

После того как амазонки поселились в Белой Веже, они стали реже ходить в походы. Присмиревших хазар они старались не трогать, но разбойникам спуску не давали, какого бы они роду-племени ни были. В степи всегда были любители позариться на чужое добро. Так что мечи амазонок не ржавели.

По правде говоря, амазонки предпочитали воевать на расстоянии – стрелами и копьями. Этому есть логичное объяснение – по природе даже самая сильная женщина слабее среднего мужчины.

Божана участвовала в походах на разбойников; имела на своем счету головы врагов; а поэтому могла знакомиться с мужчинами.

И возраст подоспел – женская сущность настоятельно требовала любви. В этом не было ничего зазорного. Амазонки – дочери матери богов Макошь, богини плодородия и всего живого на земле.

Но до сих пор на глаза Божане не попадался мужчина, которого она могла бы полюбить. Теперь она чувствовала – вот он!

У большинства народов в матримониальных делах мужчинам традиционно принадлежит право выбора.

Но иначе обстояло дело у амазонок.

Амазонки – решительные женщины, и Божана, рассматривая молодого князя, твердо решила не упускать представившейся возможности.

И не важно, был он женат или нет. Амазонки все равно не становятся женами.

Любовь – превыше всего.

Глава 8

По случаю приезда гостей Красимира объявила пир.

Однако сначала гостям предоставили место и время, чтобы они могли привести себя в порядок – умыться, переодеться.

Красимира предложила Вячеславу отдельную комнату в царском тереме, но тот вежливо отказался, предпочитая находиться вместе со своими друзьями.

Тогда хозяйка предложила занять помещения, пристроенные к стене.

Комплекс этих помещений представлял собой анфиладу из нескольких комнат. Ширина и длина каждой комнаты была стандартной – около восьми шагов.

В первую был вход со двора. Таким образом, прежде чем попасть в дальнюю комнату, необходимо было пройти через все комнаты.

Воислава, беспокоившегося о безопасности князя, это устроило. В проходных комнатах он расположил дружинников. Последнюю комнату обустроили для князя, а предпоследнюю он занял сам.

На помощь в обустройстве Красимира прислала слуг – мужчин. Вятичи с удивлением отметили, что в женской крепости были и мужчины.

Слуги помогли вятичам умыться и переодеться, не проронив при этом ни единого слова.

Шустрый Деян попытался разговорить слуг:

– А что ваши хозяйки – красивые женщины?

– Есть и красивые, – коротко ответил один из слуг.

– Значит, в крепости все же есть мужчины? – спросил Деян.

– В крепости мужчины не живут.

– А как же вы?

– Мы приходим только утром. Перед закатом солнца уходим.

– А ночью?

– Ночью все работы выполняют женщины.

Едва вятичи успели переодеться, как в двери появилась женщина в нарядной одежде.

По короткому мечу на ее поясе вятичи догадались, что это была амазонка. А судя по важному выражению лица, не рядовая.

Впрочем, вятичи не знали, как выглядят остальные амазонки.

Амазонка объявила, что царица ждет гостей на пир, и она должна их проводить.

– Мы готовы, – сказал Вячеслав.

По случаю праздника князь Вячеслав нарядился в парадную одежду. На голове – шапка из ценного меха горностая. Длиннополый жупан. Под ним – белая рубаха из тонкого льняного волокна, с широкими рукавами. За драгоценный пояс воткнута булава из серебра. На булаве – знаки княжеской власти.

Следуя за амазонкой, вятичи вышли во двор.

Здесь перед домом горел небольшой костер. Амазонки стояли у костра.

Вятичи подошли к костру, и Красимира объявила:

– Прежде чем начать пир, мы должны принести жертву богине Макошь.

Князь Вячеслав и Воислав встали рядом с Красимирой.

Красимире поднесли блюда с ритуальной пищей, и она объявила:

– Мать богов, прими наши дары! И дай нам и нашим гостям удачи и здоровья.

Царица принесла богам надлежащую жертву – бросила в огонь хлеб, мясо, плеснула вина.

Затем, немного выждав, пока запах даров поднимется в небо, пригласила гостей следовать за ней.

Они поднялись по лестнице на высокое крыльцо и вошли в парадный зал.

В зале было светло. Посредине стоял длинный стол, уставленный яствами. В красном углу царский трон – большое кресло, украшенное золотом, серебром и мехами.

На стене, над троном, – знамя и оружие.

Перед тем как сесть за стол, стороны обменялись подарками. Вятичи вручили царице связки соболиных мехов и жемчужное ожерелье, а амазонки отдарились дорогой китайской посудой из фарфора.

Закончив процедуру дарения, царица пригласила гостей за пиршественный стол.

Князя Вячеслава царица посадила рядом с собой. Рядом с князем сел воевода.

Вячеслав с удивлением заметил, что с другой стороны трона по-хозяйски села девушка.

У нее было очень красивое лицо. Ясными синими озерами светились большие глаза. Над ними – тонкие черные брови, как две стрелки.

Длинные волосы убраны под почти прозрачный платок, который на голове держал тонкий золотой обруч с драгоценными камнями. Платок опускался на белую шелковую рубаху, расшитую изящными узорами.

Вячеславу вдруг показалось, что он давно знает эту девушку. Сначала он не мог понять причину этого ощущения, но когда их глаза встретились, в голове Вячеслава словно пронесся ветер и туман рассеялся.

Теперь он точно знал – это была она! Это была именно та девушка, которую он видел во сне.

Это было невероятно, и Вячеслав только тихо ахнул – сон вещий, сбывается!

Он смотрел на девушку, гадая, она или не она? – и не мог оторвать от нее своего взгляда.

Красимира, проследив за взглядом молодого человека, с едва заметной улыбкой сообщила:

– Князь, это моя дочь Божана.

Божана слегка кивнула в поклоне головой и стрельнула в молодого князя таким лукавым взглядом, что Вячеслав почувствовал, как его щеки полыхнули жаром.

И все же сны сбываются!

Остальных вятичей рассадили вперемешку с амазонками.

Теперь вятичи могли видеть лица амазонок, и им оставалось только удивляться их красоте.

Пир начался с положенных многословных здравиц в честь царицы и князя.

А затем завязался деловой
Страница 11 из 16

разговор.

Глава 9

Пока Вячеслав смотрел на Божану, Воислав интересовался у Красимиры ситуацией в округе.

– Царица, как хазары ведут себя – не беспокоят?

– Нет. Но разбойники пытаются грабить караваны. Мы сторожим путь между Волгой и Доном, и в этом году уже пару разу ходили на разбойников, – сказала Красимира и вздохнула. – Не все у нас хорошо… Предсказала нам мать богов тяжкие испытания.

– И откуда же грозит опасность? – спросил Воислав.

– Неизвестно, – сказала Красимира и начала объяснять: – Знаем мы, что Карл франкский давно враждовал с аварами. Однако до большой войны дело пока не доходило. Но в прошлом году авары подверглись нападению с двух сторон: Карл франкский обрушился на них с запада, а булгарский хан Крум – с востока. Авары не выдержали и потерпели полное поражение. Ныне Аварский каганат полностью уничтожен, а его владения были поделены между франками и булгарами. Как нам известно, булгары заняли оба берега Дуная вверх по течению до устья Тисы. Выше Тисы левый берег удерживается франками, в то время как славянские племена, живущие на правом берегу вплоть до устья Дравы, признают над собой господство хана Крума.

В разговор вступил Вячеслав, который наконец оторвал взгляд от Божаны.

– Царица, а ты ничего не путаешь? Как булгары могли оказаться на Дунае, когда они живут на Волге?

Красимира начала с предыстории:

– Как тебе известно, князь Буревой, разгневавшись, что хазары убили его сына, ходил войной на них. Тогда после десятидневной осады он взял Сурож, пострадали города хазарской части Крыма. Был разграблен и греческий Корсунь. Крымская Готия – православная страна – тогда отпала от Хазарии и вернулась к Византии. От грабежей войска князя Буревоя тогда пострадали христианские церкви, и было ослаблено православное влияние в Хазарии. Сейчас доходят до нас сведения, что иудеи уговорили кагана Хазарии принять их веру.

– Но как это связано с булгарами? – спросил Вячеслав.

Красимира усмехнулась.

– В степи между Волгой и Доном булгары пришли еще до хазар. Они не раз нападали на Византию и западные страны. Но потом им в этом стали препятствовать авары. Тем временем с востока в степь пришли хазары. Булгарам стало негде жить, и они попали в зависимость от хазар. Некоторые булгарские племена после междоусобицы еще раньше ушли на север, где и обосновались у вас в соседях. Оставшиеся булгары кочевали по степи за Волгой. Но там пустыня! Летом жара такая, что все сохнет и скот дохнет от бескормицы. К тому же с востока на них стали давить восточные кочевые племена. Поэтому они давно хотели уйти с тех мест. На запад дороги им тогда не было….

– А как же – там наши земли! А мы любому дадим отпор! – сказал Вячеслав.

– Вот именно! – подтвердила Красимира. – Так что пока хазары были сильны, все пути булгарам были заказаны. Но после разгрома, устроенного князем Буревоем, хазары ослабли и даже на несколько лет отошли к низовьям Волги. Это освободило дорогу булгарам на Дунай, и часть их тут же ушла из приволжских степей на запад.

– Ну, ушла часть булгар, и ушла, – проговорил Вячеслав, – нам не о чем сожалеть. Честно сказать, булгары – слишком беспокойные соседи.

В разговор вмешался Воислав:

– Спокойных соседей не бывает. По соседству с нами живут многие народы: и хазары, и авары, и булгары, и венгры – всех их не перечесть. Да и свои не сидят смирно. В прошлом году полянам пришлось воевать с древлянами. Разумеется, пока жив князь Буревой, никто не осмелится нападать на славянские земли.

Красимира заметила:

– Зимой дошли до нас слухи, что якобы в ближнюю степь пришло новое племя кочевников под именем печенегов. Проходившие мимо купцы говорят, что раньше печенеги жили на востоке. Но оттуда их вытеснили соседи и им пришлось бежать. Теперь они злые из-за этого и ищут землю где остановиться.

– Может, они хотят пристать к хазарам? – спросил Воислав. – У хазар много разных племен.

– Нет, хазары не любят печенегов, – ответила Красимира, – им самим места мало.

– Однако степь велика, – сказал Вячеслав.

– Это только кажется, что степь велика. На самом деле в степи не так уж и много мест для скотоводства. Поэтому кочевники и не любят друг друга, – заметила Красимира. – Но пока хазары стеной стоят между нами и печенегами, мы можем быть спокойными.

Вячеслав рассмеялся:

– Вот и польза нашлась от беспокойных соседей. В мире все уравновешено – нет вечных врагов и друзей. Завтра враг может стать другом, а друг врагом.

Воислав покачал головой:

– К тому, кто силен, все набиваются в друзья. Но как только ты потеряешь силу – друзья окажутся врагами и первыми ударят тебе в спину.

Вячеслав пожал плечами:

– Такова жизнь: если не ты, то – тебя!

– Раньше печенегов сдерживали булгары, – сказала Красимира. – Две недели назад я все же послала небольшой отряд посмотреть, что происходит в дальней степи.

Вячеслав проговорил:

– Думаю, что печенеги угрозы для нас пока не представляют. А вот булгары, оставшиеся на Волге, висят над нашими землями с востока.

– Это так. Если булгары нападут, то это произойдет летом. Зимой булгары в набеги не ходят, – сказал Воислав.

– Вот поэтому я и думаю, что мне с дружиной все лето надо быть поближе к востоку, – проговорил князь Вячеслав.

– Повадки булгар нам известны. Старый враг – как старый друг. А меня больше всего тревожат те, о ком я ничего не знаю, – печенеги, – сказала Красимира. – Боюсь, что именно об этой опасности предупреждает нас мать богов.

Красимира задумалась над словами Вячеслава.

Сообщение князя о том, что он хочет увести дружину на восточные границы земель вятичей, обеспокоило ее.

Времена расцвета царства амазонок, когда они могли выставлять тысячное войско, давно прошли. Сейчас в дружине было около сотни воинов. Это те, кто находился в ближней дружине, несшей постоянную службу. Около двухсот поляниц отошли от дел по разным причинам – престарелые, беременные, обремененные детьми. В случае войны можно было попросить о помощи слобожан, живших в городках рядом с крепостью. По расчетам Красимиры, они могли выставить ополчение в полторы тысячи человек.

Таким образом, Красимира могла в случае войны набрать войско в пару тысяч воинов. Отразить набег разбойников этого хватало, а для большой войны было слишком мало. Оставалось надеяться на помощь соседних племен, в первую очередь вятичей.

– Князь, ты когда хочешь пойти на восточную границу? – задала вопрос Красимира, придя к такому выводу.

– Сейчас мы хотим дойти до Тмутаракани. Но там мы не задержимся и сразу отправимся домой. Сначала в Корьдно, а потом пойду с дружиной в восточные городки, – сообщил Вячеслав.

– Ты хочешь забрать всю дружину на восточные границы? – спросила Красимира.

– Да, всю дружину.

– А кто будет охранять Корьдно?

– Корьдно? Разумеется, городское ополчение.

– Ну, а если нам понадобится помощь?

– Тогда пришлете гонцов.

Он видел, что другие дружинники уже вовсю перешептывались с амазонками. Угощали друг друга.

Амазонки были девушки смелые, уверенные в себе. Своим поведением они очень сильно отличались от смирных вятических женщин и поэтому привлекали молодых парней, как мед пчел.

А Вячеслав все не имел возможности поговорить с Божаной,
Страница 12 из 16

которая сидела, скромно опустив глаза. Но иногда из-под ее ресниц украдкой пробивался такой дерзкий огненный взгляд, что у Вячеслава кровь закипала.

Уловив очередной взгляд, Вячеслав задал вопрос Божане:

– Царевна, а как тут у вас с охотой?

Божана обрадовалась – наконец-то начался разговор.

– У нас охота хорошая. В степи – сайгаки. Правда, их очень много и они бегают так быстро, что попасть стрелой в бегущего сайгака может только очень искусный стрелок.

– И ты попадала? – спросил Вячеслав.

– Конечно! – усмехнулась Божана и похвасталась: – Я самый лучший стрелок в дружине. Вряд ли и среди вятичей найдется, кто бы лучше стрелял.

Вячеслав рассмеялся:

– Однако ты хвастунья!

Раздосадованная тем, что Вячеслав отвлекся от серьезного разговора, Красимира недовольно сказала Воиславу:

– Пока гонцы добегут до вас за помощью, нас тут с лица земли сотрут. Так вы твердо решили уйти на восточные границы?

– Это решили еще зимой. До начала лета точно уйдем, – сказал Воислав.

– А когда вернетесь? – спросила Красимира.

– С началом осени…

– Плохо… Это означает, что если на нас нападут печенеги, то придется держать оборону почти до зимы.

– Ну так вы не теряйте времени и готовьтесь к обороне, – сказал Воислав.

– Не в наших обычаях отсиживаться за стенами, – вспыхнула Красимира, – мы привыкли бить врага в поле.

Воислав согласился:

– Разумеется, лучшая оборона – это нападение.

– Так мы и поступим. Будем искать врага в поле и бить его по частям, пока он не собрал силы.

На этом беседа о делах окончилась. Красимира подала знак и в зал вошли музыканты. Заиграла музыка.

Расслабленная алкоголем молодежь веселилась: вовсю звенели песни, а некоторые даже пустились в пляс.

А Вячеслав и Божана сцепились в споре – Божана горячо уверяла, что амазонки – лучше стреляют из лука, чем мужчины. Вячеслав возражал с не меньшим пылом.

Несложно было догадаться, тем более Красимире с ее женским чутьем, что между ними вспыхнул огонь любви.

Она подумала, что князь Вячеслав, пожалуй, был бы подходящей партией для будущей царицы амазонок.

Божана не могла выйти замуж, но любить мужчину ей никто не мог запретить. И если Божана родит от князя Вячеслава сына, то через три года сын будет отдан отцу и когда-то станет князем вятичей.

Красимира подумала, что кровное родство с соседним племенем амазонкам пошло бы на пользу.

Вздохнув, Красимира вмешалась в спор:

– Да чего же вы попусту тратите слова? Завтра устроим турнир. Вот на турнире каждый и покажет свои способности.

Глава 10

Сначала – охота!

Едва солнце бледно-розовым цветом озарило восток, Божана и Вячеслав с малыми дружинами уже были на левом берегу Дона, чтобы в степи поохотиться на быстроногих сайгаков.

Пока они гонялись за сайгаками, в поле недалеко от священной статуи богини Макошь слуги обустраивали ристалище для турнира.

Первым делом огородили площадку для соревнования. Зрителей надо было оградить от линии стрельбы, чтобы кого-либо случайно не поранить.

Затем поставили мишени. Мишенями послужили большие круглые щиты из дерева, установленные на треногах.

Затем желтым песком обозначили рубежи для стрельбы. Рубежей было три.

С первого рубежа – самой близкой дистанции – мог стрелять любой. Те, кто попадал просто в щит, переходили на второй рубеж. С этого рубежа уже надо было попасть в нарисованный на щите круг.

Настоящая борьба начиналась на третьем, самом далеком, рубеже. Здесь надо было попасть в небольшое красное пятно, нарисованное в центре круга.

Когда стрельбище было оборудовано, занялись обустройством участников и зрителей.

Для удобства зрителей из первейших людей были поставлены лавки и навесы над ними.

Чуть в стороне, в поле, установили палатки, где участники турнира могли в тени подготовиться к состязанию.

Так как без застолья никакое соревнование обойтись не может, то для дружинников поставили столы, рядом с которыми разожгли костры.

К этому времени охотники вернулись с добычей. Почти каждый из участников охоты привез по туше.

Добычу передали поварам, которые немедленно приступили к приготовлению угощения.

Готовили много, так как никого не забыли – всех позвали на турнир.

Посланные еще с вечера царские гонцы всех приглашали веселиться и угощаться.

Глава 11

Ранним утром Первуша ходил на лодке с отцом на рыбалку. Дело привычное и вдвоем они сняли сети еще до того, как солнце стало припекать.

С вечера все знали о предстоящем соревновании между амазонками и гостями.

Первуша жил в мире, где все было подчинено давно установленному порядку: рассвет начинался с работы – люди сеяли хлеб, ловили рыбу, и заканчивался день с закатом, когда становилось темно.

Свет в домах зажигали только зимой, когда дни были короткие.

Жизнь была скучной. Тем ценнее были редкие праздники. Поэтому турнир был большим событием. Взрослые торопились поскорее завершить свои обыденные дела, чтобы успеть на праздник. А дети и подавно.

Вернувшись домой, Первуша схватил кусок хлеба и, жуя на бегу, помчался к месту праздника.

Там он присоединился к друзьям.

Этой разбойничьей ватаге до всего было дело: то они помогали ставить мишени и размечать линии стрельбы; то путались под ногами, когда ставили лавки и навесы.

Однако их никто не прогонял – в компании всегда веселее делать работу.

Затем стало еще веселее. Когда стали ставить палатки для дружинников, на поле появились юные амазонки.

Слободские девчата также пришли к месту турнира, но скромно наблюдали за происходящим со стороны и даже не пытались вмешиваться в происходящее.

А вот юные амазонки могли дать фору мальчишкам. Дерзкие, уверенные, не менее деятельные, они совали свои красивые носики во все дела. Сначала помогали ставить палатки, а затем, когда стали вешать качели, немедленно переместились к ним.

До этого две ватаги старались держаться друг от друга подальше, но у качелей они сошлись.

Первуша, бывший главарем в своей ватаге, решил первым испробовать качели, но ему перегородила дорогу девчонка с белобрысыми косичками, торчащими в стороны, словно два ивовых прута. На ней было легкое платье, но талию перетягивал пояс, на котором висел небольшой меч, правда, больше смахивавший на нож.

За ее спиной встали другие юные амазонки.

– Не спеши! – уверенным голосом сказала она, едва Первуша подошел к качелям.

Первуша, уже взявшийся за веревку, на которой держалась доска качелей, с недоумением взглянул в лицо девчонки, еще бледное после зимы, хотя краснота первого загара уже тронула щеки.

– Я буду первая! – твердо проговорила юная амазонка, взявшаяся за веревку с другой стороны.

– Это почему? – удивился Первуша.

– Потому! – безапелляционно проговорила юная амазонка.

– Это почему – потому?! – спросил Первуша.

Амазонка легко запрыгнула на доску и засмеялась:

– Да потому, что пока ты думаешь, я это уже делаю.

Первуша пригрозил ей кулаком:

– Вот сейчас как дам!

Амазонка не испугалась:

– Ух ты какой смелый!

– Вот слезешь с качелей, я тебе дам… – грозился Первуша.

Амазонка засмеялась:

– А чего же ждать? Запрыгивай на доску, здесь и подеремся.

Недолго думая, Первуша влез на доску с другой стороны, и едва он ухватился за веревки, как юная
Страница 13 из 16

амазонка присела и сильно качнула качели.

Первуша поднялся ввысь, затем, с замиранием в сердце, ухнул вниз.

О том, чтобы приблизиться к девчонке по раскачивающейся доске, и разговора не было.

А девчонка звонко хохотала:

– Ну, подойти ко мне! Подойди!

Она смеялась так заразительно, что и Первуша не удержался от смеха – действительно ситуация была забавная.

– Тебя как зовут? – раскачивая качели, крикнул Первуша.

– Зорька! – крикнула девчонка. – А тебя как?

– Меня – Первуша! – ответил Первуша.

Наконец им надоело качаться и они слезли на землю. На качели тут же взобралась другая пара.

После качелей земля под ногами качалась так, что они еле держались. Не сговариваясь, они упали в траву.

Зорька лежала на спине.

Синее небо засасывало стремительным водоворотом. К горлу подкатывала тошнота.

Зорька перевернулась на живот.

В зарослях травы, словно в дремучем лесу, блуждал рыжий муравей. Наткнувшись на одну травину, на другую, он, точно принюхиваясь, пошевелил усиками. Видимо, нашел потерянную тропу, потому что тут же исчез в зарослях.

Первуша зашевелился и сел.

Пожаловался:

– Словно на лодке в бурю плавал.

Зорька пробормотала, глядя в землю:

– И в самом деле – точно на лошади целый день ехала.

Она подняла голову – небо плескалось спокойным ласковым океаном. Зорька села.

Бросила лукавый взгляд на мальчика:

– Ну, так что – драться будем?

– А зачем? – спросил Первуша.

– И в самом деле… – проговорила Зорька. – Но я все-таки тебя сильнее.

Первуша краем глаза посмотрел на Зорьку. Она уже начала нравиться ему.

– Ладно, – примирительно согласился Первуша.

Зорька, природным чутьем чувствуя к себе интерес, инстинктивно провела рукой по волосам и вынула сухую травинку, застрявшую в волосах. Поглядела на нее – травника смахивала на маленький узкий кинжал. Уронила.

– Ты со слободки? – спросила Зорька.

– Ага! – сказал Первуша.

– Чем твой отец занимается?

– Он рыбу ловит.

– Значит, ты тоже будешь рыбаком?

– Значит, я тоже буду рыбаком.

– Это интересно?

– Интересно.

– Нет, воином быть лучше!

Первуша пожал плечами:

– Воина могут убить.

Зорька рассмеялась:

– А рыбак может утонуть.

– Ну, это если неумеючи… – заметил Первуша.

– Вот именно, – сказала Зорька и предложила: – Давай дружить? Ты меня научишь рыбу ловить, а я тебя – стрелять из лука. Ты умеешь стрелять из лука?

Из лука все умели стрелять, Первуша тоже, но до искусства, с которым амазонки обращались с луком, слободским было далеко.

– А разве поляницам можно дружить со слободскими? – спросил Первуша.

– Можно, – звякнула веселым колокольчиком Зорька, – нам все можно.

– Тогда давай дружить, – сказал Первуша.

Тем временем на поляну въехали телеги с едой и пивом. Увидев их, Зорька по-хозяйски спросила:

– Ты сладкий крендель хочешь?

– Хочу.

– Ну, тогда вставай, пошли к телеге, – сказала Зорька и вскочила на ноги. Первуша поднялся, и они двинулись в сторону телег.

Глава 12

Когда солнце перевалило зенит и жара немного спала, музыканты заиграли веселую музыку, и на поле начал собираться народ.

Ремесленники, торговцы и землепашцы жили своими слободками, но это не значило, что для их общения существовали какие-то препоны. Жителей в окрестностях Белой Вежи было не так уж много, а потому все знали друг друга.

Весенние полевые работы только что закончились, поэтому на турнир пришли почти все.

Мужчины степенно подходили к бочкам с пивом. Женщины и дети толпились у телег с пирогами, кренделями и другими сладостями.

На поле были устроены различные развлечения – карусели и качели.

Музыканты играли так рьяно, что их щеки надувались, как у лягушек в период весеннего брачного сезона.

На краю поляны, где тополиная пирамида свечой уходила в небо, несколько девок в нарядных сарафанах завели хоровод и запели песни.

Другая часть молодежи устроила игру в догонялки: парни стали гоняться за понравившимися ими девушками – наградой служил поцелуй. И хоровод сразу распался – девки поспешили примкнуть к игре.

Полыня пришел на праздник с женой Радмилой и дочкой Цветаной.

Девочке было всего два года, и Полыня гордо нес ее на руках. Это был их первый ребенок. Обычно мужчины мечтают о сыновьях, но Полыня не сердился на жену – дочка была ласковая, забавная, милая, чем походила на мать. Может, поэтому она сразу прикипела к сердцу Полыни.

На поле Полыня сразу приметил Дубыню.

Кузнец Дубыня и горшечник Полыня были друзьями.

Они были разными: горшечник Полыня был невысок, но коренаст, а кузнец Дубыня был великаном. Кулаки у него были как двухпудовые гири.

В отличие от своего приятеля Дубыня пока был холост.

Сейчас он с большой, чуть ли не ведерной, кружкой пива в одной руке и парой калачей в другой, стоял в стороне от толпы. Он с завистью наблюдал, как парни гоняются за девчатами. Он с удовольствием принял бы участие в этом развлечении, но его сдерживало смущение – ему казалось стыдным бегать по полю, словно мальчишка.

Полыня с семейством подошел к задумавшемуся приятелю и хлопнул его по плечу:

– Здорово, Дубыня!

Дубыня покосился на смельчака, осмелившегося так бесцеремонно обращаться с ним.

Узнав Полыню, заулыбался:

– А это ты, Полыня! А я-то думаю, кто это такой смелый треплет меня за плечо.

– Э-э-э! Так тебе дубиной по башке влупи, все равно не заметишь, – рассмеялся Полыня.

– Дубиной не надо, – добродушно проговорил Дубыня и слегка поклонился Радмиле. – Будь здрава, красавица!

– И тебе добра желаю! – Радмила поклонилась в ответ.

Дубыня отдал калач дочке Полыни. Ухватив калач обеими ручонми, девочка начала его мусолить.

Затем Дубыня протянул кружку Полыне, предлагая:

– Пиво будешь? Пиво из подвалов поляниц – крепкое.

Полыня передал дочку Радмиле и взял кружку с пивом. Дубыня, оказалось, пиво-то почти и не пил.

Полыня приложился к кружке, а Радмила поинтересовалась.

– Дубыня, а ты чего стоишь один? Глянь – парни с девками играют.

– Неуместно мне бегать по полю, словно мальчишке.

– Ну да! – согласилась Радмила.

– Жениться ему давно пора, – проговорил раскрасневшийся от пива Полыня.

– И что же? В чем проблема? Вон сколько девчонок бегает, – сказала Радмила и слегка усмехнулась. – Или слободские девчата тебе не нравятся?

– Девчата, конечно, красивые. Завидно иметь любую из них в женах, – сказал Дубыня.

– Ну так давай я тебя сосватаю. Выбирай – любая с радостью пойдет за тебя замуж, – предложила Радмила.

Дубыня покачал головой.

– Я так думаю, что жена должна быть не только красивой…

– Ну да! – согласилась Радмила. – Жена должна быть не только красивой, но и хозяйкой, чтобы могла управляться и по дому, и со скотиной, и в поле. Они все умеют, неумех среди наших девок нет.

Дубыня покачал головой:

– Этого мало, – ответил Дубыня.

– И что же тебе еще надо? – удивилась Радмила.

– Красота проходит… – задумчиво заметил Дубыня.

– Так вечной молодости не бывает.

– Дело не в вечной молодости – жена должна запасть в сердце, чтобы стать частью тебя. Вот как вы с Полыней…

Радмила бросила на Дубыню удивленный взгляд и вздохнула:

– Ох, Дубыня, конечно, ты все правильно говоришь. Жена – это вторая половина мужа. Но не будь сильно переборчив – как бы тебе
Страница 14 из 16

потом не покаяться.

Услышав последние слова жены, Полыня с недоумением проговорил:

– Да что может случиться – не будет же он до старости искать свою суженую?

– Не будет, – кивнула головой Радмила, – только как бы он не нарвался на поляницу.

– И что? – спросил Полыня. – Разве поляницы по природе чем-то отличаются от других баб?

– Не отличаются. Но не дай бог кому влюбиться в поляницу! Это наказание богов.

– И почему же? – облизнул губы Полыня.

– Эти развратные девки разбивают сердца мужчин, словно негодные горшки. Век потом будет мучиться, – сказала Радмила.

Дубыня рассмеялся:

– Похоже, хотите меня женить без меня!

Слободские женщины недолюбливали амазонок за их независимое поведение.

В этот момент на поле подъехали на конях молодые дружины. Одна во главе с Божаной. Другая – во главе с князем Вячеславом. Обе дружины выглядели из-за нарядных одежд, словно пестрые цветочные поляны.

Народ кинулся встречать нарядную процессию. Дубыня и Полыня последовали за всеми.

Процессия вятичей и амазонок под восторженные крики толпы прошествовала к палаткам, где они стали спешиваться.

Не успели они расположиться, как подъехали и старшие – Красимира и Воислав в сопровождении свиты из бояр.

Подъехав к навесу, Красимира и Воислав спешились и заняли место на лавках перед столом.

Сзади них встали бояре. Двое старших бояр из амазонок и двое из вятичей осторожно и с превеликим почтением развернули за спинами вождей знамена – священные воинские символы.

Устроившись, Красимира пошепталась с Воиславом. Затем встала и подняла руку, требуя тишины и внимания.

Музыканты мгновенно прекратили играть. Народ умолк. Наступила тишина, прерываемая лишь звоном невидимого в глубоком небе жаворонка.

Красимира громко объявила о начале соревнования в стрельбе из лука и что в соревнованиях может участвовать любой желающий. А тому, кто победит, пообещала приз – золотой кубок.

Честь распоряжаться на турнире Красимира предоставила воеводе Ярославе.

Воислав также от имени князя Вячеслава пообещал победителю подарок – меч, украшенный серебряной насечкой.

Призы были выставлены на стол, чтобы каждый мог их рассмотреть.

После этого Ярослава объявила правила турнира.

На первом этапе все желающие принять участие в турнире должны были подходить на первую линию стрельбы по десять человек. В десятке должны были быть по две поляницы и по два вятича.

Каждому разрешалось три раза выстрелить в мишень, и тот, кто попадал в мишень хотя бы одной стрелой, допускался к участию во втором этапе.

Глава 13

Увидев призы, Полыня загорелся и стал толкать Дубыню:

– Дубыня, ты же изрядный стрелок из лука. Давай, прими участие в турнире!

Дубыня пожал плечами:

– Зачем?

– Ну, ты же видишь, какой меч лежит! – горячился Полыня.

– Зачем мне меч? – равнодушно проговорил Дубыня. – Мне с топором сподручнее.

– Глупый ты, Дубыня! – сердился Полыня.

– Сам ты глупый! – обиженно ответил Дубыня. – Ты, наверно, запамятовал, что я кузнец? А понадобится меч, так выкую получше.

– Этот меч стоит целого города!

– Не нужен мне город.

Полыня задохнулся:

– Ну, так сменяешь меч на украшения для своей подружки!

Дубыня почесал голову. Ему пришла в голову мысль, что неплохо было бы проверить, чей меч лучше – его или мастера вятичей.

Потом он неуверенно проговорил:

– Так нет у меня подружки…

– Будет! Обязательно будет! Сам лично найду тебе! Самую красивую! – горячо пообещал Полыня, почуяв неуверенность в голосе приятеля.

– Ну… – замялся Дубыня. – И лук я дома оставил.

Полыня обрадовался:

– Так я мигом сбегаю за твоим луком!

– Турнир уже начинается.

И в самом деле, к линии стрельбы вышла первая десятка.

– Я успею! – крикнул Полыня и, не дожидаясь ответа, метнулся по полю к слободе.

– Сумасшедший! – добродушно проговорил Дубыня Радмиле и предложил: – Давай поближе подойдем, чтобы лучше было видно.

У линии стрельбы стояла плотная толпа, так что в первые ряды невозможно было втиснуться. Но Дубыня осторожно повел плечом, и место освободилось.

Тем временем Ярослава дала команду и на линию вышли первые стрелки. Прежде чем выстрелить, они смотрели на верхушки деревьев, чтобы определить направление ветра. Затем тщательно целились и пускали стрелы.

Дубыня усмехался – так только в небо попадать!

Когда все стрелы были выпущены, с разрешения Ярославы все пошли смотреть, куда они попали.

Вернувшись, удачливые, довольные собой, встали немного в стороне от линии стрельбы, ожидая второго этапа. Неудачники присоединились к зрителям.

На линию вышла вторая десятка. Затем третья.

В соревновании принимали участие и амазонки. Рассудив, что профессиональные воины будут стрелять лучше, распорядители включали в десятки по две амазонки и по два вятича.

Полыня вернулся, когда на линию выходила последняя десятка. В ней были Божана, Вячеслав, и по паре – две амазонки и два вятича.

Дубыню заинтересовала одна из амазонок. Как все амазонки, она была атлетически сложена. Лицо – смуглое. Длинные каштановые волосы, перевязанные красной лентой, волной спадали на плечи. Глаза с коричневым оттенком.

Ее облик свидетельствовал о том, что отцом ее был кочевник – хазарин или булгарин. Впрочем, как и большинство амазонок, она, скорее всего, не знала ни имени отца, ни кем он был.

На турнир амазонки и дружинники-вятичи вышли без доспехов. Поэтому амазонка мало чем отличалась от слободских девушек – белые, синие сарафаны, в волосах – разноцветные ленты, на ногах сапожки. В одежде одно отличало амазонку от слободских девушек – короткий меч на поясе.

Глядя на ее меч, Дубыне в голову пришел даже курьезный вопрос.

– А поляницы спят с мечом или все же снимают его на ночь? – спросил он Радмилу.

– Не знаю! – сказала она.

– Нечего болтать попусту! – толкнул Полыня заглядевшегося на амазонку парня и поспешно сунул ему в руки лук и стрелы. – Иди скорее.

– Ага! – добродушно проговорил Дубыня. Взяв лук и стрелы, он вышел на линию стрельбы и встал рядом с понравившейся ему амазонкой.

Амазонки и дружинники с недоумением покосились на него, но никто ничего не сказал – в турнире мог участвовать любой желающий.

По сигналу распоряжавшейся на рубеже амазонки все натянули луки и пустили по стреле.

Амазонки и вятичи были опытными воинами. Они выстрелили, почти не целясь. И ни одна из стрел не пролетела мимо мишени.

Лишь Дубыня несколько замешкался – он все смотрел на понравившуюся ему амазонку и поэтому никак не мог правильно положить стрелу на лук.

На лицах амазонок и вятичей появилась снисходительная улыбка.

– Не торопись, богатырь, – с иронией проговорила высокая амазонка, заметившая взгляд парня.

– Ага! – сказал Дубыня и, тщательно прицелившись, пустил стрелу.

К удивлению всех, его стрела попала точно в центр мишени.

– Молодец! – сказала амазонка и поинтересовалась: – Как тебя зовут, богатырь?

– Дубыня.

Больше он стрелять не стал.

– А меня зовут Величка.

Божана, увидев, что слободской парень попал точно в центр мишени, бросила насмешливый взгляд на Вячеслава.

– Князь, как бы нам не осрамиться перед всеми.

Вячеслав усмехнулся.

– Турнир только начался. Посмотрим, что будет дальше.

Глава
Страница 15 из 16

14

Власть в крепости принадлежала амазонкам, однако жизнью поселений, что обосновались по берегам Дона, управляли избранные на вече старшины.

От слободок, находившихся в непосредственной близости от Белой Вежи, главным старшиной был избран представитель от торгового ряда – Борислав. Выбор был естественен – большинство слобожан работало на перекрестке торговых путей.

Сам Борислав держал караван-сарай и несколько торговых лавок, у него был самый большой двор в городище.

Он был в средних годах. Из-за чрезмерного чревоугодия был толст и поэтому казался старше своего возраста. По характеру – рассудителен и осторожен, отчего оказался угоден в старшинах.

На турнир Борислав пришел вместе с другими старшинами. Из уважения к лучшим людям им предоставили почетные места рядом с царицей.

После первого этапа во второй тур вышли в большинстве амазонки и вятичи, что для профессиональных воинов было вполне закономерно

Уверенная в своих девушках, Красимира спокойно наблюдала за соревнованием.

И Воислав был доволен – никто из дружинников не промахивался, что свидетельствовало об их высокой выучке.

Один Борислав хмурился – ему хотелось видеть во втором туре и слобожан.

– А что, старшина, ты загрустил? – спросила с улыбкой Красимира, понимая, что так печалило старшину.

Борислав вздохнул и промолвил:

– И все-таки обидно…

Красимира подала знак. По знаку служанка принесла серебряный кувшин с вином и стаканы из зеленого стекла.

Красимира приказала служанке:

– Налей всем вина! Пусть сладкое вино смягчит обиду тем, кто потерпел неудачу.

Служанка расставила стаканы и налила вина.

Все подняли стаканы.

– Здоровья тебе, царица! – вежливо пожелал Борислав.

– Благодарю, – ответила Красимира и, сделав глоток, попыталась утешить слободских старшин: – Вы, господа, не обижайтесь – у нас профессиональные воины, и, конечно, вашим горшечникам и лавочникам не под силу тягаться с ними.

Борислав обиженно засопел и заметил:

– Многие из наших в стрельбе будут не хуже.

– Что-то не вижу таковых, – коротко проговорил Воислав.

Борислав снова недовольно засопел, но, увидев, что на вторую линию вышел Дубыня, обрадовался:

– А ты погляди – вон здоровый парень. Это кузнец Дубыня. В стрельбе заткнет за пояс всех.

– Посмотрим, – сказала Красимира.

Она взяла кубок с вином. Кубок был заполнен только наполовину. Красимира слегка стукнула дном кубка по столу, и служанка, выросшая за спиной, тут же добавила в кубок вина. Красимира сделала глоток.

Воислав, бросив взгляд на Дубыню и отметив высокий рост и крепкое сложение молодого человека, согласился:

– Он и в самом деле – богатырь.

– Вот! – радостно проговорил Борислав.

Красимира пожала плечами и проговорила:

– В стрельбе из лука не рост и не сила играют первую роль. Все бывает… И заяц иногда побеждает волка. Правда, я такого не видела…

Борислав загорячился. Лицо его покраснело.

– Дубыня победит всех! – решительно бросил он.

– Если такое произойдет… – начал также разгорячившийся Воислав.

– Такое не может произойти, – спокойно и уверенно сказала Красимира.

– Бьюсь об заклад – слобожанин победит! – бросил Борислав и, сняв с пальца золотой перстень с зеленым драгоценным камнем, положил на стол. – Вот, если проиграю, этот перстень будет твой.

– Хорошо! А я говорю, победит князь Вячеслав! – включился в спор Воислав. Он снял с пальца свой перстень, не менее ценный, и положил его рядом с перстнем Борислава. – Вот против твоего заклада ставлю свой!

Красимира рассмеялась:

– Зря вы спорите – победит Божана. Лучше ее нет стрелка из лука на свете. Ну, может быть, только я! Но я не участвую в турнире.

Она сняла с пальца один из перстней и положила рядом с другими перстнями:

– Вот и мой заклад.

Дело заинтересовало и остальных гостей. Претендентов на победу было три, и выигрыш в случае победы обещал хороший барыш.

Завязались споры, и бояре и старшины начали ставить на кон дорогие вещи.

Тем временем стрелки вышли на вторую линию. Она была дальше к мишени, и цель была меньше, и разрешалось сделать только один выстрел.

Второй этап отсеял почти всех слобожан. Остались одни поляницы и вятичи.

– Конечно, мои девушки лучше стреляют, – отметила Красимира.

Борислав крутился, словно сидел на иголках. Когда наступила очередь стрелять десятке, в которой был Дубыня, Борислав в запальчивости вскочил с места и громко крикнул:

– Дубыня, если победишь, подарю тебе коня!

Дубыня услышал его обещание и повернулся к Величке.

– Слышала? Наш старшина коня хочет мне подарить.

– Конь – это хорошо, – проговорила Величка, целясь в мишень.

– А зачем мне конь? – пожал плечами Дубыня. Но, бросив взгляд на Величку, выпалил: – Коня я подарю тебе.

Величка выпустила стрелу. Проследила за полетом стрелы и, когда та попала в мишень, повернулась к Дубыне.

– Что?

– Я же сказал: тебе подарю коня, – сказал Дубыня.

Величка тихо засмеялась:

– А почему мне?

– Потому что ты мне нравишься, – смущенно проговорил Дубыня. – А я тебе люб?

– Парень, ты сначала попади в мишень, а тогда и поговорим.

Заметив, что лицо парня погрустнело, намекнула: – Может, тогда ты мне и понравишься…

Ее обещание вдохновило Дубыню. Он повеселел, потом спохватился и с серьезным видом стал целиться. Целился долго, словно от этого выстрела зависела его жизнь. Наконец выпустил стрелу, и, затаив дыхание, проследил за полетом стрелы.

Стрела попала в центр мишени, и Дубыня радостно выдохнул:

– Попал! Теперь мы можем поговорить?

Величка прыснула в кулачок, словно девчонка:

– Ну что ж, раз обещала, давай! Я от своих слов не отказываюсь.

Они отошли от линии стрельбы, уступая место другим стрелкам, и остановились чуть в стороне, где их разговору не могли мешать другие.

– Ты мне нравишься, – отчаянно краснея, снова сказал Дубыня.

Величка смотрела на него с любопытством и сомнением.

Любовь между женщиной и мужчиной – дело обычное. Так устроен мир, что только от любви мужчины и женщины продолжается человеческий род. О женщинах много говорят между собой мужчины, но и для женщин мужчины – главная тема разговоров. Каждая женщина, даже поляница, которую с детства воспитывали заядлой феминисткой, не признающей первенства мужчин, не боящейся ни Бога, ни черта, – мечтает о любви.

Чем сильнее убеждения феминистки, тем понятнее, что это всего лишь защитная реакция для того, чтобы переломить природный инстинкт – женщина создана, чтобы продолжать род, а для этого нуждается в безопасности, которую может дать мужчина. В связи с этим, хоть и кажется внешне, что роль женщины второстепенна, на самом деле мужчина всего лишь обеспечивает ее, какое бы высокое положение во мнении окружающих он ни занимал.

Для выживания популяции мужчина, в отличие от женщины, всего лишь малоценный расходный материал.

Разумеется, в голове поляницы не было и тени подобных логических размышлений, она руководствовалась лишь природным зовом, интуицией.

Через минуту молчания она тихо созналась:

– И ты мне понравился с первого взгляда.

Закаленных в боях амазонок трудно было чем-либо смутить, но по щекам девушки разлился румянец.

– Я не умею ухаживать за девушками, как другие парни, – пробормотал
Страница 16 из 16

Дубыня.

Он ждал ответа полюбившейся ему девушки, однако ее простое и ясное признание привело его в замешательство.

– Многим парням кажется, что они умеют ухаживать за девушкам, а на самом деле они смешны, точно петухи.

– Ты станешь моей женой?

Величка покачала головой, вспомнив:

– Амазонки не выходят замуж…

– Зачем же ты сказала, что я тебе люб? – спросил Дубыня, чувствуя холод в животе.

– Люб. И я буду тебя любить, – сказала Величка. – Но замуж – никогда!

«Какой глупый и несправедливый обычай!» – мелькнуло в ее голове.

А Дубыня подумал, что никто не может знать, что случится с ним завтра, и спрятал улыбку ладонью.

Глава 15

А вот Вячеславу и Божане никак не удавалось остаться наедине, хотя им обоим этого хотелось.

После очередного выстрела их окружали друзья, и им приходилось выслушивать радостные комментарии по поводу удачного выстрела.

После третьего этапа, на котором линия находилась так далеко, что в мишень могли попасть только самые умелые стрелки, остались четверо.

Двое из них – Вячеслав и Божана. Оба были ожидаемыми претендентами на победу.

Третьей была Величка. Что также было вполне ожидаемо. Амазонка и в самом деле была искусна в стрельбе из лука – лучшая в дружине амазонок.

А вот четвертый удивил всех – это был кузнец Дубыня.

Хотя старшины и ставили на него, но мало кто верил, что он сможет так долго продержаться. Поэтому ставили на Дубыню больше из солидарности с одним из своих – он был слобожанином.

На четвертом этапе все мишени убрали, кроме одной. Линия стрельбы сильно отодвинулась от мишени и задачу стрелкам усложнили – требовалось попасть в небольшое красное пятно, нарисованное в центре мишени. Это мог сделать только очень меткий стрелок.

Настало время определить, кто будет стрелять первым. Ярослава бросила жребий, и первой выпало стрелять Величке.

Увидев это, Дубыня прошептал на ухо девушке:

– Не повезло тебе.

– Почему?

– Другие будут видеть, куда ты попала и стараться пустить стрелу точнее, – сказал Дубыня и предложил: – Давай я первым выстрелю.

– Ты не хочешь победить? – удивленно спросила Величка.

– Нет… Ну…

– Я думаю, что все хотят победы. Победа над врагом – высшее счастье для воина, – проговорила задумчиво Величка.

– Быть первым – еще не значит победить!

– Но тогда первой стану я…

– И пусть! Ты мне не враг. Ты женщина…

– Я поляница!

– А я уже достиг своей победы.

– В чем?

– Моя победа в том, что меня полюбила ты, самая прекрасная девушка на свете. Это для меня высшее счастье.

Величка осторожно тронула его руку, и Дубыня почувствовал, как прикосновение обожгло его и жар пробежал по телу.

– Победили мы оба, – Величка улыбнулась. – И все же пусть останется как есть.

Она вышла на линию стрельбы и тщательно прицелилась. Но прежде чем выпустить стрелу, ее взгляд упал на Божану, которая шепталась о чем-то с Вячеславом.

Величка улыбнулась, на секунду задумалось, в ее глазах мелькнула озорная искра, и она выстрелила – стрела воткнулась на границе красного пятна.

Ничуть не расстроившись, она опустила лук и подошла к Дубыне.

– Ты чего промазала? – спросил Дубыня.

– А я не промазала, – ответила Величка с загадочной улыбкой на губах.

– Не понял…

– Ты что – ничего не видишь?

Дубыня недоуменно покрутил головой:

– А что?

Величка прикоснулась губами к уху Дубыни.

– Они тоже влюбились друг в друга.

Ее волосы приятно защекотали лицо Дубыни. Губы жгли пламенем.

– Кто?! – с недоумением спросил он, невольно откинувшись от огня.

– Тише! – прошептала Величка. – Божана и Вячеслав.

– И что? – спросил Дубыня, едва разжимая губы. – Какое это имеет отношение к тому, что ты не захотела попасть в мишень?

– Если два человека любят друг друга, то стоит ли мешать их счастью, вставая промежду них? – промолвила Величка.

– Ага… Все равно – не понял.

– Пусть они останутся одни.

– Кто?

– Глупый! Да князь и царевна.

– А-а-а! Теперь понял.

– А ты, оказывается, смышленее, чем кажешься…

Тем временем Ярослава снова бросила жребий. Теперь выпала очередь стрелять Вячеславу.

Вячеслав вышел на рубеж стрельбы и уверенно вогнал стрелу в красный круг.

Третьим оказался Дубыня. Помня слова Велички, он выпустил стрелу, и его стрела воткнулась рядом со стрелой амазонки, но не ближе к центру мишени.

– Вот так! – с удовольствием сказал Дубыня, подходя к Величке. – Жаль, что ты коня не получишь.

Величка быстро поцеловала его в щеку:

– Лошадь у меня есть. А вот любви… Любовь важнее!

Последней стреляла Божана и она уверенно вогнала стрелу почти в центр круга.

Таким образом Вячеслав и Божана остались друг против друга.

Слободские старшины были разочарованы.

А амазонки и вятичи, зная истинную причину устроенного соревнования, с интересом ожидали продолжения.

Глава 16

Юные амазонки сбегали к мишеням и освободили их от стрел. А Ярослава, пошептавшись с Красимирой и Воиславом, подошла к мишени и зачернила углем центр красного круга.

Вернувшись на рубеж, она подала знак Вячеславу и Божане.

– Подойдите.

Вячеслав и Божана подошли.

– Вам дается по три стрелы. Победит тот, кто попадет в черное пятно. Стрелять будете по очереди, – объяснила Ярослава.

Она протянула вперед сжатые в кулаки руки и сообщила:

– В одной из рук находится камушек. Кто угадает, в какой руке камушек, тот выберет очередь. Стрелять первым или вторым – как ему будет угодно. Итак, кто будет выбирать?

Вячеслав взглянул на Божану и предложил:

– Божана, выбирай.

– Как хочешь, – проговорила Божана и быстро показала на правую руку. – Камушек здесь.

Ярослава разжала кулаки. Камушек лежал в левой ладони.

– Не угадала… Что ж, выбирай очередь, – сказала Божана Вячеславу.

Вячеслав слегка поклонился и предложил:

– Божана, выбери сама.

Божана пожала плечами:

– Ну, ладно, пусть я буду первой.

Вячеслав предложил:

– Может, передумаешь – первой невыгодно стрелять.

– Мне все равно, – сказала Божана.

– Выбор сделан! Божана стреляет первой, – объявила Ярослава.

Божана и Вячеслав приготовились стрелять.

– Видите черное пятно на мишени? – спросила Ярослава.

Вячеслав и Божана напрягли зрение – пятно было почти незаметно. Оно походило на точку, о которой скорее можно было догадаться, чем рассмотреть ее.

– Вижу! – сказала Божана.

– Вижу! – поспешно ответил Вячеслав.

– Ну так стреляйте, – сказала Ярослава.

Божана пустила стрелу, и ее стрела воткнулась совсем рядом с кругом.

Выстрел Божаны явно был неудачным, и из рядов амазонок послышался разочарованный стон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (http://www.litres.ru/aleksandr-mayboroda/poslednyaya-amazonka/?lfrom=279785000) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Здесь представлен ознакомительный фрагмент книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста (ограничение правообладателя). Если книга вам понравилась, полный текст можно получить на сайте нашего партнера.